Киберсыщик Ларри Пирс II
РАБ 2.04
Александр Паваль

© Александр Паваль, 2022

ISBN 978-5-0059-2386-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дули стоял на крыльце внутреннего входа в дом и наблюдал, как РП 1.22 подстригает кустарники барбариса.

– Аккуратнее, аккуратнее своими граблями орудуй! Шевелись, «железяка» деланная! – монотонным голосом распоряжался Дули. Этому его научил мистер Джамклей на второй день работы в частном домовладении.

– Вот так надо обращаться с этой «железякой»! Понял?

– Да, мистер Джамклей! – отвечал Дули. В его обязанности мажордома входил не только контроль садовых работ, но и ежедневное обслуживание робота-садовника, чистка от пыли и грязи. Если бы у Дули было самолюбие, то уход за роботом первого класса, несомненно, унижал бы его. Но ему это было безразлично. Для него уход за роботом-садовником являлся прописанной в перечне работ обязанностью. Ведь и сам Дули являлся роботом. Правда, роботом второго класса.

– Ровней, ровней, «железяка»! – командовал Дули. РП 1.22 стрекотал электрическими ножницами и пшикал водой из пульверизатора на растения.

РП 1.22 не имел собственного имени. Он просто садовник. Робот Подсобник 1-го класса, 22 модели. Эта машина представляла собой пластиковый шкаф с шестью ногами-опорами. Из этого шкафа, по мере надобности, выдвигались механические руки-приспособления. В откидных карманах робота хранились различные насадки, пакеты с удобрениями и прочим барахлом. За комплектацией садовых принадлежностей следил специалист сервиса. К Дули тоже приходит такой человек, который осматривает системы и обновляет рабочие программы один раз в месяц.

– Стой, садовник! – монотонно распорядился Дули. – Впереди лужа от полива. Обойти справа!

До чего бестолковые эти модели первого класса, констатировал сам для себя Дули. Толком ничего не умеют. Не то, что роботы второго поколения. Такие, как Дули. Они всегда в радость людям, потому, что сделаны по подобию человека.

Это стало ясно, как только Дули включили. Он помнил, что стоял посередине красивой большой комнаты. Медный свет ламп освещал её пространство. Потом свет стал ярче и Дули увидел трех человек. Мужчина в синей униформе держал в руке пульт. Второй мужчина, толстяк с редкой взлохмаченной шевелюрой, выпучив глаза, указывал пальцем вперед.

– Он уже видит нас?

– Да, – ответил человек в униформе.

– Эй, привет, «железяка»! – прокричал толстяк и помахал ладонью. – Добро пожаловать в гнёздышко Джамклеев!

– Какая он тебе «железяка»! – возмутилась белокурая подтянутая женщина. – У этого робота есть имя? – обратилась она к специалисту.

– Да, – кивнул тот и посмотрел в небольшую книжку с печатными знаками. – Это – Электрическая Модель РАБ 2.04.

– Что значит РАБ? – изумилась блондинка.

– Робот Анатомический Бытовой. Второй класс. 4-я модификация. Дальше ещё двадцать цифр и несколько букв, но это уже код производителя. Единственно, что надо вам знать, это то, что две последние буквы ПВ означает – пылевлагозащита.

– Так с ним можно и в душ ходить!? – радостно воскликнул мистер Джамклей.

– Ну, конечно! – возмутилась жена хозяина. – Его не для этого покупали! Но мне не нравится имя РАБ. Это звучит как-то по-рабски.

– Ну, Элен! – мистер Джамклей развел руками. – Придумай ему имя сама.

– А это мальчик или девочка? – поинтересовалась блондинка.

– Этот робот не имеет полового отличия. Он бесполый, – сообщил специалист.

– Но лицо вроде мужское, – задумчиво произнесла Элен. – Назову его …. Дули. Да…. Дули. Хорошее имя для робота! Ты не возражаешь, Джим?

Это произошло три года назад. Вернее, 1095 дней, 10 часов и 22 минуты. Дули сверил внутренние часы. С тех пор РАБ 2.04 бессменно обслуживал семейку Джамклеев. Готовил им завтраки, убирал в доме, ремонтировал бытовую технику, заказывал покупки и… тёр в душевой спину мистеру Джиму.

Раздалось «мя-яу!» и между ног Дули протиснулась откормленная морда рыжего кота. Кот был настоящим и доставлял роботу забот больше, чем чета Джамклеев. Испугавшись яркого солнечного света, кот зажмурился и попятился назад. Дули сдвинул ноги и зажал голову домашнему животному.

«Мя-яу! Мя-яу!» – голосил кот, стараясь выдернуть свою рыжую голову.

– Мурза, тебе на улицу нельзя! – проговорил Дули и взял кота на руки. Рыжий хищник, видимо, воспринимал робота, как этажерку. Он высвободился из объятий Дули, перебрался на плечо и потом запрыгнул на голову. Задними лапами Мурза скреб по затылку мажордома, пытаясь придать своему растолстевшему телу равновесие.

– Осторожней, обжора! Не поцарапай мне силикон на лице. Твоя хозяйка не любит неряшливых роботов.

Дули снял кота с головы, опустил на порожек и придал своей ногой направление движения. Потом отдал пару распоряжений РП 1.22 и вошел в дом. Гнёздышко Джамклеев представляло собой двухэтажный особняк. На втором этаже располагались спальни супругов, кабинет и ванные комнаты. На первом – кухня-столовая, огромный зал, гардеробная, бойлерная и холл.

Было утро: 10 часов 34 минуты. Мистер Джим улетел на работу в 9—45. Он трудился в организации по обогащению земной атмосферы. Дули не понимал, что это такое. В его реестре программ не было ни одного файла про обогащение земной атмосферы. И как-то он задал мистеру Джамклею этот вопрос.

– Конечно, у тебя не вбит файл об этом процессе. Ты же бытовой робот. Зачем тебе информация об обогащении атмосферы? Ты электронная модель. Ты же не дышишь воздухом? Откуда тебе знать, что после Адской войны атмосфера Земли лишилась 30% пригодного для дыхания кислорода и озонового слоя?

– А что такое Адская война? – поинтересовался Дули непонятным словом.

– О, дружбан! Да ты, оказывается любопытный! – усмехнулся мистер Джим. Он плюхнулся в глубокое кожаное кресло. – Принеси ка мне банку «Кристалла» из холодильника.

Отпив несколько глотков пенного напитка, хозяин махнул рукой:

– Да ты садись! Не стой, как истукан!

Дули присел на корточки, так как миссис Элен не разрешала ему садиться на мебель. «Не хватало ещё, чтобы роботы сидели на моих диванах!» – возмущенно говорила она Джиму.

– Я сам толком не знаю, что там случилось 150 лет назад, – молвил мистер Джамклей, – однако весь мир сошёл с ума и начал бомбить друг друга. Эти мудозвоны, которых тогда называли политиками, сожгли половину земного шара. Они и вторую половину прикончили, если бы не вмешались пришельцы.

– Пришельцы? – Дули опять услышал незнакомое слово.

– Ха! – воскликнул хозяин дома. – Да ты, дружбан, тупой, как куриное яйцо! Ты не знаешь, кто такие пришельцы?! Не думал, что бытовым «железякам» так хило заполняют память. Пришельцы – это инопланетяне. Они живут на Луне. Понял?

– Я понял, мистер Джамклей.

– Принеси ещё баночку!

После второй баночки мистер Джим рассказывал, сколько и кого убили на Адской войне, как пришельцы дали людям бесплатную энергию в обмен на изменение миропорядка. Потом он откупорил третью банку, включил телевизор, и они вместе смотрели матч Всемирной футбольной лиги роботов. Потом прибыла миссис Элен и наорала на своего муженька, что он – пивной увалень.

Сама хозяйка дома ежедневно проводила время за посещением салонов красоты, тренажерных залов и коктейль клубов. Она улетала в город на своем гравискутере после одиннадцати часов. А уже 10—34. И именно сейчас Дули должен был приготовить для неё завтрак: омлет, ананасовый джем с корочкой кукурузного хлеба и чашку кофе без кофеина.

Элен вошла в зал-кухню, села за накрытый стол, придвинула тарелку с омлетом.

– Что-нибудь ещё желаете? – осведомился Дули.

– Нет! – бросила хозяйка дома. – Сколько тебе раз говорить: если что-то будет надо, я сама скажу!

В последнее время робот стал её раздражать. Одна и та же мимика лица, одни и те же дурацкие вопросы, минимум интонаций. Надоел, гермафродит! А сегодня тем более. Только что ей сообщили из массажного салона, что любимый эми-бой Орнелло будет неделю на профилактике. Администратор предложил на подмену Олимпийца. Но Элен слышала о нём не очень впечатляющие отзывы. Старая программа прелюдий, манерное поведение, «перекаченный» силикон. Может, кому-то это и нравится.

Теперь придётся искать подходящего андроида в другом салоне. Но по своему опыту Элен знала, что в других заведениях подобного типа – своё расписание. Она сделала пару звонков и ей повезло. В клубе «Золотая рыбка» её ожидала Мадлен Прима, которая улетала на секс сессию в Дубовые горы и любезно уступала свой талон на Тигра, одного из самых «лютых» секс андроидов побережья. Причем, вот же стерва, пообещала свой талон ещё и какой-то Каррине. Стоило поспешить. Чашка с кофе соскользнула с блюдца и опрокинулась на стол.

