Теона Рэй
Кофейня на краю мира

ГЛАВА 1

Я потерялась. Окончательно и бесповоротно!

С затянутого тучами неба закапал мелкий дождь, вот-вот начнется ливень, и даже огромная корзина грибов не внушала радости.

– Давайте разделимся! – говорила я. – Так больше насобираем.

Идиотка!

“Насобирала” – хмуро подумала я, окидывая взглядом гору лисичек. Грибы не помещались в корзину, по весу их наверняка было не меньше десяти килограмм. Тащить было не очень тяжело, но спустя несколько часов гуляний по лесу, руки отнимались.

Ладно, меня учили как правильно поступать в случае, если ты потерялся в лесу – просто оставаться на месте и тогда тебя найдут. Решив, что если отойду на пару метров, чтобы спрятаться под пышными ветвями деревьев от дождя, все равно буду видеть поле и если на горизонте покажутся волонтеры, или мои друзья отправятся на поиски, то я их увижу.

Впереди как раз было симпатичное дерево. Даже два. Они сплелись корнями, а сверху – ветками, образовывая собой арку, в которую не поступал свет, а это означало, что и дождь туда не попадет.

Недолго думая я поволокла корзину за собой, перелезла через переплетенные корни…

Темно, холодно и сыро. Пахнет мокрой землей. Мне здесь определенно не нравится. Лучше промокну, чем буду сидеть в такой кромешной темноте. Я обернулась к полю и… ничего. Так же темно, арка исчезла, а вместо нее земляная насыпь. А что это за кучи? Картошка?!

– Помогите! – самообладание оставило меня, из глаз брызнули слезы. Я знала, что от одиночества сходят с ума, но не так же быстро! – На помощь!

Помещение, в котором я оказалась, было крошечным. Мой голос звучал слишком громко, отражаясь от стен. Повсюду овощи и банки с соленьями, паутина под потолком. А это что?

Я обрадованно вскрикнула, заметив лестницу и лучики света откуда-то сверху. Бросила корзину и поспешила туда. Легким нажатием ладоней на крышку люка, откинула ее в сторону и вылезла наружу. Ясно, я попала в чей-то дом.

Выход из подвала вел в гостиную. У стены находился небольшой камин, кучка дров рядом с ним, старенький ковер и диван с порванной обшивкой. Ткань на нем была такой старой, что в ней наверняка уже живут целые семьи пылевых клещей. На окнах висели простенькие прозрачные занавески, и я ошарашенно смотрела на яркий солнечный свет льющийся в комнату.

То есть это что получается, с одной стороны леса идет дождь, а с этой стоит жаркий погожий денек?

– Кто-нибудь? Ау?

Дом отозвался тишиной. Люк закрывать не стала, на всякий случай, чтобы если что сбежать, и двинулась к дверному проему. В соседней комнате обнаружилась просторная кухня, по центру которой стоял длинный стол, а в углу – обычная русская печь. В моем доме тоже такая была до недавнего времени, пока не поменяла отопление на водяное.

Вернулась в гостиную, поднялась по узкой лестнице и оказалась на втором, мансардном этаже, где была спальня с широкой кроватью, рабочим столом и маленькой софой у окна. Спустившись вниз, опасливо оглядываясь по сторонам, прогулялась по остальным комнатам. За дверью, ведущей из гостиной, обнаружилась баня, в углу которой находилась печка с емкостью для воды, слева от входа – скамейка и большая бочка с холодной водой. Хмыкнув, решила, что когда вернусь домой, то тоже сделаю баню прямо в доме, ну а сейчас надо выбираться из этого места.

Странно, очень странно войти в лес и оказаться в чьем-то подвале! Если только этот проход сделали не специально для того, чтобы в него попадали клуши вроде меня. Эта догадка заставила понервничать. Я попробовала поискать в доме что-то что указывало бы на проживающего в нем маньяка, но обнаружила только несколько мотков пряжи и спицы. Маньяки могут орудовать спицами? Сомневаюсь.

С улицы донесся какой-то шум. Подскочила к окну и отдернула шторку, но успела заметить только клубящуюся пыль на дороге под копытами лошади.

Напротив был еще один старенький дом, а слева от него еще два, но уже поновее. На одном из них висела вывеска “Издательство “Серый волк”. Свежие новости только у нас!”

Серый волк… Придумают ведь.

За забором старенького дома мелькнула голова в красной косынке. Бабуля, одетая вовсе не по летнему – в толстый тулуп, бережно поливала одинокий куст сирени. Кажется, если она мне не подскажет, где я очутилась, то вовсе никогда этого не узнаю!

Я рванула на выход, выскочила за дверь, перепрыгнула ступеньки и помчалась за забор. Бабуля уже закончила полив и собиралась войти в дом, пришлось криком привлекать к себе внимание.

– Бабуль! Подожди!

Старушка обернувшись, прищурилась, глядя на меня, а потом всплеснула руками.

– Ой, милочка! Приехала наконец-то! Только опоздала ты, бабку то похоронили вчерась.

Я повисла на заборе, оцепенев.

– Чью бабку?

– Так твою. Тебя ж Омелией вроде кличут? Ой, Омелька, горе-то какое, – губы бабульки затряслись, подбородок задрожал. Старушка вынула мятый платок из кармана тулупа и громко зарыдала в него.

– Не, меня Алиса зовут. Бабуль, а что это за деревня?

Она услышала только вопрос, ответ на который поверг меня в еще больший ступор.

– Так Русалочий поселок же. Забыла совсем? Приезжала б почаще, а то видали тебя еще в детстве. Сколько тебе тогда было, лет семь всего? А щас вон какая взрослая стала! Замуж то вышла уже?

Я трясла головой на каждый из ее вопросов. Какой еще Русалочий поселок? Нет такого! Я хорошо знакома с областью, в которой живу, нет тут никакого Русалочьего!

– Бабуль, а до Твери далеко?

Старушка прекратила плакать, похлопала слезящимися глазами.

– Тварей давно уж не бывало у нас. А почему ты спрашиваешь?

– Вы меня не так поняли, – отмахнулась я. – Город такой, Тверь, далеко он?

– Так вот почему ты не приезжала… Больна, да? Ну ты милая не расстраивайся, у нас в Иженеве есть хорошая лечебница…

– Всего доброго, бабуль! – я раздраженно махнула рукой. Побрела по дороге к другим домам, которых в зоне моей видимости было еще целых семь. Попытаю счастья там. Старушка видимо выжила из ума, несет какую-то ахинею. Такое бывает, я знаю, но прямо сейчас отчего-то так испуганно колотится сердце, как будто чувствует, что эта бабушка совсем не врет.

Может это я из ума выжила? Или вообще заснула! А ведь и правда, я так устала, что запросто могла уснуть прямо в лесу.

Бросила взгляд на двух рыженьких мальчишек-близнецов, копошащихся в пыли неподалеку. Насколько правильным будет спросить у них, где я нахожусь? По виду им года по два, может быть, три, знают ли они сами где находятся?

– Давай доставай его, доставай!

– Да подазди!

– Сбезыт! Ну все, сбезал!

Что или кого они пытались вытащить из дырки в земле, мне неведомо, да и все равно как-то. Нависла над пацанятами, и с милой улыбкой спросила:

– Малышня, что это за деревня?

– Ты приеззая, да? – сощурился тот, у которого на правой щеке была родинка. Только так этих двоих можно было отличить друг от друга.

– Ага. Так что?

– Поселок Лусалосий, теть. А ты кто?

– Алиса, – сдавленно ответила, чувствуя, как на голове начинают шевелиться волосы. Так, старушка могла быть не в своем уме, дети – фантазируют. Может они вообще наслушались от этой бабули сказок, и поэтому так говорят?

Взгляд упал на здание “Серого волка”. Что ж, была не была, может там сидят адекватные люди.

– Пока, ребятки.

Я поспешила в издательство, но у двери застыла в нерешительности. Все это походило на сон, но во-первых, сны не бывают настолько реальными. Во-вторых, когда ты спишь, то не знаешь, что ты спишь! Для убедительности ущипнула себя за руку, да так больно, что слезы из глаз брызнули.

Додумать мне не дали, дверь резко распахнулась и я отскочить не успела.

– Твою ж! – Дверь прилетела прямо в лоб!

– Ты к кому? – вопрос был задан явно недружелюбным тоном.

Я проморгалась, потерла мокрые глаза, и уставилась на мужчину. Симпатичного, надо сказать. Темноволосого, с голубыми глазами и густыми бровями, сдвинутыми к переносице. Вот только настоящий мужчина извинился бы!

– А вы всегда так гостей встречаете?

– Не всегда, только когда гости на пороге стоят дольше положенного.

Мужчина скрестил на груди руки. Он был явно зол, только непонятно по какой причине. Мне было так обидно, что слова с языка не шли, так что я просто развернулась и ушла. Боялась, что если открою рот, то разревусь. Позади послышался хлопок двери, и раздраженный незнакомец промчался мимо, даже не взглянув на меня. Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за домами, а потом растерянно обернулась по сторонам.

Так, кажется на двери в издательство висело что-то вроде объявления, может быть в нем есть хоть какая-то зацепка. Стиснув зубы вернулась к “Серому волку”. На двери висел замок, а значит риска быть побитой дважды не было.

“Издательский дом поселка Русалочий “Серый волк” нуждается в уборщице. Обращаться к господину Райну Догрусу”.

Перед глазами все поплыло. Имя такое странное, названия тоже. Пыталась отыскать в своей памяти хоть что-то, что подсказывало бы мне где в Тверской области находится поселок Русалочий, но тщетно. Такого нет, и никогда не было во всем мире, вот это я точно помню!

Через минуту стояла во дворе дома той бабули, которая встретилась мне первой. Если она не объяснит в чем дело, то мне точно придется ехать в этот их Иженев в лекарскую, голову лечить.

Я постучала в трухлявую дверь. Потом еще, и еще раз. Старушка была или глуховата, или медленно передвигалась. Скорее второе – я увидела в окно, как она семенит к выходу.

