Сюзанна Эрвин
Страсть по расписанию
Роман

Susannah Erwin

Who's the Boss Now

* * *

Все права на издание защищены, включая право воспроизведения полностью или частично в любой форме.

Это издание опубликовано с разрешения Harlequin Books S. Α.

Товарные знаки Harlequin и Diamond принадлежат Harlequin Enterprises limited или его корпоративным аффилированным членам и могут быть использованы только на основании сублицензионного соглашения.

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

Охраняется законодательством РФ о защите интеллектуальных прав.

Воспроизведение всей книги или любой ее части воспрещается без письменного разрешения издателя.

Любые попытки нарушения закона будут преследоваться в судебном порядке.

Who's the Boss Now

© 2021 by Susannah Erwin

«Страсть по расписанию»

© «Центрполиграф», 2022

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2022

Глава 1

Забраться в винный погреб в винодельне Сент-Айседор было несложно. Дверь с задней стороны дома вела прямо к служебной лестнице и пункту назначения Маргариты Делакруа несколькими этажами ниже. Но выбраться из него…

Маргарита попыталась приподнять два ящика вина и сдалась, потирая руки и пытаясь решить, как ей быстрее вынести их. То, что казалось отличным планом в одиннадцать вечера после двух бутылок вина, выпитых с лучшей подругой Эрсли Контрерас, было не таким простым в час ночи. Начать с того, что бутылки были тяжелыми. Слишком тяжелыми, чтобы поднимать их по лестнице целыми ящиками. Можно было носить их по нескольку штук, но на это ушла бы вся ночь.

Единственным решением было воспользоваться лифтом, хотя это более рискованно.

Она вздохнула. Конечно, все и не могло быть слишком просто. Как и всегда в Сент-Айседоре.

Маргарита родилась в легендарной семье Делакруа, знаменитой своими винами, в той ее ветви, которая эмигрировала в Калифорнию во времена «золотой лихорадки», чтобы снабжать вином быстро растущее население штата. Годы процветания сменились годами запустения во времена сухого закона, и, когда два брата унаследовали Сент-Айседор после Второй мировой войны, они яростно спорили на предмет того, как возродить семейный бизнес. В конце концов, один из братьев взялся управлять винодельней, а второй занялся непосредственно виноградниками.

Отец Маргариты унаследовал виноградники десять лет назад и продал их Лайнусу Чеппелу, на тот момент владевшему винодельней. Тщетно Маргарита уговаривала родителей не продавать бизнес до тех пор, пока она не сможет взять на себя управление им. Но, вернувшись домой после первого года обучения в университете Калифорнии, она обнаружила, что впервые в их истории у виноградников был владелец, не носивший фамилию Делакруа.

Даже объединение винодельни и виноградников не вернуло прежнего процветания Сент-Айседору. Новое оборудование, конечно, иногда появлялось в винодельне, но старенький лифт был построен в 1930 году и шумел так, что в доме дрожали стены.

Но кто мог ее услышать? Лайнус умер полгода назад, не оставив завещания, и унаследовавшие поместье два внучатых племянника тут же выставили его на продажу. На прошлой неделе его купил генеральный директор крупной технологической компании из Кремниевой долины. Но, по слухам, он пока еще не вступил во владение. А слухам можно было верить, поскольку новый владелец привлекал к себе особое внимание, будучи, как говорили, невероятно красивым и неженатым.

Так что сейчас у Маргариты была единственная возможность сделать то, что она задумала.

Загружая ящики с вином в лифт, она думала о том, что это был последний раз, когда она пользовалась им. Если верить все тем же слухам, Сент-Айседор планировали снести и построить на его месте элитные дома.

При этой мысли ее сердце сжалось от боли.

Но Маргарита могла спасти вино. Ее вино. Вино, которое, как она надеялась, послужит первым шагом в деле возрождения имени Делакруа в мире виноделия. Теперь эти бутылки были всем, что осталось у нее после восьми лет, проведенных на службе у Лайнуса. У них была устная договоренность – Маргарита получала пятнадцать процентов от положенного ей жалованья, а остальные восемьдесят пять процентов уходили на то, чтобы выкупить виноградники, чтобы снова делать вино и продавать его под брендом Сент-Айседора. Маргарита не позволит имени Делакруа кануть в Лету.

А она была так близка к цели! Закончила выплачивать стоимость виноградников в свой последний день рождения, но Лайнус не успел документально оформить их сделку. Он внезапно умер от инсульта, и кожаная папка, в которой хранились документы, подтверждавшие оплату ею стоимости виноградников, исчезла. А когда она попыталась объяснить ситуацию наследникам Лайнуса, те просто рассмеялись ей в лицо и вызвали шерифа, чтобы он выселил ее с их собственности.

Вино, которое делала Маргарита, было всем, что у нее осталось, и она будет проклята, если позволит ему гнить в погребе или, еще хуже, быть уничтоженным. Она взяла в руки последнюю бутылку.

Капли пота стекали по ее лбу, и девушка нетерпеливо смахнула их. Ее руки были покрыты пылью, и она вытерла их о джинсы и нажала на кнопку лифта. Она поднимется на первый этаж, а там ей предстоит преодолеть всего лишь небольшое расстояние до главного входа. Эрсли была где-то поблизости и ждала ее звонка. Они погрузят вино в машину Эрсли и уедут.

Но куда? Единственная жизнь, которая была знакома Маргарите, проходила здесь, в Сент-Айседоре. Она хотела лишь одного – остаться здесь. И думала, что ее соглашение с Лайнусом позволит ей остаться здесь навсегда.

Она смахнула слезы с глаз. Сент-Айседор был ее домом. А теперь новый владелец – технический магнат уничтожит его.

Эван Флетчер протер глаза и снова посмотрел на экран лэптопа. Но числа на нем были по-прежнему удручающими.

Когда он поручил своему менеджеру купить для него Сент-Айседор, его порадовало, что не только винодельня была прекрасно оборудована, но и хозяйский дом был полностью обставлен. Но когда он приехал на место несколько часов назад, обнаружил, что за удачными фотографиями прятались следы обветшания и множественных повреждений. Однако Сент-Айседор все еще был бизнесом на плаву, и это было идеальным приобретением для его нужд. Все остальное требовало лишь косметического ремонта.

– Я охотно сказала бы «я тебя предупреждала», но сейчас уже поздно, а кроме того, я не хочу потерять тебя в качестве клиента, – сказала его менеджер, явно зевая.

– Не бойся, Пайя. Можешь сыпать мне соль на рану, сколько хочешь. Это меньшее, чего я заслуживаю, позвонив в такой поздний час.

