# Расколотая корона

Максим М. Мартино

Когда Лина заключала клятву с Ноком при кровавой луне, она и представить не могла, что разожжет восстание. Язмин, бывшая глава совета заклинателей, и Варек, король Лендрии, объединяются против избранной и гильдии перерожденных, а у Нока и Лины остается только один путь – искать союзников и сражаться. Пока Ледяной принц пытается вернуть себе трон, Лина становится главой совета заклинателей. Возлюбленные надеются, что это помешает пробудить древнего дракона. Ведь если верить пророчеству, как только зверь появится на горизонте, весь мир сгинет в огне.

Заклинательница способна приручить древнего дракона, однако при этом ей придется отдать ему свое сердце.

Maxym M. Martineau

The Shattered Crown


© Онищук А., перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

> Посвящается моим детям, Ремми и Ронину.

> Пусть ваша жизнь будет полна приключений, чудес и любви.

ПЛАМЕННОЕ ПРОРОЧЕСТВО


Да восстанет пробужденный разрухой и кровью

Огнедышащий повелитель небес.

Да взмахнет крыльями и восстановит мир,

Когда ОНА дарует ему свое сердце.

ОНА. Готовая любить. Способная разрушать.


## Первая глава. ЛИНА


Языки пламени пожирали поленья белого дуба, и от поминального костра в утреннее небо поднимался терпкий серый дым. Мы отдавали дань уважения тем, кто погиб во время внезапного нападения Язмин. Погребальные костры отгорели несколько дней назад, но этот будет пылать до тех пор, пока глава Совета не прикажет его затушить. Пока я не прикажу его затушить.

Глава Совета. Происходящее до сих пор казалось мне нереальным.

Тихо вздохнув, я отвела взгляд от пламени и осмотрелась. Пожелтевшую траву сковал иней, а лес, окружающий Хайрит, покрылся изморозью. Наступила зима, но она никогда не бывает долгой. Я пропустила первые в этом году заморозки и посвященное им торжество. Нам всем сейчас было не до веселья.

Не верится, что прошла всего неделя с тех пор, как Язмин обратила ярость против собственного народа и приказала зверям убивать заклинателей ради неведомого плана. Души погибших уже наверняка обрели покой в царстве богов, однако ужасающие последствия того рокового дня стали бременем выживших.

На фоне грохота водопада не слышно радостных криков зверей. По некогда мирному городу больше не гуляют заклинатели, предаваясь беспечным разговорам. Вокруг слишком… тихо.

Позади меня захрустел иней, и я повернула ко дворцу. Ко мне уверенной походкой шел человек.

– Привет, Гейдж.

– Здравствуйте, глава. – Он почтительно кивнул мне.

Мои губы тронула улыбка.

– Пока нет, – сказала я.

– Через пару часов все изменится.

Серо-голубые глаза Гейджа озорно блеснули, и он провел руками по плащу ртутного цвета. Безупречен, как и всегда. И намерен представить новую главу Совета своему народу.

– Ты готова?

– Да.

Неделю назад я бы отказалась от предложения стать лидером. Но сейчас… Сейчас меня переполняла решимость. Я окинула взглядом дома, расположенные на деревьях, и высеченный в горе дворец. Хайрит – мой дом, и я сделаю все, чтобы защитить его.

– Отлично. – Гейдж понимающе ухмыльнулся и зашагал обратно. – Тебя ждут. Предлагаю обсудить все наши личные дела до начала церемонии.

– Они вернулись? – спросила я, шагая рядом с ним.

– Несколько минут назад. – Он кивнул в сторону массивного древа, в котором располагалась публичная библиотека.

В стволе зиял арочный проем, настолько широкий, что через него плечом к плечу могли пройти шесть человек. Между гигантскими сучьями проглядывали витражные окна.

Мне никогда прежде не доводилось бывать на собрании Совета заклинателей. Церемония посвящения ни в счет. Однако я была уверена: сегодняшнее собрание будет особенным.

Мы переступили порог библиотеки, и траву под ногами сменил мох. На первом уровне стоят массивные деревянные столы и расставленные по кругу стеллажи с множеством книг. В центре – винтовая лестница, ведущая к открытым площадкам более высоких уровней. Откуда-то сверху раздаются голоса. Мое сердце радостно затрепетало, когда я узнала спокойный, рассудительный тон Нока.

Нок, Калем, Кост и Оз поспешили вернуться в Круор, как только я немного оправилась от ран. На время их отсутствия обязанности главы гильдии легли на плечи Эмелии – одного из лучших бойцов Нока. В ее компетентности никто из нас не сомневался, однако Круору грозила серьезная опасность. Язмин бежала через Китский лес, и ей ничего не стоило бы напасть на поместье. Ко всему прочему, вопрос с Дерриеном продолжал оставаться открытым.

Поднимаясь по лестнице вслед за Гейджем, я невольно сжала кулаки. Дерриен ничем не лучше Язмин. Он предал собственную семью ради эгоистичных целей – стать главой гильдии и получить способность воскрешать мертвых. Да, план Дерриена провалился. У него не получилось похитить меня и использовать против Нока. Однако я сомневаюсь, что он оставит попытки отомстить.

Мы поднялись до нужного уровня, и лающий смех Калема вырвал меня из мрачных мыслей. Калем стоял, прислонившись спиной к стеллажу. Его неизменная вальяжная ухмылка стала шире, и он кивнул мне в знак приветствия.

Рядом с Калемом молчаливо стояла Каори. Ее блестящие черные волосы собраны в замысловатый узел при помощи шпильки в виде листа. Этой же самой шпилькой Каори проткнула себе руку, чтобы пустить кровь и спасти умирающего Калема.

Гейдж уже сел за круглый стол рядом с Костом. К заклинателю на колени тут же прыгнул Пои Коста по кличке Феликс. Похожий на лиса зверек описал несколько кругов и устроился среди складок ртутного плаща. Кост недоуменно вскинул брови, глядя на Феликса, и Гейдж тихо рассмеялся, почесывая зверя под подбородком, отчего Феликс с блаженством закрыл глаза.

Кост и Гейдж обменялись парой едва слышных слов, и редкая, невероятно теплая улыбка озарила лицо Коста. Естественно, Гейдж ее заметил и наклонился ближе. Он поправил воротник рубашки Коста и шепнул ему что-то на ухо. В ответ щеки Коста порозовели, и он отпрянул назад. Сглотнув с видимым усилием, наемник выпрямился и демонстративно прочистил горло, прежде чем повернуться к Озу и Рейвен. Кост поторопился спросить что-то у Оза, но я продолжала наблюдать за самодовольной улыбкой Гейджа. Он поймал мой взгляд, и его улыбка стала шире. Оз и Кост увлеклись тихой беседой, и румянец на щеках зеленоглазого наемника быстро сошел на нет.

Мой взгляд скользнул к Рейвен. Радость, которую я испытала при виде своей семьи, померкла. Рейвен по обыкновению выглядит скучающей: плечи расслаблены, ладони покоятся на коленях, губы сжаты в тонкую линию. Однако в ее взгляде кипит гремучая смесь ярости и боли. Они с Эйланом не так давно стали парой, но Язмин убила его во время нападения на Хайрит. В последние несколько дней мы с Рейвен не разговаривали. Почти все время она проводила у себя в покоях, оплакивая утрату.

Оз заметил, что я смотрю на Рейвен. Поерзав на стуле, он повернулся к заклинательнице и задал ей вопрос, который я не расслышала. Рейвен едва заметно вздрогнула. Ее гневный взгляд смягчился, когда она что-то тихо сказала, и Кост кивнул, соглашаясь с ее словами. Оз с пониманием посмотрел на меня, а затем снова включился в разговор.

На сердце у меня потеплело. Как здорово, что Оз всегда заботится о других. Я сделала шаг по направлению к столу, но вокруг моей талии внезапно обвилась рука, которая материализовалась из клубящихся теней.

– Скучала по мне?

Я тут же развернулась, заключая своего анам-кару в объятия. Завитки теней исчезли, и я уткнулась носом в грудь Нока. Затем я подняла голову, и наши взгляды пересеклись.

У меня тут же перехватило дыхание. Новый образ Нока не переставал меня удивлять. Конечно же, в самом положительном смысле. Белые, как снег, волосы. Яркие, кристально чистые синие глаза. Шрам на подбородке. После того как развеялись чары, черты Нока стали более четкими, более… настоящими. И я просто не могла отвести от него взгляд.

– Конечно, скучала. Что за вопрос? – Я закусила нижнюю губу, сдерживая смех.

– Глупый вопрос. – Нок провел костяшками пальцев по моей щеке.

Он притянул меня к себе и поцеловал так страстно, что у меня подкосились ноги.

Гейдж откашлялся.

– Может, начнем? – спросил он.

Феликс, потревоженный громким голосом, спрыгнул с колен Гейджа и устроился у ног Коста. Я неохотно отстранилась от Нока, но осталась стоять в кольце его рук.

– Пожалуй.

Нок хитро улыбнулся, и его губы скользнули к моему уху.

– Можешь должным образом поприветствовать меня позже. Когда мы останемся наедине в твоей спальне, – прошептал он.

По коже побежали мурашки. Я не видела Нока всего несколько дней, но все равно успела безумно соскучиться по его прикосновениям. Мне захотелось немедленно закончить заседание, которое еще даже не началось.

Я решительно зашагала к столу, сбегая от соблазна. Нам нужно обсудить важные вопросы. Например, мое назначение главой. И мой план в отношении заклинателей. План, который вряд ли одобрит Совет.

Мы заняли места, и я окинула взглядом присутствующих. На заседании Совета собрались заклинатели и наемники Круора. Мы были едины в нашем желании защитить своих людей. Несмотря на очевидные различия, мы не сомневались в том, что одолеть Язмин можно лишь совместными силами. Нок опустился на стул рядом со мной, и внутри меня вспыхнула надежда.

