# На кончиках пальцев

Таня Лисаевская

Они стали жить в одном доме. Если бы Лея могла поступить как-то по-другому, то они никогда бы не встретились. И она не свалилась, как снег на голову Кира в его прекрасной и не обремененной ничем жизни. И как их теперь называть? Брат и сестра? Придётся на себе испытать, что думают по этому поводу другие. Но что важнее - что думает сам хозяин дома на этот счёт?

Все было бы прекрасно, если бы Лее удалось вырваться отсюда. Но от самой себя не убежишь. Прошлое догонит и сломает в самый неподходящий момент.

Что могут сделать страх и боль? Все уже предопределено с момента рождения или все-таки есть выбор? И как понять, кто ты есть в этом мире? Их встреча должна дать эти ответы.

Книга с бонусными главами.

## Плейлист.


1 глава:

Lions – Girl from the North Country

Green day – 21 guns

2 глава:

Bring Me the Horizon – Follow You

3 глава:

Florence and the Machine – Breath Of Life ( тема Леи )

4 глава:

Леро4ка – Каждый, кто делал тебе больно покойник

Lady Gaga feat. Bradley Cooper – Shallow

Zoloto – Грустно на афтепати

5 глава:

Ron Pope – A Drop In the Ocean

Katy Perry – Hot N Cold

6 глава:

Джизус – Ты ничего не поняла

7 глава:

Dothan – Numb

Джизус – Дыхание с тобой

8 глава:

blackbear – @ My Worst (главная тема)

9 глава:

Сергей Лазарев – Так красиво

10 глава:

[AMATORY] – Дыши со мной

11 глава:

Billie Eilish – Happier Than Ever (extended rock part)

ARI HICKS – Kiss Me, Kill Me

12 глава:

[ AMATORY ] – Слишком Поздно (тема Кира)

Chase Atlantic – Slow Down

13 глава:

[AMATORY] – Снег в аду

Bring Me the Horizon – Throne

Nessa Barrett feat. jxdn – la di die

14 глава:

TRITIA – Сон мой

15 глава:

Слот – Две капельки секса

Мирок – Газеты

Sam Tinnesz – Play With Fire (ft. Yacht Money)

16 глава:

[AMATORY] – Моя правда

Lumen - Три пути

17 глава:

[AMATORY] – Черно-белые дни

James Arthur – Impossible

18 глава:

Sqwore – Аквариум

Tom Odell – Another Love

[AMATORY] – Преступление против времени

19 глава:

Bring me the Horizon – Avalanche

Alec Benjamin – Let Me Down Slowly

[AMATORY] – Теряешь меня

20 глава:

[AMATORY] – Падая вниз

Fall out boys – Immortals

Animal ДжаZ – Дыши

Арда – Только пыль

Дипинс – Этажи

21 глава:

Джизус – Девочка в классе (главная тема)

Fall out boys – Centuries

## Посвящение.

Всем тем душам, кто ищет своё место в мире. Пусть через моих героев вы почувствуете, что с вами все в порядке. Искренне надеюсь, что моя книга согреет вас.

## Глава 1.

Лея открыла дверь и вышла из комнаты. Тут же ее оглушила волна гремящей на весь дом и улицу попсятины. Она медленно пошла по темному коридору к лестнице, ведущей вниз, где было огромное количество народа. Из-за переживаний о переезде голова все еще болела после нескольких бессонных ночей, и долбящая музыка только усиливала боль. Но сейчас была возможность разглядеть этот новый для неё огромный дом, который вместил такую кучу пьяных студентов.

Вечеринка была в самом разгаре – по случаю начала учебного года. Молодежь веселилась под хитовый трек, орала во все горло припевы, прыгала и танцевала. Высокий блондин вручил ей стакан пива и направился к бильярдному столу, что находился в глубине просторной гостиной. Утром, когда Лея приехала, это помещение было светлым, и все, что удалось заметить, так это минималистичный интерьер в белых тонах. Сейчас же оно напоминало ночной клуб со светомузыкой, которая превращала белоснежную мебель в лиловые, синие и зеленые цвета.

У бильярда стояла кучка парней и курила кальян. В их окружении вились красивые длинноногие девицы, которые прекрасно осознавали всю прелесть своих тел в этом чудесном возрасте, и привлекали парней. «Элита», – подумала Лея. Блондинка в короткой юбке из розовой кожи обвила шею одного парня и прошептала что-то ему на ухо такими же розовыми губами. Было видно с другого конца комнаты, что они накачаны. Выглядела она, как самая настоящая Барби, которых у Леи в жизни не было. Все за бильярдным столом заулюлюкали, когда тот парень снял футболку, обнажая и выставляя всем напоказ свое мускулистое тело. Поднеся кальянную трубку к губам своей полностью забитой татуировками рукой, он затянулся и выдохнул дым на стол, погружая бильярдные шары в туман. Он опустил ладонь в дым и резко поднял, закручивая торнадо, а затем громко произнес:

– Ты уйдешь отсюда без трусов, я не проиграю, – и точным прицельным движением загнал шар в лузу.

Лея отпила глоток пива и поморщилась. Отвернувшись от элиты, она увидела во дворе бассейн. Невольно охнув, она остановилась как вкопанная. Насколько же богаты эти люди, живущие в коттедже, судя по его размерам и роскоши интерьера. Чего только стоила комната, которую ей отвели. Двуспальная кровать с ортопедическим матрасом занимала почти всю площадь. Шелковое постельное белье цвета стали пахло приятным цветочным ароматом. Огромный шкаф-купе простирался во всю длину стены справа от входа, что она просто не представляла, сколько же у нее должно быть вещей, чтобы его заполнить. И в углу даже имелся комод с зеркалом, на котором, видимо, должна располагаться косметика с дорогущим парфюмом. У кровати стояли лофт тумбы с двух сторон, да еще и с длинными металлическими светильниками. Что, несмотря на современный минимализм, придавало уют всей спальне, и так и просилось положить туда книгу. Вся мебель здесь тоже была белой, а вот стены сиреневого цвета.

Это, конечно, сильно контрастировало с тем, к чему привыкла Лея в своем маленьком и старом деревянном доме. Так у них еще и бассейн есть на заднем дворе. Лея почувствовала себя вмиг неловко в своей черной бесформенной футболке с волнами из обложки альбома «Unknown Pleasure» группы Joy Division и в поношенных черных джинсах. Она обреченно вздохнула, словив себя на воспоминаниях о доме. И впервые осознала за все эти последние, опустошившие ее, дни, что не представляет, какой жизнь будет теперь. Но она знала точно, что все будет по-другому. Отпив еще глоток и гордо вздернув свой острый подбородок, девушка выпрямилась и пошла к бассейну.

Лея уже приближалась к выходу, как вмиг все ее мышцы напряглись. В ушах оглушительно забилось сердце. И она резко и крепко схватила чью-то руку, едва уловив ее движение к своей шее. И перебросила невидимую угрозу через плечо. Когда коротко стриженый парень в старой серой мастерке и поношенных джинсах оказался на полу, она заломила его руку. Тот издал жалобный стон, и Лея могла бы не так сильно выкручивать суставы, но противная фраза: «Я бы вдул», – еще эхом проносилась в уме девушки. И она готова была обрушить на него всю свою ярость, придушив собственными руками. Ее вернул в реальность голос татуированного парня, который громко крикнул:

– Эй, в этом доме запрещено насилие!

Лея отпустила руку заваленного ею придурка, поднялась и с вызовом посмотрела на окликнувшего. Он стоял, опираясь запястьями о бортики бильярдного стола, так что вены на его незабитом предплечье вздулись. И смотрел на нее в упор. Пронзительный взгляд из-под длинной челки что-то выражал, но Лея не поняла. А волну дрожи по рукам списала на бушующий адреналин. Только сейчас она заметила, что на нее пялятся вообще все. Даже те, кто снаружи – возле бассейна. Направив яростный взгляд в сторону татуированного с челкой, она уверенно и так же громко, как он, произнесла:

– Может, я его только что предотвратила?

И, вскинув бровь, торжественно, словно предвыборную речь вкинула, хотя и скрестила руки на груди:

– Здесь же нет тех, кто мог бы защитить девушку. Все же будут просто смотреть, как до нее домогаются!

Какие-то девчонки хихикнули. И она добавила, но уже ни на кого не глядя:

– А девушки просто будут молчать и терпеть от бессилия.

Последнюю фразу она произнесла очень низко и хрипло, но все ее услышали. С досадой, дерущей горло, Лея заметила, что музыка выключена, и что ее выходка омрачила всю вечеринку. Что-то тяжелое повисло в воздухе, как будто она призвала черные тучи, вместо того, чтобы защитить себя. Все молчали, прожигая место, на котором стояла девушка.

«Отлично, теперь в их глазах я параноик, который все время залипает на криминальных новостях», – с горечью подумала Лея. И удержала себя от того, чтобы пальцами сжать переносицу, покачивая головой от глупости происходящего.

Парень, которого она завалила, злобно сверкнув глазами, произнес сквозь зубы:

– Я тебя еще поимею, тварь.

Лея взглянула на него с холодным равнодушием и направилась к лестнице. Спектакль окончен, расходимся. Поднимаясь, она успела заметить, как блестят яростью глаза татуированного парня. Но смотрел он на то место, откуда она только что ушла.


***

День выдался пасмурным. Но на юге всегда тепло и осень похожа на лето, так что погода продолжала радовать зноем, несмотря на тучи. Лея разглядывала свои пальцы, которые теребили флаер-приглашение на бесплатную вечеринку, и думала о том, как беззаботны все эти люди. Что им всем нравится в вечеринках? Это типа современная альтернатива балам, чтобы найти себе пару? Элита тоже будет там? Лея почувствовала себя, словно попала в один из немногочисленных фильмов, что ей довелось посмотреть. Про тех самых школьников, где обязательно есть самый популярный парень со своей свитой друзей-спортсменов. Ну и, естественно, вокруг них вьются самые красивые девчонки с пышной грудью. Среди них, конечно, тоже есть самая главная и типичная стерва.

Они уже все ее раздражали.

Просматривая кучку флайеров, что ей успели надавать по дороге с универа, она остановилась на приглашении сотрудников в автомойку. Этот она оставила и сложила в свой черный потрепанный рюкзак из кожзама, а остальные выбросила в урну.

– Нужно скорее что-то придумать, чтобы свалить отсюда, – прошептала она сквозь зубы, глядя на коттедж в два этажа.

Заходить совсем не хотелось. Даже стоя снаружи, казалось, стены дома давят. Крыши у него не было, и от этого он казался еще неуютнее. От белого внешнего покрытия веяло холодом. Проходя под навесным массивным балконом, который выделялся во всей конструкции как будто вставленный не до конца куб, Лея, как и в первый раз оказавшись под ним, сжалась всем телом от чувства, что эти плиты упадут и раздавят ее.

Только она успела закрыть входную дверь, как до ее ушей донесся гортанный стон. Обернувшись, Лея увидела татуированного парня с вечеринки, который оказался сыном доброй женщины, что дала ей приют. Тот самый, что вчера окликнул ее, а утром чуть не подавился стаканом воды, когда ее вновь увидел. Сюрприз. Где вчера были его родители, пока тут творились все проявления гедонизма, непонятно. Но к их приходу уборщица уже успела все начистить до первозданного блеска. Ее Лея услышала под утро, как бы та ни старалась все делать тихо, чтобы не разбудить хозяина. По озабоченному и растерянному лицу его мамы, она поняла, что разговор о новой сожительнице еще не состоялся. Еще и поэтому Лея не стала задерживаться и быстро ушла в универ. Не то, чтобы из вежливости. Ей просто вообще не хотелось хоть как-то вклиниваться в их сказочную жизнь и мешать обычному укладу своим присутствием.

Сейчас его джинсы были спущены до тазобедренных косточек. Он держался своей татуированной рукой за колонну, а другой за блондинистую голову. Лея узнала в ней «мисс первая красавица-стерва», которую он вчера обещал оставить без трусов. Не заботясь о том, что старенькие черные кеды шаркают по ступеням и обнаруживают ее свидетельство этой сцены, она прошла в свою комнату. Похоже, то, что их застукали, ускорило процесс. И до нее донесся его стон, что бывает в момент пика удовольствия.

Вечером следующего дня Лея впервые отправилась в клуб на бесплатную вечеринку с флаера. Приехать она решилась в последний момент, когда ощутила, что больше не может одна находиться в этом огромном чужом доме. Его хозяева постоянно в разъездах и их почти не бывает дома, как проинструктировала Ирина – та добрая женщина, что привезла ее сюда. И вот бродя по коттеджу в полном одиночестве, ей казалось, что она всюду видит призраков. И непривычная оглушающая тишина, так отличающаяся от ее родного дома, никак не давала ей уснуть. Все здесь было чуждым. И она здесь была чужой. Но вспомнив о своем родном доме, Лея содрогнулась.

Так, где ее место в этом мире?

Она посмотрела наверх и увидела элиту в зоне «VIP» второго этажа. Татуированный парень стоял, облокотившись на перила, и она встретилась с ним взглядом. Черная рубашка подчеркивала черноту его волос и глаз. Отлично, король вечеринок тоже здесь и его свита. Может, все-таки лучше было остаться и не приходить.

Скрипнув зубами от раздражения, Лея направилась к барной стойке. Из того, что ей удалось заработать сегодня на автомойке, она решила частично потратить на еду и заказала себе блинчики с шоколадной пастой и бананом. После учебы она заглянула по адресу, указанному во флаере, что сохранила вчера, и ее сразу же приняли. Работа оказалась неофициальной, что было ей на руку. Даже паспорт не попросили. Оплата по факту выполненной работы, что тоже вполне подходило, учитывая, что все-таки нужно чем-то питаться.

Все выглядело настолько красиво и аппетитно на ее тарелке, что голодный желудок издал несколько звуков, поругав ее за кусок хлеба, которым она его удосужилась сегодня накормить. Это блюдо оказалось настолько изысканным, что Лея чуть не расплакалась от чувства благодарности и счастья. Мысленно пообещав, что будет зарабатывать столько, чтобы всегда можно было так хорошо питаться.

Насладившись волшебным вкусом и сочетанием продуктов, она направилась отыскать укромный уголок, где сможет подумать о том, что ей делать дальше. Шум и куча людей вокруг помогали мыслительному процессу, – именно в таких условиях она привыкла принимать решения. А не в той гробовой тишине дома, который даже по виду напоминал склеп, хотя и выглядел дороже всего, что она вообще видела в жизни.


Похоже, нужно будет найти еще одну работу. Сегодня заглянула в хостел недалеко от университета и узнала цену. Этой зарплаты должно хватить, но нужны деньги и на еду. Пока она была погружена в свои размышления, зазвучала медленная музыка и все начали делиться по парам, чтобы танцевать медляк. Ее внимание привлекла блондинка, которая упрашивала татуированного станцевать с ней. Но он с бездушным лицом курил свой вейп, переведя взгляд и случайно встретившись с Леиным. Это становится уже фатальным – находить его взгляд. Лея стиснула зубы, чтобы не скривиться от навязчивой мысли. Блондинка проследила, куда он смотрит, и все ее лицо перекосило. Она направилась к диджею на сцене и что-то прошептала ему, похлопав глазками.

