Берта Свон
Академия магических наук. Попаданкам вход воспрещен

Глава 1

– Итак, повторим: мантикора – это опасное магическое чудовище с телом льва, головой человека и хвостом скорпиона. По описаниям некоторых ученых имеет рыжую гриву и три ряда зубов, а также голубые глаза. Хвост мантикоры заканчивается шипами, яд которых убивает мгновенно. Мантикора является хищником и может охотиться на некоторые разумные расы. Записали? Отлично. На дом пятнадцатый параграф. Полностью. Да, адепт Аристан, все двадцать страниц. Наизусть. На следующем занятии будет коллоквиум, так что готовьтесь. До свидания, адепты.

Преподаватель теоретических знаний о магических существах, дриада Валериана, одетая в облегающий костюм ярко-зеленого цвета, покачивая бедрами, направилась к выходу. Практику она не вела, для этого у нас был другой преподаватель. А вот по теории гоняла нещадно. Да так, что ночью нас разбуди – любой вопрос вспомним. Ну и ответ на него, конечно же. Выглядела Валериана всегда молодо, когда бы ни вела занятия. Работала она в академии уже лет двадцать и с самого начала не постарела ни на день. Умная, красивая, молодая, с раскосыми голубыми глазами и длинными волосами салатового цвета, она притягивала к себе взгляды и адептов, и преподавателей. Парни хотели остаться с ней наедине хотя бы на ночь, девчонки мечтали стать хоть немного похожими на нее.

Я же, Правова Ольга Максимовна, высокая синеглазая шатенка, человечка двадцати восьми лет, ни о чем не мечтала, а как обычно старательно впитывала в себя всю ту информацию, которую получала на парах. Меня мало волновала чужая внешность. Я не видела смысла кому-то завидовать или желать того, чем не одарила меня природа. Я не хлопала ресничками перед преподавателями мужского пола в надежде получить самоэкзамен. Я усердно училась. Все свое свободное время, которого было не так уж и много, посвящала занятиям. Личная жизнь меня не интересовала. Этого «добра» мне сполна хватило и на Земле. Здесь же, в академии магических наук, я появилась совсем не ради обустраивания личной жизни.

– Следующая пара у Ортаха, – печально вздохнула Васиэль, или Васена, как я звала подругу, симпатичная худощавая эльфийка с длинными зелеными волосами, обычно заплетенными в косу, уложенную вокруг головы. Как и я, Васиэль прилежно грызла гранит науки, е отвлекаясь на личную жизнь. – Может, прогуляем?

– Всей группой? – насмешливо уточнил Лантар, оборотень, высокий мускулистый брюнет с черными глазами, мечта многих девчат-младшекурсниц.

Всей группой прогуливать было чревато, тем более у Ортаха, зеленокожего крупного тролля размерами с двухэтажный дом.

Ортах вел у нас физкультуру и терпеть не мог опаздывавших. А потому я, не слушая привычной перепалки однокурсников, быстро покидала вещи в сумку и выжидательно посмотрела на Васиэль.

– Я на физ-ру. Ты со мной?

– Мучительница, – последовал ответ.

Но спорить Васиэль не стала. Четвертый курс. Скоро годовые экзамены. Ну как скоро. Три месяца. Но год да, считай, закончился. А на пятом курсе ожидался мучительный и длительный процесс сдачи по новой зачетов и экзаменов за предыдущие годы, перед допуском к дипломной работе. Так что надо было заранее подготовиться. И злить преподавателей своей неявкой не хотелось.

Поэтому мы всей толпой, пятнадцатью существами разных рас, небольшой группой, отправились к Ортаху.

Ходили упорные слухи, что он являлся дальним родственником нашего ректора, гнома Ранибора. Так или нет это было, никто не мог сказать достоверно. Но расы здесь перемешивались довольно часто, мулатов и квартеронов имелось много, потому я не удивилась бы, если бы слухи оказались правдой. В любом случае, гонял он адептов нещадно и возможным родством с ректором на моей памяти ни разу не пользовался.

Физкультура проходила на закрытом полигоне, неподалеку от основного здания академии. Там же мы тренировались, создавая боевые и защитные заклинания. Многофункциональное помещение, надо сказать.

Полностью защищенный от любого внешнего воздействия, полигон мог стать отличной защитой даже при природной катастрофе.

Внутрь имели доступ только ректор и его помощник. Лишь они двое могли появиться на полигоне в любое время, открыв портал. Все остальные должны были приходить обычным способом – ножками.

Шли мы туда минут десять, если неспешным шагом. Добежать можно было и за пять минут. При желании, конечно, или сильной спешке. Но мы никуда не торопились.

Академия магических наук была построена в «кармане» Мироздания, если так можно выразиться. Здесь появлялись существа любого мира, расы, пола, возраста, как только у них пробуждалась магия. Она могла пробудиться и в пятнадцать, и в пятьдесят пять, и в девяносто. Здесь уж у кого какая судьба. И каждого новоявленного мага ждала дорога в академию. Именно здесь народ учился овладевать той силой, что внезапно в нем появилась. И именно отсюда каждый из нас выходил в новую жизнь, уже будучи дипломированным магом.

Моя магия пробудилась от стресса, как и у многих других адептов. Я слишком остро отреагировала на увольнение с работы, которой отдала пять лет своей жизни, и которую не без основания считала идеальной. Меня уволили несправедливо, в обход некоторых законов. На мое место сразу же сел человек генерального, оказавшийся по совместительству моим бывшим женихом. И, конечно же, меня накрыл псих.

Я тогда пришла домой поздно, невменяемая, горько разрыдалась и повалилась в кровать, не раздеваясь, вместе с рабочей сумкой. Заснула практически сразу, вырубившись из-за нервов и усталости. Проснулась уже здесь, в академии.

Тут-то и выяснились многие интересные для меня вещи.

Оказалось, моя магия – лечебная. Я могла лечить наложением рук, способна была с закрытыми глазами найти нужную травку по ее «ауре» и легко варила нужные зелья, практически ни в чем не ошибаясь. Плюс я с удовольствием создавала амулеты. Сказалось земное хобби – рукоделие.

Васиэль была моей полной противоположностью: умелый маг-бытовик с неплохими способностями мага-боевика, она ненавидела зелья, терпеть не могла лечебную магию и способна была отличить дуб от березы, а ромашку – от василька. На этом ее познания в травах заканчивались. Как она, эльфийка, жила с таким скудным образованием, я не знала. Сама Васиэль, когда ей ставили это в вину, обыкновенно огрызалась, что эльфы не обязаны любить природу. Особенно если та не любит их.

Уж не знаю точно, какие отношения были у Васиэль с природой и соплеменниками, но домой она не рвалась. И по праздникам, когда академия в основном пустовала, мы с Васиэль отсиживались в выделенной нам комнате, одной на двоих. Увы, только те, кто прибыли из магических миров, могли вернуться домой. Таким невезучим адептам, как я и еще пять-десять других существ, прибывшим их миров без магии, приходилось во время учебы жить в этих стенах. И потом, уже после окончания академии, мы могли отправиться работать только туда, где магия имелась. В свой родной мир нам была закрыта дорога.

– Оля, – ткнула меня несильно в бок Васиэль, приводя в чувство, – ты там не уснула?

Я встряхнулась, огляделась. Полигон, родненький. И пара, судя по всему, вот-вот начнется. Ортах на моей памяти ни разу не опаздывал.

Глава 2

Несмотря на свои внушительные размеры, двигался Ортах бесшумно и быстро. Как так у него получалось, я даже представить себе не могла – сама, хотя толстой и неуклюжей себя не считала, не могла тихо пройти ни в парке, ни в лесу – ветки только так под ногами трещали. И за кусты я цеплялась часто. Ортах же двигался грациозно, аккуратно и без малейшего шума. Складывалось впечатление, что в прошлом он служил в армии, причем или разведчиком, или киллером. А потом, когда работать там надоело, пришел в академию – учить нерадивых магов. Ну или же я обладала чересчур живым воображением, что тоже было правдой.

– Адепты, – Ортах, как и многие преподаватели-мужчины, одетый в наряд зеленого цвета – штаны, майку и жилетку с несколькими карманами, – появился перед нашей группой ровно в срок, – сегодня мы с вами познакомимся с несколькими боевыми техниками, владение которыми поможет вам выиграть почти любую схватку.

Или же уложит противника на землю от смеха. Что тоже было очень даже вероятно. Потому что, например, ни я, ни Васиэль, сколько бы ни старались, не способны были повторить все те жесты и движения, которым обучал адептов Ортах. Впрочем, орк Гортан, наш одногруппник, показывал эти движения еще хуже нас. И потому нашу троицу Ортах традиционно оставлял на потом – посмеяться перед окончанием пары.

– Вас надо запускать в лагерь к врагу как смертельное оружие и просто наблюдать за его реакцией, – острил он периодически. – Как ляжет от смеха, так и брать его тепленьким.

Гортан и Васиэль традиционно обижались. Я лишь равнодушно плечами пожимала. Ну да, мой косяк, знаю. Не пластичная, увы.

Вот и теперь я стояла в отдалении и с интересом наблюдала, как Ортах обучает новым боевым техникам. То, что он показывал, отдаленно напоминало джиу-джитсу¹ с его «податливой» техникой движения. Я, ни разу не появившаяся на тренировках на Земле, не смогла бы повторить ничего из этих движений. А вот смотреть, смотреть я любила, и в моем бывшем мире в интернете разные ролики, и здесь, на занятиях.

Народ изгибался в разных позах, пытался делать растяжку, вытягивался по стойке смирно… В общем, развлекались как могли. Повторить за Ортахом получилось у пяти-шести существ, отличников боевой подготовки, как обычно шутила я. Остальным надо было «больше и усердней тренироваться», как заявил преподаватель.

