Пелагея Сергеева
Принцесса и ассасин. Том 3

Что будет со мной, когда её спасут?

Глава 1

Настоящее время.

Всё стремительнее подступающая ночь, окутывающая небо и окружающий мир во мрак, постепенно настигала двух людей на лошадях, что так резво направлялись в сторону княжества Иксония. Светловолосая девушка на кобыле не отстаёт от своего спутника на коне и придерживается его ритма, благо, обученные лошади главы клана Огня это позволяют. Волнение за ассасина не проходит даже тогда, когда он демонстрирует ей положительный настрой и стремление поскорее оказаться во владениях клана. Мина знает, что Аррани тоже непременно хочет вытащить принцессу Саксонии из лап похитителей, но его нынешнее состояние здоровья даёт трещину в её переживаниях за подругу. Как и до этого, если она подумает про рану парня, то может и забыть про их главную миссию: спасти лучшую подругу. Глава клана же отпускает практически все мысли в галопе их скакунов. Сейчас ему нужно быть предельно осторожным для успешного прибытия в клан и одновременного сохранения Мины в целости.

Уже будучи в лесах Иксонии, Фуго вдруг самостоятельно сбавляет темп, но так, чтобы Аррани это заметил. А затем, когда хозяин обратил внимание на поведение питомца, вороновый жеребец припустил что есть мочи. Глава клана потянул поводья и заставил Фуго остановиться. Несмотря на высокую скорость, конь грациозно встал на дыбы и снова опустился. Нерида сделала всё то же самое, что и напарник. Они промчались чуть вперёд первых, но Мина развернула кобылу и подошла к Аррани. Ребята стояли близко к тропе, проложенной местными жителями. Парень осмотрелся по сторонам, прислушался. Асонская не вмешивалась. После минуты молчания и сосредоточения глава клана, наклонившись вперёд, похлопал Фуго по шее в знак похвалы.

– Молодец, приятель, заметил-таки.

Рассуждения ассасина были непонятны Мине. В такие моменты она считала его либо гением, либо сумасшедшим. Глава посмотрел на неё и просветил:

– Рядом кто-то есть. И, судя по лошадям, угрозы нет, иначе они бы сами увели нас от преследователей.

«Преследователи» незамедлительно показали себя. Их взору предстали воспитанники Аррани и глава клана Земли со своим помощником.

– Ах, Босс!

При виде главы Гильяна будто расцвела, как весенний цветок, и хотела прижаться к его руке в порыве радости. Однако Аран быстро схватил подругу за капюшон и мягко оттянул её назад, не давая проявить бурю эмоций, вызванную долгожданной встречей с главой. Девушка сначала не поняла его действий, вопросительно чуть развернула к нему голову и увидела, что напарник кивком указывает ей на спутника главы. Гиль тоже обнаруживает постороннюю верхом на Нериде. Рядовой ассасин Огня с ангельским характером приспускает брови вниз и вперяет свой взгляд в незнакомку.

– Аран, Гильяна… Джейк! И ты здесь! – Фуго переминается на месте.

– Глава Аррани, рад тебя видеть, – Джейкоб отдаёт почётный поклон, на что парень отвечает ему тем же.

Блондин на секунду переводит взгляд на Мину и говорит ей тоже так сделать: это обычай ассасинов. Они не могли предполагать, что, кроме самого Аррани, встретят кого-то ещё с таким же высоким титулом. Глава Земли и принцесса обмениваются приветствиями.

– Глава Джейкоб, как вы здесь оказались? – наконец, блондин переходит к делу.

Внезапно состояние Аррани ухудшается, и у него начинает кружиться голова. Он хватается за неё, прошипев что-то от боли. Все обеспокоенно вздыхают. Мина и Гильяна одновременно зовут парня, чтобы проверить, всё ли в порядке. Аррани останавливает Мину рукой от того, чтобы открыть его ранение.

– Всё хорошо, не беспокойтесь, – слегка отрешённо говорит глава Огня и приходит в равновесие.

– Брат, нам нужно быстрее возвращаться в клан, – Джейкоб надавливает на Фуго и просит его лечь на землю, чтобы тот смог забраться. – Я поведу, с твоего позволения.

Понятливый конь главы клана выполняет просьбу, и Джейк оказывается наверху, берёт поводья на себя.

– Аран, Гильяна, – обращается Аррани, – мы поскачем вперёд, а вы позаботьтесь о Мине, – назвав её имя, он указывает рукой на девушку.

– Босс, глава Джейкоб, будьте осторожны, – добавляет Аран.

Вместе с помощником главы клана Земли они скрываются в темноте. Мина, до этого стоящая в стороне, не стала возражать и ждала решения Аррани. Когда их образы исчезли, девушка обратилась к подчинённым блондина. Ей на глаза попался бежевый маленький кот ребят. Сейчас он мирно висел на плече ассасина, которого Аррани назвал Араном, и, по всей видимости, дремал.

– Что ж, – протянул парень, – тебя зовут Мина, так?

– Да, всё верно, – принцесса решила держаться спокойно, ведь ей было ясно, что подчинённым главы Огня можно было доверять. И не совсем обычная, но очень показательная реакции рядом стоящей девушки тоже показала Асонской, какие это люди.

– Меня зовут Аран, она – Гильяна. Мы ученики главы.

Ребята ещё внимательнее осмотрели девушку, поскольку им представилась такая возможность. Гиль заострила внимание на Нериде: принцессе показалось, что она не была в восторге от того, что на знакомой ей лошади сидит посторонний человек. Однако та не проронила и слова, молчала и Мина, крутила глазами в разные стороны, не зная, куда себя деть. Момент выдался до жути неловким. Представление людей друг другу сопровождается вежливыми фразами, так ведь?

– Прия…

– Кто ты такая? – в тоне девушки-ассасина слышались нотки явного недоверия.

– Я… – принцесса Асонии вновь теряется и судорожно пытается придумать, как сказать так, чтобы они поняли её, как она бы хотела, прямо в тот день, когда Аррани спрашивал у неё то же самое.

Глубоко вздохнув, она приняла решение и дальше разыгрывать свою выдуманную историю, надеясь, что про её настоящую личность знает исключительно Коннор:

– Я служанка принцессы Саксонии…

– Сколько лет?

– Сем-семнадцать? – вопросом на вопрос отвечает Мина, не понимая, зачем им эта информация.

– Давайте догонять Босса, – Гильяна поставила словесную точку на их знакомстве и резко отвернулась от Асонской на 180 градусов, шагая в направлении Янцынии.

Аран ничего не сказал; ни один мускул на его лице не дрогнул. Он жестом пригласил девушку следовать за ними. Видимо, такой информации им было пока что вполне достаточно. Мина наконец немного расслабилась и припустила кобылу вперёд.

По-прежнему стояла ночь. Их тройка добралась до владений клана Огня. В тот момент, когда подчинённые Аррани остановились на месте, Мина не увидела ничего похожего на вход на территорию клана. Аран приставляет ладонь к морде Нериды, тем самым полностью её тормозя.

– Пожалуйста, слезь с неё, – просит он.

В странных чувствах девушка делает, как тот хочет. Она быстро спрыгивает с временной напарницы. Парень забирает поводья в руки.

– Мы прибыли, но тебе нужно будет подождать здесь, – объясняет ассасин.

– Я останусь с ней, не волнуйся, – Гильяна хлопает собрата по плечу и отпускает.

Аран скрывается за кустами. Девушки остаются наедине. Простояв напротив Мины ровно минуту, Гиль выпрыгивает вверх и приземляется на ветку дерева, не желая оставаться в видимости у незнакомки. Проследившая за её действием Мина пожимает плечами и начинает искать место, где бы можно было приземлиться. Сидеть верхом она порядком устала, поэтому ей хотелось почувствовать под собой немного колющуюся траву или случайно сброшенные листья. Такое место она находит, но прежде чем приземлиться прямо под тем деревом, на котором расположилась ассасин Огня, она говорит в темноту, выставив указательный палец вверх:

– Я не боюсь темноты.

Гиль всё время следит за ней и в этот раз задерживается на её образе дольше. Выданное ей время ожидания позволяет рассмотреть на год её младше спутницу главы лучше, детальнее. Самыми выразительными в девушке были её небесно-голубые глаза, которые так ярко светились в темноте. Гильяна не могла раскусить это: они были такими сами по себе или же это было проявлением волнения и напряжённой обстановки. В любом случае, ей даже претило, что у кого-то тоже может быть такой яркий цвет глаз. На очереди оказалась светлая пышная коса девушки, которую та успела заплести в последний момент перед отъездом из Вилании. Ученица Аррани подумала, что оттенок её волос схож с блондинистым цветом главы клана. Неосознанно для себя, её воображение рисовало ей разного рода картины, переплетая при этом внешность Босса и Мины. Не осталась без внимания ассасина и одежда Асонской. Одетая в широкий корсет, перевязанный множеством узлов, цвет которого повторял генетическую особенность их общего с Араном кота, а под ним выравнивающая верхний образ того же цвета рубашка, концы рукавов которой плотно прилегали к запястью, Мина вызывала у рядовой клана Огня странные чувства, поскольку та редко видела другую одежду, помимо балахонов ассасинов. Тем более, на девушке примерно её возраста. На ногах незнакомки были обыкновенные тёмные штаны с ботинками. Если бы Гильяне было дело до нарядов, она бы сказала ей, что эти одеяния очень ей к лицу и, по всей видимости, очень удобны в носке. На этом ассасин отходит от посторонних раздумий и приступает к внимательному досмотру местности, чтобы в случае какой-либо опасности не пропустить врага.

А вот самой Мине вся эта ситуация не особо нравится. Нет, она предполагала, что может случиться что-то подобное, но всё равно надеялась на то, что Аррани разберётся со всем. В конце концов, в её планы никак не входило, что она последует за ним на его территорию, что ей здесь будут не рады. Но ради него и лучшей подруги она приняла это и стала просто терпеть. Сейчас принцесса Асонии могла доверять только главе клана и Коннору, которого, кстати говоря, уже долгое время не было видно.

– Глава!

Аран быстро передаёт Нериду в руки сторожевого собрата и находит Аррани. Главный ассасин стоит недалеко от дозорных вышек и ведёт беседу с главой клана Земли и с правой рукой. Воспитанник Ара подбегает к ним.

– Аран, – с облегчением выдохнув, он берёт того за плечо.

– Босс, что нам делать с твоей спутницей? – сразу переходит к делу.

– Мина здесь? – спрашивает Коннор.

Аран кивает и снова переводит взгляд на Аррани. Глава задумывается. Это очевидно: привести девушку во владения просто так никто не даст, это как повести её на верную смерть, причём он сам не сможет ничего с этим сделать, потому как ни старейшины, ни соклановцы не потерпят чужака на их территории. Нужно придумать, как провести её через дозорных, потому что оставить Мину одну ночью в чаще леса не видится ему как что-то разумное. Ему категорически не нравится такой расклад.

– Глава Аррани!

Блондин слышит окрик позади себя и оборачивается. Это Мария. Она подходит к ним вплотную. Лекарь клана сразу приставляет ладонь к его лбу и меряет температуру тела.

– Как ты себя чувствуешь?

Но вместо ответа Мара в пару движений ощупывает некоторые точки на теле и кивает про себя, что-то поняв.

– Тебе становится хуже. Возвращаемся ко мне.

Аррани не стал сопротивляться, так как его, правда, снова повело в сон, а боли в боку при ходьбе становились всё сильнее. К тому же, при первом осмотре Мария выявила, что езда верхом не пошла ему на пользу: рана открылась, а с ней и кровотечение. Из-за этого глава сейчас был нестабилен и нуждался в полном покое. Лекарь клана дала ему право поговорить с Джейком, но теперь она была вынуждена отправить его в лежачее положение. Оказавшись в постели, Аррани обвёл окружающих его людей взглядом. В дальней части комнаты для пострадавших лежал ассасин Джейкоба, возле него самого сели, кто куда, глава Земли, брат Коннор, а помощник Джейка и Аран остались стоять практически у входа. Мария вернулась через пару минут с ведёрком воды и полотенцем. Она проскользнула мимо ассасинов к голове Аррани и, смочив полотенце, приложила его ко лбу. Бросившееся в голову холодное ощущение расслабило и успокоило главу Огня.

– Глава, тебе придётся повременить с миссией. Ты серьёзно ранен. Я должна следить за твоим состоянием, – подытожила лекарь.

– Да, Мара, я понимаю. Спасибо.

Его речь стала слабее, все это заметили.

– Брат Коннор… – обращается блондин.

– Глава, – подхватывает тот, – мы отложим вопрос с Шилсой. Ни о чём не беспокойся.

Блондин кивает, но потом он вспоминает важную мысль, о которой серьёзно задумался минутами ранее.

– Мина! – он посмотрел на лучшего друга. – Нам нужно решить, что с ней делать.

– Мина? Кто это? – спрашивает Мария, придерживая полотенце ладонью.

– Спутница главы, – поясняет Саксонский. В дальнейшие слова помощника главы особо вслушался Аран. – Она служанка похищенной принцессы Саксонии…

Договорить не дала шокированная Мария:

– Ар, ты что, взял с собой гражданского?!

Её громкое высказывание потрепало уши всем слушателям. Волна негодования прошла быстро, и девушка, проведя всех глазами, остановила себя и на пару секунд закрыла рот рукой, понимая, что сглупила дважды за раз: повысила на главу голос и назвала парня по имени в присутствии другого главы клана. Если бы они с Джейком не были в доверительных отношениях, лекарю бы не поздоровилось. Ассасин главы Земли не мешал диалогу и почтенно хранил молчание, оставляя последнее слово за главным. Во всяком случае, ассасины Джейкоба давно были приучены к новой атмосфере клана Огня, такой необычной по сравнению с другими кланами.

Через непродолжительное молчание Мария поправила платье, похлопав по бёдрам, настроила голос на обычное звучание.

– В общем, глава, я против этой затеи, – сделала вердикт, складывая руки на груди.

– Мара, – показалось, или связки блондина снова окрепли?

Лекарь клана посмотрела ему в глаза и прочитала там то, чего никак не ожидала: его полную уверенность в том, что он делает, причём делает это правильно. Ей стала невыносима мысль, что любимый поступился принципами ассасинов и решил, во что бы то ни стало, допустить чужака на их территорию. Все, кто претендовали на подобное, прощались с жизнью без разговоров.

Миновав состояние недоумения, Мария опустила глаза в пол. Теперь ей даже стало интересно, кто это такая, Мина, что заставила Аррани поступить так необдуманно? Главный ассасин понял, что усмирил мнение подруги. Легче ему не стало, поскольку и он был тех же позиций, что и все присутствовавшие, которые бесспорно полагали, что впустить незнакомку в сердце клана недопустимо. Осознавая это, Аррани сказал:

– Она видела меня, когда я был в Саксонии, и мне пришлось взять её с собой. Если что-то пойдёт не так, вы знаете, я быстро с ней разберусь. Но пока мне бы не хотелось причинять обычному человеку боль. Чем быстрее я поправлюсь, тем быстрее мы сможем вытащить принцессу Саксонии и вернуть домой. И тем быстрее мы распрощаемся с этой девушкой. Она здесь совершенно ни при чём. Я не хочу её трогать…

– Аррани, но ты же понимаешь, что она – это небольшое, но препятствие в твоём задании, – логично рассудил Джейк.

– Да. Я прекрасно это знаю. Именно поэтому я хочу, чтобы она осталась здесь, пока я не справлюсь с Шилсой. Уверен, что, как только Мина увидит перед собой принцессу, то больше проблем у нас не будет. Пускай ждёт в клане, иначе одна она…

– Что? – снова подала голос Мария. – Ну, что? Пойдёт в Накинию сама и сунется туда, куда сама не знает?

Аррани смотрит ей в глаза и утверждает её предположение. Мара без слов это понимает, но в то же время смягчается, видя непреклонный настрой главы. По природе гуманная и терпимая брюнетка проникается возможными чувствами Мины к своей хозяйке. Как и Ар, она полагает, что у той сильные чувства привязанности к принцессе Саксонии. Остановившись на этом, лекарь разводит руками.

– Постой-ка, глава, – она прижимает пару пальцев к подбородку, – кажется, я знаю, что нужно делать. У меня есть идея.

– Говори.

– Она сможет пройти под видом моей коллеги.

Ассасины клана Огня поразмыслили над предложением, и оно было очень заманчивым, потому что лекари кланов часто проводят подобную практику, обмениваясь опытом, рецептами и прочим. К тому же, Мария не подвластна старейшинам клана Огня, поэтому они не смогут что-то предъявить ей в чрезвычайном случае. Девушка зарекомендовала себя как авторитарная личность, на которую может повлиять разве что глава клана. Это понимали все. План был хороший.

– Так и поступим, – говорит Аррани. – Брат Коннор, возьми из наших запасов балахон и скажи Мине переодеться в него.

– Нет необходимости, – Мария приходит на выручку и тут. – У меня есть запасной плащ. Она наденет его поверх своей одежды, он и закроет все возможные недочёты. Так будет проще.

Брюнетка уходит на второй этаж, спускается обратно и передаёт вещь в руки правой руки Аррани.

– Брат Коннор, возьми мой пояс, – развязав его, Джейкоб снял опознавательный знак ассасинов клана Земли и отдал Саксонскому.

Так, Мария с Коннором выходят наружу и направляются ко входу. Минуют дозорные вышки, проходят чуть дальше, где их ожидают. Гильяна тут же спрыгивает с дерева, приземлившись рядом с Миной. Асонская рада видеть уже знакомое лицо. А вот ещё одно новое – снова настораживает. Со сколькими людьми она ещё должна столкнуться? Подождите, но что Коннорс держит в руках?

– Сестра, можешь возвращаться в клан, – он подал ассасину знак рукой, и та отдалилась от них. Потом парень переключился на Мину:

– Держи, – он протянул ей плащ и тёмно-коричневый пояс, расправляя первый навесу. – Надень это, и тогда мы сможем провести тебя внутрь.

– Меня зовут Мария, – представилась брюнетка, бросив первый оценочный взгляд на девушку напротив себя. Замечает перебинтованную ладонь. – Я лекарь клана Огня… А, может, ты не знаешь, что я говорю… – она подумала, что новая знакомая выглядит довольно молодо.

– Я – Мина, и я в курсе, кто ты, – принцесса постаралась, чтобы это прозвучало дружелюбно, но в итоге вышло слегка грубовато.

Коннорс про себя сделал на этом акцент, демонстративно для Асонской изогнув левую бровь вверх. Светловолосая пропустила его замечание. Пока Мина надевала маскировочный плащ и завязывала пояс вокруг талии, Мария продолжила, ничуть не смутившись:

– Я представлю тебя как моего партнёра в лекарском деле. Скажем, ты пришла ко мне делиться знаниями. Я так часто делаю, когда хочу обменяться с другими лекарями опытом.

– Хорошо. Я готова.

– Коннор, ступай, – мягко промолвила лекарь клана Огня, мимолётно тронув его за руку.

Помощник главы тоже вернулся обратно, оставив девочек. Он полностью полагался на подругу. Может быть, Мария и не хотела брать на себя ответственность, особенно, когда сама была против этой затеи, но ради них с Аррани она сделает это.

– Итак, держись с нашими ассасинами спокойно. Постарайся не нервничать, так никто к тебе не придирётся.

– Можешь не беспокоиться, я умею сдерживать волнение.

– Идём, – лекарь впервые улыбнулась ей, искренне.

Они доходят до вышки наблюдения. Ассасин наверху осматривает девушек без вопросов, оставляя остальную работу на того, что внизу. Тот, по очевидным причинам, обращается к Марие:

– Она с тобой?

– Да, брат. Из клана Земли. Пришла набраться у меня знаний.

Мара, стоя сзади дозорного, быстро приказала Мине чуть раскрыть плащ, чтобы показать её пояс клана Земли. Принцесса сообразила, что надо сделать, и не спеша раздвинула руки в стороны. Казалось бы, дежурный выполнил свой долг, но эта небольшая заминка Асонской сподвигла рядового прибегнуть к ещё одному методу.

– Покажите Вашу клановую метку.

Эти четыре слова, вырвавшиеся для обеих девушек, как снег на голову, привели Марию в ступор. Она напрочь забывает про этот факт из-за суматохи с Аррани. В воздухе начинает чувствоваться напряжение. Мария судорожно пытается придумать хоть что-то, потому что понимает, что показывать Мине абсолютно нечего! И вот, ассасин подходит к принцессе, готовый схватить её в любую секунду, как вдруг она резко засучивает рукав и показывает свою татуировку на предплечье. Ассасины, и Мария в том числе, украдкой смотрят на метку и окончательно убеждаются в принадлежности Асонской. В который раз ошарашенная брюнетка хватает Мину за руку и насильно тащит её внутрь владений. Они тормозят перед домиком лекаря, и хозяйка задаёт вопрос:

– Кто… ты такая?

– Я служанка принцессы Саксонии! – гордо выпятив подбородок, тихо проговаривает Мина.

– Фу-у-ух, – лекарь смахивает выступившие капельки пота, оставив попытки выяснить, откуда у неё хоть какая-то метка на теле. – Ладно, пошли зайдём. Нас все ждут. И не забудь отдать этот пояс главе клана Земли: он специально одолжил его для тебя.

– Мина! – Аррани поднимает голову на звук входной двери и видит перед собой невредимую служанку, которая, проследив за кивком лекаря в сторону главы Земли, отдаёт пояс обратно. – Мария, вы отлично справились. Спасибо.

Лекарь кивает, говорит светловолосой располагаться, а сама, сняв с главы мокрое полотенце, отходит к проснувшемуся ассасину Джейкоба, чтобы проверить его состояние. На сегодня переживаний на неё, пожалуй, хватит. Наученный собственным опытом, что лучше лекарю клана Огня не дерзить, Инграм хранил молчание, лишь изредка поглядывая на неё. И сейчас он позволял себя трогать и вертеть в разные стороны, представляя, что брюнетки здесь нет.

Убедившись, что с Миной всё в порядке, и что его самочувствие от этого слегка улучшилось, Аррани не откладывает разговор насчёт их неприятеля.

– Джейк, расскажи, как ты попал к Шилсе в замок?

– Слухи не врут, Ар. Её логово действительно скрыто от глаз посторонних. Если буквально, то туда могут пройти только те, кто знает, как. Нас вёл её гонец. И было в этом что-то необъяснимое. Когда мы вышли к озеру, окружающему замок, я почувствовал что-то странное, будто на меня смотрели тысячи тёмных ассасинов. К тому же… боюсь, даже если я покажу тебе, где мы шли, скорее всего, окажется, что шавки Шилсы уже перекрыли все виданные проходы, поскольку наше прощание было не самым лучшим, – после этих слов глава клана Земли чуть склонил голову влево, смотря на то, как Мария возится возле его ассасина. – Да и мы оба знаем, что вход в замок не так просто заново отыскать: деревья запутают любого в любом случае.

– Разве такое возможно? – неожиданно вклинивается в разговор Мина, одаривая всех хмурым видом.

Все переключаются на неё и в упор таращатся на девушку. Гильяна, спокойно слушая рассуждения глав, подскакивает с места и чуть ли не впечатывает Асонскую к стене, схватив её за горло одной рукой. Шокированная Мина цепляется руками в её ладонь и пытается убрать её. Коннорс, не ожидавший чего-то подобного от Гиль, сперва даже пугается того, что может произойти в следующую секунду. Аррани, несмотря на рану, подрывается из-под покрывала и молнией проносится между ассасинами, больно зажимает выставленную руку ученицы.

– Гиль, отпусти сейчас же, – не говорит, блондин рычит.

Выражение его лица, а главное глаз, дают понять, что глава Огня просто в ярости.

Воспитанница Аррани тут же выпускает Мину из хватки и сжимается практически пополам от прикосновения блондина, как только перестаёт чувствовать его превосходящую силу на себе. Оступившись, Гильяна отклоняется назад, но Аран вовремя её подхватывает и придерживает за руки. Мина откашливается в напряжённом молчании. В следующее мгновение глава клана хватается за голову: его качнула потревоженная рана.

– Глава, вернись в постель, – своим приятным голоском Мария старается вывести царящую атмосферу на иной лад.

С помощью Коннора они укладывают блондина. Все оценивают ситуацию и полагают, что лучше не трогать его спутницу; если будет надо, он сам это сделает. Лекарь клана сменяет положение бровей от чувства испуга к чувству тревоги и возвращается к ассасину Земли.