– Ой, Омелька, проходи, – бабуля высунула голову на улицу, и увидев меня, взволновалась. Словно от радости. – Ты так скоро убежала, мы ж даже поговорить-то не успели.

– Бабуль, я спрошу кое-что, только отвечайте честно, ладно?

– Конечно, конечно! Проходи, присаживайся, – сухонькой рукой указала мне на диван у камина. Внутри дом старушки ничем не отличался от того, в котором я оказалась придя из леса. – Я как раз и чай заварила, сейчас принесу, ты погоди пока.

Когда она скрылась на кухне я внимательно осмотрелась, в надежде отыскать что-то, что поможет рассеять сомнения насчет моей невменяемости. Новостные листки на каминной полке заметила сразу.

“Скандал в роду Агофьевых! Графский сын выгнал жену с ребенком на улицу!”

“Иженев не умолкает который день – племянница Его Величества ищет себе мужа!”

“Обращение к мужчинам королевства – русалки осенью еще более опасны, будьте начеку!”

Я отбросила листок с кричащими заголовками на полку. Руки мелко дрожали, паника стискивала горло клешнями. Русалки… Его Величество… Что это вообще такое?!

– Чай с ромашкой, Омелька.

– А? – я тряхнула головой.

– Бледненькая ты какая-то, болезная, а чай с ромашкой он и от воспалений разных, да успокаивает хорошо.

Поднос звякнул, оказавшись на деревянном низком столике у дивана. Симпатичные кружки и заварочный чайник напоминали мне сервиз моей родной бабушки, она его из Польши выписывала лет так двадцать назад.

– А вы бывали в Польше?

– Где, милая?

– Страна такая в Европе. Бывали?

– Ох, Омелька… Я не путешествовала никогда, денег нет на такое. А ты, смотрю, весь мир объездила. Счастливая! – старушка улыбалась, сея радость в моей душе.

Она слышала про Польшу!

– Не знаю, что за слова ты такие говоришь, деточка, но наверное там очень красиво. Жениха-то нашла?

Я едва сдержалась, чтобы не выругаться. У бабок во всех мирах что-ли острая необходимость задавать такие вопросы?!

Так, стоп. Во всех мирах? Что за мысли в моей голове…

– Бабуль, а мир это какой?

– Молот ведь. У тебя с памятью беда? Ой-ой, Омелька! Ударилась поди где?

Я плюхнулась на диван, налила ромашковый чай в кружку и выпила залпом, не чувствуя ни вкуса, ни запаха. Напиток оказался обжигающе горячим, но даже на это не обратила внимания. Благо, чудесные свойства травы начали действовать сразу же – я вдруг успокоилась, и наконец перестала дрожать.

– Как вас зовут-то хоть?

Старушка поправила платочек на голове. Красный, яркий, совсем как у стандартных бабушек, у которых есть десятки разных платков на все случаи жизни.

– Госпожа Мирелла Брамс, милая. Забыла? Да, конечно, забыла, давно уже не приезжала.

Госпожа… ладно пусть так.

– Госпожа Брамс, вы сказали что это мир Молот. Вы ничего не перепутали?

– Я может и старая, но из ума еще не выжила. Молот, Молот, все правильно.

– Не Земля?

Бабуля поджала тонкие губы.

– Пойдем-ка милая в поселок за повозкой, отвезем тебя в Иженев к лекарям.

Я устало кивнула. К лекарям, так к лекарям. Мне явно не не помешает голову проверить.

– Сейчас вернусь, подождите немного, – поднялась, благодарно улыбнулась и выскочила за дверь. Бегом пересекла дорогу, двор, забежала в дом и мышкой юркнула в подвал.

Остановилась рядом с корзиной грибов, растерянно пялясь на земляную насыпь. Прохода так и не было, как и ранее. Через что я сюда попала ума не приложу! Точно помню арку из ветвей и корней двух деревьев. Странные, правда, деревья были. Среди сосен всего две лиственницы и те причудливой формы.

Портал?

Я определенно выжила из ума. Сомнений быть не могло. Через пару минут мы с бабулей двинулись в деревню черепашьим шагом. Казалось, что таким темпом мы и до ночи не успеем, но уже спустя примерно минут двадцать оказались на оживленной улице. Дома здесь стояли близко друг к другу, на пыльной дороге играли дети, откуда-то доносились звуки фермерского хозяйства – мычание коров, да хрюканье свинок. Худощавая женщина, с необычными зелеными волосами, в цветастом платье, развешивала белье на веревках во дворе своего дома, а заметив нас, бросила таз на землю и всплеснула руками.

– Мирка, чего в поселке не появляешься? Я уж думала и ты померла вслед за подругой своей!

Моя спутница прищурилась от яркого солнца, долго всматриваясь в лицо женщины, а потом, догадавшись, что к ней обращается кто-то знакомый, крикнула:

– Иди ты к черту, курица общипанная!

Из нас троих удивилась только я. Даже рот невольно открылся. А вот “курица общипанная” только фыркнула в ответ.

– Сто лет тебя не видела, еще б столько же!

Дружная деревня, милые соседи.

– Бабуль, а чего вы с ней не поделили?

– Мужика! – прохрипела она, а я разразилась хохотом. – Да не о том думаешь, милая. Внук мой родной женился на этой кикиморе. Она ж из него всю душеньку выпила! Ходит бледнехонький не лучше тебя, дохленький, худющий как жердь. Я уж ей и денег предлагала, и дом свой, лишь бы от Веника моего отвязалась, так нет же… Ай, – госпожа Брамс махнула рукой, давай понять, что разговаривать на эту тему ей неприятно. – Веник тоже хорош, не обзавелся умишком к тридцати годам. Опоила она его чем что-ль. Шла б лучше в свое болото, нет в поселок заявилась!

Со слов Миреллы я поняла, что “кикимора” родом из еще более маленькой деревни чем эта. Хотя и Русалочий я б тоже болотом назвала, крошечный поселок оказался. Мы прошли всю главную улицу, пару раз сворачивали вправо и я могла примерно посчитать количество жилых домов, большая часть из которых имела дополнительные постройки в виде сараев и кладовых. Фермерство в Русалочьем процветало из-за чего в воздухе стоял непередаваемый аромат. Жаль, не цветов.

– Ой, вон повозка! – я схватила бабулю за рукав платья, другой рукой указывая на красивую белоснежную лошадь запряженную… в карету? Это определенно была карета, как из сказки про Золушку, разве что не золотая. Обычная такая, деревянная, темно-синего цвета.

– Да ты что, Омелька, это господина Догруса экипаж. Времени у нашего Райна нет, чтоб всех подряд в город то возить.

– Меня Алисой зовут, бабуль, А-ли-са. – Уже на словах “это господина Догруса” я передумала подходить к этой повозке. Огляделась в поисках другой, но как назло в зоне видимости никого не было.

– Алиса… Имя поменяла что-ль?

– Нет, меня всегда так звали.

– Ох, вот все-таки, наверное, я стала забывать уже некоторые вещи. Ты уж меня прости, старую.

– Да ничего, – ласково дотронулась до плеча Миреллы.

– Доброго дня, госпожа Брамс!

Я подскочила от неожиданности. Знакомый голос раздался прямо над моим ухом, и обернувшись, увидела, что Райн смотрит именно на меня, хоть и обращается к старушке.

– И тебе не хворать, милый. Авось собрался куда? Лошадку-то запряг.

– В город, бабуль.

– Ой, как удачно, а не подбросишь? Нам к лекарям нужно очень.

– Подброшу, конечно, – согласился господин Догрус явно неохотно. Взгляд завораживающих голубых глаз он от меня не отрывал.

Как у человека с такими темными волосами и смуглой кожей может быть такой цвет глаз? Природа на нем явно экспериментировала, но, надо сказать, вышло удачно.

– Прошу вас, – Райн приглашающе махнул рукой в сторону кареты.

ГЛАВА 2

– Старая совсем стала, – кряхтела Мирелла, забираясь в карету. – Высоковата ступенька, ноги уже не поднимаются.

Райн терпеливо ждал внутри кареты, придерживая за руку старушку. Когда все расселись по местам, и экипаж тронулся с места, госпожу Брамс пробило на разговоры.

– С бабкой-то твоей вот только два дня назад виделись, соленья она мне передавала. Кстати, а ты не видала у нее в погребе огурцов маринованных? А то я б поменялась с тобой на ягоды. Малины собрала, варенья накрутила, да кто же его есть будет в таких количествах.

Господин Догрус удивленно вскинул бровь, пристально глядя мне в глаза.

– Внучка госпожи Боон?

– Она самая, сегодня вот приехала, – со знанием дела ответила Мирелла, не удосужившись спросить у меня, когда именно я приехала.

– Надо же, как интересно. А откуда вы? – вопрос был задан мне.

Я замялась, не зная что ответить. Говорить, что из Твери или не стоит? Упекут ведь в психушку, как есть упекут!

– С юга, господин Догрус, из маленькой деревушки у моря. – Ну вот, пару часов в этом мире, а уже начинаю врать. Что же будет дальше такими темпами?

– Что же вас привело к нам, в такую даль?

– Даль?

– Русалочий находится на горизонте, с юга сюда пару месяцев добираться, если не дольше. Так что же вас сподвигло на такое длительное путешествие?

– Бабушка старенькая, увидеть захотелось, да не успела, – сквозь зубы проговорила я. Райн меня раздражал, его вопросы казались мне каверзными, и словно заданы не из простого любопытства.

– А у вас там все в таком виде ходят? – мужчина кивнул на мои джинсовые шорты.

Я невольно распустила узелок, в который завязала края рубашки, чтобы хоть немного прикрыть бедра. Покосилась на тулуп Миреллы, вспомнила закрытое платье “кикиморы”, и смутилась.

– Да, все. Я не взяла с собой другой одежды, ехала налегке.

– А ты то за чем важным в город собрался? – вклинилась в разговор госпожа Брамс, спасая меня от излишнего внимания Райна.

– Да так, ничего особенного, – пожал он плечами. – Завтра в новостном листке узнаете.