– Я уже по опыту знаю, что нужно отвечать на твои звонки в любое время, иначе ты совершишь какую-нибудь глупость вроде покупки винодельни, которую в глаза не видела.

– В следующий раз я позвоню тебе днем. Просто это был первый спокойный момент за сутки. У меня назревал очередной кризис на работе.

– Я думала, что там у тебя все уже устаканилось.

– Не все.

Эван был генеральным директором и основателем «Медэвко», быстрорастущей компании, специализирующейся на разработке медицинской техники. Год назад она достигла стоимости в один миллиард долларов, но рост компании был сопряжен с ростом забот и дорогих вложений. Множественных.

Он тряхнул головой, прогоняя эти мысли. Нужно решать проблемы по мере их возникновения. И сейчас на первом месте стояла винодельня.

– Спасибо, что прочитала отчеты винодельни. И скажи мне, как лучше извиниться перед Луизой за то, что я так поздно звоню тебе.

Пайя рассмеялась.

– После рождения ребенка это уже не имеет значения. Нет нужды извиняться. Она еще поблагодарит тебя, потому что теперь я покормлю его в два часа, а она сможет поспать. Но если ты все равно настроен извиняться, пришли мне ящик шардоне… но из другой винодельни.

– Ха-ха. Вот увидишь. Через год ты будешь умолять меня прислать лучшее вино из Сент-Айседора.

– Это не технологическая компания. Это совсем другой бизнес. Не жди, что твое прикосновение превратит его в процветающий концерн.

– Звучит как вызов.

– Зависит от твоих ожиданий. Но, зная тебя, не сомневаюсь, что они у тебя астрономические.

Эван молчал, потому что новоявленные родители не нуждались в дополнительных стрессах.

– Я слышу, – сказала Пайя.

– Слышишь что?

– То, что ты скрываешь от меня.

– Всемирный саммит лидеров бизнеса состоится этим летом в Напа.

Эван услышал, как Пайя втянула в себя воздух.

– Только не говори мне того, что собираешься сказать.

– Организаторы прознали, что я купил винодельню, и предложили мне устроить там банкет. Конечно же, я согласился.

Пайя застонала.

– Эван, это одни из самых крупных воротил бизнеса в мире…

– Все будет нормально.

– Это не имеет отношения к тому, что Ангус Хорн не отвечает на твои звонки? Он всегда присутствует на этих саммитах. И он известен как знаток вин.

Эван рассмеялся.

– Неужели ты думаешь, что я стану покупать винодельню и поместье лишь для того, чтобы привлечь инвестора для «Медэвко»?

Пайя фыркнула.

– Ты купишь луну, если решишь, что это поможет тебе заполучить Хорна. Не забывай, я слежу за твоими счетами. И вот что я тебе скажу, Эван. Большая часть твоего капитала вложена в «Медэвко», а покупка винодельни исчерпала твои возможности.

– Но мои вложения в винодельню окупятся.

– Окупятся, но не обязательно принесут доход. И тебе придется еще вложиться в эту собственность. Так что в первый год тебя ждут убытки.

– Я справлюсь.

Он нанял Пайю за ее осторожность. Но он успел продать три компании до своего тридцатилетия, а потом основал «Медэвко» и стал руководить ею, так что у него были все основания верить в себя.

– Еще раз спасибо. И постарайся поспать до того, как проснется ребенок.

Он положил телефон и откинулся на спинку кресла. По крайней мере, дом был ухоженным, и в душе было достаточно горячей воды. Он принял душ перед тем, как звонить Пайе. А вечером доставили новые кровати и застелили их свежим бельем.

Он встал и потянулся, намереваясь проверить, так ли удобны матрасы, как они выглядели, и тут послышался гул, и паркет задрожал под его ногами.

– Какого?..

Он окинул взглядом комнату. Годы жизни в Калифорнии с постоянной угрозой землетрясений выработали в нем привычку искать самое безопасное место. Но гул не усиливался, однако и не прекращался. Это был шум работающей техники.

Конечно же. Лифт. Тот, который вел к погребу, расположенному глубоко под землей. Его пульс вернулся к нормальному ритму.

Он был единственным обитателем дома, который бодрствовал. Другой обитатель ушел спать несколько часов назад.

Он не верил в привидения, а лифт был построен еще в прошлом веке. Возможно, он просто был сломан.

Эван вздохнул. Лучше сходить проверить. Меньше всего ему нужно было, чтобы из-за старой проводки в доме случился пожар.

Проходя мимо кухни, он заметил на столе тяжелую чугунную сковороду и схватил ее на случай, если это были не привидения.

Лифт остановился. Маргарита взяла в руки три бутылки, а потом боком толкнула деревянную дверь. Дело сделано. И никто даже не узнает, что она была здесь. Она выпрямилась, повернулась и… лицом к лицу столкнулась с полуодетым мужчиной с голой грудью и босыми ногами, который занес над ее головой чугунную сковороду.

Она закричала. Две бутылки выскользнули из ее рук и с глухим стуком упали на застеленный линолеумом пол лифта. А потом она инстинктивно занесла над головой третью бутылку.

И взмахнула ею.

Мужчина прикрыл голову сковородой. Бутылка ударилась о чугун, и послышался звук бьющегося стекла.

Холодная жидкость, льющаяся ей на руку, отрезвила ее.

– О нет! Нет, нет, нет!

Что она наделала? Вся ее работа, ее последняя связь с Сент-Айседором, теперь лилась на пол. Она тут же повернула бутылку в вертикальное положение, так что пробка указывала на пол. В полумраке было трудно разобрать, но, похоже, из бутылки вылилась лишь третья часть вина.

Значит, еще можно спасти остаток. Она быстро соображала, прикидывая, что делать дальше.

Мужчина опустил сковороду. Маргарита была так занята бутылкой, что даже забыла, что была не одна.

Они смотрели друг на друга, и их сердца бешено колотились, а дыхание было прерывистым. Так значит, это тот до нелепости красивый новый владелец. Маргарита узнала квадратную челюсть, заросшую щетиной, густые темные брови и проницательные глаза, которые видела на фотографиях в Интернете. Но ни фотографии, ни сплетни не подготовили ее к тому, что у него такие широкие плечи, что от него исходят сила и властность, хотя он одет всего лишь в одни спортивные брюки, обтягивающие его узкие бедра.

И Маргарита здесь незваный гость, а не он.

– Вы собираетесь воспользоваться этим? – спросила она, указывая на сковороду.

Он покачал головой.

– Какого черта? – вырвалось у него. – Кто…

– Я все объясню. – Он был в ярости. Что и понятно. Но ее в этот момент больше волновало другое. – Прямо сейчас мне нужна новая бутылка. Контейнер. Что-нибудь.

Девушка попыталась пройти мимо него, прижимая к груди разбитую бутылку.

