Элегия. Обреченная стать Богом…
Доминика Вольф

© Доминика Вольф, 2022

ISBN 978-5-0059-2278-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Элегия. Обречённая стать Богом.

Глава 1. Серость

Ночь. Почти. А именно, начало одиннадцатого. Сегодня она решила пройтись с работы пешком: возможно, в это время суток привычный серый мир не будет казаться таким же, как и всегда. Возможно, получится взглянуть на тёмно-синее небо, увидеть перелив пушистых снежинок под светом фонарей.

Кто-то наслаждается такой погодой, проводя фотосессии, поражающие своей красотой; кто-то ходит на каток весёлой и шумной компанией. Но только не она. Девушка, имеющая маски на все случаи жизни. Девушка, которая не может увидеть цвета этого мира не вследствие физического отклонения, а от душевного одиночества, от отсутствия смысла жизни в этом богом забытом месте. Девушка, не умеющая сочувствовать и ценить. Раздавленная, покорённая и морально уничтоженная.

Сегодня вновь была провальная попытка что-то понять и, возможно, увидев красоту природы, убедить себя в том, что всё же ты кому-то нужна, что в этом мире есть что-то, ради чего стоит жить!..

Нет. Не получилось.

Безуспешно пытаясь вытереть слёзы, она смывала свою очередную маску, которую так скрупулёзно вырисовывала с утра.

Новый рабочий день, новая роль, которая должна быть сыграна на пять… Ни один человек, даже из ближайшего окружения, не должен был знать о боли, вечно живущей в её душе. О боли, которая не даёт полноценно жить, дышать полной грудью, наслаждаться каждым моментом и так короткой жизни.

Девушка шла по тёмной улице, смотря лишь под ноги. Со стороны, возможно, казалось, что идёт не тридцатилетняя девушка, а измученная жизнью женщина, сгорбившись под тяжестью навалившихся проблем. Хотя на работе все знали её как веселую, общительную личность, умеющую отстаивать свое мнение, саркастичную и в меру язвительную. Этакий образ стервы-начальницы, смелой и властной, которая всё же могла и выслушать, и помочь советом в какой-либо проблеме. Жаль, что сама она не могла воспользоваться своими советами.

Мысли. Сколько же мыслей кружилось в её голове по пути домой, и все они, как всегда, были серыми. Её не отпускала боль лишённого родительской любви ребёнка. У неё была мама, которая слишком рано скинула мешающее чадо на руки бабушке. Был папа, которого она видела последний раз лет десять назад. Он выдавал замуж её сводных сестёр, рождённых от другой женщины. Бабушка же давала столько любви, сколько могла, но её очень рано не стало. Не стало единственного человека, который мог бы поддержать в любую минуту, к которому можно прийти и просто поговорить за чашкой чая. Бабушка собирала чай своими руками; он хранил аромат лета и согревал даже в самые сильные морозы. Потеря этого человека, ещё в школьные годы, оставила первую, вечно ноющую рану на её сердце. В тот день мир лишился части красок, а в момент опускания гроба в землю она поняла, что всё вокруг стало серым: серые лица, серый снег, серая земля… Всё в тон лица самого родного и близкого человека, которого она больше никогда не увидит.

Часто она ловила себя на мысли о том, что завидует людям с полноценной семей. Нет, не той чёрной завистью, которая съедает изнутри, а светлой: она с грустью думала о том, насколько было бы проще жить, будь у неё хоть кто-то способный выслушать, понять, обнять, накормить до отвала, с кем можно бы было посидеть вместе вечером при свете луны и посекретничать обо всем. Ох! Она бы заботилась об этом человеке и никогда бы не причинила боли – но чего нет, того нет…

Безразличие окружающих она чувствовала и позднее. Обладая обычной внешностью, она никогда не была звездой школы или класса, не общалась со знакомыми со двора, была довольно замкнутой девочкой. Единственным, что хоть как-то скрашивало взросление, были книги. Сперва печатные, а потом, с появлением гаджетов, электронные. Книги хоть на какое-то время переносили её в удивительный мир волшебства. Только там были верные друзья, искренние чувства и вечная любовь – всего этого ей не хватало в реальности.

Соседи часто замечали милую русоволосую девочку, в больших серых глазах которой стояли невыплаканные слезы, а в худеньких подрагивающих ручках – всегда была книга.

Шли годы. Она взрослела. Мир терял краски всё сильнее. Тяга к книгам не проходила, но только душа всё больше и больше пустела. Ни любви, ни искренних эмоций – ничего. Просто непонимание: для чего все это? Для чего жить, работать? Только ли для продолжения рода? Неужели у всех нас только такое предназначение? И если ты не создал что-то выдающееся, то никто и не заметит, что ты был в этом мире. Не хочется в это верить, но иных версий нет.

Опять слезы…

Когда она последний раз видела голубое небо? В школьные годы, когда пыталась запечатлеть закат на фотопленку. Распечатать это фото удалось намного позднее, и небо на нём получилось серым. Сколько лет прошло с тех пор, а фото до сих пор хранится у неё в альбоме: серое, как и всё остальное. Вот только в одежде у неё стабильность – всё черное. «Практично!» – объясняет она людям. «Стройнит просто» – думают все. «В чёрном теряется приевшийся серый» – знает она.

Дальше – хуже. Потерянная девушка вступила в отношения. Тяжёлое время. Испытание, которое сильно надломило её психику. Отношения были потребительскими: ты должна, ты обязана; ты не смогла – значит, плохая! Тогда она поверила в то, что никому не нужна, что совсем не привлекательна, что измена ей – это нормально, ведь она ничего из себя не представляет. Что она плохая жена, не способная подарить ребенка! В тот момент её сердце навсегда покрылось коркой цвета остывшей лавы – одного из оттенков серого… Те отношения в прошлом, а осадок от них – нет. Испытанная боль, унижение, обида – остались. Остались на весь отведённый ей срок! И мысль в голове осталась наконец-то только одна: скорее бы этот срок вышел…

Людям не нужны такие: сломленные, морально убитые, мёртвые. Поэтому ей не оставалось ничего другого, как научиться надевать маски. Носить их всегда, кроме таких сладких минут одиночества, когда она могла быть собой, которых, сколько бы ни было, – всегда казалось мало. Маски помогают расположить к себе людей, найти работу, иметь какое-то общение, хотя, для чего все это? Ответа на этот вопрос нет.

Глава 2. Сон или…

Со дня пешей прогулки домой прошло несколько одинаково скучных дней, похожих друг на друга. «День сурка». Всё так же, слово робот, она приходила на надоевшую работу, выполняла всё, что от неё требовалось, в идеальном виде и шла домой. В пустой дом в сером человеческом муравейнике.

Был какой-то праздник, – девушка не слишком следила за этим, – и ей подарили сбор целебных, успокаивающих трав. Она всегда скептически относилась ко всякого рода «травкам», сиропам и прочей лечебной гербаристике. Но чтобы не обижать коллегу, которая божилась, что всё это не куплено, а собрано руками её бабушки, приняла дар и обещала пить. Конечно же, только на ночь, и естественно, в указанных пропорциях. Судя по тому, что с неё в этот раз поборов не собрали, это был её очередной день рождения. Дата в календаре подтвердила предположение.

– Ну, с днем рождения, Екатерина Михайловна! – грустно улыбнулась девушка, поднеся кружку с ароматным чаем к зеркалу, звучно его касаясь, словно чокаясь со своим отражением. Напиток и правда оказался довольно вкусным. Пить его доставляло какое-то странное удовольствие. Казалось, что она вернулась на двадцать лет назад и сейчас сидит в нагретой солнцем веранде. Рядом – горячо любимая бабушка. Откуда-то издалека раздается лай собак и мычание коров. В воздухе витает запах скошенной травы, сена и того самого чая с успокаивающим действием…

***

В ту ночь ей впервые приснился сон, вот только ничего успокаивающего он не принёс. Ей снилось, что она стоит в своей комнате, в привычной обстановке, где царил идеальный порядок: где у каждого предмета было своё место и где не было абсолютно ничего лишнего. Казалось, даже пылинки не залетали туда, боясь нарушить сложившийся годами порядок. Неожиданно по комнате пронёсся сквозняк, которого там быть не могло. Оглянувшись в поисках его источника, девушка застыла от ужаса: прямо посередине её комнаты зияла огромная чёрная дыра, края которой, казалось, искрились. Странные вибрации воздуха будто затягивали окружающие предметы внутрь этого круга, пугающего своей непроглядной чернотой. Девушка до боли в пальцах вцепилась в подушку кровати, в надежде, что та сможет её задержать. Самым страшным было то, что она понимала, что всего этого в принципе не может происходить на самом деле, но ужас настолько сковал её тело, что она даже не могла закричать: только бесшумно открывала рот, пытаясь позвать на помощь. Тяга из странной дыры в неизвестность усиливалась, и девушка с ужасом понимала, что руки стали слабеть, что скоро у неё не хватит сил сопротивляться и наступит конец.

Впервые за долгие годы Екатерина проснулась в холодном поту, прекрасно помня свой сон. Помня каждую секунду, помня ужас, который она испытала. Она подскочила с кровати и бросилась на кухню, не замечая холода пола босыми ногами.

– Просто чудо-чай! – передразнила она интонацию коллеги, и, не задумываясь, выкинула этот сбор в мусор.

Подойдя к зеркалу, она обнаружила ещё один неприятный сюрприз: выглядела она так, будто это был вовсе не сон – и тёмные круги под глазами лишь подтверждали это. На самом деле, ей было глубоко плевать, как она выглядит. Но, к сожалению, сейчас такое время, когда все оценивали друг друга по внешнему виду. И, если ты не хочешь обсуждений за спиной, пересудов и прочих способов развлечься примитивному социуму, стоит следовать некоторым правилам, а именно, не привлекать к себе внимания какими-либо изменениями во внешности. А если планируешь их, то стоит подготавливать к этому. Кого и как «готовить», девушка уже знала, и эти люди, умеющие превратить любую информацию в первоклассную сплетню, её не трогали. Только из-за этого ей приходилось тратить гораздо больше времени для нанесения очередной «маски».

Возможно, жизнь вошла бы в свою привычную колею, и серые, скучные будни продолжили бы отравлять её существование. Но сны не уходили… И если первые дни она могла списать на эмоции, полученные во время первого сна, или на затяжное действие «проклятого» чая, то дальнейшее не поддавалось никаким объяснениям. При всём при этом у снов начались продолжения. В какой-то момент Екатерина увидела несколько мерзких не то лап, не то рук, тянущихся из черной дыры к ней, что вызвало ужас такой степени, что она несколько дней не могла войти в комнату. Казалось, что что-то могло проникнуть оттуда в её мир!

Девушка понимала, что происходящее не является нормальным и начала откладывать деньги на хорошего психолога, естественно, никому об этом не сообщая, по уже известным причинам. Она надеялась, что до психиатра дело не дойдет…

А после сны перестали оставаться просто снами. Однажды утром она обнаружила у себя на лодыжке отпечатки лап – память сразу подсунула момент, когда во сне её все-таки схватили! Дыра с каждым разом становилась все больше, охватывая помещение комнаты и кровать уже не казалась надёжным укрытием. В том сне ей впервые удалось закричать – и тогда все моментально прекратилось. Глаза она распахнула, лёжа на кровати, с бешено колотящимся сердцем, готовым пробить грудную клетку и выскочить наружу.

Странности продолжались и днём: она начала терять предметы из комнаты. И если изначально это были лишь тетради с записями, блокноты, настенные календари, то, в последствии, стали пропадать более существенные вещи. Сперва пропал планшет, потом светильник, а затем и прикроватный пуф. И вот это стало последней каплей!

На утро следующего дня Екатерина уже сидела в платной клинике у довольно известного психолога. Судя по обстановке кабинета врача, заработок его был не мал, что давало надежду и на качество оплачиваемых услуг.

В течении месяца, дважды в неделю, девушка ходила на приемы. Сны отступили. От чего именно – неизвестно. То ли от нудных разговоров с врачом, после которых она чувствовала себя как выжатый лимон, то ли от сильнейших снотворных, которые «добрый доктор» ей посоветовал сразу после первого приема.

Жизнь постепенно приходила в привычное русло, кошмары не возвращались, и девушка решила более не посещать врача. Многие странные вещи, такие, как потеря предметов, доктор списал на лунатизм, возникший на основе нервного возбуждения и усталости. Что ж, эту версию приняла и девушка. Если уж квалифицированный врач всё объяснил, зачем же она будет забивать себе голову тем, чего на самом деле не было.