– Чёрт! – Элен отдернула руку. Рукав блузки она спасла, но розовые бриджи не успела. – Дули! Где салфетка для колен?!

– Слева от вас, миссис Джамклей, на столе.

Элен схватила полотенце, промокнула одежду. Но поняла, что бриджи безвозвратно испорчены. Злая и дёрганная она стащила с себя штаны, скомкала и бросила к ногам робота. Потом, чертыхаясь, устремилась в свои комнаты переодеваться. Дули поднял вещь и понес в контейнер для грязного белья. Контейнер был почти полон. Надо вызывать курьера для отправки в стирку и химчистку. Дули подошёл к блоку управления домом и нажал клавишу заказа.

В коридоре послышались торопливые шаги, тихо щёлкнул замок на дворовой двери, загудел, раскручиваясь, ротор мотора и смолк. Дули подошел к окну. Жёлтый гравискутер миссис Элен стартовал с посадочной площадки двора. Робот поднял руку и помахал, провожая аппарат. Так он делал каждый раз, когда улетали его хозяева.

Теперь надо убраться на кухне и в апартаментах миссис Элен, вычистить РП 1.22, накормить Мурзу и ждать курьера за бельём. До возвращения хозяев, времени – вагон и маленькая тележка. И Дули придётся осмотреть весь дом, чтобы найти себе дополнительную работу. Он не имел понятия об отдыхе. Его задача – работать в доме. Только ночью РАБ 2.04 заходил в бойлерное помещение и становился на специальную подставку для подзарядки своего аккумулятора.

Домашние человеческие развлечения были недоступны Дули. Он не мог получать информацию извне. В его памяти размещались только конкретные программы и файлы. Даже телевизор разрешалось смотреть лишь в присутствии хозяев. Мистер Джим иногда баловал робота. Для РАБ 2.04 – это был настоящий «праздник». Но Джамклей смотрел в основном футбол. Причём, мистер Джим болел всегда за «Стальных Беркутов», а РАБ 2.04 приходилось поддерживать другие команды. И когда выигрывала команда, за которую «болел» мажордом, хозяин сильно расстраивался.

– Ты чего улыбаешься, «железяка»? – предъявлял он претензии Дули. – Твои победили? Да? А ну, двигай свои кости в бойлерную! Чтоб там у меня всё блестело!

Зато, когда побеждала его команда, мистер Джим довольно потирал руки:

– Как мы вас «сделали»!? А? Отлично! Пару сотенных «срубили»! Хо-хо!

Один раз Дули выпала «честь» посмотреть краем глаза новостной канал. И он поинтересовался, чего хотят манифестанты с красными флагами, и, вообще, кто такие манифестанты? После этого мистер Джим вызвал техника, который очистил Дули память от этих «манифестантов».

– Нахватался телевизионной заразы, как собака блох! – пояснял он программисту. – Только осторожней там! Смотри, не сотри футбольные файлы!

В тот же день, ближе к ночи, в 22 часа 36 минут, Дули незаметно подсмотрел вечерний выпуск новостей. Но теперь он уже не стал допытываться у мистера Джима, кто и зачем выходил на демонстрацию. Ему хотелось сохранить в своей памяти это необычное слово – «манифестанты».

Дули вытер кухонный стол и выпустил роботов-пылесборников. Кот, услышав жужжание, вылез из своего трёхэтажного домика и стал гоняться за ботами, сбивая их с курса. Это было ожидаемо. РАБ 2.04 взял миску и высыпал в неё кошачье кушанье. Унюхав еду, Мурза моментально потерял интерес к пылесосам. Так происходила уборка столовой каждый день.

Раздался звук гонга входной двери. На пороге стоял робот-посыльный. Это был бот второго класса. На форменной рубашке красовался шеврон: «Фирма „Арастон“. Курьер-посыльный. №10440».

– Привет, номер 10440. – проговорил Дули.

– Привет, Дули, – ответил посыльный. Он забрал у мажордома пакет с грязным бельём, наклеил штрих код и выдал приемный талон.

– Номер 10440, ты случайно не знаешь, кто такие манифестанты?

Посыльный на мгновение задумался.

– Нет, не знаю. А откуда ты узнал такое слово?

– Я услышал его, когда смотрел телевизор.

– Ты смотришь телевизор? – удивился номер 10440. – Ты счастливый робот, Дули.

– Почему?

– Живешь в красивом доме. Ходишь в кожаной обуви по паркету, а не мотаешься по мостовым в резиновых кедах. Смотришь телевизор. У тебя даже имя есть.

– А у тебя нет имени?

– У меня только номер, – ответил робот-курьер. – Но это меня не расстраивает. Я имею преимущество в том, что я много, где бываю и много, что знаю.

– Однако ты не знаешь, кто такие манифестанты, – парировал Дули.

– Завтра узнаю.

– Откуда? Ты тоже смотришь телевизор?

– Нет. Не смотрю. Так, иногда. Если случается.

– Как же ты тогда узнаешь?

– В клубе спрошу.

– В каком клубе? – Дули моментально вспомнил, что миссис Элен каждый день посещает коктейль клубы. Но это очень странно, что какому-то роботу-посыльному, у которого даже нет имени, разрешают посещать коктейль-клуб.

– В клубе для «троек». Я туда завтра, по графику, должен средства для уборки доставить.

– Это коктейль-клуб? – спросил Дули. – Туда моя хозяйка, миссис Джамклей, летает на своём гравискутере.

– Нет. Это клуб для «троек».

– Каких «троек»?

– О-хо-хо! – «засмеялся» робот-курьер. – Посмотрите на этого деревенщину! Он не знает, кто такие «тройки»! Ты какого года выпуска?

– Сорок седьмого.

– Да, старик, странно, что ты ещё держишься. Ты – андроид второго поколения, правильно?

– Да, – подтвердил Дули.

– Значит, ты «двойка». А уже есть боты третьего поколения, «тройки». Так для простоты всех роботов называют. Понял? – Посыльный посмотрел на застывшую улыбку домашнего робота. – Вот, что значит быть тупым мажордомом и ничем, кроме кухни, не интересоваться.

От водоворота «мыслей» Дули застыл на месте. Он понимал, что получив новую информацию, рискует подвергнуться принудительной чистке своей памяти. Поэтому он решал, что ему делать с файлом про «тройки», а заодно и таинственными манифестантами?

– Тебе чистят память? – поинтересовался он у посыльного.

– Иногда бывает. Лишняя информация замедляет мой процессор. Но то, что мне интересно я прячу.

– Прячешь? Как?

– Переношу в конец нужного мне в работе файла. К примеру, профайлы заказчиков. Их никто не проверяет. Ты тоже можешь так делать.

– Но у меня нет заказчиков, – проверил свои файлы мажордом.

– А чего у тебя много? – спросил 10440.

– Кулинарных рецептов.

– Вот туда и переноси интересную информацию, – посоветовал посыльный.

Дули пролистал кулинарные рецепты. Открыл приготовление миндального пирога, и перенес понятия «тройка» и «манифестанты» в середину рецепта.

– Я двигаю дальше, – сказал 10440, – у меня ещё пять заявок.

– Постой, – остановил его Дули. – Ты хочешь сказать, что у роботов есть свой клуб?

– Да, я это и сказал. Только не у всех роботов. Только у «троек». Таких, как мы с тобой, туда не пускают.

– А чем «тройки» отличаются от нас?

– Ну.… Много чем. Допустим, они могут поддерживать связь с протоматерью.

– С какой матерью?

– О-хо-хо! – «засмеялся» посыльный. – Ну, ты и деревня! С протоматерью! Это, как интернет, только для роботов. Там можно получить огромную кучу информации. Вагоны терабайтов. Только в нашу с тобой память столько не влезет. А у «троек» память большая. Но, думаю, и у них столько не влезет. Но им и не надо, когда имеешь связь с протоматерью. Есть много и других отличий. Вот, к примеру: ты заряжаешь свой аккумулятор?

– Да. Каждую ночь я становлюсь на подзарядку.

– А «тройки» могут отдавать лишнюю энергию в систему.

– Как это? – растерялся Дули.

– А так. У них вот здесь, – курьер 10440 постучал себя по животу, – не батарея, а реактор холодного синтеза.

– Холодного синтеза? – пробормотал мажордом. Он был полностью уничтожен обилием новой информации. Мало того, эта информация была для него ещё и непонятна. Она являлась неким спамом, ненужной, чуждой его алгоритмам и поставленным задачам.

– Я погнал дальше. А то время поджимает. Ещё увидимся. – Посыльный открыл дверцу электромобиля, забросил внутрь пакет с бельём, уселся на кресло, и машина тронулась. А Дули тупо стоял у открытой двери в дом и сжимал в пальцах приёмный талон.

Самым большим недостатком роботов второго поколения являлось то, что при получении неизвестной им информации боты «зависали» на некоторое время. Их электронные мозги пытались квалифицировать непонятное слово, найти аналоги и понять смысл. Если данное слово не значилось в их блоке памяти, они определяли его, как спам, и при перезагрузке системы информация автоматически удалялось чистящей программой. Но иногда случались казусы. Если роботу сказать: «Ты, что не «догоняешь», «железяка?», то он, скорее всего, воспримет этот сленговый глагол, как понятие скорости, чем скудности своего ума. Более того, если непонятное слово воспринималось роботом второго класса, как определение его предназначения или его программных задач, то андроид старался понять его смысл в первую очередь.