– Мина, пожалуйста, не встревай в разговор. Сейчас ты ничем нам не поможешь, хорошо? – просит блондин.

Девушка понимающе кивает, всё ещё закрываясь ладонью и прочищая горло. Мария, решившая заняться раной Инграма и больше не участвовать в обсуждении, с недоверием в глазах озирается на Асонскую, потому что убеждается, как Ар с ней обращается – не так, как со всеми. Ассасин Джейкоба пристально всматривается в направление взгляда брюнетки и в её напрягшиеся мышцы лица. Она отвлекается настолько, что рефлекторно сжимает его рану на плече. Издав шипящий звук боли, Инграм возвращает внимание лекаря на себя. Та, повернувшись к нему, резко убирает ладонь.

– Прости, прости-прости, – очень тихо шепчет она, склоняясь над ним опасно близко, что он может почувствовать её дыхание.

Её выбивающиеся передние локоны по бокам частично касаются его шеи и щекочут кожу. Однако парень не волнует девушку, чтобы не ставить её в ещё более неловкое положение.

– Мария, – Аррани делает некоторое усилие, дабы громче звучать.

Разрывающие лекаря ассасины всё-таки загоняют её в неудобную ситуацию, так как следить за одним и одновременно обращаться к другому – в её настоящем состоянии не такое простое действие. Мара резко поворачивает голову чуть в сторону с лёгкой отдышкой.

– Да?

– Сколько мне дано дней для восстановления?

– Хм-м, – задумывается та, заметно отойдя от сковывавшего недопонимания, – поскольку ты отличаешься завидной способностью быстро залечиваться, то скажу, что надо 2-3 дня, а до почти полного – больше недели. Каким бы ты ни был выносливым, человеческий организм нуждается в отдыхе и покое.

Глава клана принимает информацию к сведению и погружается в мысли, как лучше всего сейчас поступить. События, настигшие, в первую очередь, его самого, были не из лёгких. Сохранение Мины, забота о клане, его непростая рана, торможение задания по спасению принцессы Саксонии: всё это глава Огня должен был продумать по порядку, чтобы каждый пункт сошёлся в единое и мог так же спокойно разъединиться при необходимости.

После продолжительного обдумывания всего, блондин открыл глаза и посмотрел на каждого в комнате.

– Мара.

– Слушаю, – лекарь клана уже полностью пришла в себя и больше не чувствовала какого-то волнения.

Молчание Ара дало ей время для восстановления. К тому же, ассасин Земли позволил ей поговорить с собой – так она сняла небольшой стресс.

– Поскольку мы решили провести Мину как твою коллегу, я поручаю тебе заботиться о ней. Так она будет привлекать меньше внимания и не вызывать подозрений. Я останусь на сохранение на тот период, который Мария мне позволит, или по моему самочувствию. Джейк?

– Да, глава Аррани.

– Возвращайся к себе в клан. Тебе ведь нужно время, пока твой помощник тоже поправится? Так у тебя будет предлог вернуться. И, – он выставил ладонь вверх, останавливая союзника от возражения, – не волнуйся и со спокойной совестью отправляйся домой: мы сами справимся с Шилсой и обязательно спасём принцессу Саксонии.

– Хах, что ж, – Джейкоб шлёпнул себя по коленке и с улыбкой сказал: – Ты сам освободил меня от этой обязанности.

Они оба усмехнулись, но глава Огня действительно не хотел тревожить своего союзника, потому что его миссия – это его миссия. И дело вовсе не в том, что глава клана Земли иногда отличается ленью и хвастовством своих навыков.

– Спасибо, что проделал такой путь ко мне, – напоследок сказал Аррани.

Джейкоб похлопал парня по плечу с улыбкой на устах, жестом поманил своего ассасина на выход, кинул взгляд на Инграма, тоже без слов сказал ему, что скоро вернётся за ним, и вышел.

– Коннорс, а ты вместе с Араном и Гильяной с рассветом отправитесь в Накинию для вычисления точного местоположения владений Шилсы.

– Слушаемся, глава! – почти хором ответили они.

– Глава, постой! – Мина снова заявляет о себе. Её речь звучит немного хрипло из-за недавнего происшествия. Парень слышит её. – Ты не забыл, что я тоже хочу помочь?! Не оставляй меня позади и дай быть полезной!

На этот раз Гильяна смотрела исключительно в пол и не осмеливалась сказать что-то, пока глава ей не позволит. Однако переубеждать блондина не было смысла. Служанка должна понять, что он руководствуется ситуацией и её полной безопасностью, поэтому поступает так. Он приглашает Гильяну к себе поближе. Девушка незамедлительно обходит Мину, сидящую возле парня, и в силу роста оказывается у Аррани. Глава принимает сидячее положение, берёт ладошку воспитанницы и на глазах смягчается, почти незаметно ощупывая повреждённую руку своей любимицы. Он приподнял голову и заглянул ей в глаза. Ассасин, наконец, снова увидела в них своего наставника.

– Прости, я не хотел делать тебе больно, – он приложил руку к сердцу и прикрыл глаза.

– У-уу, Босс! – чуть ли не плакала Гильяна.

Она тут же полностью обхватила его левую руку, пряча в ней всё лицо. Мина, не осознающая такое поведение в отношении ассасинов, даже не смутилась, а, скорее, встала в ступор. Неужели Аррани позволяет своим ассасинам такое? Она встала с табурета с нехорошими искорками в глазах. Коннор хотел было остановить принцессу, но не успел.

– Аррани!

– Мина, – серьёзный тон блондина и жуткий взгляд, который он дарил ей за сегодня чаще, чем это в принципе происходило, расстроили Асонскую. На этом он ставил жирную точку в их обсуждении. – Либо ты закрываешь рот, либо я прикажу брату Коннору сейчас же тебя выставить. Не заставляй повторять меня в третий раз.

Она произнесла что-то мимолётное, вцепилась пальцами в волосы и сложила руки на груди. После такого светловолосая не смогла ничего возразить, потому что также чувствовала, что смертельно устала. Недосып, недоедание во время сидения с Аром и новые лица слишком переполняли её изнутри и одновременно выжимали все жизненные силы. Поздняя ночь настоятельно звала её ко сну.

– Гильяна, – вернулся к ней Аррани, – прошу тебя быть снисходительней к Мине и не трогать её. Я знаю, что ты правильная девочка и обязательно разглядишь в ней положительные стороны. Так что позаботься о ней этой ночью, хорошо?

– Как скажешь, – уже в полном порядке отвечает девушка.

– Босс, я против! – Аран делает шаг вперёд, опуская руки по швам. – Мы же с Гиль спим вместе. И я бы не стал доверять первой встречной.

Его слова звучали жестоко, но Мина не почувствовала в них настоящего упрёка, так как видела, что эти двое полностью доверяются главе клана, а это значит, что им придётся принять её, поскольку Ар уже сделал это. Как она и ожидала, далее парень это озвучил:

– Аран, ты можешь положиться на меня. Уверяю тебя, что это всего на одну ночь, чтобы Мина смогла немного освоиться. Ей можно верить, не сомневайся.

С доблестью приняв выпад главы, собрат помялся, но согласился с его словом. В конце концов, он всегда сделает так, как просит блондин, потому что для них с Гильяной нет никого авторитетнее его.

– Глава, могу я остаться с Коннором? Я тоже буду честной и сразу скажу, что могу доверять только ему и тебе, – глава клана уже стал привыкать к дерзости попутчицы, но вот остальные никак не могли свыкнуться с её выходками.

– Запрещаю, – отрезает Аррани. – И это тоже не обсуждается. Останешься с Гильяной. Вы обе девушки; так будет проще.

«Проще для кого? Для тебя? И что, что она того же пола, что и я? А о её выходке ты уже забыл?!» – эти вопросы вертелись в её голове, как большой снежный ком, но её губы героически сжимались, чтобы не озвучить их. Принцесса могла смириться с тем, что он не позволяет ей участвовать в миссии, но вот так спускать своей подчинённой нападение на обычного человека? Почему для него всё так просто? И только посмотрите, как он нежен с ней! А вот это негодование внутри Асонской стало переходить некоторую черту, поэтому она пресекла себя и больше ничего не сказала. Оставалось только снова довериться Аррани и не спорить. Во всяком случае, пока что это могло подождать.

Видя, что Мину одолевают противоречия, главный ассасин вздохнул и прибавил:

– Я возьму тебя с нами к Шилсе, если сейчас ты согласишься на мои условия.

Услышанное не сразу было ей понятно, поэтому она даже быстро прочистила уши. Не послышалось ли ей? От такого заявления лицо девушки засияло, и она судорожно закивала в учащённом темпе. На этом и решили. Коннорс ещё глубже свёл брови вниз. Очевидно, его это не особо устраивало. Что Ар снова придумал?

Перед уходом Мария обращается к Асонской и просит показать ей повреждённую ладонь и горло заодно. Лекарь мастерски осматривает каждую часть её работы. Мина чувствует на себе профессиональные прикосновения лекаря и удивляется, что у ассасина могут быть такие мягкие пальцы. Теперь понятно, почему лежащий в самом конце раненый ассасин был не против всех её действий. Эта мысль её позабавила, что даже настроение чуть-чуть поднялось.

– Так, повязка тебе больше не нужна, – наконец, заключает Мария. – Я намажу порез лечебной мазью. Переспишь сегодняшнюю ночь, а завтра всё уже будет в порядке.

– Спасибо, Мария.

В отношении лекаря клана Огня Мина чувствовала себя намного комфортнее. И она стала следующим ассасином, с которым могла спокойно находиться рядом после Коннора. В какой-то момент она подумала, что не ожидала встретить столько новых людей на пути. Не ожидала, что в клане Аррани вообще окажутся лица женского пола. Несмотря на то, что, как она понимала, это, по сути, был весь список девушек-ассасинов, ей всё равно было приятно. А с другой стороны, рассудила она, неважно – девушка или парень. Лучше смотреть на то, как они к ней отнесутся. Хотя, признаваясь себе до конца, она приметила, что, с большой вероятностью, все они здесь старше неё на какое-то количество лет, и это немного давило. Привыкшая общаться с Зэсли и Ниной, которые были того же возраста, что и она, принцесса Асонии не сразу поняла, как нужно себя вести в обществе ассасинов, старших тебя по возрасту. Это был другой народ, здесь решали другие порядки и привычки. Словом, всё было ново для неё. Единственной отдушиной она могла посчитать для себя то, что найти общий язык с Аррани у неё в принципе получалось. Значит, была надежда понять и его подчинённых. Кстати, подумалось ей, а сколько Аррани лет?

Её мысли перебивает Мария, говоря, что закончила свои действия. И правда: Мина смогла аккуратно согнуть ладонь и почти не почувствовала болевых ощущений. Прохладная мазь приятно обволакивала порез. Наконец, пожелав остающимся спокойной ночи, Аран, Гильяна и Мина вышли из домика лекаря.

Коннорс проследил за ними из окна до тех пор, пока те не скрылись из виду. Затем он расслабил мышцы лица и подошёл к лучшему другу, который откинулся на подушку обратно.

– Ар, ты что, серьёзно позволишь Мине пойти с нами? – он облокачивается о тумбочку возле кровати парня.

– Брат, давай оставим это на потом. Я зверски устал за сегодня.

Саксонский разводит руками, не позволяя себе спорить с ним. В домик шумно заходит последняя сестра клана Огня. При виде близких, по привычке сняв капюшон, взору открываются очень длинные и густые чисто белые хвостики по бокам головы со сплошной чёлкой на лбу, разного цвета глаза: правый – красный, левый – бирюзовый, светлая кожа, стройное натренированное тело в белом длинном свободном платье, которое поддерживается за счёт тугого кожаного корсета и которое разделено на две части в области правого бедра для удобства перемещения, вокруг талии – неотъемлемый красный пояс. Непростая конструкция её ассасинского костюма отличается и тем, что капюшон и платье соединяются двумя лямками в области груди, которые, в свою очередь, поддерживаются с помощью горизонтальной золотой цепочки, проходящей у горла. На руках сестры – кожаные перчатки от локтей до запястья, в которых наверняка спрятано мелкое оружие. На ногах – светлые чулки и средние ботинки. По её всегда разному выражению лица не всегда можно чётко понять, с какого рода новостями она пришла на этот раз.

– О, глава, ты здесь, – она поворачивает налево и проходит через пару кроватей к блондину.

– Абс, привет. Что нового?

– Сперва скажи, как ты? Я получила письмо от Ви о твоём состоянии. Также мне удалось убедить старейшин, что ты пока не можешь лично перед ними отчитаться, а брат Коннор занят другими обязанностями.

– Всё нормально, не считая пулевого ранения в боку, – отшучивается парень, поспевая за градом информации от сестры. – Спасибо, что разобралась с советниками. Мне, правда, сейчас не до них.

Абби не пропустила ни одного слова мимо ушей, но внешнее выражение её беспокойства не всегда отражалось на её лице. Впрочем, ассасины с юношеских лет друг друга знали, поэтому в этом не было необходимости. Абби уже проявила свою заботу, сделав то, что она сделала. А по-другому и не могло быть, поскольку девушка по настоянию главы клана добровольно следит за действиями старейшин, чтобы всегда держать его в курсе всех событий.

– Мара, – Абби манёвренно отворачивается от блондина в сторону лекаря. Та обращает на неё внимание. – У нас гости?

Посторонний человек не понял бы её, казалось бы, замысловатого вопроса, но ребята были не из тех, кто не понимает девушку. Мара сразу догадалась, о ком спрашивает ассасин.

– Да, но лучше спроси об этом Аррани.

Вопросительный взор Абби пал на главу. Мария села рядом с ним на кровать. Главный ассасин клана, вздохнув пару раз, понял, что сейчас можно говорить свободнее. Ему никуда не деться.

– В общем, всё началось с того, что я спасался от посланных ассасинов Шилсы…

Аррани рассказал то, что случилось после этого: про дымовую завесу, про то, как Мина его заметила, но у него не было времени с ней разбираться, поэтому, чтобы не подвергать её опасности, ему пришлось взять её с собой. А когда она заявила, что пойдёт с ним, то у него просто не осталось выбора. Конечно, он проверил её на право идти с ним. Так и продолжил. И вот теперь они находятся там, где находятся.

Выслушав весь рассказ, каждый подумал о своём. Но все они понимали одно: глава поддался чувствам и сделал то, чего ни один глава ассасинов не посмел бы сделать. С другой стороны, им не было смысла обвинять его или что-то в этом роде. Каждый здесь был привязан друг к другу в какой-то степени. Они же не старейшины, в конце концов, чтобы сразу отправлять Ара на суд. Глава уже сделал это, а его действия не обсуждаются. Обратного не вернёшь.

– Получается, ты не решился её убить, да? – с грустью спросила Мария.

– Верно, – он отвёл взгляд и смотрел прямо перед собой. – Я подумал, что девушка не виновата в том, что просто меня видела. А то, что она поняла, кто я такой, стало понятно только потом. Но к тому времени уже было поздно.

– Тогда тебе придётся и после миссии следить за ней, – вдруг Абби озвучила ту мысль, о которой Аррани старался вовсе не думать. В его планах было распрощаться с Миной после спасения принцессы.

– Сейчас я не хочу об этом думать. Когда всё закончится, тогда и посмотрим.

– Что ж, – сестра перекинула одну ногу на другую, – делай, как считаешь должным. Мы тебя в любом случае поддержим. Мы всегда «за», чтобы не лишать жизни людей понапрасну.

Такая недосягаемая улыбка рядового с хвостиками пропала в ту же секунду, как появилась. Она встала, поклонилась главе и отправилась ко сну. Ребята пожелали ей хорошего сна.

– Ар, я не хочу донимать тебя насчёт этой девушки снова, но всё равно, прошу тебя, подумай об этом хорошенько, – выразила свои мысли Мария. – Ты – глава клана. Если не решишь, что будешь делать с Миной, боюсь, старейшинам это может не понравиться. Говорю тебе, не забывай, что ты принимаешь главные решения.

После этих слов она встала с кровати, провела ладонью по шее блондина, говоря таким образом, что оставит их, и поднялась наверх. Через пару минут она спустилась с чашкой воды и подошла к Инграму. Невзирая на то, что она провела возле него много времени, похоже, сегодняшние события не до конца отпустили её, поэтому она в который раз решила проверить плечо ассасина. Недавно уснувший Инграм проснулся, когда она приблизилась к нему, и его нервы не выдержали. Он возмутился до того, что Марие пришлось вновь останавливать открывшееся кровотечение.

Так она провозилась около него ещё какое-то время. Где-то к середине процедуры он замолчал и увидел, как она говорит с ним: в своей обычной манере, но плюс к тому ещё… как-то отчаянно?

– Ар, я согласен с Марой. Ты должен это сделать.

На этом друзья заканчивают. Коннорс попрощался с ним на сегодня и ушёл к себе. Аррани полностью позволил себе расслабиться, когда со всеми были предварительно решены некоторые вопросы. Теперь ему можно было побыть в одиночестве.

По настоятельному приказу главы клана Аран спит у Коннора, а Гильяна отводит Мину к себе. К слову, спальня ребят досталась им от Аррани, когда тот вступил в новую должность и отдал свой дом ученикам, а сам, как и положено, переехал в палатку главы.

Время было позднее. Все ночные часы, которые обычные детки просят у родителей продлить до их отхода на сон, прошли. Сейчас отходили в руки Морфея даже «совы». Аран остановился перед комнатой правой руки клана и повернул голову к девушкам. Гильяна протянула к нему руку. Подержались минутку. Мина уже не могла о чём-то рассуждать: ей очень хотелось лечь. Ассасины пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись. Проникнув внутрь, нас ожидала почти та же картина, что и несколько лет назад: с тех пор, как Аррани оставил свой первоначальный дом, здесь не много что поменялось. Та же табуретка, умноженная на два, тот же небольшой столик, широкий футон в паре метров от входа, те же растения в горшках. Стены теперь не голые, а увешаны разными тканями сплошного цвета. Как Мина поняла, окон в спальнях ассасинов не так уж и много. Но теперь в бывшей комнате главы оно появилось. И пусть в нём не было никакого ограждения, летом спалось всегда хорошо.

Гильяна сняла обувь, балахон и шарф, отложила под стол. Дальше в ход пошла её юбка, которую она проворна заменила на ночные короткие шорты. Так, она осталась только в них и тёмной рубашке. Ассасин плюхнулась на футон и пригласила сделать то же самое новую знакомую. Мина была не из брезгливых, как уже было отмечено ранее. Она могла вынести любые ограничения, с которыми сталкивалась в жизни. Принцесса также освободилась от ботинок, корсета и кожаного ремня, оставшись в штанах и бежевой рубашке. Когда она вытаскивала из-за пазухи кинжал, Гиль бросила на это взгляд, лишь только пожав плечами. Похоже, спутница главы была не из простых крестьян. Наконец, Мина опустилась возле ассасина, но ввиду того, что спальное место было рассчитано на двоих, между ними было достаточно пространства. Девушки легли.

Пробыв так некоторое время, Асонская не выдержала и развернулась к Гильяне. Её не волновало, что она лежит с чужим человеком; чёткий приказ Аррани просто-напросто дал толчок к их сплочению, и светловолосая даже подумала, что это к лучшему.

– Гильяна, ты спишь?

– Если ты будешь молчать, то засну, – последовал мгновенный ответ. Ассасин не открыла глаза.

– Эм, послушай…

– Если ты про то, что я сделала недавно, то прошу меня извинить.

Гиль всё же внимательно посмотрела на неё. Мина поняла, что ассасин Аррани говорит это искренне.

– Босс, то есть глава, для нас с Араном очень важен. Он наш спаситель и наш наставник. Мы слушаемся его во всём и никогда об этом не жалеем. А тут появляешься ты и расстраиваешь его. Я просто не сдержалась. Но хочу тебе сказать, что больше такого не повторится.

– Это потому, что так сказал Аррани?

Мина тихо глубоко вздохнула, потому что назвала его по имени в присутствии его подчинённой. Гиль не пропустила это мимо:

– И давно тебе позволено называть Босса так лично?

– Прости, – принцесса сложила ладони перед лицом, – это случайно вырвалось… Так, значит, мне можно вам верить?

– Можно. Мы с Араном как один человек: что делаю я, то может сделать и он.

– Понятно, – Мина приняла её извинения и вернулась в исходное положение. Но подумав ещё немного, снова легла на бок: – Гильяна.

– Что опять? – чуть раздражённо, но очень мило спросила та.

– Скажи, а ты знаешь, почему брат Коннор всегда ходит с открытым торсом?

– А-а, брат Коннорс, – стало заметно, как её настроение улучшилось, – они с Боссом лучшие друзья. Насчёт его привычки спроси у него сама, если так хочется. Нам с Араном тоже когда-то было интересно, но он как-то сухо ответил, что она с ним просто очень давно, и всё.

– А что, вы с ним не очень ладите?

– Что? Нет, ты неправильно поняла. Как только мы вступили в клан, брат Коннор не воспринимал исключительно меня, потому что я всегда всё делаю медленно. Сейчас же… – Гиль завернула нижнюю губу и задумалась, – ну, сейчас всё в норме. Хотя мы привязаны к главе гораздо больше, брат Коннор также важен.

– А сколько тебе? – вдруг решила поинтересоваться светловолосая.

– 18. Аран старше меня на два года. Стоп, что?

– А лекарю?

– 24. Боссу и брату Коннору 22, тебе 17, – тараторит Гильяна.

Мина прыскает себе в кулак, а затем её пробивает звонкий хохот. Рядовой ассасин надувает губы и отворачивается от неё, сложив руки на груди. Принцесса ещё что-то различает, как та бурчит. На этом разговор заканчивается.

Спустя несколько минут Мина решается пару раз толкнуть пальцами плечо девушки, но та уже спит глубоким сном. Значит, парни старше её на целых 5 лет. Странно, что никто не сказал ей, что она слишком молодо выглядит. Хотя, наверно, для ассасинов это не играет большой роли. Но одновременно с этим Мина поняла, почему смогла так быстро приспособиться к Аррани. У неё было больше шансов понять людей старше себя, чем равных или младше. Такой разрыв в возрасте никак не задел Асонскую. Ей было ни горячо, ни холодно. И всё же немного она чувствовала себя ребёнком среди них всех.

Мина переворачивается на живот и ложится на правую щёку. Она смотрит на лежащую рядом ученицу Аррани. Да, то, что та причинила ей боль, было очень обидно. Однако, Мина поймала себя на мысли, что вскипевшая ярость быстро стихла и не собиралась возвращаться вновь. Девушка видела, что Гильяна неплохой человек. Да и в принципе те, кто является для Аррани близкими, решила она, не могут быть плохими. Если она сама не будет им мешаться и действовать на нервы, то, возможно, ещё сможет рассмотреть те черты, которые им присущи. И принцесса королевства хотела, чтобы так случилось всем сердцем.

Глава 2

Раннее утро. Замок Шилсы.

По приказу Шилсы Мавн благополучно провёл временных союзников вниз к подвалу, где и находилась темница замка. Спустившись по лестнице до нижнего уровня, можно было сразу почуять смрад и, если это было в первый раз, невыносимую духоту. Как и полагается, здесь никогда не поддерживался свет до тех пор, пока хозяева бы не спустились по своим нуждам. Нина покорно шла туда, куда её направлял держащий её за локти человек, которого все здесь называли Ганзом, и за девушкой по имени Арселис, которая несла в руках факел. Его хватка разительно отличалась от физической силы первого, которую девушка достаточно хорошо запомнила. Нет, «лёгкие» прикосновения своего похитителя не могли сравниться с тугими тисками этого ассасина. Саксонская старалась не смотреть им в лица, да и желания особого не было. Её глаза были почти безжизненными, а губы – постоянно поджаты из-за страха вымолвить что-нибудь лишнее. Эти люди по-настоящему пугали её. Теперь они, правда, стали объектом её страхов. Если ранее принцесса убеждала себя, что совсем не боится похитителей, то новые лица смогли внушить ей тревогу, трясучку и неконтролируемую боязнь того, что может с ней случиться. Окружающая обстановка, казалось, не представляла для Нины значения, пока её не окунули прямо в личный ад, который находился под землёй территорий Шилсы. Тело Нины, в отличие от разума, сразу почувствовало неблагоприятную среду вокруг себя и отозвалось признаками тошноты. Из-за этого она была вынуждена замедлиться, что спровоцировало негодование Ганза. Парень выпустил пленницу из рук, и от бессилия Нина упала на ноги. Саксонская упёрлась руками в пол и стала откашливаться.