Закончив с основным составом, недовольный их успехами Ортах резко повернулся к нашей троице, прошелся внимательным взглядом по нашим далеким от идеала фигурам, явно не увидел ничего нового или интересного. И вздохнул. Тяжело так вздохнул. Как будто собирался вагоны в одиночку разгружать.

– Адепт Гортан – встать напротив, – приказал он.

«Избиение младенцев»² закончилось в буквальном смысле слова за пять минут. Гортан вывихнул ногу, не сумев задрать ее за голову. Васиэль поскользнулась и довольно чувствительно приложилась лбом о землю, да так, что магические искры над головой посыпались. Я… Я не смогла повторить ничего из показанного. А пока пыталась, чувствовала себя этакой деревяшкой, из которой старательно стругают человека. Тело отказывалось повиноваться и просто вопило о том, что его хозяйка сошла с ума.

– Плохо, адептка, просто отвратительно, – раздраженно покачал огромной головой Ортах, устав раз за разом вытаскивать из меня нужные ему движения. – Боюсь, по моему предмету частые пересдачи вам обеспечены.

Я промолчала. Удивил, угу. Да как бы и так ясно, что ходить на физ-ру я буду часто, наверное, в компании Васиэль. А, может, и в одиночестве. Но что уж поделать, если на Земле меня мало интересовало укрепление мышц.

После Ортаха у нас была алхимия. Мой любимый предмет, на котором я могла развернуться и приготовить все, от простенького любовного зелья до сложного напитка «вечной красоты».

И на пару мы притащились уставшие, еле живые. Но зато дошли всем составом.

Орчиха Рания, ширококостная серокожая преподавательница, поговаривают, учила еще нынешнего ректора. И боялся он ее как огня. Впрочем, ее все боялись. Худшим наказанием считалось попасть под внимательный, изучающий взгляд Рании. Она как будто сдирала кожу и тщательно рассматривала каждый кусок мяса, каждое сухожилие, каждую кость. Рассматривала и решала, что же теперь делать с тем, кого она изучала. Чаще всего оставляла на пересдачи. И тогда адепт мог выдохнуть с облегчением.

Но зато и учила она так, что знания оставались в голове навечно. И даже те, кто имел по ее предмету твердую «тройку», могли спустя не один десяток лет сварить любое зелье, ни на секунду не запутавшись в ингредиентах.

В общем, как раз то, что мне надо. Как и на парах других преподов, здесь я старательно ловила каждое слово и записывала все, что не могла запомнить.

– Я смотрю, тарр³ Ортах решил вытянуть из вас все оставшиеся силы, – насмешливо произнесла Рания после приветствия. – У меня тоже не советую расслабляться. Сегодня мы готовим зелье вечной молодости.

Народ дружно, хоть и негромко, застонал. Зелье вечной молодости входило в разряд довольно сложных зелий. Просто так, без предварительной подготовки, приготовить его было практически невозможно. А это означало как минимум одну пересдачу у Рании. А может, и не одну, тут уже от уровня мастерства адепта все зависело. Ну им заодно от настроения самой Рании.

Глава 3

Помещение, в котором располагался кабинет зельеварения, было под завязку набито разными травами, эликсирами, мазями и всем тем, что всегда пригодится для приготовления зелья, неважно, какого именно.

Развешанные над потолком пучки высохших трав прекрасно гармонировали с многочисленными скляночками, колбочками, коробочками и мензурками, стоявшими и лежавшими на полочках, прибитых к стенам. Создавалось впечатление, что ты не в кабинете зельевара, а в доме какой-нибудь злобной ведьмы, собирающейся ставить на огонь свой огромный котел.

Рания внешне на ведьму похожа не была, конечно, но уставших адептов это не спасало.

За каждым из нас был закреплен свой стол, внутри которого помещался котел для зелий. При нажатии на ножку стола котел появлялся на столешнице, уже чистый, вымытый, спасибо местным домовым. Они трудились на академию день и ночь и никогда не появлялись перед адептами и преподавателями.

В ящичках стола всегда лежали полные наборы измельченных трав. Рания, хоть и «зверь» по характеру, время ценила. И не заставляла измученных адептов искать ту или иную травку в связках под потолком. Те же домовые по ночам старательно пополняли наборы, когда в них заканчивался тот или иной ингредиент.

И вот теперь наша группа привычно разбрелась по своим местам. Я встала у стола возле не занавешенного окна. Здесь и света было больше, и вид отсюда порой открывался интересный. Конечно, если забыть о задании и в открытую глазеть на улицу.

– Итак, зелье вечной молодости, – предвкушающим тоном произнесла мучительница Рания. – Кто может ответить, что это такое, когда используется и кем?

Лес рук, конечно, не взметнулся.

– Ольга? – повернулась ко мне Рания.

– Зелье вечной молодости – это зелье, способное практически мгновенно омолодить любое существо сразу на двадцать-сорок лет, иногда и больше. Его следует использовать не чаще одного раза в жизни, желательно в возрасте от семидесяти-восьмидесяти лет и старше. Иначе в мозгу произойдут необратимые изменения, и существо впадет в детство. Обычно этим зельем пользуются правители, если им срочно нужно зачать наследника, – произнесла я то, что было написано в любом учебнике.

– Верно, – кивнула Рания. – Это зелье довольно сложно приготовить. Но тем интереснее, не правда ли?

Ну… Смотря кому интереснее. Например, Васиэль и Гортан вряд ли счастливы. Да и большинство моих однокурсников – тоже.

Вслух я, конечно, ничего подобного не произнесла. Жить мне еще хотелось, причем желательно без пересдач по зельеварению.

– Итак, адепты, – между тем продолжила Рания, – доставайте списки необходимых ингредиентов из верхних ящичков стола.

Ящички дружно отодвинулись. Списки оказались не очень длинными, но при этом мудреными. Никаких привычных цветов или растений. Все сплошь экзотичное, типа корня мандрагоры или «глаза василиска»⁴.

– Амулет активирован, – тоном, которым сообщают о конце света, произнесла Рания.

Здесь, на каждом практическом занятии, по технике безопасности следовало обязательно активировать амулеты защиты. Чтобы эльфийка, например, не отравилась при контакте с каким-нибудь цветком ириса, а орк не опьянел от запаха васильков. Конечно, от всего сразу амулеты не спасали. И случались разного рода курьезы типа привыкания к определенному запаху или опьянения от него. Но без активации амулета ни одно практическое занятие ни разу не начиналось.

Я набрала нужные травки и начала одну за другой, в строгом порядке, бросать их в закипевшую воду котла. Варево весело булькало, становясь темно-фиолетовым, как и было написано в рецепте зелья.

Неподалеку еле слышно выругалась Васиэль. У нее опять что-то не получалось. У стопроцентной эльфийки, да. Вот где даже не ирония, а сарказм судьбы. Впрочем, сама Васиэль относилась к этому стоически и отрывалась на других предметах. У нее отлично получались боевые заклинания. И вся группа знала, что злить ее – себе дороже. Как запульнет огненным шаром. Лежи потом у лекарей, весь в бинтах, жизнью наслаждайся.

Первым варево дошло до нужной точки кипения у меня. Рания подошла, кивнула, щелкнула пальцами. И мой котел отправился в подпространство, вместе с удавшимся зельем. Официально все заготовки адептов использовать запрещалось. Следовало уничтожить любое варево, даже самое сложное и успешное. Неофициально же… Кто знает, где и в какое время могло всплыть мое зелье.

Остаток времени до конца занятия я просто сидела и читала учебник, при этом стараясь не обращать внимания на эльфийский и орочий маты с двух сторон. Считается, что эльфы не умеют материться. Вранье. Они выражаются похлеще любого пьяного орка. Вот и теперь Васиэль крыла всех родственников по матушке, вспоминая самое дальнее родство. Я даже заслушалась, стараясь запомнить некоторые выражения. Смысла я, конечно, почти не понимала, но по тону ничем другим, кроме ругани, это быть не могло.

Рания на нас, адептов, внимания не обращала. Она уже наслушалась за предыдущие годы преподавания столько, что могла составить конкуренцию любому матершиннику.

– Аррахар ронторан ллатриэль! – отчаянно выдохнула Васиэль. – Тарра Рания, можно на пересдачу?

– Можно, – хмыкнула Рания.

Васиэль откинулась на спинку стула и замерла с блаженной улыбкой на губах. Да, не справилась. Да, пересдача. Но здесь и сейчас был отдых.

Следом сдался Гортан. За ним потянулись остальные адепты. Повторить мой «подвиг» смогли только трое.

– Отвратительно, адепты, – сообщила нам Рания, деактивируя амулет. – Занятие закончено. Вы можете идти.

Мы, хмурые и уставшие, гуськом потянулись к выходу из аудитории.

Глава 4

Последней парой сегодня стояла артефакторика. Второй мой любимый предмет. Земное увлечение вязанием, вышиванием и бисероплетением здесь помогало мне создавать неплохие заготовки к амулетам и оберегам.

Вел артефакторику гном Органтар. Небольшого роста, косая сажень в плечах, он был похож на невысокую тумбочку, почему-то с широкой, но не длинной, тускло-серой бородой. Он прекрасно видел магические потоки, мастерски умел сплетать их воедино и великолепно разбирался в свойствах всех известных драгоценных и полудрагоценных камней.

Каждое занятие, сдвоенная пара, было поделено на теорию и практику. Сначала мы слушали что-нибудь важное о новом артефакте и переписывали с доски схемы создания, потом – тренировались. С активированным амулетом. Потому что мало ли, вдруг какой-нибудь адепт забудет соблюсти то или иное условие. Например, громко рассмеется, когда нужна полная тишина. Неизвестно, как поведет себя в этом случае изготавливаемый артефакт. Может и поднять всю академию на воздух. Оправдывайся потом перед богами, что не хотел ничего дурного.