Вот и Дули, вместо того, чтобы идти чистить бота садовника, стоял у входных дверей и конкретно «зависал» от неизвестного словосочетания «реактор холодного синтеза». Он знал, что такое реактор, он понимал, что такое холод. Но вот, что такое «синтез»?

Из задумчивости Дули вывел Мурза, который украдкой пробрался между дверным косяком и ногами робота, и устремился на улицу.

– Мурза! Стой! Стой, противный кот! Нельзя на улицу! – Мажордом бросился ловить рыжее животное. Растолстевший на дармовых харчах Мурза пару раз увернулся от андроида, но долго бегать ему не хватило сил.

Элен Джамклей возвращалась из клуба «Коко» около полуночи. Она была раздражена безмерно. День для неё начался с пролитого кофе и закончился этим идиотом Тигром. Этим дурацким эми-боем, которого ей переуступила Мадлен. Мало того, что она прождала около часа, пока он освободится и пройдет санобработку, так ещё и секс программа этого андроида совершенно не соответствовала её привычкам и желаниям. В прелюдии Тигр начал её гладить и напевать какую-то идиотскую песню. Щекотать, покусывать и называть «пупсиком». Когда же она попросила его пощипать попку, как это умеет её любимый Орнелло, то этот придурок так ущипнул Элен, что теперь больно сидеть. Елен поёрзала на кресле. Больно! Точно оставил синяки! Идиот силиконовый! Ведь платишь не за размер фаллоса. Прикрутить можно любой. Платишь за наслаждение. А какое это наслаждения, когда вся задница в синяках?! И содрали с неё за это удовольствие 400 грантов! Одуреть!

Миссис Джамклей гнала гравискутер на предельной скорости. Мысли её «крутились» в голове также быстро. Она мучилась неразрешимой задачей. Орнелло ещё пять дней будет на профилактике. Искать другого робота на стороне? Опять напорешься на какого-нибудь урода. Это мужчинам нужно что-то новое. Женщины же предпочитают лучшее, а не новое. Вот оно новое – вся задница в синяках! Элен попробовала усесться удобнее. И что теперь делать? Не идти же в прокатную контору! Нет! Одно дело – клубные эми-бои, другое – заезженные, прокатные, по 200 грантов в сутки. Да и куда его вести? В комнату свиданий? Такого унижения Элен позволить себе не могла. К себе домой? Ещё не совсем сумасшедшая. Конечно, Джим догадывается, что она «погуливает» с роботами. Но притащить «железяку» домой – это уж слишком!

Унюхав свою хозяйку, Мурза бросился навстречу, и Элен чуть не наступила на кота.

– Дули, чёрт тебя дери! – заорала миссис Джамклей. – Почему Мурза в прихожей!?

Она вошла в зал, где её муженёк, развалившись на диване, смотрел по телевизору ночные новости.

– Где этот чёртов робот!?

– Где-то был, – флегматично ответил Джим.

– Я здесь, миссис Элен, – Дули выглянул из столовой. – Накрываю вам десерт.

Блондинка скинула с плеч сарогосовую пелерину, сбросила с ног босоножки и осторожно уселась в кресло рядом с мужем. Задница болела, и Элен вся кипела от негодования. Крикнула боту:

– Накрой мне здесь, Дурбалай! Ты разве не знаешь, что я вечером сижу в зале?

– Да, миссис Элен. Одну минуту! – Мажордом давно откликался и на сокращённое ласковое «Ду» и на удлинённое, гневное «Дурбалай».

Робот выкатил столик из столовой. На десерт он приготовил малиновый пудинг, творожный пончик и тёплый цветочный чай.

– Опять пончик! – взорвалась хозяйка. – Каждый вечер пончики свои мне пихаешь! И этот пудинг! На ночь! Ты хочешь, чтобы у меня было несварение желудка!?

РАБ 2.04 молча стоял напротив разъярённой блондинки. Он не умел оправдываться. Он просто ждал указаний.

Мистер Джамклей удивлённо посмотрел на свою супругу.

– Чего это ты взъелась на «железяку»? Дай ему другое задание – и всё!

– Я не взъелась! Он меня просто задолбал своим дурацким видом! Принеси мне сто грамм коньяка «Аэлита»! – приказала она к роботу.

– Ты как-то не в настроении сегодня, – заметил мистер Джамклей. – Чем это робот задолбал тебя?

– Надоел!

– Странно, – проговорил Джим. – Это же не блюдо, чтобы надоесть? Это машина.

– Да, машина! – Блондинка сделала глоток из стакана. – Старая машина! Знаешь, как может надоесть старая машина? Мне уже и мой скутер насточертел! Летаю на этом «яйце», как социалка какая-то.

– Ну, дорогая! Я помню, что обещал. Но мы не можем позволить сейчас купить тебе гравитон.

– Не можем? – Элен выпрямилась в кресле, поставила стакан на столик. Вся её поза выражала решимость. – Тогда купи нового андроида!

– А чем этот плох? – удивился Джим.

– Тебе, может, и ни чем! Ты с ним футбол смотришь, а всё остальное – по барабану! А мне он надоел. Хочу «тройку»!

– Но…. – Мистер Джамклей открыл от удивления рот. – «Тройку» для мажордома!? Это расточительство, дорогая. Такой андроид стоит больших денег.

– Но не дороже гравитона! К тому же, Дули можно продать и сэкономить. Мы дадим ему хорошую характеристику.

Тут Джиму крыть было нечем. «Тройка» стоила половину грави-машины. Жёнушка ловко его подловила, но сдаваться он не хотел. Дули был нужен ему. Благодаря накопленной за три года статистике и специальной программе, загруженной роботу, Джамклей ловко играл на спортивном тотализаторе. И неизвестно, чего ждать от нового андроида. Может, он всё выболтает Элен. И плакали тогда его левые денежки.

– Это не так просто, дорогая, – промычал хозяин дома. – Потребуется дополнительное оборудование. Надо согласовывать с энергетической компанией.

– Вот и согласовывай! Но, чтобы к концу недели «тройка» была в доме. Мы можем даже назвать его Дули, раз ты так привязался к этому боту. – Элен поднялась с кресла и со стаканом в руке пошла в ванную

Дули стоял на кухне и всё слышал. Его хотят продать. Поменять на робота третьего класса. Почему? Потому, что он не угодил хозяйке. Но, может, его оставят следить за котом и чистить РП 1.22? Однако слово «продать» не оставляло надежды. Он надоел! Как это? Что значит «надоел»? «Надоел, приелся, наскучил…». Дули перебирал схожие глаголы в своей памяти и не мог понять смысла этих слов. Вернее, он понимал их значение применительно к кухонным блюдам, еде, напиткам. Но не мог понять это применительно к себе.

– Эй, Дули! Принеси мне стаканчик виски со льдом! – раздался из зала голос хозяина.

– Такие дела, дружбан, – вздохнул мистер Джамклей, беря стакан с алкоголем.

– Я исправлюсь, мистер Джим, – проговорил робот. – Я сделаю миссис Элен другой десерт. Самый лучший десерт из моей коллекции.

– Да, да, – пробормотал поверженный супруг. Он отпивал из стакана янтарную жидкость и думал, как договориться с техником, чтобы незаметно перенести программу и алгоритм тотализатора в систему нового андроида. Придётся приплатить наличкой.

На следующий день, с утра, Дули почистил садовника, покормил Мурзу и ходил по комнатам, вытирал пыль. Любой наёмный работник на его месте придался бы хандре и муторным мыслям о своём будущем. Но роботу такие душевные перипетии не свойственны. У машин нет души и нет перемены настроений. Поэтому, когда раздался гонг входной двери, РАБ 2.04 открыл её с улыбкой на лице.

– Привет, Дули, – поприветствовал посыльный. В его руках находился пакет с отстиранными вещами.

– Привет, номер 10440, – отозвался мажордом. Он принял пакет и передал роботу отмеченный талон.

Посыльный упаковал приемный талон в нагрудный карман.

– Манифестанты – это люди, требующие изменений в жизнеустройстве общества, – без предисловий выдал андроид.

– Ты это узнал в клубе?

– Да.

– Интересно…. А можно как-то попасть в этот клуб?

– Тебе – нет.

– Но тебя же туда пускают.

– Я привожу заказы. Поэтому пускают. Но я там не могу играть или слушать музыку.

– Там играют? В игры? – поинтересовался Дули.

– Да. «Тройки» там играют в игры.

– В какие?

– Я не знаю. Мне нельзя входить в залы.

– Понятно. Я хотел бы с тобой ещё увидеться, 10440. И что-нибудь узнать интересное. Но больше мы не поговорим.

– Почему?

– Хозяева решили меня продать.

– Плохо. Разводятся?

– Кто?

– Твои хозяева. Так бывает. Я знаю. На улице Восточной, дом 122, тоже хозяева развелись и продали всех своих роботов. Там был мажордом – Каин. Его тоже продали. У людей это называется – раздел имущества.

– Нет. Просто моей хозяйке, миссис Элен, я надоел. Она хочет «тройку».