– Чёрт побери! – выругался он, когда принцесса Саксонии одарила его ботинки остатками того, что давным-давно мог бы переварить её желудок.

Ассасин произнёс ещё пару неприятных слов в её адрес, хоть как-то вытерев всё об землю. Арселис же эта ситуация даже позабавила, и она не упустила возможности подколоть напарника:

– Ха-ха, Ганз, ну ты и растяпа!

– Хэй!

Он толкнул её в спину с недовольным лицом. Та резко повернулась к нему с не менее приветливыми чувствами.

– Совсем оборзел?

Они почти встали друг к другу вплотную, но Мавн поспешил угомонить их, встав между ними в прямом смысле. Он положил ладони на их плечи и раздвинул в стороны.

– Успокойтесь, – его голос, как всегда, звучал спокойно, так, будто ничего серьёзного вокруг не происходило, – будете выяснять отношения после того, как мы вернёмся наверх.

Парочка потупила взгляды и оставила этот вопрос на потом.

– Давай, вставай! – Ганз потянул Нину вверх и поставил её на ноги.

Девушка заметно пошатывалась, поэтому они освободили её от пут, и им с Мавном пришлось закинуть её руки на свои плечи. В таком положении они дошли до камеры, на которую указывал слуга Хозяйки. Он отдал ключ в руки Арселис. Та быстро открыла замок. Ассасины прошли пару шагов внутрь и кинули девушку на ледяной пол. Нина врезалась лицом и передней частью об камень, содрав кожу на руках и коленях. Затем они оба отряхнули ладони. Мавн поправил свою рясу.

– Оставляю ключ вам. Убедитесь, что принцесса в сознании. Мне нужно вернуться к Госпоже.

Без лишних слов он развернулся от них и стремительно направился к лестнице. После того, как его шаги стихли, Арселис тоже зашла внутрь камеры, поставила руки на бока и осмотрелась, проведя головой полный круг.

– Да уж, обстановочка здесь… не ахти какая.

Ганз принял её замечание во внимание, но сейчас его волновала Саксонская. Он присел на корточки и тронул её за плечо.

– Эй, принцесса, сама встанешь?

Нина, лежащая к нему полубоком, подняла на него взгляд, не моргая. Девушка тяжело дышала. Даже в полутемноте было видно, что капли пота покрыли все участки её кожи. Если бы Нина могла, она бы ответила ему, по возможности, плюнув при этом в лицо. Однако после отторжения организма ей хотелось только лежать и ни о чём не думать. Арселис наклонилась к ней по пояс и внимательно осмотрела.

– Ганз, по-моему, ей совсем хреново.

– Естественно. Ты же видела, как её вырвало. Даже мне не по себе от этого места. У нас в клане и то мягче условия.

– Смеёшься? Мы никого не пытаем дольше одного дня, потому что все они потом оказываются без головы… – сухо произнесла Арселис, медленно выпрямляясь и опуская руки вниз.

Последние слова она заглушила в тишине темницы.

Коротким рывком Ганз отвернул голову в сторону напарницы, но промолчал. Он снова переключился на Нину. Так как ответа он так и не дождался, ему пришлось самостоятельно брать ту на руки и усаживать впритык к ещё более холодной стене. Девушка пока была в сознании, но вид у неё был неважный.

– Думаешь, она справится? – спросила Арселис, изогнув левую бровь.

– Не знаю, – он посмотрел на неё. – Это уже не наше дело. Помереть не помрёт. Если проблем не доставит, то уже хорошо.

Раздался звук разбившейся об камень капли воды. Парочка не знала, что здесь что-то протекает. У Арселис заметно поднялась температура. Ассасин приложила ладонь ко лбу и убедилась в этом. Она проделала то же с лбом принцессы.

– У неё температура в норме, а вот мне скоро станет плохо. Пошли отсюда, – с чуть дрожащим голосом попросила девушка.

– Раздень её, – немного подумав, сказал ассасин.

– Что, прости? – с явной претензией переспросила напарница. – С дуба рухнул?

– Сделай это, или хочешь, чтобы я это сделал? – упрямо говорил парень.

Это подействовало. Он понял это по тому, как она посмотрела на него после его вопроса. Он всегда знает, как заставить её делать так, как он хочет. С раздражением Арселис опустилась на колени и развязала плащ принцессы. Затем она сняла с неё жилет, который был надет поверх её рубашки. Нина терпела все действия без каких-либо возражений. Она чувствовала себя убитой. Спасибо хотя бы за то, что парень отдал поручение напарнице, а не сам полез щупать её. Хотя, что было в его голове, никто не знал. Арселис решила остановиться на этом и отложила остальное в сторону.

– Достаточно? – также грубо снова спросила она.

– Пойдёт. Так она хотя бы не перегреется.

– А что это за забота? – злости у девушки не убавилось. Она только разгоралась.

– Идём уже, – более спокойно произнёс он, щёлкнув ей по лбу. – Иначе я тоже сварюсь, как рак.

Он порядком отдалился от неё, бурча что-то про ублюдка Мавна, который наверняка смылся по причине невозможности находиться здесь долго. Арселис задержалась в камере Нины, смотря на неё. Жалкое было зрелище.

– Слышишь? – она пнула Саксонскую по ноге.

Пленница набралась сил открыть глаза и тем самым откликнулась. Она не стала дожидаться дальнейшей речи ассасина и начала расстёгивать пуговицы оставшейся на ней рубашки дрожащими руками.

– Арси, ты идёшь? – послышалось недалеко.

– Да, сейчас! – прокричала ответ, не отрывая от девушки глаз.

Однако, вместо того, чтобы сейчас же уйти, ассасин снова присела к принцессе Саксонии и помогла ей с пуговицами, хлопнув пару раз ей по пальцам, когда та мешала ей это делать.

– Почему… – слабо начала Нина, отбросив голову назад, – ты делаешь это?

– От жары тебе мозги совсем проело? – едко спросила она. – Ты нам пока что нужна. Так что не вздумай падать в обморок или ещё что-то. Я лишь выполняю то, о чём меня просит Ганз. Это всё.

Ассасин встала и хотела уже было идти, но остановилась.

– Скоро ты поешь.

С этими словами напарница Ганза заперла камеру и чуть ли не бегом отправилась к лестнице. Пот лил почти градом.

Оставшись наедине с собой, Нина задышала полной грудью. Арселис помогла ей с верхней одеждой, и, как бы странно это ни звучало, принцесса была благодарна. Вообще, её отношение к своим похитителям нельзя было назвать типичным, потому что их стало вот уже трое, которым она могла бы сказать «спасибо» без зазрения совести. Принцесса Саксонии отлично понимала пагубность таких действий, но ничего не могла с собой поделать: если она хотя бы раз получает от человека настоящую, бескорыстную, помощь, то не станет в дальнейшем думать о нём как о плохом. Воспитание и собственное зрение на мир сделали её именно такой. Поначалу негативные эмоции, которые она испытывала к первому, Ганзу или Арселис, на какое-то время уступили другим эмоциям. Нина больше не корила себя за это. Ей хватило собственных упрёков ещё во время их дороги сюда. В настоящий момент не хотелось ни о чём думать и даже переживать. Саксонская была выжита в прямом и параллельном смыслах. Голодная, с кружащейся время от времени головой, причём слабо соображающей, она выбивалась из колеи существования в эти минуты. Ощущение беспомощности и собственного бессилия не только бесили её, но и вводили в неминуемый страх. Несмотря на условия, она стала клевать носом и невольно засыпать. Или что это её настигало? Вспомнив напоследок про то, что Арселис обещала принести ей поесть, Нина пожалела, что это пришло ей на ум.

Её мнения никто не спрашивал, но оно у неё было: тонуть в ужасной духоте мрачной темницы без возможности различить даже свои руки – лучше, чем быть взаперти с неуравновешенной Рамси. К счастью, никаких звуков она пока не расслышала…

В центральном зале за круглым столом по-прежнему собираются Хозяйка замка, её покорный слуга и ассасины Иви. При входе последних Шилса шумно встала со стула, машинально раздвинув руками серое платье. Собранный сзади обыкновенный хвост говорил об умиротворённости её настроения. Как только принцесса Саксонии скрылась с глаз, женщине стало легче. Пока ассасины располагались за столом на привычных местах, Шилса отошла недалеко к своему трону, поднялась к его правому локтю на пару ступенек вверх и повернула голову в сторону деревянной перпендикулярной стойки, на которую за несколько секунд после сбора прилетела бело-серебристая сова Госпожи. За свою жизнь Арселис видела этих птиц всего несколько раз, поскольку в Третьем королевстве намного меньше лесов, чем в Асонии. Острые и длинные когти совы полностью предстали её взору на мгновение, после чего она до конца опустилась на небольшую балку и закрыла их своим массивным телом. Шилса улыбнулась питомцу и почесала её по грудке. В ответ на это сова только прикрыла глаза.

– Госпожа Шилса, – начал Ганз, – мы отвели принцессу, как Вы просили. Правда… – запнулся он, выдавая своё напряжённое состояние.

– В чём дело? – резкий поворот головы женщины смутил Арселис.

– Кхм! – громко прочистил горло парень. – Я полагаю, Вы в курсе, какие условия в Вашей темнице.

– А! – она вскинула указательный палец вверх. – Хочешь это обсудить?

– Никак нет. Просто хотел сказать, что принцесса Саксонии не в лучшем состоянии.

– Мавн мне уже передал, – она перебила его речь, заставляя замолчать. Арселис была не в восторге.

– Госпожа Шилса! – напарница Ганза поднялась с места с неприятными чувствами.

– Арселис! – ассасин схватил её за руку и посадил обратно. Наклонился к ней ближе: – Прекрати сейчас же.

Небольшая заминка ничуть не тронула Шилсу, а Мавн незаметно напрягся. После того, как девушка проявила незаконченную агрессию, лезвие в его руке досталось моментально, но всё же он пока придержал его, убеждаясь, что Ганз позаботился об этом. Как ни в чём не бывало, союзники продолжают обсуждение.

– Насчёт принцессы Нины не стоит переживать, потому что всё это временно. Она должна немного побыть там, внизу, чтобы окончательно понять, в какой ситуации оказалась. Это пойдёт ей на пользу. Сейчас лучше давайте подумаем, что будем делать с кланом Огня.

– Госпожа, Вы всё-таки хотите напасть в открытую? – спрашивает Мавн.

– Не думаю, что в настоящий момент это подходящая стратегия, – с уверенностью произносит Ганз. – Раз принцесса у нас, как Вы правильно сказали раньше, то ассасины Огня обязательно за ней придут. У них нет выбора. Это лишь вопрос времени.

– К тому же, – потянув слова, добавляет слуга Шилсы, – наше укрытие очень хорошо замаскировано, и у нас есть время, чтобы хорошенько подумать над планом действий.

Ассасины Иви закивали. Арселис привлекла внимание напарника, тронув его за локоть. Он разрешил ей говорить.

– Можно заманить главу клана сюда и здесь с ним расправиться.

– Хм-мм, воевать на своей территории? – взявшись за подбородок, поразмыслила Хозяйка замка. Она потрясла пальцем в воздухе, что-то понимая про себя. – Было бы неплохо выяснить состояние главы клана. Это его миссия. Подчинённых он не будет трогать, поскольку дело серьёзное.

– Первый может что-то знать, – сказал Мавн.

– Верно, но ты не забыл про одну проблемку? – Шилса дошла до его места и обхватила его шею рукой, прижимая лицо к себе. Верный слуга Госпожи смог только глаза повернуть. Женщина не заставила всех долго думать: – Малышка Рамси, – она отпустила Мавна и сложила руки за спиной. Ассасины не поняли, какое чувство вызвало у неё упоминание подданной: с её лица не сходила ухмылка. – Я лично отдала его девочке в руки.

– На два дня, – чуть приподняв подбородок, напомнила Арселис с неким упрёком в голосе.

– Верно, – Шилса выставила правую руку вперёд.

Затем же опустила её. И продолжила рассуждение:

– Исходя из этого, нам остаётся только ждать. Соваться к ней раньше времени я никому не желаю, так что… – она покрутила пальцем в разные стороны, намекая, что этого делать ни в коем случае нельзя, даже если есть мысли о добровольном самоубийстве.

Женщина расплылась в жестокой улыбке. Никто больше не хотел говорить.

– Пусть принцесса послушает, как моя девочка играет в игры.

Мавн, как обычно, не выразил эмоций. Арселис лишь сильнее вдавилась в стул, неосознанно вцепившись во всё тот же локоть напарника. Ганз принял удивлённый вид, так как знал, что его девочка не может бояться обыкновенных слов, даже если они звучат как-то зловеще или подобно этому. Шилса встряхнула голову, продолжая улыбаться.

– Э-э, Госпожа Шилса, – обратился ассасин. Та повернулась на его голос. – Мы свободны?

– Да. Раз мы выбрали стратегию ожидания, то на этом закончим. Можете идти.

Парень сам взял Арселис за руки и вывел из залы. С его поддержкой напарница почувствовала себя лучше.

Как только за ними закрылась дверь, Мавн незамедлительно высказал свои мысли:

– Госпожа, Вы уверены, что Арселис можно доверять? Сами видели, что она устроила перед Вами.

– Тебе не стоит думать об этом, – пропела, словно птичка, Хозяйка замка, попутно обволакивая его шею руками и прижимаясь к его затылку лицом. – Она может казаться бунтаркой и непослушной, но в любом случае она остаётся покорной девочкой Ганза. Ты наверняка сам заметил. Он старше неё, к тому же, Арселис очень привязана к своему напарнику. Пока Ганз понимает меня, с ней не будет проблем.

Женщина поцеловала его в щёку и стала ласкать своей щекой. Она явно намекала ему на желание продолжить в другой комнате. Мавн пока не осмеливался пускать руки в ход, как это обычно бывало. Он был не только понятливый, но и сдержанный слуга. Никогда нельзя быть точно уверенным, что Хозяйка в хорошем расположении духа. Однако Шилса не сдавалась. Она тоже хорошо его знала.

– Ты отлично потрудился, хотя я злилась, что привели не ту принцессу, что нам нужна. И всё равно, – кончик её языка подходил к мочке его уха в опасной близости; тело слуги стало накапливать всевозможное напряжение, – я считаю, ты заслужил мою похвалу.

Теперь дело оставалось за малым. Вместо слов необходимо было перейти к действиям, что Мавн и сделал. Любимая дала ему зелёный свет, и её не стоило расстраивать.

┈───ᗊ───┈

Клан Огня.

Занимался рассвет, когда Коннор, Аран и Гильяна стояли перед постелью главы клана. Все в домике лекаря, кроме них, ещё пребывали в царстве сновидений. Отметив присутствие орла лучшего друга, Аррани заговорил:

– Коннорс, берёшь с собой Эса?

– Да, – Саксонский погладил перья орла, – его слух очень нам пригодится.

– Понимаю. Я бы предложил тебе взять моего Ви, ведь чёткое зрение с высоты тоже не помешает, но здесь ты прав: в вашей задаче слышать гораздо важнее, чем видеть.

Друзья обменялись рукопожатием.

– Итак, ребята, вы отправляетесь в Накинию, чтобы выяснить точное расположение убежища нашего врага. Я запрещаю лезть на их территорию до тех пор, пока мы не разведаем все владения.

– Босс, но не будет ли логичнее отправить несколько отрядов с промежутками во времени? Так у нас будет больше шансов, – спросил Аран.

– Ты прав, но я не хочу привлекать кого-то из собратьев, кроме вас, потому что шумиха нам сейчас ни к чему. Эта миссия изначально была возложена на мои плечи, но из-за моего ранения я вынужден на время отдать её вам. В общем, мне бы хотелось, чтобы как можно меньше ассасинов принимало в этом участие. Пускай клан остаётся в прежнем режиме работы. Я не хочу никого подвергать лишней опасности, но в этом деле я могу полагаться только на вас.

Блондин внимательно посмотрел на каждого. Не прямо, но глава выражал им своё доверие. Правая рука главы, привыкший к этим чувствам, не мог предположить иного расклада, да и ученики Аррани тоже об этом знали, но им всё равно было приятно его отношение.

– Босс, можешь на нас положиться, – встав прямо, звонко произнесла Гильяна. – Мы тебя не подведём!

Аррани кивнул. Трое ассасинов скрылись в тени зданий клана.

Сегодняшнее пробуждение для Мины стало одним из лучших за последнее время, невзирая на то, что половину этой ночи она не могла нормально заснуть. Девушка ворочалась из стороны в сторону, попутно удивляясь, что Гильяна не проснулась ни на одно её движение. Однако в то время, когда принцесса открыла глаза, воспитанницы главы рядом не оказалось. Асонская хорошенько потянулась. Кости слегка хрустнули, наполняясь живительным кислородом. Она чувствовала себя отдохнувшей и выспавшейся. Вчера она отказалась от еды, поэтому сейчас жутко хотела кушать.

Сначала она не осмелилась выйти наружу сама, поскольку побоялась внешнего окружения. Главные владения клана заметно отличались от остальных в других княжествах. Здесь было гораздо больше территории, значит, больше рядовых, плюс к этому, старейшины. Они жили только здесь, и это тоже настораживало девушку. Но потом она подумала, что в других княжествах Ар разрешал ей показывать себя его ассасинам, а здесь – нет, что ли? Как бы там ни было, ей всё равно придётся выйти. Хотя бы из-за голода. К тому же, она не королева, чтобы за ней кого-то присылали. Уверив себя, принцесса Асонии поднялась с футона и осторожно покинула спальни ассасинов, осматриваясь по пути. Только проснувшись, она уже поняла, что утро давно покинуло Асонию: солнце нещадно било ей в глаза, да и температура воздуха стояла высокая. Это пошло ей даже на пользу, потому как ассасинов было немного. Видимо, разошлись по заданиям намного раньше. Если опустить их образы вовсе, при свете солнца владения кажутся ей очаровательнее. На застывшей ноте её поймала пока незнакомая девушка с белыми хвостиками. Поскольку вчера девушки не контактировали, Мина настораживается, а Абби, наоборот, догадывается, кто это такая, поскольку посторонние сразу бросаются братьям клана в глаза. Ассасин без церемоний берёт Мину под руку и начинает тащить к домику лекаря. Принцесса, не ожидавшая внезапной прыткости, вспомнила, что в таких случаях люди инстинктивно вырываются. Почувствовав это, Абби быстро встряхнула новую знакомую.

– Послушай, – шёпотом начала она, – не привлекай внимания, иначе для главы это выйдет боком. Поняла?

Мина среагировала быстро. Если в разговоре фигурирует Аррани, все решения, принимаемые в непростых условиях, совершаются моментально. Абби отпустила принцессу и пригласила её идти за ней. Мина смогла унять волнение. А ведь всё так хорошо начиналось.

Сестра привела светловолосую к Аррани, отдала ему честь и удалилась. Блондин принял сидячее положение, поблагодарил подругу, затем перевёл немигающий взгляд на Мину. Кроме них двоих, никого не было.

– Это Абби. Рядовой клана и моя подруга, – пояснил Ар.

Она понимающе кивнула. Сделала шаг к табуретке возле его постели – парень отрицательно мотнул головой. Тогда Асонская переставила её подальше – снова ошиблась. Мина уже с шумом хлопнула ей по полу – положительная реакция. Она облегчённо вздохнула про себя и хотела сесть, но ассасин и здесь осадил её:

– Стоять.

Принцесса вернулась в стоячее положение, не до конца опустившись на табурет. Нет, Аррани вообще-то не злился, потому что ничего страшного она пока не сделала. Ему нужно было убедиться, что она всё ещё под его влиянием. Мина не собиралась отрицать этого, поэтому и выполняла то, что тот хочет.

– Как спалось? – решается задать вопрос.

– Ну, принимая во внимание, что сейчас в моём клане находится посторонняя, то могу сказать: так себе, – с издёвкой ответил парень. – А тебе? Как на новом месте спится?

– Можно я уже сяду?

– Нет, я не разрешал.

– Аррани! – дёргается принцесса, смешно надув губы.

Она с упрёком смотрит ему в глаза. Он так ни разу и не моргнул? Мина подошла к нему вплотную, упёрлась обеими ладонями в матрас и приблизилась к его лицу. Повисла пауза. Девушка склонила голову на пару миллиметров.

– Что? Я стою, как ты и просил.

Логичное замечание. Она ловко его провела. Очко засчитано. Впрочем, Аррани совершенно не смущает их положение: порой он должен делать что-то и более непристойное для достижения своей цели. Мина об этом не знает. Она в принципе не осознаёт, почему решила так сделать. То ли чтобы поиздеваться, то ли дать ей уже присесть наконец.

– Когда я встала, Гильяны не было рядом.

– Правильно. Потому что я отправил её, Арана и брата Коннора в Накинию.

– Как?! – возмутилась принцесса. – Ты снова оставил меня здесь? Глава Аррани, ты поступаешь со мной жестоко. Почему не позволил пойти с ними? – её тон перешёл на серьёзный. Шутить ей больше не хотелось.

– От тебя бы всё равно было мало толку, – донеслось сверху.

Мария появилась на лестнице на второй этаж, держась за перила. Увидев её, Мина тут же отпрянула от Аррани и взялась за выбившуюся прядь волос. Лекарь клана сильно её смутила. Глава клана прочистил горло. Мария спустилась вниз. Девушки вперли друг в друга взгляд. Обстановка накалилась. Блондин провёл круг глазами и решил вмешаться:

– Мина, Мара, пожалуйста, прекратите.

Мария отпустила ситуацию и отошла к ближайшему окну. Аррани подумал, что не хочет, чтобы служанка принцессы Саксонии имела какие-то связи с его ассасинами. Это совсем ни к чему. Он расстанется с ней после завершения миссии. По крайней мере, ему хочется так думать.

– Мина, ты же понимаешь, что после спасения принцессы наши пути разойдутся? – он вскинул голову. – Мне важно, чтобы ты принимала в этом всём наименьшее участие. Ты – гражданская. Мой долг – защищать тебя. Я уже говорил тебе, не так ли?

Мина вдруг понимает, что глава с самого начала так и планировал: оставить её у себя под крылом, а самому заняться освобождением Нины, при этом не вовлекая её в процесс. Но бросить всё, оставить его и уйти прямо сейчас и продолжить поиски самостоятельно ей мешало её нынешнее положение. Она не может просто сделать несколько шагов на выход из клана, потому как сейчас полностью зависит от Аррани. Только он может распоряжаться во владениях и сделать так, чтобы её никто не выдал. Ей хватает мозгов для того, чтобы понять, что за посторонними в клане ассасинов ведётся особое наблюдение. Конечно, если глава сам не ручается за этого человека. Против него никто слова не скажет. Этим Мина и пользовалась. И потому у неё не было права перечить Аррани. В силу обстоятельств и непростого юношеского характера девушка не могла полностью держать себя в руках, но блондин помогал ей и с этим. Никому не нравится быть обузданным, но в каком-то смысле Мине это было необходимо. Кто-то должен был справиться с ней. Против её воли или нет.

Асонская снимает напряжение, делает пару глубоких вдохов.

– Сестра Мария, прошу меня извинить. За заносчивость, – как бы там ни было, она благодарна брюнетке за вчерашнюю помощь и хорошее отношение к себе.

– Конечно, – уже по-доброму отзывается лекарь.

– Эй, а мне ты ничего не хочешь сказать? – обиженно интересуется Аррани.

Мина возвращается в шутливую манеру речи и стукает его ладошкой по плечу. Парень наигранно потирает ушибленное место. Однако следом Асонская тоже проходится по нему рукой, прося прощения. Мария не упускает этот жест из виду и сразу же отводит глаза.

– Спасибо, глава, что всё-таки позволил мне ступить на священную территорию ассасинов. Знаю, что я посторонний человек, от которого проще было бы избавиться.

Она искренне улыбается ему. Особенно лучезарно улыбаются её глаза, отчего Мина становится ещё красивее. Аррани отдаётся этому моменту и просто наслаждается её видом. Лекарь клана дрожит, роняет чашку из рук на пол. Та в дребезги разбивается на мелкие кусочки. Ребята обращают на неё внимание. Лекарь приходит в себя и спешит всё убрать.

– Мина, – Ар берёт её ладонь, – давай ожидать возвращения Коннорса. Ты мне очень поможешь, если выполнишь эту просьбу.

– Я поняла.

Тепло и нежность его прикосновений хорошо сказывались на её состоянии. По крайней мере, таким образом она могла быть уверена, что он идёт на поправку и скоро встанет на ноги без каких-либо опасений. Чувство тревоги никуда не делось. Оно каждый раз ждёт своего часа, когда что-то касается ранения блондина.