Журналист? Я окинула Райна внимательным взглядом. Одет он очень хорошо – свежая выглаженная рубашка молочного цвета, темно-синие брюки со стрелочками, до блеска начищенные черные сапоги. На запястье правой руки заметила кожаный браслет, которые, кстати говоря, на Земле уже вышли из моды пару лет назад. А может и не браслет это вовсе? Но одно сейчас поняла точно – с господином Догрусом нужно быть очень осторожной. Малейший промах и я окажусь на первой полосе новостных листков.

Отвернулась в окно, поля как раз сменились первыми городскими домами, отличающихся от деревенских лишь тем, что были построены не из бревен, а из камня. В Иженеве кипела жизнь – повсюду сновали торговцы с лотками наперевес, по дорогам, громыхая колесами, катались экипажи, по площади прогуливались миловидные девушки в красивых пышных платьях. Я снова взглянула на свои шорты и мне стало совсем некомфортно. Срочно нужна другая одежда, а то чувствую, привлеку к себе ненужное внимание.

– Приехали! – раздался окрик возничего.

– Ой, благодарю тебя, милый! Заходи на чай что-ль, пирогов напеку, – старушка снова не могла справиться со ступенькой, кряхтела но упорно держалась за поручень.

– Приду обязательно, бабуль, – Райн помог ей наконец выбраться, и следом выскочила я, не желая оставаться с журналюгой один на один.

– Больница значит, да, – пробормотала я, осматривая невзрачное серое здание. Вывеска гласила “Врачеватель пятого уровня Вальдес Гай”. Меня от непривычных имен уже начинало подташнивать.

– Лучший лекарь в городе, милая, академию закончил с зеленым дипломом! Только вот чего в столице не остался, не пойму, но да ладно, нам же лучше.

– Ой, а ему платить надо? – я затормозила уже у самого входа.

Старушка пожевала губы, кивая.

– Денег нет? Да ты не волнуйся, Вальдес мой старый знакомый, он нас и так примет. Случай-то тяжелый.

Я щелкнула зубами. Конечно, тяжелый, у девки в двадцать пять лет кукушка едет.

Дверь даже не скрипнула, открылась легко, и мы попали в помещение, которое сложно было назвать стерильным. Внутри здание оказалось деревянным, под потолком висели пучки различных трав, на полках стеллажей у стен стояли сотни мелких пузырьков со светящейся жидкостью разных цветов. За массивным столом сидел мужчина преклонного возраста, все время поправляя сползающие с носа окуляры и пытаясь разглядеть что-то в крошечной колбе, которую держал в правой руке. Глядя на фиолетовую жидкость, сверкающую в свете от масляного фонаря, он чесал лоб.

– Что-ж… – изрек мужчина и колба полетела в мусорку.

Ну не получилось, с кем не бывает, колбу то зачем выкидывать? Мне захотелось уйти, я начала сомневаться в том, что этот лекарь впрямь самый лучший.

“Ой, можно подумать ты много лекарей видела! Всю жизнь ходила в бесплатную поликлинику, где врач начинает орать прям с порога”, – возмущался мой внутренний голос, и я почти перестала нервничать.

Бабуля тем временем уже семенила к столу своего знакомого.

– Мирелла! – лекарь подскочил на стуле, радостно распахивая объятия, и я успокоилась окончательно – денег с меня не возьмут. – Неужто твое отменное здоровье дало сбой на сотом году жизни?

У меня глаза на лоб полезли. Нет, госпожа Брамс выглядела очень сухонькой и сморщенной, но я думала что ей не больше семидесяти.

– Да прям, милый, чувствую себя отлично!

Я усмехнулась. Все-таки Мирелла не обычная бабка – обычные они сразу начинают жаловаться вообще на все, и скорую вызывают каждый день.

– В чем же тогда дело? – лекарь снова поправил окуляры, и тут заметил меня. – Госпожа?..

– Госпожа Боон, милый, внучка Заиры. Сегодня вот приехала с юга.

– Соболезную, – Вальдес прижал руку к груди. Я пожала плечами, не собираясь рисковать и объяснять, что ни к какой Заире отношения не имею. – С чем пожаловали?

– С памятью беда у нее, и с головой, наверное. Забыла как деревня родная называется, говорит какие-то странные слова. Даже название мира забыла! Вот как это так то бывает?

Лекарь замер, не успев сесть на стул, и медленно выпрямился.

– Надо же… Ну пойдемте.

Меня проводили в небольшую комнату, в которой находилась узкая кровать с тумбочкой у изголовья. Освещение здесь было от такого же масляного фонаря как и в приемной, потому что небольшое окно оказалось наглухо забито досками.

– Ложитесь, пожалуйста.

Я скинула кеды и послушно улеглась на кровать, выпрямила руки, уставившись в потолок.

Лекарь растирал ладони, и делал это так усердно, будто собирался выбить искру…

– Мамочки! – вскрикнула я, пулей слетая с кровати.

Между ладоней Вальдеса сверкали молнии!

Господин Гай и Мирелла ошарашенно наблюдали за моей реакцией, а я пряталась за кроватью, трясясь от страха.

– Милая? – голос старушки был взволнованным. – Ты чего это?..

Я слышала ее едва, в голове звенело и рой мыслей путал сознание. Это все какой-то бред, мне просто кажется, я сплю! Ну какие молнии, да? Осторожно выглянула из укрытия. Вальдес все еще держал импульсы между ладоней и терпеливо ждал, когда мой испуг пройдет.

– Госпожа Боон, вам бы лечь. Не бойтесь, это совсем не больно.

Ага, все врачи именно так и говорят!

Но я действительно выгляжу глупо и очень подозрительно. Взрослая девушка, а испугалась… чего-то непонятного. Переборов страх, вернулась на кровать и зажмурилась, чтобы не видеть, что со мной собираются делать. По телу пробежал едва ощутимый заряд тока. От кончиков пальцев ног до самой макушки, и это оказалось неожиданно приятно. Совсем не больно, Вальдес не обманул.

Несколько минут в помещении стояла тишина, нарушаемая лишь редкими “Так…” голосом лекаря.

– Откуда, говорите вы, госпожа Боон?

Вопрос его прозвучал так, словно мужчина точно знает что я не скажу правды.

– С юга, – ответила беззаботно, окончательно обрекая себя на жизнь во лжи.

– Что-то не так, милый? Ты скажи если вдруг лечение какое надо, мы на все согласны!

Сердобольность незнакомой мне старушки зашкаливала, я даже умилилась как-то и решила, что если меня отпустят из этой больницы, то буду с ней дружить. Хорошая ведь бабка, что уж скрывать.

– Да в том-то и дело, что ничего. Девушка абсолютно здорова, с головой проблем нет, магия разве что слабовата, но оно и понятно – откуда на юге академии, не училась поди. Но это ничего, найдет преподавателя на дому, да разовьется сила.

Я резко распахнула глаза. “Что ты несешь, мужик?!” – орала мысленно, а вслух спросила:

– Магия?..

– Она самая. Пока не понимаю, какого направления, но чувствую что-то светлое и мягкое. Думаю, бытовая, но точнее тебе скажут Просветители. Я, увы, не способен определять такие вещи.

Мирелла всплеснула руками.

– Ой, одаренная! Пресвятой Создатель, да как же твоя мамка-то проглядела? Нужно ж было сразу к нам отправлять, в академию б поступила! Вот как хорошо, что мы пришли к господину Гаю, так бы и не узнали ведь. Это ж надо, магичка в роду Боон, вот это повезло! А я так и знала, что отец у тебя не из простых, да мамка твоя все твердила что с конюхом спуталась, да только этого конюха-то и не видели никогда.

Бабуля все болтала и болтала, а я лежала пялясь в потолок. Усталость навалилась какая-то, и хотелось плакать от непонимания происходящего. Хочется домой, в родную деревню, нажарить пирожков с этими треклятыми лисичками и поиграть с соседской собакой.

Но я в другом мире. Это я осознала точно.

– Мне бы домой, устала что-то, – сползла с кровати, машинально обулась и поблагодарила лекаря. – Мы пойдем, раз все в порядке. Возможно, длительная дорога на меня так повлияла, я высплюсь и все вспомню. Всего доброго, господин Гай.

– Вы не тяните с силой, заснет ведь, не разбудить потом. Идите к Просветителю как можно скорее, да преподавателя ищите, – напутствовал лекарь, да только я уже слушала его вполуха.

Выскочила на свежий воздух и пару минут просто дышала, успокаиваясь. Мирелла, в кои-то веки молча, стояла рядом.

– А на чем нам обратно добраться? – я улыбнулась, отбросив ненужные мысли. С этого момента буду вести себя так, словно родилась в Молоте, чтоб никакие журналисты не подняли панику. Узнает кто, что я через портал черт знает откуда прибыла, боюсь представить что будет. Вот только не понимала еще, что скрывать свое происхождение будет ой как непросто.

– У меня есть монетка, а повозок тут много свободных. В летний сезон они спросом не пользуются, это зимой ни одной не найдешь.

– Спасибо вам, госпожа Брамс. Я у лекарей не бывала раньше, а вдруг бы что-то серьезное случилось на самом деле, а я бы и не знала.

– Да что ты, милая! Бабку твою не уберегли, уж с тебя глаз не спущу!

– Не уберегли? В каком смысле?

– Сердце прихватило. Болело оно у нее всегда, да только к врачевателям эту старуху не затащить было, все отмахивалась, мол, само пройдет. Не прошло вот, померла в девяносто семь лет.

Я скептически взглянула на Миреллу. Они тут все долгожители что-ли? В девяносто семь уже пора… того. Чего так удивляться?

Мне сегодня определенно не везло. Мимо нас прокатился знакомый синий экипаж и затормозил на углу здания. Вот почему-то прям уверена, что вездесущий журналист предложит нас отвезти домой. Если так и случится, то в карете сделаю вид, что сплю, и всего делов. Лишь бы не начал выспрашивать опять что-нибудь, проколюсь ведь.