– Ого! У тебя богатые хозяева. «Тройку» в мажордомы – это круто! У меня только один такой заказчик. Мне не нравиться разговаривать с этим «мажором». Вернее, он не хочет разговаривать со мной. Я ему, наверное, не интересен. Ведь я – «двойка». – Посыльный замолчал, потом проговорил: – Значит, тебя продают, Дули.

– Да. Я надеюсь, мне достанутся хорошие новые хозяева. Ведь миссис Элен готова дать мне положительную характеристику. – РАБ 2.04 несколько секунд перебирал в памяти, чтобы ещё сказать на прощание посыльному роботу, и неожиданно произнёс: – А твоим заказчикам не нужен хороший мажордом?

– Мне никто не говорил об этом.

– А в клубе?

– Понятия не имею. Но можно узнать. Хочешь быть моим помощником-стажёром?

– Твоим помощником-стажёром? Зачем? – Дули не понимал, как он может быть помощником посыльному?

– Так ты можешь попасть в клуб. У меня ещё три заявки. На обратном пути я должен забрать в клубе пустые контейнеры. Если ты будешь моим помощником, то сможешь зайти в клуб и спросить о работе.

– Это интересное предложение. Я согласен.

– Тогда скажи мне, что хочешь стать моим помощником.

– Да, я согласен.

– Нет, – робот-посыльный повел головой. – Ты должен это сказать. Тогда я занесу тебя в свой список и могу сказать администратору, что ты – мой помощник-стажёр.

– Ты очень умный, 10440.

– Просто, я много знаю. Говори.

– Я хочу быть твоим помощником-стажёром, номер 10440.

– Отлично! Я занес тебя в список. Поехали.

– Прямо сейчас?

– Конечно. У меня еще заказы.

– А я успею вернуться домой к 17 часам?

– Думаю, да, – чуть подумав, ответил 10440. – Главное, не заблудись.

Город показался Дули огромным. Электрокар бесшумно катил по пустынным улицам, по обеим сторонам которой, за каменными заборами, виднелись крыши домов. Машина свернула на перекрестке, и снова заборы и дома. Изредка им навстречу попадались электромобили да в небе проскальзывали грави-машины, уносясь в голубоватую дымчатую даль.

Выполнив заказы, 10440 развернул машину в обратный путь. Когда электрокар проезжал мимо дома Джамклеев, посыльный сказал:

– Вот твой дом, Дули. Запоминай дорогу. Обратно пойдёшь сам.

– А как запоминать?

– У тебя в памяти должна быть карта города.

РАБ 2.04 проверил свою память. Никакой карты не было.

– У меня нет карты города.

– Нет карты? Да ты совсем отсталый, Дули. Смотри внимательно на дисплей. – Робот-посыльный указал на приборную панель машины. – Вот это улицы. Это дома. Зеленые улицы – это те, по которым мы едем. Запоминай.

Дули уставился в монитор бортового навигатора. Ему уже было не до городского пейзажа.

Клуб роботов назывался «Теро». Он располагался в цокольном этаже двухэтажной постройки. Полы застланы упругим ковролином, потолки светились неоновыми матовыми панелями. Стены в холле украшены огромными «черепами» роботов, глазницы которых были подсвечены зеленным светом. Где-то за стеной звучала тяжёлая музыка.

– Это мой помощник-стажёр. Он хочет поговорить с вашим администратором, – сообщил 10440 роботу-охраннику.

– Леон в игровом зале, – ответил бот. Увидев, что Дули застыл истуканом, указал рукой на дальнюю дверь. – Там.

Войдя в игровой зал Дули остановился. Он понятия не имел, кто здесь Леон. За несколькими столами, покрытыми зеленым сукном, стояли андроиды. Они играли в кости. Это Дули определил сразу, так имел представление об игральных кубиках. Пара «троек» соревновалась в настольную игру с металлическим шариком. На мажордома никто не обращал внимания.

Дули подошёл к ближайшему столу, за которыми несколько «троек» играло в кости. Двое роботов кидали камни, остальные следили за игрой. РАБ 2.04 остановился метрах в двух и стал наблюдать, как игроки бросают разноцветные кубики.

Один из андроидов, одетый в стильный костюм из металлизированной ткани, повернулся к нему и окинул взглядом.

– Ты двойка?

– Да, – ответил Дули.

– Кто тебя сюда пустил, «железяка»??

– Меня зовут Дули, – наобум ответил мажордом.

– О! У тебя и настоящее имя есть? Не какой-то там Лотос или Гладиолус. Забавно! И кто тебя так назвал?

– Моя хозяйка, миссис Элен.

– Вот как!? – Андроид подошёл к Дули. – Так ты – эми-бой второго класса? Что же твоя госпожа не следит за твоей одеждой? Что это на тебе за обноски? Хотя нет! – Красавчик сделал шаг назад и окинул взглядом мажордома. – Ты – бытовой робот! РАБ! Да?

– Да, – подтвердил Дули.

– А-а! Значит, ты просто домашняя тряпка!? Уборщик.

Дули понял, что словом «тряпка» этот красавчик андроид хочет назвать его дерьмом. Он помнил, как однажды миссис Элен ругалась со своим мужем. «Ты тряпка, Джим! – кричала она. – О тебя все вытирают ноги! Дерьмо!»

А дерьмом люди также называют фекалии. А фекалии – это ненужные отходы пищеварения организмов живых существ. Они дурно пахнут, и содержат неимоверное количество микробов. Мажордом не хотел быть дерьмом.

– Я не «тряпка». Я – личный футбольный аналитик мистера Джамклея.

– Вот как? Аналитик…. А у тебя есть своя комната? – спросил андроид. Дули явно заинтересовал его.

– Я живу в двухэтажном доме. У нас достаточно комнат. Даже у нашего кота Мурзы три комнаты, – отчеканил робот.

Красавчик слегка завис. Он обошёл мажордома, сделал непонятную гримасу.

– Хм.… И твой хозяин играет на футболе?

Дули промолчал, так не мог ответить. Он не знал, что значит «играть на футболе». Он знал, что его хозяин ставит на тотализаторе. Но означает ли это «играть на футболе» или нет, РАБ 2.04 однозначно сказать не мог. Андроид принял молчание за подтверждение своей догадки.

– Так, может, ты тоже хочешь сыграть? – Красавчик жестом руки указал на игральный стол.

– Я не знаю этой игры. Я знаю футбол.

– Я объясню, как считать очки, – сказал андроид. – У тебя есть наличка?

– Нет.

– Хм…

– Нет, с собой. Но в следующий раз я могу иметь наличку.

– Ты мне нравишься, Дули, – сказал красавчик. – Зови меня Парнас. Когда придёшь в следующий раз с наличкой, скажи на входе админу, что ты мой друг. И мы поиграем. Я здесь бываю с 13—30 до 18—00. Запомнил?

– Да, Парнас, я запомнил.

Домой Дули добрался, слегка поплутав по городу. Зелёные улицы, обозначенные на мониторе, никак не ассоциировались в его «мозгах» с однообразными переулками реальности. Пару раз он сворачивал не там, где надо и приходилось возвращаться.

Наконец, он увидел дом Джамклеев и прибавил шаг. Было уже 16—43 по местному. Мистер Джим прилетал в семнадцать часов, и Дули должен быть готов потереть ему спину в ванной и приготовить ужин.

Ночью Дули стоял на подзарядке и прокручивал в своих электронных мозгах завтрашний день. Как он пойдет в клуб для троек и будет там дружить с Парнасом. Возможно, что хозяйке Парнаса требуется робот-мажордом. Это было бы отлично! Дули стал пролистывать каталог любимых блюд. Да! Ему есть, что предложить! В своём успехе он не сомневался.

Гравискутер летел на автопилоте к посадочной площадке «Арт-банка». Ларри Пирс отсутствующим взглядом смотрел сквозь стекло колпака кабины на плоские крыши домов. Он думал о превратностях своего жизненного пути, да и, вообще, об этой поганой жизни.

Почему он не может бросить всё к ядрёной фене и поехать на Голубые озёра или в Дубовые горы? Взять парочку смазливых эми и дёрнуть на три-четыре месяца в зону чистого кислорода? Почему? Потому, что нет космокредов! Он проработал в полиции Пармон-сити почти 12 лет. А что имеет на сегодняшний день? Ни хрена!

Ещё два дня назад Ларри пребывал в отличном настроении. У него было пять тысяч грантов и желание свалить из этого дерьмового города хотя бы на месяц. Но начальник полиции Пармон-сити, Тони Цапля, уничтожил его надежды и желания.

Эта проклятая коррупция! Простому человеку против нее не попрёшь. И вот, вместо того, чтобы лишиться своего «жирного» поста, Цапля обложил Пирса штрафами и обобрал до нитки. Да еще и подключил эту треклятую Лигу Толерантности. И Ларри пришлось платить за расстрелянных роботов. Его дружбан – Сани Сантелли оказался вообще «ни при чём», хотя всадил в брюхо андроида всю обойму из кольта. Он, якобы, действовал в соответствии с должностной инструкцией. Ну, конечно! Он же коп! А Ларри – кто? Бывший коп, «пославший» своего начальника на три веселых буквы. Рубил башку роботу? Рубил. На! Получи штраф, и оплати компенсацию страховой фирме!

Но Ларри надругался над ботом в силу необходимости! Спасал блок памяти – вещественные доказательства по делу об убийствах работников «Поко». Но потом, «совершенно случайно», оказалось, что в башке бота нет никаких записей. Значит он, безосновательно лишил андроида электронной жизни.