– Амулет «ловец снов» был впервые придуман по приказу его императорского величества Гастора Третьего Великолепного восемь с половиной веков назад, – неспешно читал лекцию Органтар. – Его супругу, Изольду Прекрасную, мучали постоянные кошмары. Дошло до того, что она боялась засыпать. Императорский маг трудился над первым экземпляром ровно двое суток. Результат оказался потрясающим – императрица сразу же избавилась от кошмаров.

Угу. Только препод старательно умалчивал о том, что после изобретения «ловца снов» прожила она потом чуть дольше месяца. Погибла во время охоты. И тот же дворцовый маг после ее смерти, ничуть не сомневаясь, заявил, что кошмары посылались богами. Они должны были предупредить императрицу об опасности. Нам на истории магии рассказывали год назад. Я тогда еще подумала, что лучше жить с кошмарами и пить успокоительное, чем погибнуть молодой.

– С тех пор строение амулета претерпело некоторое изменение, – продолжал Органтар, – но основная суть осталась прежней. На доске – схема, которую вам нужно перерисовать в тетради. Как закончите, можете приступать к созданию своего «ловца». Амулет уже активирован.

Я хмыкнула про себя. На Земле «ловцов» делать не приходилось. Но их строение я неплохо изучила, потому что планировала вязать кофту с подобным узором. Так что сейчас я создавала из предложенных материалов тот «ловец», который давно уже собиралась вывязывать.

Полчаса, и приученные к рукоделию руки закончили делать болванку. Пока что она была без особых изысков, не напитана магией и годилась только для украшения спальни. Но именно это и нужно было преподавателю, чтобы как следует оценить наш уровень мастерства.

Органтар удовлетворительно кивнул, оценив мою работу. И оставшееся время до конца пары я била балду – рисовала в специальном блокноте различные узоры. Просто так, для тренировки.

С артефакторикой Васиэль справлялась лучше, чем с зельеварением. Она довольно быстро присоединилась ко мне, и мы вдвоем стали ожидать, пока остальные однокурсники закончат свою работу.

Удалось это практически всем, кроме орка Гортана и тролля Ароистана. Но последнее и не удивительно: два лучших боевика на курсе и не должны уметь плести ловцов.

После пары группа разбрелась кто куда. Часть – на дополнительные занятия по профилю, часть – домой, в комнату общаги. Мы с Васиэль отправились в местное кафе – совмещать обед с ужином.

Кафе, или столовая для адептов, как оно называлось официально, находилось в отдельном корпусе в нескольких минутах ходьбы от общаги. Работало круглосуточно, что было удобно для тех адептов, кто возвращался в свою комнату поздно ночью. Ну, и для тех, кто успевал поесть утром, до занятий. Но такая роскошь была доступна не всем. Многие не хотели тратить драгоценные часы сна на набивание желудка и приходили на пары не только сонные, но и жутко голодные, готовые подзакусить всем, что под руку попадется.

Заведовал столовой дух. Ну, или призрак, хотя он не любил, когда его так называли.

– Дух князя Ронторского, – представлялся он каждому, кто впервые переступал порог столовой.

Высокая крепкая фигура якобы человека в старомодном наряде парила над полом постоянно, в сне и отдыхе не нуждалась. Дух запоминал с первого раза пищевые пристрастия каждого посетителя. Скажешь ему второй раз: «Как обычно», и он доставит то, что было съедено когда-то. Если бы мы были на Земле, я подумала бы, что передо мной робот.

У меня особых предпочтений не было. Под настроение я старалась попробовать кухню разных рас. А потому, после фразы Васиэль «Как обычно» дух повернулся ко мне, ожидая список.

– Мясо по-орочьи, грибы из запасов гномов и суп. Обычный, человеческий, – выдала я свои пожелания у стойки.

Дух кивнул и испарился. Теперь можно было садиться за стол. Блюда доставятся прямиком к заказавшему их.

Что мне нравились в академии, так это возможность расширять пространство. Небольшая на первый взгляд столовая могла вместить неограниченное количество посетителей, стоило лишь духу положить на стойку нужный амулет. Появлялись своеобразные «карманы», дополнительные залы, даже сами стены могли «пойти вширь», как выражался дух. Магия, чтоб ее. Правда, дух иногда вредничал. И тогда народ толпился в одной-двух комнатах, пытаясь одновременно набить брюхо.

Но сейчас, кроме нас с Васиэль, в столовой было три-пять существ разных рас. А потому необходимости в расширении не имелось.

Мы уселись за столик у окна. На улице уже стемнело, смотреть было не на что. Но в глубине зала сидеть не хотелось.

Деревянный столик со стульями из того е материала был накрыт скатертью. Не белоснежной, нет. Скорее, бежевого цвета, чистой, без рисунков.

Попав сюда впервые, я заявила Васиэль, что и мебели, и помещению не хватает индивидуальности. Надо бы их украсить хоть как-то. Та хмыкнула, мол, где гарантия, что то, что кажется индивидуальностью тебе, не обидит кого-нибудь из орков, гномов или вампиров?

Гарантии не было. Обижать мне, безвестной адептке, никого не хотелось – любила я жизнь. А потому столовая так и осталась без индивидуального оформления.

Глава 5

Очень скоро на столе появились выбранные нами блюда. Васиэль ела фрукты-овощи-ягоды-коренья. Я налегала на мясо. Орки, жители степей, славились своим гостеприимством и большими, можно сказать, огромными порциями мяса. Одна такая порция могла утолить голод у трех-четырех девушек моего телосложения. Так что я обычно вставала из-за стола с набитым до отказа животом. Самое то, чтобы пережить посвященный зубрежке вечер и не хотеть спать ночью. Как своими кореньями наедалась Васиэль, было выше моего понимания.

Не то чтобы она не ела ничего другого. Сладкое, допустим, любила, как и печеное. А вот вкус мяса и рыбы не понимала. Как-то раз не выдержала моих постоянных подколок, взяла в рот кусочек мяса, который лежал у меня на тарелке, и потом долго плевалась:

– Как ты это ешь?! Оно же кислое!

Я только плечами пожала. Ну да, соус был кисло-сладкий, самое то для выбранного мной мяса.

– А ты сахаром сверху посыпь, или вареньем намажь, – ехидно посоветовала я.

Васиэль обиделась и дула губы целые сутки.

Поужинав, мы отправились в общагу. Построенная буквой «п», она делила адептов по полу. Мальчики в одном крыле, девочки – в другом. Посередине – административная часть и спальня для консьержа, высокого хмурого оборотня по имени Шаршан со второй ипостасью леопарда.

Сколько лет было Шаршану, не знал никто. Выглядел он на шестьдесят с лишним, взглядом мог утихомирить драчунов и держал в ежовых рукавицах оба крыла.

Распорядок дня и правила проживания в общежитии – и то, и другое адепты зазубрили наизусть еще в первую неделю обучения и старались не нарушать. Входные двери закрывались на магический замок в девять вечера и открывались в шесть утра. Исключение составляли личные печати преподавателей, по которым опоздавший адепт мог проникнуть внутрь в любое время.

Официального отбоя не было – мы могли учиться ночами напролет. А потому главным оставалось правило, чтобы учеба одного не мешала сну остальных.

По утоптанной гравийке мы дошли до высокого пятиэтажного здания. Я потянула за посеребренную ручку дверцы. Каждый адепт, перед началом учебы, на первом курсе, сдавал свои отпечатки пальцев, а если попросту – плотно прикладывал обе ладони к магическому шару. Тот запоминал каждую черточку и разносил отпечатки по академии. И теперь магия общаги точно знала, кто именно и в какое время открывал дверь.

Мы зашли в холл общежития: ковер с длинным ворсом под ногами, гобелены на стенах, мраморная лестница, ведущая на этажи адептов. И стол консьержа в углу. Шаршан на посту. Как обычно. Высокий мощный оборотень, седой, с черными глазами, в камзоле и штанах, словно аристократ какой, смотрит изучающе.

– Добрый вечер, – воспитанно поздоровались мы с Васиэль.

В ответ кивок. Шаршан редко кого удостаивал ответом или беседой.

Дошли до лестницы, встали на первую ступеньку. И дальше магический механизм понес нас в наше крыло, на четвертый этаж, туда, где мы и жили все это время.

Лестница высадила нас прямо у входа в коридор. Несколько шагов, и здравствуй, уже ставшая родной спальня.

Условия здесь были довольно спартанские. В небольшой комнате – две кровати, две тумбочки, два письменных стола и два стула при них, шкаф на двоих, ковер на полу, штора на окне. Все. Ну и отдельный санузел, прикрепленный к каждой спальне. В общем, не пошикуешь при всем желании.

– Слышала? – Васиэль скинула обувь, забросила на стол сумку, растянулась на своей кровати. – Говорят, наш ректор в отставку уходит.

– Не всем слухам надо верит, Васён, – я с огромным удовольствием последовала ее примеру. Как же хорошо! Уставшее тело наконец-то получило заслуженный отдых! – Мало ли, кто и что болтает.

– Ну… – загадочно протянула Васиэль, – поговаривают, что на его место посадят сына одного из глав драконов из ближайшего мира.

– И тут кумовство, – сокрушенно покачала я головой, – кто бы мог подумать. А таком серьезном, можно сказать солидном месте!

– Я серьезно, – надулась Васиэль.

Я промолчала. Смысл обсуждать слухи? Вот сбудутся, тогда и можно о них говорить.

После сытного ужина меньше всего мне хотелось заниматься. Вот поспать бы… Или просто поваляться, бездумно глядя в потолок. Однако пришлось вставать и вытаскивать конспекты. И артефакторика, и рунология, и лечебное дело ждать не будут.