Лея смотрела, как танцуют пары и даже нашла что-то милое в этом. Ведь эти студенты еще минуту назад дергались как обезумевшие под клубную музыку, а сейчас замедлились и выглядят очень красиво. Они чувствуют, что сердце бьется не только от алкоголя и драйва танцпола, но еще и от тепла другого человека. Каково это? Лея не знала, но глядя на прикрытые веки и смущенные улыбки, она чувствовала, что им хорошо, как героям в книгах, о которых она читала.

Танец закончился, снова начал долбить какой-то современный бит. И Лея решила покинуть свое место, разрываемая чувством внутренней тоски. На ее черное платье с надетой поверх А-силуэтной сеткой лилась жидкость из стакана, пропитывая ткань. От напитка одежда неприятно прилипала к коже живота, который невольно напрягался от холода. Лея не сразу поняла, что происходит, пока не увидела, как стакан держат наманикюренные ногти блондинки-стервы. Та с нахальным взглядом выливала на нее алкоголь.

– Ой, прости, я загубила твое единственное и убогое платье? – прошипела она, некрасиво морща нос. – Хотя нет, платье у тебя даже модное, это просто ты сама убогая, – она говорила громко, чтобы услышали ее дружки из элиты и смеялась.

Лея молча стояла и смотрела сквозь нее. Она не видела больше людей и не слышала клубную музыку. Ни один волос не шевельнулся на ее теле. Девушка погрузилась в воспоминания о том, как ее постоянно дразнили из-за грязной и рваной одежды деревенские девчонки, которые не были одеты изыскано, но хотя бы прилично. Ей же приходилось ходить почти все время в чем-то рваном и грязном, пока она не научилась шить и стирать.

– Убирайся, деревенщина, тебе здесь не место! – язвительно бросила блондинка и направила взгляд победительницы в сторону сцены.

Да, для них она была деревенщиной, отребьем, которое не вызывало ни жалости, ни отвращения. Она была для них лишь потехой, развлечением, поводом показать свое превосходство, которое они ничем не заслужили.

– Но прежде, прощальная песня, – прошептала блондинка своими накаченными губами с матовой помадой.

– А сейчас приглашается на сцену Лилия, – девушка с рыжими волосами. У нее для вас номер!

Все громко закричали и зааплодировали. Лея безразличным взглядом посмотрела на блондинку и холодно заметила:

– Это тебя так твой парень разозлил, что ты как истеричка бросаешься на первого встречного? Ах, нет, ты ведь всегда такая, и он не твой парень.

В последнем утверждении уверенной она быть не могла. Но судя по тому, как сползла улыбка с лица этой Барби, попала в десятку. Развернувшись на пятках, она спокойно прошла к сцене и поднялась. Диджей в черной кепке с желтым козырьком назад, улыбался во все зубы, очевидно, намереваясь поставить что-то вроде песни для стриптиза. Но у Леи была мысль получше. Почему бы не разбавить это унылое музыкальное безвкусие? Им же нужно шоу. Перекинувшись с ним парой фраз, она спокойно выдержала его удивленный взгляд. Но все же ее выбор он принял.

Девушка запела:


«Знаешь ли ты, за что в этой жизни стоит сражаться,

Когда умирать за это уже не стоит?»


Слова были на английском. И судя по тому, как все спокойно говорили на паре по иностранному языку, слушатели все понимали. Голос у нее был в меру низкий и не слишком тонкий. На припеве под гитарные раскаты она поднесла руки к микрофону и устремила открытые и сияющие глаза в пустоту перед собой. Из-за света прожекторов Лея не видела лиц, но чувствовала, что данный репертуар здесь звучит впервые. Скорее всего, помещение сейчас наполнило недоумение.

Лея пела песню «21 guns» группы Green Day. Ко второму куплету ее мысли о реакции на выступление сменились тем, что, в общем-то, все равно, что подумают эти богатенькие студенты университета, в который она попала только из-за доброй женщины, приютившей ее. Чувство непонимания сместило все остальные, и она задавалась вопросом, как ее жизнь могла так сильно измениться? Ей казалось, что то дерьмо, в котором она жила, никогда не закончится. Но в тот день все поменялось. И она совершенно не понимала, как к этому относиться.


«Когда ты в конце своего жизненного пути,

Ты чувствуешь, что не в силах что-то изменить...

Твои мысли обернулись против тебя,

И воспоминания о прошлом не дают покоя твоей душе...»


Та женщина случайным образом оказалась именно в ее деревне и видела, что случилось. Ирина. Она расспросила всех соседей об этой девушке и, узнав все, с сопереживающим видом подошла к ней. Тогда Ирина предложила Лее пожить в ее доме. Столько сочувствия и боли было в ее взгляде и голосе, что Лея, если бы могла, заплакала. Тогда она понимала, что другого выхода у нее просто нет.

Сегодня утром Ирина рассказала все своему сыну, и, конечно, назвала ее имя. Ее полное ненавистное имя. А тот сообщил его мадам-стерве. Больше она никак не могла его узнать, ведь они учатся в разных группах. Наверняка сын прекрасной женщины не обрадовался тому, что его чудесная жизнь потерпит какой-то дискомфорт. Слюна стала горькой от вчерашней сцены, когда она вернулась после универа. «Ты еще пожалеешь», – с этой мыслью Лея стиснула микрофон и завопила во все горло:


«Ты стоял близко к огню,

Как лгун, ищущий прощения у камня...»


Девушка еще тянула последнюю ноту, согнувшись пополам и сжимая перекрученный провод от микрофона. Мотая головой в такт разрывающему уши проигрышу, словно пьяная, она шаталась по сцене. И ее рыжие длинные волосы то закрывали полностью лицо, то открывали его, когда она поднимала голову, словно в беззвучном упреке над смехом небес.


«Когда приходит время — жить или умереть,

Второго шанса уже не будет,

Что-то в твоей душе погибло...

Твоя жизнь в руинах...»


На последних нотах Лея демонстративно сжала в кулаке микрофон, направляя взгляд на блондинку. Теперь она могла ее видеть, когда пелена волнения спала, и все чувства обострились от ощущения выполненной непосильной задачи. Вид у стервы был надутый, руки скрещены, – она явно не такого ждала исхода. Лея кивнула ей и разжала пальцы. Микрофон полетел вниз, и все воскликнули: «Ах!». Но она успела схватиться за провод, так, что он остановился у ее черного кеда, едва касаясь пола. Выглядела она как победитель, ведомой только ей битвы.

Лея поспешила спуститься со сцены, чтобы поскорее убраться отсюда. Блондин, который вручил ей пиво на вечеринке в коттедже, прокричал со второго этажа:

– Маш, эта куколка тебя сделала! – и звонко рассмеялся.

Зачем он ее провоцирует? Татуированный с челкой стоял рядом, все так же цепляясь в перила. И смотрел на нее, прищурив глаза. Какой-то низенький парень преградил Лее путь, и она приготовилась драться. Пусть они думают, что такие крутые, но без боя она не сдастся.

## Глава 2.

Лея сидела в своей новой, блистающей в каждом сантиметре богатством, чистотой и роскошью, комнате, держала в руках визитку и не могла поверить в то, что сказал ей Михаил. Она снова и снова прокручивала в голове вчерашний разговор:

– Девушка, можно Вас на минутку? – очень вежливо спросил тот низкорослый парень, что вырос на ее пути. – Вы студентка? Вы работаете?

Оценив его холеную одежду, без единой вмятины и ворсинки, зачесанные волосы набок с идеально ровным пробором и большие очки в черной оправе, Лея немного расслабилась. Похоже, парень не представлял угрозы. Да и выглядел он слегка странновато для клуба и выделялся среди всех в своих синих брюках из грубой ткани, горчичного цвета мокасинах и белой рубашке с бабочкой в клеточку. Как ни крути, а крутым парнем его не назовешь. Под тканью рукавов она не заметила рельефов мышц, так что, в случае чего, она с ним справится.

– Вас устраивает эта работа? – спросил он, когда Лея ответила про автомойку. – Понимаете, я видел Ваше выступление на сцене, и Вы меня просто обворожили.

Лея напряглась всем телом на этой фразе. И, похоже, он это заметил, поэтому тут же поправил себя:

– Не поймите меня неправильно, моя сестра – фотограф в очень известном модельном агентстве. Она ищет уникальных людей с необычной внешностью, чтобы воплощать все свои творческие фантазии. Ей надоели все эти типичные богатые барышни, которых отдают мамы в их агентство, чтобы те рекламировали купальники. Ей хочется расти и менять стандарты красоты. Ее идея в том, что необычность – это красиво. А Вы со своим выступлением просто живой пример того, что она ищет. Эти рыжие волосы, летящие во все стороны, – он начал размахивать руками, комично изображая то, как она ими трясла. – Вы словно эльф, который вышел к нам из волшебного леса, – произнес он, очень мило улыбаясь. – Прошу! Приходите на пробы, вот ее визитка. Она, правда, очень талантлива, и Вы ей понравитесь, поэтому Вас могут взять моделью!

Лежа на кровати в комнате, Лея разглядывала натяжной потолок с точечными светильниками, вспоминая каждое слово этого странного парня. С трудом верилось, что ее вот так просто возьмут. Ну, какая из нее модель?! Что вообще она об этом знает? И помотала самой себе головой из стороны в сторону, как бы говоря: «Ровным счетом ничего». Кроме, может, того, что все модели высокие, и только по этому параметру она и подходила. Но раз агентство известное, то там наверняка платят больше, чем на автомойке. Она может попробовать. И ее порадовало, что фотограф женщина. В любом случае, если что-то пойдет не так, разве ей есть что терять?

Собравшись на пробы, Лея стремительно вышла из комнаты, пока не передумала. Даже в зеркало не стала смотреть, чтобы проверить, как выглядит. Это все равно не имело бы никакого смысла. Макияж не требовал поправки за неимением косметики. Непослушные вьющиеся волосы вообще ее никогда не интересовали и были почти все время просто распущены. Бесшумно спускаясь по лестнице, она мысленно надеялась, что ни с кем не встретится. На кухне с ней поздоровался только повар, самих хозяев, похоже, в коттедже не было. Вбив адрес с визитки в навигатор, она отправилась в агентство пешком. Ну, а что? Вышла она, как всегда, сильно заранее, потому что ненавидела куда-то опаздывать, и когда кто-то опаздывает тоже. И к тому же ей нужно экономить заработанные вчера деньги.

В агентстве она почувствовала себя жутко неловко в своих джинсах-бананах с вытянутыми коленками и в расклеившихся кедах. Все модели были красивыми, и пришли в обтягивающих, подчеркивающих достоинства, вещах. Лея хоть и любила широкую одежду, скрывающую ее фигуру, все же почувствовала себя неуютно в бесформенной черной футболке, которая доходила ей почти до середины бедра. Да и само стеклянное здание, в котором даже кофе стоил дороже, чем ее рюкзак, вызывало в ней чувство неуверенности, неуместности и не достоинства. Вся эта роскошь делала ее, словно очень маленькой и сжимала до крошечной точки. До пятнышка грязи, которое эти богатеи будут всячески обходить, пока его не смоют.

Уборщики, конечно.

«Что я здесь делаю? Надо бы убраться, пока меня не приняли за попрошайку», – с горечью подумала Лея. Но ее план побега прервал Михаил. Помахав с того конца здания, он направился прямо к ней. Вид его почти не отличался от вчерашнего. Только вот туфли были черными и брюки на несколько тонов темнее.

– Приветствую! Вы пришли, я очень рад. Я рассказал о Вас сестре, описал все в подробностях, и она заинтересовалась. Я знал, что не прогадал.

– Привет, – тихо произнесла она, несколько смущенная тем, что он вообще о ней помнил. А то, что ею заинтересовалась сестра, вызвало волнение, которого до сих пор не было. Ею кто-то интересовался! Все-таки, когда кто-то на тебя надеется, априори начинаешь завышать планку и переживать, сможешь ли ее оправдать. Ощущение было таким же, какое она только что почувствовала в лифте, на котором ехала впервые. От поднимающейся кабины вверх, все внутренности как будто тянуло вниз. От его слов она ощутила то же самое без всякого преодоления гравитации.

– Так как привел Вас сюда я, то Вам не нужно стоять в очереди, – немного хвалебно произнес он. – Вы уже заполнили анкету?

– Нет, я только пришла.

– Идемте, я провожу Вас сразу к сестре, ее зовут Евгения. В баню эти анкеты, это все формальности.

Лея улыбнулась его забавному ругательству, которое никак не вязалось с его образом и манерой речи. Почему-то она вспомнила татуированного, – как тот все время чертыхается в коттедже. Михаил провел ее в большой зал, где было очень много людей. Кто-то настраивал свет, кто-то формировал локацию, перетаскивая реквизиты. Это было спортивное оборудование. Различные тренажеры, гантельки, мячи и прочий инвентарь.

–Жень, знакомься, это... Эм, простите, я ведь так и не узнал Вашего имени, – смущенно посмотрев на Лею, произнес Михаил, когда они оказались рядом с девушкой с коротко стрижеными волосами.

– Лилия. Но зовите меня Лея.

Девушка, что оказалась Евгенией, окинула ее с ног до головы быстрым профессиональным взглядом. На вид ей было чуть больше тридцати. Глубокого серого оттенка глаза светились жизнью, и Лея совсем не ощущала дискомфорта, пока Евгения ее рассматривала.

– Да ты, реально, фрик. Зови меня Женя, – спародировала она интонацию Леи. – Слушай, – скривив губы, добавила она, – мы тут будем спорт снимать. Лицо мне твое нравится, надеюсь, под этими мешками ты не прячешь живот? – она подняла бровь, причмокнув губами и вытянув их в трубочку.

Лея промолчала, задумавшись о том, что, возможно, так думают все. Ведь в ее гардеробе вообще нет обтягивающей одежды. Ей приходилось все время донашивать вещи, которые приносили деревенские, когда их дети вырастали из них. И привычка осталась носить все большое.

– Раздевалка там, – указала Женя в сторону зеркального коридора, когда поняла, что ответа не последует.

Получив одежду, Лея вошла в раздевалку и встретилась с оценивающими взглядами своих конкуренток. Подбородок сам слегка поднялся вверх от их брезгливых физиономий по поводу внешнего вида девушки. Все они были в дорогущем и красивом белье. В своих же обносках Лея как будто пускала черные круги на воде, стоя среди этих шикарных моделей. Назад пути уже не было, да и злость придала какую-то отупляющую силу. Поэтому, сжав кулаки и без единой мысли в голове, она отправилась к своему шкафчику.

Одежда оказалась непривычной, но ткань была потрясающей и очень приятной к телу. Надев спортивный топ красивого металлического цвета от известного бренда и обтягивающие в тон велосипедки, Лея посмотрела на себя в зеркало. Костюм очень хорошо сидел, и она отметила, как было бы удобно в нем тренироваться. Мысленно Лея поблагодарила себя за все изнурительные тренировки, которые сформировали ее мышечный корсет. Ведь ела девушка всегда очень мало и до спорта в своей жизни была совсем тощей, – так хоть мышцы есть.