┈───ᗊ───┈

Леса Накинии.

Группа Коннора, достигнув лесных территорий княжества, приостановилась. Правая рука главы клана Огня пускает своего орла вверх, на разведку. Не менее величественный орёл Коннора, Эс, с отличительным узором в виде «S» в области хвоста взмыл к небу.

– Аран, а ты пусти кота по земле.

– Слушаюсь, брат.

Ученик Аррани отцепил питомца от своего плеча, тем самым разбудив его. Бежевый комочек потянулся, широко зевая. Его глазки почти никогда не раскрывались в полную силу, поэтому выглядел он немного необычно. Гильяна взялась спустить кота вниз. Оказавшись на более твёрдой поверхности, кот прошёлся пару шагов на месте, выдирая кусочки травы из земли. Всё, теперь он был готов работать. Аран присел на корточки и подставил ему лицо, которое питомец сразу же пару раз лизнул.

– Пора поработать, дружок, – сказал парень.

Реакция тут же последовала. Да, особенность воспитанников Аррани заключалась в том, что их кот обладает хорошим нюхом и ведёт хозяев прямо по наводке, по запахам. Ручной зверёк не забыл посмотреть наверх, где летал Эс. В команде братья меньшие гораздо лучше справлялись со своими задачами. Все трое двинулись за проводниками.

Так, с помощью напарников, ассасины достигают обратной стороны озера рядом с замком Шилсы. Приблизившись к воде, кот шипит и вздымает спину. Гильяна проделала примерно то же самое: по каким-то причинам у неё та же боязнь. Арану пришлось самому забирать питомца. Он взял его на руки; кот прекратил возмущение, почувствовав хозяина, и успокоился. Аран усадил его обратно на плечо и похвалил.

– Ты просто умничка, – говорит Гиль, гладя его по голове. – Несмотря на неприязнь к воде, вывел нас к нужному месту.

– Скажи себе то же самое, – в шутку поддел Аран.

Гильяна толкнула его в бок. Они перестали, когда заметили передвижения собрата. Коннор не обращал внимания на их поддёвки, поскольку это было обычным делом. Парень усердно изучал противоположный берег озера. Это было странно: на другом берегу не было ничего, кроме чётко виднеющегося утёса. А они ожидали увидеть хотя бы что-то похожее на владения Шилсы. Даже несмотря на орлиное зрение, ассасины не смогли разглядеть в очертаниях виднеющегося впереди, что было бы похоже на замок неприятеля. Эс как будто в подтверждение этому кружил исключительно над головами ассасинов, не залетая дальше. Но Саксонский его и не пустил. Точнее, не смог бы отправить. Переплывать озеро тоже пока не было смысла хотя бы потому, что Гиль и кот не были бы рады такому раскладу. Плыть одному, к тому же, днём, не было хорошей идеей. Со всех сторон отрезанные от возможности попасть на другую сторону, ассасины приняли решение вернуться в лес и искать предположительный вход к замку Шилсы между деревьев.

Летние лучи высоких градусов достигали членов клана Огня не в полную силу. Макушки деревьев являлись спасительной силой для них в этот сезон. С другой стороны, также имеющая место повышенная влажность давала свободу многим насекомым, что мешали работе. По причине того, что ассасины действовали размеренно, не спеша, уйти от раздражающих москитов было трудно. Кот был заранее спрятан под балахон Арана, а орёл брата Коннора, ввиду того, что больше не был полезен в воздухе, сидел на плече хозяина. Коннор прошёлся вдоль непримечательной тропинки и начал подозревать что-то странное. Саксонский выискал местоположение собратьев и пустил Эса позвать их. Аран и Гильяна через пару минут стояли перед ним.

– Брат, ты что-то нашёл? – спросил Аран.

– Да. Следите за мыслью, – направляя их взгляд вперёд, сказал парень, – вам не кажется, что это не просто полоса деревьев?

Ребята присмотрелись туда, куда указывал соклановец.

– Я думаю, странно то, что, когда мы ушли от края озера, вокруг него также было много деревьев, однако сейчас, – Коннор опустил три пальца вниз, – вот в этом месте, где мы стоим, слишком «тонкая полоса» этих деревьев.

– Верно, верно! Аран, посмотри, – активизировалась Гильяна. – Видишь, эти сосны и ели такие редкие на этом пятачке?

Напарник подтвердил их догадки. Брат Коннор продолжил:

– Сейчас они идут сплошняком и как будто выстроены в ряд, а у озера деревья стояли вразброс, плотным комком. Здесь наверняка что-то есть…

Та ниточка, за которую они ухватились, могла бы вывести их прямо на ту тропинку, которая была тщательно замаскирована от посторонних глаз. Однако дальнейшие поиски стали невозможны. Эс открыл глаза и осмотрел местность. Он немного расправил крылья и привлёк внимание хозяина. Коннор подал знак ребятам замолчать. Втроём они переглянулись между собой и синхронно опустились на корточки. Угрожающая лишить кого-то жизни стрела вихрем пролетела над их головами. В следующую секунду к ним навстречу вышли Ганз и Арселис собственной персоной.

– Брат Коннор, – шепнула Гильяна.

– Ожидай, сестра, – приказал тот.

Противники даже показались радостными. По крайней мере, та улыбка, что стояла на губах Ганза, могла об этом сказать. Их было пятеро, включая неразлучную парочку. Двое стояли по бокам, один прятался на ветке дерева – Коннор сразу это заметил. Ганз с напарницей были посередине.

– Что же, что же, – с изощрённой улыбкой начал Ганз, – какая встреча! – чуть громче произнёс он, наставив на них двустволку, которая ранее лежала у него на плече.

Арселис давно стояла в подобной позе с серьёзным выражением лица, пока парень говорил с ними. Коннор выждал паузу. В голове он рассчитывал время. Ассасины молчали, и тогда противник продолжил расспрос:

– А где глава Аррани? Я его не вижу. Что, прячется где-то? – он развёл руками.

– Босса тут нет! – тоже повысила голос Гильяна.

– Очень жаль, – посетовал Ганз. – Но я рад видеть и его преданных подопечных. Вы же тоже обрадовались, когда нас увидели, правда?

– Брат, – ещё тише надавила Гильяна, но Коннор глазами сказал ей пока что ждать.

– Эй, Коннорс! – крикнула Арселис. – Скажи нам, что вы здесь забыли? А то мы проходили мимо и случайно на вас наткнулись.

Не дождавшись ответа, Ганз сплюнул, чмокнул губами. Это был знак. Ассасины поняли, что пора уходить, ведь противник не упустит возможности затеять с ними драку. Он просто не может без этого жить. А если на пути попались ассасины Аррани, то для него это грех – пропустить сражение.

– Ну, значит, пора подпалить крылышки твоей красивой птичке! – взревел Ганз, прицеливаясь.

– Гильяна!

Всё произошло одновременно: сестра выпустила дымовую шашку, чтобы противники не успели, как следует, прицелиться и чётко по ним попасть; Ганз пустил пулю, а орёл Коннора мгновенно взлетел вверх, дабы, понимая всю ситуацию, славировать вверх и скрыться в дыме от шашки. Ассасины клана Огня благополучно затерялись среди зелени. Арселис, выпустившая пару пуль, хотела обернуться назад к соклановцам и отдать приказ преследования, однако напарник остановил её рукой.

– Ганз?

– Не стоит. Не сегодня.

– Это из-за Аррани? Потому что его с ними не было?

Парень посмотрел на свою девочку и потрепал её по макушке.

– Пойдём обратно. Я был рад повидать старых знакомых, но надо возвращаться.

Следом за ним пошли и другие ассасины. Арселис посмотрела на место происшествия, затем на удаляющуюся спину напарника. Для неё было дико видеть, как Ганз просто так отпускает ассасинов Огня без боя. Он всегда идёт им навстречу, чтобы помериться силой. А что сейчас было? Девушке было всё равно, биться с ними или нет. Она действовала так, как хотел парень. Остальное её не волновало.

– Что же значит для тебя Аррани, любимый?

Брошенный в спину вопрос не долетает до Ганза. Он уже далеко от неё.

┈───ᗊ───┈

Тем же вечером. Храм старейшин.

– Так, подожди, скажи ещё раз и более внятно. Кого ты видел?

Тройка неразлучных старейшин сидела у себя в нелюдимом углу большого зала и вела переговоры. Первый и второй из них с округлёнными глазами таращились на третьего, переспрашивая, не ослышались ли они. Так, третий сказал снова:

– Говорю вам! Я выходил подышать, и девушка-лекарь, которая работает с сестрой Марией, показалась мне до чёртиков знакомой! Я подумал немного…

– Ты и думать? – с сарказмом вклинился второй старик.

– Не мешай! – осадил рассказчик. – И тогда у меня пронеслась догадка, что это может быть давно потерянная дочка главы! – при произнесении этих слов его руки и голос дрожали.

Никто не мог поверить в сказанное. Старший из них цокнул языком и повертел головой. В этот момент в храм вошла сестра Абби, чтобы немного побыть на службе. Старики не обратили на неё внимание.

– Бред! Этого не может быть, – он наклонился вперёд, подзывая обоих ближе. – Дочь того главы умерла в лесу в тот день. Никто её тогда не нашёл и более не видел.

– Почему ты так уверен? – спрашивает всё тот же со средней бородкой. – А может она выжила или её кто-то подобрал?

– Так, стоп! – осадил первый. – Мы ничего не добьёмся таким образом. Пойдём посмотрим. Все согласны?

Его коллеги кивнули. На тот момент, когда они вставали, Абби в зале уже не наблюдалось. Трое вышли наружу и направились в сторону домика лекаря. Абби, смотрящая за ними из-за колонны, параллельно обогнала их и вскоре предстала прямо перед ними. Тот, кто шёл посередине, встрепенулся и резко затормозил.

– Сестра Абби, что тебе нужно? – хмуро спрашивает первый.

– Глава просил передать, что сестра Мария вместе с коллегой будут заняты важным делом, в которое никто не должен вмешиваться. Понимаете, они будут ставить опыты и всё такое. А! – ещё вспомнила она. – Также он просил добавить, что работать они будут с опасными для жизни реактивами, банками, настойками и прочим.

Её невинный голос и выражение лица подействовали на старейшин усыпляюще. Бдительность отошла на второй план. Услышав про возможную опасность за жизнь, каждый старейшина помялся на месте, теребя балахон. Они переглянулись между собой.

– А что? Что? – с некой претензией спросил второй. – Мы просто на воздух вышли. Нам что, нельзя по владениям пройтись? – его напирающий вид лишь веселил ассасина, но она держалась, чтобы не засмеяться.

– Так мне передать главе, что вы хотели бы зайти? – она переключается на серьёзный тон, чем пугает стариков.

Они никогда не знают, как с ней разговаривать. Однако первый, видя жалость коллег, решается выступить со своим правом голоса:

– Передавай!

Двое остальных округлили глаза и взялись за его локти с каждой стороны. «Не надо», – читалось в выражении их лиц. Абби не растерялась и здесь. В такие моменты ей казалось, что спорить с младенцем и то сложнее.

– Я бы могла так сделать, но, боюсь, что главе это сильно не понравится.

Она на мгновение сжала губы и подняла глаза прямо на них. Молчание затянулось. Было такое ощущение, что сестра гипнотизировала несмышлёных советников клана. Что бы это ни было, тройка синхронно развернулась на 180 градусов и пошла прочь. Трусливость и нежелание «сражаться» с главным переговорщиком клана сделали своё дело. Удовлетворённая Абби дошла до домика Марии и зашла внутрь. Она поприветствовала главу. Мина сидела в кресле в середине комнаты и что-то читала. Она бросила на вошедшую взгляд, но, убедившись, что ничего серьёзного не происходит, вернулась к чтению.

– Абс, проходи, – сказал Аррани. – У тебя для меня новости?

– Так точно, глава. Только что я услышала, как трое наших старейшин собирались подробнее рассмотреть Вашу спутницу.

– Как всё прошло? Они отказались от своей идеи?

– Безусловно, – с улыбкой ответила она. – Я разобралась с ними на этот раз. В другой – не знаю, что будет, но по их виду мне стало понятно, что в ближайшее время они не будут маячить перед глазами.

– Я тебя понял. Спасибо, сестра.

– Но, – она подошла к нему вплотную и наклонилась впритык, – Ар, всё равно я буду начеку. Мало ли, что они захотят ещё сделать…

Аррани кивает. Помощь подруги для него была, как никогда кстати. Лишние глаза, которые хотели бы пристально следить за Миной, им сейчас были совсем ни к чему.

Глава 3

Замок Шилсы.

Ассасины Иви провели за пределами замка достаточно времени, чтобы Госпожа закончила со всеми своими делами. Ребята нашли её в местном, скромном, по степени ухоженности среди обычных замков, саду. Настроение у женщины было очень хорошее. Этого нельзя было не заметить, лишь один раз взглянув на неё. Уже полностью распущенные волосы грациозно развевались от малейшего дуновения ветерка, и также часть из них спадала на плечи. Вместо привычного однотонного платья в пол на Хозяйке замка была тёмная сорочка с широкими рукавами до самого запястья. На шее висел стальной крест, очень напоминающий тот, что всегда носит Мавн. Самого слуги рядом не наблюдалось… Свободное одеяние хорошо подчёркивало её изящную грудь, на что не смог не обратить внимание Ганз. Арселис всегда была внимательна к нему насчёт подобных вопросов, поэтому, увидев его слегка похотливый взгляд, сузила в недовольстве глаза и ткнула парня локтем. А он у девушки достаточно острый. Напарник беззвучно прошипел от боли, потёр ушибленное место и спросил у Арселис, за что удостоился такой чести на этот раз. Вместо внятного разъяснения напарница только ещё больше надулась и, сложив руки на груди, отвернулась от него. В подобных ситуациях ей было до глубины души обидно за неуважение Ганза к её персоне, но в силу возраста она не могла открыто сказать ему про это, и ей приходилось постоянно отмалчиваться и закрываться в себе. Однако Ганз был намного старше своей девочки, и ему никогда не составляло труда прочесть поведение молодой девушки. Хотя, в случае напарницы всё было не так просто. Так, приложив ладонь к её волосам, он попросил простить его на этот раз, и на время они оставили эту ситуацию.

Шилса сидела на одной из скамеек сада и мирно смотрела на медленно заходящее солнце. Её ступни были оголены; время от времени она болтала ногами в разные стороны и сейчас была немного похожа на ребёнка, несмотря на реальный возраст.

Ганз и Арселис подошли к ней ближе. Шилса увидела их ещё до того, как они нашли её здесь. Сначала она не спешила поворачиваться к ним: из-за располагающей атмосферы чувствовала себя непринуждённо. Начать разговор решился Ганз, поскольку не любил долго ждать:

– Госпожа, у нас есть новости.

Первые несколько секунд женщина также ничего не говорила, но потом она развернулась к ним всем корпусом, положила ногу на ногу, а на неё – ладони.

– Замечательно. Говори.

– Только что возле Тропы мы встретились с ассасинами клана Огня.

– Неужели?! – энтузиазм Хозяйки возрос за пару мгновений.

– Верно, – подключилась Арселис, – это были ученики главы и его правая рука. Самого главы мы не увидели. И он нигде не скрывался.

– Почему ты так уверена? – сразу поинтересовалась Шилса. – Он мог спокойно прятаться где-нибудь.

– Нет, я думаю, это исключено, потому что глава Огня из тех людей, которые идут в бой напрямую, в лоб. Это как раз и отличает его от своего главного помощника.

– Я согласен с Арси, подтверждаю, – Ганз заметно расслабился, когда понял, что отношение Шилсы к его девочке не сильно поменялось со времени утренней выходки, и стал говорить более раскованно. – Мы не позволили им найти Тропу, поэтому они ушли, но я не уверен, что они не сделают это в следующий раз.

– Скорее всего, это была разведка, – логично заключила Хозяйка.

– Да, и у меня появилось предположение, – поставив руку на бок, Ганз ненадолго задумался. – Я считаю, что глава Огня всё-таки ранен, причём серьёзно, потому что в этой операции он не участвовал.

– Он мог поручить разведку подчинённым, – жёстко ответила Шилса.

Её настроение сменило её на рассудительность.

– Как сказала Арселис, это исключено, – парень был не глуп и никогда не терпел, чтобы ему перечили в тех вопросах, на которые он знал абсолютно доказанные ответы. – Миссия по спасению принцессы лежит на его плечах, а это значит, что он будет лично во всём принимать участие. Это ещё раз подтверждает тот факт, что он не будет действовать через своих ассасинов. В его нраве всегда прикладывать собственные руки к делу.

Напарница закивала в знак поддержки его слов. Шилса приняла их информацию к сведению и подумала, что пока не до конца изучила все стороны её врага. Зато она в очередной раз убедилась, что не прогадала с использованием главы Иви в собственных целях, поскольку эти ассасины второго клана Земли до сих пор показывали себя только с выгодной стороны. Как-никак, без двух годов сорокалетний Ганз и его двадцатитрёхлетняя напарница особо выделялись на фоне её подданных, которые последовали за ней, как только она покинула своё королевство и своего мужа.

– Хорошо, – глубоко выдохнула Шилса, – вы отлично справились с этой задачей, но в любом случае будьте начеку.

– Госпожа, у меня был ещё один вопрос.

Она кивнула.

– Вы позволите ассасинам Огня узнать, где находится Тропа?

Арселис с удивлённым видом посмотрела на парня, обвила руками его выставленный локоть и перевела взгляд обратно на Шилсу. Для женщины это не был неожиданный вопрос. Она вернула улыбку, по которой не было ясно, какие эмоции были в её душе прямо сейчас, на лицо, усмехнулась и приняла прежнее положение, когда её очи наблюдали закат солнца. У неё явно созрел какой-то план.

┈───ᗊ───┈

Камера принцессы Саксонии не отличалась какой-то особенностью. Как и большинство темниц замков, содержание этих «коробок» из трёх стен с решёткой было однообразно. Голый пол, голые стены, полное отсутствие какого-либо освещения. Здесь было настолько темно, что Нина не могла понять: день сейчас или ночь. Пробыв под основными коридорами замка уже достаточно времени, её организм стал понемногу привыкать к ужасной духоте и отвратительной циркуляции воздуха. Точнее, её отсутствия. Частичное освобождение от одежды облегчило её участь, но с каждым часом тело просило всё больше и больше воды. Пряди волос липли к коже, в горле была сухость, живот болел от голода, потому как она так ничего и не ела. Тошнота давно отступила, головокружение сошло на «нет». Сознание немного прояснилось, но дышать принцессе Саксонии всё равно было тяжело. И чем яснее Нина понимала окружающую её обстановку, тем сильнее она подталкивала себя к невольной истерике. Несмотря на высокую температуру, темнота обдавала её холодом. Две противоположные стихии обволакивали девушку со всех сторон и не давали покоя. Мысли снова возвращались к ней в те моменты, когда она накапливала силы, делала глубокий вдох и могла без отдышки выдержать пару минут. С первых рассуждений о том, что тишина никак её не пугала, сейчас становилась для неё всё больше невыносимой. Слух не мог распознать даже копошение мышей или крыс, которые наверняка обитали в этих стенах.

Спустя пару часов Нина открыла глаза из-за того, что ей послышались какие-то звуки. Поначалу они были ей непонятны, но она стала прислушиваться. Принцесса упёрлась ладонями в каменный пол и поднялась, приняв сидячее положение. Выявив, откуда идёт звук, она прислонилась к той стене, где он проявлялся громче всего. Наконец, когда её уши полностью сконцентрировались, она различила голос первого. Его крики. Крики мучений и зверской боли. Внутренне опустошённая, она догадалась об этом без каких-либо сомнений. Саксонская была вымучена своим положением, но сейчас её нервы натянулись, как струны. Окончательно не впасть в ужас, как бы странно это ни звучало, помогал сам ассасин. То, что слышала Нина, отдавалось эхом по всей темнице, но особенный тембр его голоса не давал всем его мучениям вылиться наружу в полную силу. Нина не знала, что ей думать по этому поводу. Она также не была в курсе того, что ассасинов учили терпеть, несмотря на абсолютно любые случаи. И первый успел выучиться этому. Однако с каждым новым криком, прерывающимся на неопределённое время, девушка всё же не могла держаться спокойно. Она закрывала уши ладонями и лежала в противоположном от источника звуков углу. Боль первого не прекращалась довольно долго, и Нина даже поразилась, что он может терпеть это столько времени. Его вопли не давали ей уснуть, хотя она не хотела спать, но потом её выдержка исчерпала себя и, под, наоборот должные действовать, крики, истязающие душу, она погрузилась в сон. Это было единственное место, где её тело могло найти для себя успокоение.

Вечером рядом с её камерой появился Мавн. В руках он держал поднос со стаканом воды и тарелкой съестного. Слуга Шилсы открыл замок, прикрыл клетку, поставил провизию на пол и опустился на колени. Опущенный перед этим в держатель факел осветил камеру заложницы. Но Нина до сих пор спала. По приказу Госпожи Мавн принялся ждать, когда она придёт в себя. Он смотрел на девушку достаточно долго, пока она не открыла глаза. Нина тяжело поднялась с пола и разлепила слипшиеся веки. Отвыкшая от света, она резко закрылась руками, потому что горящий огонь агрессивно обжигал ей глаза. Пройдя через временную боль, она опустила руки и внимательно посмотрела на пришедшего. Мавн отметил, что вид у неё был весь растрёпанный, но она поняла, что ей принесли поесть. Сначала Нина с осторожностью переводила взгляд то на поднос, то на её гостя. Наконец, хотела что-то спросить у Мавна, но он не дал ей такой возможности, снова оставив в одиночестве. Зачем он ждал её пробуждения, если после этого сразу же ушёл, было для неё загадкой. Принцесса решила не быть упрямой и поесть. Тем более, она действительно этого хотела. Горящий факел стал небольшой радостью для её души. Во время трапезы она заметила, что криков больше не слышно, либо она оглохла во сне? Эта мысль на мгновение рассмешила её. Она закончила с приёмом пищи, откинулась на спину и рассмеялась. Вернувшаяся энергия поглотила её с ног до головы, и слёзы смеха довольно быстро переросли в слёзы рыдания. Она плакала, захлёбывалась слезами, откашливалась от их горечи, плотно сжималась в комок на полу и продолжала. Принцесса Саксонии в первый раз за всё время хорошенько выплакалась. И пустое окружение этому способствовало.

┈───ᗊ───┈

Замок короля.

Шёл который день того времени, как Лина, единственная служанка Мины, по большей части, сидела без дела. В первую очередь в её профессиональные обязанности входила полная забота о принцессе королевства. Но с некоторых пор таковой в замке не наблюдалось по известным только определённому кругу лиц причинам. С того дня, когда Асонская приказала ей спасаться и не переживать за неё, Лина, как и все, кто переживал за принцессу, не могла найти себе место. Особая близость, которая проходила между ней, Миной, Ниной и остальными её слугами невидимой, но ощутимой на ментальном уровне нитью, заставляла взрослую девушку с белыми глазами с выраженным розоватым оттенком, золотистыми кудрявыми волосами до пояса, с бледной кожей, уплотнённой фигурой и завсегдатай книжкой с выписками из Библии в руках глубоко переживать за, по сути, смысл её существования в лице принцессы Асонии. Прожив четверть века, девушка не знала таких масштабных событий, касающихся дорогих ей людей, не считая её переживаний за свою мать, которая отпускала дочь из Ясонии вместе с королём на новое место службы, а сама осталась доживать свой век в их доме. Схожие чувства она могла описать в отношении к подругам, служанкам принцессы Нины.