Так что я обложилась учебниками и конспектами и начала штудировать то, что забыла или не знала.

Васиэль, глядя на меня, занялась тем же.

«Рунология – это наука, которая занимается изучением рун и их свойств, – читала я в учебнике «Основы рунологии». – Руны – это магические символы, применяющиеся на практике для создания порталов, кругов силы и вызова потусторонних сил. Рунология зародилась в глубокой древности, когда с помощью рун живые существа, в основном драконы, пытались связываться с богами».

Я зевнула. Мне было скучно.

Рунологию вела мавка. Самая натуральная нечисть из болота. Придирчивая, злопамятная, часто жесткая, она не давала адептам спуску. Ее предмет надо было знать от и до, если надеешься хотя бы на «трояк» в зачетке.

Меня древние символы интересовали мало. Их начертание и магические значения – тем более.

– Зачем драконам связываться с богами? – спросила я.

Васиэль оторвалась от своего конспекта.

– Рунологию читаешь, – догадалась она.

Я согласно кивнула. И снова зевнула. Этот предмет навевал на меня сон.

– Артемиду спросила бы, – посоветовала ехидно Васиэль. – Она тебе в красках все объяснит.

Артемидой звали мавку. Вернее, у нее было длинное и заковыристое имя ее народа. Но с моей легкой подачи ее стали звать Артемидой – самой близкой по произношению формой, похожей на ее настоящее имя.

– Я еще жить хочу, – буркнула я. – Нет, ну в самом деле. Кому могло понадобиться связываться с богами? А самое главное, для чего? Что такого важного те могли сообщить?

– Например, дату смерти, или дату окончания войны. Да мало ли.

Я только головой покачала с досадой. Нашли гадалок. Боги – это боги, высшие создания. И если они действительно существуют, то вряд ли станут вмешиваться в дела подвластных им существ.

Глава 6

Утром нас с Васиэль, да и остальных адептов, как обычно разбудил грифон. Именно он работал здесь в качестве будильника, живого, громкого и наглого. Орал противно – как петух, которого ощипывают на живую. Усиленный магически голос успешно доходил до самых дальних уголков общаги.

Я терпеть не могла этот звук и уже несколько раз грозилась, что останусь ночевать в учебном корпусе. Васиэль посмеивалась и напоминала:

– Там кроватей нет. А спать за партами неудобно.

– Зато будильники не орут, – ворчала я.

Поднявшись как обычно в отвратном настроении, я потащилась в душ. Васиэль еще нежилась в кровати. И вроде лишние две-три минуты, а утром, после бессонной ночи, они кажутся роскошью.

Быстро ополоснувшись, я вышла в той же ночнушке, в которой спала. Пока Васиэль мылась, я успела натянуть на себя учебный комплект. Все, пора, пора грызть гранит науки.

– Всем адептам собраться на главной площади! Повторяю: всем адептам собраться на главной площади, – прогремел механический голос, когда мы с Васиэль готовы были выходить из комнаты.

Мы недоуменно переглянулись. Это что еще за ерунда? Сбор на главной площади обычно проходит два раза в год: в начале учебного года и в конце. Но чтобы так, в середине, да еще и без видимой причины…

Ладно, нам приказали, мы пошли. Несколько минут, и вот уже мы вместе с остальными адептами привычно разбредаемся по своим местам. У каждого курса – своя отметка, где он должен собираться. А там уже стой, где захочешь. Главное, чтобы тебя среди адептов смогли обнаружить.

Я, сама не знаю, почему, встала в последнем ряду, в середине. Так проще затеряться. От кого или от чего я пряталась, понятия не имею.

– Ты чего? – недоуменно посмотрела на меня Васиэль, вставая рядом.

Я пожала плечами.

– Сама не знаю. Но вот не хочу вперед лезть.

Договорить мы не успели – нас прервало появление на площади новых лиц. Внезапно открылся портал, и из него вышло двое мужчин. Один – уже знакомый нам ректор, а другой – высокий, крепко сложенный и довольно привлекательный незнакомец.

Рядом еле слышно ахнула Васиэль. Ахнула, но не произнесла ни звука, потому что в тот же момент ректор начал говорить.

– Доброе утро, адепты, – ректор, гном Ранибор Отсерсткий, говорил спокойно, смотрел прямо. Он, с присущим всем гномам хладнокровием, мог произносить речь и перед группой адептов, и перед толпой существ разных рас. Поговаривали, что именно Ранибор учил в свое время одного из наследников нынешнего императора. – Рад видеть вас всех на площади. Сегодня я выступаю перед вами в качестве ректора последний раз. Теперь руководить академией станет тарр Ноэлин горт Дарран.

И ошеломленное молчание в ответ. Мы все стояли, во все глаза смотрели на нового ректора и мысленно готовились к многочисленным отчислениям.

Дракон. Академией станет руководить дракон. Именно они могут похвастаться частицей «горт» перед фамилией. А еще эта частица давала понять, что перед нами чистокровный аристократ. Жуткие снобы, драконы держались особняком. Они считались детьми богов, их самыми любимыми созданиями. Не знаю, как было на самом деле, но драконы всячески поддерживали этот слух. И вели себя так, что любое хорошее отношение к ним становилось невозможным. Уже через пару минут общения с ними хотелось взять предмет потяжелее и обработать им нахалов по темечку.

Где бы ни появлялись драконы, они смотрели на остальные расы свысока, не брали в расчет чужие желания, мысли или чувства, поступали, как законченные эгоисты… В общем, понимания от них ждать не стоило.

Все представители этой расы предъявляли повышенные требования к существам других рас. Они разговаривали сквозь зубы, смотрели свысока. И их постоянно хотелось прибить. И прикопать. Где-нибудь подальше.

В академии драконов не было. Они все, по давней традиции, учились отдельно, в собственных школах и вузах.

И обычно (да, блин, обычно, но не в этот раз!) другими академиями, особенно смешанными, драконы тоже не руководили. Для них это было слишком мелко и обыденно.

Понятия не имею, почему именно этот дракон решил нарушить данное правило, но теперь все адепты смотрели на него настороженно, ожидая каждую минуту разных пакостей.

Впрочем, ему было плевать на наши взгляды и ожидания. Он явно появился здесь за другим.

– Благодарю за представление, тарр Ранибор, – голос дракона звучал спокойно и безэмоционально. – Действительно, с это минуты я – новый ректор академии. Правила и распорядок дня менять не стану. Но прошу отнестись к учебе с большим рвением.

И он обвел внимательным взглядом всех нас, словно ища кого-то.

Глава 7

Поговаривали, что взгляд дракона может выдержать только другой дракон. Мол, у каждого из этих наглых рептилий какой-то особый магнетизм, который притягивает все живое. И сила, которая заставляет опускаться перед драконами на колени даже императоров. Не знаю, может, все так, но из нас, адептов, никто на колени не опустился. Может, потому что смотрел дракон не каждому в глаза, а обводил нас всех взглядом.

В общем, нашел он того, кого искал, или нет, но уже через минуту мы разбрелись по аудиториям – смена ректора, конечно, впечатляла, но учебу никто не отменял.

– Ах, какой красавец, – закатила глаза наша звезда Диляна, оборотница, превращавшаяся в пантеру.

Высокая, гибкая, выносливая, она любила красивых мужчин и не скрывала этого.

Я припомнила внешность дракона. Да, не урод, да, в нем есть харизма. Но вот так растекаться лужицей? Нет уж, увольте.

– Ты ж не любишь брюнетов, – подначил ее Гортан.

– А он и не брюнет, – фыркнула Диляна. – Он шатен. Да еще и глаза синие. Все как я люблю.

Мы с Васиэль многозначительно переглянулись. Похоже, все следующие свободные минуты Диляна будет обсуждать своего нового кумира. Интересно, она хоть понимает, что рядом с драконом ей ничего не светит? Они даже на пару ночей к себе в постель другие расы не пускают. А если и пускают, то кого-то побогаче и познатней Диляны.

В общем, адептки академии могли мечтать о новом ректоре только на расстоянии. Жаль, что не до всех доходила эта простая истина.

Сегодня первой парой у нас стояли магические животные и способы обращения с ними. Практическая часть, на которой мы должны были поближе познакомиться с этими самыми животными. И проникнуться их силой и мощью. Желательно из-за загородки, под охраной магического щита.

Вел пару оборотень Партисон. Как и большинство оборотней, высокий и гибкий, он умел найти подход ко всему живому. Василиски, химеры, грифоны, единороги – все они подчинялись его голосу и взгляду.

– Сегодня наше занятие посвящено единорогам, – начал неспешно говорить Партисон, едва прозвенел звонок. – Кто мне скажет, чем они знамениты?

– Любят девственниц? – предположила я, вспомнив земную мифологию.

– В каком виде? На завтрак, обед и ужин? – сыронизировал Партисон.

Я хмыкнула. Да уж, двусмысленно получилось. Народ, конечно, поржал. Ему только волю дай. Над любой шуткой ржать будет. Лишь бы не учиться.

– Еще предположения есть? – уточнил Партисон. – Нет? Тогда открываем тетради и записываем. Единороги – магические существа, которые с древних времён описывались как животное с одним большим заострённым спиралевидным рогом, выходящим изо лба, раздвоенными копытами, а иногда и с козьей бородой. Этот рог служит им для определения магии в той или иной вещи. Нет, адепт Гортан, в живых существах единороги магию определять не могут. Адептка Диляна, вернитесь к нам, пожалуйста. Помечтать вы сможете и после занятий. Нет, в тетрадях ничего рисовать не надо. В отличие от описаний, реальные единороги не имеют козьей бородки. Когда единорог злится, он бьет копытами по поверхности, обычно по земле, да. Как предупреждение тем, кто пытается его довести. В ярости единорог способен обогнать даже оборотня в его второй ипостаси. Кого не может обогнать? Летящего дракона, например.

