Евгений Подолянский
Цвет нашей интеллигенции 19-го века. Буква "Г"

Виктор Павлович является выпускником Александровского лицея Петербурга. В 1843 году по высочайшему указу Николая I Царскосельский лицей переехал в столицу и стал называться Александровским. Образовательный уклон у нового лицея стал в сторону юриспруденции. Хотя новый лицей и поменял название и переехал в столицу на Каменноостровский проспект, но дух великого русского поэта Пушкина сохранялся. Это определило дальнейшую судьбу Гаевского как адвоката в профессиональной деятельности, и пушкиниста, как адепта в литературном творчестве.

«Действительный статский советник, по табелю о рангах, адвокат и «делец» по профессии, «любитель просвещения», словесности и искусств, включительно до кулинарного, по внутреннему призванию. Словом, то, что называется «и швец, и жнец и в дуду игрец». Ловкий человек, Виктор Павлович всюду поспевает и на все руки мастер. Он и в журналах пописывал, и в сочинении крючкотворных ходатайств «собаку съел». Он и Пушкина, походя, цитирует наизусть, и в ссылках на статьи «Вексельного Устава» не собьётся. Он и в литературно – артистических «сообществах» представительствует, и в мире плутократии и акционерного «гешефта» (коммерческое дело, основанное на спекуляции низшего разбора или на обмане) – свой человек. Покровитель и знаток музыкального искусства, он до тонкости знает толк и в эпикурейских наслаждениях гастрономии и бонвиванства (молодой и легкомысленный обольститель)». Вл. Михневич, «Наши знакомые».

«Неделя» была еженедельная общественно-политическая газета, и при ней ежемесячно, в качестве приложения – книжка беллетристики. Газета была очень распространена, особенно в провинции. Редактор её, Павел Александрович Гайдебуров, очень внимательно относился к начинающим авторам и вывел в литературу целый ряд молодых писателей. Л.Н. Толстой пользовался её страницами для размещения своих небольших очерков. Но на размещение своей статьи на тему половых отношений между женой и мужем (влияние Америки, читайте в очерке, посвященном художнику Ге) редакция газеты отказала маститому писателю. Посчитали, что редакция может получить предупреждение со стороны цензуры. Лозунг газеты – ринемся в народные, крестьянские массы с целью её просвещения, поможем встать на крепкие ноги после получения свободы от многовекового помещичьего произвола. Поэтому многие представители необъятной русской провинции искали на страницах газеты ответ на насущный вопрос – «Что делать?».

Великий Пётр «прорубил окно в Европу», через которое в Россию нельзя сказать, что хлынул поток иностранцев в Россию, но было достаточно, чтобы «засорить» русский язык иностранными словами, и в первую очередь немецким. Приход Анны Иоанновны из-за границы на царский престол и бироновщина (полная немчура) явились благодатной почвой для вхождения немецкого языка в светские круги российского общества. Недолгое регентство Анны Леопольдовны закрепило эту тенденцию. А вскоре и Екатерина II добродушно и гостеприимно раскрыла не двери, а ворота для проникновения в Россию всякого французского и в первую очередь языка лягушатников. Такую унизительную кличку французы получили, по-моему, до первой мировой войны. «Три» по-французски «Ква». А так как слово «три» часто используется в речи, то со стороны кажется, что говорящий человек не только говорит, но и квакает как лягушка. Ныне трудно себе представить, что на совещании в Филях генерал Беннигсем говорил на немецком, Ермолов на русском, Барклай де Толи думал на немецком, а главнокомандующий Кутузов произносил судьбоносную для России фразу о сдаче Москвы на французском языке. Русский язык негласно считался языком простолюдинов. Практически, преподаватели русского языка были на вес золота. И к этой категории дефицитной профессии относился герой нашего очерка. Прекрасное знание французского языка помогало ему обучать особ дворянского сословия.