В очередное утро после молитвы в небольшой часовне недалеко от замка служанка возвращалась к своим обязанностям, если так можно было выразиться. Ведь теперь она отвечала за то же, что и большинство остальных слуг в замке короля: уборка, готовка, выполнение заданий хозяев и прочих работ. В свободное от службы время, которого у неё заметно прибавилось из-за того, что король с королевой не особо сильно нагружали её заботами, а прочие дела выполнялись в полной мере и без её участия, Лина непременно бралась за чтение книг, в особенности Библии, из которой она черпала для себя вдохновение и силы жить дальше, даже не имея какой-то определённой цели. Но иногда её одолевало чувство стыда по той причине, что она не смогла усмотреть за принцессой и, по её мнению, сделала непоправимую глупость, когда послушалась приказа в тот день. Что ей мешало, как иногда бывало, просто не послушаться и остаться с принцессой Миной до конца? Ответ на этот вопрос она могла найти только в глубинах своего сознания, которое преобладало в ней тогда. В критических ситуациях Лина чаще всего могла полагаться на короля, поскольку она всегда чётко понимала, что в принятии серьёзных и ответственных решений, особенно связанных с его дочерью, может участвовать исключительно король Асонии, несмотря на то, что он безоговорочно доверяет ей самой и её опеке над Миной. И хотя правители Асонии уверили служанку, что они просто немного опоздали с прибытием на место происшествия, что Мина оказалась шустрее них, не облегчало ношу Лины. В любом случае, она не могла не переживать. Даже будучи просто личной служанкой Асонской она могла понять чувства несчастных родителей, как могла понять и то, что после того, как королева немного пришла в себя от плохой новости насчёт наследницы престола, они вернулись обратно в Асонию, не став дожидаться каких-то вестей. Лина, как и король, прекрасно знала, на что может пойти Мина ради подруги. Мысль о нарочном побеге посетила её практически сразу, но сомнения всё же оставались. В конце концов, правитель Асонии посвящал её во многие дела, но в отдельных случаях мог и промолчать, также, как и просто забыть что-то упомянуть. Страх за собственную дочь мог затруднить его мыслительную деятельность, поэтому было неудивительно то, что служанка не получала никакой информации насчёт принцессы в последнее время. Как и прежде, оставалось лишь ждать.

Как и в большинство дней, на дворе уже стояла жаркая погода. Несмотря на ранние подъёмы слуг, солнце всё равно вставало гораздо раньше людей. Но капризы погоды никогда не могли повлиять на одеяния служанки: длинная темно-синяя ряса с пышным белым воротником и большой золотой крест на шее; на ногах – темные чулки на подвязках и закрытые туфли. Полил бы сейчас дождь с неба, она бы, туго сжав свою книгу в руках, защищая её от влаги, побежала в замок бегом, чтобы предупредить принцессу о погоде за окном, когда та проснётся. Подумав об этом, она слегка взгрустнула и побрела дальше. Преодолела наружные ворота и уже подошла к входным, как тут же увидела экипаж главы Саксонии. Он был благополучно встречен слугами. Вслед за ним из повозки высунулась так хорошо знакомая Лине голова, а потом и всё туловище. Это была девушка с рыжими лисьими глазами, розовыми волосами до локтей, на левой стороне заплетена небольшая косичка, а на лоб спадает М-образная чёлка, с искусственным вплетённым цветком белого тюльпана. В одежде – свободное длинное платье с вырезом без рукавов, поддерживаемое железным поясом с узорами. На левом плече, ноге и запястьях – широкие браслеты. Обувь – закрытые светлые балетки. Словом, Фина собственной персоной.

– Что она здесь делает? – тихо вслух проговорила служанка.

Подруга Лины ступила на землю, перекинулась парой фраз с князем Саксонии и проводила его поклоном. Первым делом осмотрелась по сторонам, будто выискивая кого-то. Наконец, она нашла того, кого хотела увидеть. Лина подошла к ней. На лицо Фины сразу же скользнула счастливая улыбка. Она бросилась обнимать подругу.

– Ли-ина!

Служанка Мины тоже улыбнулась и, своевременно отреагировав, расставила руки в стороны, обняла подругу в ответ. Приезжая отпустила её, но ладони пока оставила на её плечах.

– Почему ты сегодня приехала? Ты одна? А Рина? – спросила Лина.

– Давай зайдём внутрь поскорее, я всё тебе расскажу.

Фина подгоняла подругу, чтобы поспеть за князем. К счастью, они застали и его, и правителей королевства в прихожем зале. Они с королём как раз собирались отойти в кабинет второго, чтобы поговорить наедине. Правитель пропустил друга вперёд, а сам ненадолго задержался, увидев Фину. Он перевёл взгляд с Лины на её подругу. Фина незамедлительно почтенно поклонилась.

– Ваше Величество, Её Величество, – положив правую руку на грудь, произнесла служанка Нины.

– Ммм, Фина, рад тебя видеть, – отозвался тот. Кажется, у него сегодня было неплохое настроение. По крайней мере, неунывающее. – Что ж, девушки, я вынужден покинуть вас, – он подмигнул супруге; та зарделась. – Лина, присмотри за нашей гостьей.

– Конечно, Ваше Величество.

– Оставляю вас, леди.

Обычная вежливость короля Асонии всегда нравилась Фине, поэтому улыбка не сходила с её лица всё это время. Несмотря на тревожные чувства глубоко внутри неё, она по-прежнему оставалась активной и радостной девушкой, смотрящей на всё в позитивном ключе.

Итак, служанки не осмеливались начать разговор без одобрения королевы, даже если им дозволялось несколько больше, чем другим. Первая женщина королевства не упустила это из виду и нарушила молчание:

– Девочки, пойдёмте со мной.

Её домашнее платье провернуло репертуар на 180 градусов, и хозяйка направилась в сторону столовой. Служанки, переглянувшись, последовали за ней. Помимо большого стола с множеством стульев, всегда элегантно украшенных к завтраку, обеду и ужину королевских персон, в столовой почти незаметно стоял продолговатый кожаный диван. Присев на правый край, королева пригласила девушек сесть рядом с ней. Посередине опустилась Лина как более приближенная, Фина же заняла левый край и развернулась к первой леди. Ранее в прихожей королева держалась, как обычно ей полагается в присутствии гостей и слуг, но сейчас она изменилась в лице. Глаза чуть потускнели, а уголки губ опустились вниз. Женщина глубоко вздохнула. В нём чувствовалась печаль. Рядом с служанками принцесс она чувствовала себя более раскованной и спокойной.

– Фина, раз ты здесь, я бы хотела поговорить с вами насчёт произошедшего… – как бы издалека начала супруга короля.

– Ваше Величество, Вы имеете в виду то, что случилось с нашими принцессами? – уточнила та.

– Да, – женщина поправила подол платья, – как бы горько ни было, стоит признать тот факт, что пропали обе девочки.

– Точнее, их похитили! – немного повысив голос, с некой злостью быстро проговорила служанка Нины. – Когда я вспоминаю эту подробность, то просто впадаю в бешенство!

Казалось, её чувства в этом отношении были очевидны, но сидящие рядом знали, что не всё так просто. И это было правдой, потому что после высказывания прошло не больше минуты, как Фина слегка задрожала, её губа начала инстинктивно подёргиваться, а потом девушка и вовсе расплакалась, как маленькая девочка. Она прислонилась лбом к плечу подруги и схватилась за неё ладонями, всхлипывая.

– У-уу-гх, принцесса Нина! Принцесса Мина! Мне вас очень не хватает!

Лина была старше и сдержаннее, поэтому она гладила подругу, успокаивая. Она всегда была достаточно набожна, поэтому её отношения с королевой Асонии можно было считать довольно близкими: они славно понимали друг друга и каждая не оставляла и дня без молитвы за Мину и Нину. Супруга короля не стала прерывать девушку и дала ей выплеснуть эмоции наружу. Она сама уже достаточно пролила слёз; её от них уже тошнило, но она так не думала, когда смотрела на страдания других. Как сейчас. Королеве было больно от собственной участи, больно смотреть на рыдания Фины. Они с Линой чувствовали то же самое, но сдерживались, в отличие от служанки Нины, у которой просто был такой характер.

Когда Фина почти закончила проливать слёзы, королева взяла её за руки и положила в свои. Та ещё шмыгала носом. Все глаза стали красными и немного распухли.

– Не плачь, милая, хорошо? – проникновенно попросила женщина. – Девочки обязательно вернутся домой. Вот увидишь, – и печально улыбнулась, однако, веря в сказанное только что.

– К-королева… – всё ещё дрожащим голосом произнесла девушка.

Первая леди Асонии похлопала её по ладоням и отстранилась.

– Простите, – Фина провела платком по лицу и стёрла жидкость.

– Всё в порядке. Лучше скажи, что вас привело сегодня?

– Да-да, я тоже хотела узнать, – добавила Лина.

Переведя дыхание, пару раз кашлянув, Фина ответила, чуть прерывисто:

– Князь приехал к Его Величеству по личному делу, а я, узнав, что он собирается в Асонию, попросила его взять меня с собой… – она ещё раз вдохнула, – потому что я хотела увидеться с Линой, Ваше Высочество. Вы так поспешно уехали в тот день, что я не успела ничего сообразить.

– Даже иронично, – с небольшим сарказмом парировала Лина, – в итоге пришлось успокаивать тебя.

– Ну, Лина! – надув губы, прыснула подруга.

– Лина, не дразни её. Ты же знаешь, что Фина расплачется, как ребёнок, а потом сделает то, что нам и не снилось.

Все трое беззаботно рассмеялись.

– А почему же малышка Рина не с тобой? – спросила королева.

– Во-первых, она под домашним арестом, во-вторых, я попросила её остаться, чтобы поддержать княгиню.

– Домашний арест? – скептически изогнула бровь Лина.

– Если говорить кратко, то она пыталась сбежать из поместья, чтобы отправиться на поиски принцессы Нины.

Королева ахнула в изумлении, подставив к лицу ладони. Лина удивилась не меньше. Затем первая леди Асонии сложила руки на колени и стала серьёзной.

– Вот вам и принцессы королевства.

Подруги недоумённо переглянулись. Они посмотрели на женщину. Та поймала их направленные взгляды и пояснила:

– Его Величество сказал, что он уверен: Мина могла сама уйти из замка на выручку принцессы Нины.

Такая трактовка не особо перекрутила стрелки служанок. Они и сами догадывались о чём-то таком, просто не было полной уверенности в таких мыслях. Однако, если сам король заявляет о таком, то вероятность сильно возрастает. Это была та черта Асонской, о которой знали присутствующие здесь дамы, поэтому разговор двух слуг и одного из правителей Четвёртого королевства не вызывал противоречий. Именно связь с Миной придавала им троим общий оттенок, который простые служанки никак не могли запятнать.

– Фина, как себя чувствуют родители Нины? Всё же, она не просто пропала – её похитили, – не забыла спросить королева.

– Несколько дней назад княгиня была сама не своя: она отказывалась есть, пить, почти не выходила из своих покоев, – служанка с грустью опустила глаза. – Так прошли первые дни. Сейчас же она хотя бы приняла ситуацию. Князь, как мужчина, держится достойно. Я думаю, Вы и сами видели.

Королева кивнула в ответ, вспоминая, как сама не показывалась на людях какое-то время, что стало тревожить придворных. Она тяжело вздохнула.

– Подумать только, им очень непросто, – женщина говорила так, будто её ребёнок был в порядке и вместе с ней. – Это же их второе дитя. И оно теперь тоже не с ними.

Она закрылась руками, опустив голову. Все рассуждения насчёт того, что супруга короля говорила это так непринуждённо, развеялись моментально. Произнося эти слова, у неё жгло горло от боли и подступающих рыданий, но она держалась. Ради дочери, мужа, себя, в конце концов. Служанки порывисто обняли её с двух сторон, на что королева тоже приобняла их, благодаря за поддержку. Три несчастные женщины сидели на диване в столовой королевского замка и переживали внутреннюю трагедию их сердец.

В это время в кабинете короля.

Правитель государства расположился за своим письменным столом, а друг обосновался на стуле напротив. Король поставил локти на стол и перевёл взгляд снизу на лучшего друга. Прежде отметив, что тот выглядит не лучше него самого без посторонних, мужчина незаметно покрутил головой в разные стороны. Затем откинулся на спинку, приземлив руки на ручки стула.

– Ян, – начал Саксонский. – Позволь перейти сразу к делу.

– Говори.

– Сколько нам ещё ждать?

На первый взгляд странно брошенный вопрос в пустоту был понятен королю от первого слова до последнего. Мужчина немного сузил глаза и подмял нижнюю губу. Снова положил руки на стол и больше не сводил напряжённый взор с друга.

– Столько, сколько потребуется.

– Ты можешь поторопить своих ассасинов? Ты же понимаешь: на кону жизнь моей дочери…

– Не забывай, что и моей – тоже, – чуть приглушённо поправил король. Атмосфера их разговора стала слишком натянутой. Грубые нотки в речи каждого стали сводить обоих с ума. Правитель немного расслабился. – Потерпи ещё немного. Я уверен…

– Янез!

Князь Саксонии хлопнул ладонями по столу и стремительно поднялся с места. Он вперил не менее ожесточённый взгляд на друга. Король выдохнул скопившиеся эмоции и стал мирно рассуждать:

– Дружище, прошу тебя, – он сделал ему жест сесть обратно. Тот выполнил просьбу. Тогда Асонский продолжил: – Мы с тобой чувствуем одно и то же, поверь мне. Ты не хуже меня понимаешь, какого это: потерять своего ребёнка. Но давай, – громче сказал он, когда заметил, что тот снова поднимается, тем самым задержав его, – не будем рубить с плеча и сделаем всё зависящее от нас.

– Предлагаешь тянуть и дальше? – спокойнее спросил князь.

– Во-первых, я хочу быть уверен, что ты осознаёшь, как больно мне и за себя, и за тебя в том числе. Нина для меня как вторая дочь.

Король сделал на этом акцент и остановился, чтобы друг переварил сказанное в правильном направлении. Князь Саксонии кивнул. Убедившись в этом, тот продолжил:

– Во-вторых, ты должен верить в меня и в ассасинов королевства. Ты столько лет меня знаешь, а также столько лет даже новый глава клана ни разу меня не подводил.

Лучший друг начал постукивать пальцами по поверхности стола, размышляя. Он кивнул несколько раз, соглашаясь с ним. Причин не верить ему у него, как ни крути, не было.

– Прости меня, Ян, – проникновенно сказал он, – я не со зла. Извини.

– Ничего, дружище. Я понимаю.

– Это всё так внезапно навалилось, – он выставил внутреннюю часть ладоней лицом к потолку, яростно сжав в кулаки. – Мы с женой не можем поверить, что это снова происходит с нами. Сначала наш сын, теперь наша девочка…

Король помолчал немного, давая ему время, чтобы прийти в себя. Он был точно такой же. Но в отличие от князя, мужчина был полностью уверен в правоте своих действий.

– Наши принцессы обязательно выкрутятся. Не забывай, на что они способны.

– Хах, в этом ты прав, – поддержал Саксонский.

– Хорошо. Теперь давай перейдём к делу. Ты же за этим, в первую очередь, приехал?

– Конечно. Давай начнём.

┈───ᗊ───┈

Поместье князя Саксонии.

Рина достойно приняла своё наказание за мимолётный порыв отправиться на спасение принцессы. Спустя время, успокоившись и поразмыслив о своём поступке серьёзнее, в какой-то мере она могла согласиться с тем, что поступила опрометчиво и неправильно. По крайней мере, одно она поняла точно: что самой ей ни за что бы не пришлось справиться с поставленной ею задачей. Она не стыдилась своего поступка и так же была уверена в своей преданности. Сумасшедший и необдуманный поступок – верно. Однако винить себя за него не стала. Трудностей и так хватает.

Сейчас девочка читала в библиотеке. Это был её второй визит в эту часть поместья, так как её основное место работы – это комнаты принцессы Нины, либо же те комнаты, в которые принцесса посылает её что-то сделать. Библиотека, как рассказывала ей Саксонская, – особенное для неё место, потому что здесь она много времени проводила со своим покойным старшим братом. Как поняла Рина, принцесса Нина не очень любит говорить на эту тему. Она лишь раз поговорила с ней об этом, в другое время Рине пришлось спрашивать у старшей Фины, поскольку та знала гораздо больше неё, потому что была с принцессой почти с самого начала. Но Фина совершенно спокойно заверила девочку, что принцесса сама обо всём ей расскажет, когда придёт время. Тогда Рина решила, что обязательно дождётся этого дня. А пока маленькая служанка знала лишь то, что библиотека была для брата и сестры особенным местом времяпровождения.

Вспомнив этот факт, Рина оторвалась от чтения, заложила страницу, на которой остановилась, и встала с небольшого одноместного дивана, на котором было удобнее всего отдаваться словам на бумаге. Проходиться по рядам отдельных стоек с изданиями действовало на неё расслабляюще. Тревоги и тяжести отступали на второй план и на время погружали служанку в иной мир. Так, она прошла где-то три или четыре параллельных ряда, дошла до конца четвёртого и остановилась. Крайний ряд слева от входа. Самый дальний и оттого не самый приметный. Как и в конце правого дальнего ряда, здесь был тупик. Небольшой пятачок с таким же небольшим креслом и столиком в каждом углу. Но когда Рина осмотрела всё вокруг и подняла глаза на висящую прямо напротив неё картину посередине стены, ей стало интересно. Это была не картина, а, скорее, портрет. Портер семейства Саксонских. На нём было изображено четыре человека: князь и княгиня, а впереди них ещё маленькие принц с принцессой. Рина подошла к нему вплотную и стала разглядывать знакомые лица.

Ей были знакомы все на этом полотне… Рина схватила себя за дрожащую правую руку. Её глаза расширились от шока. Она просто не могла поверить в то, что видит перед собой. Всё ту же дрожащую руку она поднесла к лицу принца и закрыла его верхнюю часть. Если она когда-то сказала, что не забудет эти жёлтые глаза, значит, она не забудет. И сейчас она их вспомнила. Изображённый на полотне мальчик был тем, кого она встретила на опушке леса при своём побеге.

Глава 4

Тройка преданных главе Огня ассасинов благополучно уходит от противников, подметив при этом, что предположительной погони не намечается. Они прекращают активное движение, только войдя в город. Ребята взбираются на стены центра Накинии и остаются на месте, сидя на корточках. Перед ними раскидываются дома, улицы, аллеи и дороги цивилизации в цветах заходящего за горизонт солнца. Расположившийся посередине Коннор ожидает несколько секунд и выставляет правую руку перед собой. Незамедлительно сверху него появляется его питомец и, аккуратно складывая крылья, приземляется на предплечье хозяина. Тот почёсывает его оперенье, убеждается, что с приятелем всё в порядке, и пересаживает того к себе на плечо. Затем Саксонский поворачивает голову вправо и влево, осматривая состояние каждого ассасина. Парень замечает, что дыхание Гильяны никак не может прийти в норму. Она всё так же часто делает вдохи и шумные выдохи. Коннорс взглядом обращает её внимание на себя. Девушка только машет рукой, придерживая горло время от времени.

– Всё нормально, брат Коннор, – говорит она.

– Гиль, точно всё хорошо? – из-за плеча правой руки выглядывает напарник.

Вместо ответа Саксонский треплет девушку по голове, показывая парню, что ничего страшного.

– Э-эй, Гильяна, – протягивает Аран, – ты всегда была такой медленной, что сейчас не можешь перевести дыхание.

Упрёк воспитанника Аррани не остаётся без наказания: Коннор тут же даёт ему подзатыльник. В отсутствие главы клана старший для них – он, поэтому ему передаются все полномочия над этими детьми. Аран хватается за ушибленное место и чуть шипит от неприятного ощущения. Гильяна прыскает в кулак. Ей приятно, что та часть, за которую брат Коннор не всегда её принимает, в этой ситуации стала для него поводом для её защиты. Второй ассасин в клане заступился за сестру, хотя всегда сам выступал за то, чтобы она поскорее избавилась от этого изъяна в её подготовке.

– Так куда мы сейчас? – спросила девушка. – Вернёмся в клан?

– Нет, – быстро реагирует Коннорс. – Переждём в местных владениях главы Накинии. Сегодня вы двое хорошо поработали.

Без лишних слов ассасин оттолкнулся от поверхности стены, Эс синхронно с ним взмыл вверх. Старший приземлился внизу, сделав смягчающий кувырок, обернулся к соклановцам. Напарники переглянулись и сделали то же самое.

Пока они бодро миновали крышу за крышей, Коннор мельком посматривал на воспитанников Аррани. Уже долгое время ему не предоставлялся шанс побыть для них главным, в отсутствие лучшего друга. Ведь всем в клане известно, что эта неразлучная парочка вьётся за главой хвостиком и, многие могут подумать, что помогают ему гораздо больше его самого – правой руки первого ассасина в клане Огня. Практически на выходе из города Коннор забирается на тонкий, вытянутый копьеобразный купол. Ребята слегка недоумённо следуют за ним. Старший снова садится почти на самый край одного из выступающих железных прутьев, Эс кружит над ассасинами и пикирует на своё законное место. Аран с Гильяной тоже располагаются на отдельных прутьях рядом со старшим.

– Брат Коннор, почему мы остановились? – повернув к нему голову, спрашивает Гиль.

– Хотите поужинать под открытым небом? – внезапно предлагает тот, указывая рукой на представшую взору внизу площадку ресторана.

Единственным принадлежащим ему зданием была пристройка к жилому дому, которая, по видимости, служила местом расплаты за еду, да и только. В остальном – это были обычно расставленные столики с несколькими исключениями в виде дополнительно поставленных над ними зонтов.

Ребята настолько не ожидали услышать такое от старшего, что надолго затихли, не осмеливаясь вообще что-то произнести. Даже их кот практически бесшумно сонно вылез из-под одёжки Арана и спокойно добрался до уютного широкого плеча юноши. Питомец зевнул пару раз и снова отключился досматривать свои сновидения.

– М-мм, брат Коннор… – неуверенно начала Гильяна.

– Брат Коннор! – громко обратился Аран, решив взять инициативу на себя. – Какая муха тебя укусила? Только Босс разрешает нам отвлекаться от дела!

Напарница активно закивала в подтверждение его слов.

– Охо, ребята, – как-то весело отреагировал Коннорс, – вы всегда ставите главу клана выше меня! Из-за этого я могу и обидеться, знаете?

Его речь звучала абсолютно несерьёзно, и ассасины это знали. Однако, они всё равно были в шоке от поведения старшего. Ведь он никогда не проявлял себя в подобном отношении. Эс поддержал хозяина кратким криком. Кот воспитанников Аррани не шелохнулся.

– Ладно, – закончил Коннор, вздыхая. – Я разрешаю вам двоим повеселиться.

Как только он отпустил своего орла в свободный полёт и поправил балахон, чтобы спрыгнуть, напарники оживились.

– Подожди, брат Коннор! – встрепенулась Гильяна.

Ассасин замер. Посмотрел на обоих по-очереди.

– Спасибо, брат Коннор, – за неё ответил Аран.

– Всё в порядке. Вы это заслужили.

Он встал во весь рост, расправил руки в стороны и шагнул «в пропасть» лежащего поверх земли камня улиц. Ребята опустили головы вниз. Пара прохожих чуть вскрикнула от страха, но им не было смысла переживать: старший упал в высокий пуд сена и благополучно выбрался из него, после затерявшись среди прохожих.

– Как думаешь, что на него нашло сегодня? – спросила Гильяна.

– Без понятия. Но! – посмотрел на неё. – Это значит, что мы можем провести этот вечер вдвоём!

– Аран! – заканючила девушка, дёрнув его за рукав. – Разве мы не предаём Босса? – отвела глаза в сторону. – Мы не отправили ему орла с донесением, а сами идём отдыхать.

– Не волнуйся, – он положил ладонь на её плечо, – брат Коннор сам отпустил нас. И потом, когда последний раз мы выбирались из владений, чтобы просто прогуляться по городу? – он всё ещё видел грустный взгляд напарницы и продолжил: – Я тоже переживаю за Босса, но… – приблизился к её уху вплотную, – он ничего не узнает, – уже шёпотом.

Гильяна слегка улыбнулась и заметно повеселела. Она поддалась настроению друга. Всё равно, она бы не смогла бросить его затею в одиночку. Куда он, туда и она. Ничто не может их разлучить.

Они одновременно встали перед выступом и бросились вниз, как до этого сделал Коннорс. В полёте Аран ловко заключил их кота в защищающие объятия, что тот по окончании даже ничего не заподозрил. Ребята так же приземлились на мягкое сено и немного побаловались в нём. Благо, рядом уже никого не было видно в эти минуты. Покончив с этим, они отряхнулись и, с толикой гордости откинув свои капюшон и чёрную шапку, отправились к открытому ресторану без крыши над головой. С первыми шагами Гильяна хихикнула и, чуть приподнявшись на носках, поправила растрепавшиеся волосы напарника и спадающие на лицо пряди. Аран тоже усмехнулся своей небрежности, но девушку поблагодарил. Они дошли до пристройки ресторана. К ним вышел грузный мужчина средних лет и любезно поприветствовал. Он отдал указание одному из официантов обслужить прибывших гостей.