Возможно, мой план не так уж плох. Возможно, заклинатели помогут мне воплотить его в жизнь, если поймут, что Круор на нашей стороне.

Гейдж сложил в стопку лежащие на столе бумаги.

– Призываю присутствующих к порядку и объявляю первое заседание Совета под руководством новой главы, Лины Эденфрелл, открытым.

– Я еще не глава, – возразила я, приподнимая бровь.

– Условности. – Он небрежно махнул рукой, откидываясь на спинку стула, и впился в меня взглядом своих серых глаз. – Первое, что мы сделаем, так это изменим состав Совета, включив в него Нока, Коста, Озиаса и Калема. По крайней мере, временно, пока разбираемся с общей угрозой.

Сидящие за столом в изумлении открыли рты, глядя друг на друга. Калем первым обрел дар речи.

– Погоди. В смысле? – спросил он.

– Может, стоит подумать? Мне бы не хотелось никому доставлять неудобства, – добавил Оз, положив руки на стол.

Я покачала головой.

– В трудный час народ должен видеть, что у нас есть союзники. Нам с детства внушали, что вся Лендрия против заклинателей. Но мы можем доказать обратное.

– Не вижу проблемы в данном предложении, – сказала Каори; ее тихий голос звучал спокойно и решительно.

– Я тоже. – Рейвен медленно барабанила пальцами по столу.

– Если Лина считает, что так будет лучше, то мы согласны, – сказал Нок, привлекая мое внимание.

Он положил руку мне на ногу и ободряюще сжал мое колено.

– Решено. – Гейдж обмакнул перо в ближайшую чернильницу и поспешил записать что-то на обрывке пергамента.

Откуда-то сверху недовольно ухнул Вет, но Гейдж как ни в чем не бывало продолжил писать. Я посмотрела на потолок. Среди ветвей и листьев сидел филин с рогами, покрытыми дубовой корой. Его зовут Актариус. Когда Селеста, богиня зверей, умерла, ее Вет не смог вернуться домой в царство тварей и остался в нашем мире. Магия Вета увековечивала каждый момент в специальных томах, однако Гейдж теперь вел собственные записи. Он изменился, когда узнал, что часть его воспоминаний была стерта, и теперь постоянно что-то записывал. Причем даже на ходу. Гейдж, судя по всему, перестал доверять собственной памяти, и заметки помогали ему чувствовать себя более-менее спокойно.

– Что это значит для Круора? – Кост сцепил пальцы в замок и посмотрел на Нока, после чего медленно перевел взгляд обратно на Гейджа.

– Как члены Совета, мы равны. Наши враги – это ваши враги, и наоборот, – сказал Гейдж, постукивая пером по пергаменту. – Совет без промедления придет вам на выручку в любой ситуации. От вас мы ожидаем того же.

– Но мы не можем гарантировать, что остальные заклинатели последуют нашему примеру, – сказала Каори.

– Получается, вся наша гильдия должна сражаться за заклинателей, но со своими проблемами нам придется разбираться самим? – уточнил Калем.

– Заклинатели не участвовали ни в одном масштабном конфликте со времен Первой войны, – сказала я. – Людям нужно время, чтобы научиться вам доверять. И они будут вам доверять, поскольку теперь вы официально являетесь частью нашего сообщества.

– Я буду сражаться за вас, если потребуется, – резко сказала Рейвен. – Без всяких оговорок.

Оз помрачнел, и мое сердце болезненно сжалось. Невозможно даже представить, сколько страданий выпало на долю Рейвен. Не знаю, насколько разумно с ее стороны идти на поводу у ярости, но ее бесстрашие и смелость играют мне на руку. В тяжелое время это особенно важно. Если заклинатели увидят, как решительно Рейвен настроена на борьбу с несправедливостью, то, возможно, они последуют ее примеру.

– Рейвен… – Я положила руку девушке на плечо.

– Так что насчет Язмин? – резко спросила она, стряхивая мою руку, но меня это не обидело.

Я несправедливо поступила по отношению к Рейвен, пока пыталась выяснить правду о заклинательнице, назначившей награду за мою голову. Но не Рейвен отправила нас охотиться за бесполезным зверем. Не Рейвен приказала самке Прядильщика схватить Нока. Не Рейвен довела его до безумия клятвой Круора. Однако до недавнего времени я не могла допустить даже мысли о том, что Язмин, глава Совета заклинателей, способна на такие ужасные поступки. В гневе и замешательстве я набросилась на Рейвен с кулаками и обвинила сломленную горем девушку в преступлениях, которые она не совершала. Мне никогда в жизни не было так стыдно за свое поведение.

Гейдж тяжело вздохнул, извлекая из стопки кусок пергамента, похожий на растянутую старую кожу.

– Я почти расшифровал ее записи. Вот, смотрите, – сказал он, указывая на древние символы, выведенные выцветшими кровавыми чернилами. – Думаю, это заклинание укрощения. Смог перевести два ингредиента: кости заклинателя-отступника и кровь восставшего из мертвых принца. Только вот третий компонент все еще для меня загадка.

В ушах у меня зазвенело, волосы на затылке встали дыбом.

– Кости отступника? – переспросила я.

Он кивнул, встретившись со мной взглядом.

– Именно из-за них все и началось. Она обратилась к наемникам, потому что ей нужны были твои кости. Однако когда Мияд счел тебя достойной и благословил своей магией, Язмин пришлось искать замену. И ей посчастливилось найти Винна.

По коже побежали мурашки.

– Винна?

– Да. – Гейдж сглотнул с видимым усилием. – Винн подчинил твою волю при помощи нашей магии и стал отступником. Нок убил его, и Язмин получила то, что ей было нужно.

– И это подтвержденный факт, а не просто домыслы? – спросил Кост.

Каори положила подбородок на сцепленные в замок руки.

– Факт, – ответила она. – Язмин сказала, что разберется с телом Винна. Мы все приходили в себя после битвы, и нам было не до этого.

Она бросила многозначительный взгляд на Калема. Не удивительно. В тот день он едва не умер, а я была тяжело ранена.

Кост нахмурился.

– Но кости должны были быть доставлены заказчику в течение шести часов после смерти. Это было одно из основных условий контракта. Времени с тех пор прошло немало, вряд ли останки Винна все еще пригодны для заклинания.

– Бестиарий Язмин в разы больше наших, – сказала Рейвен, сжимая зубы. – Я уверена: у нее в арсенале есть птица Визавим, пыль которой сохраняет любой предмет в исходном состоянии. Язмин наверняка позаботилась о том, чтобы выиграть время и собрать остальные ингредиенты.

Калем громко выругался и сполз вниз по спинке стула.

– И у нее уже есть кровь Нока, – сказал Оз, проводя рукой по коротко стриженным волосам.

Нок едва сдержал гневное рычание.

– Так вот зачем она отправила нас охотиться за этим никчемным грызуном. – Он глубоко вздохнул и тряхнул головой. – Одно лишь происхождение не делает меня принцем. Я должен быть признан богами. Она намеренно отправила нас к руинам, чтобы я стал пригодным компонентом для ее заклинания.

Калем снова выругался. Оз сжал кулаки.

– Остался последний ингредиент, – сказал Кост.

– И нужный день.

Тихие слова Гейджа заставили нас всех повернуться в его сторону. У меня перехватило дыхание, пока я пыталась справиться с роем мыслей.

Нам нужно время. Много времени. Время, чтобы убедить заклинателей сражаться в войне, если до этого дойдет. Время, чтобы расшифровать записи Язмин и остановить ее. Время, чтобы выяснить, были ли ее обвинения правдой.

Королевская семья Вильхейма и их проклятые стражи отлавливают заклинателей во время охоты на тварей.

Нок и его семья повинны в смерти твоих родителей.

Слова Язмин потрясли меня до глубины души. Я до сих пор пребывала в шоке. Нок бы не допустил подобных преступлений. Однако до своей смерти он был всего лишь принцем. Насколько большим влиянием он обладал? Как много знал о том, что творилось в королевстве? Мне еще предстояло обсудить с Ноком все это. Я посмотрела на него. Он поймал мой взгляд и затем взял меня за руку. Этого было достаточно, чтобы я нашла в себе силы снова повернуться к Гейджу.

– Сколько у нас времени? – спросила я.

– Заклинание для пробуждения Окнолога сработает только в годовщину смерти Селесты.

Я зажмурилась. Осталось всего несколько недель. Меня захлестнула волна паники, но я мысленно сосчитала до трех, чтобы успокоиться, и открыла глаза.

– Гейдж, Кост, удвойте усилия, чтобы расшифровать заметки Язмин. Нужно выяснить, сможем ли мы помешать ей.

– А если не сможем? – спросил Оз.

Я крепко сжала руку Нока, пытаясь вернуть себе решительность. Я должна рассказать о своем плане. Плане, который вряд ли придется по душе Совету и нашему народу.

– Тогда нам нужно готовиться к войне. Чтобы свергнуть повелителя всех тварей, необходима армия.

Все присутствующие застыли. После недолгого молчания, которое показалось мне вечностью, слово взяла Каори.

– Как ты убедишь заклинателей сражаться? – спросила она.

– Я не знаю. Но я должна попытаться. Возможно… – Я посмотрела на Нока. – Возможно, если заклинатели увидят, что Круор с нами, то они помогут.

Нок нахмурился и запустил пальцы в волосы.

– Мы забываем о короле Вареке. Он жаждет моей смерти. Мы будем сражаться вместе с вами против Язмин, потому что она представляет угрозу для всех нас. Но если Варек почувствует угрозу и обратит свой гнев против заклинателей из-за нашего альянса…

– Как я уже сказала, я буду сражаться, – заявила Рейвен.