Большая часть беллетристов. конца 19 века имеет весьма крупный недостаток – растянутостью в описании определённых событий в тексте своего произведения, неумением остановиться во время. Из известных писателей, как пример, Л.Н. Толстой – просто смакует в описании бала в «Войне и мир». Или прямые речи, там же, на французском по размеру до страницы текста и более. Такое чтиво может позволить себе ныне только дремучий пенсионер. А проза И.Тургенева – хороша под запланированный сон, «снотворное» без побочных эффектов. Конечно, не имеет смысла опускаться до лаконичности детектива, но и перегибать в сторону избыточности писанины – огромный недостаток. Именно Гаршин и прочувствовал грядущую потребность читателя в по-прежнему ёмкой по содержанию, но лаконичной по исполнению литературе. Эмоцию у читателя может вызвать и одно, правильно подобранное слово, без «катавасий» на целую страницу. Это сравнимо с художественным мастерством импрессиониста. Один правильно наложенный мазок – и всплеск эмоций зрителя «понёсся». Мозг далее дописывает своё сам. Но ранний, по христовски, уход из жизни писателя не дал нам, современникам, насладиться сполна новаторским написанием прозы.

Хотя А.А. Гатцук родился в Одессе, Херсонской губернии, и недолюбливал Москвы, но как литератор и издатель развернул свою деятельность в древней столице России. Он вышел в отставку, оставив кафедру русской словесности в Ришельевском лицее Одессы, и переехал в Москву. Газета, издаваемая им так и называлась – «Газета Гатцука». После того, как право издания календаря перестало составлять исключительную собственность Императорской академии наук, и было предоставлено всем и каждому, то появившийся «Крестный календарь» как приложение к газете Гатцука, явился первой ласточкой среди частных календарей. Редкая чиновничья, купеческая семья по всей России не имела этого календаря. А у семьи сельского духовенства – в каждой. Доход от издательства позволял ему проживать на Арбате и там же иметь редакцию и даже открыть собственную типографию. Газета же не получила особой популярности в отличие от его календаря, который в начальные годы своего существования выходил сотнями тиражей в год. Антиеврейская направленность газеты привела не только к соре с видным московским издателем М.Н. Катковым, у которого много работало евреев, но и к упадку интереса к газете среди читателей.

Представлю читателю характеристику Гатцуку, данную русским писателем, в ту пору ещё начинающему, И.И. Ясинским. Он был принят издателем на должность корректора. «Меня сразу же поразило, что у него нет никаких убеждений. Он лавировал между мелями и приспособлялся к обстоятельствам. Начал он с грошового предприятия, с копеечного календаря-крошки, а нажил дом и развил дело, приносившее большой доход. Он был собственником лучшей типографии в Москве и журнала, который на моих глазах стал конкурировать с «Нивой». Издавал он журнал не для малой, а для большой публики, и, не будучи человеком набожным, чуть ли не в каждом номере печатал портреты архиереев, в надежде на подписку среди духовенства. С глазу на глаз суждения у Гатцука были резкие, определенные и крайне отрицательные. В газете же он проводил мнения, о которых заранее знал, что они понравятся толпе. Москву он ненавидел и считал ее «анафемским центром», хотя по другим соображениям». («Исторический вестник», 1893 года, Т51, январь-март.) Своих героев надо знать в лицо – поэтому на лицевой странице каждой его газеты была традиционно изображена фотография редактора. Из скромности – внизу и небольшая.