Мы внимательно слушали, тщательно конспектировали и с нетерпением ждали практики. И она нас не разочаровала. В академии жили сразу два единорога, причем одного пола. Самок к ним приводили из других учебных заведений, пару раз в год, не чаще. В остальное время они обитали в свободных вольерах. Кормили их сытно, трудиться на благо академии не заставляли, еще и густые гривы по вечерам костяным гребнем расчесывали.

– Хочу быть единорогом, – проворчал один из одногруппников, Лантар.

– Думаю, не ты один, – вздохнула Васиэль.

Партисон ухмыльнулся, но развивать тему благоразумно не стал.

Ни один, ни второй единороги не обратили на нашу группу ни малейшего внимания. Они были заняты поеданием каких-то там свежесодранных веток. И адепты их точно не интересовали.

– Внутрь не запускаю – не хочу вас потом к лекарям везти,– предупредил Партисон.

– Они не кажутся злобными, – задумчиво проговорила я, наблюдая за одним из животных. Он стоял, наклонив голову вниз и вперед, обдирал молодую кору и явно наслаждался жизнью.

– А они и не злобные, адептка. Они по-настоящему дикие. И понятия не имеют, что адепты – лица неприкосновенные, и портить их тушки запрещено, – иронично просветил меня Партисон.

Народ охотно заржал второй раз. Прямо как те единороги.

Глава 8

После первой пары мы все отправились на вторую. В животе бурчало, подсказывая, что есть все же иногда надо, иначе это уже совсем издевательство над организмом получается. Но рунолог, Артемида, ждать не любила и запоминала всех, кто отказывал ей в уважении и опаздывал на пары без серьезной причины.

Небольшого роста, худая, сгорбленная, она отлично знала свой предмет и требовала того же от адептов.

Я терпеть не могла рисовать руны и боялась пересдач, как только мы перейдем от теории к практике.

Не успели мы перешагнуть порог аудитории, как по зданию академии разнесся механический голос:

– Адептка Ольга Правова, срочно пройдите к ректору. Повторяю: адептка Ольга Правова, срочно пройдите к ректору.

Недоуменно переглянулись все, включая Артемиду. Она тоже не поняла, что такого экстренного могло случиться, ради чего не самую успевающую адептку сорвали с одного из занятий. И почему это все не могло подождать большой перемены, например?

– Идите, адептка, – проскрипела Артемида. – Потом перепишете теорию у своих однокурсников.

Ну… Меня послали – я пошла. Вместе с сумкой. Мало ли, вдруг ректор на всю пару задержит. Кто их знает, этих драконов, что у них в мозгах творится. Может, лекцию пространную мне станет читать. Наедине, угу.

И судя по тому, что Артемида меня не остановила и не велела положить сумку на стул, она была со мной полностью солидарна. Мы все понятия не имели, чего можно ожидать от нового ректора, а потому старались не раздражать его здесь и сейчас своим непослушанием.

Кабинет ректора находился в дальнем крыле, вдали от аудиторий. И идти до него, ножками, было минут десять, если не все пятнадцать. Но, как обычно, в данном случае сработала магия.

Едва я вышла в коридор, пол подо мной вздрогнул, выгнулся горбом… и в следующую секунду я оказалась у дверей ректората.

В приемной старого ректора сидела гномиха, дальняя родственница начальства. Она знала в лицо и по имени каждого адепта. Ну и успевала все и даже больше. С помощью магии, конечно. Теперь же здесь обосновался самый натуральный призрак. Причем, из-за постоянно расплывающихся форм, не понять, мужчина или женщина перед тобой. Просто комок чистой энергии.

– Адептка Ольга Правова? – прошелестел он негромко.

– Так точно, – ответила я.

– Проходите.

Да как скажете.

Я постучала, дождалась заветного «Войдите», потянула на себя ручку кабинета ректора и без малейшего трепета переступила порог.

Постоянная нервная работа на Земле и частое общение с начальством, в том числе и на повышенных тонах, приучили меня ко многому. Одной из «наук» была возможность не теряться перед внимательными и даже агрессивными взглядами со стороны собеседников. Стушуешься, покажешь слабину – съедят с потрохами.

А потому я встретила тяжелый, немигающий взгляд нового ректора, сидевшего за столом в кресле, с полным равнодушием. Мне действительно было все равно, кто на меня смотрел и зачем именно меня вызвал. Моя голова была забита совершенно иными проблемами. И сдать зачет по рунологии казалось в разы важнее, чем попытаться угодить своенравному дракону.

– Вызывали, тарр ректор? – спросила я недрогнувшим голосом.

К тяжести во взгляде прибавилось раздражение. Как будто от меня ждали совершенно иной реакции. Чего-то вроде страха и поклонения. А я, зараза такая, своим равнодушием спутала собеседнику все карты.

– Адептка Ольга Правова? – произнес дракон негромко.

Наверное, у других адепток обязательно поползли бы мурашки по коже от этого вкрадчивого голоса. Возможно, кто-то из них (адепток, не мурашек) даже растекся бы лужицей у мужских ног. Я же всего лишь ответила:

– Да, тарр ректор.

В самом деле, я что, мачо на Земле не видела? Или меня конкуренты обольстить не пытались? Конечно же, было и то, и другое. Так что на дракона я отреагировала без малейшего трепета.

– Проходите, присаживайтесь, – кивок в сторону другого кресла, напротив ректорского стола.

Я подчинилась и расположилась в кресле, не постеснявшись устроиться в нем поудобней.

– Я слышал, у вас проблемы, адептка, с успеваемостью по некоторым предметам, – сообщил мне ректор. – Думаю, вам стоит знать, что с этих пор я плотно займусь подобными случаями. Все, кто не способен учиться, будут отчислены.

И смотрит в упор, ловит каждую реакцию.

Я сдержала смешок. Наивный. Отчисление – моя голубая мечта. Я страстно жажду вернуться на Землю. А ведь именно это «наказание» грозит всем, кого выкинут из академии якобы с позором.

– Я буду только рада, тарр ректор, – моя улыбка расползлась от уха до уха. – Всегда мечтала вернуться домой, к любимой работе.

Дракон нахмурился. Похоже, подобной реакции он от меня не ожидал. Что ж, я еще не так могу удивить. Особенно если меня хорошенько достать. Это здесь, в стенах академии, я свой норов старалась сдерживать. А вот если дать мне волю…

Глава 9

– Вы, видимо, неправильно меня поняли, адептка, – заявил дракон, продолжая буравить меня пристальным, тяжелым взглядом. – Вас исключат, а затем вернут в ваш далекий немагический мир и при этом сотрут вам память, чтобы исключить любую возможность утечки информации.

– Отлично, тарр ректор, я согласна, – с пылом уверила я его. – При моей работе магия и волшебство не нужны. Там необходим трезвый расчет. Так что я буду только рада, если избавлюсь от ненужных воспоминаний о пребывании в академии.

Молчание, не особо долгое, но все же. Дракон то ли пытался нагнетать обстановку, то ли прощупывал меня, то ли обдумывал свои дальнейшие слова.

Наконец он произнес буквально ледяным тоном:

– Идите, адептка.

Эм… и что, это все? А звал-то зачем? Отчислением попугать?

– Хорошего дня, тарр ректор, – я поднялась, поклонилась, как нас, адептов, учили, и вышла из кабинета.

Доставили меня к аудитории тем же способом, что и отвезли к ректору: пол выгнулся, и через миг я уже стучала в дверь и просила разрешения войти.

Оставшееся время пары на меня с интересом косились и Артемида, и одногруппники.

Прозвенел звонок. Мы вышли из аудитории, прошли несколько метров. И у пустого подоконника меня окружили.

– Рассказывай, – ревниво потребовала Диляна. – Что он от тебя хотел? Зачем к себе звал?!

Ну, допустим, звал он меня не к себе, а в кабинет. И уж не Диляне точно ревновать дракона. Но я честно ответила:

– Отчислением угрожал.

Во взглядах народа появилось недоумение.

– У тебя же «хвостов» нет, – заметила Васиэль.

– Сказал, по некоторым предметам проблемы с успеваемостью. Видимо, физ-ру имел в виду. Пригрозил, если не исправлюсь, отчислить, стереть память и вернуть на Землю.

– В каком смысле стереть память? – удивился Лантар. – За что?

– «…чтобы исключить возможность утечки информации», – процитировала я.

Народ молчал и смотрел на меня с разной степенью изумления.

– Что? У вас не стирают память? – уточнила я.

– Никогда. Ты отучилась несколько лет. Приобрела знания. Эти знания могут тебе пригодиться в дальнейшей жизни, – произнесла задумчиво Диляна. – Память стирать за что? Это противозаконно.

Вот как… Интересно девки пляшут… То есть дракон только угрожал? Брал на слабо? Или он и вправду готов был пойти против закона и стереть мне память? Тогда не совсем ясно, по какой причине. И вообще удивительное поведение. Где и когда я успела ему хвост прищемить?

На следующую пару мы шли в задумчивом молчании. Едва ли не первый раз за время обучения вся группа вне занятий была занята одним и тем же делом: пыталась разгадать смысл в словах дракона.

Преподаватель магических существ, дриада Валериана, уже ждала нас в аудитории.

– Итак, адепты, обещанный коллоквиум, – заявила она, едва мы расселись по своим местам. – Учебники ваши я изымаю. Магия вернет их вам после пары. А сейчас открывайте тетради и пишите ответы на вопросы, записанные на доске. У каждого адепта вопросы свои. Так что не пытайтесь списать. Времени вам на все – полчаса. Время пошло.