Но он поймал ее за руку. Вино плеснуло ей на футболку, и у нее перехватило дыхание. Она не могла высвободиться, не потеряв остатки вина.

– Нет, – прорычал красавец. – Объясните все сейчас же!

– Отпустите меня, и я все объясню.

Его брови подскочили вверх.

– Отпустить… леди, вы пытались оглушить меня!

– Вы первый угрожали мне! – Она кивком указала на сковороду в его правой руке. – Хотя вы правы. Простите. Но вы напугали меня.

– Вы вломились в мой дом!

– Честно говоря, я как раз хотела покинуть его. И буду счастлива это сделать. Но, пожалуйста. Мне нужно что-нибудь, во что можно перелить это вино. Пожалуйста.

Он нахмурился, но его хватка ослабла достаточно для того, чтобы Маргарита вывернулась и исчезла за дверью, которая была замаскирована в стене и вела в служебный коридор, а из него на кухню.

Но ее рука все еще хранила горячее прикосновение его пальцев.

Эван несколько раз моргнул. Эта воровка… исчезла в стене? Какого черта?

Он посмотрел на ящики с вином, все еще стоявшие в лифте. На бутылках не было этикеток. А на стекле сохранились какие-то надписи, сделанные краской.

Это была какая-то бессмыслица. В погребе хранились редкие и очень ценные вина. И вор должен был заинтересоваться теми бутылками, которые можно было бы дорого продать. Что затеяла эта непрошеная гостья?

Эван стал рассматривать стену, в которой она исчезла, и обнаружил слегка приоткрытую замаскированную обоями дверь.

Он прислушался, потом пошел на слабый звук, доносившийся из-за другой двери. Открыв ее, он оказался снова на кухне. Двери двух шкафов были распахнуты, а разбитая бутылка стояла пробкой вниз в сушилке для тарелок.

Воровка рылась в третьем шкафу. Бросив на него быстрый взгляд из-за плеча, она спросила:

– Где все графины? Лайнус держал их здесь. Вы что, куда-то переставили их?

Эван похлопал себя по карманам в поисках телефона, чтобы позвонить в полицию и задержать ее здесь до их приезда. Но его карманы были пусты. Должно быть, он оставил телефон в спальне.

– Выкладывайте. Кто вы? Что вы здесь делаете?

Девушка повернулась к нему. И он впервые получил возможность рассмотреть ее при ярком свете ламп. Темные волосы, скорее иссиня-черные, чем каштановые, были собраны в пучок, но несколько прядей выбились из прически, и легкие завитки обрамляли ее лицо. У нее была бледная кожа, почти прозрачная на фоне ее черной футболки и темных джинсов, которые обтягивали длинные стройные ноги и изящные округлые бедра. Но просторная футболка скрывала ее остальные формы. Эван посмотрел на ее лицо и встретил мрачный взгляд, говоривший о том, что она заметила, как он пялится на нее.

– Графины? – повторила незваная гостья.

– Вы, должно быть, не понимаете, кто я и в какую неприятную ситуацию вы попали. Здесь я задаю вопросы.

Ее губы скривились в усмешке.

– О нет, я все понимаю. Вы новый владелец Сент-Айседора. Тот технический гений. Вся окрестность ждала вашего появления, хотя как вы, должно быть, догадались, я думала, что вы еще не въехали в дом. Честно говоря, я готова была сделать крупную ставку на то, что вы вообще не появитесь здесь. Итак, графины. Они что, в буфетной?

Эван покачал головой, озадаченный.

– Я ничего никуда не убирал. Я вообще зашел в кухню лишь один раз – чтобы взять вот это. – Он приподнял бровь и указал на сковороду. – Но вы, похоже, хорошо ориентируетесь в этом доме. Кто вы?

– Может быть, если бы вы так же тщательно осмотрели кухню, как осматриваете женские тела, знали бы, где что находится.

Она продолжила рыться в шкафу, но при этом держалась высокомерно, как монарх, выступающий с речью перед своими подданными.

– Я просто хотел лучше рассмотреть вас, чтобы дать полиции точное описание вора, вломившегося в мой дом.

– Я не вламывалась. У меня есть ключ.

У нее был ключ? Он удивился еще сильнее.

– Но вас сюда не приглашали. И это означает, что вы вломились в мой дом.

– Насколько мне известно, в Калифорнии это классифицируется всего лишь как незаконное вторжение. – Она достала из шкафа маленький пластиковый кувшин для воды. – Могу я позаимствовать вот это, пожалуйста?

Он прищурился.

– Я не юрист, но незаконное вторжение – это когда вы не намереваетесь совершить преступление. А вино, загруженное в мой лифт, говорит об обратном.

Девушка пересекла кухню и стала выдвигать ящики столов.

– Вы не видели… ага! – Она достала штопор. – Я не совершаю никакого преступления. Ну ладно, я согласна, что вторглась незаконно. Но я ничего не краду. – Вытащив пробку, она перелила остатки вина в кувшин. – Вот так. Мне хотелось бы, чтобы это вино состарилось больше, но я хотя бы смогу уловить его вкус.

Потом она повернулась и посмотрела на него.

– Спасибо за то, что не стали вызывать шерифа. И за то, что проявили такое терпение. Я должна все объяснить вам…

И тут в окно они увидели вращающиеся сине-красные фонари, сопровождаемые хлопаньем дверей. Она приподняла брови:

– Надо полагать, вы все-таки их вызвали.

Эван покачал головой. Какого черта?

– У меня даже нет с собой телефона. Оставайтесь здесь. Я хочу услышать вашу историю.

Он направился к главному входу и открыл дверь. На подъездной дорожке стояла машина шерифа. А рядом с ней беседовали два человека.

– Добрый вечер, – сказал Эван. – Что случилось, шериф?

Мужчина повыше ростом расправил плечи.

– Никаких проблем. Простите, что побеспокоили вас.

Мужчина пониже ростом направился к входной двери. Когда он подошел ближе к Эвану, у того упало сердце.

– Нико!

Но его младший брат прошел мимо него, не сказав ни слова. Эван повернулся к шерифу:

– Что он натворил?

– Кто? Нико? Ничего. Но он был пассажиром в машине, остановленной из-за того, что водитель был пьян. Ваш брат трезв, но у него нет водительского удостоверения, так что он не мог сесть за руль той машины. Я как раз заканчивал свою смену, так что предложил подвезти его.

– Включив мигалку?

Но шериф проигнорировал его вопрос, а вместо этого помахал рукой:

– Привет, Маргарита.

– Привет, шериф Фрэнкс.

Эван обернулся и увидел воровку, стоявшую позади него.

– Я не ожидал, что вы все еще живете здесь, – сказал шериф.