***

Дни шли, наступила весна, принеся с собой не запах тающего снега, а гололёды, сплошные проталины почти чёрного снега, запах выгула собак. Растаяли все места тусовок пьющей молодежи, мусор, который до половины зимы валялся вокруг мусорных контейнеров. В общем, ещё одно время года, которое совсем не красило этот город, превращая его в грязное, серое болото.

Девушка, по уже сложившейся привычке, вставила в уши гарнитуру, включила что-то громкое, что хоть немного придавало настроения куда-то идти и что-то делать, и покинула дом. Её радовало, что кошмаров нет уже долгое время, даже без таблеток! И дорога к дорогому врачу была уже забыта.

Как всегда, уверенной походкой, с высоко поднятой головой девушка преодолевала привычное расстояние от дома до работы. Дорога, которая была изучена годами и никогда не приносила сюрпризов.

Однако в этот раз что-то пошло не так…

Стоило ей ступить на пешеходный переход дороги, как девушка увидела прямо перед собой уже знакомую чёрную дыру. Маленькие искорки будто рисовали беспросветно чёрное пространство прямо перед её лицом, пока оно не превратилось в подобие портала. Уже забытый ужас сковал всё её тело, и она не могла даже шагнуть в сторону – просто стояла и смотрела на приближение мрака.

Всё было как в замедленной съёмке. Секунда – дыра ближе. Секунда – звук клаксона автомобиля. Секунда – развевающийся на ветру шарф пропадает в дыре. Секунда – сильный удар. Секунда – адская боль, пронзившая тело. Секунда – визг тормозов. Ещё секунда – и темнота поглощает её, освобождая от боли. Секунда… и нет дыры.

– Твою мать! – бешено кричал выскочивший из машины мужчина, хватаясь за голову.

– Что случилось, Вась? Мы кого-то сбили?! – женский голос из автомобиля.

– Где девушка?! – на встречной полосе уже остановились несколько машин, ставших свидетелями аварии. Из соседних домов показались головы любопытных зрителей, тут же доставших телефоны для съёмки.

– Нет нигде! Что за чертовщина?! – мужчина бегал вокруг машины, осматривая её и пустые обочины.

– Да, может, не сильный удар? Уже поди свалила! – неуверенно предположила спутница виновника аварии.

– И что?! ДТП было, мы – свидетели! Ещё и на зебре! – сразу начала кричать какая-то полная краснощекая женщина.

– А удар-то… сильный, – прошептал мужчина, заметив, наконец, капли свежей крови на капоте авто.

***

Открывать глаза было мучительно больно. Но боль успокаивала: она давала надежду на то, что тело ещё живо. Где-то неподалеку раздавались голоса, но понять, о чём идет речь, пока не получалось. Попытка пошевелиться не привела к успеху, и Катю сковал страх: она помнила всё, что с ней произошло, понимала, что, если она жива, то скорее всего находиться в больнице, а раз она не может пошевелить конечностями, то, скорее всего, дело плохо…

Когда глаза привыкли к свету, она увидела двух мужчин, стоявших неподалеку от её кровати: они что-то живо обсуждали. Их речь была ей не понятна, хотя она и не могла похвастать знанием иностранных языков.

«Меня сбил миллионер, и сейчас я в Швейцарии или Германии!» – подумала девушка и сама усмехнулась своим мыслям. Чем и привлекла к себе внимание мужчин. Один из них повернулся к ней и начал что-то говорить. Странный язык, напоминающий курлыканье птиц, вызывал у Екатерины лишь раздражение.

– Б***ть, неужели не видите, что я ни черта не понимаю! – прокричала девушка, и в полном бессилии откинулась на подушки.

Разговорчивый врач с недоумением посмотрел на коллегу, потом смешно изобразил губами букву «О», и начал подключать к её голове какие-то приборы. Второй врач, сперва довольно хмуро на это смотрел, потом, видимо, что-то для себя решив, медленно подошёл к кровати и наклонился к девушке.

– Боль. Терпеть. Немного терпеть, дочка! – произнес мужчина на ломанном русском и поцеловал девушку в лоб.

– Что?.. – попыталась спросить Екатерина, но тут её мозг будто взорвался. Ещё ни разу в жизни она не испытывала такой боли, словно в её голову разом втыкают тысячи раскаленных игл. Её стон перерос в крик, но оборвался на самой высокой ноте. Глаза девушки с красными, полопавшимися капиллярами закатились, и она потеряла сознание.

Глава 3. Тридцать лет назад: не привычный нам мир.

– Пожалуйста, Мара! Нет! – крики мужчины раздавались в пещере уже не один час.

Его жена умирала, дочь была на грани жизни и смерти. Отчаяние, сквозившее в крике мужчины, долетало даже до Богини, но ни одна живая душа не могла его успокоить! Некогда прекрасное лицо роженицы было искажено от боли, она уже не могла говорить, и только хрипы, заменяющие дыхание, показывали, что она ещё жива.

– Я предупреждала тебя, воин! – прохрипел голос сзади. – Я говорила, что не пара она тебе! Теперь ты потеряешь её и дитя! И больше никогда не обретёшь счастье!

Мужчина, собрав всю волю в кулак, обернулся к старухе – он боялся даже на миг отвернуться от любимой девушки.

– Что мне теперь делать? Боги забирают её у меня!

– Молись Тёмному, – прошептала старуха. – Он слышит всех! Молись ему, и возможно, ты сможешь спасти свою дочь! Спасти Мару уже не в силах никому, моих сил не хватит для поддержания её жизни. Она и так всё из меня вытянула… Но дитя ещё можно спасти!

– Что ты несешь, ведьма?! – воскликнул мужчина. – Плата за услугу Тёмного очень велика! Тебе ли не знать!

– Времени все меньше! Её губы уже синеют… Неужели жизнь дитя не стоит любых жертв?!

Мужчина, некогда сильнейший воин своего государства, а теперь лишь убитый горем старик, на мгновенье закрыл глаза. И за это мгновенье душа его любимой покинула измученное тело: лишь голубая дымка осталась как подтверждение, что душа некогда населяла его. Открыв глаза, воин понял, что потерял её. Потрескавшиеся губы застыли в нежной улыбке, взгляд некогда прекрасных глаз устремился на затихший свёрток, в котором лежала их дочь. Она была счастлива – ведь дети рас мира рождались лишь от любимых.

– Мара! – прохрипел мужчина и прижал к себе бездыханное тело, чувствуя пальцами её исхудавшее тело.

– Я сказала тебе, что можно сделать! Выбор за тобой! – сказала та, что совсем недавно выглядела, как старуха, доживающая последние часы. – В моих услугах больше нет нужды. Я свободна, воин? – с неприятной усмешкой спросила она, понимая, что ослабленный мужчина будет не в силах её остановить. – Я и так против воли Богини поддерживала в ней жизнь. Силы мои не безграничны.

– Уходи, – прошептал мужчина, не выпуская из рук тело любимой.

Неизвестно, сколько бы он сидел так, но тут мужчина услышал шум, исходящий от свёртка с его дочерью. Подползя к ней, он понял, что если ничего не предпримет, то потеряет и её. Маленькое тельце ребёнка уже пронизывала надвигающаяся синева, что говорило о скорой смерти. Ребёнок не плакал, просто хрипел. Такая слабая и умирающая от невозможности принять наследие родителей.

– Тёмный! Помоги ей! – воскликнул мужчина.

И тут же, словно подслушивая, из темени пещеры появился силуэт.

– Долго тянул! – недовольно сказал Бог и взял дитя на руки. – О! Она будет особенной женщиной, но принесёт много боли окружающим её людям. Так согласен ли ты, чтобы этот смесок жил?

– Да, – безжизненно сказал мужчина. – Она – наша дочь! И какая бы ни была у неё судьба, я хочу видеть её, как напоминание о том, что у меня была моя Мара.

– Плата за её жизнь проста, воин. Ты не будешь её видеть! До момента её совершеннолетия она будет жить в другом мире. Она будет страдать. Сделка совершена! – воскликнул Бог, боясь, что новоиспеченный отец передумает. И, будто в подтверждение этих слов, небо расколола огромная молния.

Дитя и Бог исчезли. Но Бог ушел не просто так: он вернул мужчине потерянную за время ухода за женой силу, зная, сколько его ждёт войн за украденную девушку другой расы. И доказательства их искренних чувств больше нет в этом мире.

– Каталейя, – уже в пустоту прошептал мужчина, вставая с колен. – Мара хотела назвать её Каталейей.

Бог услышал, но усмехнувшись, всё равно сделал по-своему: Бог Тьмы не должен слушать простых смертных, даже если они драконы.

А в нескольких метрах от пещеры улыбалась в темноту ведьма, выполнившая свое предназначение, и, наконец-то, обретя долгожданную свободу.

Рождённая и обречённая быть Оракулом. Предавшая своё предназначение. Она наконец-то обрела покой. Единственная не грезящая вечной жизнью. Ошибка Богини, от которой остался лишь прах.

Глава 4. С ног на голову

Пробуждение Екатерины сложно было назвать приятным: казалось, будто накануне она здорово перебрала с алкоголем.

– Выпей это! – как сквозь пелену тумана услышала девушка смутно знакомый голос.

Что-то не давало ей усомниться в добром помысле незнакомца – в конце концов, она была ещё жива. Поэтому она взяла протянутый ей стакан со странной густой жидкостью, светящейся синеватым оттенком, и молча выпила. По телу будто бы прошлись хорошо распаренным в кипятке банным веником, и сразу же наступило блаженство. Тело наполнила необъяснимая лёгкость: наверное, это и было состояние эйфории. Мысли сразу очистились, головная боль и тошнота отступили, словно их и не было. Девушка блаженно потянулась и спросила:

– Что со мной происходит? – без особой надежды на ответ добавила она.

– Слишком много информации, дочка, – грустно сказал мужчина и поднял на неё взгляд.

Впервые в жизни девушка увидела глаза такого странного цвета – словно два светящихся изумруда! Стоп! Изумруда?!

Сотни мыслей промелькнули в её голове, пока она, подскочив с кровати, бежала к окну. А распахнув его, онемела… Первым, что её поразило, было небо ярко-голубого цвета, но то, на что она обратила внимание дальше, не поддавалось никакому логическому объяснению. В безупречно голубом небе было три светила, по расположению которых можно было предположить и наличие четвёртого. Горизонт был прекрасен… Взор девушки жадно хватал то нежно-зелёную листву, то изумрудно-синее озеро, обрамлённое плакучими ивами. Даже белоснежные лебеди вызывали у неё трепет, покоряя своей красотой. Насколько хватало взора, всё играло красками. Место, которое вполне могло оказаться раем…

– Я… умерла? – спросила девушка шёпотом, боясь спугнуть момент прозрения: каждую секунду ей казалось, что, стоит закрыть глаза, и вся эта красота пропадёт, всё вновь потеряет цвета, превратится в унылую серость.

– Нет, милая, ты вернулась домой! Ты больше никогда не будешь страдать, дочка! Я больше никогда тебя не потеряю!..

– Почему вы так меня называете? – этот вопрос казался почему-то на данный момент самым важным, хотя спросить хотелось о многом.

– Потому что ты моя дочь! Исчезнувшая в момент рождения и вернувшаяся в день своего совершеннолетия!..

– Вы что-то путаете! – довольно грубо перебила девушка. – Мне гораздо больше лет, чем вы думаете. И я прекрасно знаю, кто мой отец. К сожалению…

– Каталейя! – воскликнул мужчина. – Я понимаю, что всё это не укладывается у тебя в голове, поэтому и не рассказываю тебе сразу всё. Тебе нужно время, чтобы понять, кто ты есть на самом деле.

– Я Воронцова Екатерина Михайловна! Имя Каталейя мне ни о чем не говорит! И, если у Вас нет никаких доказательств родства со мной, то прошу Вас вернуть меня домой! В привычную для меня обстановку!

Судя по голосу девушки, ей совсем немного оставалось до банальной истерики. Мужчина был проницателен в этом вопросе, приноровился воспитывать племянниц в довольно сложное время.

– Отдохни пока. Я понимаю твое потрясение. Давай ты сейчас поспишь немного, а потом мы продолжим разговор. Пожалуйста, мне это нужно! Мне и всему тому, что ты сейчас видела из окна – нашему миру.

И только девушка хотела возразить, как мужчина неожиданно ловко прикоснулся к её голове, и она тотчас погрузилась в сон. Перед тем, как провалиться в сон, девушка усмехнулась, ведь она очень часто читала фантастические романы, в которых от решения главной героини зависела судьба как минимум мира…

Плотно задвинув тяжелые портьеры, мужчина ещё раз посмотрел на спящую и уже такую взрослую дочь, которая до боли в сердце напоминала его возлюбленную, и покинул комнату.