Вы не подумайте, что Алексей Алексеевич всецело отдался издательской деятельности и единственно, что его отвлекало от работы – это бой кремлёвских курантов на Спасской башне Московского Кремля. Он был членом Московского археологического общества. А общества этого рода были во многих крупных городах империи. Съезды этих обществ, в отличие от съездов КПСС, проводились в разных городах. Например, в период, когда И.И. Ясинский даёт характеристику своему начальнику (по тексту выше), господин Гатцук прибывает с очередного съезда, проходившего в Казани. Но примечателен первый съезд, проходивший в Москве в 1869 году. На нём одной из рассматриваемых тем был вопрос «О происхождении слова Русь». Доклад делал господин Д.А. Хвольсон. Он будет в моём Словаре, хотя может быть к тому времени, когда я буду изучать список интеллигентов на букву «Х», я его исключу из списка. Вы спросите меня – «За что такая прискорбная участь?». Отвечаю, – он не смог поставить окончательную точку в вопросе о происхождении слова Русь. И наш герой, Гатцук, подтверждение этому. Он вступил в полемику, которая продолжается до сегодняшнего дня, только другими, современными членами, не знаю только каких обществ. На одиннадцатом съезде Археологических обществ 1899 года в Киеве, в том же составе с небольшой корректировкой, (вы, полагаю уже догадались, что нашего героя уже не было на белом свете уже восемь лет) вновь поднимался этот вопрос. И опять пролёт. Единого мнения не было.

Последнюю строку автора, хотя можно и все, я оспорю. Возможно, чтобы не вырисовывать некоторые детали, несущественные для сюжета картины, он может спрятать за что-то уже нарисованное. Например, в картине «Пушкин в Михайловском» художник спрятал картину за стол. Не Пушкин же не нашёл времени в своей скучной и однообразной изо дня в день ссылке в родовое псковское имение, чтобы повесить картину. Тем более, хоть какие, но мужички ещё оставались в его Михайловских владениях. Мог бы приказать, если у самого руки не из того места росли. Подвёл художник поэта. Но на эту деталь на картине я обратил внимание только, когда прочитал строку четверостишия – «Лишь доказал, что слаб он для борьбы с рутиной». Может это какая-то задумка Николая Николаевича? Вряд ли, хотя!? – я оставлял в своей первой части словаря мой адрес электронной почты. Пишите своё мнение. Лучшие объяснения, на мой вкус, я опубликую в новой редакции своего словаря, конечно, с указанием автора.

Хотя в картине «Пётр I допрашивает Царевича Алексея в Петергофе», художник вырисовывает аж две картины пейзажа, что по склонностям претит его творческому амплуа. Картины на историческую, религиозную тему – да. Пейзажи он оставляет писать Левитану, Саврасову и Шишкину. А разбросанные бумаги по полу (в рассматриваемых нами обеих картинах) – разве это можно назвать избеганием художником рутинной работы. Хотя в картине допроса царём сына они не уместны. Обе фигуры кажутся спокойными. Поднять бы Алексею в согбенной позе уроненные папой бумажки. И, возможно, этот разговорчик не закончился бы «посадкой» сыночка на кол.

Хотя Николай Николаевич не был плодовит, не вскидывайте брови любезный читатель, я имею в виду плодовитость в прямом, физическом смысле, но имел постоянную нехватку денежных средств для безбедного проживания. Маковскому и Серову в этом вопросе был не чета. Всего два сына, умудрившихся в зрелом возрасте жениться на своих двоюродных сёстрах. Поэтому экономил на отказе использовать в написании своих картин натурщиц и натурщиков. Но им был найден трудоёмкий, но дешёвый способ выходить из столь щекотливой ситуации. Ещё, учась в академии художеств, он обнаружил в себе задатки скульптора. Этим он воспользовался позже. В качестве натуры он лепил из глины прообраз человека, предполагаемого прописать на картине. Скульптурный шедевр ему был не нужен. А вот светотени на скульптурном ваянии позволяли ему переносить их на холст. Хитро, трудоёмко, но практически бесплатно. Два ведра, ну, три с натяжкой, купил или сам накопал, если недалеко. Вылепил. И дожидаться не надо пока высохнет. Поставил полученный «шедевр» под свет, исходящий из проёма окна, нужным образом. И малюй «натуру».