Воровка – Маргарита, поправил себя Эван, – бросила на него быстрый взгляд. Он молчал, и она покачала головой:

– Нет, я здесь не живу.

Шериф окинул испытующим взглядом сначала Маргариту, потом Эвана, и тот в первый раз осознал, что на нем все еще одни спортивные брюки. Шериф кивнул:

– Ну ладно. Хорошо. Мне пора выдвигаться.

– Спасибо, что привезли Нико домой. – Эван закрыл входную дверь и повернулся к Маргарите: – Я все еще хочу услышать вашу историю. Но сначала нужно найти моего брата.

– Он на кухне, – сказала она. – Кажется, очень зол. Поэтому я и пошла разыскивать вас.

– Нико всегда зол, – пробормотал Эван.

– Почему вы не сказали шерифу, что я вломилась в ваш дом?

Она склонила голову набок, и еще несколько прядей упали на ее высокие скулы.

Эван помедлил, сам не зная ответа на этот вопрос.

– Сначала мой брат, а потом вы, – повторил он и сделал ей знак следовать за ним.

Нико сидел за огромным дубовым столом, на котором лежал батон хлеба и стояла гигантская банка с арахисовым маслом. И он пил…

– О нет! – воскликнула Маргарита.

Она выхватила кувшин из рук Нико. На дне осталось лишь несколько капель вина. Если Нико и был трезв, когда вернулся, то сейчас он поспешно исправлял эту оплошность.

Это было последней соломинкой, ломавшей верблюду спину. Эван хлопнул ладонью по столу, и Нико и Маргарита изумленно уставились на него.

– Начинайте. – Он указал на Нико. – Сначала ты. Ты же ушел спать несколько часов назад.

– Я передумал, – сказал Нико. – Мне позвонила девушка, с которой я успел познакомиться, и предложила покататься с нею и с ее друзьями. А ты в это время был в душе.

– Ты должен был сказать мне.

– Ты забыл, что мне уже двадцать один год. Так что нет, не должен. Но я написал тебе сообщение, когда шериф остановил нас. А кто она? – спросил Нико, указав на Маргариту.

– Ну, нет, – сказала Маргарита. – Не втягивайте меня в ваши разборки. – Она прижала кувшин к груди. – Я сейчас заберу свои вещи и уйду.

– Под вещами вы подразумеваете огромное количество бутылок с вином, которые вы стащили? – спросил Эван.

– С вином? – Нико оживился. – Если я пил одно из них, оно превосходно.

– Правда? – улыбнулась Маргарита, и это была ее первая настоящая улыбка. И она была… потрясающей. Эван заметил, что у нее очень выразительные глаза цвета вечернего неба, и, когда она улыбалась, они словно светились изнутри. – Это вино еще не было выдержано достаточное время.

– Мне оно показалось замечательным, – заявил Нико.

– Спасибо. – Она понюхала содержимое кувшина. – Но винный эксперт сказал бы…

– Что слишком много танина. Так что с годами оно станет лучше. Но вкус у вина превосходно сбалансирован. Ну, спокойной ночи.

Нико вышел из кухни, ни разу не оглянувшись.

– Эй, мы еще не закончили!.. – крикнул ему вслед Эван.

Но Маргарита положила руку ему на плечо, и слова застряли у него в горле. Он посмотрел на ее длинные тонкие пальцы, лежавшие на его бицепсе.

Она покраснела и поспешно убрала руку.

– Дайте ему спокойно уйти. Его подмывало устроить скандал, но сейчас он в восторге оттого, что поквитался со мной. Позвольте ему насладиться своей победой.

– Так вы не просто воровка, вы еще и психолог? У вас много талантов.

Она вздернула подбородок:

– Я ни то ни другое. Я винодел. Так что, как я уже говорила, я соберу свои вещи и…

– Но вы все еще задолжали мне объяснение всего этого. Дайте угадаю – вы винодел, и это вино сделали вы. Но я не помню среди списка сотрудников женщины по имени Маргарита. И я думал, что главным виноделом был Кельвин, или Кассиан, или…

– Каспер. Каспер Вос. Сейчас он работает у конкурентов.

– Похоже, вы его не жалуете.

– Большинство сотрудников уволились, – сказала она, игнорируя его замечание.

– Я и без вас это знаю.

– Они начали увольняться еще до того, как у Лайнуса случился инсульт. Верность не была их сильной стороной, – с горечью сказала она.

Он оперся о стол.

– В отличие от вас, надо полагать. Какова была ваша роль в Сент-Айседоре?

Она вздохнула.

– Это сложно объяснять.

Он махнул рукой в сторону темного окна:

– До рассвета есть еще несколько часов.

Она открыла рот…

В этот момент лампы под потолком погасли, и комната погрузилась в темноту.

Глава 2

Маргарита стояла неподвижно, пока ее глаза привыкали к темноте. Но, как видно, у нового хозяина дома были другие идеи. Она услышала звук падающего стула, за которым последовали какие-то негромкие слова, которых не могла разобрать. Но она была уверена, что в основном это были ругательства.

– Вы в порядке? – спросила Маргарита.

– Ну и чертова ночка, – услышала она. – Что еще произошло?

Маргарита рассмеялась. Она не могла сдержаться, хотя ее сердце бешено колотилось в груди. Она пыталась убедить себя, что это не имеет никакого отношения к тому, что на Эване Флетчере были надеты лишь спортивные брюки, которые постоянно грозили свалиться с его узких бедер. Маргарита была почти рада, что свет погас, и она больше не видит его внушительного пресса.

– У прежнего владельца были проблемы с памятью к концу жизни. Он боялся, что забудет выключить свет, и ему пришлют огромный счет за электроэнергию. Так что он установил таймеры во всех комнатах.

– На два часа ночи? – недоверчиво спросил Эван.

– Он был совой. Я сейчас включу свет.

– Я сам в состоянии включить свет в собственном доме, – пробормотал он.

Следом за этим раздался еще один глухой звук.

Маргарита ахнула. Было уже плохо, что шериф видел ее в Сент-Айседоре в такой поздний час. Но если ему придется вернуться из-за того, что новый владелец поместья получил травму, в то время как она была там, это навредит ее репутации, уже подмоченной из-за конфронтации с внучатыми племянниками Лайнуса. Она и так уже представляла себе, что станут говорить на всех углах из-за того, что шериф застал ее посреди ночи с полуодетым Эваном.

Маргарита сделала шаг и споткнулась о ногу Эвана. Покачнувшись, она упала на него.

– Ой!

– Больно же, черт подери, – раздался недовольный голос слева от нее.

– Вы в порядке? Что случилось?

– Стул. Нико не задвинул его.