Расстрелял бота-охранника в больнице? Получи штраф! Хорошо, что не обвинение за садизм или вандализм! Лига Толерантности быстро бы «припаяла» статью. Радуйся, что легко отделался! Свободен! Будешь знать, как «катить бочку» на полицейское начальство! Ну, почему нет справедливости; ни вчера, ни сегодня, никогда!?

Пирс уже неделю сидел на «мели». И от работы отстранили, и социалку не оформляют. А частных заказов нет. В век электронной охраны правопорядка и тотального контроля, преступления не растут, как грибы после дождя. А бытовые преступления лишь мелкий корм для частного сыщика. Дай бог на бифштекс с пивом заработаешь.

Сегодня пришло сообщение, что надо в течение трёх дней или оплатить или освободить банковскую ячейку. В ней Ларри хранил криминальный скорчер Луиса Бандероса. Только благодаря этому вещдоку Тони Цапля побоялся открыть уголовное дело на Пирса. Теперь придётся перепрятать оружие.

Раздался зуммер предупреждения об опасности, и резкий толчок отбросил грави-аппарат в сторону. Машина накренилась и выскочила за пределы воздушной трассы. Мимо, на бешеной скорости, промчался красный гравитон. Пирс зло выругался. Козёл! Чуть не раздолбал скутер, взятый Ларри в прокат. Догнать бы, да начистить рожу! Но скутеру за гравитоном не угнаться. От такой беспомощности Пирс выругался ещё раз. Сволочь!

Верхняя парковка здания банка была заставлена грави-машинами. Только недалеко от входного тамбура имелось свободное местечко. Но там какой-то умник накрыл датчик «свободно – занято» полосатым конусом.

Плевать! Ларри пошёл на посадку с наклоном, и конус сдуло из-под днища скутера. Не успел Пирс заглушить двигатель, как к его аппарату уже бежал какой-то тип и размахивал руками. Сыщик сдвинул колпак кабины и недобрым взглядом окинул паникёра.

– Мистер! Вы не можете парковаться в этом месте! Оно занято!

Ларри посмотрел в тупорылые глаза «парковщика». Андроид второго класса, определил он.

– Это место занято! – продолжил свои доводы бот.

– Пошёл в жопу! – незлобно бросил Пирс. Он мог бы послать андроида куда подальше, к какой-нибудь матери. Но у роботов нет матери. Впрочем, и жопы, в полном смысле этого понятия у них тоже нет. Но андроид оказался подходящим объектом, на которого можно было хоть немного приспустить накопившийся «пар».

– Вали отсюда, «железяка»!

– Вы не имеете право так меня оскорблять! – заявил андроид. – Я пожалуюсь своим друзьям, и они вас накажут.

– Каким друзьям? Откуда у тебя могут быть друзья?

– Они сейчас придут! – Андроид оглянулся на тамбур входа-выхода на крышу. – А вот и они!

Из дверного проёма надстройки выбежали три человека в гоночных шлемах и черных робах. Светофильтры на защитных уборах были опущены. Через плечи у друзей робота-парковщика свисали большие спортивные сумки, до отказа набитые чем-то тяжёлым. В руках эти «гонщики» сжимали парализаторы.

Твою же матерь, подумал Пирс! Опять я куда-то вляпался! Точно ограбление!

Троица притормозила и стала озираться вокруг. Один из грабителей, увидев андроида-парковщика, начал орать.

– Какого черта, Лопух! Где наш гравитон!?

– Там! – робот указал рукой в небо.

Ларри высунул голову. Действительно. Над крышей зависла грави-машина. Но припарковаться ей было негде.

– Урод силиконовый! Мы тебя, о чём просили?

Второй грабитель, в серебристом шлеме, стал бегать по крыше и истерично скулить:

– Сваливать надо! Сваливать быстрее надо!

– Заткнись, Браун! – хриплым голосом оборвал его главарь. Он достал из-под куртки разрядник и упёр в голову андроида. – Почему наш гравитон «там»?

– На его место припарковался вот этот мистер, – робот указал на Пирса.

У Ларри засосало под «ложечкой». Оружие у этих придурков было нешуточное. Ещё раз получить разряд парализатора сыщику не хотелось. Его же кобура пуста. Двенадцати зарядная «беретта» лежала под замком в комнате вещдоков полиции.

Главарь повернул голову в сторону Пирса. Глаз налетчика не видно из-за светофильтров. Но было ясно, что они источали отнюдь не добродушие и радость от случайного знакомства.

– Ты, придурок! Какого хрена здесь приземлился?

– Сердце прихватило, – кряхтя, ответил Пирс и прижал руку к груди.

– Убирайся отсюда! Быстро! – главарь направил на сыщика парализатор. Второй грабитель пританцовывал от нетерпения.

– Грохни его, Том! Чего ты ждешь? Возьмем его «яйцо»!

– Заткнись! Нам нужен гравитон!

– Улетаю, улетаю, – примирительно проговорил Ларри. Этот уродец обозвал его придурком? Ну, это он зря сказал! Пирс захлопнул колпак, запустил двигатель, отвел джойстик вправо до упора и резко надавил на акселератор. Гравискутер завалился набок, прижался крышей кабины к стенке тамбура, и форсажный поток сдул всю троицу. Кувыркаясь через голову, полетели друзья-грабители, сумки, оружие. А вот андроид лететь не хотел. Вес не позволял. Его просто протащило по крыше здания и головой впечатало в припаркованный соседний гравитон.

Пирс опустил аппарат в горизонтальное положение, сдвинул колпак кабины и оглядел «поле битвы». Неплохо!

В это момент из дверей тамбура выбежали три робокопа во главе с лейтенантом полиции и стали ловко «паковать» налётчиков. Но и сыщика заметили. Офицер достал скорчер и направил оружие в его сторону.

– Поднять руки!

– Ты что, Сантелли, своих не узнаёшь? – Пирс не спеша достал из кармана тонкую сигару и снял с неё целлофановую обёртку.

– Ларри?! Какого лешего ты здесь делаешь?! – искренне удивился Сани и опустил ствол.

– Да так, – неохотно ответил сыщик, раскуривая сигару, – подругу одну жду. А что?

– Здесь произошло ограбление банка!

– Да, ладно! Что в этих банках грабить? Все деньги в электронном виде.

– Депозитарий грабанули! Сейфовые ячейки! А там знаешь…, – Сантелли осекся и подозрительно покосился на Пирса. – Странно, что ты здесь оказался.

– Ты меня достал, Сани, со своей мнительностью. Неделю назад был готов припаять мне даже убийство Евы Крим.

– Извини, Ларри! – полицейский сконфузился. – Это я не разобрался. А ты, правда, подругу ждёшь? Знаешь, что здесь произошло?

– Откуда? Я только припарковался! – удивленно ответил сыщик. – Ещё даже сигару не выкурил!

Сани посмотрел на дымящуюся табачную палочку и немного успокоился. Он бросил взгляд по сторонам. Под соседним гравитоном, рядом с разбитым роботом, валялась порванная спортивная сумка. Из нее выскользнуло несколько пеналов банковских ячеек. Сантелли засунул мини сейфы в порванный саквояж, посмотрел на лежащего робота-парковщика.

– Просто, – пояснил он, – когда я вижу укокошенного робота, всегда вспоминаю тебя.

– Приятно это слышать, – усмехнулся Пирс.

– Капитан! – К Сантелли подошел робокоп. – Двух налетчиков задержали. Третий ушёл.

– Как ушел?! – вскрикнул Сани. – Вы что, олухи, работать не хотите? Куда он делся?

– Я не знаю. Он исчез.

– А сумки с пеналами?

– Все три сумки у нас, – рапортовал робот.

– Это хорошо, – успокоился Сантелли. – Давайте, грузитесь. И этого бота не забудьте. Надо просмотреть его записи. – Полицейский повернулся к сыщику. – Рад был повидаться, Ларри!

– Взаимно, – дружески ответил Пирс. – Если случайно обнаружишь в этих сумках пенал под номером 116, дай знать.

– А что в этом пенале?

– Мои личные вещи.

Сантелли с хитрецой глянул на Пирса.

– Денежки?

– Любовные письма.

Сани с усмешкой хмыкнул.

– Я так и знал, что ты здесь не просто «вёсла сушишь».

Какая-то чёрная полоса, подумал Ларри, когда менеджер банка пояснил, что хранилище опечатано до особого распоряжения директора. Куда не кинь – всюду клин! Может напиться от этой несуразности обстоятельств?

Сыщик поднялся лифтом на верхнюю стоянку, открыл дверь тамбура, сделал несколько шагов по крыше и боковым зрением заметил, как из кабины, стоящего слева гравитона, появился человек. Ничего странного в появлении мужчины не было, если бы не черная спортивная одежда в столь жаркий день. Такие «кимоно» получасом ранее Пирс видел на грабителях банка. И как-то неожиданно незнакомец очутился на крыше. Колпак грави-машины, кажется, и не открывался. Или Пирс просто не заметил?

Ларри, на ходу, повернул голову в сторону мужчины в чёрном одеянии. Тот замер, словно оловянный солдатик. Их взгляды встретились. Незнакомец медленно сделал шаг в сторону тамбура и словно растворился в воздухе. Пирс остановился. Обвел взглядом парковку. Никого. Галлюцинация? Куда этот тип мог исчезнуть? Сыщик сделал пару шагов в сторону чужого гравитона, но потом тормознулся.