Выйдя в зал, она не смогла сдержать глубокий вздох. То тут, то там сверкали вспышки, девушки позировали и следовали указаниям фотографов. Некоторые из них были мужчинами. Сейчас не время стесняться настолько открытой одежды, ведь это ее шанс. Она может получить эту работу. К тому же намек Жени на ее полноту ошпарил словно кипяток. Сосредоточившись на этом ощущении, Лея закрыла глаза и с выдохом расправила плечи. Ей нужна эта работа, и она купит себе новые вещи. И будет носить то, что хочется ей, а не то, что придется.

Легкой походкой Лея проскользила до площадки для съемок, где уже все было установлено и готово для фотосессии. Женя и Михаил уставились на нее, приоткрыв рты. Шлепнув тыльной стороной ладони по его груди, Женя воскликнула:

– Черт, как же хорошо, что ты ее нашел. Детка, иди вон к тому тренажеру, который качает ноги.

И с видом профессионала Женя начала раздавать команды ассистентам и самой Лее. Через несколько минут волнение, как рукой сняло. Женя хоть и выглядела необычно в своем костюме оверсайз с причудливым принтом, ее солнечная энергия заполняла все пространство вокруг. Лея подумала о том, что еще ни с кем и никогда ей не было так комфортно. Стеснение быстро преодолелось чувством, как будто они уже знакомы много лет.

Фотосессия закончилась, и она ушла переодеваться. Не сообразив, куда можно положить все вещи, которые ей выдали, Лея решила вернуться к Жене или к Михаилу, чтобы спросить.

– Ты что?! Ну, ты точно, словно из леса вышла, – дружелюбно ответила Женя на ее вопрос, – они твои. От ее улыбки в груди стало тепло, а пространство как будто наполнилось дополнительным источником света. Про себя Лея отметила, что нужно будет прикупить себе тоже ярких помад, – так ее очаровал оттенок, столь идущий Жене и подчеркивающий ее красоту.

– Лея, посмотрите, какие фото получились, это просто нечто! – воскликнул Михаил.

– Да, фото отличные, особенно, когда ты начала вставать на руки и вытворять что-то невообразимое со своими ногами, – произнесла восторженно Женя. – Я уверена, что они возьмут твои фотки для рекламы. А я немедленно унесу их начальству и буду слезно умолять тебя взять к нам, фея, потому что у меня на тебя большие планы.

Щеки пылали от смущения и восторга, и Лея не могла поверить своим ушам. Хотя еще ничего не было известно, но она уже почувствовала, что не хочет прощаться. Ей так понравилось работать с Женей. Ее постоянные подбадривания и четкие команды, которые позволили Лее раскрыться, сделали фотосъемку очень комфортной. Если бы не все Женины слова на площадке, то Лея бы даже не подумала, что ее физические способности могут быть какими-то особенными и полезными для чего-то кроме самообороны.

Все вещи Лея постирала в коттедже и развесила в своей ванной. Наличие душа и туалета прямо в комнате невероятно упрощало жизнь, и ей не приходилось лишний раз покидать свою спальню. С теплотой и улыбкой она посмотрела на спортивную одежду, прикинув, какую форму наденет утром на пробежку. Где-то в уме промелькнула мысль: «Не может быть все так хорошо». Но девушка тут же прогнала ее на периферию сознания. Как в подтверждение, что не стоит сейчас об этом думать, на весь коттедж загремела музыка. Очередное начало вечеринки, как и тогда, когда она приехала сюда в первый день. Этот гул вовсе ее не раздражал. Постоянные гулянки с кучей незнакомых людей в ее доме были обычным делом.

Бывшем доме.

Мысли об этом Лея отправила так же далеко и залезла на подоконник, чтобы почитать материал к завтрашнему семинару.

От чтения ее отвлек шум за дверью. Этот противный смех она узнаёт даже во сне. Мисс-стерва. Она же «вешалка на шее татуированного». Она же Маша. И его холодные смешки Лея тоже без труда вычислила. Даже у ржавой кастрюли звуки будут более эмоциональными. Судя по всему, они пошли в соседнюю комнату. Лею чуть не стошнило от пошлых фраз Маши, которая словно намеренно так громко выражалась. Похоже, их выбор комнаты для утех был неслучаен. Парень хотел лишний раз напомнить, что это его территория и что он может делать здесь, что захочет. Как будто ей требовалось напоминание. Может, это месть за то, что она увидела их в прошлый раз.

Звук шагов в коридоре и шёпот привлекли ее внимание, несмотря на то, что соседи за стенкой стонали и бились кроватью о стену. Быть тише воды и ниже травы ее научили прятки в школе по ночам, когда Лея сбежала из дома. Поэтому бесшумно, как ниндзя, она открыла свою дверь и выглянула. Два каких-то подозрительно крадущихся парня стояли возле комнаты в конце коридора. К счастью, в той части горел свет, а темнота на этой половине скрывала девушку. Поэтому Лея без труда включила запись видео на телефоне. Те двое что-то спрятали под плинтусом, и, как закончили, поспешили уйти через лестницу второго этажа, что находилась перед выходом на балкон, и вела сразу во двор.

Парочка за стеной продолжала свое действо. А Лея думала о том, свидетелем чего она только что стала. На всяких подозрительных типов у нее чуйка, они явно замышляли что-то недоброе. И что именно они спрятали под плинтусом? Долго гадать ей не пришлось. Музыка стихла, и внизу началась какая-то возня. Девушка услышала топот нескольких пар ног, которые поднимались по лестнице, и прошагали в конец коридора. Звуки отодвигаемого плинтуса снова донеслись до ее ушей. Нехорошее предчувствие не обмануло, и сейчас в голове уже начали складываться пазлы. Все ее опасения подтвердились, когда топающие тяжелыми ботинками ребята вломились в соседнюю комнату. До Леи донёсся недовольный низкий голос татуированного:

– Какого хрена?

Маша завизжала.

– Что вы делаете? – Лея узнала голос блондина. – Этого не может быть, я его знаю всю свою жизнь! Это не его!

Точно. Это менты. Лея здесь жила вообще незаконно. Никаких договоров с Ириной она не заключала, никаких прописок, даже паспорт девушка ещё не успела восстановить. Что же делать? Мысли галопом скакали в поисках решения и того, что она скажет, если менты вломятся сюда.

– Расходимся, – крикнул один из полицейских толпе внизу.

– Я все проконтролирую здесь и приеду! – бросил блондин, проходя мимо комнаты Леи, когда хозяина коттеджа уводил конвой.

Блондин. Лея нашла свою мятную толстовку и надела поверх пижамных штанов. Спасибо тем деревенским, которые снабдили ее какой-никакой одеждой перед переездом. И сейчас она вылетела из комнаты в клетчатых штанах, стянутых в узел там, где резинка. Рукава толстовки болтались на ней, как и штаны, на четыре размера больше положенного. Быстро сбежав по лестнице, Лея стала искать глазами блондина. Тот провожал оставшихся гостей с заднего двора. Подперев плечом дверной косяк, Лея стала ждать, когда он закончит. И пока девушка придумывала, как бы начать разговор, блондин сам уже заметил ее и спросил:

– Привет! Испугалась? Иди в дом. Я сейчас все решу.

– Ты поедешь к ментам?

Парень посмотрел на неё так, как будто с трудом распознавал ее речь. Брови его сошлись на переносице от напряжения, как будто он пытался переводить с японского. И Лея поругала себя, что так тихо разговаривает.

– Да, – неуверенно протянул он, словно не ожидал такого от неё вопроса и не понимал, к чему она клонит.

Достав телефон из кармана толстовки, Лея сделала пару шагов и положила его на стол. Блондин нахмурился и уже хотел уйти. Лея его не осуждала, вид был у нее, наверное, как у сумасшедшей.

– Я записала все на видео. Это была подстава. Наркотики? – догадалась она, сложив все реплики разговора и то, что видела.

– Да, – ещё более озадаченно произнес он.

– Их было двое.

– Да ладно, я так и знал, что какие-то мутные типы! – с чувством произнес парень, как будто давно разгадал эту загадку с видом «я же говорил».

Лее показалось, что он уже озвучивал это своему другу, но тот его не послушал.

– Постой! – дошло до него наконец зачем она вообще тут перед ним стоит. – Так ты их сняла?! – его глаза горели, спина напряглась, он напомнил ей викинга, который вдруг в битве нашёл топор.

– Да, их поведение мне показалось странным.

– Тогда чего мы стоим, пока мой друг сидит в обезьяннике? Погнали.

– Что? – теперь Лее казалось, что он говорит по-японски. – Куда? – вырвалось у нее слишком резко, когда его слова сложились в четкую картинку.

– В участок.

– Я не поеду, возьми телефон.

– Телефон же твой, ты засняла преступление, ты свидетель. Едем.

– У меня нет документов. Я никто, – сбивчиво начала Лея. – Я не могу.

– Погнали. По дороге разберёмся.

Блондин взял телефон и быстрым шагом прошел мимо неё, по пути улыбнувшись. В его взгляде Лея прочитала одобрение, типа: «Ты герой».

Тачка у него была... Это что, «Мазерати»? Лея выпучила глаза, потому что впервые видела такую машину вживую. А она тут рядом стоит в обносках и рваных кедах.

– Костя, кстати, – блондин сверкнул улыбкой, как в журнале, и сел на водительское место.

Лея открыла заднюю дверь и уселась в противоположном углу от Кости. Он посмотрел на нее, обернувшись, своими голубыми глазами и сияющими, как у Жени. Улыбка так и продолжала играть на его лице.

– Ты трезв?

– Приятно познакомиться, «тытрезв»! – съязвил он. – У меня ангина, я на антибиотиках. Ну, что? Погнали спасать нашего Торетто1[1], – жизнерадостно произнес он и завел двигатель своей дорогущей машины.

«Нашего?» – нахмурилась Лея.

До участка они долетели вмиг. По дороге Костя успел перекинуть видео себе на телефон, и, к счастью, не стал ее расспрашивать о документах и прочем. Он сразу же пошёл в отделение за своим другом. Дожидаться парней Лея не стала и вышла из машины. Чутьё ее подводило редко и что-то подсказывало, что освобождённый из «Шоушенка»2[1] не будет доволен ее присутствием.

Делать ей здесь нечего и видеть вечно недовольную физиономию друга Кости ей не хотелось. Поэтому девушка начала вызывать такси, чтобы свалить до их прибытия. Водитель никак не находился, и Лея уже в напряжении начала кусать внутреннюю часть щеки.

Ее тело пронзило словно от электрического разряда. Она чувствовала на своей спине этот тяжёлый взгляд, словно на ней была нарисована мишень.

– Черт, – полушепотом пробубнила Лея.

Уткнувшись в телефон, она в упор не хотела замечать его приближения. И даже когда его высокая фигура выросла перед ней, продолжала свой игнор, изучая крутящееся колесико на экране. Все ее тело напряглось, кожу покалывало. Лея считывала настроение людей на уровне инстинктов, и сейчас воздух сгустился как будто от тяжёлых металлов.

– Эй, ты! Только не думай, что это что меняет, – скорее выплюнул он, а не сказал.

Не обращая внимания на его металлический голос, Лея продолжала смотреть на строчку «Ищем водителя» и ругала себя за то, что не осталась в коттедже.

– Кир, эти уроды подставили тебя, – Костя запнулся, потому что Лея так и не представилась, – девушка оказалась в нужном месте и в нужное время.

Кир, которого так назвал Костя, насупился ещё больше. Инстинктивно напрягая солнечное сплетение, Лея сильнее сжала телефон. Но тот секунду спустя смачно выругался, и девушка поняла, что его гнев был направлен не на неё. Тогда Лея подняла взгляд и заметила темные круги под глазами парня. Похоже, даже час, проведённый в этом месте, потерзал его мысли.

– Поехали, – радостно воскликнул Костя.

Лея увидела убийственное послание, адресованное его другу, хотя Кир смотрел на нее. И сейчас его ярость грозила испепелить Лею на этом месте. Она уже собралась сказать, что подождет такси, но не успела.

– 1:0, – злобно процедил Кир сквозь зубы и открыл заднюю дверь, а сам уселся на пассажирское сидение рядом с Костей.

В кресле машины она вся съёжилась. Что за счёт он открыл? Возможно, его разозлило вмешательство Леи. Может, он думает, что теперь должен ей? «Мистер-мрачная туча» всю дорогу ехал молча. Костя же сиял и пританцовывал под радио-песни. Прощаясь, он улыбнулся ей ослепительной улыбкой. И неожиданно произнес:

– Ну камон, что вы такие кислые, вы же типа теперь брат и сестра, или как?

Для Леи эти слова сработали как пощёчина, и она отшатнулась от машины и от Кира. Тот сделал такое же движение и гневно сверкнул глазами на Костю. В его взгляде явно читалось, что она никогда не сможет быть для него сестрой. Затем слишком резко и поспешно он развернулся и пошёл в дом. Лея смотрела на удаляющуюся спину Кира и задавалась вопросом: действительно, что о них думают люди вокруг? Она ведь живет с ним под одной крышей, но они и парой слов не перекинулись. Сестра? Девушка прожевала это слово и чуть не сморщилась. Типа семья? Но у неё нет семьи, у неё нет дома. Здесь она чужая, и совсем одна. И ничто не сможет это исправить.

– Спасибо, «тытрезв»! – прервал ее размышления Костя. Выглядел он довольным собой. И Лея поняла, что он, видимо, часто бесит своего друга.

Девушка не удержалась и закатила глаза.

– Я Лея.

## Глава 3.

Лея смотрела на свои снимки и не верила глазам. Ее фото выбрали и разместили на сайте известного бренда для рекламы одежды. Но больше всего она не могла поверить тому, сколько ей заплатили. Вчера у них с Женей состоялся разговор, и та сообщила, что Лею приняли в агентство, и что теперь она будет работать моделью. Женя настояла на смене одежды, окинув ее оценивающим взглядом. И без каких-либо предисловий сказала:

– Ты похожа на куклу. Ну, знаешь, есть такие BJD – у них еще глаза просто убийственные? Вот именно так ты и выглядишь. Эти рыжие кудрявые волосы до самой задницы, – она сделал жест в воздухе, словно рисовала с нее портрет, – эти зеленые глаза, как у ведьмы. Кстати, следующая съемка будет в лесу. Поэтому и имидж у тебя должен быть соответствующим – странным и кричащим, чтобы все головы сворачивали.

Вещи она решила купить после пар и заодно начать подыскивать себе жилье. Возможно, удастся найти что-то получше хостела и по выгодной цене. Кто знает, сколько еще удача будет ей улыбаться. Контракт еще не подписан и будет составлен примерно к тому же времени, как восстановят паспорт. Это будет через две недели. А вечером она собиралась отдать часть денег в благодарность Ирине.

Спустившись вниз, Лея обнаружила, что Ирина сегодня дома, ее супруга не было. Кир выглядел не выспавшимся и лениво потягивал апельсиновый сок, сидя прямо на столе в виде острова, на котором готовил повар. Прошло уже почти две недели с тех пор, как Лея поселилась в этом доме. А от младшего хозяина последнюю фразу, которую она слышала, была: «1:0». Ночами дома его почти не было. Сегодня тоже. Шаги Кира Лея услышала только под утро.