Портреты, основная статья дохода художника, – здесь вообще никаких проблем. Заказчик сам является натурой. И глины не надо. Хотя для портрета Л.Н. Толстого всё же лепил. И это понятно. Натурные зарисовки могут отвлекать великого, занятого человека. Потомки (не только писателя, берите шире) могут не простить художнику такую не заботу. Писателю вдруг время схватиться за перо, а он манекеном восседает на кресле. А то, что Лев Николаевич в это время был чрезвычайно занят, я нашёл подтверждение в Полном собрании сочинений писателя, т27, стр. 714. В октябре 1890 года (стараюсь быть точным и неопровержимым) Толстой получает по почте статью «Диана» из Америки об отношениях между полами. «Третьего дня был доктор Богомольцев (какая подходящая фамилия по случаю перевода статьи с интимным содержанием текста), и я с ним переводил статью «Диана» о половом вопросе очень хорошую. Вчера ее изложил и нынче поправил во время сеанса с Ге». Статья, о которой писал Толстой, называлась так: «The twain shall be one flesh». Diana, a psycho-physiological essay on sexual relations for married men and women». Burns and Company. New-York. «И будут два в плоть едину». Диана, психа физиологический очерк о половых отношениях, для вступивших в брак мужчины и женщины». «И будут два противоположных пола в половой любви едины» – моя интерпретация перевода. Интерпретэйшен даёт мне возможность это сделать. Льву Николаевичу чуть за шестьдесят. Есть порох ещё в пороховницах. Не весь ещё разошёлся. Горят искорки в глазах у писателя. Скульптор-художник и так елозит глину, и этак. Не получается искру в глазах писателя запечатлеть во влажном, липком месиве лепнины. Аж лысина вспотела у творца. «Утрись, браток, упрел уж ты давно» – глаголит, чуть с усмешкой, Толстой-натурщик с кресла своего.

Автопортрет художника – признанный шедевр общественностью. А у кого автопортрет не шедевр? Только лишь, подчеркну, по-моему, у Ван Гога с обрезанным ухом с автопортретом не всё красиво. И то шедевр, раз миллионы в иностранной волюте стоит. Уточнили мне сейчас – десятки. Но в данном случае я под шедевром имею в виду не манеру исполнения картины, а сам образ художника на картине.

Сейчас размещу для показа несколько картин художника. Настало время объяснить читателю, почему я не использую современные цветные фотографии картин. У меня достаточная коллекция своих, собственных фотографий. Но время суровое в плане использования своего контента. Всюду можно нарушить чьи то авторские права. Поэтому я использую в качестве материала для своей книги изображения, размещённые в книгах, журналах, газетах, изданных столетней давности. А с цветными изображениями это редкость. Но есть и плюс – новый взгляд, порой неповторимый, на цветное изображение в чёрно-белом исполнении. Творчество импрессионистов, у меня их не будет в моём словаре, и авангард, но он уже 20 век, в чёрно-белом исполнение жутко проигрывает. А академическая классика – ОК!!!

Пусть Вас не удивит, но тема о происхождении таинственных варягов-руси не обошёл и Степана Александровича. Больно актуальная тема была во второй половине 19 века. Вероятно, газета и календарь Гатцука были у него дома настольными книгами. Отрицал норманнские корни, считая, что первые русские князья имели корни от балтийских славян. На особые научные труды не ссылаясь – просто считал по наитию, инстинктивно. Как, впрочем, и об авторстве скульптурной композиции «Мёртвый ребёнок на дельфине» – Рафаэль и точка. (По современным данным скульптура была создана не рукой художника, а по его рисунку). И задать вопрос как то неудобно – «Почему?». Ведь был директором Императорского Эрмитажа. Это позже он стал директором Императорских театров, – сначала только северной столицы, а затем и обеих столиц.