Он сказал это с таким недовольством, что она снова рассмеялась.

– Надеюсь, вы не пострадали?

– Пострадало только мое чувство собственного достоинства. То, что от него осталось. Похоже, вы пострадали больше меня.

Чувствуя твердые мышцы его бедра под левой щиколоткой, она поспешила убрать ногу.

– Нет. Я только шокирована тем, что оказалась на полу.

Эван поднялся, и теперь, когда ее глаза привыкли к темноте, она увидела, что он протягивает ей руку.

– Давайте помогу вам подняться.

Маргарита взялась за протянутую руку и сделала попытку подняться. Но когда она попыталась опереться на правую ногу, ее пронзила острая боль.

– Ох!

Он тут же подался к ней.

– Растяжение или что-то похуже?

Маргарита покачала головой:

– Вывих. Ничего страшного.

Она сделала попытку отстраниться, но не смогла опереться на больную ногу.

– У меня будут синяки на лодыжках после столкновения со стулом. И я ударился коленом, когда падал, так что не смогу никуда отнести вас в настоящий момент. Могу я предложить вам устроиться на полу?

Он опустился на пол и потянул ее за собой. Это было неплохим предложением, и она плюхнулась на пол, стараясь не касаться его.

В комнате было темно и тихо. Они были словно в коконе, который отгораживал их от остального мира. Ее чувства обострились. Она слышала его тихое дыхание, а ее нос, натренированный распознавать малейшие нюансы запахов вина, уловил аромат лемонграсса, базилика и чего-то еще, что могла определить лишь как запах теплой чистой кожи. Ее пульс ускорился.

Если она сдвинет руку немного влево, то коснется его. И он, возможно, обнимет ее, а она сможет провести пальцами по тому, на что боялась смотреть при свете, – по его гладкой бронзовой коже, по темным волоскам, которые покрывали его грудь, а потом узкой дорожкой уходили под резинку его брюк…

Эван откашлялся, и Маргарита вернулась к действительности.

– Три сюрприза за один вечер, – сказал он. – Даже четыре, считая вас. Лифт работает, хотя и выглядит как экспонат музея. Потайные ходы – это не выдумки риелторов. Свет выключается сам по себе. А я провел здесь всего один вечер.

– Это Сент-Айседор. Я каждый день узнаю о нем что-то новое. Несмотря на то, что столько лет работала здесь.

Он повернулся к ней, но она не могла в темноте разглядеть выражения его лица.

– Что вы вообще здесь делали? Особенно если главным виноделом был Кастер?

Она с горечью рассмеялась.

– Каспер. Как я уже говорила, это трудно объяснить.

– Отлично. Вы задолжали мне историю, так пусть она будет интересной.

Маргарита фыркнула:

– Ладно. – Но не было нужды вдаваться в подробности. – Я была живущей в этом доме личной помощницей Лайнуса. Можно сказать, его девочкой на побегушках. И до тех пор, пока я выполняла все его поручения, была вправе распоряжаться своим свободным временем. И я проводила его, делая вино. Прежний винодел учил меня, и я много экспериментировала.

– Но если вы винодел, зачем было становиться личной помощницей? Нашли бы себе работу по профессии.

Она поджала губы.

– Вкус винограда в другом месте не такой, – решила Маргарита ограничиться лишь этим замечанием. Он начал что-то говорить, но она перебила его: – И никогда не говорите, что виноград – это просто виноград. Во всяком случае, здесь.

Ей не нужен был свет, чтобы увидеть, как он закатил глаза.

– Напрасно вы думаете, что я тупой технарь. Я собирался спросить, почему вина Сент-Айседора такие особенные. В конце концов, я теперь владелец винодельни.

«Они особенные, потому что мои», – подумала она. Но не стала произносить этого вслух, потому что тогда пришлось бы рассказывать об истории ее семьи и о том, как другие воспользовались ее доверчивостью. Но и ограничиться какой-нибудь банальностью ей не удастся – этот технический гений был явно совсем не глуп.

– Что делает их такими особенными? Терруар.

– Террор?

Маргарита рассмеялась.

– Шутите? Вы же знаете, что такое терруар?

– Да. Немного. Давайте предположим, что совсем не знаю.

– Терруар – это совокупность условий, которые влияют на виноград: почва, ветер, солнце, высота над уровнем моря.

Эван кивнул:

– Терруар делает виноград уникальным.

Она улыбнулась.

– Что означает, что сделанное из него вино тоже уникально. – Она помрачнела. – Полагаю, слухи о вас верны.

– Обо мне? И что обо мне говорят?

– Ничего особенного. Только то, что вы купили Сент-Айседор, чтобы снести дом и виноградники и продать землю по частям под застройку.

– Значит, те, кто это говорит, понятия не имеют, зачем я купил это поместье.

– Но почему бы еще богатому техническому гению покупать винодельню, которая знавала лучшие дни? Разве только, чтобы уходить от налогов? Я не слишком в этом разбираюсь. Но, как бы там ни было, вы явно купили Сент-Айседор не из-за того, что заинтересовались виноделием. Так зачем вы его купили?

Он некоторое время молчал, а потом сухо сказал:

– Сент-Айседор – это деловое предприятие. А я покупаю деловые предприятия и управляю ими.

Она нервно заломила руки.

– Так вы планируете сохранить винодельню? Производить вино? Не продавать землю под застройку?

– Я поэтому и купил ее. Как действующее предприятие. Если только я смогу сделать его таким.

У нее в животе запорхали бабочки. Сент-Айседор не уничтожат. Его виноградники не будут проданы под застройку.

Может быть, ее мечта сбудется. Может быть, она спасет наследие своих предков. Маргарита попыталась рассмотреть выражение его глаз, но было слишком темно. Она поднялась, цепляясь за столешницу, и допрыгала до дальней стены, где были расположены выключатели. Яркий свет залил кухню, и она повернулась к Эвану.

Он усиленно моргал.

– Могли бы предупредить меня перед тем, как сделать это.

– Простите. В следующий раз предупрежу.

– В следующий раз? Вы что, планируете посещать меня на постоянной основе?

Маргарита кивнула.

– Вы возьмете меня на работу.

Эван недоверчиво посмотрел на нее.

– Простите?

– Я нужна вам.

Он окинул ее оценивающим взглядом и улыбнулся.

– Мы только что повстречались. Не слишком ли вы самонадеянны?

Она уперлась руками в бока.

– Я нужна вам, чтобы вернуть Сент-Айседору былую славу. Вы сами сказали, что большая часть штата уволилась.

– Но у меня уже есть помощница.

Она улыбнулась:

– Я не собираюсь быть вашей помощницей. Я стану вашим главным виноделом.