– Дорогая, ты уже уходишь? – удивленно спросила Ирина. – Но ты совсем ничего не ешь и худая, как щепка. Прошу не стесняйся, поешь с нами. Наш повар говорит, что ты не притрагиваешься к еде, которую он для тебя готовит, – прощебетала она, накладывая на тарелку сэндвичи.

Сдвинув брови на переносице, Кир посмотрел на маму, а потом как-то странно покосился на Лею. Действительно, повар сразу же все раскладывает по порциям и запечатывает в пленку, убирая в холодильник. Пару дней назад он на всякий случай указал ей на контейнеры со всевозможной едой, и что они предназначены для нее. Едят в этой семье все вместе редко, потому что Ирина и Андрей – ее супруг и отец Кира, постоянно находятся в разъездах. А как ест сам Кир, она видела только в столовой, когда вся элита собирается за отдельным столом между парами. Возможно, в коттедже он и питается, но Лея предпочитает не высовывать лишний раз нос, чтобы с ним не встречаться.

– Тебе не нравится наша еда? Что ты любишь?

– Простите, я не голодна.

Кир неодобрительно хмыкнул и исподлобья метнул в нее молнии поверх стакана с соком. Лея поспешила убраться из этого места, потому что уже устала испытывать неловкость от предлагаемой еды. По утрам она никогда не ела. В детстве ей никто не готовил завтраки, и привычка так и осталась. Хуже всего то, что Ирина и так спасла ее жизнь и дала кров. Принимать от ее семьи еще и еду – это уже слишком. Лея больше не живет в деревне и уже не беспомощный ребенок, который ходит в чужой одежде. Теперь ей нужно самостоятельно о себе заботиться.

В первые дни пребывания здесь, она не ела ничего вообще, кроме того куска хлеба, что повар случайно уронил на пол. Эти богачи сразу все выбрасывают. У Леи чуть инфаркт не случился, когда увидела, как он понес его к мусорному ведру. Вовремя остановив, она попросила этот кусок хлеба. Все равно ведь выбросят! Когда повар на нее странно покосился, передавая ломтик, Лея отмазалась, что покормит им птиц. Формально она так и сделала, отломив немного голубям на сквере по пути в универ. Все, что осталось, съела сама.

Почти две недели она подрабатывала на автомойке, и с вырученных денег стала перекусывать в столовой. И хоть не всегда выдавалась такая роскошь, потому что в университете постоянно были какие-то сборы, – голодать ей не привыкать.

Но сейчас у нее появились деньги. Эта серьезная сумма во внутреннем кармане грела ее сердце. Гонорар выплатили наличными, ведь паспорт до сих пор восстанавливался, а банковских карт у нее отродясь не было. Поэтому в честь празднования своей маленькой победы Лея решила сегодня между парами купить себе большой гамбургер в столовой.

Уже в коридоре она почувствовала волшебный запах выпечки и жареных котлет, но остановилась, услышав свое имя. Полное ненавистное имя, что дала ей мать.

– Ли-ли-я, – по слогам произнес Костя, – а что? Красивое имя для красивой девушки! – и по звуку будто хлопнул кого-то по плечу.

До Леи донеслось подобие визга, и она еще до произнесенных слов узнала, кому он принадлежал.

– Красивая? Да она уродка! В этом нет ее заслуги, – словно в истерике кричала Маша. – Уселась на шею мамы Кира. Конечно, Ирина вечно занимается благотворительностью. Мало того, что она ее пропихнула в наш универ, так еще и в модельное агентство! – и тыча телефоном в лицо Кира, добавила: – Она еще и гребанная акробатка!

– Мм... Да она тут Лара Крофт, – прокомментировал Костя, – похоже, она сильнее нас с тобой, Кир.

Лея даже не заметила, как оказалась в проходе и уже какое-то время наблюдала за всей элитой, обсуждающей ее. Но смотрела она только на Кира, – злого, высокомерного и беспощадно молчаливого. Он ни слова не сказал Маше, чтобы опровергнуть ее слова. Подняв взгляд, как будто почувствовав всю тяжесть боли, которую сейчас испытывала Лея, он ее заметил. И в его глазах не было ничего, кроме презрения. Они будто кричали: «Нахлебница. Проваливай из моего дома».

Быстрым шагом она пересекла коридор в поисках места, где можно спрятаться. Дойдя до пожарного выхода, девушка оказалась на уличной железной лестнице, которая тянулась через все этажи здания. Лея упала на пролет между ступенями, подтянула колени и с силой сжала трясущуюся ладонь. Жадно хватая воздух, она радовалась, что здесь никого нет, и торец здания выходит на рощу, за которым виднелся стадион. Никто ее не увидит. И она не видела ничего кроме его взгляда. Того, что он послал ей утром, когда она отказалась от завтрака. Теперь она все поняла. Кир считал, что Лея строит из себя важную птицу, раз не хочет кушать с ними за одним столом. «Ирина вечно занимается благотворительностью». Этот напыщенный парень был уверен, что Лея пользуется своим положением и вызывает жалость у его матери. «Только не думай, что это что-то меняет». Ее историю он, конечно, не стал слушать, даже если Ирина и пыталась объяснить причины присутствия девушки в коттедже.

Что ж, они считают ее такой. Пусть. «1:0», значит. Катись к черту! Лея и так решила съехать при первой возможности. Рука бессознательно потянулась и легла на деньги в кармане. «Пропихнула еще и в агентство». Ну, уж нет, это ее деньги. Она их заработала, ее заметили, в нее поверили. Этим богатеям стремно даже воздухом одним с ней дышать, само ее существование для них отвратительно. Что ж, Лее нечего терять. Ее заметят, еще как заметят. Достав телефон из кармана джинс, она загуглила кукол, о которых говорила Женя.

Вернулась с магазинов она уже поздно, совершенно уставшая и разбитая. И кто говорит, что шопинг – это что-то интересное и радостное? Перед тем, как подняться на второй этаж, Лея проверила кухонный стол и убедилась, что ее письма нет. Отлично, значит, Ирина взяла деньги, и теперь ей стало намного легче от этой мысли. Хоть как-то она смогла отблагодарить щедрость этой доброй женщины. Письмо она составила простое и положила восемьдесят процентов заработанных денег:

«Ирина, в этом мире нет таких слов, чтобы я могла выразить свою благодарность Вам за то, что у меня есть крыша над головой. Простите, что стесняю вас. Я работала на автомойке, чтобы скопить денег для хостела, но вчера по счастливым обстоятельствам меня взяли в модельное агентство, в котором заплатили хорошую сумму денег. Я хочу, чтобы Вы приняли их в знак моей благодарности и в качестве хоть какой-то компенсации за то, что живу в этом доме. Надеюсь, что мне удастся заработать больше и съехать в ближайшее время».

И съедет, как только получит паспорт. Оказывается, подыскать квартиру не так-то просто, да и для договора аренды нужен обязательно документ, удостоверяющий личность. Все объявления, что она просмотрела сегодня во время пар, уже на перерывах, когда Лея собиралась позвонить, были сняты с публикации. Похоже, в это время перед многими студентами стоит задача поиска жилья.

Утром она надела свои новые вещи, и сейчас топала по лестнице словно солдат, спускаясь вниз. Теперь вместо потрепанных старых кед, на ней были грубые черные туфли со шнуровкой на массивной рельефной подошве, – словно гусеницы танка. Тонкие, но мускулистые ноги в белых капронках и бледно-голубое платье в стиле «Лолита», очевидно, вызвали нужный эффект. Кир чуть не подпрыгнул с дивана и не пролил кофе, когда увидел, как она спускается. Изящным движением Лея накинула оверсайзную голубую джинсовку с различными цветастыми заплатками. Она освободила рукой спрятавшиеся под курткой пышные кудрявые волосы. А потом метнула в его сторону злой взгляд, надеясь, что в нем отчетливо читалось: «Выкуси». Не зря же она прошла семь кругов ада с утра, пытаясь накрасть ресницы для выразительности. В первый раз в жизни, между прочим.

Пока она наслаждалась произведенным эффектом, Ирина появилась из ниоткуда, и Лея сама чуть не подпрыгнула от неожиданности.

– Боже мой, Лилия, ты такая красивая! Словно... – она угрожающе двинулась на Лею, раскинув руки для объятий, но не договорила и замерла на месте.

Отклонившись в сторону, Лея сжалась, словно лань, загнанная львами. Все ее тело было напряжено, дыхание сбивалось, живот завязывался в тугой узел. В гостиной повисла тяжелая пауза, но Ирина быстро пришла в себя и нарушила ее:

– Вечером нам нужно поговорить.

Поняв, что угроза миновала, и Ирина уходит к Киру, Лея словила на себе его удивленный взгляд и выбежала из коттеджа.

– Привет, куколка. А я вижу, ты серьезно отнеслась к моим словам насчет имиджа, – игриво произнесла Женя, когда увидела ее в агентстве.

– Привет, я просто хочу быть собой. Так я чувствую себя... – свободной хотела сказать Лея, но сказала лишь, – комфортно, – не став добавлять про то, что это первые купленные ею вещи в жизни. Это вообще ее вещи.

– Вот и отлично, потому что та, кто ты есть, мне и нужна. Мне в тебе вообще ничего не хочется менять, как и нашим стилистам и гримёрам, лишь подчеркивать. Я показала твои фото, рассказала о своих идеях, и начальство полностью согласно со мной, что нам нужна именно ты. Поэтому завтра у нас будет съемка в лесу. Я уже давно хотела воплотить эту задумку, и ты мне для этого идеально подходишь. Будет ведьмовская тематика. У тебя такой взгляд, который прожигает, и я хочу донести его магию через образ.

– А мы не распугаем весь народ этими фото?

– Что ты, все будут, словно привороженные. И встанут в очередь, чтобы дать тебе свою кровь для обрядов, – со смехом сказала Женя.

Лее эта девушка нравилась, она была не от мира сего, но держала себя уверенно, наслаждаясь своей необычностью. Наверное, именно поэтому с Женей было так легко.

После съемки Лея купила еще вещей и обуви и поехала в коттедж. Вся семья была в сборе и ужинала. Даже Андрей восседал во главе стола. Такую картину она видела впервые. Он окинул Лею ничего не выражающим взглядом, словно она пустое место. Похоже, свою надменность Кир унаследовал от отца.

– Лилия, поужинай с нами, – как всегда, приветливо и вежливо позвала Ирина.

Лея смерила взглядом Кира, который тоже смотрел на нее, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула. Металлический привкус крови снова появился во рту, когда она вспомнила, как вчера искусала щеку на лестнице после инцидента в столовой. Он думает, что Лея нахлебница. Так и быть, пусть засунет это очко3[1] себе в задницу. Сыграем! Направившись к столу, она выбрала самый дальний от всех стул. Сидеть здесь с чужой семьей оказалось жутко неловким. Ее семья никогда не собиралась вот так за одним столом. Сколько себя помнила, Лея всегда ела на ходу, либо прямо из кастрюли.

– Лилия, – осторожно начала Ирина, – я знаю, что не вправе учить тебя, но почему ты работаешь допоздна? А как же твоя стипендия?

Кир поперхнулся.

– Дорогой, ешь помедленнее, – отвлеклась Ирина. От внимания Леи не ускользнуло, что вытерев белой тканевой салфеткой губы, он так и продолжил сжимать ее в кулаке, оставив у лица.

«Да, вот только стипендия будет в конце месяца, а до него нужно как-то прожить», – подумала девушка, но вслух ничего не произнесла.

– Мне не звонили, что ты прогуливаешь или отстаешь, – продолжала Ирина, снова обращаясь к ней, – но твои школьные учителя очень хвалили тебя. Может, все-таки больше внимания уделять учебе? Я знаю, что ты получила высший балл за экзамены и тебя легко с ними взяли сюда... Кирилл, осторожно, ты же так разрежешь тарелку! – снова прервалась она на сына, когда тот что-то разрезал ножом одной рукой, а второй придерживал еду вилкой. Противный звук заставил его родителей передернуться, на Лею же он никак не подействовал. – Итак, о чем это я... Ах, да! Я знаю, что ты умничка и учеба не вызовет у тебя затруднений, но я, как и любая мама, хочу, чтобы дети учились.

Ирина сделала паузу, как будто ей стало трудно говорить.

– И тем более не хочу, чтобы ты тратила все свое время, считая себя должной!

Мама Кира вернула ей деньги, попросив не обижать ее этим. Со слезами на глазах она попросила Лею не беспокоиться о скором переезде, сказав, что она может жить с ними сколько угодно. Тут Ирина запнулась, очевидно, уловив, как напряглись плечи Леи, и чуть подумав, произнесла:

– Пока не почувствуешь финансовую уверенность.

Лея смотрела на конверт со своими деньгами, на котором было написано «для Ирины» и эхом в ее голове звучала фраза: «Как и любая мама, хочу, чтобы дети...»

– Ты совсем ничего не ешь, – снова обеспокоенно заговорила Ирина. – Я решила, что тебе понравятся мои сырники, вот посмотри, сколько я их наделала.

Красиво разложенные сырники идеальной формы были политы черничным сиропом. Ирина их пожарила специально для Леи, хотя для готовки у них был повар. Взяв вилку и нож, девушка отрезала кусочек и отправила в рот. Боже, это было так вкусно, – она в жизни не ела сырников. Лея съела все, что было на тарелке, хоть уже и наелась с первых двух.

От злости не осталось и следа. Она уже не думала ни о Маше и ее лживых умозаключениях, ни о Кире, который на дух не переносил ее присутствия в доме. И внутри нее сейчас были не сырники, а любовь. Вот такая простая, легкая и ничем не обязывающая. Лея это знала. Прямо сейчас она точно знала, что Ирина не взяла ее к себе в дом из жалости и тем более для показухи. Жалость возвышает человека над другими. У этой женщины просто было доброе сердце. Лея никогда не чувствовала любви от своей матери, но Ирина... «Как и любая мама...»

Лея посмотрела на Кира, словно он мог услышать ее мысли: «И как ты не видишь, что она сделала для меня и почему? Это же твоя мама! Ты не понимаешь, как тебе с ней повезло, ведь не все такие». Его брови нахмурились, и он с напряжением выдерживал ее взгляд. Ладони застыли над тарелкой, словно в безмолвной просьбе: «Успокойся». Лея посмотрела на Андрея, затем на Ирину, те тоже в недоумении и с озабоченностью на нее поглядывали. Только сейчас она заметила, что стоит и сжимает кулаки так крепко, что ногти оставили вмятины в ладонях. Ее грудная клетка быстро поднималась и опускалась. Утренний эпизод всплыл в памяти, как поднимается в воде пробка, которую ты пытаешься утопить. Ирина как ошпаренная отшагнула от нее, когда Лея точно так же напряглась от ее возможных объятий. Сейчас мама Кира смотрела на нее точно таким же взглядом, который стал понятен только в этот миг. Ирина тоже стояла. На прямых ногах Лея, с колотящимся сердцем в груди, пошла к ней. Эта женщина не взяла у нее денег, она приготовила ей сырники, приютила в своем доме, перевезла ее с деревни... И Лея точно знала, чем может отплатить сейчас.