«Система классицизма»? Что это такое в понятии народного образования? Неужели возврат в дохристианскую эпоху, эпоху зарождения всего? Изучение родного языка плюс арифметика? И, практически харе. О каком классицизме в системе образования говорит автор четверостишия? Я стал выяснять. Википедия гласит, что это система образования эпохи Возрождения и расшифровывает, что это в первую очередь изучение древних языков. Трудно представить, что эта хрень так необходима (за исключением того крайне малого меньшинства, кто хотел посвятить себя переводам греческой и римской древней литературы на родной, русский язык) была в середине 19 века и также и ныне. Хрень. Явно я чего-то не понимаю в расшифровке понятия «классическое образование». Порылся в интернете и нашёл текст научной статьи доктора исторических наук, Екатерины Юрьевны Басаргиной, на тему истории реформы народного образования (просвещения), проводимую графом Д.А. Толстым в бытность им министром народного просвещения (1866-1880 г.г.). И надо обязательно отметить, что тема реформы системы просвещения через, естественно, образование в системе учебных заведений, стала муссироваться в высших кругах власти по причине участившихся беспорядков в студенческой среде. «Усыпить» эти естественные, очевидные протесты и господин Толстой, и господин Георгиевский, и немалочисленные другие видят в недостаточности соответствующего образования. А доходит уже до невероятного. Студент Каракозов стреляет, немыслимо представить, в самого царя. Хотя ящик Пандоры в историческом прошлом в России открыли задолго до этого – задушенный Пётр III, отправленный на тот свет ударом табакеркой по голове Павел I. Табу на неприкосновенность Высших особ снял не Каракозов. Вернёмся к научной статье госпожи Басаргиной. Читая её, становится понятно, что под классикой образования она также, как и википедия, видит в углубленном изучении греческого языка. Неужели это есть «таблетка». есть такой простой выход для борьбы со студенческими беспорядками? Я мысленно представил перед собой развёрнутую книгу на греческом языке. Сплошные каракули. Стараюсь перевести первое слово. Значений перевода слова на две страницы. Какой выбрать – не знаю. Ладно. Давай второе слово, оно должно подсказать какой смысл вложен в первое. «Склеиваю». Вариантов стало уже на одну страницу. Фууу. Устал. И кажется мне, будущему физику, уже не до студенческой сходки. Работает!!! «Таблетка» своей тягомотиной действует на меня успокаивающе! У меня уже нет сил выкрикивать лозунги протеста на сходке! Я просто хочу вздремнуть на своей общажной койке. Но не у всех такая реакция. Другой, швырнёт словарь греческо-русский в стенку пасмурной комнаты студенческой общаги, и с криком «сволочи», захватив с собой нужный по случаю плакат, побежит на улицу вставать в ряды таких же недовольных студентов. Провалилась реформа. Не дала результата и потихонечку сошла на нет. Реалии жизни вяли верх.

Г. Герард был по преимуществу пропагандистом «цивилизованных», «рыцарских» приемов судебной борьбы защиты и обвинения. Для удачного исполнения этой миссии сама природа отпустила ему все данный и средства. Внешнее изящество, привлекательная наружность (изображение его на фото подтверждает это), ласкающий ухо мягкий баритон (поставлен как у артист, отсюда и намёк на артиста в четверостишии), врожденная деликатность, развитая воспитанием, утонченная, чисто французская, вежливость и предупредительность.

«Секрет моего успеха, говорил господин Герард в день празднования 25-летия своей профессиональной деятельности в юриспруденции, очень прост. Я всегда относился строго к выбору дел. Брал исключительно дела, который я должен бы выиграть, или, по крайней мере, такие, за которые не краснел бы, если б и проиграл. Другая привычка моя – строгий выбор аргументов, приводимых по делу, хотя бы и такому, которому бы я и не сочувствовал, но которое обязан был вести по назначению от суда. Только этому примеру следовать я и могу рекомендовать своим молодым коллегам». Адвокатская профессия, говоря по правде, едва ли может считаться особенно благоприятной для идеальной нравственности, но В.Н. Герард доказал, что можно оставаться в ней с совершенно незапятнанной джентльменской репутацией.

Всезнающий Вл. Михневич утверждает, что адвоката видели на домашней сцене и не раз. Но постоянно в роли Чацкого фамусовской пьесы «Горе от ума». Особенно его слова – «А судьи кто?» вводили публику до слёз от смеха. И много кратно звучало со стороны зрителей – «На бис!!!». И он повторял. Только добавлял в конце – «Ха! Ха!». Вызывая, новую волну эмоций восторга.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.