Тоскливый вздох прокатился по аудитории. Полчаса на пять вопросов. Вроде и не так уж мало. И все равно надо успеть вспомнить и записать все, что пришло в голову, причем записать в подробностях те же отличия русалок от наяд.

Я посмотрела на свои вопросы.

Первым стоял: «Для чего виверне⁵ жало?»

Ну тут легко. С его помощью виверна может уколоть или разрезать жертву, ну и заодно впрыснуть в нее яд.

Дальше…

«Каким заклинанием можно вызвать домового для личного общения?»

Это уже сложней. Все зависит от мира, в котором обитаешь. В немагических мирах, на той же Земле, например, вызвать домового вообще никак не получится, хоть какое заклинание применяй.

В магических же мирах, бывает, достаточно обычной фразы: «Хозяин батюшка, выйди, пообщаемся». И домовой предстанет перед тобой, как тот лист перед травой. А бывает, что натуральные танцы с бубнами устраивать нужно, умолять появиться и поговорить. В общем, блин, от мира же все зависит! От конкретного мира!

Третьим вопросом было: «Как спастись от взгляда василиска?»

Я с трудом удержалась, чтобы не расхохотаться. Да если бы точно знать, как спастись. Давно бы у каждого живого создания такой амулет имелся. На самом деле точного ответа не было. Кому-то везло, и василиск каменел, едва взглянув на себя в зеркало. Кто-то умудрялся обливать тварюшку каким-нибудь ядом и сам при этом выживал. Бывали и те, кто посылал в василиска поток чистой силы. Сами замертво потом валились, но и живность помирала.

И вот каждый такой способ следовало описать в подробностях. Чем больше вспомнишь, тем лучше.

Несмотря на стоны и вздохи, ожидаемо справились все.

Валериана удовлетворенно кивнула, собрав наши работы. Магия уже доложила ей, что ошибки если и есть, то незначительные. А значит, коллоквиум можно считать вполне успешным.

И сразу же как прозвенел звонок, мы всем составом отправились на предсказания.

Я не любила предсказывать ни себе, ни кому-то другому. Циник и реалист до мозга костей, я придерживалась правила, гласящего, что о будущем лучше не знать. Целее останешься. В академии считали по-другому. Всех, у кого имелся хотя бы слабый дар, заставляли тренироваться, улучшать способности.

У меня, к моему глубокому сожалению, дар имелся, пусть и очень слабый. Поэтому вампир Гошран, который вел у нас этот предмет, задавал мне больше всех. Ну и требовал столько, что я стонала и доказывала Васиэль, что жизнь – штука несправедливая.

– Ты – будущий лекарь, – отвечала безжалостно Васиэль. – Ты должна знать, умрет твой подопечный или выживет. Стоит тратить на его силы или нет.

– Да иди ты, – ворчала я. – Конечно же, стоит. Попытаться спасти чужую жизнь всегда стоит.

И вот теперь, едва переступив порог аудитории, я поняла: пара легкой не будет. Гошран смотрел на меня с заинтересованностью маньяка, желавшего расчленить очередное, пока еще живое, тело.

Глава 10

– Итак, адепты… – пронеслось зловещее по аудитории, – сегодня у нас практика. Да-да, адептка Ольга, именно. Вам придется войти в транс и увидеть будущее. Возможно, свое. Не кривитесь. Предсказания в свое время спасли многих живых существ. Вполне возможно, и вам они помогут не наделать ошибок. Считается, что через предсказания с нами говорят сами боги. Вы ведь не хотите, адептка Ольга, поспорить с богами?

Я? Поспорить с богами? Да где я и где боги. Они захотят – меня в порошок сотрут. Так что нет…

– Нет, тарр Гошран, – смирено ответила я.

– Отлично, – удовлетворенно кивнул он. – Тогда занимайте свои места. Парт сегодня в аудитории нет. А вот коврики для вхождения в транс имеются.

В транс умели входить почти все из группы. Самое легкое задание на предсказании. Гораздо труднее – суметь победить свои страхи и пройти по узкому и темному тоннелю, который открывался перед внутренним взором.

Там, за тем тоннелем, и появлялись картинки будущего, обычно своего. Но были умельцы, способные предвидеть чужую судьбу, или даже будущее определенного государства. Последних, конечно, брали под свое крыло безопасники.

Я чужие судьбы видела часто, гораздо чаще, чем собственную. Гошран уверял, что это все из-за страха ответственности. Я не желала быть ответственной перед собственным будущим, каким бы оно ко мне ни явилось.

Я с преподавателем не спорила, а сама втайне надеялась, что местные боги и дальше позволят мне видеть исключительно чужое будущее. Собственное было мне не интересно.

Увы, сегодня боги остались глухи к моим традиционным просьбам.

Как и остальные адепты, я уселась на коврик, приняла нужную позу, постаралась расслабиться, чтобы войти в транс. Частые тренировки не пропали даром. Я действительно быстро расслабилась, едва ли не уснула в не очень удобной позе.

Несколько мгновений, и вот уже я иду по хорошо знакомому длинному тоннелю. Несмотря на описания в учебнике, уверявшие, что тоннель должен быть темным, мой тоннель был всегда залитым светом. Рассказывать об этом факте Гошрану я не торопилась. Мало ли, вдруг обрадуется сверх меры и заставит меня тренироваться еще сильней.

Тоннель довольно скоро закончился. Я вышла на поляну, тоже светлую и широкую. Наверху – солнышко, и ни единого облачка. Впереди – дом, большой, трехэтажный, сложенный из крупного серого камня. На поляне возле него – трое детей, играют во что-то, весело галдят.

И чьи-то фигуры в креслах-качалках, сидят, почти не двигаясь. Словно статуи какие.

Естественно, я пошла посмотреть, кто же там, в креслах. Кому на поляне жить хорошо?

Я не боялась, что меня заметят, так как в видения являлась даже не духом, а некой проекцией себя настоящей.

Несколько шагов, и вот уже я у кресел. Стоя смотрю на себя любимую, явно довольную жизнью. Потом поворачиваюсь… И с удовольствием начинают материться, по-тролльи, по-эльфийски, по-вампирьи, да на всех языках, которые успела выучить за это время!

Во втором кресле, вальяжно развалившись, чувствуя себя главной ценностью Вселенной, находился дракон! И не какой-нибудь, а та самая сволочь, что угрожала мне отчислением! Я силилась вспомнить его имя и понимала, что не помню! Не помню, как зовут эту наглую сволочь!

А самым противным было то, что и дракон, и я сама, в будущем, оба выглядели невероятно довольными, можно сказать, счастливыми!

– Мам, пап, – кто-то из игравших мелких подбежал к креслам, – а дедушка когда приедет? А с бабушкой? А игрушки привезет?

И я зависла. Конкретно так зависла. Драконы не брали в жены представителей других рас! Никогда! Они не мешали свою кровь ни с кем! А если такие договорные браки и происходили, наследники от них не появлялись!

Я знала на сто процентов, что я – человек, не какая-то там надменная драконесса. И вот, пожалуйста! «Мам, пап!»

– Скоро, милый, – я «будущая» мягко улыбнулась ребенку. – И папины родные скоро приедут.

Дракон поморщился так, словно съел лимон.

– Ноэлин, – слегка иронично позвала я.

Ах, так вот как зовут этого гада!

– Помню, – буркнул дракон. И уже ребенку. – Все совсем скоро приедут. Надеюсь, дом устоит.

Мелочь звонко рассмеялась и вернулась к игравшим.

А меня выкинуло из видения.

– Вы в этот раз долго, адептка, – послышался рядом со мной голос Гошрана. – Все в порядке?

А? Что?

Я открыла глаза, огляделась. Пара или закончилась, или вот-вот должна была закончиться. Народ вынырнул из своего транса. И теперь вся группа столпилась возле меня.

– Да, все в порядке, тарр Гошран, – откликнулась я немного заторможенно, все еще «переваривая» увиденное.

Расспрашивать о видениях здесь было не принято. Поэтому преподаватель просто кивнул, принимая к сведению мои слова, и помог подняться. Тело затекло, практически не слушалось, руки-ноги подрагивали от долгого сидения. Прошло несколько секунд, прежде чем я вспомнила, как нужно двигаться.

И практически сразу же прозвенел звонок. Народ потянулся на выход.

– И? – потребовала Васиэль, едва мы вышли из аудитории.

– Потом, – ответила я, вздохнув. – Сначала мне нужно прийти в себя.

Удивление в глазах подруги я проигнорировала.

Глава 11

Следующей была моя любимая пара – магическая медицина.

В этом году мы все еще посещали предметы вместе. Разделение начнется со следующего года, как и обширная практика по выбранным специальностям. А пока что народ, глядя на довольную меня, лелеял планы мести – медицину многие в группе терпеть не могли.

Преподавал медицину оборотень Киран. Невысокий, довольно полный, почти лысый, он не был похож на тех оборотней, которых я видела в академии, однако же не раз и не два спокойно перекидывался в дикую кошку. Поговаривали, что он смесок, и в его крови присутствует кровь другой расы, то ли орков, то ли гномов, что не мешало ему оборачиваться. Как бы то ни было свой предмет Киран знал великолепно и того же требовал от адептов.

– Сегодня мы рассмотрим один из видов бесконтактной медицины, – сообщил он нам, когда мы расселись за парты. – Не все лекари владеют им. Тут мало иметь приличный уровень магии. Нужно еще и концентрироваться на том, что делаешь. Записывайте в тетради: лечение наложением рук. Нет, Васиэль, здесь не нужно прикасаться к пациенту. Представьте себе, что он умирает на другом краю пропасти. Далеко? Ладно. Он вымазан в иле и тине рядом с вами, а вы брезгуете к нему прикасаться.