Очень грубо, как ей показалось, тяжелыми и неуправляемыми руками она обняла ее. Ирина, видимо, мгновение была в шоке, но потом обняла Лею в ответ и начала плакать. Заметив, что все это время не дышала, Лея шумно выдохнула. Тело обмякло, и она уже не так неуклюже обнимала маму Кира.

– Спасибо, – еле слышно произнесла девушка в небесно-голубом платье, как у куклы.

И стремительно направилась в комнату. Заперев за собой дверь, она обняла свои плечи, чтобы унять дрожь и жадно хватала воздух, но он никак не хотел заходить. Сердце бешено стучало во всем теле, и это не давало никакой возможности успокоить разум. Острыми иглами из-под кожи прорастал страх и разбивал ее сознание на миллионы осколков. Никто ее не касался с тех самых пор, – вот уже пять лет. И это объятие было самым большим, на что она была способна. Ведь Лея не может терпеть прикосновений.

День выдался долгим и эмоционально напряженным, уже два часа она не могла уснуть, безрезультатно ворочаясь в кровати. Она слышала, что Кир уехал в бар с Костей, а его родители улетели ночным рейсом в очередную командировку. Был час ночи, а значит, Кир еще не скоро вернется обратно. Лея чутко спала и всегда слышала, как он возвращался с тусовок. Так ей удалось выяснить, что дальняя дверь, куда подложили наркотики, вела в его комнату. Но своих спутниц он туда никогда не водил, предпочитая соседнюю комнату для гостей, как и в тот раз, когда его арестовали. Специально, чтобы Лея слышала? Она помотала головой, мол: «Зачем вообще об этом думать?» Встала с кровати и переоделась в белое шифоновое платье с клиновидной юбкой, которое купила специально для своих занятий. Против избытка чувств у нее было безотказное оружие.

На заднем дворе свет был выключен, вода в бассейне красиво отражала сияние луны. Почему-то камер в этих домах не было. Видимо, богатый район не предполагал краж среди своих, а, чтобы въехать на его территорию, нужно предъявлять пропуск на КПП, либо звонить в охранный центр и говорить, чтобы пропустили кого-то. Еще в самый первый раз, когда увидела этот двор, Лея обратила внимание на подиум – мини-сцену в тени деревьев. Надев свои старенькие пуанты, она забралась туда, и, проведя носком по поверхности, убедилась в гладкости покрытия.

Лея долго смотрела на свой телефон – подарок Ирины, когда они еще пожили какое-то время в гостинице перед тем, как прилететь сюда. «Будь всегда на связи и звони по любым вопросам. И с поступлением в университет!», – сказала она ей тогда. Ирина помогла уладить все формальности с зачислением и отправкой документов. После всего случившегося Лея, как язык проглотила, не могла и слова вымолвить. Как будто мозг забыл, какие его отделы в этом процессе участвуют. Но сегодня она наконец-то сказала ей «спасибо». Вспомнив ужин, девушка крепко сжала телефон в руке, словно через этот жест благодарила Ирину снова. И улыбнулась от мысли, что может в любой момент слушать музыку, хотя в основном смартфон служил для учебы и выхода в интернет.

Включив трек и надев наушники, она встала в третью позицию и полностью погрузилась в музыку и в свое тело. Каждое ее движение было наполнено звуками мира, который она чувствовала и с которым вела свой молчаливый разговор. Ее полупрозрачное белое платье струилось при каждом шаге и мягких прыжках. Гибкие ноги поднимались до самой головы, словно расставляя точки на рисунке танца. Каждое движение было то плавным, то резким. Это был балет, но не в классическом исполнении, не было заученных и выточенных па, – на заточку движений у нее не было времени. Лея двигалась так, словно выражала своим рваным танцем то, о чем молчала, позволяя своему телу рассказать все этой темноте.


***

Бегать в кроссовках было намного удобнее, чем в кедах. Вот уже три недели здесь она каждый день вставала в пять утра на пробежку. В деревне Лея тоже бегала по утрам вокруг огромного поля, зная там каждую болотную кочку. Сейчас она бежала по асфальтированным тротуарам элитного района, наслаждаясь легкостью каждого шага. Кроссовки она купила себе того же бренда, для рекламы которого позировала в первый день в агентстве. Тогда ей подарили все костюмы, в которых она снималась, и сегодня надела топ и лосины цвета хаки.

Вернувшись с тренировки, она остановилась, как вкопанная перед лестницей. Темные, словно горький кофе, глаза пригвоздили ее к этому месту. Кир почему-то встал сегодня в такую рань и, видимо, был тоже озадачен, зачем Лея так рано проснулась. Смерив ее медленным сканирующим взглядом, он чуть задержался на полоске ее живота, блестящей от пота. Ноготь большого пальца вдавился в центр сжатого кулака, удерживая девушку от закатывания глаз и язвительных слов, что жгли язык. Может, пожелать доброго утра? Ага, еще чего! Стараясь двигаться плавно, она побрела по лестнице, борясь с желанием побежать.

Кир уже выходил, когда Лея топала по лестнице своими массивными ботинками-берцами почти до самых колен, что привлекло его внимание и заставило обернуться. Похоже, что ее наряды подпитывали его ненависть к ней, потому что он скривил губы от ее черного платья «Лолиты» с пышной юбкой и рюшами. Наглухо застегнутый воротник-стойка вдруг сдавил горло от его злого взгляда, и она с трудом делала вдох. Девушка уже привыкла, что все пялятся на нее в университете, но Кир всегда как будто кричал: «Ты что, серьезно в этом выйдешь?»

Ага, еще как!

Снаружи заревел мотор его «Мустанга», такого же черного, как весь гардероб этого парня. Наверняка душа у него была такого же цвета. Убедившись, что Кир уехал, Лея решила выпить чашку кофе. В последнее время со сном были большие проблемы, а ей нельзя быть сонной мухой. А) У нее теперь работа модели. Б) Быть всегда начеку. Она уже подходила к кофе-машине, как ее взгляд привлекла копна рыжих волос. Подойдя к журнальному столику, где еще стояла чашка недопитого кофе Кира, девушка увидела на айпаде пару зеленых глаз, которые посылали на этот мир проклятие. Схватив планшет, Лея дотронулась до своих пальцев на снимке.

Съемка в лесу выдалась потрясающей. Женя нарядила Лею в зеленое бархатное платье с золотой шнуровкой спереди и лазала по деревьям вместе с ней, чтобы лучше поймать ракурс и свет. Здесь она была точно настоящая ведьма, жест ее руки направлялся вперед и чуть в сторону от объектива, смотрела она вдаль. Ветви деревьев разрезали снимок, как защитная клетка, которой Лея управляла. У нее что, всегда такое выражение лица? Как будто говорящее: «Не подходи, если не хочешь сдохнуть». Утончающиеся к краям губы рисовали линию, как у грустного смайлика. Казалось, что этот рот вообще не умел улыбаться, потому что мышцы атрофированы. Зато на втором снимке она лежала на большом валуне, и солнечные лучи согревали фарфоровую кожу. Ее лицо был направлено в их сторону, а взгляд полон мечтательности, словно она просила солнце о чем-то сокровенном. На самом деле тогда она залюбовалась какой-то красивой птичкой, и Женя успела ее сфотографировать.

Все вокруг пялились на ее наряд, когда она во время большого перерыва шла в столовую. Девушка прибавила громкость музыки в наушниках, как будто это могло укрепить ее броню. Проходя мимо того места, на котором случился эпизод недельной давности, она переключила трек, и еще раз прокрутила его в голове.

Тогда Лея шагала по этому коридору в фиолетовой юбке-пачке и в этих же ботинках. Был знойный день, поэтому джинсовую куртку она сняла, оставшись в белом топе. Маша, завидев ее наряд, фыркнула и побежала к Киру со своим телефоном, с таким видом, будто нашла что-то возмутительное и непременно хочет об этом сообщить. Наверняка она увидела новости агентства о том, что с Леей хотят заключить контракт, и побежала обсуждать с ним очередную хрень про то, как Лею туда пропихнули. Но Кир неожиданно резко свернул в ее сторону, не дав даже раскрыть рта Маше. Он направлялся прямо на Лею в своей графитовой по фигуре футболке и сто первых черных брюках, глядя прямо в глаза. Инстинктивно напрягаясь всем телом, Лея выключила музыку, готовая уже дать отпор. Ее ботинками, если что, можно было убить, – они весили по два килограмма каждый.

Кир поравнялся с ней, и Лея пришла в замешательство от его серьезного выражения лица.

– Какая твоя любимая песня? – спросил он. Без капли приветливости. Почему он все время разговаривает так, как будто раздает команды?

Ее бровь слегка дернулась вверх от неожиданного вопроса, и она ответила первую пришедшую ей в голову песню, которая играла в голове несколько дней:

– «Another love»4[1].

Так же стремительно он развернулся и пошел прочь, пока Маша кричала ему вдогонку:

– Какого хрена ты сказал ей? – было такое чувство, что тональник на ее лице сейчас треснет, как и самообладание.

Очень медленно Кир повернул к ней голову и посмотрел так, словно она была вымазана в дерьме. Его низкий голос отбивал каждое слово:

– Сделай одолжение. Отстань от меня.

Маша удивленно открывала и закрывала рот, напоминая рыбу, но так и не смогла ничего ему сказать. Лишь смотрела вслед его удаляющейся фигуре, а потом метнула гневный взгляд на Лею. В наушниках заиграла песня «Another love», и она мысленно начала под нее танцевать, как накануне ночью.

С тех пор Маши в коттедже не было, хотя Кир все равно был в компании элиты. И сейчас тоже, развалившись на стуле, прожигал спину Леи, пока она покупала греческий салат и запеченную грудку. Наслаждаясь уединением изгоя, рядом с которым никто и никогда не сядет, она смотрела на пустое место напротив себя и ковыряла вилкой еду.

Ход ее мыслей о предстоящей сдаче эссе оборвала Маша, усевшись на пустующий стул. Никто не сомневался, что мисс-стерва не оставит выходку Кира без внимания. Это был лишь вопрос времени. Игра началась. Лея исподлобья посмотрела в надменное и насмехающееся лицо Маши, и с усталостью подумала: «Сначала сад, потом школа, теперь универ...»

– Слушай, мы тут поспорили с Леной, куда ты собралась в таком наряде, – она посмотрела на «свой столик», где сидела вся элита. – Лена говорит, что ты пошла подрабатывать эскортом, а я говорю, что тебе ведь хорошо платят в модельном, зачем тебе подрабатывать? – и она состроила самое невинное выражение лица, словно она ее лучшая подруга и защитница. – Очевидно же, что ты там и так только через постель.

Лена засмеялась за соседним столиком со своими «подружками». И Маша тоже залилась наигранным смехом, ядовито добавив:

– А что же скажет твоя мамочка? Или ты вся в нее?

– Она умерла.

Поднявшись, Лея вышла из столовой легко и беззвучно, словно призрак, парящий над полом. Оставляя после себя цепенящий холод в телах всех, кто был свидетелем сцены.

Ей нужно было на воздух. И она покинула здание через главный выход. В пятидесяти метрах от университета она остановилась на площадке для курения, где дымило много студентов. Горько усмехнувшись, Лею позабавило, что ее мозг не нашел лучшего места: «Все верно, я достойна дышать только отравленным воздухом, прямо как в детстве». Перед ее глазами вспыхнула картина, как ненавистное лицо выдувает прямо в глаза и нос табачный дым.

– Извини, это было тупо.

Девушка не сразу разглядела лицо Кира под слоем своих воспоминаний. Он пошел за ней? Лея этого даже не заметила.

– Я сочувствую насчет твоей мамы, мне жаль, – как будто искренне добавил он. И снова стали заметны темные круги у него под глазами.

– Мне лишь жаль, что не я поднесла спичку.

## Глава 4.

– Эй, только не трахайтесь в моей комнате, – проорал Кир со стороны лестницы.

– Ну, Кир, будь лапочкой, хоть в свой день рождения, – парировал Костя.

– Говнюк.

Лея слышала удаляющиеся шаги Кира по ступенькам. Костя же выбрал гостевую комнату –соседнюю от спальни хозяина, позлив только на словах. Безрадостное времяпровождение и блуждание по памяти подтолкнули ее выйти из своей комнаты и посетить вечеринку. Это намного лучше, чем смотреть на призраков прошлого и скелетов в шкафах. Может, там внизу будет торт по такому случаю.

Никто не доставал ее уже целый месяц, и это бесило почему-то больше, чем выходки Маши. Одногруппники делали вид, что она не существует. Не то, чтобы раньше было по-другому. Просто сейчас они стали отворачиваться каждый раз, когда Лея входила в аудиторию. Как будто обратятся в прах, если просто взглянут на нее. Девушка чувствовала себя от этого только более неловко. Зато в модельном агентстве команда ассистентов и инструкторов подобралась просто потрясающая. Конечно, в самом начале было трудно. Лее приходилось преодолевать себя каждый день, чтобы демонстрировать то, чему обучалась на тренингах. От управления мимикой до дефилирования. Зато подобные вызовы начисто стирали память о том, кто она.

– Ты либо делаешь, либо не трать время ни свое, ни наше, – сказала ей тренер, когда Лея отказалась рычать.

Смысл был в том, чтобы научиться передавать эмоции через снимки. Для этого всех моделей собрали в просторном помещении. Серые стены, казалось, бездушно смотрели, как девушки представляют голодающих котят, чтобы выразить на лице печаль. И как потом вспоминают лучшие моменты из жизни, чтобы изобразить радость.

– Вы любите этот мир. Покажите мне солнце, – подбадривала тренер.

У Леи таких воспоминаний не нашлось, но она подсказала ей представить играющих котят. Пришлось выдумывать солнечный пляж, добавить туда ларек с самым вкусным мороженым и играть с несуществующими котятами. А вот ларек с мороженым, кстати, очень даже существовал. Она обнаружила его, когда вышла из автобуса, и Женя позвонила ей, чтобы сообщить о сотрудничестве. Мама купила мороженое маленькому мальчику, и тот с радостной улыбкой поблагодарил ее. Лее никто не покупал мороженое. Более того, она ни разу его не пробовала. Попросив продавца сделать такое же, Лея надкусила красивую завитушку в рожке и переместилась в рай от этого блаженства. Ее счастье от полученной работы было со вкусом мяты и шоколада.

Но когда тренер сказала изобразить злость и рычать, Лея в упор молчала и разглядывала ее красные туфли. Внутри бушевало торнадо из чувств, но никто, конечно, этого не понял. Слишком много боли, чтобы суметь ее выразить. Слишком много ненависти, чтобы дать ей выйти. Слова тренера привели девушку в чувства. Действительно, она уже здесь. Холод нарисовал кривую линию на ее лопатке, спускаясь вдоль позвоночника. Вкус крови и вид остекленевших голубых глаз скелета из шкафа направили боль в ярость. Ее рык отражался эхом от стен. Взгляд тренера напоминал глаза животного, знающего, что сейчас наступит его конец. Еще мгновение она была в оцепенении, пока тело Леи содрогалось, будто от холода. Но потом пришла в себя и зааплодировала.

Вот только в тишине своей комнаты Лея не была такой сильной. Здесь никто не бросал ей вызов. И только ее собственное молчание знало, кто она.