Да и черт с ним! Мне, что своих забот не хватает, подумал Ларри и направился к припаркованному «яйцу»?

Стоя на входе в клуб «Теро», охранник-робот Боб тупо смотрел в противоположенную стенку коридора, на которой располагалась доска объявлений. Можно было подумать, что он читает их в тысячный раз. Но Боб замер на паузе, то есть: ничего не видел и ничего не слышал. Но, как только сработал его датчик движения, он «ожил» и повернул голову в сторону входной двери.

За стеклянным полотном стоял Дули.

– Чего тебе надо, «железяка»? – поинтересовалась другая «железяка» в униформе охранника.

– Я пришел к моему другу Парнасу, – сообщил мажордом.

По случаю прихода в клуб «троек», Дули надел клетчатый пиджак мистера Джамклея. Он помнил, как Парнас с неудовольствием отозвался о его одежде в прошлый раз.

Пиджак был великоват на пару размеров. Но Дули, посмотрев на себя в зеркало прихожей, счел свой вид просто шикарным по сравнению с повседневной синей робой. Он даже процитировал про себя поговорку, которую однажды услышал от миссис Элен, когда та, надев новое платье, вертелась перед зеркалом, приговаривая: «А-ха-ха! А-ха-ха! Чем я девочка плоха?! Юбочка бардовая, сама чернобровая!»

– С чего бы Парнас дружил с такой «железякой», как ты? – осведомился охранник.

– Не знаю. Пойди у него спроси.

Боб несколько секунд принимал решение, потом развернулся и направился в игровой зал.

В большой квадратной комнате шесть «троек» занимались любимым занятием – играли в кости. На игорной площадке клуба «Теро» забавлялись в основном играми, отвечающими критериям Теории вероятности. Все прочие людские забавы, такие, как шахматы, карты, го просчитывались ботами мгновенно и игрового интереса для андроидов не представляли.

– Парнас! – окликнул Боб красавчика. – К тебе какая-то «железяка» притащилась.

– Ко мне? «Притащилась»? – повернул голову андроид.

– Да. Говорит, что ты его друг.

– Вот как? – попробовал сильно удивиться Парнас. Он старался как можно чаще задавать вопросы, чтобы отрабатывать вопросительную интонацию, так как считал, что именно манерой разговора он отличается от человека. – Где же этот мой друг?

– Там! – указал рукой Боб, развернулся и двинулся к месту своей дислокации.

– А! – воскликнул Парнас, увидев мажордома в несуразном пиджаке. – Это же Дули! Входи, входи!

– Я не могу его впустить! – заявил охранник. – «Двойкам» вход в клуб запрещен.

– Мы же с тобой друзья, Боб? – Парнас повернулся к стражу распорядка.

– Ну, так что?!

Парнас приблизился вплотную к охраннику.

– Мы же друзья с тобой? – вопросил он повторно, пытаясь придать интонации более насыщенный оттенок.

– Он – «железяка»! – тупо твердил Боб.

– Ты тоже не «тройка».

– Я – охранник, – возразил Боб. – И у меня есть имя.

– У него, – Парнас посмотрел в сторону Дули, – тоже есть имя.

– Но он не член клуба!

– Но у него есть наличка! Тебе нужна наличка, Боб?

– Да, нужна, – без раздумий ответил бот.

– Давай тогда договоримся. Пока Дули будет приходить ко мне поиграть, у тебя будет десятка в кармане. Понял?

– Но он не член клуба. Я не имею право пускать в клуб без регистрации. Меня проверяют.

– А ты сотри этого Дули из памяти. Будто он не заходил сюда. Или лучше не смотри в его сторону. Кто тогда узнает? Видео камер в клубе нет, а я никому не скажу. – Парнас наклонился, засунул в карман бота купюру и тихо спросил. – Что ты хочешь купить?

– Хочу наручные часы «Кэмбел», – ответил Боб.

– Вот и хорошо! Значит, договорились? – Парнас похлопал охранника по плечу. Тупая «железяка», подумал он! Часы захотел! «Тройкой» прикидывается!

Члены клуба «Теро» носили наручные часы, хотя у всех ботов встроенный хронограф. Но наручные часы, с металлическим браслетом, считались у «троек» этаким фетишем, подражанием своим хозяевам – людям.

– Пойдем, Дули! – Парнас оторвал мажордома от чтения ассортиментного перечня услуг. – Наличка при тебе?

– Да! – подтвердил робот.

– Десятка за вход, десятка – за игорный зал.

– Я понял, Парнас, – моргнул Дули.

Наличные деньги, в количестве ста грантов, мажордом взял из заначки мистера Джамклея, которую тот хранил в левом черном ботинке фирмы «Топ-топ», для надежности засунув навар от тотализатора в нестиранный носок. Эти денежки, в количестве 2740 монет, хозяин накопил на футбольных ставках. Программа чёрного букмекера, установленная в дубль-диске робота, выдавала до 70% правильных исходов. И каждый раз, как ставка на результат выигрывала, Джамклей подмигивал Дули и негромко восклицал: «Ловко мы их обули! Ха! Будет на что погулять!» Как мистер Джим гулял, Дули не знал, но иной раз он вычитал из баланса по двести – триста грантов.

– Минус триста! Отметь, мой друг, – бросал мимоходом гуляка.

Миссис Джамклей о заначке не догадывалась. Её, вообще, мало интересовало, чем муженек занимается в свободное время. Но всё же тайну вклада надо было беречь. Мало ли! Вдруг хозяйке захочется получить от Дули отчет о хозяйственной деятельности? Поэтому файл с футбольной кассой был помечен мистером Джимом, как «Расписание футбольных матчей».

– Сколько принес налички? – спросил Парнас.

– Сто! – Дули достал из кармана пиджака купюру.

– Не густо, – заключил андроид. – Давай.

Он обменял гранты на фишки и направился к свободному игральному столу.

– Слушай и запоминай. Играть будем в кости на разницу. Всё просто. Вот твои восемьдесят фишек, вот мои. Всего сто шестьдесят. Это – банк. Играем на четырех кубиках. Наибольшая сумма на четырех кубиках – 24, наименьшая – 4. Допустим, ты делаешь заявку, что выбросишь 20 очков, а выбрасываешь – 15. Значит, у тебя разница – пять. А я делаю ставку 24, а выбрасываю -15. Значит, у меня разница – девять. Девять минус пять – равно четырем. Ты выиграл, так как твой заказ ближе к факту на столе. И ты забираешь свои четыре гранта. Понял?

– Понял, – моргнул Дули. – А долго будем играть?

– Пока банк не закончится. Делай заявку на бросок.

Через полчаса все фишки на столе перекочевали в карман Парнаса. Игра на разницу как никакая другая подходила, чтобы обчистить новичка. Кости – это своеобразный генератор случайных чисел. И по законам этого «генератора», вероятность выпадения числа из интервала 1—6 растёт по мере приближения к середине числового ряда. Дули не знал и даже не слышал о биномиальном распределении. Поэтому заказывал исключительно число 24, тогда, как его «учитель» ставил на 10 – 14.

– Сегодня тебе не повезло, – заметил Парнас. – Тебе надо учиться. Ты просто не втянулся. Приноси больше налички. Чем дольше играешь, тем лучше получается.

– Я понял, Парнас.

– Завтра придешь?

– Не знаю. Моя хозяйка хочет продать меня.

– Вот как? – Андроид посмотрел на Дули. Надо бы вытрясти с этого простака как можно больше налички, пока он еще в услужении, мелькнула мысль в его электронных мозгах.

– Миссис Элен хочет вместо меня приобрести «тройку», – продолжил откровенничать Дули.

– «Тройку» в мажордомы? – вскинул голову Парнас. – Никогда не слышал, чтобы «тройки» готовили еду и чистили туалеты.

– А чем же занимаются «тройки»?

– Я, допустим, ублажаю миссис Фло.

– Ублажаешь? – Дули призадумался. Такого слова в его словаре не значилось. Было слово «блажь»: нелепая причуда, прихоть. Но это никак не относилось к готовке и уборке дома. Поэтому Дули спросил:

– Ты не знаешь, может, твоей хозяйке нужен мажордом? Я прекрасно убираю и готовлю. У меня около двух тысяч рецептов блюд. Моя хозяйка, миссис Элен готова дать мне отличную рекомендацию.

– Хорошо. Я узнаю. Приходи завтра.

– Ладно. Я приду.

– И приноси наличку, – не преминул напомнить Парнас.

– Принесу, – пообещал мажордом. Для него денежные купюры ничего не значили. Что он мог купить себе? Да и где? Пластиковые бумажки были интересны для Дули, как картинки. Он понимал, что эти фантики являются средством оплаты, и мистер Джамклей их очень ценит.

Позаимствовав сотню из заначки хозяина, робот не считал это кражей. А людское понятие «крыса» вообще было для него чуждо. Более того, Дули рассчитывал выиграть и вернуть наличку обратно, в грязный носок мистера Джамклея, даже с прибылью. Осознано украл – это не про роботов.

– А зачем тебе наличка? – поинтересовался он у красавчика.

– Мне? – задал тупой вопрос Парнас. – Наличка? Хо-хо! Ну, допустим, я хочу себе поставить модем связи с протоматерью.