***

Но отдохнуть девушке не дали. Стоило закрыться дверям, как из тени появился силуэт мужчины в балахоне, капюшон которого скрывал его лицо.

– Катерина! – негромко позвал он, и девушка открыла глаза.

– Вы ещё кто? Брат? Дед? – с неприятной усмешкой спросила она. – Чем-то ещё пришли удивлять?

– Я рад, что ты не бьёшься в припадках. – тоже усмехнулся мужчина. —Чувствуется кровь рас.

– О, Господи! – закатила глаза Екатерина. – Это уже выходит за рамки…

– Не вспоминай Бога полумёртвого мира при мне, немного неприятно! – прошипел мужчина и передернулся. – Я думаю, у тебя есть вопросы. Я могу на них ответить, не фильтруя информацию, как это будет делать твой отец

– Всё-таки отец… – как-то грустно прошептала девушка.

– Да. Я, в отличии от него, могу тебе это доказать. Пойдём! – ответил мужчина, и взяв девушку за руку, помог ей дойти до зеркала. Скинув с него накидку, он подвел к нему Екатерину

– Это ты, – подтвердил он, видя неверие в её глазах.

А поверить было и вправду непросто: вместо короткой стрижки с популярным мелированием была длинная коса, заплетённая на манер привычного колоска, яркого то ли красного, то ли огненного цвета подчёркивал нежность кожи, лишённой каких-либо изъянов. Даже привычного шрама, полученного ещё в детстве, не было. Глаза были большими и ярко-голубыми с тёмно-зелеными прожилками, как у кукол, и будто светились изнутри. Они были так сильно похожи на глаза её объявившегося отца… Некогда узкие губы теперь были пухлыми и сочными, такими, что даже ей не удалось сдержаться, чтобы не облизнуть их.

– А теперь посмотри на свою мать, – вкрадчиво прошептал незнакомец.

Около девушки будто развернулась голограмма, на которой была изображена просто божественной красоты девушка, но, почти всё, что видела сейчас Екатерина перед собой, она уже рассмотрела в зеркале. Та же улыбка, те же губы, тот же нос. Разрез глаз только другой, как и цвет глаз и волос. У прекрасной незнакомки были белоснежные волосы и глаза цвета весеннего неба.

– Ты же не глупая девочка, – с улыбкой произнёс мужчина. – Тут не сложно и догадаться. Это твоя мать. А не так давно ты могла лицезреть своего отца, который и обрёк тебя на существование в том мире. Именно на существование, милая моя…

Екатерина почти не слушала его: она не могла поверить в то, что сейчас видит свою маму. Маму, которая могла бы быть ей поддержкой и опорой все эти годы. Стольких бед она могла бы избежать, будь она рядом.

– Где она сейчас? – решительно спросила девушка, намереваясь посмотреть в глаза женщине, которая бросила новорожденного ребенка – не просто бросила, а бросила в другом мире!

– Мертва. Уже тридцать лет как. День твоего рождения – это день её смерти. Она пожертвовала собой, чтобы ты появилась на свет, – сказал мужчина и посмотрел на вдруг расплакавшуюся девушку.

Плакала она не от потери вновь приобретённой матери, а от стыда за свои мысли. Жалости она не испытывала, так как не была с ней знакома. Она ведь не знает даже её имени. Просто жаль, что такая красивая девушка мертва…

– Что ты ещё можешь мне рассказать? – немного успокоившись, спросила она. – Например, сводящие меня с ума, – это такое приглашение домой?

– Совершенно верно! – усмехнулся мужчина. – Твой отец умолял Оракулов вернуть тебя, ведь ты достигла совершеннолетия. Но они не Боги! Да и ты так рьяно сопротивлялась, что несколько почтенных мужей получили магическое истощение и до сих пор исцеляются в Драконьих Водах.

Екатерина невольно улыбнулась, чувствуя в голосе нового знакомого иронию.

– Почему совершеннолетие? В моем мире я давно перешагнула этот порог.

– В том мире, – мягко исправил мужчина. – А здесь совершеннолетие наступает по достижении тридцати лет. Тогда особь считается взрослой и здравомыслящей и может выбрать направление своего развития. У некоторых рас принадлежность к профессии, если выражаться привычными для тебя терминами, определяется по цвету глаз. Зелёные – военные, жёлтые – рабочие, голубые – правящая ветвь. У вампиров, оборотней и горгулий нет такого распределения. А вот у драконов именно так.

– Мать моя… Я попала в какую-то фэнтезийку. – округлив глаза, прошептала Катя. – Я раньше об этом только читала…

Мужчина по-доброму усмехнулся и спросил:

– Ты не спрашиваешь, к какой расе относишься ты. Не интересно?

– Ну, рассуждая логически, скорее всего – дракон. Судя по отцу. А судя по цвету глаз, как минимум королева, – скепсис в её голосе был понятен.

– Твоя мать – наследная принцесса клана фениксов. А отец – дракон, главнокомандующий некогда величайшей армии Элегии. Так называется наш мир, если что, – улыбаясь пояснил мужчина. – Их встреча не должна была произойти. Мару, твою мать, оберегали, как зеницу ока. Оракулы предостерегли её родителей, что встреча с её парой принесет их дочери смерть, а также станет причиной продолжительной войны в Элегии. Но, по воле случая, – при этом он как-то странно улыбнулся, – встреча произошла. Истинные увидели друг друга, и твой отец выкрал принцессу. Благополучно её на себе женил и – сотворил тебя. Пытаясь доказать всем, что Оракулы ошибаются. Вот только тогда он и подумать не мог, что дитя двух рас либо погибнет, унеся с собой мать, либо перевернёт мир, ведь в его крови будет течь почти божественная сила.

– Что же я такое? – задумчиво спросила девушка.

– Просто дитя, – как-то необычно мягко ответил мужчина. – А теперь спи, маленькая принцесса. Очень скоро для тебя закончится спокойное время, и придётся доказать всему миру, что ты дочь своих родителей.

– Утешил, – улыбнулась Катя. – Как твое имя-то? – спросила она, спохватившись, увидев, что мужчина уже почти скрылся в темноте.

– Зови меня просто Ивр. И, пожалуй, не стоит кому-то говорить о нашей встрече. Не поймут, просто поверь.

Что-что, а молчать девушка умела – опыт этого дела у неё имелся, с тридцатилетним стажем.

Глава 5. Первые трудности

От обилия новой информации, или же от того, что в жизнь девушки вдруг вернулись цвета, в эту ночь ей снились довольно красочные сны.

Сон начинался с прогулки по незнакомому лесу, которому, на первый взгляд, было несколько сотен лет. Вековые деревья будто подпирали своими кронами небо, украшенное четырьмя лунами. Судя по золотистому цвету листвы, была ранняя осень. Под её ногами шелестели успевшие опасть листья, а воздух, пахнувший мёдом и травами, казался сладким даже на вкус. Девушка раскинула руки и засмеялась от переполнявшего её ощущения счастья! Она чувствовала, что родилась заново! Она пыталась обнять каждое дерево, которое было необычно теплым, будто живым. И казалось, что они хотели обнять её в ответ. В этом чудном сне её душа была открыта впечатлениям, чувствам и эмоциям! Она чувствовала себя живой!

Спустя какое-то время девушка вышла из необычного леса и оказалась на обрыве, от края которого и до самого горизонта бушевало море. Она замерла от восторга – никогда раньше не видела ничего подобного. Мощь океана завораживала, притягивала и пугала одновременно. Её безудержно тянуло шагнуть к нему на встречу, довериться ему, отдать свою жизнь в его власть. Она протянула руки, будто пытаясь обнять давно потерянного друга, но поймала лишь несколько солёных капель. Проснувшийся в душе ребенок закричал от восторга, а с ним и девушка, и казалось, что с этим криком что-то тёмное, мрачное и серое покидает её душу. Это что-то цеплялось из последних сил за её воспоминания, за пережитую ранее боль, но близость моря, мощного и чистого, не давала этому задержаться в душе девушки.

Когда её крик затих, а слёзы осушил теплый прибрежный ветер, девушка ощутила незнакомую ранее легкость. Море утихло будто в ожидании – ждёт чего-то от неё? Внутренним чутьем она поняла, чего от неё ждут, и тогда, не раздумывая, она шагнула в пропасть…

Страха отчего-то не было, будто бы она ждала этого всю жизнь. Падать казалось легко и как-то правильно… Но где-то на середине полета она почувствовала боль, которая приносила скорее дискомфорт, нежели чем страдания. И в этот миг её развернуло встречным воздушным потоком – теперь она летела! Глядя на морскую гладь, она видела не огненноволосую девушку, а огромную прекрасную птицу, крылья которой были сотканы из огня, а тело было будто из расплавленной меди. Огромная птица, в теле которой оказалась девушка, делала мощные взмахи крыльями и стремилась вернуться в небо. Образовывающиеся от взмахов крыльев волны пытались её обнять, но боялись причинить вред новорожденному огню. И лишь небесно-яркие голубые глаза предсказывали ей, что теперь это – она. Находясь в своём новом теле, девушка не чувствовала ничего кроме безграничного счастья: не было боли, памяти прожитых лет, и не было смысла возвращаться в прошлое тело, которое, хоть и было обновлено снаружи, совсем не изменилось внутри.

– Каталейя!.. Екатерина! – как сквозь пелену тумана, услышала девушка голос отца. – Милая! Нужно вернуться к нам. Я знаю, что значит для нас обрести свою ипостась… Но ты нужна нам здесь. Очень нужна!..

Кто-то умолял её вернуться. Куда? И зачем? Кто хочет вернуть её в ничтожное существование?

Эти вопросы помогли ей открыть глаза и увидеть, во что превратилась прекрасная ранее комната: судя по ожогам на мебели – по её вине. Сперва девушка смущённо опустила голову, снеся остатки люстры массивным гребнем. А потом вдруг вспомнила, что говорил ей Ивр о её отце: что это по его вине она оказалась в другом мире, и, возможно, по его вине она пережила столько боли, отчаянья, опустошения… Гнев, поднимающийся из глубин её разума, снова что-то ломал в ней. Откуда-то со стороны слышались отчаянные попытки достучаться до неё. Кто-то умолял. Но девушка уже ничего не слышала. Она только чувствовала, что комната её душит, не даёт дышать, и есть только один выход: разрушить всё! Вернуть себе ощущение свободы, которое пьянит, как самое сладкое вино.

Вдруг сверху на неё обрушилось море! Ледяная вода мигом привела её в чувство и теперь неприятно стекала с волос на почерневший от гари пол.

– А ты говорил, что справишься с ней! – откуда-то раздался смеющийся девичий голос.

Повернув голову, Катя увидела перед собой милую девушку, на вид – ровесницу.

– Красивая! – так же с улыбкой констатировала та. – Меня зовут Елейя, я твоя двоюродная сестра! – представилась она, с любопытством рассматривая Катю.

– Ничего не говори пока! – добавила она, видя, что девушка хочет сказать что-то в ответ. – Горло будет долго болеть теперь, ты сильно перегрелась… Что-то разозлило тебя?

Она смотрела на Катю своими пронзительно голубыми глазами, будто пытаясь прочесть, что у девушки в голове.

– Каталейя, – раздался неподалеку голос отца. – Это, должно быть, моя вина. Я должен был предупредить тебя, что у тебя проснётся вторая ипостась… Но я и в мыслях не мог предположить, что у тебя их две!

– Во-первых, меня зовут Екатерина! – неожиданно громко сказала девушка. – Не стоит переживать! Всё с моим горлом в порядке, – добавила она, увидев метнувшуюся к ней сестру. – За две ипостаси, я так понимаю, стоит благодарить тебя и мать. Ранее такие случаи бывали?

Видя изумление в глазах отца, она добавила:

– Я всё это увидела в теле феникса. Прошлое… Так что не стоит более рассказывать мне о ваших отношениях! Итак, во-вторых! У меня есть условие для дальнейшего сотрудничества. С моей помощью вы хотите заключить мир с враждующими расами, враждующими из-за вашего с мамой проступка. Я пойду вам навстречу, а после – вы меня отпустите. Я останусь жить в этом мире, но без вашего вмешательства! Наследники на правление фениксами либо драконами, надеюсь, есть?

Сказать, что речь девушки заставила всех онеметь, значит, ничего не сказать. Отец Катерины просто стоял и хлопал глазами, краснея то ли от возмущения, то ли от стыда – ведь он не знал, что именно видела девушка, находясь в теле феникса.