Гейдж покачал головой.

– Пока вы являетесь частью Совета, мы будем оказывать посильную помощь. Все же именно Язмин сейчас представляет угрозу. Мы не знаем, сколько времени потребуется Вареку, чтобы сделать ход, но мы знаем, когда Язмин нанесет удар. Давайте сначала разберемся с ней.

– Поддерживаю, – сказал Кост. – Кстати говоря, сначала мы должны переместить всех членов гильдии в Хайрит.

– В смысле? – Калем выпрямился на стуле. – Почему?

Кост снял очки и начал протирать линзы.

– Потому что это логично. Во-первых, мы должны показать единство. Во-вторых, так будет проще защищать людей. Мы постоянно из кожи вон лезем, чтобы одновременно обеспечивать безопасность Круора и Хайрита. Если мы все будем здесь, то, когда Язмин вернется, нам будет проще держать оборону.

– Но Круор – наш дом, – возразил Калем с явным беспокойством, и ртутный ободок вокруг его радужки вспыхнул. Он перевел взгляд с Нока на Коста, барабаня пальцами по столу. – Мы не можем просто взять и бросить поместье.

Мое сердце болезненно сжалось. Члены Круора не делились своим прошлым. Никто из них не говорил, откуда они родом и какой жизнью жили до смерти. Однако я помнила, как Калем помогал сиротам на улицах Ортега-Ки. И я помнила боль и благодарность в его взгляде, когда я подарила ему Эффи. Не думаю, что у Калема был дом до Круора, и понимаю, каково терять нечто настолько дорогое.

– Это временная мера, обещаю, – сказала я.

Калем кивнул, но его пальцы продолжили нервно барабанить по столешнице. Оз долго смотрел на брата, после чего обратился к Ноку.

– Что насчет Дерриена? Ни для кого не секрет, что ему нужен Круор. Если он узнает, что дом остался без охраны, он его захватит.

– Я запечатаю поместье, – тихо сказал Нок. – Никто не сможет ни войти, ни выйти.

– А так можно? – спросила я.

Он коротко кивнул. Его лицо помрачнело.

– Да. Предыдущие лидеры прибегали к этому заклинанию всего несколько раз. Оно отбирает много сил и полезно только в том случае, если Круор находится в осаде. Магия защищает поместье и всех тех, кто остался внутри. Или, как в нашем случае, если все будут эвакуированы.

– И особняк, и члены гильдии будут в безопасности. Это наилучшее решение в сложившихся обстоятельствах, – добавил Кост. – Предлагаю немедленно отправиться в Круор.

– Думаю, мне следует пойти с вами, – сказал Гейдж, приводя в порядок бумаги и откладывая перо. – Я хочу еще раз взглянуть на вашу библиотеку. Возможно, в ней найдется книга, которая поможет с расшифровкой записей Язмин.

– Здравая мысль, – сказала я.

– Забирайте все, что необходимо. Как только я запечатаю Круор, мы не сможем попасть внутрь некоторое время. – Нок посмотрел сначала на Калема, затем на Оза и Коста. – Но мы обязательно вернемся.

Плечи Калема поникли, но они с Озом кивнули в знак согласия. Безопасность людей важнее, чем само поместье, но я понимала беспокойство членов гильдии.

– Теперь Круор и Хайрит едины, – сказала я.

– Едины, – кивнула Каори.

– Вот и решили. – Рейвен встала и расправила плечи. – Что теперь?

Все взгляды устремились на меня. У нас нет четкого плана. Пока нет. Но у нас есть надежда. Семья.

Я окинула взглядом новый состав Совета, и на сердце у меня потеплело. Нам предстояла тяжелая битва, но я верила в своих друзей, новых и старых. Решительный блеск в глазах Рейвен подпитывал мою уверенность. Я не сомневалась в том, что Гейдж и Кост придумают грандиозную стратегию и учтут все риски. Я не сомневалась в том, что Калем и Оз будут преданы делу до самого конца. Я также могла положиться на Каори. Одно ее слово убедит многих заклинателей встать на нашу сторону. И, конечно же, я могла рассчитывать на Нока.

Как-то он сказал, что мы – самая большая слабость друг друга, но я не согласна с ним. Вместе мы сильнее. Сжав его руку в своей, я встала.

– Давайте изменим ход истории.

Он улыбнулся, искренне и нежно, и поцеловал меня в лоб.

– Как скажете, глава Совета.

## Вторая глава. НОК


Тронный зал видал лучшие времена, однако Лина настояла, чтобы церемонию провели именно здесь, где каждый мог видеть разрушения, которые оставила после себя Язмин. А также разрушения, что были делом моих рук. Я поджал губы, тщетно пытаясь воспроизвести события того дня. Воспоминания ускользали от меня. Последствия тем не менее были очевидны. Я окинул взглядом зал, и мне стало не по себе. Заклинатели убрали обломки мраморных колонн, однако на каменном полу остались пятна, выжженные молниями Врииса, и глубокие борозды его когтей. Сломанные ветки, упавшие с импровизированного потолка, лежали у стен. Что ж, по крайней мере, нигде не осталось следов крови.

И все же, несмотря на разрушения, величие и красота зала не померкли. Полуденное солнце проглядывало сквозь голые ветви деревьев, среди которых тихо щебетали белоснежные птицы с изумрудными грудками. На полу пестрели узоры из последних золотых листьев.

Заклинатели молчаливо выстроились рядами, совсем как в тот день, когда Язмин пыталась очернить Совет в глазах народа. Люди смотрели на меня и моих братьев с настороженностью. Никогда еще в тронном зале чужаки не стояли наравне с их лидерами.

Гейдж, Рейвен и Каори вышли вперед, чтобы начать церемонию, о которой нам ничего не было известно.

– Я не могу найти слов, чтобы утешить вас, – начал Гейдж, и его низкий голос прогремел над толпой, заглушая ропот. – В тяжелые времена от слов мало прока, а вот действия помогают обрести цель. Действия помогают нам найти путь к исцелению.

Он ненадолго замолчал, позволяя людям обдумать его слова. Я был готов услышать возмущенные возгласы из толпы. Я был готов к отрицанию необходимости действовать, поскольку это подразумевало подготовку к войне. Однако в зале по-прежнему царила тишина. Мы одержали маленькую, но победу.

– И посему мы должны двигаться вперед. Вместе мы сможем пережить наше общее горе. И поможет нам в этом новая глава Совета.

Широким жестом Гейдж привлек всеобщее внимание к дальней стене, где стояла Лина. В этот момент сама природа будто бы преклонилась перед ней. По покрытым инеем полянам пронесся ветерок, неся с собой свежесть водопадов. Порыв ледяного воздуха окутал Лину, а затем промчался по тронному залу.

– Я представляю вам Лину Эденфрелл, новую главу Совета заклинателей, – закончил Гейдж.

Лина горделиво вздернула подбородок, однако на ее губах по-прежнему играла нежная, теплая улыбка. Она направилась к нам, шурша подолом длинного кремового платья. Накинутый на плечи ртутный плащ тянулся за ней по полу. В этот момент Лина выглядела не просто великолепно. Она выглядела как королева. Остановившись перед Гейджем, Лина на мгновение встретилась со мной взглядом. Я едва не пал перед ней на колени в знак вечной преданности.

С ближайшего трона Рейвен взяла фиолетовую бархатную подушку, на которой лежала изящная диадема из розового золота. Сотни лоз и бесчисленные листья, усеянные бриллиантами, сплетались в корону Лины, которая символизировала новое начало.

Лина опустилась на колени, и Рейвен взяла слово.

– Клянешься ли ты защищать нас от угроз как нынешних, так и будущих?

– Клянусь, – без колебаний ответила Лина. Даже сейчас, когда она прижала подбородок к груди и смотрела в пол, ее голос звучал громко и твердо.

– Клянешься ли ты направлять нас в смутные времена, руководствоваться мудростью и прислушиваться к членам Совета?

– Клянусь.

Рейвен впилась в Лину взглядом и продолжала:

– Клянешься ли ты почитать Селесту всем сердцем и защищать всех тварей?

Лина подняла голову и посмотрела на скульптуры Селесты и Окнолога, вырезанные в стене за тронами. Она перечитала древние письмена, выгравированные рядом с богиней и ее могущественным зверем. Должно быть, все заклинатели наизусть знают эти строки. Закончив, Лина закрыла глаза и снова склонила голову.

– Клянусь.

Гейдж высоко поднял диадему и водрузил ее на голову Лины.

– Во имя нашей богини, мы нарекаем тебя главой Совета. Теперь настало время обратиться к народу.

Поднявшись на ноги, Лина повернулась лицом к толпе заклинателей.

– Для меня великая честь стоять сейчас здесь, перед вами. И хотя в мои намерения не входило становиться главой Совета, я буду служить вам верой и правдой. – Лина сложила ладони перед собой и глубоко вдохнула. – Как и у Гейджа, у меня нет слов, которые могли бы облегчить боль нашей общей трагедии. Преступления Язмин не исправить. Она предала нас и оставила раны, которые никогда не заживут. Однако она также невольно дала нам все необходимое для борьбы: смелость, силу, жажду независимости.

Лина спустилась с возвышения и пошла по проходу.

– Я знаю, что никто из вас не хочет войны. Но война неизбежна. Мы не можем позволить Язмин подвергать опасности наш дом. Если она намерена сражаться, то нам придется ответить ей тем же.

В тронном зале повисла тишина, которую нарушила девушка из толпы.

– Ты говоришь, как она. Откуда нам знать, что тебе можно доверять?

За вопросом последовали испуганные вздохи. Пожилой мужчина крепко схватил девушку за руку и с укором посмотрел на нее, призывая к молчанию.