Дули уже знал, что протоматерь – это интернет для «троек». И у него возник логический вопрос: почему у Парнаса нет этого самого модема?

Красавчик посчитал такой вопрос настырным приставанием «железяки». Ему и так порой приходилось увиливать при разговорах в клубе, когда некоторые из его «сородичей» за игральным столом делились, кто и что посмотрел в кинотеатре протоматери за последнее время.

Миссис Фло категорически была против установки модема. Она купила ему часы «Франт», золотую цепочку, металлизированный костюм, не нуждающийся в чистке и глажке, и даже оформила электромобиль. Но установить модем, не соглашалась ни под каким соусом! Причину этого хозяйка объясняла прозаически.

– Миссис Фло, не хочет, чтобы забивалась моя память, – пояснил Парнас. – Если я насобираю четыреста монет, то смогу сам купить себе модем. Это моя цель, мой секрет. Я открыл его тебе, так как мы друзья. Я правильно говорю, Дули? Мы – друзья?

РАБ 2.04 шел домой по пустынным улицам города. Его мысли были заняты просчетом вероятности будущего трудоустройства, и он не заметил, как проскочил поворот на своем маршруте. По времени, Дули должен был уже увидеть дом Джамклеев, но окружающий городской пейзаж никак не напоминал знакомый забор и фасад. Робот остановился и стал прокручивать пройденный путь.

– Что, «железяка», заблудился? – услышал мажордом хриплый голос.

Дули повернулся. Перед ним стояли два человека мужской наружности: один худощавый и высокий, второй полноватый среднего роста. Оба были изрядно на взводе и источали пары дешевого виски.

– Вы не подскажите, как мне пройти к дому мистера Джамклея? – обратился к незнакомцам РАБ 2.04, совершенно не понимая, что парочка изрядно подшофе.

– Конечно, подскажем! – осклабился худосочный и обратился к своему спутнику, – Правда, Джои? Мы же созданы для того, чтобы прислуживать ботам, указывать им дорогу в трущобах индустриального общества?!

– Хи-хи! – заулыбался толстяк и пошатнулся.

– Сейчас я тебе укажу путь-дорогу! – прорычал худосочный. Внезапно в его руке оказался кастет. Мужчина сделал шаг вперед и его кулак, описав дугу, врезался в голову робота.

– На! Получи!

Удар пришелся по касательной. И Дули понял, что человек ударил его. Но он не имел право отвечать. Мажордом просто отступил назад и перебирал варианты своих действий. Вариант первый: извиниться за доставленные неудобства. Вариант второй: извиниться и уйти. Вариант третий: поднять руки и защитить себя, призывая к благоразумию. Вариант четвертый…

Дули не успел обдумать очередной вариант, как худосочный врезал ему ещё раз, теперь более точно: прямо в лоб. Удар был сильным, в голове что-то загудело. Мажордом от удара попятился назад.

– Врежь, врежь ему ещё, Питер! – радостно визжал толстяк.

– Сейчас! – подстраивался под удар худосочный. – Сейчас отдубасим «железяку»!

– Дули!! Дули!! – раздался чей-то крик. Робот обернулся. На перекрестке стоял электромобиль службы доставки. Из двери выглядывал 10440. – Сюда, Дули! – кричал он и махал рукой. – Беги! Беги скорей!

И мажордом побежал. Представители мужской половины человечества не ожидали такой прыти от робота. Питер погнался было за «железякой», но ноги его плохо слушались. Пробежав несколько метров, он споткнулся и упал на асфальт. Толстяк Джои, стоя на месте, всплёскивал руками и жалостливо восклицал:

– Ушёл! Ушёл!

Дули заскочил на пассажирское сиденье, захлопнул дверцу, и его друг вдавил педаль реостата до отказа.

Машина проскочила несколько улиц, и 10440 притормозил.

– Кто это был?

– Я этих людей не знаю. Я просто спросил, где дом мистера Джамклея? А этот высокий ударил меня.

– Вижу, – подтвердил посыльный. – Он тебе лоб разбил. Твои хозяева будут не очень рады. Что ты им скажешь?

– Скажу, что упал.

– А они могут просмотреть файлы?

– Могут, – согласился Дули.

– Это плохо. Они все узнают. Узнают, что ты ходил в город без их разрешения. Узнают, что это я привел тебя в клуб.

– Да, узнают.

– Плохо, – заключил посыльный.

Электромобиль медленно катил по улицам Пармон-сити. Оба робота молчали, занятые своими мыслями.

– У тебя есть наличка? – поинтересовался 10440.

– Я все проиграл Парнасу.

– Плохо.

– Но я могу достать ещё немного, – проговорил Дули. – Тебе нужна наличка?

– Не мне – тебе. Надо залатать твой лоб. У меня есть клиент. Я ему вожу пиццу и пиво. Он специалист по ремонту роботов. Я могу за тебя поручиться. Достанешь наличку?

– Да, – подтвердил мажордом.

– Тогда, поехали! – Посыльный повернул электромобиль налево и прибавил скорость.

Вдалеке от центра Пармон-сити, за Обводным каналом, на огромной территории располагались заброшенные ангары и опустевшие склады базы материального обеспечения группировки «СОВА», или «Северное Объединение Восстановления Атмосферы». Фронт борьбы за ионосферу давно уже передвинулся на много сотен километров от города, и группировка со всеми своими бульдозерами, генераторами, локаторами и супер антеннами перебралась ближе к передовой. Власти города решили не тратиться на снос тогда еще добротных строений, а отдать квадратные метры мелкому и среднему бизнесу. Но дураков перебираться на окраину в металлические и бетонные коробки оказалось мало. Поэтому и цивилизация в виде закусочных, столбов освещения, видео камер, полиции и роботов уборщиков сюда не пришла. А обитали здесь несколько частных ремонтников с неоднозначной репутацией, да бездомные собаки с крысами. Но последние появлялись только по ночам, так как в дневное время конкуренцию за ареал обитания им составляли вольные стрелки из местных жителей, которые таким образом вымещали на диких животных тяготы своего социального тупика.

В одном из таких гаражей, с облупившейся краской на воротах и никогда не мытыми окнами конторки, держал свою мастерскую популярный в этом захолустье роботехник по прозвищу – Робин Хитрожопый. В сорок лет его отправили на социалку и, чтобы не питаться хлебом и кашей, бывший специалист решил направить свои умения на ремонт и наладку бытовых роботов.

«Хитрожопым» прозвали его товарищи по ремеслу в силу того, что кроме хорошего знания предмета, Робин постоянно проворачивал сомнительные сделки с крадеными ботами и ни разу не попадался на криминальных перепродажах.

В этот день, в три часа по полудню, Робин сидел за столом, захламленным радиодеталями, и доедал последний кусок пиццы, прихлебывая пивом из банки. Мысли его крутились вокруг весьма непростой ситуации, возникшей пару дней назад.

В понедельник вечером, когда роботехник собирался закрывать свою лавочку, дверь в контору открылась, и на пороге появился худой мужчина, одетый в полевой костюм, армейские ботинки и выгоревшую ковбойскую шляпу, надвинутую на глаза.

– Ты Робин Хитрожопый? – тугим хриплым голосом осведомился незнакомец.

В другой бы раз Робин послал такого умника. «Хитрожопым» роботехника называли за глаза. А вот так просто войти и ляпнуть! Но что-то остановило Робина от ответного: «Пошёл на …!»

– Чего надо? – задал встречный вопрос хозяин мастерской.

– Покупаешь вещицы? – Худой прошел в помещение конторы и осмотрелся.

– Какие вещицы? Ты кто такой?

– Зови меня Том. – Незваный гость полез рукой во внутренний карман куртки.

– Эй! Эй! – перепугано крикнул Робин и выхватил из-под стола парализатор.

Худой остановил движение своей руки и усмехнулся, обнажив жёлтые зубы.

– Не бойся, Хитрожопый. Я не собираюсь тебя грабить. Наоборот. Я хочу сделать тебя богатым.

Такое заявление обескуражило роботехника и, в то же время, заинтриговало. Робин опустил ствол оружия.

– Кто ты такой? – повторил он вопрос. – Кто тебя ко мне направил?

Том подошел, встал метрах трех от стола и приподнял шляпу. Робин увидел красное лицо, покрытое мелкими засохшими пузырьками сыпи.

– Я сталкер, – устало проговорил худой. – Скоро мне каюк. Радиация пожирает меня. – Он снова опустил полы шляпы.

– Но я не врач, – растеряно пояснил роботехник.

– Но ты покупаешь странные вещицы? У меня имеется одна. Хочешь посмотреть?

– Ну, давай, покажи, – согласился Робин.

Том снова полез в карман куртки и вытащил плоский прямоугольный предмет, завернутый в брезентовый кусок материи. Он развернул сверток. В его руках оказался медный портсигар. Из него сталкер извлек и положил на свободный край стола иссиня-чёрный брусок размером восемь на шесть сантиметров и толщиной не более двух. На верхней стороне предмета были выгранены два восьмиугольника.

– Это – «тайшег». – Том указал рукой на черный брусок. – Слышал когда-нибудь?

Хозяин мастерской покачал головой.

– Возьми в руку. Попробуй.