– Тебе точно тридцать? – не менее удивленно спросила сестра. – Рассуждаешь, как наша бабушка! Она тоже все время хотела одиночества…

– И как? Получила желаемое? – вдруг стало интересно Кате.

– Нет! – смеясь, ответила Елейя. – Вот уже триста лет правит нами!

***

С того утра у Екатерины начались ежедневные занятия. Оказалось, что даже, если ты смогла обернуться раз, во второй раз может и не получиться. Спонтанность первого оборота достигается полученными эмоциями – и в тот день ей их хватило с лихвой. Елейя, приставленная к ней то ли воспитателем, то ли учителем, хваталась за голову: самая талантливая ученица не могла сделать самых элементарных вещей. То, что давалось с лёгкостью даже детям, Катя повторить не могла – зато что-то случайно сжечь или подпалить сестре волосы удавалось на удивление легко!

Легче всего Кате давалась теория. Она, как оказалось, стала причиной войны между двумя высшими расами этого мира. Она была неоспоримым доказательством того, что дракон Габриэль и феникс Мара были истинной парой, ведь она их дитя! Но дитя пропало, будто его и не было. Драконы встали на сторону своего Главнокомандующего, зная, что они с рождения дают клятву правды. Наказание за ложь – смерть. Некоторые приближённые расы, знающие об этой клятве, также встали на их сторону. Но были и те, кого фениксы убедили, что дракон украл их принцессу и издевался над ней до тех пор, пока она не покинула этот свет.

Тело принцессы так и не было найдено. Так появилась третья сторона, верящая, что Мара перешла на сторону Тёмного Бога, и когда-нибудь она вернётся в этот мир для мести. К счастью, третья сторона ни с кем не воевала – они просто ждали своего часа.

На данный момент от некогда мощных армий почти ничего не осталось. Это была уже не война, а скорее мелкие набеги друг на друга. Победителей и проигравших не было, но главное не это. Главное – сколько осталось матерей, потерявших своих сыновей, вдов и сирот. Сколько тысяч слабых девушек и женщин шло умирать в поле боя, зная, что их пары мертвы. Море крови и слёз стоит теперь в Мёртвых землях, расколовших два сильных государства. И всё эти существа гибли, умирали, страдали из-за любви двух… Из-за пары влюблённых погибли миллионы существ, умирала даже земля, на которую проливалось столько крови.

Узнав обо всём, Екатерина поклялась себе, что никогда не позволит себе любить. И Боги, давно отвернувшиеся от этого мира, услышали её.

– Да будет так! – произнесла Верховная Богиня Пантеона, неприятно улыбаясь. Другие Боги, её верные создания, поддержали своего покровителя. Все, кроме одного…

Глава 6. Знакомство с миром

Некоторое время в жизни Екатерины не происходило ничего необычного. Она всё так же наслаждалась каждым вздохом незагрязненного воздуха, любовалась красотой мира, пытаясь запечатлеть в памяти как можно больше. Вела долгие беседы с рощей из сна, которую она нашла совсем не далеко от их с отцом жилища. Ей по-прежнему казалось, что эти исполины – живые существа. И хоть они и не могли отвечать, она чувствовала их одобрение. Также часто она навещала море, которое больше ни разу не волновалось. Вода была кристально чистой, и с высоты утёса она могла наблюдать за играми неведомых существ, которые будто ждали её прихода, чтобы показать себя во всей красе.

Осень постепенно отходила, уступая место… весне! Там, где совсем недавно были опавшие листья, пробивалась нежная, ещё совсем робкая травка. На ветвях деревьев пробуждались почки, растящие в своих колыбельках юную листву. Ароматы воздуха менялись с медового на цветочные: они затрагивали что-то в глубине её души. Девушка вдыхала эти запахи с жадностью, боясь потерять это чувство.

Начиная с первого дня, каждую ночь Ивр навещал её. Она так и не знала, кто он и зачем приходит. Но он многое рассказывал ей о мире, в котором она оказалась волею судьбы… Или не судьбы… Многое её удивляло, но именно его рассказы не давали ей ударить в грязь лицом на вечерних раутах, которых в последнее время было всё больше. Многие союзники клана драконов желали видеть её как живое доказательство их правоты в этой затяжной войне.

Елейя тоже старалась чему-то её учить, но основной проблемой было её обращение. И если в теле феникса девушка уже уверенно себя чувствовала, то вот драконица никак не хотела себя проявлять.

– Возможно, драконица – это твоя боевая ипостась, – задумчиво произнесла Елейя. – В нашем мире даже не у кого узнать, как это всё происходит. Ты уникальна, Катя! – с нежной улыбкой добавила она. – Мы всё преодолеем! Боги помогут нам!

Со временем девушка приучила людей из близкого окружения называть её привычным именем. На условии, что на званных вечерах её будут звать именем, данным матерью.

***

– Сегодня вместо скучного сидения в классной комнате мы совершим экскурсию к месту скорби и плача тысячи матерей. Около десяти лет назад на границе наших владений и Мёртвых земель возвели место, куда матери, жёны и дочери павших воинов и могут прийти и навестить своих любимых. После драконьего пламени фениксам, умеющим возрождаться в своем пламени, не спастись. А крылья этих двуликих, состоящие из истинного первородного огня, оставляют от противника лишь прах, который разносит ветер…

Голос Елейи совсем стих к концу рассказа, а на глазах выступили слёзы, и девушка поняла, что и эта милая и искренняя девушка потеряла кого-то близкого на войне.

Тогда Катя не могла понять хорошего к себе отношения. Ведь, по сути, она являлась причиной этой самой войны.

Себя она винить за это она, если и хотела, то всё равно не могла. Она бы ничего не изменила, просто не могла. Остановить же то, что происходит сейчас, – да, она приложит для этого все свои силы!

Надев на себя что-то напоминающее меховое манто, она вышла на улицу. В очередной раз на несколько мгновений замерев от красоты окружающего мира. Насколько она успела понять, в жилищах драконов, да и других рас, не водилось садовников: природа сама давала им всё необходимое, в том числе и красоту в городах, аккуратность на прилегающих территориях. Будто чувствуя характер новосёла, дома и дворы домов были украшены, согласно вкусу жильца. А вот дома старожилов и вовсе были похожи на сказочные пряничные домики. Это в большинстве случаев. Но, пролетая над городом, она видела и остроконечные шпили замков, и купола не самых скромных жилищ.

С любой точки города, где бы кто ни находился, виднелись шпили белоснежного замка, в котором жила бабушка девушек, нынешняя правительница клана драконов. Величественная драконица белоснежного цвета с ярчайшими голубыми глазами, цвет которых был на несколько тонов насыщеннее, чем у Екатерины. Они встретились лишь однажды во время ежедневных полётов. Огромное и величественное животное летело на границу своих владений. Она всегда самостоятельно патрулировала местность. Увидев феникса, она приостановилась, воинственно подняв гребень, что означало её полную готовность к бою. Но, к счастью, она вовремя почувствовала родную кровь, и лишь грациозно кивнув в знак приветствия, улетела вдаль. Это натолкнуло девушку на мысль, что не стоит так безрассудно появляться над городами, где не каждый признает в ней дочь Главнокомандующего – на дракона она совсем не похожа.

Вспоминая недавние события, девушка не заметила, как они с сестрой и небольшой группой сопровождения достигли стены, тянущейся на многие метры… Вся стена будто была создана из шлемов погибших воинов. Вдоль неё то тут, то там торчали свежие цветы – дань памяти погибшим. Кто-то регулярно обновлял их, а значит – помнил и чтил.

– Я привела тебя сюда не просто так, – тихо сказала Елейя, словно боясь нарушить покой мертвых. – Возможно, мы всё изменим. Нам стоит только приручить твою скромную девочку. Пока мы не можем доказать, что ты дитя двух рас. Но я верю, что ты справишься, Катя! – горячо воскликнула она и обняла девушку.

В тот же миг Екатерина будто прочувствовала всю боль сестры – слёзы водопадом потекли по её лицу. Обжигающие слёзы. Боль всё нарастала, и вскоре у неё не осталось сил терпеть… Она закричала! Мучения, страдания, боль и кровь тысяч живых существ не могли сдерживаться внутри. Всё это рвалось наружу, ломая её тело, разрывая душу на части. Вскоре уже не крик слышали окружающие её люди, а рёв могучего дракона цвета огня.

Елейя была права: эмоции вернули драконице уверенность в себе, и она наконец смогла вырваться наружу, пустив в небо столп пламени. Огромная драконица плакала… Её слезы превращали Стену Плача в алмазы, прочнее которых в этом мире ещё ничего не придумали, чтобы событие, произошедшее 30 лет назад, никогда не умерло в памяти людей. Два существа… Нет, три существа привели к смерти тысяч ни в чем не повинных людей…

В этот момент в двух правящих домах воюющих кланов проснулись родственники Кати. Проснулись они внезапно, почувствовав появление силы, которая способна как разрушить этот мир, так и привести его к небывалому ранее процветанию! Каждый из них понял, что войне пришел конец. На свет родилась огненная драконица, мощь которой сравнима лишь с мощью Богини…

***

А в местном пантеоне началась паника. Верховная Богиня гневно пересекала комнату, хватаясь руками за голову. Пробуждение драконицы не входило в её планы. Она на протяжении очень долгого времени замораживала чувства девушки, предотвращая рождение дракона. Она столько лет не давала ей вкусить жизнь, что корка на её душе должна была держаться ещё очень долго. В идеале она могла бы и покончить с жизнью! Но то, что произошло в итоге, никак не должно было произойти. Да ещё и тогда, когда она совсем не готова!

– Тень! – крикнула Богиня в темноту, из которой тут же появился мужской силуэт. – Ты должен мне, помнишь? – коварно спросила женщина.

– Да! О, светлейшая из Богинь! – усмехаясь, ответил мужчина.

– Ты должен уничтожить её! – не обращая внимание на сарказм, сказала женщина. – Во имя долга, во имя тайны, которую я унесу с собой в могилу! Ты должен её уничтожить…

Мужчина кивнул, и вновь скрылся в темноте. Ни Богиня Света, ни её приспешники не заметили боли в глазах цвета расплавленной стали.

«Стоит ли тайна моего происхождения жизни невинной девушки?» – думал Тень, покидая жилище Богини.

Глава 7. Новый друг

– Ты самая красивая драконица из всех, которых я когда-либо видела! —откуда-то снизу раздался полный восхищения голос сестры. – Ты – словно явление Богини Света!

Елейя в восторге сложила руки в молитвенном жесте, и сердце Екатерины защемило от нежности к этой светлой девушке, волею судьбы оказавшейся её сестрой.

– И такая большая… Даже больше бабушки! Кстати, вот и она! Услышала тебя, наверное.

И правда, в дали, переливаясь чешуей под лучами солнца, летела белоснежная драконица.

– Я рада иметь честь первой увидеть тебя! – пророкотала белоснежная, со всех сторон осматривая внучку. – Елейя, обернись! – повелительно произнесла глава драконов.

И вот, вместо белокурой феи, на поляне появилась голубая драконица, и только по свету, льющемуся из её глаз, было понятно, кто перед ними. Однако и бабушка, и сестра, действительно казались мельче Екатерины. Бабушка, одна из самых могущественных драконов, едва доставала до груди Кати.

– Ты огромна… – не то в священном испуге, не то в восхищении произнесла бабушка. – Возможно, это будет препятствием в полете.

– Ба, ты, как всегда, максимально практична! Для полётов Катя будет использовать ипостась феникса! – подмигнув девушке, возразила сестра.

А у Кати вдруг появилось безумное желание попробовать себя в полёте. Она уже привыкла следовать своим желаниям в этом мире – поэтому, не говоря ни слова, она расправила крылья и взмыла в небо, так манившее её бескрайней синевой. Услышав за спиной шум крыльев, она поняла, что родственники поддержали её порыв. Полёт в теле дракона отличался от полёта феникса: скорость не давала насладиться обзором, но власть над воздухом покоряла, заставляя ускоряться ещё больше, ловя встречный ветер, наполненный ароматом распускающихся цветов. Эйфория захлестывала всё её существо! И она вновь зарычала! В этот рык она вложила всё восхищение этим миром, любовь ко всему живому, ко всему, что успела узнать и увидеть за довольно короткий срок пребывания здесь. Она рычала и будто чувствовала каждого дракона: они отвечали ей, приветствовали её даже с самых дальних рубежей границы. Драконы, на данный момент несущие службу вдали от домов, бросали насиженные места и летели приветствовать новую драконицу. Все понимали, что войне пришёл конец.