* * *

Это была самая странная ночь в жизни Эвана. Но и самая интригующая. И волнующая, пусть даже он и не был готов проанализировать свою чисто физическую реакцию на Маргариту. Да, он всегда западал на темные глаза, которые говорили гораздо больше, чем слова. Но эта ночь, при всех ее сюрпризах, сделала совершенно ясным: Пайя не ошибалась.

Он был в незнакомых водах. Он, возможно, откусил больше, чем мог проглотить, несмотря на свой опыт в делах управления бизнесом. А если он потерпит неудачу, это будет означать, что его планы по спасению Нико пойдут прахом.

Но была ли Маргарита его спасательным кругом?

– Во-первых, вы воровка… – Эван поднял руку, чтобы заглушить протест, готовый сорваться с ее пухлых чувственных губ. – Хорошо. Вы не воровали. Но вы сами согласились, что это было незаконным вторжением.

– Потому что думала, что вы собираетесь уничтожить Сент-Айседор. Послушайте, если бы я была воровкой, я стащила бы вина, стоящие тысячи долларов, а не рабочие образцы.

Он и сам уже додумался до этого.

– Но вы сказали, что были личной помощницей предыдущего владельца. А бизнес едва держался на плаву. И зачем мне доверять его управление вам?

Он твердо знал одно о винодельнях: для успеха ключевую роль в них играет винодел.

– Это правда, Сент-Айседор сейчас не использует весь свой потенциал. Лайнус не верил в новые технологии, как ни старались мы убедить его. Но я проработала здесь восемь лет. Я знаю винодельню. Я знаю виноградники. И самое главное, я знаю, каков потенциал у Сент-Айседора. – Она приподняла брови. – И вы должны признать, что сейчас у вас нет никого другого.

– Я могу нанять кого-нибудь.

Маргарита пожала плечами:

– Можете. Но у них не будет моего опыта и знаний здешних условий. – Она улыбнулась, и ему показалось, что солнце озарило кухню. – Кроме того, вашему брату понравилось мое вино.

Она, наверное, просто пошутила, но это было мощным аргументом в ее пользу. Эван все еще не мог решить, что представляет собой Нико, но он знал одно: у его брата невероятное чутье во всем, что касается вин. Было ли это врожденным, или сказалось то, что он рос у итальянских бабушки и дедушки, где вино всегда присутствовало на обеденном столе? Но Нико обладал потрясающим вкусом, которому могли бы позавидовать сомелье в мишленовских ресторанах.

Его чутье говорило ему: Маргарита не лжет. Было очевидно, что она любит Сент-Айседор. Она будет так же предана делу, как и он сам. А его инстинкты до сих пор никогда его не обманывали.

– На самом деле мне и правда нужно нанять кого-то…

– С зарплатой по существующей рыночной ставке. Включая социальный пакет. И с контрактом. Официальным, подписанным контрактом.

Он с трудом сдержал улыбку.

– Вы не дали мне закончить. Да, мне нужен винодел. Но мне нужен человек, который сможет сделать так, чтобы через шесть месяцев в Сент-Айседоре прошло престижное мероприятие.

Маргарита прищурилась:

– Через шесть месяцев?

– Я устраиваю здесь банкет в рамках Всемирного саммита лидеров бизнеса.

– Всемирный саммит лидеров… постойте. Я слышала о нем. Это где генеральные директоры и мировые акулы бизнеса собираются вместе на неделю, проводят секретные совещания, а когда все заканчивается, вдруг выясняется, что «Амазон» согласился купить студию Диснея?

– «Амазон» и «Дисней» остаются самостоятельными компаниями, но в целом да. И это мероприятие, если оно пройдет успешно, принесет славу Сент-Айседору.

Она кивнула:

– А если оно пройдет не так успешно, вы ударите в грязь лицом перед самыми влиятельными людьми в мире?

Эван не хотел даже думать об этом.

– Итак, согласны ли вы оставаться в Сент-Айседоре дольше шести месяцев? И приложить все усилия, чтобы все прошло безупречно?

Маргарита вздернула подбородок.

– Шесть месяцев – это еще до нового урожая. В настоящий момент штат винодельни не укомплектован. Так что нужно немедленно нанять людей. С хорошей зарплатой и отличным социальным пакетом. Если вы хотите, чтобы все прошло без сучка без задоринки, необходимо нанять самого лучшего организатора мероприятий. К счастью, я знаю такого.

– Я всегда очень хорошо плачу своим сотрудникам. Но взамен требую только успеха.

– Кроме того, это мероприятие станет отличной генеральной репетицией перед ежегодным праздником урожая, который либо прославит Сент-Айседор под вашим управлением, либо уничтожит его.

– Праздник урожая?

– Это старая традиция, ей уже больше ста лет. Билеты на торжественный ужин продаются по нескольку сотен долларов. Мы представляем новые вина, и это широко освещается в отраслевой прессе. Вам явно нужен кто-то, кто хорошо знает Сент-Айседор. – Она бросила на него оценивающий взгляд из-под густых ресниц и протянула ему правую руку. – Заметано?

Эван шагнул к ней и пожал ее руку:

– Заметано.

– Я гарантирую, что вы останетесь удовлетворены, – сказала Маргарита.

Ему показалось или она вложила в последнее слово двойной смысл? В ее глазах прыгали чертики.

И ему стало интересно, каково было бы поцеловать ее. Ощутить вкус ее губ, почувствовать, как она открывается навстречу ему. Проверить, такие ли дерзкие ее губы и язык, как ее слова?

Он был безмерно благодарен тем, кто придумал такие широкие спортивные брюки. Иначе он мог бы попасть в неловкое положение.

Зазвонил телефон, и она подпрыгнула. Этот звук, как ушат холодной воды, подействовал на его разгоряченное воображение.

– У меня с собой нет телефона.

– Это мой. – Она вытащила телефон из кармана джинсов и посмотрела на экран. – Ой, не могу поверить, что я о ней забыла. – Она ответила на звонок. – Привет, Эрсли.

Кто бы ни был на другом конце, он был очень зол. И не позволил Маргарите сказать ни слова.

Эван подошел к раковине, чтобы налить себе стакан воды. И немного успокоиться. Да, его либидо хотело поцеловать ее. А его ум сказал, что ему нужно нанять ее. И эти два действия нельзя было смешивать.

Маргарита закончила разговор и повернулась к нему:

– Это моя подруга, которая должна была отвезти меня домой. Она будет здесь через пару минут. Итак, увидимся утром? В девять часов в офисе?

– Лучше в полдень. Хорошенько выспитесь.

– Ладно, в полдень. – Она чуть замешкалась, словно собираясь сказать что-то еще, но потом просто помахала ему рукой. – Увидимся.