Лина замерла в проходе. Она посмотрела сначала на девушку, потом на мужчину.

– Вы меня боитесь? – спросила она.

– Нет, – мужчина ответил слишком быстро. – Умоляю, простите мою дочь за дерзость. Она не хотела вас оскорбить.

Девушка упрямо поджала губы, но ничего не сказала.

Лина сжала в кулаке бестиарий, висевший у нее на шее. Я отчаянно желал оказаться рядом с ней, предложить поддержку и помощь. Однако как принц, которым я был раньше, я понимал: Лина должна сама справиться с данной ситуацией. Моя любимая посмотрела в мою сторону, и я ободряюще кивнул. Ей никогда прежде не доводилось править. Меня же с рождения готовили к роли лидера. Давние воспоминания нахлынули, и на мгновение мне показалось, что рядом со мной стоит отец.

Смотри своим людям в глаза, когда они к тебе обращаются. Пойми их беспокойство. Будь опорой в нужный момент.

Слова, словно гром, прогремели у меня в голове. Будто услышав мои мысли, Лина выпрямила спину, посмотрела девушке в глаза и вытянула вперед правую руку. Тронный зал озарило вишневое свечение, за которым последовал протяжный скрип открывающейся двери царства тварей. Рядом с Линой появился Оникс. Легендарный кошачий зверь утробно зарычал, заглушая благоговейное оханье. Блестящий черный мех. Мощные мышцы. Грива из перьев. Лина повернулась к зверю и с материнской нежностью провела пальцами по его шее. Затем она снова перевела взгляд на девушку.

– Позволишь? – спросила Лина.

Девушка нерешительно кивнула, и моя любимая взяла ее за руки и встала перед ней на колени.

– Не бойся. Просто выслушай меня. Я буду защищать наш дом. Наших зверей. Наш народ. И я никого не буду заставлять следовать за мной.

В каждом ее слове звенела искренность, однако Лина знала, насколько важно благословение Мияда для заклинателей. Невидимое пламя Оникса поглотило Лину, и я почувствовал его успокаивающее, приятное тепло. Мияд проник в ее мысли с помощью магии и в очередной раз счел ее достойной. Если бы Лина солгала или имела злые намерения, Оникс испепелил бы ее разум. Однако она осталась невредимой, в ее взгляде сияла решимость. Мы все убедились в том, что Лина не предаст свой народ, как это сделала Язмин. Ни сейчас, ни в дальнейшем. В глазах девушки из толпы блестели непролитые слезы, и она подняла Лину с колен.

– Я последую за вами, – сказала она хриплым, но уверенным голосом.

Девушка преклонила колени перед Линой, перед главой Совета, и остальные заклинатели последовали ее примеру.

Лина прижала руку к груди и окинула взглядом всех присутствующих. Улыбка на ее губах становилась шире с каждой секундой. Я посмотрел на братьев, и мы тоже опустились на колени, как и Гейдж, Каори и Рейвен.

Ни один человек в тронном зале не остался стоять, кроме Лины.

Найди королеву, которая будет стоять с тобой на равных. Найди ту, кто будет вдохновлять тебя и, что важнее, вдохновлять твой народ.

Сердце болезненно сжалось в груди. Отец желал для меня и нашего королевства лишь лучшего. Лина бы ему понравилась – в этом я не сомневался. Он бы сразу увидел ее великодушие и потенциал. Он со спокойной душой передал бы нам бразды правления.

Мы ведь можем править вместе. Еще не поздно.

Эта странная мысль сводила меня с ума. Она не была новой. Пока я находился под влиянием клятвы, меня преследовали видения с чернильно-черной змеей. То был Зейн, также известный как Змей Вильхейма. Он был наследником престола, а после смерти стал первым наемником Круора. Именно Зейн привел меня к священным руинам. Именно он побудил меня восстановить свой титул Ледяного принца. Однако, когда клятва была исполнена, красная пелена контроля Язмин рассеялась, и вместе с ней исчез Зейн.

Так что теперь, когда я думал о том, чтобы взойти на трон вместе с Линой, эта мысль целиком и полностью принадлежала мне. И мне не хотелось этого признавать.

Стиснув зубы, я загнал абсурдную мысль подальше. Я не хочу править. Корона Лины – единственная корона, которой я буду служить.

– Я обещаю всегда быть с вами честной, – сказала Лина; ее ровный голос разнесся по залу и привлек мое внимание. – Язмин планирует пробудить Окнолога. Для этого она уже собрала два из трех необходимых ингредиентов. Моя цель – остановить ее. Я не желаю войны, но если у Язмин получится осуществить задуманное… – Лина бросила взгляд на статую древнего дракона. – Окнолога невозможно взять под контроль. Мы будем вынуждены сражаться.

– Как мы будем противостоять Язмин? – спросила девушка из толпы.

– Рейвен отвечает за подготовку, – ответила Лина. – У нас есть звери, и Рейвен поможет нам организовать оборону.

Брови Рейвен поползли вверх, но она не стала возражать.

– Мы можем приступить к тренировкам в любой момент. Я могу обучить любого, кто хочет учиться, – сказала она.

– Я тоже, – сказал Озиас, прочищая горло. – Я десятилетиями тренировал новобранцев в Круоре.

Все взгляды сразу же устремились на Оза. Некоторые смотрели на него с благодарностью, некоторые – с неуверенностью, но большинство – со страхом.

– Спасибо, Оз. – Лина тепло улыбнулась ему, а затем снова обратилась к людям: – Круор присоединится к нам в этой войне. Впервые мы не одиноки. – Она положила ладонь на шею Оникса. – Мой зверь доверяет Круору, и я тоже. Вместе мы сильнее. Вместе мы защитим вас.

Оглушительный рев Оникса подтвердил слова Лины, и птицы, сидевшие на ветках, с испуганными криками разлетелись во все стороны. Все, кроме одной, похожей на воробья. Стального цвета перья и фиолетовая грудка отличали птицу от остальных членов стаи. Она устремила на Лину три черных глаза, которые на мгновение вспыхнули желтым.

Время остановилось. Я узнал этого зверя. Впервые увидел его в «Полуночном шутнике» недалеко от Круора, когда пришел на встречу с Винном, чтобы обсудить детали контракта на убийство Лины. Винн призвал эту птицу и сказал, что будет следить за каждым нашим шагом.

Тонкие, почти невидимые тени сгустились вокруг моих пальцев. За нами кто-то следил. Без сомнения, Язмин. Ледяная тень в моей руке приняла форму крошечной иглы.

Нужно прикончить тварь прямо здесь и сейчас. С точки зрения стратегии это благоразумно. Мы не могли допустить, чтобы наш враг безнаказанно шпионил за нами. И все же… Я окинул взглядом толпу заклинателей. Никто ничего не замечал. Если я убью зверя у них на глазах сразу же после речи Лины, мы тут же потеряем всякое доверие.

Я пошевелил пальцами. А что, если я поймаю птицу, не причинив ей вреда? Лезвие растворилось, и вместо него у меня в кулаке сплелась тонкая сеть.

– Нок? – шепотом спросил Кост, разглядывая тени.

Калем и Озиас услышали его голос благодаря обостренным чувствам. Они посмотрели в мою сторону, стараясь не шевелиться, чтобы не привлекать внимания.

Секунды шли. Я посмотрел на улыбающуюся Лину, затем на собравшихся людей. Ей удалось завоевать доверие народа. И если мы сейчас разрушим его, то неизвестно, получится ли у Лины сделать это снова. С тяжестью на сердце я позволил теням рассеяться и коротко кивнул в сторону птицы.

– Шпион.

Как будто услышав мое тихое слово, птица встрепенулась и посмотрела на меня, а затем взмыла вверх и полетела вслед за стаей.

– Язмин? – спросил Калем.

Вокруг его темно-красных радужек вспыхнул ртутный ободок. Калем теперь лучше контролировал внутреннего зверя, однако никто из нас не мог сказать наверняка, в какой именно момент он может сорваться с цепи.

– Скорее всего. – Я прищурился, вглядываясь в потолок из ветвей.

Лина продолжила говорить, завершая церемонию. Заклинатели поднялись с колен и направились к выходу. Некоторые из них останавливались перед Линой, чтобы поклониться или прошептать слова поддержки. Гейдж и Рейвен подошли к Лине и начали активно общаться с заклинателями.

Каори направилась к нам. Она уставилась на Калема, вероятно изучая опасный ртутный цвет его глаз.

– Что-то случилось? – спросила Каори.

– Нок сказал, что за нами следят, – ответил Калем и сжал зубы; на его шее пульсировала жилка.

Каори легонько дотронулась до его руки, а затем сложила ладони перед собой. Калем медленно выдохнул, покрутил шеей из стороны в сторону и робко улыбнулся.

– Расскажи, что ты видел, – попросила Каори, глядя на меня.

– Птица. У Винна была такая же. Три черных глаза, которые затем стали желтыми.

Каори молча повернулась и подала знак Гейджу, Рейвен и Лине. Они извинились и подошли к нам, и мы несколько минут ждали, пока все заклинатели покинут тронный зал.

Лина встала рядом со мной. Ее глаза блестели, щеки порозовели. Она вся светилась от счастья. Мне было тошно от мысли, что нам придется огорчить ее плохими новостями. Но мы на войне. Радость не может длиться вечно.

– Нок заметил Фемси. Нам следует быть более осторожными, – сказала Каори.

Улыбка Лины померкла.

– Язмин.

Гейдж простонал, потирая рукой подбородок.

– Мы не можем запрещать тварям появляться в Хайрите. Это их дом, их пристанище, – сказал он.

– Мы найдем способ тайно разработать стратегию, когда вернемся из Круора. – Кост поправил очки и скрестил руки на груди. – Если у нас не получится держать планы в секрете, то мы отправимся не на войну, а на верную смерть.