Народ весело расхохотался. Васиэль покраснела. Стервец Киран припомнил ей, как год назад она оказалась «лечить» одного из адептов-старшекурсников, потому что он был весь в пыли после тренировок. Тогда она пожалела свой маникюр. Сейчас Киран развлекался за ее счет.

– Итак, – продолжил он, повернувшись к доске и указывая на схематично изображенную там фигуру, – представьте себе умирающего друга. Женский пол может представить возлюбленного, если им так проще. В общем, того, без кого ваша жизнь потеряет смысл. Вам нужно воскресить его, почти сошедшего в могилу. Прикоснуться к нему и перекачать в него свою магию вы не можете. По разным причинам. Сейчас не о них. Попытайтесь вылечить его на расстоянии. Пассами, просто наложением рук – как угодно. Кто желает?

Конечно ж, «лес рук», что, впрочем, при таком задании было и не удивительно.

– Значит, пойдем по алфавиту, – недовольно прищурился Киран. Ему не нравилось, когда его задания игнорировались. – И помните: фигура на доске нарисована с помощью магии, а значит, будет откликаться на все ваши манипуляции. Итак…

Первой к доске пошла Васиэль. Она вышла с мученическим видом, подняла руки, начала делать какие-то пассы. Если это и была техника наложения рук, то очень странная. Мне лично она напоминала дергания эпилептика. Кирану, видимо, тоже, потому что он выдержал не дольше пяти секунд и сразу поставил «неуд». Фигура на доске при этом даже не шелохнулась.

Гортан потоптался у доски с тем же успехом.

У Диляны получилось заставить фигуру дергаться в предсмертных судорогах.

– Уже неплохо, – заметил Киран. – Хотя бы видно, что он умирает.

Диляна залилась краской от обиды.

Я наблюдала за своими однокурсниками и видела, что из всех, кто выходил к доске, лечебной магией полностью не владел никто. Разве что за исключением Лантара, у которого фигура смогла сесть и тихо стонала.

– Жить будет, хоть и не очень долго, – прокомментировал Киран и поставил Лантара «четверку».

Наконец, настала моя очередь. Народ, тихо перешептывавшийся между собой от скуки, замолк и с ожиданием начал переводить взгляды с меня на фигуру и обратно. Все в аудитории, включая преподавателя, ждали от меня представления. И конечно же, я их не разочаровала.

Я вышла к доске, встала так близко, как могла, затем выставила руки вперед, прикрыла глаза и в красках представила, как из моих ладоней бьют лучи чистой энергии. Несколько секунд ничего не происходило. Затем за моей спиной раздался дружный вздох. И голос Кирана произнес:

– Достаточно, адептка. Отлично.

Я открыла глаза и с изумлением уставилась на фигуру, танцевавшую на доске то ли брейк⁶, то ли хип-хоп⁷.

А вслед за тем по всей аудитории разнесся мужской рев, явно усиленный магически:

– Адептка Ольга Правова, срочно пройдите к ректору!

И прямо передо мной открылся портал.

Глава 12

Когда мужчина приглашает таким образом, пусть и не на свидание, а всего лишь на ковер, отказываться невежливо. А потому я поймала взгляд Кирана, увидела кивок и шагнула в портал. Без сумки, без тетрадей. Вот так вот, без всего.

Дракон дымился. Вокруг него в воздухе витали крупные и мелкие кольца пара, перемежавшиеся со всполохами алого огня. Казалось, еще немного, и он распадется на угли, а теми можно будет обогреваться всю зиму, настолько много силы они будут содержать.

Я бы, может, посмеялась бы над собственным сравнением, если бы его причиной была не сама я. А так… Так я стояла, недоуменно смотрела на изрыгавшего пламя и дым ректора и пыталась понять, что же довело его до такого состояния. Кто – понятно. Я. Иначе он не орал бы благим матом мое имя. А вот что… Что именно в моих действиях вызвало подобную необычную реакцию?

– Адептка, пятый пункт устава академии, быстро, – внезапно, срываясь на рык, потребовал от меня дракон.

В его глазах горело поистине адово пламя, способное напугать кого угодно, кроме той, что росла на ужастиках и триллерах.

– Не знаю, тарр ректор, мы его не учили, – честно ответила я.

– Он стоит у вас экзаменом в программе первого курса! – зарычал дракон.

Я недоуменно хлопнула ресничками. Устав? Экзаменом? На первом курсе? Да не было такого!

Перед моим носом появился план занятий первого курса. И там действительно был устав. Вот только…

– Так его отменили, тарр ректор, – простодушно пояснила я. – Предыдущий ректор и отменил. Сказал, мы не справляемся с нагрузкой, а значит, всякую чушь можно не учить. И поставил нам автоматом…

Я не договорила: по кабинету пронесся рык динозавра, у которого внезапно заболели сразу все зубы.

– Пятый пункт устава академии гласит, что адепт не должен для выполнения задания прикладывать больше силы, чем того требует то самое задание! – снова рыкнул дракон. – Что сделали вы?!

Эм… А что я такого сделала-то? Задание выполнила по любимому предмету, всего лишь.

– Не знаю, тарр ректор, – честно ответила я.

– Выплеска вашей силы хватило бы, чтобы открыть портал в иной мир, – заявил дракон.

И посмотрел на меня, как на свой будущий ужин.

Упс. Большой такой упс.

– Когда не знаешь, что делать, прикидывайся дурочкой, милая, – учила меня в моем босоногом детстве бабушка, – особенно когда перед тобой мужчина. Они любят глупышек и редко ярятся на них.

Мне было тогда десять или одиннадцать лет, я запомнила эту простую истину и испробовала ее на следующий день на одноклассниках в школе. Там сработало. Но вот сработает ли здесь… Все же мальчишки-одноклассники – это не дракон, к тому же находящийся в ярости…

И все же я решила попробовать.

– Я не знала, тарр ректор, простите, пожалуйста, – и глазками так хлоп-хлоп.

– Не стройте из себя дуру, адептка!

Не сработало. А жаль.

– Так больше ж некого строить, тарр ректор, – хмыкнула я. – Подскажите, а за нарушение устава академии полагается отчисление? А то меня в моем мире уже потеряли…

Очередной рык, а затем – густой серый клуб дыма. В следующую секунду дым рассеивается, и на меня в упор смотрит огромная черная драконья голова. На человеческом теле, да. Частичный оборот, судя по всему, неконтролируемый. Довела я мужика. Не до кондрашки, но почти. Рядом, так сказать. Могу. Умею. Практикую.

– Вон!

Магия исполнила приказ ректора буквально, и я сразу же я оказалась в аудитории: присоединилась к своему курсу и Кирану.

Очередные изумленные взгляды я проигнорировала, только плечами пожала:

– Я нарушила устав. Но нам с тарром ректором удалось решить все наши разногласия.

Как будто опровергая мои слова, по академии пронесся злобный драконий рык.

– Заметно, – с легкой улыбкой кивнул Киран. – Пара скоро закончится. Собирайте вещи адептка.

Да как скажете.

Я быстро покидала в сумку писчие принадлежности и уже через минуту выходила вместе с однокурсниками из аудитории.

В столовую. Нам всем нужно было именно туда. Мой желудок давно уже намекал нерадивой хозяйке, что его пора кормить, и плотно.

– Он снова пообещал тебя отчислить? – поинтересовался Лантар, с любопытством косясь на меня.

Я покачала головой.

– Не поверишь, я сама спросила, могу ли быть отчисленной. И он сразу же отправил меня назад, к Кирану.

– Вот так и сразу?

– Ну… сначала у него был неконтролируемый частичный оборот… Что? Что вы все на меня так смотрите?

– Он ее как-нибудь прибьет и под кустиком прикопает, – уверенно заявила Диляна.

– Пора делать ставки, сколько она вообще проживет теперь, – прогудел тролль Шоркас.

– Умные вы все, – проворчала я. – Пошли в столовую. Есть хочется.

И желудок подтвердил мои слова немузыкальным урчанием.

Глава 13

Столовая, конечно же, как обычно была забита, почти под завязку. Народ со всех курсов едва ли не дрался за возможность получить доступ к столикам, чтобы поесть в относительном комфорте.

Нам частично повезло: мы с Васиэль и Диляной умостились за одним из столиков у окна. Рядом плюхнулся Лантар. Все, четыре персоны. Мест нет. Остальные одногруппники должны были есть стоя, с тарелками в руках. Ну, или оккупировать свободные участки подоконников. Большая часть выбрала последний вариант.

Каждый пробубнил под нос свой заказ. И скоро мы дружно задвигали челюстями, стараясь побыстрей насытить наши желудки.

Мы почти доели, а кое-кто успел и допить компот или чай, когда дверь зала отворилась. И порог перешагнул дракон собственной персоной.

В мгновенно установившейся тишине можно было услышать не только комара или муху, но и ползущего муравья.

– Кто заведует столовой? – негромко и чересчур спокойно поинтересовался между тем дракон.

– Дух князя Ронторского, – мгновенно появился тот.

– Развею, – все так же спокойно пообещал дракон. – Без права перевоплощения.

Мы все затаили дыхание. По местным законам любое существо, даже самый жестокий убийца, имело право на перевоплощение и могло в новой жизни получить шанс на исправление.

– По какой причине, тарр ректор? – мне показалось, или в голосе бесплотного духа проскользнуло волнение?

– В подобных условиях принимать пищу невозможно, – последовал ответ. – Шум, гам, отсутствие удобств, скученность существ. Еще причины?

– Никак нет, тарр ректор! Все будет исправлено сразу же после того, как адепты покинут зал! – едва ли не во фрунт вытянулся дух.

– Даю время до завтрашнего утра, – все так же безэмоционально произнес дракон, повернулся и вышел из зала.