На вечеринке по случаю дня рождения Кира собралось человек сто. Сам он играл в бильярд, метко загоняя шары. На черной футболке-оверсайз большими белыми буквами пестрила надпись: «A life is a moment»5[1]. Виделись они в этом месяце очень редко. Кир почти никогда не бывал дома, да и Лея сразу же после учебы ездила в агентство. Взрослые игры за стеной прекратились, а между собой они продолжали играть в «Я тебя не знаю». Иногда Лее казалось, что Кир ее избегает. В университете он нередко куда-нибудь сворачивал, как только ее увидит. Похоже, он так и не примирился с тем, что девушка живет в его доме, и видеть ее еще и в универе было выше его сил.

Паспорт она наконец-то получила и подписала контракт с модельным агентством. Лея все еще подыскивала подходящее жилье, но объявления очень быстро уходили в архив, либо она попадала на агентства недвижимости, с которыми больше иметь дело совсем не хотелось. Клюнув на их предложение о подборе жилья, Лея впустую отдала деньги при заключении договора, но квартиру ей так никто и не нашел. На работе ее весь октябрь обучали, так что получила она только оклад. От заработанных денег с рекламы уже оставалось не так-то много. Так что мистер-бессердечность был вынужден терпеть ее еще какое-то время.

Подойдя к столу, где было множество закусок, Лея, конечно же, не обнаружила там никакого торта. Тогда со скучающим видом она начала разглядывать присутствующих. Ее взгляд остановился на том парне, которого она здесь завалила. Тот уставился на ее оверсайзную футболку-бра мятного цвета. Под низ Лея надела короткий белый топ, который, подчеркивал ее тонкую талию, несмотря на спортивные трикотажные шаровары оттенка пепла, завязанные узлом на поясе. Правда, в этот раз штаны были ее, но все равно, велики на три размера. Привычка кутаться в мешки ещё осталась.

Лея отвернулась, закатив глаза, и поняла, что Кир ее заметил. Одним своим глазом он наблюдал за ней, второй же был закрыт челкой, словно вороным крылом. И что он так смотрит на неё? Неужели думает, что Лея опять на кого-то набросится. Тоже мне надзиратель! Много же он понимает. Мысли о матери заставили ее нахмуриться. Торта нет, выпивка неинтересна, – расходимся. Она уже почти поднялась на второй этаж в темноту коридора со спальнями. Но резко развернулась, готовая нанести удар.

– Эй, – окликнул ее Кир. Даже сквозь орущую музыку его голос звучал громко и властно.

Лея молчала, оглушенная ударами своего сердца. Тогда он нагнал ее, поравнявшись ступеньками, отчего девушка вся вжалась в стену. Приняв позу загнанного животного, который был готов в любой момент убежать, она чувствовала его опасную близость. Все тело напряглось, Лея выставила между ними свое плечо, поднятое до самого подбородка, и развернулась в направлении комнаты.

Кир заметил это движение и вскинул бровь, чуть отведя корпус назад. Руки его были в карманах, и Лея видела даже в таком мраке его татуировку.

– Никто не уйдёт с моей вечеринки, пока не вручит подарок.

Лея закусила нижнюю губу, чтобы не засмеяться. Кир всерьёз решил, что она вышла его поздравить?

– И как? – по его замешательству Лея поняла, что он не умеет читать мысли. – Ну, подарки. Много там полезного?

Она хотела добавить: «У тебя же все есть». Но благоразумно промолчала. На удивление Кир понял, куда она клонит, и холодно заметил:

– Есть вещи, которых за деньги не купишь.

– И что же это?

Молчание. И кто ее тянул за язык? Просто любопытно, чего не хватает такому, как он.

– Лилия, – неожиданно произнес он насмешливо.

– Лея, – слишком резко ответила она, фыркнув.

– Лилия, – проигнорировал он и поднялся на ступень выше. Парень был очень высок, а теперь и вовсе навис над ней, преградив заветный путь к отступлению. Машинально она сдала назад, выбрав другой путь. Кровь уже усиленно прилила к ее конечностям. Кир пошатнулся, как будто упёрся в невидимую стену. И без того хмурый вид, теперь стал еще мрачнее. Сквозь свое участившееся дыхание Лея услышала его ухмылку:

– Подарок подаришь позже, – и, понизив голос до гробового хрипа, добавил, – я попрошу его у тебя, когда будет нужно.

Смерив ее своими черными глазами, которые в этот момент казались еще темнее, Кир спустился вниз, бросив на пролёте:

– 1:1.

Лея выдохнула весь воздух из лёгких и ушла в комнату, замкнув дверь. Вот идиот.

Внизу заиграла какая-то совершенно отвратительная песня, и у Леи вырвался стон неодобрения. В раздражении она схватила телефон и воткнула наушники. По ее ушам приятно разлилось пение Джизуса:


«Подойди ко мне, я расскажу тебя,

Я знаю, что тебе так не хватает...»


Только она захотела подпеть:


«Ты знаешь, что мне некуда идти,

Я знаю, что мне не понять тебя,

И мы с тобой один отрывок на двоих,

Так что позволь мне оставить свое дыхание...

С тобой...»6[1]


Как скорее почувствовала, нежели услышала и увидела, врывающихся в комнату двух парней. Лея выдернула наушники и достала из-под подушки свой нож-бабочку, изящным движением его раскрыв. Что было кстати, потому что она успела полоснуть руку парня, который пытался на нее навалиться. Тот отпрянул с диким криком и матом. Второй напал на девушку, и она начала защищаться от него, уворачиваясь и отбиваясь, как получалось.

Лезвие полоснуло что-то еще, но в суматохе было непонятно. И даже это не давало никакого преимущества, – их было двое. Пока она пинала одного, второй ударил ее по предплечью с такой силой, что нож полетел к стене. Лея пнула ему между ног, но не сильно задев, т.к. другой парень успел ее бросить на кровать. С двух сторон они налетели и всей силой своего веса вжали ее в матрас. Тело забилось в неконтролируемом приступе дрожи от их касаний. Кричать было бесполезно, – это она прекрасно знала. Потому что даже вдох перестал поступать, словно в ее горле застрял резиновый мяч. И она снова и снова летела в чёрную пропасть, пробивая дно за дном.

Из темноты оцепенения ее вытащил звук удара и резкая лёгкость в теле. Осознав, что одна ее рука освободилась, она двинула ей в нос тому, что отвлёкся на происходящее с партнёром. Лея не поняла, кто ее спас и разбирался с одним из этих типов. Но смогла распознать бледное, словно полотно, лицо Кира, который в долю секунды телепортировался с порога комнаты к ее кровати. Схватив за футболку, он поднял второго и отшвырнул в сторону выросшего в дверях Кости. Тот выставил ногу, и парень налетел животом на его кроссовок.

Лея инстинктивно бросилась к ножу, воздух так и не хотел входить в ее грудь, и дрожащими руками ей удалось схватить оружие. Мозг лихорадочно стал прикидывать, как ей сбежать и куда. Проход загораживало пять парней, оставалось окно. Соображала она плохо, но почувствовала реакцию Кира, который пытался понять, что здесь произошло. Он посмотрел сначала на неё, затем на окровавленную комнату, на нож, и бросился на двух подонков с яростью льва. Это ее вмиг отрезвило. «Ты его убьешь», – промелькнуло в уме девушки. Или это произнес Костя, который оттаскивал Кира от кровавого месива вместо лица одного из типов. Вырвавшись из хватки Кости, он налетел на второго, вцепившись в горло и пригвоздив к стене. Только сейчас Лея увидела того, кто первым ворвался в комнату и спас ее. Парень с длинными каштановыми волосами вместе с Костей пытался усмирить Кира.

Когда же им это наконец удалось, Кир сел и схватился окровавленными руками за лицо, переводя дыхание и приходя в себя. Лея навела нож, когда патлатый подошел к ней. Парень говорил какие-то утешительные слова, смысл которых до неё не доходил, типа:

– Все хорошо, ты в безопасности, больше никто не причинит тебе боль.

До неё донёсся сквозь гул в ушах железный тон Кира, словно вытаскивая ее со дна колодца:

– Ушли отсюда все.

Когда ее спаситель поднялся и побрел прочь, Лея заметила, что те двое напавших исчезли. Кир посмотрел на выкрученный замок, сжав ручку двери до побелевших костяшек, и добавил:

– Костя, скажи, чтобы все выметались нахрен!

Выудив из кармана вейп, он окровавленной рукой поднес его к губам и глубоко затянулся. Кир так и остался стоять в дверях, пока все гости до единого не покинули коттедж.


***

Выйдя из автобуса, Лея мрачно окинула домики в глубине леса. Эти особо деятельные – из студенческого «Профкома», решили организовать выезд по случаю Хэллоуина, и всех первокурсников вывезли на турбазу за городом. В автобусе ей повезло сидеть одной, но в домике придется ночевать с кем-то из сокурсниц. Тяжело вздохнув, она направилась к главному дому, где уже выстроилась очередь из студентов для заселения.

Ее соседка оказалась молчаливой особой, и Лея заметила, что на тумбочку девушка выложила книгу Чака Паланика «Уцелевший». Она привезла с собой книгу. На вечеринку. Отлично, может, и нечего опасаться, что та будет пытаться заводить с ней дружбу и ночные разговоры. Оставив рюкзак на своей кровати, Лея вышла на улицу.

Погода была очень приятной, несмотря на то, что уже смеркалось. К постоянному теплу здесь, девушка так и не привыкла и сейчас поругала себя, что не оставила кожаную косуху в домике. Из толпы студентов в футболках только ещё один человек выделялся, кто тоже был в кожаной куртке. Кир. Лея поджала губы и положила ладони в карманы своих чёрных скинни. Он что, издевается? Почему он одет так же, как она? Как будто прочитав ее мысли, Кир повернул голову и сразу же нашел ее взгляд. Он как-то странно посмотрел на неё, словно ожидая чего-то. Всем своим телом Лея ощутила неловкое чувство в районе груди, которое вот-вот должно было приобрести какую-то словесную форму. Она даже собралась сделать шаг вперёд, но в этот момент перед ней вырос длинноволосый парень.

– Привет! Как ты?

– Привет! Все хорошо, – тут до неё дошёл смысл этого чувства. – Спасибо за то, что ты оказался рядом и не прошел мимо.

– Разве такое возможно?

Лея сжала челюсть, на миг выпав из реальности и снова проваливаясь в бездну.

– Ты в любом случае молодец, что приехала, я переживал за твое состояние.

Заметив, что Лея не собирается отвечать, парень протянул руку:

– Я Ваня.

– Лея, – не пожав, ответила девушка, как всегда, бесконтрольно содрогнувшись всем телом.

– Еще увидимся! – доброжелательно сказал Ваня и удалился к ребятам, которые сооружали кострище.

Картинка начала проясняться и туман воспоминаний рассеиваться. И первым, кого она увидела, был Кир. Его хмурый взгляд провожал Ваню, Костя что-то сказал и получил за это в живот. Не сильно, потому что блондин закатился в приступе смеха. Очевидно, он опять неудачно пошутил, и Лея прочитала по губам Кира: «Придурок».

Вчера, когда все покинули коттедж, Кир вышел из ее комнаты, и только тогда Лея смогла успокоиться и нормально дышать. Она так и осталась сидеть на полу, глядя на свой нож и прикидывая, что нужно бы обзавестись несколькими и тренироваться ещё более усиленно. Причём с завязанными глазами и заткнутыми ушами. Уборщица застала ее спустя час все на том же месте. И пока она меняла постель и смывала с пола кровь, Лея не сдвинулась, продолжая упрямо теребить лезвие «бабочки», как будто в нем сокрыты все ответы мира.

Кир появился, когда уборка была окончена, и всучил женщине пачку денег. Видимо, чтобы не рассказывала родителям. На тот момент минуло уже четыре утра. Решив, что спать уже нет смысла, Лея отправилась на пробежку, после того, как смыла с себя кровь и переоделась. Спустя два часа, когда она вернулась, ей поставили новую дверь с надежным замком. Кир сразу же уехал, как только проводил мастеров по установке. Куда он собрался в такую рань, было непонятно. Но в универ он уже приехал в другой одежде, сменив спортивную, в которой был, на привычную классику в черных тонах. Во время лекций Лея выбрала себе несколько ножей разной длины и функциональности в интернет-магазине.

И сейчас, стоя посреди леса и сжимая в кармане «бабочку», она никак не могла решить, нужно ли ей благодарить Кира? Его друзья сделали это на его собственной вечеринке. Может, конечно, и не друзья. Но он ведь ее ненавидел. Наверняка скоро предъявит счёт за дверь и за уборщицу, кинув что-то вроде: «От тебя одни проблемы. Выметайся уже».

Сейчас счёт «1:2». «Только не думай, что это что-то меняет».

– И не думаю, – прошептала Лея.


«И даже если я шагаю криво

Ещё совсем не значит, что я шагаю налево»


Возле еще не разгоревшегося костра, Ваня играл на гитаре какую-то забавную песню7[1]:


«Грустно на афтепати

Я опять не в духе

Без тебя одни страдания и муки»


К нему начали подсаживаться девчонки, подхватив припев. Да и в целом атмосфера стала приобретать оттенки веселья. Кто-то уже успевал втихаря смешивать напитки. То тут, то там собирались кучками и вели оживленные беседы. Костя уже нашел себе спутницу на вечер. Соседка Леи с безразличным видом стояла на балкончике их домика, видимо, не горя желанием присоединиться к движухе. Ну, а Кир... Это Кир. Словно мрачная фигура князя тьмы он подпирал фонарный столб и с недовольной физиономией обозревал всех собравшихся.

Ваня заиграл песню, которую Лея узнала по первым нотам. Lady Gaga и Bradley Cooper «Shallow». Голос у него был низкий и партию Купера спел хорошо, а вот Гаги не вытянул. Закусив губу, чтобы не начать подпевать, Лея почувствовала на себе тяжелый взгляд Кира, и поспешила отойти, чтобы убраться с его поля зрения.

Официальная часть ещё не началась, т.е. пьянка, и профкомовцы начали проводить конкурсы. Лея никогда не понимала этого прикола и участвовать не хотела. Но перед одним конкурсом ведущая на сцене спросила: «Нам нужны самые сильные. Кто это?»

Маша выкрикнула, что это как раз подходит Лее.

– Мужланка! – презрительно фыркнула блондинка.

Похоже, жизнь ее ничему не учит, и она снова надеется, что Лея облажается. Почему-то выходки Маши подстегивают Лею на смелость, и она, не задумываясь, вышла на сцену. Как только она поднялась, то увидела, что Костя тащит за собой Кира. И вот на сцене уже стояло шесть человек. Четыре парня и две девушки.

– Ну, что ж, посмотрим, кто из вас самый сильный и простоит в планке дольше всех.

Лея, привыкшая к отжиманиям и всякого рода планкам, даже бровью не повела. Кир, как всегда, стоял с лицом страшнейшей скуки. А Костя азартно потирал ладони, словно ребенок. И бросил ему:

– Посмотрим, кто кого!