– Он прав. – Я вздохнул и посмотрел на Лину.

Я вернулся совсем недавно. Проводить ночи вдали от Лины было невыносимо. Нет, конечно же не так ужасно, как в то время, когда грань между реальностью и иллюзией стиралась, и призраки прошлого преследовали меня во снах. Тем не менее мне хотелось быть рядом с ней. Все же время не на нашей стороне. Нам необходимо расшифровать последний компонент заклинания Язмин, чтобы остановить ее, и нам необходимо переместить весь Круор в Хайрит. Я заправил выбившуюся прядь волос за ухо Лины.

– Похоже, с обещанным приветствием придется подождать, – сказал я.

– Я иду с вами. – Лина поцеловала костяшки моих пальцев. – Я помогу Гейджу и Косту искать информацию, пока вы с Озом готовите членов гильдии к переезду в Хайрит.

– А что мне делать? Или я совсем бесполезен? – Калем возмущенно фыркнул.

– По большей части да, – усмехнулся Оз. – Но ты можешь нести сумки.

– Я тебе не вьючное животное.

Я невольно улыбнулся.

– Либо несешь сумки, либо остаешься здесь. Выбирай сам.

– Вы, должно быть, издеваетесь. – Калем уставился на меня и Оза испепеляющим взглядом. – Если вы думаете, что я буду таскать ваши вещи, то вы спятили.

– Неужели? – спросил я.

Калем сжал кулаки. Сквозь его стиснутые зубы посыпались проклятия.

– Прекрати немедленно! – Каори отвесила ему подзатыльник так быстро, что я едва заметил движение ее руки. – Они ведь тебя просто дразнят.

Калем пошатнулся вперед и перевел на девушку изумленный взгляд.

– Я знаю, – буркнул он.

– К тому же из твоего внутреннего зверя получится отличное вьючное животное. – Она скрестила руки на груди. – Если ты, конечно, научишься контролировать себя для разнообразия.

Калем открыл рот от изумления, и Оз громко рассмеялся. Лина резко вдохнула, маскируя свой смех приступом кашля.

– Что ж, раз мы решили, кто чем занимается… – пробормотал Гейдж, поворачиваясь к Лине. Он рассеянно провел пальцами по своей цитриновой метке заклинателя. – Рейна уже восстановила силы?

Лина нахмурилась.

– Мы полностью истощили ее магию, когда Рейна перенесла нас от руин Силвис в Круор. Пока что она может телепортироваться только на несколько метров. А что?

Гейдж вздохнул.

– Я думаю, что нам придется использовать зверей для релокации, чтобы ускорить процесс. Мы ведь не знаем, когда Язмин нападет снова.

Лина потерла подбородок, обдумывая его слова.

– Рейна все равно не сможет переместить больше трех-четырех человек за раз. Ее магии хватило бы разве на четвертую часть гильдии.

Мой разум лихорадочно работал, пока я мысленно пересчитывал всех обитателей Круора.

– Не все из нас умеют сражаться. Нам нужно обеспечить безопасность тех, у кого мало боевого опыта. Остальные могут пойти пешком через Китский лес.

– А что насчет летающих зверей? – спросил Оз.

– У меня есть только Оникс, – сказала Лина и посмотрела на других членов Совета. Все они покачали головами и поморщились.

Лина как-то обмолвилась, что летающие звери – большая редкость. Их трудно выследить, и еще труднее приручить. Да и вообще в природе их не так уж много. По крайней мере, в Лендрии. И лишь немногие заклинатели покидали пределы нашей страны, чтобы охотиться на редких тварей.

– Еще есть Телесавра, – медленно произнесла Рейвен, как будто взвешивая каждое слово. Она скрестила руки на груди. – Мы не сможем переместить всех, но это лучше, чем ничего. У меня есть особь, которую я не приручала, поэтому могу отдать ее Лине.

– Рейвен, не стоит… – тихо начала Лина.

– Нам нужно объединить усилия. – Она не смотрела на Лину, но ее бесстрастный взгляд теперь казался мне более живым. – Если тебе станет от этого легче, можешь считать, что я тебя таким образом благодарю за возможность тренировать заклинателей.

– Конечно. Я тебя поняла. – Лина улыбнулась.

– Отлично, – Рейвен смягчилась. – С нетерпением жду начала тренировок.

Озиас широко улыбнулся ей.

– Скажи заклинателям, что они могут присоединиться к нашим новобранцам, когда мы вернемся. Твои навыки ведения рукопашного боя прекрасны, но я дерусь лучше, – сказал он.

Рейвен нахмурилась и отмахнулась от него.

– Тебе, должно быть, это приснилось, – сказала она. – Но, возможно, заклинателям будет полезно посмотреть, как я надеру тебе задницу.

Озиас тихо рассмеялся. Они с Рейвен провели немало времени вместе, пока Лина оправлялась от ран после битвы с Язмин. Однако для меня стало неожиданностью то, как быстро Оз и Рейвен сдружились. Озиас стеснялся разговаривать с членами гильдии на тренировках, не говоря уже о том, чтобы обмениваться с ними шутками. Однако с Рейвен он сблизился так же быстро, как в свое время с Линой.

– Как скажешь, – сказал Озиас.

– Мудрые слова, – Рейвен вытянула вперед руку, и воздух вокруг вспыхнул неярким брусничным светом. – Я скоро вернусь с Телесаврой.

– Спасибо, Рейвен, – сказала Лина.

– Не стоит благодарности.

И с этими словами она исчезла в царстве тварей.

– Приятно видеть, что она приходит в себя, – пробормотал Гейдж, затем развернулся и направился к ближайшему коридору. – Мне нужно собрать кое-какие вещи. Не уходите без меня.

Каори посмотрела на Лину.

– Пожалуйста, будь осторожна. Если за время твоего отсутствия возникнут проблемы, я найду способ тебе о них сообщить. – Она быстро поклонилась и направилась вслед за Гейджем.

Калем проводил Каори взглядом, после чего снова посмотрел на нас.

– Мне все равно, что она сказала. Я не буду носить ничьи сумки, – сказал он.

Озиас рассмеялся, и его хохот заглушил театральный вздох Коста. Лина подошла поближе к Калему и осмотрела его спину, как будто прикидывала, сколько сумок он сможет нести на себе. От шуток Лины и ворчания Калема на сердце у меня потеплело. Однако, когда я посмотрел на статую Селесты и Окнолога, по спине пробежал холодок. Годовщина ее смерти была не за горами. Мы целую неделю бились над тем, чтобы предотвратить катастрофу, но тщетно. У Язмин есть явное преимущество, и это лишь вопрос времени, когда она нанесет удар.

## Третья глава. КОСТ


Во внутреннем дворе тихо. Большинство заклинателей разошлись после коронации Лины, и лишь немногие остались поиграть со своими тварями. Я наблюдал за девушкой, которая бросала палку похожему на волка зверю. Он тут же срывался с места и с радостным лаем бежал за палкой. Девушка улыбалась и гладила своего любимца по голове каждый раз, когда он возвращался. Любовь, с которой заклинатели относились к тварям, невозможно было не заметить. Эта любовь вдохновляла меня, равно как их решительный настрой бороться против нашего общего врага.

На некотором расстоянии от меня Лина выругалась и отскочила в сторону. Рейвен рассмеялась. Она совсем недавно вернулась из царства тварей вместе с Телесаврой, которая вела себя как непоседливый ребенок и беспорядочно металась по поляне. Врезавшись в ногу Лины, ящерка рванула в противоположном направлении, и Лина погналась за ней. Рейвен, Нок, Калем и Озиас наблюдали за происходящим с открытыми ртами.

Опустившись на ближайшую каменную скамью, я достал из нагрудного кармана бронзовый ключ и призвал Феликса. Зверь тут же появился, навострив уши. Я часто призывал его, чтобы укрепить нашу связь. Чем чаще Феликс находится рядом со мной, тем больше времени он может проводить вне царства тварей. Я провел пальцами по спине своего Пои, и он довольно заурчал. Как только Лина укротит шаловливую ящерку, мы отправимся в путь.

– Как хорошо, что ты у меня воспитанный, – пробормотал я, поглаживая Феликса.

Аметистовый шар на макушке Пои затуманился, и в моем сознании возникла серия картинок, когда зверь поделился со мной видением, позволяя заглянуть в будущее. Итак, Феликс доволен тем, что его чешут. Лина, наконец, совладала с Телесаврой. Ко мне идет Гейдж…

Я вздрогнул и напрягся. Неудивительно, что Гейдж идет ко мне. Однако меня поразило то, что в видении Феликса он замер у меня за спиной. На его губах медленно растянулась теплая улыбка, лишенная всякого озорства. Он провел рукой по волосам и поправил манжеты туники ежевичного цвета. Рейвен помахала ему, но Гейдж предпочел сесть рядом со мной.

Взгляд Феликса прояснился, и он бросил на меня понимающий взгляд.

– Цыц, – сказал я и поправил очки, игнорируя растущее волнение.

За спиной послышался хруст шагов по замерзшей траве, и я постарался придать своему лицу нейтральное выражение. Соединив руки в замок, я сосредоточил внимание на Лине, которая продолжала бегать за Телесаврой.

– В последнее время я часто вижу Феликса, – задумчиво произнес Гейдж. – Ты его тренируешь?

Он опустился на скамейку и почесал моего Пои под подбородком. От близости Гейджа я напрягся, но не вздрогнул. Мне бы не хотелось сделать ситуацию неловкой и обращать его внимание на невольную реакцию моего тела.

– Конечно. – Я продолжал наблюдать за непоседливой Телесаврой. – Мне еще не хватало таких вот проблем.

Гейдж проследил за моим взглядом и, заметив шаловливую ящерку, рассмеялся.