Вечер выдался вполне удачным. Это можно было легко заметить по выражению лиц воспитанников главы Огня. Сейчас парочка шла по бульвару на окраине города. Солнце давно скрылось за горизонтом. Наступила живительная прохлада вечернего времени суток. Уличные столбы света догорали свои последние дни, поэтому вокруг царил полумрак. Луна пряталась за периодичными облаками. Иногда ассасины ощущали на себе дуновение ветерка. Такие необременённые моменты Гильяна любила больше всего в жизни. С тех пор, как она добровольно ушла из семьи вслед за Араном, в их повседневности больше не было места «романтики», спокойствия в обычном понимании этого слова, умиротворения. Единственное, что сестра воспринимала как успокоение, была глубокая привязанность к Аррани. Она перевела взгляд на напарника и улыбнулась. Сегодня они позволяли себе её гораздо чаще положенного. Но что поделать, брат Коннор дал вольную! Этим нельзя было не воспользоваться.

– Гиль.

– М?

– Тебе не холодно?

– Нет, что ты, – уверила подруга. – А ты как себя чувствуешь? Не расстроен?

– Что? – недоумённо спросил Аран. – Ты о чём?

Девушка вдруг остановилась, встала к нему боком и чуть подняла голову. Лицо обдало серьёзностью.

– С того момента, когда мы не спали вместе той ночью, прошло столько времени, но ты мне так и не сказал, что думаешь по поводу девушки, которая пришла вместе с Боссом.

Её глаза смотрели на него в упор и покорно ждали ответа. Если бы он осмелился перевести тему, она бы не осталась в стороне. Рано или поздно всё равно бы узнала его мысли. В принципе, ему было нечего скрывать. В конце концов, он всегда рассказывает ей всё, что лежит у него на душе. И пару неприятных чувств у него имелось. Тревожить напарницу раньше времени ему не хотелось, поэтому он не поднимал беспокоящие его темы заранее. Сейчас она давала ему такую возможность.

– На самом деле, я был очень расстроен, что Босс отправил меня к брату Коннору. Знаешь, я не смог заснуть той ночью и всё это время провертелся в переживаниях. Мне было не по себе от мысли, что с тобой может что-то случиться.

Давным-давно поломавшийся голос друга с мальчишеского на голос молодого человека звучал сейчас очень необычно. Будь эти фразы сказаны с ноткой юношеской меланхолии, Гильяна бы подумала, что напротив неё стоит парень, наполненный романтизмом и наивными мыслями о жизни. Однако она прекрасно осознавала, что Аран – это не какой-то паренёк, а её лучший друг, её половинка. Без него она не сможет существовать, не то что жить. Не считая их связи с главой клана, Аран был для неё самым важным человеком, и она никогда не стеснялась этого показывать.

– Для меня тоже, – наконец, вымолвила напарница. – Было очень непривычно спать с тобой порознь. Не знаю, когда стала так зависима от тебя, но сейчас это так.

– Ты права. Если подумать, то раньше мы просто дружили в детстве, и я бы тогда удивился, что могу сказать что-то такое в настоящем.

Гильяна снова приободрилась и со смачным звуком внутри гортани с подскоком обняла парня за шею. Аран обхватил спину девушки руками и крепче прижал к себе. Они постояли так какое-то время, потом разъединились. Подруга по-прежнему держалась за внутреннюю часть его предплечий.

– Но ты так мне и не ответил. Насчёт Мины.

– Это… – он почесал затылок левой рукой.

Однако договорить ему не дали. Ребята почувствовали сзади приближение нескольких человек. Все мужчины. Все пьяны. Громкие отменные голоса. Ассасины немного отвернули головы назад, не привлекая внимание приближающихся. Как назло, поблизости не было и души. С первого взгляда оружия при них не было, но они могли достать его гораздо позже. Пора немного посоображать.

– Как поступим? – тихо спросила Гиль.

– Кажется, у нас не осталось времени на разборки с местными. Наверняка брат Коннор уже заждался. Давай пойдём отсюда.

– Поняла. Расходимся на…

– Раз…

– Два…

Неприятные личности положили глаз на парочку и в открытую ускорились, чтобы потрепать им нервы. Они были совсем близко к ним на расстоянии вытянутой руки.

– Три!

Ассасины резко оттолкнулись с места и отпрыгнули в противоположные стороны, на лету надевая головные уборы, которые скроют их от посторонних глаз. Это произошло в тот момент, когда местные так же стремительно достали свои кинжалы и успели замахнуться на ребят. Во время прыжка Аран услышал звонкий голос подруги. Она вскрикнула от неожиданного попадания. Один из мужчин попал ей по голени в последний момент, поэтому Гиль была вынуждена приземлиться раньше запланированного. Увидев, что на неё покусились, а кот секундой ранее резво бросился на защиту хозяйки, парень не стал раздумывать и поспешил ей на помощь. Перед тем, как другой, охваченный яростными когтями питомца ассасинов, склонился над девушкой, пытаясь снять с себя кота, Аран произнёс, выходя из темноты деревьев:

– Эй, ты!

Он обращался к каждому из них. Обернулись все, кривя рожи от неуместной усмешки. Видимо, эта ситуация их забавляла. Ассасин подумал, что их языки настолько заплетаются, что он бы всё равно не понял ни единого слова от них. Даже без слов они понимали действия друг друга. Одни хотели позабавиться с парочкой молодых «беззащитных» людей, другой – разуверить их в этом. Как раз в тот момент, когда Аран заставил всех повернуться к девушке спиной, она ловко встала на ноги, не обращая внимания на кровоподтёк и разорванный спиральный сапог, и сразу оглушила двоих с помощью локтей, своевременно поймав котика от его прыжка. Аран не терял времени и отправил в бессознательное состояние последнего ударом в челюсть. Теперь они трое валялись в ногах двух ассасинов, а те смотрели сверху на их жалкие тела. Следом возле них полностью погас уличный фонарь. Парень переключился на напарницу.

– Гиль, ты в порядке? – он обошёл их и примастился к подруге, берясь за её левое плечо. Маленький друг перешёл на плечо парня. – Можешь идти?

Сестра бережно отвела руку парня в сторону, чтобы проверить свои возможности. Она перенесла вес на покалеченную ногу, ступила на неё и вот-вот бы упала, если бы Аран тут же её не подхватил.

– Всё с тобой ясно.

Парень покопался в карманах своей кожаной куртки и достал оттуда бинты. На первое время залатал ранение. Без лишних движений он поднял её на руки. Гильяна обвила его шею руками, заставив кота немного потесниться, в который раз за сегодня. С некоторым чувством неловкости она прикрыла глаза на пару секунд. Они двинулись дальше.

Уже будучи возле дома главы Накинии, ребята увидели у самого входа брата Коннора.

– Чёрт, – тихо выругался Аран, посмотрев на него, – брат Коннор меня убьёт.

Подруга чётко его расслышала и стала легонько стучать ладонью ему в грудь.

– Опусти меня на землю! – так же шёпотом проговорила она. – Быстро, быстро!

Но вместо этого ассасин лишь немного подкинул её в воздухе, чтобы удобнее взяться.

– Сиди уже. Он заметил твою рану.

Он подошёл к старшему. Саксонский стоял со сложенными руками и вмиг поменявшимся лицом на крайне недовольное. Он переместил уничтожающий взгляд с Арана на рану девушки.

– Что это?

– Брат… – щадящим голосом начал парень.

– Я спросил: что с Гильяной?! – прорычал рыжеволосый.

– Брат Коннор, не злись… – попыталась влезть Гильяна.

– Молчать! – но тут же была заткнута.

Ребята закрыли рты и остались на месте с виноватым видом. Не дождавшись ответа, старший повертел головой в раздосадованных чувствах. Он молча взял Гильяну из рук Арана и понёс её к местному лекарю. Сестра не сопротивлялась и с заметной охотой перекочевала на руки Коннора. Напарник пошёл за ними.

Лекарь осмотрел рану девушки, обработал и перевязал по новой. Когда он ушёл по своим заботам, Аран хотел взять её и отнести к ним в комнату. Однако Коннор жёстко прошёлся своей короткой тугой верёвкой ему по рукам. Собрат отдёрнул их и скрючился от боли. Гильяна хоть и хотела как-то помочь выйти из ситуации, но, взглянув на старшего, передумала вмешиваться. В голове у неё проносились лишь одни слова: «Аран, прости!»

– Ты понимаешь, что за твою неосмотрительность глава будет первым делом спрашивать с меня? – глухо спросил Саксонский.

– Да, – морщась, ответил Аран.

– Ни черта ты не понимаешь! – взорвался Коннорс. – Глава Аррани доверяет мне вас, а ты возвращаешься с раненой сестрой! Да, порой на заданиях бывает гораздо хуже, но я отпустил вас в свободное от работы время! И что получил в итоге? Что прикажешь говорить главе, когда он увидит, что сестра Гильяна не в целости?

Аран сглотнул. Коннор заложил руки за спину, сделал пару тяжёлых показательных вздохов. На улице послышались раскаты грома. Кот вздрогнул от этих звуков. Старший повернул голову в сторону открытого окна. Яростный ветер настигал эти территории.

– Почему сестра Гильяна ранена? – наконец спросил правая рука главы.

– К нам пристали трое крестьян. Они были пьяны и вооружены. Мы собирались убраться оттуда, но один из них успел задеть сестру Гиль кинжалом.

– Брат Коннор, это я была недостаточно резка и не успела отпрыгнуть на достаточное расстояние! – она всё-таки решила прояснить этот момент.

Коннорс не перебил её и внимательно вслушался в эти слова. Он немного поразмыслил. На улице начались ливень с грозой. Тяжёлые капли стучали по деревянной постройке, и их звуки отдавались в ушах.

– Триста уворотов от шаров, – последнее, что прозвучало из его уст, как приговор воспитанника.

Гильяна расширила глаза от шока и хотела дёрнуться, но напарник ей не позволил. Он примет это наказание. Коннор отправил парня на улицу, а сам собрал несколько собратьев. Они вышли под сильный ливень и отошли к небольшому пятачку возле сарая. Оттуда ассасины вытащили ящики с небольшими, но увесистыми шариками, окружили парня и приготовились ждать приказа. Главы Накинии в этот день во владениях не было. За старшего считался Коннор как второй ассасин в клане. Он посмотрел Арану в глаза и рывком кинул первый шар прямо в собрата. Это был знак для остальных. Со всех сторон посыпались небольшие орудия, от которых необходимо было уворачиваться. Так должно было продолжаться до тех пор, пока он не увернётся от трёхсот шаров.

Непрерывистые стихийные капли дождя мешали обзору, к тому же, было темно. Скользкая от ливня земля сильно усложняла ассасину задачу: ноги то и дело разъезжались в разные стороны; удержать равновесие было весьма затруднительно. Прилетавшие в руки, ноги и туловище шары больно впивались в каждую часть тела парня, оставляя на нём синяки и даже кровоподтёки. Но, несмотря на это, он делал всё, что было в его силах. Как говорилось выше, он был готов принять наказание, потому что и сам считал, что не сумел уследить за подругой должным образом, не смог её защитить. Нужно было без раздумий уходить от потенциальной угрозы без промедления. Медленность – это слово выводило брата Коннора из себя. Он всеми силами старался, чтобы его ассасины не обладали этим качеством, поскольку оно затмевало истинные способности собрата.

Прошло немало времени с момента начала его наказания. Коннор периодически кричал ему количество оставшихся уворотов, что они будут продолжать так до тех пор, пока он не проявит свои навыки и не выполнит возложенную на него задачу. И когда Аран в последний раз ушёл от летящего шара, старший прокричал «стоп». Братья скорее зашли в дом, скрываясь от ливня. Воспитанник Аррани устоял на ногах, но после окончания наказания опёрся ладонями о колени и тем самым согнулся. Коннор оставался подле него и молча смотрел на него. Тогда тело парня не выдержало, и он упал лицом вниз. В его душе не было обиды. Он был даже рад, что справился с этим. Ассасин тяжело дышал, и его не волновало, что он весь мокрый, весь в грязи и весь побитый. Рыжеволосый подошёл к нему, опустился на корточки и спросил, перекрикивая звуки дождя:

– Ты понял, почему я выбрал это наказание?

– Так точно, брат! – из последних сил выдавил тот.

Старший удовлетворённо кивнул и, подсунув руку ему под шею, плавно поднял его на ноги. Аран опёрся на него и начал передвигать ногами. Гильяну своевременно увели в спальную комнату, поэтому она не видела, в каком состоянии её друг вернулся к лекарю. С другой стороны, она и так знала, что он бы всё равно не издал и звука страдания, а внешние повреждения всегда будут скрыты под одеждой.

Ночью Гильяна была обеспокоена состоянием напарника; к тому же, она прождала его половину ночи, но он так и не появился в её поле зрения. Оставшийся с ней кот лежал у неё под боком и тоже не спал. Сестра могла продержаться и дольше, но одновременно с этим понимала, что у него появилась бы возможность показать себя при удобном случае. Так как этого не происходило довольно долгое время, молодой ассасин закрыла глаза и погрузила себя в сон. Лишь с рассветом она спустилась на первый этаж в поисках друга. В большой комнате ей на глаза попался Коннор. Приметив девушку, старший спросил:

– Как твоя нога?

– Всё в порядке, брат Коннор, – кивнула она. – Боль почти прошла.

Саксонский задержался на ней, пристально всматриваясь.

– Сначала сходи к лекарю. Он перебинтует тебя. Потом можешь идти к брату Арану.

После этого он махнул ей рукой в манере приказного жеста и ушёл из видимости. В такие моменты Гильяна была особенно чувствительна. Как он догадался, что она первым делом собралась к Арану? Невзирая на раздумья, ассасин сделала, что ей велели.

Сестра Гильяна вышла на улицу, где завтракали соклановцы, и только тогда наконец увидела друга. Ничто не выдавало в Аране плохого самочувствия. По крайней мере, единственный открытый участок в виде головы был в полном порядке. Ассасин не спеша помогал братьям: подбрасывал дерева в огонь, подавал миски с едой, приборы и прочее. Однако его настроение показалось девушке не самым лучшим. Оно было безучастным. До тех пор, пока он не увидел напарницу. Он не изменился в лице, но и без этого она смогла понять, что не стоит беспокоиться. Гильяна присела возле парня; кот перебрался на законное место. От этого действия девушка заметила, как ассасин буквально на секунду сделал краткий глубокий вдох, какой обычно делают, когда тревожат свежую рану. Она обратила внимание Арана на себя, но парень взглядом заверил её, что всё нормально. Спрашивать про вчерашнее Гиль не осмеливалась: она чувствовала долю своей вины в случившемся, хотя ей не составило бы труда поделиться мыслями с другом. Небольшое напряжение среди соклановцев как-то отталкивало её порывы.

Спустя небольшое время, во дворе появился Коннор. При нём была вся экипировка, что говорило о том, что им троим пора было собираться в дорогу.

– Брат Аран, сестра Гильяна, выдвигаемся, – бросил он.

Молодые ассасины попрощались с соклановцами и направились вслед за старшим. Здесь же сестра снова заметила, что напарник стал передвигаться не так, как обычно. Но времени останавливаться на этом не было. Глава клана ждал их возвращения.

Ближе к полудню тройка ассасинов Огня добирается до владений клана. Пройдя через вход, Коннор озирается на Арана.

– О ранении сестры Гильяны Аррани ни слова, понятно?

Привыкшие делиться с наставником абсолютно всем, ребята озадаченно обменялись взглядами. Коннорс показательно втянул воздуха в грудь, выставляя кулак вперёд, говоря им, что сомневаться запрещено. Воспитанники главы согласились. Аран был даже не особо против. Гильяне хотелось думать, что за этим не стояло что-то серьёзное. Её до сих пор мучило желание лично осмотреть напарника на наличие каких-либо повреждений. И если она найдёт хоть что-то…

От таких мыслей её отвлёк сам Аран, подталкивая в спину. Они зашли в домик лекаря. Здесь была и Мина. Девушка спала сидя, на стуле возле его кровати. Аррани просматривал бумаги. Как только он увидел вошедших ассасинов, поднял голову и отложил работу в сторону. Коннор и молодые ассасины отдали ему честь. Старший облокотился о тумбочку, Аран остался стоять, а Гильяна присела на постель главы. Орлиными глазами блондин окинул взглядом своих воспитанников и лучшего друга и мог убедиться, что атмосфера не совсем спокойная. Впрочем, об этом он узнает после. Они вернулись живыми, это уже неплохо. Первоначально его интересуют результаты их миссии.

– Докладывай, – говорит он, обращаясь к Саксонскому.

– Глава, а… – запинается тот, имея в виду Мину.

– Оставь. Пусть ещё поспит, – со второго этажа спустилась Мария. Вид у неё был измученный.

Лекарь подставила себе стул возле Асонской, села и запрокинула ногу на ногу. Приняв ответ, Коннор начинает своё повествование, но на минуту задерживается, так как светловолосая просыпается сама, смывая с лица дремоту. Она здоровается с ассасинами. Далее Саксонский рассказывает главе клана про их поиски, описывает обстановку возле предполагаемого убежища противника. Аррани внимательно выслушивает каждую мелочь. Правая рука главы оканчивает монолог. Всё, что касается докладов, вылетает из уст парня с особой ответственностью, что нельзя заметить при обычном разговоре. Как итог, глава Огня заключает:

– Мне обязательно нужно будет там появиться. Моё чутьё подсказывает, что вы были очень близки к разгадке.

– Ты должен взять с собой и меня! – вклинивается Мина, чуть подавшись к нему.

– Мина… – одёргивает её Коннор, нахмурив брови. Однако блондин останавливает его.

– Пускай говорит.

Поблагодарив парня взглядом, Асонская продолжает:

– Я не буду помехой, потому что хорошо читаю местность леса, и многие нюансы, связанные с его массивами, мне отлично понятны.

– Брат Коннор достаточно способен для такого рода вещей, как и остальные ассасины, – резонно замечает Аран.

– Я могу читать следы на земле, – быстро проговаривает Мина, уверяя каждого в своей необычной способности.

Все недоумённо уставились на неё.

– По правде, я не знаю, откуда это во мне, но каким-то образом, пока что не идеально, но я могу напасть на след или сказать, где точно проходили люди, а где – нет.

Глава клана задумчиво молчит. Коннор, посмотрев на него, говорит:

– Глава, нам нельзя полагаться только на предположения девушки.

Однако, ещё раз заглянув другу в глаза, он понимает, что тот уцепился за эту информацию. Она казалась совершенно бессмысленной, но Ар решился на это.

– Я утверждаю, что если у меня это не получится, то я возьму тебя с нами, – с расстановкой произнёс блондин.

Мина в очередной раз засияла от его обещания. Ассасины восприняли этот восторг не с лучшими мыслями. Доклад был окончен, поэтому Аррани собирался спросить воспитанников, что произошло во время миссии, но Коннор опередил его:

– Мара, как его состояние?

– Я сегодня осмотрела его. Рана заживает очень хорошо, но сегодня, возможно, даже завтра ему пока что нельзя двигаться и делать резкие движения.

Глава не оспаривает заключение лекаря. Ей виднее. И всё же это порядком тормозит его миссию. Мина напрягается от этого с каждым днём всё больше, но, с другой стороны, она понимает: здоровье Аррани важнее, и плюс к этому она может подробнее изучить ассасинов как отдельный народ. Подумав об этом, она решает, что это неплохая идея, и неловко озвучивает:

– Сестра Мария? Могу я попросить тебя показать мне клан?

На что лекарь сначала проницательно всматривается в главу клана, спрашивая таким образом, можно ли чужаку здесь осмотреться. Аррани провёл круг глазами, говоря, что ему это тоже не нравится, но отпустил их на прогулку, потому что уже догадывался, что Мина всё равно добьётся своего и заставит его согласиться. Пока он не в состоянии нормально функционировать, это убивает его полностью. Отчего-то он при этом не может отказать ей. Возможно, сейчас он нарушает устав клана и допускает на изучение их территорий постороннего, но, невзирая на это, он решает довериться своему инстинкту. В любом случае, она здесь в качестве коллеги Марии, поэтому её присутствие не отразится на клане.

– Будьте максимально осторожными, иначе эта вылазка может дорого нам стоить, – просит он.

– Глава, не волнуйся. Я буду вести себя непринуждённо, – весело заверят его Мина.

Мария не в восторге от такой идеи, как и остальные, но слово главы она не хочет нарушать. Девушки выходят из домика. Как только за ними закрывается дверь, Аррани уверенно заявляет, предвидя, что лучший друг начнёт его расспрашивать:

– Тебе не нужно беспокоиться о Мине. Я всего лишь дал ей надежду. Я собираюсь самостоятельно найти вход в замок Шилсы и сразу всё уладить.

Он заостряет внимание на Саксонском. Тот смягчается.

– Я предполагал что-то подобное.

Теперь Аррани может вернуться к своим ранним мыслям и выяснить, что случилось на задании.

– Аран, Гильяна.

– Да, Босс! – хором отзываются ассасины.

– Вы мне скажете, что произошло?

Повисает напряжённое молчание. Хотя старший Коннор велел держать рот на замке, глава клана по одному виду смог их раскусить. Видя, что никто не собирается признаваться, Аррани пускает в ход действенный метод, уловив незаметный взор ученика на напарницу:

– Гильяна, встань.

Девушка сделала это.

– А теперь пройдись.

Аран отошёл в сторону и дал ей дорогу. Сначала её шаги были неуверенными и какими-то рваными, но потом она решила, что терять ей нечего, поэтому стала опираться на больную ногу со всей силы. На её лице не дрогнули мышцы от неприятных ощущений. Выполнив небольшое поручение, девушка остановилась напротив кровати блондина. Его вопрос вылетел из уст как должное:

– Что с Гильяной?

Глава Огня переводил взгляд с лучшего друга на Арана в ожидании всех разъяснений. Устав ждать, он лично встал с постели, подошёл к девушке и аккуратно отдёрнул часть её балахона с юбкой, открыв взору причину сложившейся ситуации. Аррани убедился в своих догадках. Теперь деваться было некуда. Коннор закрыл один глаз правой ладонью в расстроенных чувствах, вздохнув и понимая, что это было, в принципе, ожидаемо. Сестра мешкалась в нужных действиях. Аран уже открыл рот, чтобы всё пояснить, но старший перебил его:

– Ар, это моя вина, – спокойно сказал Коннор. – Это я отпустил их после задания развеяться и не проследил. Ребята здесь не при чём.

Молодые ассасины приоткрыли рты от того, что Саксонский берёт всю вину на себя. Они виновато подняли глаза на учителя. Аррани отпустил ткань одежды Гильяны и положил руки на бока.

– Не болит? – спросил он, смотря на девушку. Та отрицательно помотала головой. – Хорошо, тогда, – указал на напарников, – проследите за Миной и Марией, чтобы обе были под защитой, если вдруг что-то случится.

– Слушаемся, Босс!

Гильяна вышла из домика раньше Арана. Глава клана задержал его ладонью.

– Сними перчатки, – приказывает он.

Откровенно нехотя ученик главы стягивает укороченные перчатки с рук. На свет выставляются ссадины и замотанные порезы. Одарив лучшего друга недобрым взором, блондин сам поднимает красноватую рубашку парня. Под ней также видны синяки и бинтованные области. Аран осознаёт всю плачевность происходящего.

– Твоя работа? – спрашивает у Коннора.

– Да, – чётко отвечает рыжеволосый.

– Гильяна это видела?

– Она не видела, Босс, – быстрее отвечает Аран.

– Это хорошо, – он помедлил. – Свободен.

Аррани отпустил и его. Ассасин вышел за дверь. Глава вернулся под одеяло и закрыл глаза. Помолчали.

– Это было обязательно? – блондин прорезал тишину. Он не хотел злиться на друга.

– К ним пристали на улице. Уйти было возможно. Причём сразу же. Он не успел защитить Гильяну, поэтому она получила порез.

Краткими объяснениями Коннор ввёл Аррани в курс дела, и всё встало на свои места.

– Ар, извини, если это причинило тебе боль, но я должен был показать ему его ошибку.

– Нет, – продолжительно выдохнув, заверил тот, – не извиняйся за это. Пускай, часть меня недовольна тем, что мои ученики получили увечья, но ты всё сделал правильно. Скорее всего, я поступил бы так же. К тому же, думаешь, я не знаю, как ты заботишься о них: не хуже, чем я? – лукаво намекнул ему друг.

Саксонский усмехнулся и повертел головой в разные стороны.