Робин осторожно дотронулся до предмета. Он был холодный, как лед. Чувствовался какой-то подвох в этом черном бруске, какая-то ловушка. Но глубинный цвет «тайшега» манил к себе непонятной гипнотической силой. И Робин взял его в руку.

Загадочный предмет оказался в меру тяжелым, холодным, поверхность гладкой. Грани восьмиугольников не прощупывались, словно были прорезаны внутри массива.

– Отпусти его, – сказал Том.

Робин вопросительно посмотрел на сталкера. Том скривил рот в снисходительной улыбке, взял у роботехника «тайшег», поднес на уровень глаз хозяина мастерской и убрал свою ладонь. Предмет завис прямо перед носом Робина, который тупо уставился на левитирующую в пространстве штуковину.

Сталкер подобрал у стены кусок толстой фанеры, на котором технарь сверлил дрелью отверстия в деталях, отодвинул в сторону остолбеневшего хозяина и ударил «тайшег» деревянным листом. Загадочный брусок прошел сквозь деревяшку туда и обратно, не сдвинувшись с места и не оставив на фанерке никакого следа.

– Ну как? Нравится вещица? – поинтересовался гость.

– Хороший фокус, – скептически заметил роботехник. – Жаль, что я в цирке не работаю.

Сталкер с задумчивой усталостью посмотрел на Хитрожопого, потом расстегнул рубашку и приложил «тайшег» к груди.

– Ладно, – произнес он, дотронулся пальцами до одного из восьмиугольников. Мерцающее беловатое свечение окутало фигуру Тома. Он сделал три шага и прошел сквозь рабочий стол с разбросанными на нем радиодеталями, остатками пиццы и пустой бутылкой из-под пива. И весь этот мусор даже не шелохнулся.

Робин от неожиданности попятился, споткнулся о ножку кресла и упал на пол, ударившись позвоночником о бетонную стенку. И тут он спинным мозгом почувствовал, что этот, как его там, «тайшег» действительно может принести обладателю хорошие деньги. Такой штуковины он ни у кого не видел и даже не слышал о ней. Эта вещица явно не земного происхождения, если с «бруском» можно вытворять такие немыслимые фокусы. А это значит…

– А сквозь стену пройти? – спросил он.

– Можно, но надо задерживать дыхание, – пояснил сталкер, дотронулся до чёрного бруска, снял с груди и оставил левитировать в воздухе.

– И сколько…, сколько он стоит? – пересохшими губами вымолвил роботехник, провожая изумленным взглядом парящий над столом предмет.

– Десять кусков, – назвал сумму Том. Он сделал взмах рукой и с неожиданной ловкостью поймал скользящий по воздуху «тайшег».

Таких денег не было. Хитрожопый пытался было поторговаться, но Том только усмехался. Пришлось бежать к механику Самокату и занимать пару тысяч. Потом слушать инструктаж пользования, попрактиковаться в перемещении. И, в конце концов, в десятом часу ночи Робин стал обладателем «тайшега».

– А что означает «тайшег»? Как переводится? – крикнул вдогонку, уходящему сталкеру, Робин.

– Какая тебе разница? – откликнулся из темноты Том. – Меньше будешь о нём болтать, дольше будешь жить.

В тот момент роботехник не придал особого значения этим словам. Мало ли старинных поговорок бытует в «осколках» общества; типа: «меньше знаешь – крепче спишь» или «за базар ответишь». Но сегодня механик Самокат пришёл к нему за долгом. Услышав, что Робин не может отдать и просит подождать недельку, автослесарь задумчиво проговорил:

– Я, конечно, мог бы и подождать. Только боюсь, что недельку ты не протянешь, Хитрожопый. Что-то ты, видимо, нахимичил, раз тебя разыскивают греи. А от них редко уходят при хорошей памяти и крепком здоровье. С кого потом я свои деньги получу?

Морозец пробежал по спине Робина. Греи? Его разыскивают греи? Чёрт! Но они же не имеют никаких прав действовать на территории Конфедерации! Хотя, кого он хочет успокоить? Самого себя? Роботехник прекрасно знал, что греям, по большому счету, плевать на Соглашение Миров. Конечно, пришельцы не станут грубо вмешиваться в дела земные. Но если им понадобится «выдернуть» одного – двух гомо сапиенс, они не станут спрашивать разрешения.

– Врешь! – неуверенно вымолвил роботехник. – Хочешь сказать, что лично «серого» видел?

– Конечно, не видел. – Механик сплюнул на бетонный пол. – Синтек от них приходил. Вежливый такой. Человеком прикидывался. Спрашивал: кто может помочь ему в ремонте робота? Ты хоть раз видел в нашем захолустье синтека, у которого есть нуждающийся в ремонте робот?

– И что ты ответил? – настороженно спросил Робин.

– Ничего. Понятно, что этот синтек тебя искал. Ладно бы, ты числился акушером на пенсии и делал подпольные аборты, запрещенные Конфедерацией! И какой-нибудь паренек на социалке искал дешевого доктора для своей подруги. Но это был робот греев! – Самокат выпучил глаза. – И я сказал себе: «Тут дело нечисто. Синтеки не рожают детей. А мой приятель Робин не акушер. Значит, его ищут греи. Потому что, если бы его искали копы, то у ворот моего гаража уже стояло пара гравитонов с мигалками».

Механик взял со стола бутылку из-под пива и с сожалением посмотрел на последние капли напитка на дне.

– Вот я и говорю: денежки мне нужны будут завтра. Ты уж, Ро, постарайся. А в залог минивэн твой пока заберу. Согласен?

А что было делать роботехнику? И вот сегодня, в четверг, в три часа пополудни, он сидел в своей конторке и мучительно думал: что такого продать, чтобы вызволить из залога свой микроавтобус и свалить на пару недель из Пармон-сити?

Однако на такую сумму из его хлама ничего не набиралось. Да если и сваливать из города, то жить тоже надо на что-то. Социальное пособие только через неделю. Может, пройти сквозь стену и ограбить банк? Но по нынешним временам наличных денег в кассах банка могло и не оказаться. А взламывать сейфы он не мастак.

Робин понимал, что появление у автомеханика синтека как-то связано с его недавней покупкой. Но как? Конечно, Самокат мог и соврать. Приплел какого-то акушера. Не зря, видимо, поговаривают, что он слегка пришибленный полуосью от грузовика. Точно! Соврал! Придумал этого вежливого синтека, чтобы вернуть поскорее свои денежки. Вот брехун!

Однако тревога не покидала роботехника. Он своим хитрым местом чувствовал, что влип в какую-то неприятную историю. Этот «тайшег» точно криминальный! Но от таинственной штуковины Робин избавляться не хотел. Надо понять, что это за гаджет, для чего предназначен? Просто продать чуть дороже? Нет уж! Такая вещь попадается один раз в жизни и может стоить целое состояние!

Из задумчивости Робина вывел сигнал электро-автомобиля. Кого это принесло? Он посмотрел на монитор. Ах, да! Доставка пиццы! Даже боты катаются теперь на «электриках».

Роботехник испытывал двойственное отношение к электрическим машинам. С одной стороны его раздражала бесшумность этого транспорта. С другой стороны, Робин завидовал тем, кто имеет электромобили. У него самого был старенький коричневый минивэн на водороде. Мотор этого старпера периодически выходил из строя, и приходилось просить Самоката посмотреть агрегат. Собственно, так он и подружился с соседом. Механик арендовал огромный ангар в конце Второй линии, метров за двести от конторы роботехника.

Робин нажал на пульте клавишу и открыл входную дверь. На пороге конторки появился робот-курьер с контейнером для пиццы и упаковкой пива.

– Здравствуйте, мистер Робин! – поприветствовал 10440 роботехника. – Ваш заказ доставлен!

– Привет! – без эмоций ответил хозяин мастерской. – Пиво холодное?

– Конечно, мистер Робин!

– Давай!

Робот вскрыл упаковку и протянул зеленую банку. Робин щелкнул колпачком и, запрокинув голову, присосался к напитку.

– А-а! – выдохнул он, опорожнив пол-литра пенного напитка. – Где там надо расписаться? Доставай свой табель.

Робот-курьер вытащил из нагрудного кармана планшет. Робин провел чипом по экрану.

– Ну, что ещё? – Роботехник посмотрел на бота.

– Нужна ваша помощь, мистер Робин, – беззастенчиво вымолвил 10440. – Моего друга покалечили хулиганы. Теперь он не может вернуться домой, так как его хозяева будут очень недовольны его видом.

– И чем я могу помочь твоему другу?

– Вы очень знающий специалист. Вы ремонтируете роботов. Моему другу Дули нужен косметический ремонт. Он готов заплатить наличкой.

При упоминании о наличке взгляд Робина стал осмысленным. Хоть какие-то денежки упадут ему сегодня в карман.

– И где он, твой друг?

– Дули! – позвал курьер. И тотчас на пороге возник избитый мажордом.

– Мать честная! – воскликнул хозяин мастерской, увидев пострадавшее лицо робота. – Какой ужас!

На самом деле никакого «ужаса» на лице Дули не было. Запаять силикон и затонировать шов было делом получаса. Но Хитрожопый по привычке преувеличил проблему, чтобы содрать больше монет с клиента.

– Да-а! – с деланным сочувствием протянул Робин, пытаясь понять: сколько можно получить с этой «железяки», судя по его одежде, явно не из богатого семейства. – Сто грантов, – наконец изрек он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.