– Да, действительно. Феликс ведет себя более достойно.

– Что радует, – сказал я.

Гейдж продолжил гладить Феликса по спине.

– Как его видения?

Я вздрогнул и встретился с Гейджем взглядом. В уголках его глаз появились морщинки, а губы растянулись в улыбке. Гейдж смотрит на меня так, будто знает, что именно Феликс показывал мне всего несколько минут назад, но подобное просто невозможно.

– Они… Весьма информативны, – уклончиво ответил я.

– Это хорошо. Со временем они станут еще более подробными. – Гейдж сложил руки на коленях, и Феликс, недовольно фыркнув, уткнулся носом в мои пальцы.

– Насколько магия Феликса похожа на магию теней? – спросил заклинатель.

Мои плечи слегка расслабились. Говорить о тенях проще и гораздо безопаснее, чем исследовать природу видений Феликса. Особенно тех, что касались Гейджа.

– Между ними есть что-то общее, да.

Я вытянул руку и призвал темные завитки, которые всегда маячили на периферии моего зрения. Тени тут же оплели мое запястье и пальцы. Даже сквозь ткань перчаток я чувствовал их прохладное прикосновение.

– Моя связь с тенями похожа на связь с Феликсом в том смысле, что она никогда не исчезает. Но Феликс – живое существо, в отличие от них.

Тень соскользнула с моей руки и задела тыльную сторону ладони Гейджа. Я даже не осознавал, что хотел дотронуться до него. Заклинатель замер, не сводя глаз с тени, по его коже побежали мурашки, и он прочистил горло.

– Тебе нравится быть наемником и управлять тенями? – спросил Гейдж.

– Это два совершенно разных вопроса, – сказал я и отозвал тени.

Плечи Гейджа понуро опустились, но затем на его губах появилась знакомая улыбка. Мое сердце тут же пропустило удар.

– Работа наемником не так уж плоха. Она не приносит мне ни радости, ни печали. Это просто работа. Но тени…

Мой голос стих. Много лет назад Талмейдж воскресил меня из мертвых. Сначала я несправедливо держал на него обиду. Мой бывший возлюбленный, Джуд, отказался от меня в ту же секунду, как я показал ему тени. После этого я долгое время ненавидел тьму. Но сейчас… Я посмотрел на братьев, стоявших неподалеку. Для тех, кто ничего не знает, мир теней был темным и пугающим. Для меня же он стал вторым домом.

Гейдж изучал выражение моего лица и ждал, когда я договорю.

– Мне нравится управлять тенями. Я их знаю. На них можно положиться. Не говоря уже о том, что во время войны они будут незаменимы.

Я превратил клубящиеся завитки в сверкающую рапиру. Взяв оружие за рукоять, я аккуратно передал его Гейджу. Заклинатель с благоговением уставился на чернильно-черное оружие, блестящее в лучах солнца.

– Оно ведь может исчезнуть в любой момент? – спросил он.

– Нет, конечно. – Я усмехнулся. – У меня за спиной годы практики.

Гейдж улыбнулся в ответ.

– Это хорошо. Не хочу, чтобы ты погиб в грядущей войне. – Он поколебался, затем добавил: – Мне бы хотелось узнать тебя получше, когда у нас будет время.

Мои щеки вспыхнули от смущения, и я взмахнул рукой, прогоняя тени прочь.

– Умирать не собираюсь. Хватило одного раза, – сказал я.

– Прекрасно.

Неожиданно – или же вполне ожидаемо? – взгляд Гейджа опустился на мои губы, и неровный вздох вырвался из его рта. Как бы мне ни хотелось, я не мог проигнорировать легкое покалывание в пальцах. Гейдж так близко, что я могу дотронуться до него по-настоящему, если осмелюсь. Время замерло. Мое мучительное ожидание прервал Калем, громко хлопнув в ладоши.

Я вздрогнул. Калем присел на корточки перед скамейкой, в его глазах блестели опасные озорные искорки.

– Вы, наверное, не заметили, но мы уже готовы отправиться в путь, – сказал он, многозначительно глядя на меня. – Если не возражаете, конечно.

Я вскочил на ноги. В какой-то момент Лина, должно быть, приручила Телесавру. Теперь девушка стояла рядом с Ноком и с особым старанием избегала смотреть в нашу сторону. Озиас переминался с ноги на ногу и смотрел в небо, в то время как уставший Нок сверлил Калема неодобрительным взглядом.

Я так увлекся разговором с Гейджем, что не заметил, в какой момент ушла Рейвен. Злясь на себя, я зашагал прочь от человека, который с невероятной легкостью поглощал все мое внимание. Конечно же, всему виной его шарм заклинателя. С Гейджем всегда нужно быть настороже.

– Пойдемте, – сказал я, направляясь к остальным.

– Продолжение следует, – сказал Гейдж, и веселье в его голосе невозможно было ни с чем спутать.

Калем рассмеялся над его комментарием, но мне было не до смеха. И все же, когда мы направились к границе Китского леса, я лишь на мгновение задумался о перспективах своего дальнейшего будущего. Будущего, где мы с Гейджем рука об руку идем по пути, который многие годы я считал для себя потерянным.

## Четвертая глава. ЯЗМИН


В замке Вильхейма существовало лишь одно место, которое мне нравилось, – сад Скорби королевы. Поначалу мне не позволяли заходить в этот тайный уголок. Стражи, стоявшие у входа, раз за разом прогоняли меня. Их категоричный отказ лишь подтверждал мои подозрения: в саду есть нечто особенное. После нескольких дней тщетных поисков какой-либо информации о пропавших заклинателях, которых мой народ по глупости считал мертвыми, я решила во что бы то ни стало проникнуть в сад Скорби. Ради этого мне пришлось подарить зверя королю Вареку. Я выбрала тварь низкого ранга с незаурядными способностями и несколько преувеличила его полезность. Конечно же, Варек согласился на сделку, но с условием, что меня всегда будут сопровождать стражи. Это, безусловно, несколько испортило мне настроение, но в ответ я могла лишь поблагодарить Варека за великодушие.

Итак, я в саду. Четверо стражей неподвижно, словно статуи, выстроились у стен. Передо мной одинокое дерево с белой корой и бледно-розовыми листьями. В потолке – круглое окно, через которое в сад проникает солнечный свет. По периметру комнаты – колонны цвета слоновой кости, точно такие же, как и в остальной части замка. Вокруг дерева на плодородной почве растет мох, который ограничивают мраморные плиты. Все вокруг пропитано магией, которую я ощущаю всем своим существом.

Когда принцесса Мэвис умерла во время Первой войны, ее мать посадила это дерево – Сердце королевы. Точно такие же деревья высажены по всему городу, однако это было первым. Самым первым. Именно здесь сломленная горем мать оплакивала потерю дочери.

Но Мэвис не умерла. Ее жизненная сила, ее кости и тело подарили жизнь этому древу. Когда я прикажу Окнологу превратить в передел этот проклятый город, я сохраню лишь сад Скорби. Не знаю почему, но это место звало меня к себе. Я не могла игнорировать этот зов, от которого внутри у меня все трепетало.

Я занималась подготовкой к пробуждению Окнолога и слежкой за Линой, но все остальное время я тратила на поиски заклинателей, которых, по словам Винна, держали в заточении в столице. И все же я не смогла ничего найти. Каждый раз, когда я уставала и расстраивалась из-за неудачи, ноги сами несли меня сюда. Каждый раз. Неизбежно. Здесь я могла дышать. Думать. Найти покой.

Но покой – удел мертвых, а у меня есть дела.

Проведя тыльной стороной пальца по дереву, я нашла ветку, где устроилась Фемси. Я покосилась на стражей. Вряд ли кто-то из них заметит, что я устанавливаю связь со своим зверем. Тем не менее я старалась действовать быстро и осторожно.

Мир закружился перед глазами, когда я подключилась к зрению птицы. В поле моего зрения появилось море верхушек деревьев и завитки фиолетовых лоз. Китский лес выглядел жутким даже с высоты птичьего полета.

Фемси летела низко над верхушками, отслеживая передвижения Лины с момента ее коронации. Я могла лишь трижды подключиться к зрению Фемси, прежде чем отправить ослабшую птицу обратно в царство тварей. Однако ее присутствие в нашем мире меня совершенно не истощало. Следить за врагами необходимо, и если вдруг Фемси заметят и убьют… Что ж, невелика потеря.

Если бы только этот трус нанес удар! Я подавила досаду, вспомнив о тенях Нока. В тронном зале он намеревался убить Фемси. Жаль, что он этого не сделал. Мой народ сразу бы увидел, насколько он опасен.

Отбросив эту мысль, я сосредоточила внимание на том, как они идут по лесу. Я выжидала почти два дня, чтобы не тратить силы Фемси. Хвала Селесте, они покинули Хайрит и теперь, вероятно, держат путь в Круор. Звери Лины и Гейджа до сих пор истощены после битвы с Вриисом. Сейчас идеальная возможность, чтобы нанести удар.

Порвав зрительную связь с Фемси, я спрятала руку в складки платья и сосредоточилась на двери в царство тварей. Неяркое красное свечение пробилось через ткань, однако этого было недостаточно, чтобы привлечь внимание стражей. Мне нужно действовать осторожно. Стражи вряд ли поверят, что я просто отправляю Фемси домой, а не призываю могущественного зверя для атаки. Варек прислушивался к моим словам, но, естественно, он мне не доверял. Поэтому лучше не рисковать.

Развернувшись на каблуках, я покинула сад Скорби и направилась в основную часть замка. Некоторое время стражи следовали за мной, следя за тем, чтобы я ходила лишь по коридорам, в которых мне разрешено находиться. Однако затем стражи вернулись на свои посты.