Она вышла из кухни, а он проводил ее долгим взглядом.

Его интуиция никогда его не подводила.

Но он надеялся лишь, что его решение нанять ее было продиктовано его деловой интуицией, а не кое-чем другим.

Глава 3

Маргарита стояла в дверях офиса Лайнуса. Ей было труднее, чем она думала, переступить его порог. Тем более что она не надеялась найти папку в этой комнате. А без нее невозможно доказать, что у нее с Лайнусом была определенная договоренность.

Ее глаза увлажнились. Она не знала своих бабушек и дедушек, и Лайнус отчасти заменил их ей. И теперь ей так его не хватало! Но он был и ее боссом. А теперь его офис стал ее офисом. Маргарита села в огромное кожаное кресло у стола, и оно заскрипело.

Она покачала головой. Офис необходимо было отремонтировать и заменить старую мебель.

– Доброе утро. Охранник сказал мне, что вы здесь.

Она подпрыгнула от неожиданности и подняла голову. Эван стоял в дверях, скрестив руки на груди и прислонившись плечом к косяку. Маргарита с трудом узнала его, потому что на нем была обычная одежда калифорнийского бизнесмена – брюки хаки и рубашка, застегнутая на все пуговицы. Ей даже стало жаль, что она больше не может любоваться его роскошным прессом. Но и сейчас он был невероятно привлекательным, в темно-синей рубашке, которая контрастировала с его загорелым лицом и темными вьющимися волосами.

По его лицу нельзя было догадаться, что он почти не спал в эту ночь, и его улыбка была теплой, напоминая Маргарите о том, как сильно ей хотелось прошлой ночью пофлиртовать с ним, в чем она, к счастью, не преуспела. Служебные романы – это плохая идея.

Маргарита мысленно поблагодарила Бога за то, что не забыла накрасить ресницы перед тем, как ехать в винодельню.

– Доброе утро, – сказала она. – Я помню, что мы договорились встретиться в полдень, но я решила приехать пораньше.

– Я готов приступить к переговорам прямо сейчас, если вы не возражаете.

Она кивнула, и Эван подошел к столу, положил на него файл с бумагами и сел в кресло напротив нее.

– Это контракт, о котором вы просили меня.

– Мой контракт? Но мы еще не обсудили мои усло… – Она вытащила из файла верхний лист и замерла, увидев на нем знак доллара и очень большое число. – О!

– Мы можем поторговаться, если хотите, – сказал он с серьезным видом, но в глазах его прыгали чертики.

Она несколько раз моргнула.

– Я уверена, что вы не часто слышите такое, но это слишком много. Я сказала, что меня устроит средняя зарплата в этой отрасли. А вы предлагаете как минимум в два раза больше.

Эван улыбнулся.

– Вы хотите сказать, что ваше время и ваш труд не настолько ценны?

– Нет, я… – Маргарита сделала глубокий вдох. – Мы только вчера познакомились. Почему вы предлагаете мне такое большое жалованье?

Он пожал плечами:

– Сегодня утром я навел справки о вас. Все, с кем я беседовал, говорили, что в последние годы Сент-Айседор оставался на плаву только благодаря вашим усилиям. Кстати, меня до сих пор удивляет, что вы были только помощницей.

«Потому что таковы были условия сделки».

– Только помощницей? А ваша помощница знает, что вы так пренебрежительно отзываетесь об этой должности?

– Я ее повысил, – отозвался он. – Я не держу своих сотрудников в черном теле. Я посмотрел, какое у вас было жалованье, и обнаружил, что вам платили чертовски мало. Рассматривайте мое предложение как плату за ваши прежние труды.

Маргарита открыла было рот, чтобы рассказать о своей договоренности с Лайнусом, но тут же закрыла его. Она только что познакомилась с Званом, но уже поняла, что он привык следовать логике и все оценивать в денежном выражении. Если она расскажет ему, он в лучшем случае усомнится в ее деловых способностях. А в худшем вышвырнет за дверь, как сделали внучатые племянники Лайнуса, когда она рассказала им обо всем.

Девушка постучала пальцем по контракту.

– Наверняка там найдется объяснение вашей щедрости. – Она начала просматривать страницу за страницей. – Ага. Нашла. Через полгода вы проведете оценку моей работы, и я не имею права разрывать контракт до того времени.

– Как мы обсуждали прошлой ночью, через полгода нам предстоит устроить банкет для мировых лидеров бизнеса.

– Не волнуйтесь, ваши богатенькие друзья останутся довольными. Значит, оценка моей работы состоит только в этом? Будет зависеть лишь от того, насколько удачно пройдет это мероприятие? Это очень простая просьба.

Эван пожал плечами:

– Я простой человек с простыми запросами.

– Прошлой ночью вы говорили совсем другое. Я очень сомневаюсь, что вы так просты.

– Верно, – согласился он. – Я люблю сложности, которые трудно преодолевать. Это доставляет огромное удовольствие, когда получаешь то, чего хочешь.

От его хищной улыбки Маргарита покрылась гусиной кожей.

– Вы когда-нибудь терпели неудачу? – спросила она.

Он медленно покачал головой.

Разумеется, этот вопрос был чисто риторическим. Она оперлась локтями о стол и положила подбородок на переплетенные пальцы.

– Знаете ли, все когда-то случается в первый раз.

– Да, но всегда есть способ преодолеть сложную ситуацию. Вы экспериментируете, учитесь. Например, что это?

Он взял со стола розовый мяч из губчатой резины.

– Лайнус использовал его для того, чтобы снять стресс. Вам рассказать, как это делается?

Его улыбка стала еще более хищной, и Маргарита ощутила, как пламя желания, которое охватило ее прошлой ночью, снова вспыхнуло в ней.

– Я знаком с разными методами снятия стресса. Но это? Это не для меня.

У нее пересохло в горле.

– Пожалуйста, продолжайте. Вы говорили?..

– Все дело заключается в действии и реакции на него. Например, если я нажму здесь, – его большой палец сделал ямку в мячике, – я узнаю, насколько этот предмет мягкий, насколько податливый. – Его пальцы скользнули по поверхности мяча, и это было так сексуально! – И я узнаю, как мяч реагирует на мои прикосновения.

Маргарита чувствовала, как атмосфера между ними накаляется. Она откинулась на спинку кресла, стараясь держаться холодно и уверенно. Хотя пламя желания уже охватило ее. Но ей нужна была эта работа!

А смешивать бизнес и флирт – это самый короткий путь к катастрофе.

– На мой взгляд, мяч просто лежит на столе. Не уверена, что это можно назвать реакцией. Хотя если вы привыкли к такому… неудивительно, что вы никогда не терпели поражения, – со сладкой улыбкой пропела она.