ГЛАВА 3

Мирелла никуда не торопилась – она тоже заметила экипаж Райна и надеялась сэкономить. Я же мысленно молилась, чтобы господин Догрус очень был занят какими-то своими важными делами. И о, чудо! Вселенная меня услышала. Райн выскочил из кареты. Его рубашка теперь была заметно мятой, а ранее идеально уложенные волосы топорщились во все стороны. Мужчина, не обращая на нас никакого внимания, быстрым шагом завернул за угол и не появлялся следующие минут пять. Спустя которые я потащила бабулю на площадь – по пути сюда видела, что там стоят свободные повозки.

– Госпожа Брамс, а что вы можете рассказать мне о вашем соседе? – как бы невзначай спросила, делая вид, что хочу поболтать от скуки.

Мирелле так не показалось.

– А чей-то ты, заинтересовалась им что-ль? Ой, Алиска, ты выросла очень уж красивой, и славненькая такая, но ты бы не мучила себя. Райн у нас завидный холостяк, вот только не получается у него ни с кем. Он ухаживал одно время за леди Перел, но у них так ничего и не вышло. Молоденькая герцогиня тогда страдала долго, а этому хоть бы что! Как писал свои статейки, там и продолжал писать. Девица мучилась долго, а потом и выскочила замуж за первого встречного. То есть не совсем так, конечно, аристократка все-таки, но мужа ей подобрали родители, а это все равно что первый попавшийся.

– Занимательная история, бабуль, но меня сердечные дела господина Догруса совсем не волнуют. Мне хочется знать о его жизни лишь в связи с тем, что мне с ним по соседству теперь жить.

– Да ты что, он ведь не живет в издательстве-то. У Райна поместье за чертой Иженева, он там проживает. Нет, конечно, в “Сером волке” он находится большую часть своей жизни, иногда ночует там, ехать до дому далеко ведь, но… – Мирелла вдруг замолчала и задумчиво пожевала губы. – А вообще да, ты права, вы часто будете друг друга видеть. У него ведь кроме работы и нет ничего, поместьем и землями занимается его помощник, а Райн любит свое маленькое дело. Он открыл издательство лет семь назад, почему выбрал для этого поселок – тайна покрытая мраком. Говорит, что здесь новостей не меньше чем в столице, но разве ж это правда?

– А что, нет?

– Новости у нас, конечно, есть. Что ни день, то скандалы, но то все пустое, скучное, вроде украденной картошки, или кто кому лицо набил. Такое тоже бывает, да-да. В особенности в дни праздников, которых в поселке едва ли не по разу в месяц.

Я хмыкнула. Русалочий ничем не отличался от моей родной деревни, значит, приживусь.

– Милок, увезешь в Русалочий? – Мирелла уже поймала за рукав одного из возничих, чья повозка выглядела сильно хуже остальных – и, наверное, дешевле.

– Серебряный, и высажу на краю поселка. Не сочти за грубость, но нет никакого желания ехать туда.

– Чего это он? – тихо спросила я, когда мы уже забрались в повозку.

– Ой, все эти русалки треклятые. Видимо попался однажды на их песни, с тех пор стороной обходит.

Я лишь вздохнула, принимая всю новую информацию как данное. Русалки так русалки, что необычного, правда? Меня несколько минут назад магическим током шарахнули, да еще и сообщили, что я тоже колдовать могу. Вот это меня и повеселило и ошарашило одновременно, но для себя решила – в ближайшее время, как только освоюсь, сразу же отыщу Просветителя! Вдруг на самом деле могу колдовать? На Земле о таком можно было даже не мечтать, единственная магия там – карты Таро, и тем не охотно верится.

Мирелла как будто задремала и какое-то время сидела, закрыв глаза и тихонько посапывая, но потом вдруг резко очнулась.

– Кое-что важно тебе все же стоит знать о господине Догрусе!

Я навострила уши. Мне сейчас любая информация о соседе будет ой как важна.

– Он пишет скандальные статьи, любит их до ужаса. Поэтому тебе стоит быть очень осторожной, чтобы однажды не прославиться на весь город.

– В каком смысле “Быть осторожной”?

– Не заводи ты романов с кем попало, милая, – старушка взглянула на меня так, словно я уже потеряла свое достоинство – с сожалением, скорбью. Я едва удержалась от закатывания глаз.

– Бабуль, я пока не встретила никого, кто мог бы мне понравиться. Да и замуж не планирую, я ведь только приехала! Мне бы обжиться, да работу найти, чтобы было что покушать. В общем не до женихов мне, о себе бы позаботиться.

– Но все-таки если ты вдруг встретишь кого, пусть это будет кто-то достойный магички. Помни, что ты одаренная, негоже портить такую кровь!

– Я еще не совсем поняла, что это значит, – проговорила осторожно. Мне хотелось знать подробности, но и прослыть совсем уж глупой было нельзя. – Лекарь сказал, что у меня есть сила. Бытовая, кажется? Что это значит?

– Если у тебя и впрямь бытовая магия, это просто чудесно! Когда будет большой дом, тебе не понадобятся горничные и сможешь сэкономить на этом. Одним заклинанием вымыть до блеска всю кухню – раз плюнуть! Я корячусь все утро, чтоб столы помыть, да полы натереть. Помню, все детство мечтала, что однажды у меня обнаружат задатки магии, хоть какой-нибудь даже самой простой! Тогда я бы жила в столице, в красивом доме, у меня были бы чудесные дети.

Мирелла опустила взгляд, скомкала в руках платочек.

– У вас нет никого?..

– Совсем никого, милая. Муж помер сразу после свадьбы, русалки эти проклятые… Они и сына моего загубили, а внук, Веник, с кикиморой этой…

Госпожа Брамс заплакала, а я сидела не в силах пошевелиться. Не знала, то ли утешить старушку, то ли дать проплакаться, и пока решала как лучше поступить, она уже сама успокоилась и продолжила говорить.

– Я всю жизнь его любила. Поженились сразу, как стало можно, но много деток не успели завести, только сыночка. Он вырос, женился, но в родах мать Веника померла, а потом и сынок мой сгинул в озере. Ну а ты то, Алиса, расскажи о себе? Как дела у твоей мамы, чем занималась, училась коль где?

Я открыла и закрыла рот. А что говорить? Ладно, и так уже наврала столько, что не выпутаться…

– Мама в порядке, да… Я вот все работала, чтобы деньги на поездку к бабушке были, – задумалась на миг, активно шевеля извилинами. Кем можно работать в этом мире?! – Уборщицей.

– Зачем тебе было работать-то, милая?.. Случилось что?

– Да нет, ничего особенного. А почему мне не следовало этого делать?

– Так вам твой отец столько золота оставил! Мать твоя все говорила, что конюх был просто очень экономным, вот и скопил, чтоб вы на море смогли жить, но теперь-то я понимаю, откуда были деньги. Папка твой маг, а одаренные не бедствуют.

– Так я это… Не люблю зависеть от кого-либо, знаете-ли. Давайте лучше вернемся к разговору о господине Догрусе, – я улыбнулась, делая вид что мне совсем неинтересно, но из чувства самосохранения вынуждена слушать не интересующие меня вещи. – Вы говорите, что мне не стоит заводить романы с кем попало. Может мне что-то еще нужно знать?

Старушка замерла, глубоко провалившись в свои мысли, потом кивнула.

– Да. Ты, Алиска, приезжая и для журналиста очень ценный экземпляр. Когда он напишет статью о внезапно объявившейся внучке госпожи Боон, то весь поселок будет трепаться об этом. Как же, молодая, красивая, а у нас так много незамужних женщин и так мало холостых мужчин! Каждая из них решит, что ты будешь охотиться именно на их объект воздыхания.

– Вот еще!

– Это ты так думаешь, а несчастным старым девам только дай посудачить. Так что ты уж поаккуратнее будь.

Повозка резко затормозила, что сопровождалось мерзким скрипом ржавых колес и перекошенная дверца покосилась еще больше.

– Приехали! – послышался крик возничего.

Мы с Миреллой дошли до домов в тишине – я была настолько загруженна информацией, что разговаривать не было никакого желания. Госпожа Брамс же устала в дороге, все-таки хоть и выглядит бодренькой, но возраст дает о себе знать.

Я тепло попрощалась со старушкой, и отправилась в свой новый дом. Хотелось есть. Попробую что-то приготовить если найду продукты, да надо решать, как жить дальше.

На душе было спокойно, я приняла свое положение, но куча проблем маячила на горизонте. Обязательно нужна работа, обязательно!

Знала бы в тот момент, что случится вечером, легла бы спать и на улицу даже носа не показывала.

Спустилась в подвал. Скептически осмотрела кучу картошки, пару банок соленых огурцов, и свою корзину полную грибов. Грибочки я высушу, но не сегодня. Сегодня пожарю маленькую порцию с картошкой! От этой идеи мой рот наполнился слюной, и я поспешила набрать в валявшийся здесь же на полу маленький железный таз три картошки и кучку грибов. На кухне разложила все это дело на столе, сходила в гостиную за поленьями и затопила печь. Готовить в жару на печи то еще удовольствие, но электричества, и тем более, плиты, я не обнаружила. В тумбе нашлись три масляных фонаря, и коробка свечей, вот и все.

Когда плита нагрелась, поставила на нее старенькую согнутую вовнутрь сковороду, закинула мелко порезанный картофель и лисички, через минуту по кухне разнесся аппетитный запах.

Пока мое нехитрое блюдо шкворчало на сковороде, я принялась исследовать навесные шкафы в поисках еще каких-нибудь продуктов, кроме масла и соли, что стояли прямо на столе. “Моя” бабушка видимо забыла их убрать из вида до того как скончалась.

В шкафчиках обнаружилась только посуда, но за узкой дверью, которую я не сразу заметила, оказалась кладовая, и вот в ней стоял мешок муки и два мешка гороха. Здесь же на полках стояла коробка соли, пачка уже заветренного печенья, которое я тут же выкинула, и еще одна большая банка масла.