Варек сильно озабочен обороной Вильхейма. Он настоял на том, чтобы усилить охрану на тот случай, если заклинатели или Нок нападут. В этом не было необходимости, но это отвлекало его внимание от меня и моих дел.

Стуча каблуками, я шагала по полированной плитке большого зала, пытаясь отыскать нужного человека. Дерриен сидел за столом со своими братьями по оружию, наслаждаясь жареным мясом и свежими фруктами. Он отпил из украшенного драгоценными камнями кубка, и его янтарные глаза встретились с моими. На его скулах заиграли желваки. Варек считал мою учтивость искренней, однако Дерриена было не так просто одурачить. Он поставил кубок на стол и взял в руки столовый нож.

Я едва сдержала смешок. Если бы я хотела избавиться от Дерриена, то его голова уже давно бы украшала ворота Вильхейма.

– Дерриен, следуй за мной. И своих людей тоже возьми.

Я продолжила шагать, не останавливаясь. Он последует за мной. Люди никогда не перечат мне. Раздался скрежет отодвигаемого стула, и меня догнал порыв холодного ветра и свист теней. Дерриен воспользовался своей силой и теперь шагал рядом со мной. Его наемники шагали за нами по пятам.

– Не указывай мне, что делать. Я не солдат, – прорычал он.

– Неужели? – Я свернула в ближайший коридор, не обращая внимания на возмущенный вздох одного из его приспешников.

Дерриен приподнял бровь. Он не отставал от меня ни на шаг.

– Что тебе надо? – спросил он.

– У меня есть для тебя работа.

– Как я уже сказал, я не солдат…

– Я знаю, где Нок, и могу отправить тебя к нему. Сегодня же.

Он едва не споткнулся на ровном месте. Недовольство на его лице сменилось интересом.

– Продолжай.

Мы свернули за угол и оказались у двойных дверей. Я толкнула их и прошла в свои покои. Мое временное пристанище ни шло ни в какое сравнение с той роскошью, к которой я привыкла в Хайрите, но это неважно. Я направилась в гостиную и опустилась на обитый лазурным бархатом диванчик, стоящий у горящего камина. От пламени веяло теплом. Дерриен расположился напротив меня в кресле с высокой спинкой. Он наклонился вперед, упираясь локтями в колени, и коротко кивнул. В ответ на простое движение его люди выстроились вдоль стен. Жаль, что мой народ не может похвастаться такой же преданностью своему лидеру.

– Пока мы беседуем, Нок и его веселая компания негодяев держат путь в Круор.

– Откуда ты знаешь? – Дерриен замер.

Я нахмурилась.

– Мой зверь шпионил за ними с тех пор, как я покинула Хайрит.

– И что? С моей стороны было бы самоубийством нападать на него, когда он в Круоре.

Мне хотелось его придушить.

– Ты не слишком дальновидный, – сказала я.

– Я не обязан сидеть здесь и выслушивать твои бредни. – Он улыбнулся мне отвратительной злобной улыбкой.

– Перестань делать поспешные выводы, и я перестану указывать тебе на очевидные вещи. – Я закинула ногу на ногу и стала ждать.

Дерриен с трудом сглотнул, но больше не произнес ни слова. Хвала богам.

– В данный момент они идут через Китский лес. Я хочу устроить им засаду. Насколько я знаю, ты неплохо справляешься с луком и стрелами. Лину и Нока нужно отвлечь и разделить, а затем атаковать. На нашей стороне численное преимущество.

Дерриен продолжал омерзительно улыбаться.

– Неплохой план. Мы могли бы убить их всех по очереди. Уже представляю выражение лица Нока, когда он увидит, как его семья умирает, а он ничего не может предпринять…

Взгляд Дерриена затуманился, и его улыбка стала еще шире. Он погладил подбородок и впился в меня насмешливым взглядом. Нетерпение и жажда крови в его глазах погасли.

– Но почему сейчас? – спросил он. – Здесь им нас не достать. Варек собирает армию. Окнолог скоро проснется. Зачем нападать сейчас?

Внутри у меня все кипело от гнева. Да, его слова не лишены смысла. С тактической точки зрения атаковать сейчас – неразумно. Да, их мало. Круор и члены Совета недостаточно сильны, чтобы противостоять Вильхейму, не говоря уже об Окнологе. Но заклинатели…

Я сжала кулаки. Почему они послушали ее, а не меня? Что в ней такого, что внушает людям доверие? Почему они преклонили перед ней колени в тронном зале, хотя знали, что она поведет их на войну? Разве я не просила их о том же? Тошнотворное видение не оставляло меня даже тогда, когда я усердно пыталась раскрыть секреты короля Варека и найти информацию о плененных заклинателях.

Мне хотелось ранить Лину так же сильно, как мой народ ранил меня. Я хотела лишить ее семьи, убить ее союзников. Она должна быть такой же одинокой, как и я. Только тогда заклинатели одумаются. Они поймут, что я единственная, кто способен вести наш народ в светлое будущее. Я буду стоять на своем. Я им всем докажу, как они ошиблись. В скором времени они все поймут.

– Если мы избавимся от союзников Лины, то она сломается. Заклинатели не последуют за слабым лидером и сбегут. Они не хотят войны. Что же касается Нока… Что ж, если ты не хочешь вернуть себе Круор, то можешь продолжать сидеть сложа руки.

– Я этого не говорил. – Дерриен сердито посмотрел на меня.

– Рада, что мы пришли к соглашению. Нужно отправляться немедленно, если ты хочешь найти наиболее подходящее место для засады.

Я взмахнула рукой и направила магию в символ заклинателя. Дверь царства тварей распахнулась, и в комнате возникла моя Телесавра. Она разинула пасть, создавая искрящийся белый портал.

– Когда я отступала, то изменила очаг Телесавры. Теперь она приведет нас к «Полуночному шутнику». Достаточно близко и к Хайриту, и к Круору, но не настолько, чтобы попасться на глаза патрульным.

– Насколько легко изменить этот очаг? – Дерриен посмотрел на моего зверя.

– Довольно легко, – сказала я, глядя на ящерку. – Но я и Телесавра должны быть в том месте, которое нужно сделать конечной точкой телепортации. Я не могу просто показать ей место на карте. Именно поэтому я сначала отправилась к «Полуночному шутнику», а потом сюда.

– Сколько человек сможет пойти с нами? – Дерриен указал на наемников, молча ожидавших приказа.

Несколько человек шагнули вперед, проявляя явный интерес к нашей миссии. Я встала и вытянула руки в стороны.

– Столько, сколько сможет удержаться за меня. Крайне важно не разрывать контакт во время прохождения через портал.

Дерриен тут же сжал мои пальцы и подошел поближе к порталу. Он подал знак небольшой группе наемников, и они подошли ближе. Я чувствовала, как множество рук хватает меня за спину, плечи, талию. Я бы телепортировала всю ораву Дерриена, но это невозможно. Если кто-то случайно отпустит меня во время путешествия, мы больше никогда не увидим этого человека. Не то чтобы меня волновала судьба этих головорезов, но тело есть тело, а нам необходимо численное преимущество.

Глаза Дерриена блестели от предвкушения.

– Намечается веселье, – сказал он.

– Именно. Но оставь Лину мне.

Я не потрудилась скрыть отвращение в голосе. Лина и так порушила слишком много моих планов. И теперь, как глава Совета, она получила право выступить против меня. Не только право, она также получила поддержку заклинателей. Мой народ встанет на мою сторону, только если Лина исчезнет. Мне будет подчиняться Окнолог, я отыщу пропавших без вести заклинателей и никто не осмелится мне перечить. Никто не сможет мне помешать. Никто не сможет меня остановить.

– Нок мой. – Дерриен ухмыльнулся. – Мне все равно, кого убьешь ты.

– Отлично. Идем. – Я улыбнулась ему в ответ.

Мы шагнули в искрящийся портал и мгновение спустя оказались на пороге «Полуночного шутника». Как только наемники отпустили меня, я взмахнула рукой и отправила Телесавру домой в царство тварей. Она теперь бесполезна, поскольку не сможет доставить нас обратно в Вильхейм.

Когда мы подошли к Китскому лесу, откуда-то из чащи донесся низкий, пробирающий до костей рев. Он прозвучал гораздо ближе, чем обычно. Прекрасно. В моей голове тут же сформировался план.

Я невольно рассмеялась, и Дерриен с недоумением покосился на меня. Я отмахнулась от него и зашагала дальше, следуя на жуткий зов. Если кому-то и следует бояться чудовищ, то уж точно не мне.

## Пятая глава. ЛИНА


Моя недавно прирученная Телесавра немного не в своем уме. Я не переставала задаваться вопросом, не потому ли Рейвен так охотно рассталась с ней. Когда ящерка кусала меня за пальцы или врезалась в мою ногу черепушкой, Рейвен едва сдерживала смех. Что ж, я могу смириться с синяками и ссадинами. По крайней мере, малыш позволил себя приручить и сделать Хайрит очагом. У Телесавры Гейджа очаг тоже в Хайрите, так что мы в считаные минуты сможем переместить немало членов гильдии в безопасное место. Однако до Круора мы вынуждены идти пешком через Китский лес.

В тысячный раз я отмахнулась от колючих лоз, однако они безустанно продолжали цепляться за пальто. Я продиралась сквозь заросли, оставляя на шипах нитки и волосы. Даже зимой лес оставался густым и беспощадным. И полным чудовищ. Леденящие душу звериные крики один за другим рассекали воздух. Кажется, монстры злятся.

Или вышли на охоту.