Мария провела спутницу главы по всем владениям клана Огня, не затрагивая лишь пещеру Прародителей. Вход туда был строго воспрещён. Лекарь клана не была дурой, потому осознанно не повела чужого человека в это место. Впрочем, забот хватало и без этого. Мина стойко выдерживала каждое место, куда она приводила её, и каждое здание, которое она описывала. Словом, этой девушке всё было интересно. Иногда Мария думала, знай бы обычные крестьяне про Сообщество ассасинов, стало бы им интересно узнать о них или же, наоборот, они бы всеми возможными способами старались откреститься от их личностей? Во всяком случае, неподдельный восторг спутницы главы как-то успокаивал её.

Аран и Гильяна чётко выполняли своё поручение и следили за девушками. Каждая из них заметила «слежку», но ничего против они не имели. Обе понимали, что это ради их безопасности. Или безопасности исключительно Мины. Мария осознавала, что глава поступает по отношению к незваной гостье так, потому что таковы минимальные предохранительные правила, но в глубине души она никак не могла избавиться от навязчивой мысли, что он это делает очень старательно, будто заботится о Мине по-настоящему. Признаваясь самой себе, это задевало. И даже когда они вернулись, Аррани встречал их не одним взглядом. Для каждой у него было припасено разное отражение в глазах. Если светловолосая этого не заметила, то лекарь клана, долгими годами любящая только одного человека, давно читала всякие жесты возлюбленного без особого труда. На первых порах её это расстраивало, но потом благополучно отодвигалось назад, потому что Мария всегда держала в голове собственные обещания.

Этот день, ставший для Арана и Гильяны таким тяжёлым, закончился. Всё время сестра проходила в волнениях за парня, не показывая ему. Зачем глава задержал напарника в домике лекаря? О чём они говорили? Пока парочка была на задании, у неё не было возможности спросить у него что-либо. А если такой момент и наступал, то ассасин отмахивался. Его поведение вгоняло девушку в грусть. Они же никогда ничего не скрывали друг от друга. Гильяна даже подумала, что за сегодня они отдалились друг от друга намного быстрее того времени, за которое по-настоящему могли бы.

Они отчитались Аррани. Аран сказал подруге, что хочет пойти сполоснуться из-за невыносимой дневной жары, которая послужила причиной его пота. Гильяна отправились в спальни. На этот раз глава разрешил Мине спать в отдельной комнате, поскольку убедился в спокойной обстановке. Когда Аран вернулся, переодетый и свежий, то устало бросил перчатки и куртку в сторону и медленно опустился на спину. Сестра уже сидела на футоне, подтянув правую ногу под себя, а левую расположила перед собой, поскольку именно её ей было трудно сгибать. Она ждала возвращения напарника. Бросившиеся в глаза бинты на пальцах только подогрели её догадки. Больше не раздумывая, она сказала:

– Ар, – называть парня тем же сокращением, что и главу клана, сестра могла только, когда они оставались наедине, – покажи мне ссадины.

Аран открыл глаза и развернул голову к ней. Она упёрлась ладонями в футон. Её вид прямо говорил ему, что она не отступится от своих намерений.

– Гиль, всё хорошо, – он бережно прикоснулся к её руке.

– Нет, не хорошо! – напарница чуть ли не вырвала свою руку из его аккуратной хватки, показывая, что крайне недовольна его ответом. – Почему ты так поступаешь? Мы же… – вдруг запинается она; первые слезинки выступают у подножия века, – мы же всегда всё рассказываем друг другу!

Гильяна хлопнула по футону и смахнула капельки слёз. Понимая, что таким поведением он огорчает подругу, Аран без лишних слов приподнялся, принял сидячее положение и стянул с себя рубашку. Гильяна распахнула глаза от увиденного. Она немедленно прикоснулась к его торсу, затем придвинулась к спине – везде она увидела синяки и многочисленные порезы. Сказать, что на нём не было живого места, было бы ложью, но всё равно его ушибы и увечья не делали картину лучше.

– Ну что, посмотрела? – немного грубо спросил ассасин и хотел надеть рубашку обратно.

Гильяна остановила его от этих действий.

– Оставь. Ночи тёплые. Тебя не продует. Но если будет холодно, – она нежно обвилась руками вокруг его спины и аккуратно подтолкнула его на спину, – я согрею тебя.

Они опустились в лежачее положение. Аран отложил рубашку в сторону и обнял подругу в ответ. Хоть она не могла помочь ему избавиться от увечий, её поддержки было вполне достаточно. Они полежали так какое-то время. И Гильяна снова заговорила:

– Прости меня, Ар, – и потёрлась носиком. Ему стало щекотно. Он дёрнулся от её движений.

– Ничего. Ты не виновата.

Он гладил её пышные рыжие волосы, успокаивая её и успокаиваясь сам. Теперь все недосказанности прояснились, и они снова вернулись в полное взаимопонимание. Она не злилась на него за то, что не смог вовремя защитить, а он отпустил свои обвинения, потому что приносить печаль своей подруге было сущим наказанием, похлеще трёхсот ударов шарами.

Глава 5

Вечером. Замок Шилсы.

Принцесса Саксонии всеми силами желала, чтобы рядом с ней оказался такой человек, который запросто бы вывел её из себя. Ей казалось, если она не получит его в ближайшее время, то точно сойдёт с ума. Никогда ранее не бывавшая в плену, девушка старалась держаться и не сойти с плавной дорожки адекватного размышления. Но с каждым часом, каждым вдохом становилось всё труднее. Нина любила свободу так же сильно, как и своих родителей, которые являлись для неё мерилом всех светил. Ей попросту не доставало солнечного света, свежего воздуха и прекрасных окружающих пейзажей. Без этого она не могла дышать. В тёмной камере, единственный факел которой давно погас, душного подвала Хозяйки замка сковывались все её мысли. Взглянуть на неё сейчас – и вы увидите человека, смотрящего будто сквозь пространство, с безучастным видом и полной отрешённостью. Принцесса ещё как-то реагировала на страдательные крики первого, но когда и они прекратились, слушать ей стало нечего. Монотонно разбивающиеся капли где-то в стороне проедали мозги. Оттого, что Нина потерялась во времени, она стала думать, что сидит здесь уже целую вечность. Спать она больше не желала, потому что отоспалась, наверное, на год вперёд, как и не хотелось плакать из-за масштабного «потопа» недавнего опыта. В этих слезах она выплеснула наружу скопившиеся тревоги, страхи и оставшиеся эмоции. Она прекратила, и почти ничего не осталось. Саксонская снова облокотилась спиной о стену и не смыкала очей.

К жизни она смогла вернуться лишь тогда, когда рядом с камерой услышала уже знакомые шаги: бренча ключами, на пороге появляется Мавн. Нина, до этого смотрящая в одну точку, оборачивается к нему. Слуга заходит внутрь, по-прежнему хранит молчание.

– Поднимайся, – редко произносимые здесь слова другого человека даже придают девушке сил.

Она встаёт с каменного пола и становится напротив. Он надевает ей на шею цепь, что в ту же секунду режет ей горло, связывает руки. Обессиленная и морально истощённая Нина не в состоянии сопротивляться. К тому же, она видит, что Мавн не обращается с ней, как с вещью, поэтому не видит смысла срываться на нём. Хотя, чему выходить? Невнятному писку, на который она только и способна? Слуга Шилсы неспешно ведёт её прочь из подвала, отчего принцесса Саксонии радуется, уже позабыв про оставленную в камере одежду. Впрочем, носить эти ткани уже не представляется возможным – так они испачкались и свалялись. Не обращая внимания на необычность своей ситуации, ей хотелось почувствовать хоть что-то. Появилась надежда, что её не упекут обратно. По крайней мере, вырваться из пучины мрака на какое-то время было для неё подарком для души.

Придя в большую залу, Нина окидывает взглядом помещение и первым делом обнаруживает первого. На коленях перед троном Хозяйки. Со спины ей не видно его лица, что может быть в гримасе боли. Внешних признаков ранений также не наблюдалось, потому как он в своём балахоне. Помимо женщины, Ганза и Арселис, вдалеке от них стояли ещё несколько человек Шилсы и молча наблюдали за происходящим. Мавн подвёл пленницу ближе, ставя её параллельно первому. Боковым зрением Нина всё же высматривает настроение ассасина. Он хладнокровен и никак не проявляет внутреннего состояния. Хозяйка замка, довольная, что принцессу наконец привели к ней, справляется о её моральном и физическом состоянии, хотя все прекрасно понимают, что она просто блефует и строит из себя «заботливую». Она поднимается с трона и подходит к принцессе совсем близко.

– Как себя чувствуете, принцесса? – наигранно лукаво спрашивает Шилса, однако, не касаясь её.

Нина проходится по ней снизу вверх, насколько позволяет шея. Суть переговоров ей всегда была ясна. Сейчас она бы сказала всё, что угодно, ради обыкновенной речи.

– Устала, – словно не своим голосом начала Саксонская, – хочу пить и смыть пот.

– Не волнуйся. Скоро ты всё это сможешь сделать. А пока… – громче проговорила она и зашагала из одной стороны в другую, стуча каблуками, – остаётся ждать наших гостей, – поворачивается ко всем лицом, – из клана Огня.

Первый заметно напрягается. Глаза разбегаются, но ненадолго.

– Пока мы будем наращивать силы и хранить запасы человеческих ресурсов, первый станет официальным надзирателем принцессы Нины, – заключает Шилса.

Нина никак не реагирует. Единственная, кого бы она ни за что не хотела бы видеть, была Рамси. Остальные – пожалуйста.

– Также принцесса вольна выходить наружу, и у неё есть выбор: темница или любезно выделенные покои, – последние слова женщина проговорила ей прямо в лицо, по-прежнему не снимая ложной улыбки.

Нина, услышав подобное, сразу заподозрила что-то неладное, но выбора у неё всё равно не было, поэтому она осмелилась спросить про условия, которые ей поставят, если она всё же выберет отдельные покои.

– Что от меня требуется взамен? – набравшись немного энергии, с толикой ярости спросила девушка.

– Ха-ха, – недолго посмеялась Госпожа, обрадованная своей догадке, – это просто прелестно: оказывается, принцессы Асонии не такие уж дурочки. Н-да, что ж! Условия такие: не привлекать лишнего внимания, быть всегда на глазах у своего надзирателя, иногда за тобой будут присматривать и Ганз с Арселис, – она указала на них рукой и в шутливой манере напоследок задала вопрос в стиле: – Не сбегать – это изначально понятно?

Нина сразу же кивнула. Шилса была абсолютно довольна и снова рассмеялась, хлопнув в ладоши. Она похвалила принцессу. Пересилив себя, Нина согласилась на самый важный пункт, потому что трезво оценила свою ситуацию и понимала, что долго в темнице ей не продержаться. Иначе же Мина сможет найти лишь её труп вместо живого тела лучшей подруги.

– И запомни, – уже серьёзно добавила Хозяйка замка, – сбежать отсюда не так-то просто, если считаешь, что тебе это под силу. Так что можешь не стараться. Ты всегда будешь под прицелом моих слуг и помощников, – увидев в глазах пленницы понимание, она отдала приказ: – Увести.

Мавн проводил Нину и первого к ней в покои. Уже без них Шилса говорит Ганзу и Арселис:

– Приглядывайте за ними время от времени. Мало ли, что эта девка выкинет.

– Да, Госпожа, – отозвался Ганз.

Арселис только кивнула. После того, что женщина сделала с первым после его возвращения от Рамси, та поняла, что её стоит уважать, может, даже немного бояться. Однако, в любом случае, девушка по-прежнему всецело могла доверять одному Ганзу.

Проходя по широким коридорам замка, которые были выполнены в преимущественно тёмных и коричневых тонах, Нина вдруг почувствовала, как начала дрожать. Звук шагов, что теперь отлично могла распознавать практически без ошибок, в виде сапог на каблуке приближался. А когда в их поле зрения попал человек, их издававший, принцесса и вовсе чуть ли не задержала дыхание и старалась не смотреть в ту сторону. Им навстречу шла Рамси. Первый тоже не горел особым желанием встречаться с тёмным ассасином глазами. Мавн игнорировал присутствие соратницы. Тонкие чёрные хвосты болтались сзади хозяйки, стуча по изгибам её конечностей. Один открытый кровавый глаз вполне справлялся с задачей за двоих: устрашал и отводил непрошенные в её сторону взгляды. Они сталкиваются с ней, и по коже Саксонской пробегают толпы мурашек. Рамси уже позади них, но любопытство Нины заставляет её обернуться краем глаза и увидеть, как на край открытого окна села птица в поисках пищи, а Рамси, удачно оказавшаяся возле неё, молниеносно перерезала ту пополам, даже не посмотрев в её сторону. Кобра ассасина выползла из её тайника под одеждой и быстро полакомилась добычей. Затем они обе продолжили движение. Нина пребывала в шоке от такого поступка. Её начало тошнить от лицезрения вывернутых наружу внутренностей птицы. Это приходится заметить первому, и он останавливает их, дав принцессе немного свободы. Мавн посмотрел назад и заметил уродливый труп птицы, поделённый на две части, и всё понял, но всё также молчал, лишь задумчиво всматриваясь в место происшествия. «Сумасшедшая», – проносится у него в голове, хотя он уже привык к такому поведению. Успокоив нервы, Нина готова идти дальше.

Они дошли до её покоев. С этой минуты Мавн оставил их и ушёл. Одинокая, но довольно просторная комната с не менее широким балконом открылась перед принцессой. Двуспальная кровать стояла слева от входа впритык к стене, застланная разноцветным пледом, с двумя большими объёмными подушками. По левую сторону от кровати стоял серый камин, на котором были аккуратно расставлены предметы быта. Над камином висела картина с изображением какого-то человека. Справа от камина в небольшом углублении стены располагался невысокий комод, который одновременно служил и письменным столом, рядом стоял стул с дырчатой спинкой. Наконец, прямо напротив кровати открывался вид на балкон – изюминку этой комнаты. Сейчас он был зашторен полупрозрачными тканями, которые слегка развевались от дуновения ветерка. Первый посадил девушку на просторную кровать, а сам приземлился рядом на небольшую бархатную табуретку. Нина невольно стала свидетельницей, как ему далось это движение.

– Итак, – начал он, – теперь мне нужно тебе официально представиться? – подняв одну бровь вверх, спросил ассасин.

– Я буду более благодарна, если ты снимешь с меня цепи, – она прикоснулась к ней ладонью.

– Этого сделать не могу, но скажу тебе своё имя.

– Серьёзно? – немного оживилась девушка. – У тебя есть имя?

Это прозвучало для парня в какой-то мере оскорбительно, но Нина не имела в виду ничего такого. Ей было действительно удивительно узнавать, что у ассасинов его статуса имеются личные имена. Кашлянув, тот продолжил:

– Меня зовут Ранис. Советую тебе хорошенько запомнить моё имя, потому что обычно я никому его не произношу.

– М-мм, ясно, – саркастично задумавшись, кивнула она. – Ну, а моё ты уже знаешь.

– Как ты хочешь, чтобы я к тебе обращался? Принцесса, принцесса Нина? – подхватил её манеру и решил отплатить.

Однако Саксонскую это ничуть не задело. Ей было всё равно, как он её назовёт.

– Просто «Нина». Этого будет вполне достаточно.

– Хорошо. Тогда я расскажу тебе, в чём заключается моя работа…

– Подожди! – остановила его. – Мне это не нужно. В принципе, всё и так понятно.

– Уверена? – с намёком переспросил он. – Даже то, что в крайних ситуациях нам придётся иметь максимально близкий контакт?

Из-за того, как ассасин это озвучил, по её телу прокатила волна очередных мурашек. Она съёжилась, не желая представлять то, что парень только что сказал. От этих мыслей ей стало плохо. Уже который раз. Одновременно с этим принцесса смутилась. Ещё никто так с ней не разговаривал. Тем более, молодой человек.

– Ч-что ты говоришь?! – заикаясь, спросила девушка.

Усталость как рукой сняло. Её щёки зарделись. Тёмному ассасину явно нравилось над ней подшучивать. Но вместе с этим он вёл себя так, потому что был благодарен принцессе. За тот случай с Рамси.

– Послушай, – он вдруг переключился на серьёзный тон и опустил глаза, начав перебирать цепи в руках, – в ту ночь…

Нина затаила дыхание. Она поняла, что он имеет в виду. Неужели осмелится спросить? Ему не всё равно?

– Зачем ты помогла мне?

Он посмотрел ей прямо в глаза. От такого напора принцесса Саксонии попала в неудобное положение. Зрачки сузились, ходили из стороны в сторону. Она перемялась на постели. Из-за подобной манеры речи девушка не знала, как себя вести. Нахлынувшая эйфория после выхода на белый свет отпустила её, и Нина снова могла трезво оценивать обстановку. В конце концов, какой бы опустошённой она ни была, врождённый оптимизм и надежда на лучшее способствовали её расположению духа и неунывающему сознанию. Притупившиеся чувства вернулись, она ощущала себя живой. Видя её растерянность, ассасин повертел головой.

– Забудь. Зря я это спросил, – он прошёлся пятернёй по шевелюре, не смотря на пленницу. – Уже вечер.

– С твоего позволения я просто полежу.

Ранис удовлетворился её пожеланием. Девушка откинула плед, под которым было заправлено одеяло. Принцесса легла поверх него. Она ощущала прохладу ночного времени, и это было прекрасно. Больше никаких душных комнат. Ветер приятно щекотал кожу, обволакивая каждую её частичку. Тело остывало.

– А ты..? – вырвалось у неё.

– Что?

– Нет, нет. Ничего, – она поспешила отвлечь его.

Нина хотела узнать, что Рамси сделала с ним. Смешно, но она действительно считала, что перемены в поведении ассасина стали следствием его наказания. Он относился к ней здраво и раньше, в отличие от почившего напарника. Однако теперешний он также не укладывался в её голове. Принцесса перевернулась на левый бок и подложила ладони под щёку, не закрывая глаз. Такая поза далась ей с трудом из-за связывающих пут, от которых никто не собирался её освобождать. По крайней мере, сегодня. Она смотрела в забитое окно и пустой камин. Над ней щёлкали часы, выступая единственным источником звуков. За толстыми стенами замка нельзя было услышать что-то конкретное.

Убедившись, что принцесса заснула, первый вышел и направился до покоев Госпожи. Постучал. Дверь открыл Мавн. Они вошли внутрь и завернули направо, в спальни Госпожи. Шилса грациозно лежала на своих одеялах с бокалом вина в руках. При виде подчинённого женщина отставила напиток и сосредоточила на нём внимание.

– Ну, ты пришёл молчать? Говори.

– Госпожа, принцесса выжата и не предпримет каких-либо действий.

– Ха! Даже если она так поступит, то всё равно будет поймана, так как Ганз и Арселис, по меньшей мере, будут за этим следить. Скажу тебе: я не склонна верить в то, что ты сможешь выполнить своё поручение без каких-либо проблем. Посмотри хотя бы на твой прошлый проступок. Так что я не беспокоюсь о принцессе Саксонии, ведь она спокойна и вполне понятлива. Молва о двух храбрых принцессах Асонии распространяется по королевству не зря. Принцесса Нина – одна из них. Всё сказанное может оказаться правдой. Нужно только посмотреть, чем ещё она сможет нас удивить.

Шилса возвратила бокал с жидкостью в руку и сделала большой глоток. Первый стерпел унижение, но на этом откланялся.

– Да, и, будь добр, выполняй всё, что она захочет. Это мой прямой приказ. Девочка познала отчаяние в темнице. Теперь же пора бросить её в противоположную сторону. В последний раз она должна почувствовать себя принцессой.

«В конце концов, она умрёт», – заключила Шилса. И отпустила парня.

– Можешь идти.

Тот вернулся к Нине и незамедлительно погрузил себя в сон до рассвета.

┈───ᗊ───┈

Клан Огня. Домик лекаря.

С первыми лучами солнца в клане Огня начинает кипеть жизнь. Особенно в летний сезон. В то время, когда старейшины ещё могут себе позволить пребывать в царстве снов подольше, старшие ассасины и ответственные патрульные уже в бодрствовании стоят на ногах. Этим утром Инграм проснулся выспавшимся и отдохнувшим. Рана в плече заживала с удивительной быстротой, поэтому ассасин Земли подумал о скором уходе из союзнического клана. С такими мыслями парень откинул лёгкое покрывало и поднялся с койки. Он задержался на месте, тронул себя за перебинтованную грудь, переместив ладонь ближе к центру каждодневной боли. К его успокоению, несколько раз открывавшаяся рана больше не кровоточила. К тому же, лекарь клана Огня прекрасно справлялась со своей работой и, по его мнению, полностью заслуживала статус, который носила. Бинты не были окрашены в цвет крови в это утро, и ассасину от этого стало полегче. Он заметил падающие в помещение лучи солнца и повернулся лицом к окну, подставил руки к теплу. Наслаждаясь приятными потоками энергии, Инграм подумал, что, поскольку он уже гораздо лучше себя чувствует, настало его время сообщить главе клана Огня, что ему нужно отправляться обратно в клан Земли. Ассасин решил предупредить Аррани о своих намерениях. Также он не забыл и того, что глава Земли обещал лично послать за ним ввиду его состояния. Инграм протянул свой взгляд вдаль помещения, на другом конце которого мирно посапывал блондин. В горле внезапно пересохло. Свежесть тела, объяснимая заботливым уходом со стороны лекаря, играла на контрасте с его внутренними потребностями. Парню жутко хотелось пить. Он медленно осмотрел окружающую обстановку на наличие кувшина или хотя бы чаши с жидкостью. Как итог, он обошёл весь первый этаж, но ничего похожего на необходимое так и не нашёл. Тогда его голова устремилась чуть вверх, в сторону лестницы на второй этаж. Что конкретно там находилось, ассасин Земли только догадывался. Единственное, что он мог предположить наверняка, было то, что лекарь Огня каждый раз неизменно туда поднималась, когда нуждалась в пополнении своих лечебных запасов. Не имея в душе никаких скрытых мотивов, ассасин неслышно поднялся на второй этаж. Благо, он был босиком, поэтому никого своими шагами не разбудил. Оказавшись наверху, парень увидел развилку в две противоположные стороны, каждая из которых вела к двум единственным дверям этажа. Одна из них была открыта. В её сторону и направился ассасин. Дойдя до неё, он столкнулся с небольшим препятствием в виде прозрачной ткани, которая периодически покачивалась от ветра, дующего из открытого в комнате окна. Парень отодвинул «живую дверь» в сторону и прошёл внутрь. Взгляд направо – там он увидел в нескольких шагах от себя миниатюрную кровать, напротив которой стояло кресло. Слева от него, уткнувшись в стену, стоял стол, а по обе стороны от него – сундуки. Чего только на них не было: и бумаги, и письменные принадлежности, и склянки, и книги, и чашки, и какие-то растения да листья. Словом, весь стол вместе с чуть приоткрытыми сундуками набухали от возложенных на них вещей. Несмотря на приятный аромат, витавший в воздухе, Инграм не приметил ни одного цветка, что мог быть логичным источником запаха. Будоражащее его чуткие ноздри благовоние невидимой силой стояло в этих стенах и обволакивало ассасина со всех сторон. Определённо, ему нравился этот запах. Он успокаивал его в какой-то мере. Странное непреодолимое желание побудило ассасина Земли немного пройтись по комнате и рассмотреть некоторые детали. Так, он прошёлся до стола с книгами и заглянул в их содержание. Положил обратно. Что-то блеснувшее из правого сундука привлекло его внимание, и он присел на корточки, поднимая крышку выше. Золотого предмета он так и не нашёл, но взял в руки сложенную записку. Она была помятой и растрёпанной. Инграм сразу подумал, что ей уже немало лет. Ассасин был близок к тому, чтобы раскрыть её, но, услышав, как глава Огня что-то проговорил во сне, дёрнулся, машинально сложил бумажку обратно и засунул в карман шаровар. Парень встал. Среди множества предметов на столе незаметно стояла заваленная коробочка, которую он аккуратно открыл. В ней внушительной пачкой были сложены письма. Любопытство вдруг овладело им, и на поверхности каждого из них была приписка: «к Аррани». Почему-то это заставило его нахмуриться и не трогать их лишний раз. Он вышел из этой части комнаты, завернув к оставшейся части. Он заглянул внутрь и наконец-то увидел кухню. Кувшин с водой бросился ему в глаза моментально. Спасительная жидкость прошла через стенки горла, и он снова почувствовал себя лучше. Держа стакан на столе, ассасин не спеша довольствовался напитком. До тех пор, пока не ощутил присутствие хозяйки домика позади себя в опасной близости. Он остановился перед очередным глотком и отставил стакан в сторону, не поворачиваясь.