Мы проводили его ошарашенными взглядами. Предыдущему ректору было плевать, в каких условиях мы принимаем пищу. Да ему на многое было плевать, честно говоря. Учимся? Глобальных проблем не создаем? Ну и отлично. Не нужно мешать ректору наслаждаться жизнью.

Нынешний же ректор внезапно вспомнил, что и у адептов имеются потребности. Сюрприз, да.

Мы потихоньку вернулись к заказанным нами наборам еды, но теперь ели медленно, задумчиво, стараясь осмыслить произошедшее.

После ужина все так же молча мы разбрелись кто куда. Вместе с Васиэль я поднялась к нам в комнату в общаге, бросила в угол сумку, развалилась на кровати.

– У меня два и два не складываются, – поведала я в пустоту, зная, что Васиэль меня слушает. – Драконы считаются эгоистами, снобами, кем там еще? В общем, плевать им на всех вокруг. И?..

– Согласна, – кивнула Васиэль. – Он действительно странно себя ведет. Не так, как обычные драконы. И это напрягает. Хочется точно знать, что ожидать от такого типа.

– А почему они вообще живут отдельно? – поинтересовалась я. – Ну понятно, что снобы. Но не до такой же степени, чтобы отгородиться от других рас.

– Драконы – дети богов.

– И? Этим что, объясняется их высокомерие? Нет, ты сейчас серьезно? М-да, как запущено. Мало ли, кто и что о себе думает. Но чтоб при этом жить отдельно ото всех. Шиза, блин.

Васиэль хмыкнула.

– Драконам, как и богам, принято оказывать почтение. И говорить о них едва ли не с придыханием. Тренируйся уже сейчас.

Я в ответ, не стесняясь, скрутила фигуру из трех пальцев. Вот еще, не дождутся, ящерицы ушастые, чтобы я о них с придыханием говорила.

– Васен, а Васен… – мне в голову пришла интересная мысль. – А это нормально, что я уже дважды у нового ректора побывала? Может, амулетик какой-то соорудить? Ну, там, от сглаза, порчи, проклятия? Что? Ну вот что ты ржешь, а?

Васиэль сидела, оперевшись спиной на стену, и весело хохотала.

– Ой, не могу. Ты как скажешь. Амулетик от сглаза. Да если этот дракон захочет, он тебя одним вздохом испепелит. Смысл ему тебя проклинать или глазить?

Тоже, блин, верно…

– Ну а тогда зачем он меня пугал в первый раз и пытался наорать во второй?

– Пытался наорать? – удивленно приподняла брови Васиэль.

– Угу, – отмахнулась я, – типа того. Высказывал, что я слишком много ресурса трачу для простого заклинания. Вот спрашивается, ему какое дело?

– Ну, вообще-то, он прав. Одно из правил магии – использовать по минимуму силы, чтобы получить наилучший результат.

– Ну ок, он прав. Орать зачем было?

Васиэль пожала плечами. Ответа у нее не имелось.

Глава 14

Лекции, учебники, дополнительная литература – как обычно мы с Васиэль легли поздно. Проснулись рано, конечно. Обе душераздирающе зевали. Не знаю, как Васиэль, а я отчаянно мечтала о кофе, крепком, черном, без сахара. Таком, чтобы одна чашка взбодрила хотя бы на пару-тройку часов. Ну, или помогла бы открыть так и норовившие слипнуться глаза.

Как обычно, надо было успеть к первой паре. Сегодня у нас была Артемида, сдвоенное занятие. А потому следовало поспешить.

Оделись и выскочили из общаги мы в срок. А вот потом…

– Всем адептам проследовать на завтрак! – разнесся по территории академии механический голос. – Повторяю: всем адептам проследовать на завтрак!

Мы с Васиэль недоуменно переглянулись. Какой, к лешим, завтрак, когда у нас Артемида? Она же с нас живых не слезет, если мы хотя бы на минуту опоздаем.

Видимо, у остальных адептов появились подобные мысли по поводу других преподавателей, потому что дорога под нашими ногами вздрогнула, изогнулась, и через пару-тройку секунд мы с Васиэль, а также остальные адепты академии, оказались перед столовой. Толпа, большая, шумная, собранная волей магии, на несколько мгновений замолчала, осознав, где очутилась. А потом двери столовой распахнулись, изнутри до нас донеслись умопомрачительные ароматы… И наши желудки забурчали, грозно напоминая о необходимости подкрепиться.

И мы, все-все адепты, позабыли о наказаниях, отработках, пересдачах и прочих «радостях» учебы.

Как зомби, мы двинулись в столовую, на запах.

Уж не знаю, как долго трудился дух над интерьером столовой, но внутри тот изменился довольно сильно.

Свернутое пространство позволяло вместить в залах столовой множество существ разных размеров и толщины. Увеличилось количество столиков. Возле каждого из них стояла панель, ан которой можно было выбрать и заказать любые блюда, которые готовились в столовой.

Стулья, отдельная боль для тех же троллей, теперь могли выдержать чуть ли не любой вес.

В общем, дух постарался на славу. Угроза быть развеянным подстегнула его способности. И теперь для каждого адепта нашлось место.

Мы с Васиэль уселись в середине зала, заказали фруктовый сок, блинчики, поджаренные хлебцы и сладкую кашу и через несколько минут уже активно работали челюстями.

До Артемиды наша группа добралась минут через двадцать, заранее сочиняя кучу отговорок. Но оказалось, что всех преподавателей уже поставили в известность.

– У вас, адепты, теперь новое расписание, – Артемида кивнула на бумажки у нас на столах. – Садитесь, минута на ознакомление, и начнем занятие.

Я уселась на свое место, впилась взглядом в бумажку. Время занятий увеличилось на час. Но теперь каждый день стояли обязательные завтрак, обед и ужин. Попробуй откажись.

Мы недоуменно переглянулись и вопросительно уставились на Артемиду.

– Я сама ничего не знаю, – покачала она головой. – Нас, преподавателей, просто поставили перед фактом.

Чудесно. Дракон в кресле ректора меньше недели, а порядки наводит поистине жесткие. И не спрашивает же никого.

– Со следующего занятия у нас начинается практика, – «обрадовала» нас Артемида, вернув тем самым на грешную землю. – Готовьтесь. Сначала рисуем руны, потом вливаем в них магию. Самоэкзамена не будет. Но занятия на парах я могу учесть при выставлении итоговой оценки.

Занятия на парах… Было бы у кого их учитывать… Не у меня точно…

Настроение, поднявшееся было после завтрака, снова упало куда-то в Бездну после обещаний Артемиды. Вот чувствую я, пропишусь у нее на пересдачах. Как и у Ортаха с его физрой.

Я сидела, старательно вычерчивала руну за руной и даже не старалась понять их значение. Смысла не видела. Все равно не запомню.

Следующей парой была артефакторика. Органтар раздал нам несколько веревочек вместе с мелкими камушками и предложил каждому изготовить амулет. Для самого себя.

– Что вложите в него, так он и будет работать. Поэтому советую постараться. Вам еще на экзамене его силу демонстрировать, – припугнул нас Органтар.

По залу разнесся тяжелый вздох. Не удивлюсь, если тот же Лантар заранее придумывал, куда б деть свое «детище», а потом соврать, что потерял. Не давались Лантару артефакты. Все они получались у него хищниками. Зазеваешься рядом с таким амулетом, а он возьмет и в руку тебе вцепится. Было уже. Проходили.

Так что большая часть нашей группы работала на паре без энтузиазма. А вот я… Я с удовольствием плела то, что планировала дальше носить и после экзамена.

Глава 15

Я усиленно плела защитный браслет, такой, чтобы отгонял от меня всю нечисть, всех, у кого дурные замыслы. Не сказать, чтобы таких существ вокруг меня было много, но подстраховаться все же не мешало. Особенно с появлением в этих стенах дракона.

Мы, кстати, так и не узнали ни единого слуха о том, зачем он здесь, ради чего или кого появился. Ну в самом деле, не просто же так он сел в кресло ректора, да еще и академии со всяким «сбродом», как именовали другие расы драконы. Нет, тут однозначно была определенная цель. Нам, конечно, ее никто не скажет. Не того полета мы существа. Но обычно о каждом живом существе ходили какие-то слухи, пусть и самые фантастичные. Здесь же – полное молчание. Ничего, ни полслова.

Пальцы двигались сами собой, выполняя привычные плетения. Я вплетала все выданные камушки, старалась вливать в каждый из них так много силы, сколько у меня имелось. И в конце плетения почувствовала себя пожатой по полной. Руки дрожали, перед глазами летали черные мушки, в ушах звенело. А еще… еще начались галлюцинации.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Общее название, применяемое для японских боевых искусств, включающих в себя техники работы с оружием и без него; искусство рукопашного боя, основным принципом которого является «мягкая», «податливая» техника движений.

Вернуться

2

Избие́ние младе́нцев – эпизод новозаветной истории, описанный в Евангелии от Матфея. Согласно мнению ряда учёных, распространённый мотив, встречающийся во многих культурах, в мифах о «чудесном ребёнке» и его спасении. В переносном значении фраза означает чрезмерную и необоснованную жестокость по отношению к беззащитным людям.

Вернуться

3

Уважительное обращение к преподавателю-мужчине. К женщине – тарра.

Вернуться

4

«Глаз василиска» – растение, встречающееся высоко в горах. По форме напоминает пресловутый глаз василиска.

Вернуться

5

Виверна – это существо считается "родственником" дракона, но у него всего две ноги. вместо передних – нетопыриные крылья. У него длинная змеиная шея и очень длинный, подвижный хвост, оканчивающийся жалом в виде сердцеобразного наконечника стрелы либо копья.

Вернуться

6

Спортивный стиль уличных танцев, созданный в США афроамериканской и пуэрториканской молодёжью в начале 1970-х годов.

Вернуться

7

Уличный танец.

Вернуться