Что ж, ума не приложу как прожить на таком наборе продуктов, так что необходимость работы стала еще острее. В подвале, конечно, полно картофеля, мне одной той кучи хватит минимум на месяц, да и соленья пришлись кстати. Свежих огурцов всего пара банок, а вот остальные двадцать оказались заплесневелыми и по всей видимости стояли там не один год.

Поела на автомате, блюдо получилось вкусным, но особого удовольствия не получила, слишком была занята размышлениями. Спустя некоторое время поняла, что если так и буду метаться мыслями от одного к другому, то не смогу сконцентрироваться ни на чем, и отыскав лист бумаги и карандаш, села писать план действий.

“Писать”, это конечно громко сказано. Я просто водила карандашом по листочку, рассеянно скользя взглядом вслед за черной тонкой линией.

Некстати вспомнилось объявление на двери издательства – ему требуется уборщица, а мне нужна работа… В голове все еще звенело напутствие Миреллы, о том что мне следует быть осторожной с этим Райном, но страх перед безденежьем и голодом был слишком сильным.

Отложила листок и карандаш, отправилась в спальню и встала напротив шкафа. В нем оказалось полно одежды, вот только вся она была по типу того платья, которое носила “кикимора”. Мне все же нужно переодеться, так что сцепив зубы вытащила с вешалки наугад длинное платье из парчи белого цвета в синий разномастный горох. В целом, ничего так, симпатичное… А когда померила, оно оказалось еще и впору. Кеды менять не на что, бабулины сапоги оказались мне большеваты. Волосы у меня были собраны повязкой, я стянула ее и расчесала локоны пальцами. Густая шевелюра каштанового оттенка всегда была моей гордостью, и ухаживала за ней с особой тщательностью, а теперь что? В бане я видела лишь кусок мыла, от которого волосы очень быстро потеряют лоск.

Ближе к вечеру, когда оранжевый солнечный диск уже коснулся горизонта, с улицы донесся стук колес. Я, будучи уверенной в своем обаянии, ведь тренировалась улыбаться последний час, выскочила за дверь, убедилась, что вернулся Райн, и поспешила на собеседование.

ГЛАВА 4

Мужчина выскочил из кареты в тот момент, когда я выходила со двора. Меня он не заметил, отпер дверь в издательство и скрылся внутри. Я замялась, внезапно начав сомневаться в правильности своего решения. Может быть стоит поискать работу в городе? Там ведь наверняка вакансий больше. Вот только ездить туда пока не на чем и не на что – возничим надо платить.

Ай, была не была!

Остановилась справа от двери, на всякий случай, и постучала в нее. Распахнулась она почти сразу, и на пороге появился сильно раздраженный Райн. Впрочем, Мирелла мне говорила, что у него нет девушки, так что я знаю причину его нервозности…

– Что-то срочное?

Я покачала головой.

– Тогда приходи завтра.

– Нет! То есть, да… Срочное. Вам нужна уборщица, а мне работа. Давайте поможем друг другу? – каждое слово произнесла без запинки, и улыбнулась так ослепительно, что журналист напрягся.

– Неожиданно. Уверена, что эта работа – та, что тебе нужна?

– Уверена, конечно.

– Проходи, – мужчина отступил в полумрак помещения и я последовала за ним.

Войдя внутрь чуть не присвистнула – настолько здесь все было гармоничным. Декоративные растения сочетались цветом с зеленой обивкой дивана, а слегка запыленный пол темного, почти черного цвета, идеально смотрелся вкупе с коричневыми стенами. Рабочий стол и стеллажи были двухцветные, черно-коричневые, и книги на полках имели одноцветные корешки. Беглым взглядом можно было определить, что господин Райн Догрус – перфекционист до мозга костей.

Тяжело мне будет у него работать, вот что.

– Приступишь сегодня, – заявил он, усаживаясь в массивное кресло за столом. – Завтра приедет важный гость, не хотелось бы прослыть неряхой.

– Здесь только полы помыть, – неуверенно произнесла я, осматриваясь. Повсюду горели свечи, а под потолком висел масляный фонарь, свет был искусственным, и при нем загрязнения не сильно видно.

– Только полы? – Райн недовольно скривил губы. – Может ты все-таки другую работу поищешь?

– Нет! Сделаю, что скажете. Правда, я старательная, – проговорила это и скрипнула зубами от отвращения к самой себе. Никогда не унижалась так перед людьми, которые до этого повели себя со мной не очень вежливо, и почему сейчас так распинаюсь тоже неясно.

– Там подсобное помещение, – мужчина указал на узкую дверь справа, располагающуюся под лестницей на чердак. – Ведра, тряпки, порошок. Вода на кухне.

Я быстро отправилась выполнять поручение. Отыскала и кухню, и ведра, и принялась сначала за мытье пола. Порошка насыпала не жалея, и заметив одобрительный взгляд Райна, с воодушевлением стала тереть деревянное покрытие тряпкой.

Мужчина вскоре перестал обращать на меня внимание, а я домыла пол, сменила воду, взяла чистую тряпку и принялась за стеллажи. Книжки доставала аккуратно, с любопытством читая их названия. Истории были самыми разнообразными, и на какое-то время забыв, что нахожусь в магическом мире, решила, что это фэнтези. Например, вот эта книга про русалок и их повадки, а вот та самая толстая про… кикимор?

Я застыла с открытым ртом, листая странички, а очнулась только когда в сантиметре от моего лица раздалось:

– Я знаю вакансию, которая тебе подойдет, а книги поставь на место, хочешь почитать – иди в городскую библиотеку.

– Простите. У меня просто никогда не было таких книг, вот и заинтересовалась.

– М-да? – Райн глянул на меня с прищуром. – Допустим.

– Ладно, я поняла, извините, – быстро вернула истории про кикимор на место, подхватила ведро и отнеся его в подсобку, не прощаясь поспешила на улицу. Не получилось заработать, что ж теперь, да и если честно, совсем не хотелось брать деньги, пусть и не за просто так, у этого противного Райна.

– Я же говорю, для тебя есть работа в деревне, подожди ты! – мужчина догнал меня.

– Какая?

– Для начала вот, держи, это за пол, – мне в руку сунули серебряную монету. – И пойдем я отведу тебя к своему приятелю, у него ферма. Это недалеко, вон за теми домами.

– С чего бы вам помогать мне? – подозрительно прищурилась я.

– Я знал твою бабушку. Тебя, увы, не помню, но с госпожой Боон мы… как бы это сказать, состояли в очень близких отношениях.

Мои глаза расширились, а рот снова открылся. До Райна не сразу дошло, что он ляпнул, а когда понял и принялся объясняться, то было уже поздно – в моей голове со скоростью сто кадров в секунду мелькали такие картинки, что волосы на голове шевелились.

– Соленья у нее вкусные! Со-ле-нья! И в гости постоянно звала, и интересные истории для статей рассказывала! – чуть не кричал господин Догрус, чтобы заглушить мой дикий хохот. – Ой, да ну тебя.

Он пошел вперед, а я, еще не скоро просмеявшись, поспешила следом. Райн шел быстро, едва за ним поспевала, так что за всю дорогу мы не обменялись ни словом. Мужчина привел меня к ферме, и через забор крикнул:

– Зерс!

– Здесь я, – из-за угла дома появился толстопузый мужичок с лысеющей головой.

– Я тебе помощницу привел, возьмешь на работу?

Фермер окинул меня оценивающим взглядом и покачал головой.

– Девушке не пристало курей кормить, она вон какая…

И пожамкал руками в воздухе, ясно давая понять, что имеет в виду под “какая”. Я напряглась еще больше, когда на меня обернулся Райн и взглянул совсем другими глазами. Словно впервые видит.

– Ну да… Да возьми, работа не сложная ведь.

– Я жила в деревне, у меня было хозяйство, – вот сейчас нисколько не соврала. Я на самом деле из деревни, и у меня была целая корова.

– Ну ладно, что ж. Если не справишься, не обессудь, но не заплачу! – погрозил мужик пальцем, а я согласно мотнула головой. – Приходи завтра к пяти утра, куриц накормишь, свиньям сено поменяешь. Оплата два золотых за месяц, не больше!

– Спасибо!

Райн пожал руку приятелю, и отвел его в сторонку. Что-то шепнул на ухо, а Зерс клятвенно заверил, что постарается. О чем они договаривались, мне не было слышно, но внутри вспыхнуло какое-то странное чувство, что меня нае… хм, даже слова подобрать не могу. Впрочем, ладно, работа действительно не сложная, и постараюсь выпросить аванс. Картошки и грибов мне, конечно, хватит на месяц, но боюсь, что уже спустя неделю я их видеть не смогу.

– Мы пойдем, спасибо тебе еще раз, – Райн хлопнул Зерса по плечу, и улыбнулся мне. – Я провожу тебя.

“Конечно проводишь, ты напротив моего дома работаешь”, – хмыкнув, подумала я, а вслух вежливо поблагодарила.

До дома добрались без приключений, к счастью, но вот последствия этого вечера откликнулись совсем скоро. Знала бы я… Но я не знала. Даже не догадывалась.

В четыре утра, спасибо бабушкиным часам и минимум сотне деревенских петухов, я уже встала. К пяти пришла на работу, снова одевшись в шорты и рубашку, так как в платье свиньям сено менять совсем неудобно.

– Вот здесь вилы, – Зерс распахнул дверь в сарай с инструментом. – Вон там сено. Корм для куриц в этом ведре, рассыпь сначала его, потом иди к свиньям. – Я пока коров на пастбище провожу, а вернусь – проверю!

– Не волнуйтесь, все сделаю, – заверила его и принялась за дело.

Очень быстро я поняла, что наличие одной коровы еще не дает глубоких знаний в животноводстве!

Куриные домики стояли в огороде, и были огорожены сеткой. Цыпы могли спокойно гулять по территории, не нанося вреда грядкам, а потом самостоятельно возвращаться на насест. Я с умилением наблюдала за целым выводком желторотеньких цыплят, равномерно раскидывая пшено на траву, когда за спиной раздалось оглушающее кукареканье.