По сигналу Лея приняла положение высокого упора, и началось соревнование. Прошло секунд двадцать, и другая девушка уже упала. Через минуту выбыл какой-то парень. Их осталось четверо. После третьей минуты Лея начала чувствовать в запястьях боль. Сильнее подкрутив таз, она оттолкнулась пальцами от пола, раздвигая лопатки, и просила себя дышать. Через четыре минуты их осталось трое. Затем миновало пять.

– Так, ребята, давайте-ка мы усложним, – озадаченным голосом прервала выкрики толпы ведущая, – а то на другие конкурсы не хватит времени! Уходите ниже, – сгибая локти.

Лея вышла в нижний упор, мышц она уже почти не чувствовала, но проигрывать не хотелось. Студенты скандировали их имена, разделившись на три лагеря. Через какое-то мгновение Костя лёг и засмеялся. Кир буркнул, сумев даже в таком положении повернуть к нему голову:

– Какого хрена ты творишь?

По смеху Лея поняла, что Костя просто оставил их соревноваться вдвоем. Но зачем?

– Слушайте, я не хочу, чтобы эта битва заканчивалась, – сказала ведущая, обращаясь к толпе. Имя Леи стало звучать громче. Видимо, людям нравилось, что девчонка противостоит парню. – Я не хочу, чтобы все было банально! Так что у нас будет два победителя. И стоп!

Опустив колени, Лея села на пятки, проведя тельной стороной ладони по лбу. Кир даже не запыхался, и она почувствовала, что все равно проиграла. Сколько же силы в мужском теле. Без того горькая слюна от этой мысли стала ещё противнее.

– Мы вручаем победителям по мороженому!

И ведущая тихо добавила, чтобы услышала только они:

– Кому какое? Одно с изюмом, одно без.

– Без разницы, – ответил Кир, и ему вручили мороженое с изюмом.

Трясущимися руками Лея несла свой выигрыш и шагала к костру. Ребята пели песни под гитару, образуя большой круг. Ваня успевал петь и улыбаться ей. Наливая себе пунш из огромного чана, Лея услышала позади себя плевки. Кир стоял с пластмассовым стаканчиком за ней, чтобы тоже наполнить его напитком, и выплёвывал из мороженого изюм. Прежде, чем подумать, Лея произнесла:

– Ты мог бы выбрать другое мороженое, зачем согласился?

– Сказала та, что хотела спеть, – парировал он.

Чего? Как он понял, что ей хотелось подпевать Ване партию Гаги? «1:3». Ее подарок, спасение и его наблюдательность... Или уже «4»? Еще ведь установка двери. Уставившись на его сбитые костяшки, Лея наблюдала, как он поварёшкой зачерпывает жидкость и наполняет стакан. Вмиг вспомнилось его разъяренное лицо и невероятная сила его мускулистого тела, когда он обрушился на тех типов и чуть не забил их до смерти. «Словно скала», – промелькнуло в уме девушки, когда она исподлобья заметила широту его плеч. Сколько за этой вечно недовольной физиономией скрыто энергии? Лея и не думала о том, что он хотел ее спасти и действовал из благих побуждений. Закрыв глаза, она вспомнила лицо матери. Нет. Этот парень без труда простоял в высокой и низкой планке, даже говорить умудрялся и ни капли не вспотел. Хоть прямо сейчас его можно было фотографировать и выставлять на обложку журнала.

И пока она вглядывалась в его точеные скулы, до неё вдруг дошло. Внутри этого парня есть огромный огненный шар. Просто колоссальное количество жизненной силы, ярости и агрессии, которую он не может сдерживать. Но подавляет. Зачем? А точнее, почему? Лея положила на стол рядом с чаном своё нераскрытое мороженое:

– «1:3», – он все равно победил.

– «2:2», – и ушёл, оставив ее мороженое и продолжая выплевывать изюм из своего.

«Спасибо», – подумала Лея. Но не за то, что он ее спас, а за то, что избавил от ощущения, что нужно сказать это. «Только не думай, что это что-то меняет». Насколько же сильна его ненависть к ней? Он решил скостить, кто кому должен, и сравнять счет, чтобы лишний раз показать свое превосходство? Посмотри, я мистер-великодушие, но ты для меня подобна этому изюму. Его дурацкую игру Лея совершенно не понимала.

## Глава 5.

Лея сидела на бордюре и изучала свой график в еженедельнике. Площадка для курения была наполнена студентами, которые стояли кучками, и дымили во время большого перерыва между парами. Огибая собравшихся, к ней шел Ваня. Несмотря на жаркий день, одет он был во все черное. Такие же ботинки, как у Леи, были украшены декоративными ремнями. Торбу с «Misfits»8[1] он нес в руке, цепь на черных джинсах и ремень на косухе позвякивали от его движений.

– Привет! Как дела? Кажется, я позавчера весь голос посадил, пока играл на гитаре под визг девчонок, – и с наигранной обидой добавил, – но тебя там не было.

– Привет. Я не выспалась, поэтому ушла пораньше в домик.

– Ты пропустила все веселье. Похоже, песней «Never say never»9[1] я свел, словно купидон, множество сердец, – с иронией произнес Ваня, – когда все танцевали медляк.

Лея хотела ответить: «Не сомневаюсь», представив, как Кир танцует с очередной расфуфыренной девчонкой, но сказала лишь:

– Отличный выбор песни.

– Ты придешь завтра к Кристине? Она закатывает супер-вечеринку в своем особняке.

Снова вечеринки.

– Кто такая Кристина?

– Она классная. Тоже из богатеев, но не ведет себя, как большинство из них, – он исподлобья посмотрел в сторону входа в универ, и Лея проследила за его взглядом. Кир, накидывая капюшон черной толстовки, двигался в их сторону, чтобы покурить свой вейп. И как ему удается даже в такой одежде выглядеть круто? Об этом свидетельствовали сворачивающие головы девушки, пока он шел к ограждению. Усевшись на него, Кир закурил свою желтую дудку. Даже за пятнадцать метров от себя Лея почувствовала его сносящую все вкруг энергию.

– Я не хочу.

– Да пойдем, у нее всегда весело и играет нормальная, – подчеркнул он с заговорщическим выражением лица, – музыка.

– Ох, ну если только нормальная музыка! – подыграла она ему с интонацией и тем самым привлекла внимание Кира. – Посмотрим, сейчас мне пора идти.

По дороге до кабинета Лея вспоминала то, что было ночью. Ирина улетела в другой город, а Андрей в другую страну, чтобы лично проанализировать объект для инвестиционных вложений. Поздно ночью он позвонил Киру по видеосвязи. Кто-то слил в интернет, что Кира арестовали за наркотики. Несмотря на то, что его отпустили, сплетни пошли о залоге. Многие считали, что богатым все сходит с рук из-за денег. Конечно, такие новости не могли не задеть репутацию крупного бизнесмена и инвестора, как отец Кира. Маму же Кира где-то обвинили в том, что она спасает наркоманов, потому что ее сын один из них. Именно поэтому гениальный врач-нейрофизиолог постоянно занимается благотворительностью. Лея пожаловалась на автора статьи, и к своему успокоению, увидела, что не одна поставила «дизлайк».

Перед отъездом на конференцию Ирина успела поговорить с сыном. Лея случайно подслушала их разговор. Кир даже не стал оправдываться. Но, тем не менее, эта добрая женщина сердечно обняла его на прощание:

– Кирилл, я знаю, что ты ни в чем не виноват. Прошу только не устраивай бойню с клеветниками. Будь выше этого.

– Но они написали про тебя всякую херню! – взбешенно сказал он. На бойню Лея пошла бы с ним.

– Это неважно, папа уже решает вопрос. Главное, что ты знаешь правду.

Андрей же отреагировал иначе. Их звонок по видеосвязи вчера вывел Кира до точки кипения. Похоже, что напряжение от клеветы его семьи сказалось на парне, каким бы невозмутимым он ни был в универе. Кир так кричал, что гудели все стены в доме. До комнаты Леи доносились лишь обрывки:

– Ты думаешь, я конченый идиот?! – вопил он с первого этажа.

– Ты ребенок! – услышала Лея срывающегося на крик Андрея. – Повзрослей уже.

Дальше разобрать не удалось, но после фразы:

– ... вижу, что ты ничто без меня, – Кир разбил ноутбук о стену, судя по звуку.

Лея никак не могла уснуть, удивленная тем, что даже такие люди могут ругать своих детей, хотя Кир уже взрослый. Воспоминания сами уносили ее в раннее детство. И девушка пыталась воспроизвести в памяти, что бы ей хотелось в те моменты, когда старшие на неё орали и ругали. Выйдя из комнаты, Лея увидела, что Кир стоит на лестничном пролете возле панорамного окна в два этажа и курит. За окном лил дождь, в коттедже свет нигде не горел и сейчас силуэт парня вырисовывался во мраке. Кожей Лея почувствовала его напряжение и просто молча села в углу, обняв колени. И тоже начала смотреть в окно.

Заметив ее присутствие, плечи парня как будто поднялись сильнее. Но Кир продолжал стоять и с места не сдвинулся, даже не посмотрел в ее сторону. Казалось, что ее присутствие только усугубило его раздражение, и он более резко стал втягивать жижу. Но Лея не обращала на это внимание, мысли ее были далеко в детстве. Она сидела в своей темной комнате ребенком, ее плечи содрогались от беззвучных слез и холода под ругань из-за стены.

Докурив, Кир сел напротив, облокотившись о перила спиной. В темноте его незабитая рука светилась, и можно было увидеть очертания мышц. Густая челка закрывала полностью его лицо, руки он сцепил перед коленями. И они сидели так, каждый в своем молчании.

Лея закрыла глаза, представила свою детскую комнату и мальчика напротив с черными волосами. Словно две параллельные вселенные соприкоснулись на миг, и она ощутила ту поддержку, в которой так нуждалась. Как будто маленькая девочка была тогда не одна.

А потом Кир ушёл. Совсем, вернувшись только под утро. Его шаркающие шаги нарушили чуткий сон Леи. И по его медленному передвижению она поняла, что Кир очень устал и еле волочил ноги.


***

Вечеринка была шумной. Все приглашенные входили сразу же во двор, и Лея первым делом увидела пенное шоу в бассейне. Студенты, как обезумевшие дети, кидались и обтирались пеной, визжа от восторга. Похоже, нырнув, можно было опьянеть, потому что все, кому не лень, сливали туда шампанское. Диджей стоял на сцене, которая располагалась рядом с огромным особняком. Молодой парень, стриженный почти под ноль, миксовал несколько треков в один, смешивая рок и поп в клубный качевый бит. И это было прикольно, похоже, что Ваня был прав насчёт музыки. Который как раз вырос перед ней, пока Лея разглядывала округлые балконы и колонны у особняка. Позвякивая льдом в стаканах с коктейлями, он успевал оглядеть ее с ног до головы.

Лея решила пойти на вечеринку в самый последний момент. К черту все. Она не станет прятаться, не станет убегать и жалеть себя. Целый час она старательно выводила губы бордовой помадой, чтобы накрасить их ровно. Шикарное платье, которое она купила в брендовом бутике, требовало шикарного вида. Ну, ладно – не настолько. Золотистое платье из пайеток с верхом, стянутом на горле, слишком обтягивало ее тело. Тогда Лея решила надеть поверх него чёрный оверсайзный бомбер с белыми цифрами на спине и полосками на воротнике и рукавах. На ноги натянула свои массивные ботинки почти до колен, зашнуровала их потуже, чтобы нож-бабочка не болтался. Волосы стянула в высокий хвост, выведя вперёд две пряди. Под хвостом она спрятала свой новенький выдвижной нож, решив идти без сумки и посчитав, что так надёжнее.

Сейчас они с Ваней смотрели на толпу людей в бассейне, стоя рядом с бортиком. Дом у Кристины был такой же огромный как тот, в котором она жила. Хотя даже больше. И словно по волшебным струнам вселенной мысли о коттедже соединили ее со взглядом Кира. Тот сидел под тентом с Костей, и у каждого в руке было по виски и по ягодице. Красивые длинноногие девушки в бикини расположились на коленях парней. Ох, нет, к блондину присоединилась ещё одна. Лею это смутило. Образ Кости, который она видела, никак не вязался с его поведением. Зачем он так? Ну, а Кир тоже вел себя странно. Девушка что-то шептала ему на ухо и даже с такого расстояния было видно, что он возбужден в своих боксерах. Вот только Кир не сводил глаз с Леи.

Ее размышления прервал парень, который поскользнувшись на бортике, схватился за рукав Леи и неминуемо летел в воду. Реакция девушки была молниеносной. Прелесть свободной одежды в том, что ее легко можно снять. Одним ловким движением она освободилась от куртки, так что парень до неё даже не дотронулся. Вместе с бомбером он исчез под водой. Выплыв на поверхность из густой пены, он извинился и передал куртку подхватившему ее Ване. Лея только в этот момент кинулась к одежде, осознав, что в кармане был мобильный. Черт. Конечно, он промок и отключился. Лея медленно досчитала до десяти. Дерьмо все время случается в жизни, нет никаких идеальных планов и сценариев. Ее ножи при ней, но зато теперь она элементарно не сможет вызвать такси.

– Лея, куда ты? Что случилось? – кричал ей в спину Ваня, когда Лея резко развернулась и быстро зашагала в сторону особняка.

Нужно уйти, ей надо подумать, все взвесить и успокоиться, в конце концов. Ваня шёл за ней. И уже оказавшись в гостиной, Лея резко развернулась, чтобы спросить:

–У тебя есть телефон?

– Вчера сдал в ремонт, – моргая от удивления, ответил он.

Да ладно!

Продолжая ее окликивать, он брел за ней, но Лея быстро затерялась в толпе.

На балкончике было тихо и хорошо. Теплая ночь со звездным небом позволяла перевести дух. Весь коридор второго этажа был наполнен стонами, доносящимися из какой-то комнаты, и Лея нашла только это укромное место. Сейчас не хотелось никого видеть. Она злилась даже на Ваню и была рада, что смогла сбежать от его компании. Единственный вариант, как отсюда убраться, был провален. Можно было бы вызвать такси с его телефона, но вселенная оказалась против. Пока она судорожно соображала, что ещё можно придумать, кто-то так резко открыл дверь, что Лея потянулась за ножом в ботинке. Кир влетел на балкон, страшно выругавшись. Сидевшую в углу Лею он, очевидно, не заметил. Задрав голову к небу и уперев руки в бока, он громко выдохнул. Потом напрягся, почувствовав чьё-то присутствие и наконец обнаружил ее. Черные глаза, казалось, были покрыты пеленой, словно он с трудом осознавал, что Лея не призрак. Постепенно волна ярости отступила, плечи расслабились, и взгляд стал ясным. Его реакция была настолько неожиданной, что Лея испугалась не за себя, а за него. Закрыв глаза ладонью, Кир смеялся. Впервые. И еле слышно пробормотал: «Вот, сука, дебил».

– А где патлатый? – уже обращаясь к ней, спросил парень, вернув каменное выражение лица.

– Что? – не поняла Лея.

– Неважно. Что ты здесь делаешь?

– Мой телефон не включается, – набрав в грудь побольше воздуха, выпалила она словно рапорт, – он промок вместе с курткой. Я не смогу отсюда уехать и не знаю, что теперь делать, – вдруг честно призналась она.