Несколько часов драконы облетали свои владения, пока, уставшие и счастливые, не приземлились у красивейшего озера посреди лесной чащи.

– Давно я так не летала! – немного усталым голосом произнесла бабушка и обняла внучку. – Катя! Ты – дар Богов! Сейчас все живые существа поняли, что война окончена! Потомок двух кланов жива! Я думаю, что скоро к нам прибудут твои родственники со стороны матери.

– Думаете, я смогу их принять? – спросила девушка. – Они не удосужились появиться за всё то время, что я жила у вас.

– Они не верили, милая, ведь так не просто осознать, что ты выжила, да ещё и вобрала в себя способности двух рас.

– Чувствовать должны были… – пробурчала девушка. – Я чувствую многих существ этого мира.

– А вот это ещё одна твоя загадка, Катя, – задумчиво сказала сестра. – Но мы и её разгадаем! – жизнерадостно добавила она, подмигнув девушке.

***

В это время из ближайших кустов раздался полный страдания плачь животного. Екатерина, не раздумывая, бросилась в заросли, по пути трансформируя тело. Просьбы подождать или быть аккуратнее она проигнорировала. Добравшись до места, она замерла в изумлении. Впервые в этом мире она увидела картину истинной жестокости. В луже крови лежало тело огромного животного, внешне похожего на земную собаку. Отличали его лишь наросты на спине, вдоль по позвоночнику, и хвост с кисточкой, как у мультяшных чертят. Около мёртвого тела сидел детёныш и надрывно скулил, не понимая, почему мама не отвечает. Позади раздались шаги.

– Проклятые Тёмные! – сквозь зубы прошипела Елейя. – Уже ничего святого нет! Убивают всё, что видят, списывая всё это на последствия войны!

– Да… Мне рассказывали о подобном, но я и не думала, что всё настолько запущено, – грустно добавила глава клана. – Детёныш не выживет без матери, слишком мал для самостоятельного взросления. Гуманно будет убить его самим. Он и не поймёт, что происходит…

– Нет! – воскликнула Катя. – Я заберу его! В чём ваше отличие от этих Тёмных, если вы собираетесь убить беззащитное существо?!

– Но… – попыталась было возразить глава, но рык, вырвавшийся из груди внучки, заставил её замолчать.

Это удивило всех, кроме Екатерины, которая, не отрываясь, смотрела на мягкий комочек в её руках. Дитя дикой собаки доверчиво прижималось к ней, вызывая этим нежность и желание позаботиться о несчастном существе. Она решила стать ему опорой и поддержкой, а оно обещало отплатить преданностью и безграничной любовью.

Появление малыша скорректировало дни Кати. Большую часть времени она проводила со своим новым другом, не обращая внимание на происходящее вокруг.

***

Главы кланов всё же встретились. Перемирие переросло в мир, подтверждённый магическими клятвами. В Храме Всех Богов главы, опустившись на колени, просили друг у друга прощения за все смерти и причиненные друг другу страдания. Екатерину познакомили с новыми родственниками. Её вторая бабушка погибла, защищая свой народ. А вот дед поразил – несмотря на возраст, выглядел он ровесником своей внучки. Его яркие синие глаза, казалось, подмечали каждую мелочь. Такой человек пугал одним своим видом. Катя была рада, что он на её стороне.

Ей также показали портреты матери, которая некогда была самым прекрасным фениксом. В тот момент отец как-то сжался, и в сопровождении укоризненных взглядов фениксов покинул их.

А питомец, её нежность и любовь, рос и мужал, обещая со временем стать огромным и сильным псом. Девушка не приняла его исконное название, продолжая называть собакой, что периодически вызывало недовольство старших. Так в её жизни появился Вермонт: имя, неизвестно откуда всплывшее в её голове, пришлось всем по нраву.

Примерно в то же время она познакомилась со своей второй сестрой. Во время её пребывания в доме отца, сестра служила на границе. Эта грозная драконица сразу пришлась ей по нраву. Гелейя была прямолинейна и совсем не умела скрывать своих чувств, что сильно выделяло её среди других родственников. Её зеленые глаза будто читали душу и видели все потаённые мысли. Она могла знать человека всего несколько минут, но уже сложить о нём мнение. При первой встрече она долго смотрела на новоявленную сестру, а потом подошла и крепко её обняла.

– Я смогу умереть за тебя! – сказала она и ушла. Ни капли пафоса не было в этой фразе, только искренняя вера в свои слова.

На тот момент ни одна живая душа не поняла, что это значит. Кроме Тени, которая не спускала глаз с Екатерины…

Глава 8. Подготовка

– Ты когда-нибудь думала о своем мире? Думала о том, чтобы вернуться обратно? – как-то спросил Ивр во время очередной встречи, настороженно глядя на девушку.

– Нет! – со смехом ответила она. – Там меня, в лучшем случае, ждёт психиатрическая клиника.

– Что ждёт? – в недоумении переспросил мужчина. – Но ведь ждёт…

– Это место такое, где находятся нездоровые психически люди. Постой! Ты хочешь, чтобы я вернулась?

Почему-то осознание этого доставило девушке неприятное ощущение. Она не была влюблена, как могло показаться, но всегда ждала их встреч. Если Ивр задерживался, она нервничала и переживала, не зная о нём практически ничего, что могло бы, в случае чего, помочь в поисках.

– Нет, что ты! – не совсем искренне ответил мужчина. – Просто… Ты хорошая, а я мог бы, если ты этого, конечно, хочешь, попробовать вернуть тебя назад…

Он поднял на неё взгляд, но снова, как на зло, тень скрыла его лицо.

– К чему мне там возвращаться? Снова быть миллиардной песчинкой в человеческом мире? Без цели, без смысла, без всего того, что я здесь так полюбила?.. – в этот момент она посмотрела на него, пытаясь хоть что-то прочесть в его лице. Но, как всегда, он был не читаем, словно какая-то пелена закрывала все его чувства от неё. Уже не первую встречу Екатерина гадала, что ему от неё нужно. Ну, не может он просто так, без причины, столько времени ей уделять. Она не его пара, иначе они бы оба это чувствовали. Пары не могут столько времени быть рядом и не подтвердить свой союз.

– Просто… Слушай! Я не могу тебя обманывать! Всё не так радужно, как кажется! Если мир пришёл к процветанию, это не значит, что все проблемы исчезли! Не все рады прекратившейся войне: для кого-то это было способом насытить свои божественные силы. И эти кто-то против того, что ты жива… – сказав это, мужчина склонил голову, глядя на девушку, как ему казалось, в последний раз.

– Я так понимаю, против меня теперь выступает ваш божественный пантеон? – спросила она.

– Я все время забываю о твоей догадливости, – с досадой произнес он. – Девочки твоего возраста должны от этих слов дрожать и искать способы защиты.

Катя рассмеялась.

– Серьезно? Девочки моего возраста? В том мире я прожила треть отведённого мне срока! И да, я не буду прятаться! Надеюсь, ваши Боги не делают подлостей! И если им нужен бой, мы дадим его!..

– Кто – мы? Катя! – воскликнул мужчина. – Ты думаешь, хоть кто-то решиться пойти против Богов? Как бы ты ни была хороша и мила, они не осмелятся пойти против них! Они – Создатели! Они – Правители, так было испокон веков! Их любят! Им поклоняются, считая это смыслом жизни!

На эту пылкую речь Катя лишь пожала плечами.

– Значит, буду действовать сама, как всегда… А ты? Ты будешь со мной? – тихо спросила она, видя, что гость собирается её покинуть.

– Я уже на твоей стороне, – прошептал то ли он, то ли его вечная спутница-тьма.

***

Утром, после неудавшегося разговора с ночным визави, Катя впервые обратилась к отцу с просьбой тренировать её.

– Для чего, милая? – недоуменно спросил Габриэль. – Время мирное, ты – девушка. Тебе лучше обратиться за помощью к Елейе, она научит тебя секретам врачевания. Это более разумное занятие для девушки.

– Отец! Ещё вчера мы были на грани вымирания из-за продолжительных войн, сегодня мы живем в мире, но знаешь ли ты, что будет завтра? Девушек-воинов гораздо больше, чем целителей, а чем я хуже? Некоторые мои способности дадут мне фору именно на поле боя, а не на перевязках!

Возразить было нечего: способности девушки развивались довольно быстро, она научилась строить порталы. И если изначально они появлялись хаотично, иногда и в мужских казармах, то сейчас это был полностью подконтрольный процесс. Таким даром не обладал ещё никто кроме Богов, без зазрения совести использующих силы мира.

***

С того дня начались тренировки. И если сперва отец жалел её, то со временем начал гонять не хуже любого своего воина. Сил в девушке заметно прибавилось, также, как и выносливости, и ловкости. На поле боя она могла сравниться с любым из войска отца, а вскоре стала сильнее их всех, что привело к полному отсутствию партнёров для спарринга. Единственным партнёром остался отец.

– Думаю, если ты хочешь продолжить, то стоит привлечь помощников с других рас. У них немало добрых воинов.

И тогда начался сущий ад… Вампиры гоняли её по тренировочному полю, словно футболисты – мяч, их удивительная скорость поражала воображение. Но умение частичной трансформации помогало ей доставать самых быстрых из них.

Фениксы натаскивали её в умении вести воздушный бой при малых размерах.

Оборотни давали знания и умения об обращении, частичном, полном и умении проявить ту ипостась, которая более подходила для случая.

Эльфы, некогда противники драконов, учили её использовать силы природы. Они не обладали какой-либо магией и вообще были противниками войн, но понимали, что грядёт нечто страшное, поэтому нехотя делились своими секретами.

Лишь немногие расы прислали вежливый отказ, сославшись на религиозные убеждения. Это было довольно абсурдно, учитывая недавнюю войну.

Ни один из участников обучения Екатерины не понимал, для чего это всё нужно наследнице двух рас: всегда найдутся существа, которые встанут на защиту девушки, готовые не только пролить за неё кровь, но и отдать свою жизнь! Однако спустя несколько месяцев в этом мире появился воин, равный по силам Богам.

***

Тем временем в Божественном Пантеоне:

– Что она творит?! – кричала Верховная, не контролируя себя. – К чему она готовится?! В мире царит гармония, войн не предвидится. Она хочет на моё место!

От переизбытка эмоций Богиня то увядала, то становилась юной девой, то рычала раненым зверем, что наводило ужас на младших Богов.

– Тень не уничтожил её! Он даже не попытался! – её возмущению не было предела. – Он жалок! Так же, как и все вы! Нужно уничтожить зарвавшуюся деву!

– Госпожа!.. Но ведь она не несёт Вам угрозы, она даже не знает, что Вы недовольны ею, – раздался из толпы тихий голос.

Осмелившийся высказаться не смог спрятаться от взгляда серых глаз и в тот же миг опал на белоснежный кафель горсткой пепла.

– Я вас всех создала… Что, стоит вас всех уничтожить? – склонив голову набок спросила Богиня, обведя взглядом притихших послушников.

Ответа не требовалось, пример был всем понятен, и более никто не смел произнести ни слова.

– Мне нужна помощь! Как бы жалко это не звучало… Ещё и этот трус засел в свой Мрак и носа не кажет… – всё так же гневно причитала Богиня, в спешке скидывая все свои амулеты в сумку.

– Как бы там ни было, я вынуждена отлучиться. Всё же я была человеком, и просить помощи мне не чуждо. Они отдали мне этот мир! Так пусть и помогают решать проблемы…

Богиня покинула свое жилище, оставив там лишь несколько похожих на людей статуй. Они не могли существовать без своей создательницы, поддерживающей в них жизнь.

Глава 9. Совет Богов

– То есть ты пришла к нам просить помощи, потому что тебе кажется, что кто-то хочет сместить тебя? – грозно спросил немолодой мужчина у Богини.

– Вы дали мне этот мир. И в течении долгого времени в нём царило процветание. Каждое живое существо было под моим контролем. Они были счастливы и беззаботны, ведь я давала им всё! Но с появлением этой девки всё пошло наперекосяк! То война, которую я пыталась остановить, то…

– Недолго пыталась! – перебил её речь голос юноши, появившегося будто из воздуха. – Ровно до того момента, как поняла, что с крови и страданий можно получать более сильную божественную силу, чем от простого обожания. За время твоего правления развитие этого мира остановилось. Они же как дети! Они не умеют выживать! Ты даже послушников себе создала не из числа одарённых жителей, а из праха и пепла!