В его взгляде промелькнуло удивление, и он рассмеялся.

– Как я уже говорил, я учусь. Например, я многое узнал о вас.

– Обо мне? Что вы могли узнать за… – она посмотрела на часы, – за десять часов?

– Вы не получали должного вознаграждения за свою работу. Вы очень терпеливы, что неудивительно в индустрии, в которой продукт должен долго созревать. Вы все планируете и не действуете импульсивно – за исключением тех случаев, когда дело касается вашего вина. – Он улыбнулся, и в этой улыбке было столько чувственного обещания! – Ну, как я справился?

Лучше, чем она ожидала. Она думала, что технические гении интересуются только цифрами, которые мелькают на экранах в темных безлюдных комнатах.

– Это всего лишь психология, – сказала она, притворно зевнув.

Эван подался вперед, и их губы разделяли всего несколько дюймов. Он пристально смотрел на нее своими необыкновенными глазами – темно-зелеными, с янтарными крапинками.

– И вы не любите, когда люди подбираются к вам слишком близко.

– Простите?

Он почти не ошибся. Хотя на самом деле она любила вступать в близкие отношения с людьми.

Проблема состояла в том, что, когда люди узнавали о ее теплых чувствах к ним, они использовали это для того, чтобы манипулировать ею. И даже предавать ее.

– Как сейчас. Вам не нравится, что я столько узнал о вас.

– С чего вы взяли?

– Ваши губы.

– Мои губы?

Она нервно облизнула их.

Он пристально смотрел на нее.

– Вы поджимаете губы, когда недовольны чем-то.

Ее губы были и вправду крепко сжаты. Но в то же время предвкушали прикосновение его губ. И огоньки в его глазах говорили о том, что он тоже знает это.

Она откинулась на спинку кресла, чтобы не чувствовать его манящего запаха. Этим утром он него пахло свежевыстиранным хлопком, лемонграссом и базиликом, как прошлой ночью, а еще черным перцем и корицей. Впервые в жизни она пожалела о том, что у нее такое тонкое обоняние.

– Вы умеете разбираться в людях. Наверное, вы чертовски удачливый игрок в покер.

Он рассмеялся.

– Верно. Мои друзья отказываются играть со мной.

– Но я могу быть недовольна по другой причине. Например, мне не нравится этот разговор.

– Вам он не нравится, потому что я прав, – с самодовольной улыбкой сказал Эван.

Их взгляды встретились. Его явно забавляло происходящее, но в то же время его взгляд был оценивающим. Ему явно нравилось пикироваться с ней. Изучать ее реакцию.

А она угодила прямо в ловушку. Нужно было развеять эту напряженную атмосферу и сразу же оговорить правила их дальнейшего общения. Маргарита встала с кресла.

– Куда вы собрались?

– А вы еще не знаете? Вы же так хорошо изучили меня.

Маргарита стянула с волос резинку, и темные локоны упали ей на плечи. А потом она подняла руки, чтобы собрать волосы в хвост, отлично понимая, что это движение привлечет его внимание к ее груди. Так и случилось. После чего она обогнула стол и запрыгнула на него, сбросив босоножки и закинув ногу на ногу.

– Я веду себя импульсивно, хотя и не настолько, насколько мне хочется.

Она покачивала ногой, едва не касаясь его бедра.

– Да? – хрипловато спросил он. – И что же вас останавливает?

Маргарита пожала плечами:

– Ну, мне нужно, чтобы мой собеседник был согласен на это.

– Скажем, он согласен. Что дальше?

– Но все очень сложно. – Она постучала пальцем по файлу с контрактом. – Я не целуюсь с коллегами.

В его глазах мелькнула нерешительность.

– Я тоже. Я никогда так не вел себя. Простите. Если вы раздумали работать в Сент-Айседоре…

– Но я уже работаю. Это же была моя идея. – Ее нога почти касалась его бедра. – Но мне кажется, что мы оба получаем удовольствие от… назовем это флиртом?

Он молчал, но огонь в его глазах говорил сам за себя.

– Итак, когда я подпишу этот контракт, я стану вашей сотрудницей. Но до тех пор…

– …Вы не являетесь ею.

От его чувственной улыбки у нее перехватило дыхание.

– Верно. – Она спрыгнула со стола. – И я сказала, что буду вести себя импульсивно.

Маргарита склонилась над ним, обхватила его щеки ладонями и прижалась губами к его губам.

Ее охватило пламя, но он быстро прервал поцелуй и вскочил со своего кресла. А потом притянул ее к себе и прижал крепко к своему телу, так, что она явственно ощутила его возбуждение. И впился губами в ее губы.

Ее целовали и прежде. Опытные мужчины, которые отлично знали, как это делать, и не давали ей повода для жалоб. Но Эван… Эван был совсем в другой весовой категории. Если бы поцелуи вошли в число олимпийских видов спорта, его заставили бы уйти на покой, потому что никто никогда не смог бы сравниться с ним. И он был прав. Он быстро учился. По ее вздохам и стонам он отлично понимал, как доставить ей удовольствие.

Она отстранилась, прежде чем страстное желание затуманило ее мозг, прежде чем она начала расстегивать на нем рубашку.

– Вы все еще полагаете, что я не могу быть импульсивной? – спросила Маргарита, пытаясь заставить себя дышать ровно.

Эван рассмеялся.

– Я доказал вам, что быстро учусь?

– Доказали.

– Итак, если мы не вступаем в близкие отношения с коллегами…

– Верно. – Она направилась к своему креслу, надеясь, что он не заметит, как дрожат ее ноги. – Это было приятно. Но мы уже согласились, что не целуемся и не вступаем в сколько-нибудь интимные отношения с коллегами. – Она подвинула к себе контракт, нашла последнюю страницу, достала ручку и замерла, прежде чем поставить свою подпись. – Как только я это подпишу, наши отношения станут исключительно деловыми. Согласны?

В его глазах сверкнул огонь, но он тут же взял себя в руки.

– Два взрослых человека получили удовольствие, но теперь пришло время работы. Не стану лгать. Я нахожу вас привлекательной. Но я обещаю, что вы можете доверять мне. Мое самообладание твердо как скала.

Твердым как скала, было не только его самообладание.

Маргарита покачала головой. Они удовлетворили свое любопытство, а теперь смогут работать спокойно. И все время, пока Маргарита будет работать на него, она не пойдет на поводу у своих желаний. Она не станет ставить под угрозу свою цель – восстановить имя Делакруа в мире виноделия.

Но она не могла лгать себе. Она находила Эвана чертовски привлекательным.

– Я предвкушаю очень продуктивные деловые отношения. – Маргарита подписала документ, поставила дату и протянула его ему. – Итак, начнем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.