Я вздрогнула, отгоняя эту мысль. Легенда гласила, что чудовища Китского леса – это неприкаянные души тварей, которые погибли во время Первой войны. Их устрашающий вид и неудержимая ярость – одна из причин, по которой заклинатели не хотят сражаться. Чудовища Китского леса напоминают нам о том, что случается, когда зверей принуждают нападать на людей. Даже если заклинатель всего лишь защищается. Не знаю, можно ли верить легенде, однако мне всегда не по себе в Китском лесу. Очевидно, что его обитатели прокляты. И хотя чудовища редко нападают на заклинателей, такое случалось.

Мне лишь однажды довелось встретить монстра Китского леса. Повторения не хотелось.

Калем проворчал что-то себе под нос и пнул валяющуюся на земле ветку, что преграждала нам путь.

– Так почему мы не идем сквозь тени? – спросил он.

Нок оглянулся на него.

– Мы понятия не имеем, что планирует Дерриен, но ему нужен Круор. И мы также знаем, насколько Дерриен опасен в мире теней.

– Мерзавец, – буркнул Калем.

Оз кивнул, соглашаясь с ним.

– К тому же с нами Лина и Гейдж, – сказал Кост. – Мы можем скрыться от Дерриена в тенях, но, если нас загонят в угол, звери не смогут прийти к нам на выручку.

Я поежилась и посмотрела на Квиллу, свою Асуру, которая шагала рядом. Медлительная и осторожная, Квилла поворачивала коровью голову в разные стороны, пробираясь сквозь лозы.

Гейдж тоже призвал Асуру и Фемси. Он отправил птицу вперед, на разведку, и уже дважды обращался к ее зрению, чтобы убедиться, что путь безопасен. Кост призвал Феликса. Пои сидел у него на плече, и его аметистовый шар время от времени заволакивало туманом. После того как Кост заглядывал в будущее, мы шли дальше.

Язмин следила за нами. И так как мы понятия не имели, где она, нам нужно оставаться начеку.

– Мы почти дошли до Бутылочного горлышка. Как только пройдем его, до Круора будет рукой подать.

Нок дернул подбородком, предположительно, в направлении Круора. Тайный проход на территорию поместья было практически невозможно найти без помощи члена гильдии.

Я невольно вспомнила, как впервые оказалась в Круоре. Мой Айксасс, Айки, обездвижил Коста и вынудил его доставить нас в Круор. Вихрь теней в одно мгновение переместил нас в точку назначения. В то время мое сердце едва не остановилось от страха, но сейчас особняк, полный наемных убийц, – мой дом. И я отчаянно желала защитить его.

– Ты в порядке? – спросил Нок.

– Да, в порядке. – Я натянуто улыбнулась Ноку и отвела взгляд.

Вряд ли в Круоре мы найдем хоть какую-то информацию, связанную с планами Язмин в отношении Окнолога. Однако я не могла сидеть сложа руки. Я не хочу быть лидером, который восседает на троне и отдает приказы, подвергая опасности своих людей.

Нок придержал ветку, чтобы я могла пройти дальше.

– Мы что-нибудь придумаем, Лина, – сказал он.

Я нырнула под ветку и остановилась.

– Правильно ли я поступаю?

– Ты о чем?

– Я объявила войну. Правильное ли это решение?

Я окинула взглядом наш отряд. Кост и Гейдж обсуждали ингредиенты для заклинания. Калем и Оз молча шагали следом за ними. Если мое неправильное решение подвергнет опасности мою семью и народ, то я себя за это никогда не прощу.

– Не ты объявила войну, а Язмин. – Нок убрал с моего лба непослушную прядь. – Ключевое различие в этом.

– Думаешь? – Я вздохнула. – Мне так не кажется. То, что сказала та девушка…

Я судорожно сглотнула, вспоминая ее слова, что потрясли меня до глубины души. Язмин призывала заклинателей отправиться на войну, а затем натравила на нас Врииса. Она считает, что Вильхейм похищает заклинателей и держит их в плену. Это достаточно веская причина, чтобы объявить войну столице.

Нок крепко сжал мои плечи.

– Не сомневайся в себе. Помни об Ониксе.

– Ты о чем? – Я подняла на него взгляд.

Хватка Нока стала крепче.

– Оникс счел тебя достойной. Тебя, не Язмин. Заклинатели это видели. Кроме того, не забывай про Окнолога. Ты сказала, что его невозможно контролировать. Если у Язмин получится пробудить его, то в опасности окажутся все.

– Язмин смогла приручить Врииса. Ну, до того, как я разорвала ее связь с ним.

Мои слова прозвучали тихо и неуверенно. Я опустила взгляд на метку заклинателя. Даже сейчас, без прилива магии, она будто бы пульсировала силой. С тех пор как я приняла Врииса в свою семью и нарекла его Эоном, я чувствовала себя сильнее. Могущественнее. Как будто сама богиня даровала мне часть своей магии. Эон по натуре – гигантский щенок. Больше всего он любит носиться по бескрайним полям царства тварей, свесив язык набок. Магия Селесты в мире тварей сильнее всего, и Вриис ее чувствовал. Наслаждался ею. С тех пор как я установила связь с Эоном, мне казалось, что я напрямую связала свою душу с Селестой.

Язмин, в отличие от меня, нашла и укротила Врииса в одиночку. Она многим пожертвовала ради своей цели. Она сильнее меня. Сильнее всех нас; в этом я не сомневалась.

– Поэтому ты думаешь, она сможет обуздать Окнолога.

Нок выразил мой страх словами. Я кивнула, хотя это был не вопрос.

– И я также думаю, что она будет использовать силу Окнолога для разрушений.

– Язмин жаждет власти. Даже если ее мотивы изначально были благородными, сейчас она поступает неправильно. Война – это… ужасно, Лина. – Нок уставился в чащу невидящим взглядом. Все его тело напряглось, как будто он заново переживал свое прошлое. Прошлое, в котором он был солдатом.

– Я знаю, – сказала я. – Ты ведь сражался за то, во что верил, верно?

– Да. – Он встретился со мной взглядом. – И сейчас я буду сражаться за наше дело, потому что оно того стоит.

– Язмин тоже будет сражаться за свою правду. Она уверена, что Вильхейм держит заклинателей в заточении.

– Ты ведь веришь мне, когда я говорю, что ничего не знаю об этом? – спросил он.

– Конечно, Нок. – Я выдохнула. – Ты бы не допустил ничего подобного.

Я до сих пор не спросила его о своих родителях. Я не знала, как начать разговор на эту тему. Язмин сказала, что они мертвы и что в их смерти виноват Нок и его семья. Но откуда ей это известно? А если мои родители не умерли, то неужели они тоже в заточении?

Я тряхнула головой. Мне нужно перестать хвататься за соломинку. Нельзя надеяться на то, что они каким-то чудом выжили. Родители погибли на охоте. Язмин наврала мне, воспользовавшись тем фактом, что тела мамы и папы не нашли.

Голос Нока звучал тихо и сочувственно.

– Если бы я знал, я…

– У нас проблемы! – прокричал Кост.

Они с Гейджем бежали к нам. Феликс вонзил когти в плечо своему хозяину. Шерсть Пои встала дыбом, его аметистовый шар заволокло темным туманом.

– Что-то стремительно приближается к нам!

Кровь застыла у меня в жилах.

– Зверь? Язмин? – спросила я.

Калем, Оз и Гейдж встали рядом со мной и Ноком. Все они пристально вглядывались в темную чащу. Кост прижал палец к виску, сосредоточившись на видении Феликса. Его губы сжались в тонкую линию.

– Я не знаю, что это за существо, но оно направляется прямо к нам. И это не все. – Кост нахмурился. – Нас ждет еще одна атака. Что-то маленькое и быстрое. Но я не понимаю, связана ли она с этим странным зверем.

Наши Асуры, как по команде, присели и плотно прижали ладони к земле. Вокруг нас образовались два защитных барьера.

Калем стиснул зубы. Его взгляд лихорадочно метался из стороны в сторону. Оз замер в боевой стойке, вокруг его пальцев сгустились тени. Гейдж коснулся метки заклинателя, в последний раз прибегая к силе Фемси, чтобы помочь Косту разведать обстановку.

– Что-нибудь видишь? – спросила я, напряженно вглядываясь в лицо Гейджа.

Он судорожно сглотнул.

– Моя Фемси не желает приближаться к нему. Это означает только одно.

– Монстр, – сказала я.

Словно в ответ на мой страх, воздух прорезал протяжный ужасающий рев. Сердце ушло в пятки. Ну почему именно сейчас? Что мы такого сделали, чтобы привлечь внимание чудовища Китского леса?

Деревья затряслись. Стручки бобовых сосен заплясали над нашими головами. Нок чертыхнулся и разрезал ладонь. По его пальцам потекла кровь, которая затем послушно обвилась вокруг его руки.

– Он приближается с севера, – сказал Кост.

Стоящий рядом с ним Калем вздрогнул, и ртутный ободок вокруг его радужек стал шире.

– Гейдж, – пробормотала я, слегка поворачиваясь в его сторону. – Что нам делать?

– Трудно сказать. Мне нужно понять, с чем мы имеем дело. Я возвращаю Фемси домой и зову Океана.

Гейдж вытянул руку, и его метка заклинателя засияла цитриновым светом. Дверь царства тварей открылась с протяжным скрипом. Угрожающее рычание предшествовало появлению легендарного кошачьего зверя синего цвета. Зистрим замер рядом с хозяином, впиваясь когтями в мягкую почву. Вокруг зверя образовалось туманное облако. По гладкой шкуре стекают капельки росы. Насколько мне было известно, Зистрим способен призывать воду и управлять ею, чтобы атаковать свою жертву.

– Что дальше? – спросил Калем.

– Монстров Китского леса нельзя приручить. Нам придется его обездвижить. – Гейдж огляделся и нахмурился, глядя на наших Асур. – Я не знаю, выдержат ли защитные барьеры атаку чудовища.