– Но они счастливы! – воскликнула Богиня. И хотя внутри у неё полыхала ненависть к этим высокомерным снобам, внешне она оставалась абсолютно спокойной, – Разве до вас доходила хоть одна жалоба на меня?! Они меня любят! А теперь – просто запутались. Почему-то я не могу донести до них, что появление этого дитя – не моя воля. Она ввергает их умы в пучину смятения. И даже я не могу предугадать, к чему это приведет…

Немало усилий стоило Богине пустить слезу, и Верховному показалось, что она искренне переживает за свой народ, заботясь о них, как о своих детях. Но не успел он открыть рот для вынесения вердикта, как молодой человек вновь произнес:

– А как же уничтожение детей от смешанных браков? Как ты это можешь объяснить? Нами не был дан запрет на смешивание крови. Кто дал тебе право решать, кому жить, а кому – умереть? И ведь не только дитя гибло в этом случае, но и мать. Я так понимаю, для того, чтобы они не могли продолжить род?

Вопросительно склонив голову, юноша ждал ответа. Старец нахмурился, поняв, что многое от него было скрыто.

– У тебя нет более нашей поддержки! Смерть детей на твоих руках не даст тебе возможность использовать наши силы! И если девочка захочет занять твоё место, мы не будем препятствовать! А теперь покинь нас! Мы должны принять решение о занимаемой тобой должности. И мой тебе совет: не глупи! И, возможно, твоя судьба будет не так страшна…

Богиня бежала по коридорам жилища Верховных, почти не видя ничего перед собой от слёз. Но это были не слёзы раскаяния или страха за свою судьбу. Нет! Её слёзы были от злости… Она была слишком уверена в себе, что не давало ей отчаяться. За тридцать лет войны она набрала достаточно сил для противостояния Верховному. Благо, что и мир мог выступить за неё, конечно, в зависимости от того, как преподнести им информацию. Строя в голове всевозможные вариации дальнейших действий, Богиня не заметила стоящего на её пути мужчину, и со всего маха в него врезалась.

– Ты совсем страх потеряла? – откуда-то с высоты услышала она шипящий голос, слышать который не было желания ни у одного ныне живущего существа. Перед ней стоял Бог Смерти собственной персоной.

– Н-нет, – заикаясь, ответила она. – Меня просто, видимо, скоро к тебе отправят… Вот и задумалась…

– А может, замечталась?.. – вкрадчиво прошептал мужчина, не торопясь выпускать её из объятий. Его руки скользили по изгибам её тела, опускаясь всё ниже. – Пребывание у меня в гостях не для всех неприятно… – шептал он ей в волосы, щекоча дыханием её шею. При этом его губы уже касались её кожи, отчего у Богини по всему телу бежали мурашки. Она чувствовала его сердцебиение, и от этого её дыхание учащалось, а мысли разбегались.

– Это чувствуешь при твоём приближении? – шёпотом спросила она, не отстраняясь от мужчины, истосковавшись по таким эмоциям, как и по чувствам, кроме жажды силы.

– У тебя будет шанс узнать это. Я найду тебя, скоро. Думаю, я смогу тебя заинтересовать, – то ли прошептал, то ли прошипел Бог и исчез, оставив на её губах сладковатый аромат тлена.

Она неудовлетворенно смотрела на место, где он только что стоял, не понимая, мог ли он узнать о её копилке силы или же он действительно пал от её женской красоты. Над последней мыслью она посмеялась. Будучи Единственной Богиней подопечного мира, она была далеко не глупа. Но вот, для чего она понадобилась Богу Смерти, не могла пока себе ответить.

***

– Она мне не только силы отдаст, но и сына найти поможет, – несколько часов спустя шептал мужчина в чёрном, обнимая уже другую девушку.

– Мне неприятно, что ты будешь с ней, – нежно прошептала девушка.

– Я сделаю всё, чтобы найти нашего ребенка…

Девушка доверчиво положила голову на грудь Бога и прижалась к нему всем телом, всё так же любя, как и при первой встрече.

***

В одиноко стоящем горном хребте светилась одна из многочисленных пещер, в которой от стены до стены ходил мужчина. Его голова разрывалась от мыслей, а сердце – от невозможности увидеть свою пару. Он, с детства покинутый своими родителями, был милостью Богини принят на пост Повелителя Теней. Он не мог предать ту, что хранила тайну его рождения. Но и возлюбленную он не мог бросить на одиночное противостояние Богине.

– Что делать? Что же мне делать? – бесконечно задавался он вопросом, но так и не мог найти на это ответа.

Его жизнь изменилась ровно тридцать лет назад, стоило ему взять на руки дитя двух рас. Словно молния, пронзило понимание, что это его пара. Его половина, о существовании которой он не только не мечтал, но даже боялся надеяться, до последнего думая, что он неполноценный. Если уж родители, которых он смутно помнил, отказались от него, то что можно было говорить о паре, которая отвергла бы его, узнав о происхождении.

Тогда он смог вымолить у Богини не убивать дитя, а просто перенести её в умирающий мир и дать возможность жить там. Но получиться ли сделать это сейчас? Пойдёт ли ревнивая Богиня на ещё одну сделку?..

Глава 10. Безмятежность

Несмотря на упорные тренировки, на знакомство с мудростью мира и воспитание питомца, который рос не по дням, а по часам, Катя была всем довольна. Единственное, что омрачало её новую жизнь, – это отсутствие Ивра. С того самого вечера он не появлялся. Девушка начинала думать, что и он не пошёл против своих Богов, поэтому-то и покинул её, не желая продолжать общение с опальной девушкой. Она продолжала близкое общение с сестрами, которые, со временем, действительно становились частью её семьи. Небольшой семьи, состоящей пока из пса и её самой. Чем сильнее и умнее становилась девушка, тем увереннее она себя чувствовала, хотя, она и ранее не особенно за себя боялась. Смерть не страшила её ещё со времён земной жизни. Главное, что для мира это ничего не изменит. Доказательство её существования получено. В мире наступил покой. Все продолжают жить, будто и не было никакой войны. Мир затягивает раны, нанесённые сражениями, как в природе, так и в сердцах людей. Пройдёт ещё лет сто, и, возможно, никто и не вспомнит о событиях, затянувшихся более чем на четверть века.

***

– Прогуляемся? – спросила Елейя, как всегда беззаботно улыбаясь.

– Пожалуй! – улыбнулась в ответ Катя. – Полетим или пройдёмся?

– Пройдёмся, конечно! – воскликнула девушка, Екатерина лишь согласно улыбнулась.

Она полностью разделяла любовь сестры к природе. Казалось, что в этом мире природа знала и умела больше людей, делая за них многое из того, что помогло бы им «повзрослеть». Мир делал их какими-то по-детски наивными что ли. Но девушке это в них нравилось. Со всеми своими странностями они не были испорчены алчностью, завистью, ненавистью и прочими, присущими человечеству, качествами. Она наслаждалась общением с ними, хотя и ощущала себя немного чужой.

Какое-то время в самом начале её пребывания здесь она всё ждала хоть одного упрека в свой адрес: всё же она была хоть и невольной, но причиной войны, унёсшей столько жизней. Но нет – все искренне были рады её возвращению!

– Ты такая задумчивая в последнее время, – сказала сестра. – Что-то гложет тебя, но почему-то ты не говоришь об этом. Но, кто если не мы, твоя семья, поможем тебе разобраться в себе.

Не сдерживая эмоций, Елейя обняла её, и положила голову ей на плечо. Ну, вот как могла Екатерина сказать о том, что ей противостоит сама Богиня?! Как она могла сказать так крепко полюбившей её сестре, что, возможно, скоро её не станет? И отцу, и бабушке. Она не планировала так привязываться к ним, но всё произошло без её желания.

– Все нормально! Просто всё так неожиданно свалилось на меня. Тридцать лет я не знала, кто я, думала о смерти… А тут вдруг, тогда, когда я уже перестала верить в сказки, она пришла ко мне сама.

Елейя весело рассмеялась, словно хрустальные колокольчики зазвенели в воздухе.

– О, Богиня! Ты переживаешь из-за таких пустяков! Но за твою необычность я и люблю тебя! Сегодня у бабушки празднуют День Сотворения Мира, может, хоть в этот раз ты пойдешь с нами? – спросила она и состроила такие глазки, что пришла пора смеяться Кате.

– Ты же знаешь, как я всё это не люблю? – прищурившись, спросила она.

– Да, к сожалению… Но если сидеть в четырёх стенах, обложившись книгами о мироустройстве, то можно действительно сойти с ума! А ты представь сумасшедшую огненную драконицу!

Она изобразила такой страх на лице, что вызвало новый виток смеха такой силы, что птицы покинули ближайшие ветви деревьев.

– Это разовая акция! Только потому, что в тебе погибает талантливейшая актриса и мне её искренне жаль.

– Не поняла, что за акция, и кто там во мне умирает, но я рада, что ты согласилась! Пора внести свежую струю в мирное кудахтанье матрон, ищущих пару своим дочерям.

Елейя вновь засмеялась, и, раскинув руки, побежала навстречу к их общему другу. Море стало им другом, верным, надежным, а главное, молчаливым. Умеющим выслушать, пожалеть и забыть о рассказанном.

***

В назначенное время в комнату к девушки пришли помощницы, и начался кошмар. Ранее Екатерина не уделяла своей внешности особого внимания. Благодаря косметике удавалось скрыть всё несовершенства. А уж попав в чудный мир, и помолодев лет на пятнадцать минимум, и вовсе обходилась обмыванием и чисткой зубов. Местные красавицы использовали какие-то средства для яркости глаз и аппетитности губ, но этот вопрос не очень волновал девушку.

А вот сейчас она на своей шкуре испытала все прелести ухода за собой. Чего только стоило скрабирование всего тела! Ей казалось, что кожу сдирают, а потом натягивают заново! Какие бои?! Если она с криками переносила депиляцию, что вызывало у желтоглазых помощниц почти истерические вспышки смеха. «Шиканье» старшей из них не могло унять их веселья.

Спустя почти вечность, по ощущениям девушки, а на самом деле всего пару часов она была готова. Её нарядили во что-то нежное, яркое и приятно прилегающее к телу, а, подойдя к зеркалу, девушка поняла, что все эти усилия были не напрасны. Из отражения на неё смотрела мудрая, сильная, смертоносно опасная женщина. Уверенная в себе, властная и гордая. Насыщенно красное платье облегало её как вторая кожа и подчеркивало синеву глаз. Волосы переливались в лучах закатного солнца словно живое пламя. Девушки уложили их так, что, казалось, они были её плащом, защищающим от непогоды. Рубины, подаренные дедом как наследие клана фениксов, были лишь дополнением к образу: но и они будто оживали при каждом её движении.

– О! – только и смогла произнести сестра, увидев девушку в таком виде. – Богиня Огня, не иначе… – она восхищенно сложила ручки в молитвенном жесте. Хотя, на взгляд Кати, сестра, в образе то ли ангела, то ли феи, выглядела гораздо милее и нежнее.

– Ты просто совершенство! – так же похвалила Катя образ сестры. – Но ты всегда прекрасна! – спохватившись, добавила она.

Елейя не сдержалась и вновь обняла девушку.

– Жаль, что Гелейя не пойдёт с нами. Она пропадает в казармах, – надув прекрасные губки, обиженно сказала Елейя.

– Она милая девушка, – сказала Катя, пытаясь утешить сестру. – Пусть будет там, где чувствует себя счастливой.

Мгновенно успокоившаяся девушка взяла сестру за руку и степенно пошла к дому бабушки. Транспортных средств в мире существ, способных перемещаться по воздуху, не было.

***

Девушки пришли в дом бабушки в разгар праздника. Несмотря на то, что Катя ожидала мирных посиделок, она немало удивилась, услышав задорную музыку и смех молодёжи. По пути к дому то тут, то там мелькали влюблённые парочки, урвавшие несколько минут без надзора взрослых, которые, в свою очередь, закрывали глаза на детей, понимая, что значит встретить истинную пару. Всеобщее веселье витало в воздухе, проникая и заражая собой девушек.

– Смотри! – прошептала Елейя, указывая куда-то в сторону, где стояло несколько молодых парней в масках.

– Там стоит Андриан. Я видела его лишь мельком, но мне показалось, что он моя пара… – с восхищением добавила она. – Для подтверждения нам нужно взяться за руки. К сожалению, драконы без пары не могут посещать мероприятия без маски. Таков закон: мы не должны видеть лица своей половинки, только чувствовать. Но я чувствую, что это он!..

Она почти дрожала от предвкушения, поэтому с надеванием маски на лицо помогала Катя, справившись со своей самостоятельно. На самом деле это была скорее карнавальная маска, которая не особенно скрывала лицо, и быть неузнанным в ней не представлялось возможным.