Не помню, как среагировала, но отскочила именно в тот момент когда огромный разноцветный петух щелкнул клювом прямо у моего бедра. Продолжая недовольно кукарекать, он стал гоняться за мной по всему загону, я же бегала от него с ведром наперевес, стараясь подобраться к выходу.

– Уйди противный! Ты чего злой такой?! – визжала я, отмахиваясь ведром. Пшено летело во все стороны, курицы взволнованно кудахтали, а петух словно бешеный защищал свою территорию от наглого посягательства незнакомой девицы. – Прочь! Фу!

В какой-то момент кинула ведро в цыплячьего отца и оно наделось ему прямо на голову, на мгновение отвлекая его. Я успела выскочить за ограждение, и согнувшись пополам пыталась отдышаться. Так, если я буду работать здесь, то нужно как-то обсуждать с Зерсом мою безопасность. Не думаю, что петух способен нанести серьезный вред, но страшно до жути!

Птица еще недолго радостно покричала, что прогнала вредителя, и ушла есть вместе со всеми. Я же двинулась в сарай за граблями, чтобы убрать старое сено у свиней и потом уже постелить свежее, но не тут-то было.

Едва слышное рычание раздалось из кучи сена, мимо которой я шла уже держа в руке грабли. Я их тут же выставила перед собой и замерла, от страха не в силах пошевелиться. Собак не боялась никогда, но тот монстр что вылез из сена, был размером как две собаки. Черный пес с пастью и количеством зубов как у Чеширского кота передвигался медленно, готовясь к нападению, чем еще больше пугал.

– Тихо, песик, тихо… – я отступала, обливаясь потом. Ни при каких обстоятельствах не воткну в животное грабли, но что-то заставляло меня сейчас удерживать их словно гарпун на рыбалке. – Хорошая собачка… Кто ты, красавчик?

Пес наступал, а я уже вышла из сарая. Боковым зрением отмерила расстояние до ручки двери, и резко бросившись вправо, с силой захлопнула дверь. Собака тут же кинулась на нее, лая и царапаясь, мне оставалось только прижать граблями чтобы не открылась.

За пять минут я пережила стресс, которого не испытывала за всю жизнь, поэтому плюнув на все это дело, без сожаления решила искать другую работу.

Я сидела на крыльце дома, когда вернулся Зерс.

– Уже все сделала? Мо-ло-дец! Пойдем проверим.

– Нет, не сделала. Ваш петух меня чуть не заклевал, а потом накинулась собака! Вы почему не предупредили о песике?!

Зерс удивился вполне натурально, я даже на мгновение решила, что он и правда просто забыл сообщить об охраннике, а не оставил пса без цепи специально.

– Гром никогда ни на кого не кидался, зачем ты на него наговариваешь? Где он?

– В сарае заперт. Извините, я пойду! – виновато улыбнулась мужичку, но заметив облегчение, мелькнувшее на его лице, расстроилась. Теперь понятно,о чем договорились вчера Райн и Зерс, журналист наверняка попросил его сделать так, чтобы я здесь не работала.

Домой шла с чувством опустошения. Этот мир не для меня, я умру здесь голодной смертью в расцвете лет! Ладно, попытаюсь отыскать заработок еще раз, и если не получится…

А что тогда делать, если не получится?

Встала посреди дороги растерянно оглядываясь по сторонам. Вон, чистоплотная “кикимора” снова развешивает белье во дворе своего дома, а у дома слева какой-то старичок доделывает табуретку. Пацанята-близнецы, с которыми я со вчера знакома, не смотря на столь ранний час, уже вовсю резвятся у колодца. Поселок Русалочий жил тихой мирной жизнью, в нем не было ничего примечательного и необычного. Простые дома, обычные жители – не берем во внимание врага Миреллы, эта женщина как раз очень странная, как будто и впрямь настоящая кикимора.

Русалочьему чего-то не хватает… Чего-то такого, чего тут никогда не было.

В голове возникла одна идея, которую я пока не знала как воплотить в жизнь, но одно решила точно – лавка со сладостями по рецептам из другого мира здесь вызовет повальный интерес!

Вот только деньги нужны, с мешком муки из кладовой много не напечешь. Поэтому, сцепив зубы, я решительно развернулась лицом в сторону Иженева и двинулась туда пешком. Это не так далеко, думаю, меньше часа ходьбы, потому что в повозке нам понадобилось на всю дорогу от силы минут пятнадцать.

Путь и впрямь оказался недолгим, я даже не успела устать. Город просыпался позже поселка, поэтому встретил меня пустыми улицами. Лишь редкие люди, спешащие на работу, как привидения появлялись из ниоткуда и исчезали за поворотами, да проехала одна повозка с весело кричащими внутри нее девушками.

Я двинулась в сторону площади, шагая наугад. Дорогу помнила смутно, но ориентировалась по вывескам. Вот сырная лавка, вот молочная, а чуть дальше будет лавка с принадлежностями для рисования. Приглядывалась к листам бумаги на дверях, но ни на одном из них не было написано, что требуется сотрудник, и я шла дальше.

На двери в таверну, которая обнаружилась за площадью, объявления тоже не было, но я решила, что все равно спрошу. За спрос ведь не ударят, а мне может повезти.

ГЛАВА 5

Колокольчик звякнул, когда я отворила дверь, и наполнил помещение красивым переливчатым звоном. Вот только его испортил чей-то писклявый крик:

– Я еще раз объясняю, артефакт сломаться не может! Он зачарован всего сто лет назад!

Я застыла у входа, настороженно глядя на кричащего мужчину, и на женщину за прилавком, которую вот-вот хватит удар – она выглядела очень бледной. Отметила про себя и ее излишнюю худобу, тонкие длинные пальцы походили на сухие веточки. Пышная копна черных как смоль волос была наспех собрана в косу, а правильной форме бровей могла позавидовать любая девушка, и я не исключение.

– Если артефакт не сломан, то почему же Лойя отравилась? Она съела всего крошечную порцию тех грибов! Вы уверяли, что они проверены!

– Может быть она съела что-то еще, помимо них.

– Нет, ничего. Джанис, боюсь нам с вами придется закончить сотрудничество. Мне бы не хотелось отравить гостей однажды, вы ведь понимаете, что меня сразу привлекут к королевскому суду?

Мужик покраснел от злости, вот-вот пойдет пар из ушей. Хлопнул со всей силы ладонью по прилавку, женщина вздрогнула и стиснула зубы чтобы не расплакаться.

– Как знаете, но если придете ко мне за товаром, можете даже не рассчитывать на то, что я снова буду с вами работать!

Джанис резко развернулся и выскочил из таверны, колокольчик вновь разразился звоном. Я потопталась на месте, не зная, то ли тоже уйти, то ли все-таки попытать счастья.

– Ох, простите, что стали свидетелем столь неприятной сцены! – женщина заметила меня, и ее губы растянулись в неестественной улыбке. – Мое имя Аннет, я – хозяйка таверны “Белый гриб”… – тут она осеклась, и улыбка снова пропала. – Желаете заказать завтрак?

– Вообще-то нет, госпожа Аннет.

– Просто Аннет.

– Аннет, я хотела… – теперь на меня напал ступор. В голове крутилась какая-то мысль, которую я все никак не могла поймать. Джанис… артефакт… отравление… грибы… – А кто этот мужчина?

– Джанис? Это мой поставщик грибов. Единственный в городе, у кого есть артефакт позволяющий отличить плохие грибы от хороших. Я очень их люблю… Даже таверну назвала так, чтобы сделать акцент на том, что в меню полно грибных блюд! А теперь что… – Женщина от расстройства высказала мне все, что ее волновало, но мгновенно поняла, что наверное не стоит много болтать при чужом человеке. – Так что вас интересует, если не завтрак?

– Я хотела спросить нет ли у вас какой работы для меня… Аннет, а если я смогу помочь вам с грибочками, что скажете?

– У вас есть артефакт? – в глазах несчастной женщины мелькнула радость.

– Вроде того, – кивнула, не особо представляя себе, что это вообще такое.

Но в грибах я разбиралась едва ли не с закрытыми глазами, спасибо моей бабушке. Единственное, мне стоило понимать, что мир другой, и грибы могут сильно отличаться от тех, к которым я привыкла. Надо будет на досуге как-нибудь наведаться в лес и проверить что там растет.

– У меня есть целая корзина невероятно вкусных лисичек!

– Лисичек? – Аннет вытаращила глаза. – Но ведь мы говорим не о мясе…

– Нет, вы не так поняли. Это грибы такие, особенные, я их зову лисичками из-за их оранжевого цвета, – ну не уточнять же, что их еще в восемнадцатом веке так назвали. Только на Земле, не в Молоте. Подумаешь, какая разница?

– Ох, заманчивое предложение, правда… Простите, а если я соглашусь, могу ли попросить вас приготовить их лично и попробовать… при мне?

Я кивнула. Просьба Аннет не показалась мне странной после того скандала, что мне удалось лицезреть.

– Отлично! – женщина просияла. – В таком случае я буду ждать вас и лисички!

– Спасибо! – я наконец выдохнула. Последние пару минут не дышала, боялась спугнуть внезапно свалившееся счастье. – Принесу через пару часов.

Выскочила на улицу в воодушевлении. Не разбирая дороги помчалась в Русалочий, еще смутно представляя, как смогу притащить в Иженев тяжеленную корзину. Спустя примерно час я волокла грибы в город, не особо обращая внимания на косые взгляды соседей.

Едва на горизонте показались первые дома Иженева, я не выдержала и присела отдохнуть прямо на дороге. С меня сто потов сошло за этот путь, даже волосы слиплись, и руки дрожали.

Солнышко еще не было особенно жарким, и я с удовольствием подставляла лицо теплым лучам. Сердце ухало как сумасшедшее, из-за чего не сразу расслышала шум неподалеку. Поднимая пыль, в мою сторону несся экипаж Райна Догруса. Журналист мчался на работу, и наверняка будет очень рад увидеть измученную меня на пути в город.

– Пр-р-р! – возничий остановил лошадь, в ту же секунду из кареты высунулась голова Райна.