– Что ты здесь делаешь? – резонно прорезала тишину Мария.

Про себя Инграм удивился, что она не против полуобнажённого мужчины у себя в комнате. Или это лишь его воображение, что выразилось остатками его привычки оценивать людей женского пола сначала как женщин и только потом как ассасинов без пола? Наконец, он развернулся к ней лицом, и они, как тот и предполагал, оказались в неоднозначной близости друг от друга. Лекарь клана совершенно не стеснялась его присутствия. Воспользовавшись тем, что она готова была повременить с его ответом, он внимательнее рассмотрел блеск её белых глаз. По истине, он ещё не видел чего-то подобного. Они настолько выделялись на фоне тёмных ресниц и не менее светлых волос, которые сейчас, к слову, были распущены и доходили ей до локтей, что ему оставалось лишь поражаться. Поймав себя на изучении брюнетки, но при этом оставаясь невозмутимым, парень взялся за край стола обеими ладонями.

– После долгого сна мне захотелось пить. В горле было, как в пустыне.

– Вот как? Сейчас ты утолил жажду?

Её тон был отнюдь не дружелюбный, что даже расстроило ассасина. «Этот день, что, отличится чем-то особенным, что мне появилось дело до её отношения ко мне?» – пронеслось в его голове от недоумения. Да и непривычный вид лекаря Огня сбивал его с толку. Все женщины-ассасины, кого он знал, всегда ходили с собранными волосами, и ему уже очень давно не приходилось видеть девушку с распущенной шевелюрой. Оттого сегодняшний вид Марии тронул его восприятие действительности. В любой другой обстановке он даже не обратил бы на это внимание. Главный лекарь клана Огня выглядела слегка сонно, будто недавно поднялась с постели. Могло ли это стать объяснением того, что сейчас в их диалоге выдерживалось затяжное молчание? Внезапно ассасину стало интересно:

– Слушай, а для тебя это нормально, когда в твою комнату просто так заходит мужчина?

– Если кое-кто снова не попросит моей помощи, тогда это действительно станет моей обыденностью, – сложив руки, тонко намекнула девушка и метнула осудительный взгляд на парня. Инграм был значительно выше и крупнее её.

– Оу, сделай лицо попроще, – как бы невзначай отозвался парень. – Сегодня ты ведёшь себя совсем иначе.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, ты хорошо спала? – на толику приблизившись к её лицу, спросил ассасин. Набухшие веки сказали ему кое-что важное.

– Это не имеет к тебе отношения, – прикрыв глаза, бросила та, отмахиваясь.

Однако ассасин Джейкоба схватил тремя пальцами её за подбородок и развернул к себе. Мария расширила глаза от удивления. Его серьёзный взгляд смотрел на неё в упор. Она даже растерялась, ведь совсем не ожидала от него таких действий.

– Ты ведь плакала?

Вопрос огорошил лекаря Огня. Как он узнал? И зачем ему это?

– Можешь не отвечать, – отпустил её. – Всё равно я всё слышал, когда ночью проснулся.

И сейчас он ожидал, что слёзы вновь появятся на её лице, она ударит его или что-то подобное. Однако его рассуждения не оправдались. Он посмотрел на реакцию девушки и… не увидел ничего типичного. Мария вперила в него свои очи. Нет, серьёзно, он, правда, так долго не общался с женщиной, что её поведение казалось ему чем-то выдающимся. Она так затянула хоть с каким-то ответом, что Инграм успел пожалеть, что в принципе осмелился это озвучить. В конце концов, он просто пришёл за водой, и только!

– Почему тебя волнует то, что я чувствую? Разве ты сам мне не говорил, что мы просто ассасины союза четырёх кланов, что ничего общего между нами не может быть?

А она хорошо запомнила его слова, с которыми он преподнёс себя в их первую встречу. Тогда он изнемогал от боли в плече и дивился тому, что лекарь Огня пыталась вывести его на какой-то разговор, когда ему нужно было лишь, чтобы она уняла кровотечение. Инграм прочистил горло.

– Я только ответил тебе на твой вопрос: почему мы не можем общаться помимо дел, связанных с нашими кланами?

Парень чувствовал себя расслабленно в разговоре с ней. Возможно, на него действовали лекарства, что девушка давала ему время от времени. Мария же излучала нотки сарказма и всем видом показывала, что ей всё-таки не очень комфортно в таких условиях. Потому что в обычной обстановке она мила и приветлива. «На самом деле ей неудобно находиться на своей территории наедине с мужчиной?» – если бы он мог озвучить это вслух, то сделал бы это с ухмылкой.

– Если ты закончил, – уже ласковее и добродушнее сказала она, – пожалуйста, вернись к себе, и я осмотрю твоё плечо.

С чувством усталости, которое подхватил ассасин, девушка отвернулась от него. Она не успела отойти от него и несколько шагов, как он снова выдал то, чего совсем не хотел говорить, и пожалел о сказанном практически сразу:

– А ты не пробовала признаться главе Огня в своих чувствах?

Теперь сам ассасин приблизился к ней очень близко. Мария обернулась через плечо с уничтожающим взглядом.

– Что ты сказал? – тихо проговорила она, давая ему шанс на спасение.

– Твои письма. В комнате, – как ни в чём не бывало, продолжил тот, – только не подумай, нет, я не читал их, но название натолкнуло меня на мысли. Да и твоё неоднозначное отношение к посторонней, которую глава Аррани привёл недавно… Только слепой не заметил бы, как ты напряглась в ответ на их общение.

Но он им не воспользовался. Мария резко оказалась прямо перед его носом и мёртвой хваткой вцепилась ему в раненое плечо. Инграм сначала не понял, что произошло, а потом, когда она с силой сдавила нестабильную область его тела, то сразу же отозвался режущей болью. Несмотря на шок, он не стал отталкивать её руку. Бессознательно его совесть не позволяла отдавать сигналы мозгу, чтобы тот применил на лекаре физическую силу. Парень скрючился от неприятных ощущений и зашипел, жмурясь и жалея, что забыл, что Мария тоже является ассасином.

– А вот это тебя совсем не касается, – прорычала ему в ухо, обдавая его горячим дыханием.

– Ладно-ладно! Только пощади! – просил он, держа руки навису.

Лекарь кивнула про себя и отпустила его, отряхивая ладони. Инграм по инерции прощупал плечо. Болезненные ощущения испарились, и парень понял, что она не сделала так, чтобы рана открылась в очередной раз. Он аккуратно размял плечо и посмотрел на девушку. За это время она заплела свой обычный пучок.

– Я схожу за завтраком. Жди меня в постели.

Её рассудительное поведение после небольшой перепалки не стало для него новостью. То же самое она проделала и тогда, когда он в первый раз упомянул про её чувства. Ассасин и сам не понимал, почему, но ему хотелось подразнить лекаря и обязательно кольнуть именно в это место, связанное с запретными эмоциями. С одной стороны, в какой-то мере он даже гордился тем, что безошибочно определил объект её симпатий, с другой – он понимал, что лучше оставить Марию в покое. Ведь, как он и говорил: они всё равно больше не увидятся. Прощупав шаровары, он вспомнил о кое-чём важном:

– Постой!

Лекарь остановилась на полпути. Тот достал из кармана помятую записку, подошёл и вручил ей в руки.

– Полагаю, мне стоит извиниться за то, что я полазил по твоим вещам. Эта бумажка привлекла моё внимание. Её я тоже не открывал, так что… – почесал затылок.

Мария недоумённо уставилась на вытянутый им предмет. Она тоже не была в курсе, что это за записка. Взяла её и развернула. Это было послание от её покойной бабушки. Лекарь Огня прислонила ладонь ко рту, выражая глубокие эмоции. Инграм склонил голову влево.

– В чём дело?

– Это же… – дрожащим голосом сказала Мария. – Где ты её нашёл?! – громко спросила она, пугая парня внезапным выпадом и берясь за его предплечья.

– В сундуке возле стола…

Не теряя времени, девушка ринулась к себе в комнату. Оттуда ассасин Земли услышал её шумное копошение. Он пошёл за ней, облокотился о косяк входной двери. Мария шустро перебирала вещи внутри сундуков, разбрасывая всё в разные стороны. Так продолжалось недолго, пока та не истратила силы. Явно огорчённая результатом, девушка опустила руки и голову в расстроенных чувствах. Ему показалось, что она всхлипнула пару раз. Затем резко развернулась в его сторону. Вот теперь он мог бы сказать, что слёзы выступили на её лице. Она тяжело вздохнула, одним движением смахнула жидкость с век и встала, отряхивая колени. Мария по-прежнему держала несчастную записку в руках.

– Эти письмена… – вдруг начала она, – принадлежат моей бабушке, – подняв на него проверяющий взор, продолжила: – Она умерла 9 лет назад. И то, что случайно попалось тебе на глаза, – посмотрела на бумажку, – очень важно для меня. За это я прощаю тебе твои грубые слова насчёт главы Аррани. Но впредь! – повысила голос, когда тот хотел что-то сказать. – Прошу тебя не лезть в мою личную жизнь.

– Разве мы имеем на неё право? – с грустью парировал он.

– Брат Инграм! – напряглась она.

– Извини, – успокоившись, ответил тот.

Мария приняла его извинения. Она отложила записку в отдельную коробочку. Прошла мимо парня и наконец спустилась вниз. Этот ассасин знатно потрепал ей нервы. А он с честью принял тот факт, что она посвятила его в свои прошлые раны, которые, несомненно, оставались для неё очень личной темой. И тогда же он подумал, с каких пор она посчитала нужным открыться ему, если в её сердце есть другой человек, для которого она могла бы сберечь тревожащие мысли? «Она действительно странная», – заключил он, тоже возвращаясь на первый этаж. Жажду утолил, теперь настала пора и покушать. А с главой Аррани он поговорит уже после. Всё равно тот никуда от него не денется. Рядом же находится.

Глава 6

В отличие от родного клана Земли, где царила, в основном, сдержанная атмосфера, ассасины Огня принимали Инграма с более-менее выраженными чувствами. Парень бывал здесь и раньше, когда у главы Джейкоба возникали общие дела с главой Аррани. В этот же раз он попал на территорию ассасинов клана Огня в качестве больного. Не сказать, что все им так уж интересовались, но, по крайней мере, одни из важных людей в клане проявляли к нему участие и заботу. В частности, это были, конечно, сам глава клана и главный лекарь клана. Вообще, с первых минут, как он увидел Марию, признаваясь самому себе, то был удивлён, что молодая девушка является основным врачевателем во владениях. Однако, если посмотреть на правящую элиту клана Огня, то можно об удивлении и вовсе забыть. Уже несколько лет подряд здесь формировалась другая манера поведения ассасинов и настроение в целом. С приходом к главенству молодого паренька клан Огня изменился. Это была одна из причин, почему Инграм оставил свои нездоровые размышления насчёт главного лекаря-женщины. Впрочем, до неё, насколько знает, лекарем также была женщина. Половая дискриминация в клане Огня начала угасать ещё задолго до главы Аррани. И всё же, для ассасина Земли, которого воспитывали в патриархальной семье до того, как он присоединился к Джейкобу, отчасти было поразительно смотреть на то, как Мария управлялась с соклановцами без особых проблем. Если делать окончательное заключение, то ему даже претило то, как клан Огня способствовал изменению и остальных союзных кланов. Ведь после тесного сотрудничества главы Джейкоба с главой Аррани в клане Земли тоже что-то поменялось.

Раннее утро сменилось солнечным днём. Жара сегодня спала на несколько градусов, что не могло не радовать. За завтраком Инграм обмолвился с главой Аррани парой слов насчёт его выздоровления. Присутствовавшая при этом Мария заверила обоих, что согласна с доводами ассасина Земли по поводу его возвращения в клан. «Я уже сделала ему несколько перевязок. Ранение зашила. Осложнений не наблюдается, поэтому он может быть свободен», – были её заключительные слова. Она произносила это с неохотой, и ассасин не мог понять: она уже хочет снять с себя лишний груз ответственности, либо, наоборот, стремится оставить при себе подольше. Только чёрт поймёт эту женщину!

– Брат Инграм, а ты что скажешь? – спросил Аррани, переводя взгляд на него.

– Могу Вас уверить, глава Аррани, что ассасины клана Земли имеют такую же выдержку, как и Ваши, – с гордостью ответил парень. – Я чувствую себя лучше, чем когда-либо. За это мне стоит поблагодарить одарённого лекаря Вашего клана, – с хитрым выражением лица добавил тот, смотря на девушку.

Мария издала показательное «хмпф» и отвернулась от него. Блондин растянул уголки губ. Их отношения его веселили. Во всяком случае, он редко видел, чтобы Мара так относилась к кому-то из союзников. Обычно она вела себя мило и располагающе к себе. Видимо, не в этом случае. «Может, мне стоит присмотреться к ассасину Джейка?» – подумал про себя.

– Тогда мне остаётся только послать в клан Земли за главой Джейкобом, – сделал вывод глава Огня. – Мина… – проговаривает блондин, но осекается на полуслове.

Светловолосая с надеждой оторвала подбородок из-под опорного кулака, но как только следом почувствовала возникшее молчание, снова подпёрла голову и натянула грустную мину. Неотъемлемое присутствие Асонской стало для него обычным делом. Она пребывала здесь как коллега Марии. Не было ничего удивительного, что она проводила большую часть времени рядом с ним и Марой. Сейчас Аррани слегка забылся и хотел попросить служанку принцессы позвать к нему Арана и Гильяну, но быстро вспомнил кое-что важное: ей нельзя лишний раз показываться среди его подчинённых. В душе он вовсе не хотел загонять её в какие-то ограничивающие рамки, но их нынешнее дело слагало очень серьёзным, поэтому было не время проявлять свою человечность. В конце концов, его долг как главы клана – обеспечить безопасность не только собратьям, но и гражданской.

– Неважно. Я сам схожу.

Принцесса Асонии хотела окликнуть его, но Мария быстро остановила её, придержав рукой. Лекарь отрицательно покачала головой. Из-за лишения воли Мине пришлось согласиться с ней.

Чтобы сократить время поисков, глава клана обратился к сторожевым на вышках. Блондин не отдавал воспитанникам приказа уходить сегодня из владений, поэтому ученики должны были быть где-то на территории. Дозорный успешно высмотрел выделяющиеся одеяния Арана и указал его месторасположение. Аррани поблагодарил собрата и направился к ребятам. Смотрящая по сторонам Гильяна увидела приближающегося наставника и тронула напарника за локоть, обращая его внимание. Они подошли к главе.

– Босс, что-то случилось? – спросил Аран.

– Мне будет нужна ваша помощь. Идёмте к конюшням.

Ассасины вышли ко двору, который служил входной частью на территорию самих конюшен. С обеих сторон входа поколениями клана Огня специально высаживались разные породы деревьев так, чтобы они закрывали обширную часть владений, чтобы соклановцы могли отличить эту зону от остальных. По левую сторону от конюшни были выстроены ограждения, предназначенные для орлов клана. Здесь располагались и кормушки, и гнёзда, и невысокие заборы для отдыха птиц. Большая часть клана владела своими собственными орлами, поэтому в дневное время здесь было не так много особей. Единственными, кто всегда оставался во владениях, были посыльные птицы, служащие для передачи писем между кланами. В то время, когда хозяева не нуждались в поддержке питомцев, за ними также приглядывали обученные ассасины. При виде блондинистой головы Ви сразу расправил крылья и поднялся в воздух, налетая на Аррани. Птица была рада увидеть друга. Ар с радостью подхватил напарника на предплечье и почесал его оперение. У воспитанников главы орлов не было. Наставник разрешил им заменить их на бежевого кота, который справлялся со своими задачами не хуже летающих тварей.

– Прости, приятель, – полушёпотом сказал Аррани, – пока для тебя нет работы. Аран, Гильяна, идите сюда.

Он подозвал их к себе и направил их взгляды в сторону мирно отдыхающих птиц.

– Я хочу, чтобы Аран отправил письмо главе Земли.

– Босс, но этим занимается брат, – неуверенно вставила Гиль, имея в виду ассасина, который следил за орлами.

– Знаю. Я бы сам мог это сделать, но мне же надо убедиться, что вы не растеряли свои навыки, – видя, что парень не приступает, он добавил: – Если не сделаешь, я заставлю вас обоих искупаться вместе со мной в озере.

– Всё понято, Босс, – мигом ответил Аран, опасаясь за подругу.

Довольно сложив руки, блондин проследил за действиями воспитанника. Он, в свою очередь, попросил у собрата бумагу и перо, написал донесение Джейку и отдал его Арану. Тот успешно справился с поставленной задачей, и глава похвалил его. Отпуская ребят, Аррани дождался, пока Гильяна не отошла от них на какое-то расстояние, и тогда придержал парня за плечо. Глава Огня не смотрел на него.

– Босс?

– Я вижу, что вы всё уладили между собой.

– Да. Она бы всё равно узнала, что со мной стряслось.

Блондин вдруг прыснул. Аран недоумённо уставился на него.

– Не обращай внимания. Просто эта ситуация кое-кого мне напомнила… Брат Коннор наказал тебя по совести, так что моя сегодняшняя прихоть должна была показаться тебе прикосновением пушинки, – загадочно посмотрев ему в глаза, сказал Аррани.

– Вы правы, Босс, – кивая, подтвердил воспитанник.

Как и ожидалось от его учителя: он даже не понял, что такой необычной просьбой добавил наказание Арана в общую копилку проступков. Глава похлопал парня пару раз по спине и двинулся вперёд. Ассасин отдал ему честь в знак прощания.

Аррани поспешил вернуться в домик лекаря. Почему-то его беспокоила Мина. Ему думалось, что если он оставит её без присмотра, то обязательно должно будет случиться что-то плохое. Его ноги сами вели его к девушке. Отчасти это даже пугало, но у него не было времени, чтобы углубляться в свои рассуждения. Он вошёл внутрь. Мина читала какую-то книгу. Марии в поле видимости не было. Ар понял, что она спустилась несколькими секундами позже, после того, как сказал Инграму, что послал за главой Земли, и он повернул голову в сторону девушки.

– О, глава, как сходил? – первым делом поинтересовалась лекарь.

– Неплохо. Ходить уже не больно, – садясь на кровать, ответил блондин.

Мария поставила принесённую чашу с отваром на комод и встала перед главой. Она прощупала его температуру, пульс и взялась за бинты.

– Полежи немного. Я разбинтую тебя.

Аррани снял лёгкую накидку с плеч, лёг и расслабился. Мина и Инграм не один раз видели, как раненому сменяют повязку. Принцесса лично принимала в этом участие, ассасин Земли – был приучен к такому роду вещей. Однако в данной ситуации они оба нахмурили брови. Настроение как-то сразу испортилось. Асонская закрылась книгой, чтобы не смотреть на происходящее, а Инграм неожиданно понял, почему Марие было всё равно на полуобнажённого мужчину. Подумать только! Она же лекарь! Как он мог этого не понять. Через её руки проходит столько раненых, и преимущественно ассасины мужского пола, что для неё видеть обнажённый торс – плёвое дело. Разочаровавшись в чём-то, парень перевернулся на другой бок, в сторону окна. Ни Мария, ни Аррани и бровью не повели, потому что даже не заметили их реакцию. Наконец, брюнетка завершила свои манипуляции и поспешила обрадовать главу клана:

– Итак, глава Аррани, могу тебя поздравить: теперь тебе не нужно оставаться в отделении для больных. Я проверила твоё пулевое ранение и могу сказать, что оно очень хорошо заживает. Поскольку ты сам говоришь, что почти не чувствуешь боли, то с уверенностью разрешаю тебе вернуться к своим обязанностям.

– Сестра Мария, спасибо за это, – воодушевлённо говорит парень.

– Но не переусердствуй, сам понимаешь, – собирая мусор, прибавляет брюнетка. – Как и раньше, будешь приходить ко мне на перевязку.

– Как скажешь.

Обрадованный своей свободой, Аррани незамедлительно оделся и отправился к старейшинам доложить про его дальнейшие планы.

Глава клана ушёл. Сразу после этого Мина выглянула из-за книги, убеждаясь, что тот покинул комнату. Она тяжко выдохнула и опустила рукопись себе на лицо. «Пронесло», – промелькнуло в голове. Ещё не до конца отошедшая от неоднозначных чувств, испытываемых по отношению к недавней ситуации, она расслабилась. Принцесса постаралась успокоиться и не думать об этом. К счастью, Мария отошла к себе или стала заниматься своими делами, поэтому не смотрела на неё. Новая волна размышлений навела её на новые мысли. Асонская испытывала тревогу и собственную ненужность сильнее, когда рядом никого не оставалось. Ей было нечем заняться, кроме чтения или помощи той же Марии. Однако в более серьёзные вещи её никто не посвящал. С другой стороны, раз Аррани поправился, значит, когда-то она может пригодиться. Тем более, он обещал взять её с собой на разведку в Накинию. Она с нетерпением ждала этого момента. Мина прекрасно понимала, что ожидание беспокоило всех, особенно самого Аррани, ведь нужно было вернуть Нину поскорее. В то же время, слова лекаря она тоже принимала во внимание, и ей оставалось только ждать, когда глава выдвинет окончательный вердикт в её отношении. Что бы с ней сейчас случилось, если бы Аррани не попался ей под руку и они бы не отправились на спасение Нины вместе? Что бы она делала одна, как поступила? О чём думала, когда в одиночку ринулась её спасать? Где-то глубоко в душе она успокаивала себя, что действовала на эмоциях, и, видимо, сама судьба подкинула ей Аррани, чтобы не переживать поражение в своём деле в одиночку, потому что, думая об этом сейчас, осознавала, что попалась бы в ловушку к похитителям на раз-два. А вот с главой клана у неё было намного больше шансов. К тому же, плюсы здесь тоже были: она исследовала, как живут так любимые ей ассасины, чем руководствуются и как работают. Невзирая на все уверения главы Огня о том, что они непременно расстанутся после завершения миссии по спасению принцессы Саксонии, Мина уже сейчас не собиралась сдаваться и решила установить связи с приближёнными Аррани. Первый шаг давно был сделан: сам блондин. Далее шли Коннор и Мария, с которыми девушка чувствовала себя более-менее комфортно. Ученики Аррани пока что представляли наибольшую проблему, но опускать руки было рано. Мина считала, что обязана с ними поладить, потому что видела, как они близки с главой. Если принцесса Асонии что-то решила для себя, никто от неё не сможет деться. Даже ассасины Четвёртого королевства.

За пару дней откровенного бездействия разум главы клана Огня определённо ощутил передышку, и это пошло ему на пользу. Сколько ассасин помнил себя после вступления в должность главы, он не знал отдыха до сего момента. Невольная попутчица стала для него неким спасением от каждодневного усердного труда. Эти четыре года парень старался показывать себя только с лучшей стороны. С той, которой его учили наставник и бывший глава клана. Аррани был готов к тому, что работать придётся долго и упорно. И на сегодняшний день это стоило того. Налаженные связи со Светлыми кланами, завоевание у них признания и уважения к собственной персоне, положительные аспекты в самом клане, успешные и периодические задания, которые позволяли клану цвести и развиваться. Словом, глава Аррани за эти годы отлично постарался. Собратья и союзники слушали, что он говорил, и даже прислушивались. Он уважал старшее поколение клана и уделял ему должное внимание. Многие из старейшин так же признали Аррани главой клана, несмотря на юный возраст. Были и те, кто был не согласен с этим до сих пор. К счастью для парня, мудрейший из них был на его стороне. Ещё бы, ведь он не сменился с тех пор, как был старшим из старейшин во времена правления бывшего главы. Так, они знали друг друга давно. Мудрейший помнил взросление Аррани, и это было на руку обоим. Последнее слово всегда оставалось за главой клана, несмотря на какие-то разногласия со стороны старших советчиков, но Аррани никогда не скупился выслушивать мнения мудрейшего, потому что не только уважал его, но и воспринимал как действительно мудрого человека. По чуть-чуть черпая воодушевление в этих мыслях, ассасин шёл на встречу со старейшинами. Перед этим он нашёл Коннора и воспитанников и взял их с собой, поскольку практически каждая встреча со стариками велась в сопровождении его приближённых. Абби также имела привилегию присутствовать на таких Собраниях, потому что имела такое же важное значение для блондина, как и лучший друг с ребятами. Приходить или нет – это уже решала она сама.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.