– Так подойди к нему, – искренне не понимая, в чём проблема, сказала Катя.

– Я? Сама? Ты что? Это же как-то неправильно…

– Неправильно – это упускать такую возможность подтвердить свои предположения. Ты же не хочешь потом жалеть о каждой минуте, прожитой без него? – пылко сказала Екатерина и легонько подтолкнула сестру в сторону стоящих парней.

В ту же самую минуту из кучки парней вышел смуглый светловолосый юноша и двинулся навстречу Елейи. Они шли навстречу друг другу, не замечая никого вокруг. Люди, видевшие это, расступались перед ними, понимая, что происходит. Даже Екатерину пронял момент волшебства, творившегося прямо на её глазах. Прекрасные, как Боги, парень и девушка взялись за руки, и вокруг них словно молнии засверкали, подтверждая истинную пару. Как они были счастливы в тот момент! А уж момент снятия масок точно растопил бы самые зачерствелые сердца. Лицо девушки заливалось стыдливым румянцем, а его глаза горели от гордости за свою избранницу. В тот момент произошло что-то странно, чему удивились даже старожилы. Глаза парня, некогда голубого цвета, засияли насыщенным синим, подтверждая его принадлежность не только к правящему роду, но и непосредственно к короне.

– Наконец-то! – раздался неподалеку голос бабушки, которая, оказывается, была совсем рядом с ними. – Теперь мне есть кому передать бразды правления. Хотя, я думала, это будет другая внучка, – она положила руку на плечо Кати, показывая своё расположение.

– Вы же знаете, мне это не нужно, а из Елейи получится прекрасная правительница. Добрее её я ещё никого не встречала!

– В том то и дело… – странным голосом ответила бабушка и двинулась к своим знакомым, только прибывшим на праздник.

Понимая, что сестре уже не до неё, Катя взяла бокал игристого напитка, похожего на шампанское, но, естественно имеющего здесь иное название, и пошла осматривать дом, в котором так ни разу и не была со дня появления в этом мире. Она долго стояла у портрета своей матери, который повесили здесь совсем недавно, потом пошла к другим картинам, манившим её своими пейзажами. Красота этого мира не могла быть в полной мере передана даже самыми талантливыми художниками.

– Скучаешь? – услышала она до боли знакомый голос позади себя.

И хотя сердце её забилось с удвоенной скоростью, внешне она постаралась не выдать своих чувств.

– Такой земной подкат! – со смехом ответила она, поворачиваясь к Ивру.

Снова его лицо было скрыто, на этот раз маской. Однако кое-что ей удалось рассмотреть – удивительные глаза цвета расплавленного металла.

Глава 11. Предчувствие

Почти всю ночь Екатерина танцевала с Ивром, наслаждаясь его присутствием, купаясь в его взгляде и чувствуя его тепло. А он будто боялся её отпустить, держа её ладошку в своих крепких руках. Ей нравилось его внимание, его рассказы о довольно долгой жизни. Он говорил о многом, кроме себя, хотя сам с удовольствием слушал её рассказы о себе.

С первыми лучами солнца они покинули гостеприимный дом, решив пройтись вдоль берега моря, места частых прогулок Кати.

– Я ничего о тебе не знаю, – тихо сказала девушка.

– Моя история не такая интересная, как твоя, – попытался отшутиться мужчина, но, увидев напор в её прекрасных глазах, сдался.

– Я не лгу тебе, история чем-то схожа с твоей. Я смесок двух рас, и я тоже выжил каким-то чудом. Выжила и моя мать. И отец. Но я им оказался не нужен. Они отдали меня в первые попавшиеся руки. Спустя какое-то время, уже подростком, меня заметила Богиня. Она приняла меня таким, какой я есть, и дала некоторые полномочия, совместимые с моим даром. Вот и вся история, – он грустно пожал плечами.

Отчего-то девушке стало очень жаль его: она хотя бы знала любовь одного человека, своей земной бабушки, а он был всегда лишён этого. В каком-то непонятном порыве, она развернулась и прижалась к его губам, стараясь углубить поцелуй, но мужчине не нужны были подсказки. Он притянул девушку к себе и ответил на поцелуй, блуждая руками по её телу, что отозвалось в ней невероятной тягой к нему. Ранее она и не знала, что способна на такие чувства. Всё вдруг будто перестало существовать, всё кроме двух тел, слившихся в поцелуе. Её руки срывали с него одежду, стараясь приблизить её к желанному телу.

– Нет, прости, нет! Я не могу забрать то, что, возможно, принадлежит другому… – тяжело дыша, отстранился от неё мужчина.

– О чем ты сейчас говоришь? – в недоумении подняла на него затуманенный взгляд девушка. – Мне хорошо с тобой, я чувствую, что не безразлична тебе… – она красноречиво опустила взгляд ниже его пояса и закусила губу. – Так что нас останавливает?

Ответа она уже не получила. Ивр, как делал всегда при неудобных вопросах, исчез.

– Как это на тебя похоже, Ивр! – прокричала она, чувствуя, что он пока ещё слышит её. – Может, нам вообще больше не видеться?! Тебе вообще никто не объяснял, что так делать нельзя?!

После девушка больше не чувствовала его присутствия, что значило его уход. Слёзы, текущие из глаз, возвращали её в то время, когда ею пренебрегали, отталкивали. Испытывая опустошение, она обняла себя руками и села на песок, не беспокоясь о наряде. Она глядела вдаль и плакала, не понимая, почему за несколько часов счастья приходится платить неделями боли. Однако она осознавала, что к Ивру она испытывает не безграничную любовь, а скорее симпатию, влечение, интерес, что не является признаком парности у существ. Возможно, он был прав, говоря, что они забирают друг друга у своих пар, пытаясь обмануть систему. Но тогда отчего при этой мысли у неё так странно заныла душа? Почему вдруг стало больно дышать, представив мужчину в объятьях другой женщины? Одни вопросы…

***

И вновь потекли стандартные будни Кати. Елейю она с того вечера видела лишь мельком, она забегала поблагодарить за «пинок» к счастью и просила не терять её. Начитавшись историй про поведение истинных, Екатерина понимала, что сестра потеряна для общества как минимум на несколько дней, а ведь у некоторых пар пылкие отношения длятся всю жизнь. Постепенно боль отступала, и она находила зерно разумности в словах Ивра – разве можно было набрасываться на мужчину? И очень хорошо, что в тот момент он сохранил рассудок и смог её остановить. Но мог бы и не пропадать! С того утра девушка его больше не видела. И если ранее она могла объяснить это тем, что он не хотел проблем с Богиней, то сейчас понять его поведение она не могла. В какой-то момент ей показалось, что в отношении его и Богини есть какая-то недосказанность, но девушка прогнала эти мысли, чувствуя, что они причиняют ей боль. Её поддержкой был Вермонт, верный пёс и лучший друг, который, чувствуя настроение девушки, то вынуждал играть с ним, то просил продолжительных прогулок, стараясь отвлечь её от грустных мыслей.

В одну из таких прогулок, девушка добрела до, наверное, самой высокой точки города, с которой открывался хороший вид на Мёртвую Долину. Скалы, расположившиеся на этой мрачной территории, привлекали её внимание очень давно, но пеших путей туда не было, а лететь было опасно потому, что, восстанавливаясь, земля тянула силы от всего магического, что находилось рядом. Долина пугала её своей серостью и блёклостью, будто у художника кончились краски.

Но на этот раз всё было как-то иначе, что-то влекло её посмотреть на Долину. Девушка уже давно привыкла доверять своему шестому чувству, поэтому она долго и внимательно осматривала представшую пред глазами картину. Ничего не привлекало её внимания, но она не оставляла попыток – не могло её просто так сюда привести!

Время неумолимо близилось к закату, а девушка по-прежнему не сводила глаз с горизонта. И тут ей показался мерцающий огонек где-то в горах. Сфокусировав взгляд и применив частичную трансформацию, она разглядела одну из многочисленных пещер, из которой и лился свет. Судя по бликам, это был костёр. А если там есть костер, значит, есть и разумное существо, подумала девушка. И совсем не просто её туда тянет… Осталось узнать, как попасть туда с минимальными потерями.

Она спустилась с возвышенности и решительно направилась в сторону дома, раздумывая, как преподнести отцу новость о том, что дочь снова собирается рискнуть своей жизнью…

Глава 12. Уговоры

Донести до родственников, что ей необходимо совершить поход в Мёртвую Долину, оказалось не так просто. Ни один человек не мог понять, как можно рисковать не только силами, но и самим существованием из-за простого предчувствия! Долгие беседы не приводили ни к чему хорошему, мало того, теперь старшие клана считали её взбалмошной и безответственной! И хотя девушку мало волновало то, что о ней думают другие, скепсис в глазах близких она воспринимала довольно остро.

– Я всё равно пойду туда! Одна! – подчеркнула она свои слова. – Я уже тысячу раз говорила вам, что не собираюсь рисковать ни одним из вас! – уже кричала она, не понимая, отчего они противятся.

– Ты хочешь, чтобы фениксы считали, что мы довели их наследницу практически до самоубийства?! – прокричал отец свой последний довод, зная, на что он может надавить. – Совсем недавно мы обрели мир, и ты рискуешь его сейчас разрушить только потому, что тебе уж очень нужно попасть в Мёртвые земли!

Девушка опустошенно опустилась на диван. С этой стороны она свою проблему не рассматривала. Тяжело нести на себе ответственность. А тем более принимать решение, способное повлиять на обстановку мира.

– Мне нужно навестить родственников! – неожиданно сказала она.

Отец поперхнулся, ожидая несколько другой реакции. Он уже морально приготовился к слезам, присущим девушкам её возраста, возможно, даже к истерике. Он забыл, что его дочь рассуждает совсем не так, как племянницы.

– Когда-нибудь ты сведёшь меня с ума! – воскликнул он. —Хорошо! Хорошо! Я договорюсь о встрече…

Мужчина понял, что остановить настойчивую девушку не получится. Но, зная медлительность в принятии решений у фениксов, надеялся, что со временем дочь перегорит со своей идеей.

***

Время шло, сила, тянущая девушку в пустошь, не ослабевала. Фениксы не торопились порадовать своим присутствием. И именно это подтолкнуло Екатерину к дальнейшим действиям: проснувшись ни свет, ни заря, она, надев привычную одежду и оставив на столе записку, покинула ставший уже родным дом. Долгая дорога её не пугала, она не зря столько тренировалась в построении порталов, да и крылья ей были даны не для красоты.

Сама дорога была непростой: природа защищала своих детей, поэтому за время боевых действий, некогда популярный тракт оброс непроходимыми рощами, оврагами и горными массивами, в которых гуляли ветры и ураганы. Но и это не пугало девушку. Даже неизвестные дикие животные не остановили бы её. Она была уверена в своем верном сопровождающем. Да, она не могла оставить свою собаку. Пообещав ему всегда быть рядом, девушка не могла нарушить данное ею же слово.

***

Зная лишь направление, не имея с собой ни припасов, ни даже элементарной карты, – в мире летающих они спросом не пользовалась, —девушка шла навстречу солнцу, ловя его несмелые утренние лучи и наслаждаясь просыпающимся днём. Время она выбрала удачное: беззаботный народ не так рано просыпался, у них не было слуг, каждый мог позаботиться о себе самостоятельно. Здесь не было принято утруждать кого-то каторжным трудом, и не смотря на различие каст по цвету глаз. У рас не было элиты или простолюдинов, была правящая верхушка, но они не ставили различий между существами, делая всех равными. Это, несомненно, была заслуга их Богини. Которая почему-то невзлюбила девушку. Катя часто пыталась понять мотив Богини, но не находила ответа. Она не старалась менять устоев мира, не вносила что-то своё, принесённое с Земли. У неё лишь получилось остановить продолжительную войну, но за это Богиня должна была её благодарить, а не объявлять уничтожение… Или есть что-то ещё? Что-то, чего она не нашла, изучая многовековые свитки, в которых было огромное количество несостыковок в истории создания мира.

Рассуждения девушки были прерваны грозным рыком Вермонта. Он мгновенно принял боевой облик. Вдоль всего позвоночника проступили костяные наросты, более похожие на шипы, а хвост удлинился, принимая вид жала. Приняв частичную трансформацию, девушка начала присматриваться к казавшейся абсолютно спокойной роще. Вдруг то в одном, то в другом месте начали вспыхивать и гаснуть огоньки. Пёс почти полностью прижался к земле, принимая боевую стойку. В крови девушки заиграл адреналин, не давая ей оставаться на месте, и она мелкими шажочками начала продвигаться вперёд. Сначала всё было спокойно, а потом ей под ноги прыгнул маленький меховой комочек, вызвав громкий лай питомца.