– Доброе утро!

– И вам, – пробормотала, мысленно чертыхнувшись. Не могла быстрее идти, что-ли!

– Ты, кажется, должна быть у Зерса, разве нет?

Вот и когда он на “ты” перешел?! Я могла только возмущенно сопеть, не стану же предъявлять мужчине претензии за такую мелочь.

– Мы не сработались, господин Догрус. Спасибо вам за оказанную помощь, – я скрипнула зубами, помня о том, что Зерс и Райн шушукались явно ведь обо мне! – Но, увы, мне пришлось изменить свое решение.

– Н-да? – журналист заметно расстроился. – Что ж… А сейчас куда направляешься?

– По делам, и очень опаздываю, – поднялась, отряхнула шорты от пыли и подхватила корзину. – Всего доброго, мне пора!

– Я тебя подвезу, садись, тяжело же.

– Не стоит, мне осталось пройти совсем немного.

– И все же, я настаиваю.

– Нет, нет, что вы!

Райн выскочил из кареты, забрал у меня корзину и поставил на сиденье. Следом протянул руку мне.

– Давай, в экипаже дорога займет всего пять минут.

Мне не оставалось ничего другого, как принять его предложение. Руку проигнорировала, залезла в карету сама и бережно прижала корзинку к себе, чтобы грибы не просыпались случайно.

– Куда едем? – в окошечке показалось лицо возничего.

– В таверну “Белый гриб”, – улыбнулась я.

– Могу спросить, откуда у тебя это добро? – Райн кивнул на лисички, когда экипаж тронулся.

– Не можете, – ответила, заведомо понимая, что если даже совру, вопросов будет море. Откуда у меня артефакт, например? И как я это объясню?

– Артефакт в наследство достался, или украла?

У меня от такого наглого вопроса глаза на лоб полезли.

– Как вы смеете говорить такое? Господин Догрус, вы, конечно, не самый приятный человек, но обвинить малознакомую девушку в краже?!

Возмутилась я вполне натурально, Райн даже как-то сжался и глянул на меня виновато. Мы оба молчали некоторое время, но журналист все же не выдержал.

– Не самый приятный – то есть вот такое я вызвал впечатление у тебя? Позволь спросить, почему?

– Память у вас, конечно, отвратительная! – выплюнула я, и к счастью, экипаж уже затормозил. Выпорхнула из кареты, и с трудом вытянула корзину, торопясь, чтобы Райн не бросился помогать. Так волоком до таверны и дотащила.

Аннет уже ждала меня, нетерпеливо покусывая кончики пальцев.

– Вот это – лисички, – указала я на гору оранжевых грибочков, в душе надеясь, что женщина их узнает.

– Они точно не ядовитые?

– Вы таких никогда не видели, да? – надежда растаяла как дым.

– Видела, Джонис привозил похожие, но вы ведь знаете, что грибы даже если по виду одинаковые, могут быть как ядовитыми, так и съедобными, – Аннет встревоженно взглянула мне в лицо, с нажимом спрашивая: – Знаете, да?

– Конечно. Эти точно не ядовитые, – ответила я уверенно. На Земле существует разновидность ложных лисичек, и бабушка мне дотошно объясняла, чем они отличаются от съедобных петушков, так что конкретно в тех, что в корзине, я была уверена на все сто. А вот жители Молота, видимо, не особо заботятся о том, чтобы написать справочники о грибах, полагаясь на зачарованные артефакты.

– Тогда пройдемте на кухню. Извините еще раз, если моя просьба показалась вам странной, но сами понимаете.

– Разумеется, я ведь все слышала. Не волнуйтесь.

Кухня оказалась просторной, светлой и чистой. Увидев своими глазами в каких условиях готовят блюда, я с удовольствием приду в эту таверну на обед когда разбогатею.

– Как вы будете их готовить?

– Пожарю, – я пожала плечами. Просто пожарить их и немного съесть при Аннет, самое простое что могу придумать, не стану же я здесь сейчас показывать кулинарный мастер-класс. Перед жаркой лисички требовалось отварить, но на это мне тоже время тратить не хотелось. Много лет обходилась без варки, так и сейчас незачем это делать.

Аннет выдала мне новенькую блестящую сковороду, пиалку масла, и указала на тумбу с каменной поверхностью.

– Поставьте вот сюда, а я пока зажгу плиту.

Женщина остановилась напротив этой странной тумбы, прижала ладони к поверхности, и с ее пальцев сорвались искры под мой восторженный вздох. Аннет улыбнулась.

– Бытовая магия – лучшее что могло придумать Мироздание. Как простые люди готовят на обычных печах, ума не приложу, это наверное жутко неудобно.

– Вы где-то учились? – спросила я, словно невзначай, тщательно отмывая грибочки от земли и сухой травы.

– В академии, как и все. Но я не закончила, вышла замуж, родила ребенка, а потом вот осуществила мечту – открыла таверну.

– Самостоятельно?

– Сама, – с гордостью ответила Аннет. – Мне хотелось таким образом доказать себе, что уход из академии еще не значит, что я ничего не смогу добиться собственными силами. Да, на работу в магистерию меня не взяли, как хотела, но зато теперь я каждый день делаю счастливыми десятки людей. Не хотелось бы хвастаться, но господин Райн Догрус однажды в своем новостном листке назвал “Белый гриб” лучшим заведением Иженева.

– А Райн Догрус какой-то очень популярный журналист и его новости пользуются спросом? – я швырнула лисички в сковороду сильнее чем хотелось, и масло, зашкварчав, брызнуло во все стороны. Мы с Аннет одновременно отскочили.

– Вы не знаете о “Сером волке”? Надо же!

– Я не местная, приехала с юга пару дней назад.

– О, ну в таком случае вам стоит почитать его статьи, например, за прошедшее лето. Райн Догрус – известный скандальный журналист, отличающийся от остальных тем, что способен специально вывести кого-либо на конфликт, чтобы потом написать об этом.

– Да вы что?.. – протянула я, усмехнувшись. После ответа Аннет в моей голове сложился пазл, и получившаяся картинка меня очень развеселила. Стало понятно, почему Райн такой, мягко сказать, неприятный.

– Разумеется, это все слухи, запущенные другими, менее известными журналистами. По моему мнению, Райн просто способен отыскать тему для статьи там, где другие ничего не видят.

– Ну да, конечно, – закивала я, делая вид, что согласна с ней, и перевела тему. – Скажите, а как вы узнали, какой именно магией обладаете?

– Так в академии при распределении на факультеты каждый студент проходит просвещение. Просветители обязаны выяснить что за сила скрыта в адепте, но лично я еще до этого знала, что бытовая. Чувствовала как будто, мне даже иногда снилось, как я одним заклинанием чищу огромную стеклянную стену в холле родительского дома. Во время уборки она почему-то всегда доставалось именно мне, – женщина усмехнулась, с любопытством заглядывая в сковороду.

Насыщенный аромат жареных петушков разнесся по всей кухне, и мой желудок принялся урчать, напоминая, что сегодня завтрак был пропущен.

Я задумчиво помешивала грибочки, размышляя, не спросить ли у Аннет насчет Просветителя. Можно ли рассказывать вообще о магии кому-то или нельзя, я же не знаю. В конце-концов все же решилась.

– Мне кажется, у меня тоже бытовая магия. Была вчера у лекаря, он сказал, что сила очень слабая и мне срочно нужен преподаватель, но для начала стоит найти Просветителя. Вы не знаете, может быть они есть где-то кроме академии?

– Да, конечно! Я дам вам адрес одного из них, он уже на пенсии, так что думаю сумеешь застать его дома. Раньше Вейкко работал в академии, там мы и познакомились.

– А тяжело ли изучать магию?

– Нет, если преподаватель хороший. Плохих я не знаю, в академию принимают только лучших, но слышала истории как в школах магии случалось такое, что студенты, не разобравшись толком как работает заклинание, наносили своему здоровью тяжкий вред.

Я отметила про себя, что учителя себе буду искать с лупой, чтобы случаем не ошибиться. Лисички были готовы, и я с удовольствием съела целую порцию прямо со сковородки.

– Вижу, вы действительно знаете, что искать в лесу, – довольно улыбнулась Аннет. – За корзину заплачу вам два золотых, это больше, чем может предложить кто-либо, и если у вас будут еще какие-нибудь грибочки, с радостью приму.

Я, не веря своим глазам, дрожащей рукой приняла от Аннет две монеты. Они были совсем новенькими, еще блестящими, с выгравированным львом с одной стороны, и лицом усатого мужика – с другой. Таких монет никогда ранее не видела, а потому отнеслась к ним с особенной радостью.

Даже не обратила внимания на то, что Аннет так быстро поверила в съедобность лисичек. До признаков отравления нужно подождать хотя бы полчаса, но об этом знала, видимо, только я.

ГЛАВА 6

Аннет отлучилась из кухни, а вернулась с клочком бумаги.

– Вот здесь адрес Просветителя, думаю, он не откажется от дополнительного заработка.

– Дорого берет?

– Не могу знать точно, но наверное не больше золотого.

Я, вздохнув, глянула на две монеты в руке. Нет, пока не готова попрощаться ни с одной из них только ради того, чтобы узнать, бытовая у меня магия или нет. Какие еще бывают виды силы? Лекарская, вот это знаю, а еще?

– Подскажите, а где здесь городская библиотека?

– Вон по той дороге, – Аннет махнула рукой в сторону окна. – Потом налево и до конца. Там увидите белое здание, краску на фасаде совсем недавно обновили, так что не перепутаете.

– Благодарю! Я пойду тогда?

– Конечно, конечно! И буду вас ждать, если вдруг что…

Я не стала говорить, что мысленно уже облазила все ближайшие леса, просто приду сюда с очередной корзиной да и все.

– Простите, а могу я корзинку забрать?

– Разумеется, – женщина тут же вытащила большой таз из кладовой, которая примыкала к кухне и переложила в него грибы.

Я ушла, полностью удовлетворенная нашим коротким сотрудничеством. По пути к библиотеке заметила продуктовую лавку и не смогла отказать себе в желании купить что-нибудь вкусненького на обед.