– Тише, Вер, тише! – прошептала девушка, протягивая руку к неизвестному существу, которое таращило на неё свои глазки-бусинки.

Отчего-то решив, что данный вид существ не опасен, девушка совершила огромную ошибку. Она дотронулась кончиками пальцев до казавшегося мягким комочка. В тот же миг её руку словно окунули в раскалённую лаву. Комочек сразу же принял вид ёжика, все его шерстинки будто налились ядом, сверкающим на солнце. Это действие послужило сигналом для атаки ещё не менее сотни подобных существ. Они пытались атаковать уже упавшую на колени девушку, но пес отбрасывал их от неё, не чувствуя боли или усталости. Он рвал их мощными клыками, отбрасывая в стороны, словно игрушки. Последнее, что увидела девушка, было море приближающихся существ, которые внешне были безобиднее кошки…

***

Давно знакомое состояние… Головокружение, тошнота, слабость… Все признаки «хорошо» проведённого времени. Несмотря на состояние, она подскочила, озираясь по сторонам в поисках питомца.

– Вермонт! – с отчаянием крикнула девушка, помня, чем закончилась её встреча с новыми знакомыми.

Издали послышался топот пса, вздохнув с облегчением, она всё же осмотрелась. Судя по всему, её кто-то перетащил, так как она находилась в пещере, больше похожей на чьё-то логово. Но здесь было уютно, а главное – тепло! В это время пёс добежал до девушки, неся в пасти что-то похожее на лист дерева. Внутри самодельной чаши плескалась вода, слаще которой девушка ещё не пробовала.

– Спасибо, хороший мой! – благодарно сказала девушка и чмокнула своего питомца в нос.

Пёс смешно фыркнул, будто показывая, что это было для него простецким делом. Обладая недюжинной силой, он смог её перетащить в это место, защищённое от ветра и других погодных невзгод. Всё время, что девушка была без сознания, он охранял её, не давая никому к ней приблизиться и причинить вред. Девушка не знала, как её пес перенес яд этих существ, но, судя по его виду, явно лучше, чем она.

Выйдя на улицу, девушка поняла, что беззаботная прогулка затянется. Пешком ей не преодолеть рощу с опасными зверьками, а полёт был невозможен из-за надвигающейся грозы, которая, судя по рассказам местных, случалась довольно редко и несла в себе немало опасностей.

– Да… – протянула девушка, кажется, наконец осознавая всю сложность положения, в которое попала по своей же глупости. – И что нам делать без еды? – спросила она, повернув голову к питомцу.

На что услышала насмешливое фырканье.

– Ну, что ты ржешь-то? – возмущённо спросила она. – Это ты можешь есть сырое, не солёное мясо неизвестного происхождения, а я как-то не горю желанием!

Внимательно выслушав её, пес сорвался с места, оставив девушку недоумённо хлопать ресницами. Вернулся он довольно быстро, принеся в пасти какой-то фрукт, похожий на яблоко. Девушка вопросительно подняла бровь, на что пёс уверенно кивнул головой, вызвав у неё немалое удивление.

– Ну, если что, моё отравление будет на твоей совести, – неуверенно сказала она и всё же надкусила фрукт.

К её удивлению, он оказался не только съедобен, но ещё и удивительно вкусен! Сладкий сок фрукта на долгое время мог унять чувство голода.

Доев всё до последней крошечки девушка вновь поблагодарила питомца. Он снисходительно принимал её ласки, и девушке показалось, что они поменялись местами. Она, такая сильная, смелая воительница стала зависима от своего питомца, которого не так давно сама кормила из пипетки.

– Мы всё равно не можем здесь долго оставаться. Хотя я уверена, с тобой я нигде не пропаду! Но моё отсутствие могут неправильно понять.

Она опустила плечи, вновь ощутив на себе ответственность за жизни людей. Как же это сложно… И почему она не поступила так, как хотела изначально? Найти себе жилище и спокойно там жить, не чувствуя никакой ответственности. Но любовь сестер, отца и бабушки сломила её, привязала к ним, привила чувство долга.

– Итак, что мы имеем? Роща для меня непроходима. С одной стороны у нас отвесная скала, с другой – довольно неспокойная речка. И если мы в ней потеряем управление, нас размажет по камням… До начала грозы ещё есть время, мы можем попробовать взлететь!

Пес, внимательно её слушая, на последней фразе закрыл морду лапами.

– Глупенький! – засмеялась девушка. – Тебя я понесу в лапах.

Благодаря совместным тренировкам, пёс не боялся её обличий, ну, почти: девушке стоило немалого труда поймать его и максимально аккуратно взять в лапы, не обращая внимания на укоризненный взгляд. Теперь он не казался огромным животным. Она даже не заметила, что несёт что-то в лапах – лишь тихий скулеж напоминал о любимом «грузе».

Приземление было таким же мягким и аккуратным, как и непродолжительный полет. Пёс как-то обиженно на неё смотрел, но убегать вперед не стал. Он принюхивался к новой местности, выискивая опасности. На их общее счастье, местность была пуста. Времени искать место для ночлега не было, и напарники приняли решение двигаться вперёд. Кажется, до жилища фениксов оставалось совсем немного – всего лишь обогнуть Мертвую Долину. Но сделать это так, чтобы даже ветра с той стороны не задели путников.

Глава 13. Уговоры другой стороны

Почти весь оставшийся путь прошёл спокойно. Девушка за время дороги успела испытать бесконечную тоску по русскому лесу: по белоствольным берёзкам, по ароматным хвоям. Оказывается, ей очень не хватает того, что она не ценила, видя это ежедневно из своего окна.

Несколько раз Катя замирала в восторге от красоты, окружающей её. В те моменты она благодарила силы, давшие ей возможность вернуться сюда. Отчего-то именно вдали от жилья она действительно чувствовала себя частью этого сказочного мира, ощущала себя почти как дома.

Благодаря своему напарнику девушка спокойно находила себе пищу: он предупреждал её грозным рыком, когда она пыталась сорвать с дерева что-то не то. Также выяснилось, что в этом волшебном мире полно отравленных источников! Возможно, вода туда попадала из Мёртвой долины, а возможно, это были происки Тёмных, которых девушка, на своё счастье, ещё ни разу не встречала.

В один из дней их всё-таки догнала гроза, и стало понятно, почему её так боятся. Даже укрывшись в чьей-то норе, путники не ощущали себя в безопасности. Ураган бушевал не на шутку: вырывая деревья с корнями, он буквально менял привычный за время похода ландшафт. Выход из укрытия был чреват тем, что могло просто-напросто пришибить деревом или просто порывом ветра сбить с ног, и не было никакой гарантии, что после получится подняться. Обзор тоже был минимальный. Дождь стоял стеной, меняя лишь наклон, под направление ветра. С неба падал град величиной не меньше куриного яйца. С горем пополам девушке удалось развести костер, который мог хоть немного согреть. Температура воздуха стремительно падала, и вскоре Катя заметила облачко пара, вызываемое дыханием. Пёс чувствовал себя потерянно из-за того, что не мог услышать или почувствовать чьё-либо приближение. Но на этот счет девушка была спокойна – она научилась чувствовать живых существ.

Гроза бушевала несколько дней. И если с водой проблем не было, то отсутствие еды начинало причинять дискомфорт. Что делать в такой ситуации, девушка не знала. Пёс несколько раз пытался выбраться из убежища, но Катя вовремя его ловила, пытаясь убедить, что осталось совсем немного потерпеть. И она оказалась права! На пятый день гроза прошла, а ветер значительно сдал обороты, уходя в сторону Мёртвой долины.

– Откуда пришел, туда и ушел… – пробормотала ослабленная девушка.

Недосып, голод и постоянное чувство опасности сделали свое дело. Почувствовав состояние девушки, пёс, не дожидаясь окрика, рванул в ближайший лесок, который сейчас был больше похож на поле боевых действий. Вернулся он быстро, но в каком-то странном состоянии: он не сводил с неё глаз. А, дождавшись, пока девушка поест, прикусил её руку и повёл за собой в чащу леса.

Открывшаяся картина не радовала глаз. В окружении сородичей Вермонта лежала измученная самка, которая из последних сил пыталась отбиться от наступающих самцов. Девушка посмотрела на пса. Его глаза стали менять свой цвет, но он будто пытался сопротивлялся, тряс головой и отфыркивался. Сначала девушка пыталась отвлечь самцов от жертвы, но это не вызвало у них никакой реакции. Сфокусировав внимание на самке, девушка прочувствовала её эмоции, среди которых явно не было заигрывания с самцами. Она страдала от полученных ран, испытывала страх и была на грани. В спектре эмоций мелькала надежда, когда её метающийся взгляд цеплял Вермонта. Пёс чётко осознавал неравенство сил, но всё равно рвался в бой, благо, что девушка ещё могла его удержать, со всей силы вцепившись в холку. Но в момент, когда наиболее крупная особь приблизилась к ослабевшей самке, Вер вырвался из рук девушки. В один огромный прыжок он оказался в центре круга, созданного самцами, и грозно оскалился. Возбуждённые псы не исполнились страха – они были группой, против которой выступил чужак. Крупнейший из них кинулся на пса, и начался ад. Огромные псы рвали друг друга, не чувствуя боли и усталости: каждый понимал, что драка будет идти вплоть до смерти одного из них. И когда показалось, что Вермонт начал побеждать, свора выступила за своего вожака. В первый раз в этом мире девушка увидела несправедливость, но творили её не люди, а животные! Это стало последней каплей. Она обратилась! Минуя ипостась феникса, она сразу приняла вид драконицы, которую и так очень давно не выпускала на волю. Драконы более остро чувствуют других существ, поэтому вскоре рощу оглушил грозный рёв. Самцы, разгорячённые дракой и близостью самки, не отреагировали на ещё одного участника сражения. А зря! В этом состоянии девушке не составило труда раскидать стаю собак. Боясь причинить вред питомцу и самке, она выпустила свое очищающее пламя – не на всю его мощь, конечно. Она не хотела уничтожить животных: только разогнать и немного привести в чувство. Многие из них отползали, преклоняясь перед более сильным противником. Но только не вожак! Он, уже имея подпалены на боках, с обожжёнными усами и мордой кидался на девушку, стараясь укусить лапы, защищённые чешуей. В определённый момент девушка потеряла его из виду, чем он и воспользовался, запрыгнув на её холку. Умный пёс нашел единственное незащищённое место на теле дракона – место, где рождается огонь. Одного не учёл смелый вожак: в теле драконицы текла не кровь, а жидкость, похожая на раскаленную лаву. Прокусив её шею, пёс издал рёв – в этом крике была вся его боль, разочарование и стыд.

Обратившись в человека, девушка упала на колени и заплакала. Ей было жаль столь смелого война, который не побоялся выйти в бой с существом, превышающим его по силе в несколько раз. Она плакала от несправедливости, от того, что сама того не осознавая, убила живое существо. Зажимая кровоточащую рану на шее, она не переживала о себе. Девушка не могла отпустить тело поверженного врага. Поток слёз остановило рычание, раздавшееся со всех сторон. Катя подняла заплаканные глаза и увидела окружившую её стаю. Они признали в ней сильнейшую, поэтому не нападали, а будто приветствовали. Все до единого склонили пред ней головы. Девушка раскинула руки, и псы приблизились к ней: теперь она не чувствовала от них угрозы. Каждый из стаи подошёл к ней и присел рядом, а кто-то и лёг. Она старалась обнять каждого из них, подарить каждому частичку своего тепла и любви. Вермонт и спасенная самка стояли в стороне.

Обнимая этих диких собак, ни разу не чувствовавших человеческого тепла, девушка проникалась к ним чувством заботы и любви, которой недополучила сама. Она купалась в ответных чувствах, действительно ощущая себя на своём месте. Отдавая частичку своей души им, всеми покинутыми, она гораздо больше получала взамен.

Сколько времени она пробыла с собаками, Катя не знала, но, судя по солнцу, ей пришла пора двигаться дальше. Найдя глазами питомца, Катя поняла, что он обрёл свой дом. Не сдерживая слез, она прощалась с ним, умоляя не забывать её. Она клялась, что вернётся к нему, что будет с ним и не покинет его никогда, но – после того, как выполнит задуманное. Пёс не верил. В его глазах отражалась вся тяжесть принятого решения. С одной стороны, его ждала его пара, с другой – почти мать, та, что вырастила его и научила любить. Мудрее всех оказалась самка. Она носом потревожила сидевшую на цветке бабочку, и не отрывая глаз от девушки, кивнула на её полет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.