Внутри лавка была очень похожа на обычный деревенский магазинчик. Так же прилавок напротив входа, стеллажи возле стен, и даже маленький ящик со стеклянной крышкой, в котором лежали куски сыра и масла.

– Доброе утро, – из-за стойки выглянул очаровательный мужчина. Прям так, да-да, очаровательный! – Мое имя Антер, я – хозяин этой лавки.

Они все что-ли гостям представляются? Я невольно выпрямила спину и загадочно улыбнулась голубоглазому блондину.

– Меня зовут Алиса, очень приятно.

– Желаете что-то определенное?

– Пока просто посмотрю, – отвернулась к стеллажам. Заинтересованный взгляд Антера меня почему-то смущал.

Полки были заставлены необходимым набором продуктов, тут были и печенья в бумажных пакетиках, и различные крупы, и бутылки с маслом. Ничего особенного, отличающегося от земного, я не увидела. Выставила на прилавок пакет пшеничной крупы, из шкафа со стеклянной крышкой достала кусок сыра и сливочного масла. В шкафчике оказалось прохладно, я была уверена, что холод создан с помощью бытовой магии. Дома у меня такого нет, и это только укрепило мое желание наведаться к Просветителю.

– Что нибудь еще? Корзинка, вижу, у вас уже есть, – блондин, улыбаясь, смотрел мне прямо в глаза, заставляя краснеть.

– Нет, благодарю.

– Пятнадцать медяков.

Выложила на стойку золотой, Антер вскинул брови, долю секунды молчал, а потом вернул мне монету.

– Я подарю вам все это.

– Нет, что вы! Это неудобно.

– Я просто совсем никак не смогу отдать вам лишние монеты. Не волнуйтесь, моя лавка не разорится из-за пакетика пшена.

Мужчина выглядел милым, и ничуть не расстроенным из-за потери выручки, а у меня даже настроение поднялось. Я одарила его благодарной улыбкой и сложила подарки в пакет.

– Алиса, вы, наверное, не местная?

– По моей одежде догадались?

– Нет, вы говорите несколько иначе чем жители Иженева. У вас голос такой необычный, и очень красивый.

– Благодарю, – я снова вспыхнула, заулыбалась как дурочка, но ничего не могла с собой поделать. – Я приехала с юга пару дней назад, вы правы. Пока еще не освоилась здесь.

– Бывали уже в музее русалок?

– Даже не слышала о таком.

– А не хотите ли сходить со мной на днях? Скажем, послезавтра в полдень?

Я чувствовала, как начинает биться сердце все быстрее и быстрее. Антер произвел на меня приятное впечатление, и теперь мне казалось, что он зовет меня на настоящее свидание!

– Была бы очень рада составить вам компанию.

– Я отправлю за вами экипаж, если скажете куда.

– В поселок Русалочий к дому напротив издательства “Серый волк”.

Думаю, возничий разберется где меня искать. Улыбнувшись мужчине снова, я вышла из лавки окрыленной.

День обещал быть просто чудесным! В воздухе пахло осенью, но погода стояла летняя, теплая, и даже привычных мне в такое время года заморозков по утрам еще не было. Травка и деревья потихоньку меняли окрас с зеленого на желтый, но если не присматриваться, это пока не было заметно. Узнать бы, какой сейчас месяц в этом мире. Может календарь где какой есть? Сильно сомневаюсь, что названия месяцев, недель, и дней, здесь такие же как на Земле, и по незнанию я могу себя случайно выдать.

Библиотеку и правда нашла достаточно быстро, большое белое здание выделялось среди остальных не только цветом, но и высотой – у него было три этажа, в то время как у других всего по одному, и лишь у некоторых по два.

Внутри оказалось просторно. Огромное помещение было совершенно пустым, за исключением стойки администратора, и узкой лестницы на второй этаж.

За стойкой сидел седой старик в очках с толстыми линзами, несмотря на которые, он все равно подносил один за другим листки бумаги близко к глазам, ища что-то.

– Не то… Не то… И это не то…

– Кхм-кхм! – я приветственно кивнула, когда старик подскочил на стуле и уставился на меня глазами, кажущимися огромными из-за линз. – Могу ли я взять у вас пару книг?

– Конечно, конечно, – он вытащил из-под стола огромный лист бумаги, сложенный вчетверо. – Карта библиотеки с нумерацией полок и описанием находящихся в секторах книг. Вход через ту дверь, – махнул неопределенно куда-то в сторону, но я все равно увидела огромные двустворчатые двери. Это был единственный выход из холла, так что точно не ошибусь.

Я взяла карту и отправилась на поиски… чего? Что мне было нужно, точно не знала, но была уверена, что найду книги которые мне помогут разобраться в особенностях этого мира хотя бы приблизительно.

Книгу про кикимор я отправилась искать самой первой, а по пути просматривала карту и с каждым новым словом, написанным на ней, мои глаза увеличивались все больше и больше. В библиотеке были сектора про эльфов, водяных, кикимор, русалок, виверн, оборотней, орков, фей, и даже привидений! Мой мозг категорически отказывался воспринимать эту информацию как реальную, а вот душа… Душа пела! На Земле я безумно любила читать сказки, а теперь сама живу в ней! Главное, чтобы конец у нее был хороший, и бабы-яги не существовало, а с остальным уж как-нибудь справлюсь.

Взять книги про все и сразу не представлялось возможным, я их не сумею донести до дома, да и увлекаться чтением в моем положении не лучшая идея. Вот когда начну зарабатывать на хлебушек с маслом, и дрова к зиме, так сразу всю библиотеку перечитаю, а пока возьму только самое необходимое.

Я остановилась у сектора про эльфов, с любопытством осмотрела корешки книг, и решила, что мне информация о лопоухих будет интересна, к тому же, одна из книг была совсем тоненькой. Называлась она “Смешение эльфийской крови, особенности расы”.

В следующем секторе все книги оказались о магии, я отыскала самую тонкую про бытовую, и закинула ее в корзину к той, что про эльфов. Мой взгляд зацепился за потрепанный и явно очень старый фолиант, с названием “Порталы: их виды и особенности”. Книга была очень объемной, тяжелой, но про порталы мне нужно узнать побольше, чтобы понять, как я вообще здесь оказалась.

Корзина теперь весила не меньше трех килограмм, и если я хочу дойти до дома без привалов на отдых, то мне пора возвращаться в холл.

Старик за стойкой все так же рылся в бумагах, когда я подошла к нему.

– Быстро, – удивился он. – Даже не заплутала?

– Не-а, – улыбнулась я. – Возьму вот эти три книги, когда нужно будет вернуть?

– К началу зимы они должны быть возвращены! – мне строго погрозили пальцем. А то уносят и ищи их потом! Давай свою карточку.

– Карточку?

– Ну да, именную карточку с твоим адресом. Документ такой. Ты же где-то живешь?

Меня словно табуреткой по голове ударили. В самом деле, не могла же я на полном серьезе думать, что если мир другой, то и документы не нужны!

– Дело в том, что я приехала с юга жить в Русалочий, а карточку забыла взять с собой, – объяснение так себе, поэтому, подумав, жалобно добавила: – Моя бабушка, госпожа Боон, она умерла на днях, я так торопилась, что все забыла…

Да простит меня Вселенная за столь наглую ложь!

Старик пожамкал губами.

– Где ты, говоришь, живешь?

– В поселке Русалочьем, напротив издательства “Серый волк”.

– А-а, знаю, знаю… Я дам тебе эти книги, поскольку бабушку твою хорошо знал, знакомы с молодости. Ну и времена тогда были, о-ох! Но с одним условием! – он снова погрозил пальцем. – Попроси в “Сером волке” напечатать статью о нашей библиотеке. На прошлой неделе завезли переписанные заново очень древние книги, а город о них не знает. Посетителей, как ты можешь видеть, совсем нет, а мне тут что, призракам книги выдавать?

– Статью? Но как я могу просить… А что если откажут?

– Ничего не знаю! Тебе книжки нужны?

– Очень!

– Тогда проси. Иначе больше ничего не получишь! Я вообще не должен ничего тебе выдавать без именной карточки, случись что с книгами, кто возместит ущерб?

– С ними ничего не случится, клянусь!

– Все так говорят, а потом приносят, а странички замасленные.

Я взглянула на книжки в корзине еще раз. Они мне очень нужны, просто необходимы! Иначе в особенностях этого мира никогда не разберусь, и спросить не у кого.

– А карточку сходи сделай, скажи что потеряла.

– Где сделать?

– В Доме советов, само собой.

– А он где?

– На площади. Прием осуществляется в Первый и Третий день недели.

Ясно, календарь мне все же надо где-то достать. Спрошу у Миреллы, или поищу в доме, вдруг найду.

– Спасибо! – уже собралась уходить, но старик гневно крикнул.

– Ну и куда торопишься? А книги я как запишу? Говори давай, что взяла.

Быстро продиктовала названия, старик медленно записал их в толстый блокнот, и я вышла на улицу с чувством, что меня отчитали как ребенка. Старичок, что с него взять.

Время близилось к обеду, когда вернулась домой. Жутко голодная, уставшая, поплелась на кухню варить пшеничную кашу. На готовку ушло много времени, из-за того, что пришлось топить печь, и я еще больше укрепилась в мысли, что мне необходима бытовая магия.

Как человек, которому срочно нужны деньги и работа, мне стоило пойти в лес искать грибы. Но как человек, который на ногах с пяти утра, я хотела лечь и не шевелиться хотя бы до завтра.

Но кое-что все же стоило сделать прямо сейчас – найти календарь. Плохо представляя, как он выглядит, я обыскала весь дом, но так и не нашла ничего даже приблизительно похожего. Пришлось идти к Мирелле.

– Алиска, рада тебя видеть! – бабуля и впрямь расплылась в счастливой улыбке, едва открыла входную дверь и увидела меня. – Как ты вовремя, я как раз напекла пирожков, да и гости у меня, посидим поболтаем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.