– Возьми мой.

Лея с недоверием покосилась на айфон, как будто в руке Кира была жаба.

– Ну?

Точно, «3:2» с учетом того, что вчера она решила выйти из комнаты к нему. Кир в долгу не останется. Теперь будет «3:3». Тут он неожиданно озвучил вопрос, который Лея задавала себе все время, сидя на балконе:

– Ты, правда, хочешь уйти?

Она молчала. Ей не хотелось.

– Ты можешь веселиться, вечеринка только началась. А потом найти меня в любой момент и позвонить, у меня полная зарядка.

Сделав паузу и понизив голос, он вдруг добавил:

– Или уедем вместе.

Последние слова его как будто удивили самого. Брови сдвинулись на переносице, и, казалось, Кир, как и Лея, слышит эхо сказанного в воздухе.

– Хорошо.

– Там в коридоре твоя куртка, – как-то вдруг смущенно сказал Кир.

Лея бросила ее на пол, психанув, что вечеринка, на которую она не собиралась, обернулась таким образом. Передумала она в последний момент, когда осознала, что теперь может позволить себе выглядеть роскошно и не стыдиться ни своего внешнего вида, ни происхождения. Полное обнуление – вот чего бы ей хотелось. Но так не бывает, прошлого не изменить, не перечеркнуть. Она та, кто есть. Но она может стать тем, кем хочет. Теперь может.

Кир поднял и принёс ее мокрый бомбер, повесив сушиться на балконе. От теплого ветерка одежда вполне могла высохнуть. Лея беззвучно хмыкнула от того, что он знает, что вещи сушатся и естественным путём, а не только в машинке. И встретив его виноватый взгляд, до нее наконец-то дошло... «Где патлатый?». Кир подумал, что это Лея... там стонет с... Ваней? Они вместе ушли в дом, в коридоре валялась ее куртка, кто-то стонал. Помотав головой, Лея улыбнулась. Каждый мыслит в своих категориях. «Вот, сука, дебил». Похоже, что не разозлил ее только виноватый взгляд Кира и его смущение. Сейчас, проходя мимо злосчастной двери со звуками, Лея могла поклясться, что сквозь его спину видит, как Кир улыбается.

Вечеринка была в самом разгаре, и все уже были навеселе. Во дворе, Лея села на стул перед бассейном. Закинув ногу на ногу, она попивала коктейль «Пина колада», готовая признать, что это самый вкусный напиток из испробованных. С тяжелым вздохом она заметила, как к ней идет Ваня в сопровождении той самой девушки, что была ее соседкой на турбазе.

– Это Кристина, – уже заплетающимся языком произнес патлатый, – а это Лея.

– Привет, – без какого-либо выражения на лице поздоровалась Кристина.

Ростом она была чуть ниже Леи. Видимо, сейчас девушка отращивала челку, которая красивыми перьями касалась подбородка, переходя в лесенку до самой поясницы. Тогда – на Хэллоуине – они и слова друг другу не сказали. Когда Лея легла спать, Кристина читала свою книгу на балконе. Глядя на эту девушку, с трудом можно было подумать, что Кристина богачка. Одевалась она необычно, как подросток-бунтарь. И сейчас Лея заметила, что на ее левой руке надета кожаная перчатка с открытыми пальцами и из-под неё тянется чёрная облегающая ткань до самого локтя. Черные волосы, все те же обтягивающие черные джинсы, как и в прошлый раз. Подведенные голубые глаза. И пирсинг на нижней губе. Вот только сегодня, вместо черной футболки, на ней был верх от купальника. На удивление, красного цвета.

– Ты что, нашел себе 3D подружку? – похоже, это было шуткой, но произнесла она так, как будто говорила о тараканах или червяках.

Ваня густо покраснел и поспешил перевести тему:

– У Кристины есть телефон, и она может тебе его одолжить.

– Да, – прервала она начавшую говорить Лею, – давайте пить!

Взяв по коктейлю у официантов, ребята чокнулись. И Кристина прокричала:

– Кампай10[1]!

А Лея поддержала эту волну, отправляя оливку в рот:

– Итадакимасу11[1]!

Переглянувшись, они улыбнулись. И почти одновременно каждая назвала своё любимое аниме. Девушки начали перечислять все, что смотрели и обсуждали всех любимых персонажей. Лея впервые почувствовала себя так легко за всю жизнь. Не понимая ни слова, о чем шла речь, Ваня смотрел то на одну, то на другую. И, очевидно, только из-за действия алкоголя произнес:

– Ого, как стало светло.

После этих слов Лея поняла, что улыбается и говорит громче, чем обычно. И нашла взгляд Кира, который тоже, как и Ваня, удивленно уставился на неё. Уже другая девушка оседлала его, целуя в шею. Комок тошноты подступил к горлу, и для Леи это сработало как хлыст, что не стоит расслабляться и беззаботно вести легкие беседы. Тут же мышцы напряглись, тяжесть ножа приятно оттягивала волосы, и все веселье как рукой сняло. Нужно быть всегда начеку. Кир же отстранил от себя девушку и отвернулся. С безучастным видом он потянул виски и уставился на кубики льда в стакане. Как будто мистер Джек12[1] рассказывал ему самую сокровенную тайну мира.

Ее внимание привлёк Костя, который решил присоединиться к пенному шоу. Запрыгнув в воду, блондин вынырнул рядом с какой-то девушкой, прижав ее бедра к себе. Глаза Леи медленно расширялись от этой выходки, но та была не против и, развернувшись, его поцеловала. Недавняя его спутница, которая еще несколько секунд назад тоже придавалась с ним подобного рода выражению чувств, сейчас с возмущением кричала, подбегая к бортику:

– Ты охренел! Что ты творишь?

– Прости, милая! – оторвавшись от губ девушки в бассейне, с улыбкой ответил Костя. – Но у меня марафон: переспать со всеми первокурсницами.

На мгновение Лее показалось, что это она фыркнула, но потом услышала спокойный голос Кристины:

– Кир, кажется, кое-кто хочет отнять у тебя корону, – на Костю она даже не смотрела, но от взгляда Леи не ускользнуло, как напряглась его спина.

– Боюсь, она не светит нам обоим, – с расслабленной улыбкой парировал Кир, – на нашем пути окажешься ты.

Что имел в виду Кир, Лея не поняла, но Костя как-то неестественно засмеялся и снова поцеловал девушку. Было ясно, что слова Кристины его задели, вот только почему?

– Ты их знаешь? – не удержалась от вопроса Лея.

– Этих придурков? – небрежно бросила Кристина. – Мы вместе учились в школе.

Лея не стала задавать вопросы, которые вихрем кружили в ее голове. Что-то странное витало в воздухе между этими двумя. Безошибочно чувствовалось напряжение, которое Лея считывала на уровне инстинктов. Спасибо детской привычке предугадывать настроение своего отчима. Раз они знакомы и вместе учились, то с чего бы между ней и Костей такое давление? С Киром они общаются легко. Правда, Лея ни разу не видела их вместе. Повисшую паузу первой прервала Кристина:

– Вечеринка становится скучной. Я видела, как ты пела в клубе Green Day, спой что-нибудь, чтобы спасти и этот вечер, – Лея уловила нотки раздражения и досады в ее голосе.

«Сказала та, что хотела спеть».

Лея посмотрела на Кира, тот целовался с девушкой и бесцеремонно ее лапал. Этот парень обещал ее увезти с вечеринки. Вокруг Леи стягивался как будто вакуум, забирая все пространство и унося в пучину воспоминаний. Как он поставил ей чуть ли не бронированную дверь в комнату, как до полусмерти избил тех парней и разогнал всех с тусовки в честь его дня рождения. А потом вспомнила, как он с презрением посмотрел на неё в столовой, позволяя Маше поливать ее грязью. С какой злостью, без тени благодарности, смотрел на неё возле участка. Вспомнила, что он ведёт счёт с тех пор, лишь бы их ничего не связывало. С каждым очком выставляя все больше стен защиты, словно она какая-то проказа. Лея помнила лицо своей матери, которая все видела, но молчала. Которая ничего не сделала, когда Лея умоляла ее. Каждый сражается за себя. Каждый поступает так, как это будет выгодно ему. Тогда прямо здесь и сейчас она выбирает то, что хочется ей.

Диджей выглядел супер-профессионалом с кучей приборов и примочек на своем столе.

– Привет! Что будем петь?

– Katy Perry «Hot n Cold», – дрожащими губами сказала Лея, то ли от волнения, то ли от злости. Надеялась она на второе.

– Ок, я тебе подмиксую.

Блин. Блин. Блин.

Стоя у микрофона на невысокой сцене, Лея посмотрела на всех этих людей с вечеринки. На миг в ушах словно отключился звук, как будто она оказалась под водой. «Ну, платье, твой выход». Сиять, так сиять. И она начала, бросив первую фразу в лицо Киру, которого вела его новая подружка на танц-пол:


«Ты такой же непостоянный в своих решениях,

Как девушка, меняющая наряды»


Кир уже оделся и был в длинной черной майке с большими проймами и в синих джинсах. Они начали танцевать, как и все вокруг. Лея же стояла, как пришибленная, словно песня лирична, и она поёт ее от разбитого сердца. Как кадр из какого-то фильма про подростков. Осознав, своё внутренне смятение, девушка вспомнила, как преобразовала его в тот раз на сцене клуба. «Это дуэль».

И энергично запела припев, сняв микрофон со стойки:


«Потому что ты то горячий, то холодный,

То соглашаешься, то споришь,

То в теме, то где-то витаешь,

То весёлый, то подавленный.

Ты ошибаешься, когда, по идее, должен быть прав»


Удивительно, но народ подхватил ее энергию и начал танцевать, как в Рилсах13[1] на припеве. Лишь позже Лея поняла, что сама подняла руку вверх и качает бедрами в стороны. Получился целый флэш-моб, в котором не участвовал только Кир. Лея во все горло проорала любимый момент в песне, закрыв глаза и вспоминая то чувство, как она попала сегодня на тренировке ножом в мишень:


«Кто-нибудь, позовите врача,

Это случай биполярной любви,

Я застряла на американских горках

И не могу слезть с этого аттракциона...


Ты такой же непостоянный в своих решениях,

Как девушка, меняющая наряды»


И пошла в танцевально-прыгающий отрыв на последних припевах. Диджей сделал концовку песни под рок, решив усилить музыку под голосящее пение Леи.

Ее сердце стучало в висках и ушах, дыхание было сбивчивым, ноги гудели, но Лея чувствовала себя потрясающе. Живее всех живых. Сквозь оглушающие чувства, она услышала, как визжала Кристина, а потом заметила, что все аплодируют и кто-то тоже визжит.

– Давай теперь медляк! – бросил некто из толпы, и публика подхватила, скандируя.

Лея увидела, как Кира начала уговаривать девушка на медленный танец, и назвала диджею «A drop in the ocean» Ron Pope. Вернула микрофон в стойку и с закрытыми глазами запела. На проигрыше девушка начала качаться из стороны в сторону, глядя на всех танцующих, и почувствовала себя как Гренуй в «Парфюмере»14[1] на площади. Нашла точку опоры на полу сцены и начала куплет.

Лея всегда поражалась тому, как люди находят такие слова, чтобы уметь выражать ими чувства, и за это любила песни:


«Слишком поздно плакать,

Я слишком разбит, чтобы продолжать двигаться дальше.

И все же я не могу отпустить тебя.

Большинство ночей я почти не смыкаю глаз»


На фразе:


«Не пытайся найти то, что тебе от меня не нужно»


Она посмотрела в упор на Кира и увидела, как он держит почти за ягодицы свою напарницу и смотрит на... Лею?

Что ж, она не отвела взгляда, а начала стрелять припевом.


«Это всего лишь капля в океане,

Смена погоды.

Я молился о том, чтобы ты и я в итоге были вместе –

Это словно мечтать о дожде посреди пустыни.

Но я крепче всего держу тебя в своих объятиях,

Потому что ты — мое небо»


Отчего ей было так паршиво на душе? Не нужно было сюда приходить. От людей не стоит ждать чего-то хорошего. Строчки песни причиняли боль. Но на самом деле больно было только от того, как летят завышенные ожидания и разбиваются о пол сцены. И осколки вонзаются в самое сердце, такие же холодные, как голубые глаза матери, которая ничего не сделала. С чего она вообще решила, что кто-то хороший? Просто от того, что ей предложили помощь? Лея вспомнила ту, кто подарил ей пуанты, и в груди все сжалось от боли утраты.

Кир смотрел на Лею в упор и не сводил взгляда. Как будто они играли в «гляделки». Было такое чувство, что он переводит каждое слово с английского. Таким сосредоточенным он выглядел.


«Я был парнем, влюбленным в

Женщину, которая вела себя, словно маленькая девочка»


Его лицо исказилось, губы скривила насмешливая ухмылка. С раздражением Кир снял со своей мускулистой шеи руки спутницы и пошел прочь с танцпола. Облокотившись о колонну, он схватил бокал виски с подноса мимо проходившего официанта, осушил его и взял следующий. И больше не взглянул на Лею.


«И все же я не могу отпустить тебя.

Большинство ночей я почти не смыкаю глаз.

Не пытайся найти то, что тебе от меня не нужно»


Она допела и спустилась со сцены, хотя все скандировали:

– Ещё!

В особняке Лея искала место, где можно спрятаться от всех глаз. Но здесь была толпа народа и звучала совсем другая музыка. Кто-то играл. Заинтересованная она начала смотреть и разгадывать смысл игры. Но, по всей видимости, все в ней сводилось к тому, чтобы напиться.

Кристина подкралась сзади и когда поравнялась, Лея опустила руку, которую запустила в волосы. Порадовавшись реакции, она погладила пальцы, еще ощущая приятную структуру рукоятки перочинного ножа. Кристина предложила сыграть против парней: Вани и ещё какого-то незнакомого качка.

– Окей, – согласилась Лея, она же сюда веселиться пришла, верно? Но на всякий случай перевела внимание в ботинок, чтобы убедиться в сохранности ножа-бабочки. Металл успокаивающе прилегал к коже.

Лея забивала все мячи в стаканчики противников, и парням приходилось выпивать разведенную водку с брусничным соком. Толпа вокруг так визжала, что Лея чувствовала себя суперзвездой футбольной команды, – так за неё болели. Кристина, правда, иногда промахивалась, но и парни забивали, поэтому девушкам тоже пришлось выпивать не особо приятную на вкус жидкость. Но, похоже, их соперники были не прочь проигрывать, ведь смысл этого развлечения был в том, чтобы напиться. Лея же так увлеклась самим азартом игры, что ей было абсолютно все равно на алкоголь. Она хотела только выиграть.

– Эй, Майкл Джордан15[1], ты решила нас тут всех споить? – спросил тот качок – напарник Вани. Голос его был уже не особо трезвым.

– Да, записала сегодня в ежедневнике «споить того парня», – пробубнила Лея. – Ееее!!! – покричала она, поднимая руки вверх, и все подхватили ее клич. Снова попала.

– Да когда ты уже напьёшься? – не отставал качок.

– Я никогда не напиваюсь, – парировала она.

По оголенным плечам пробежал ток, и Лея встретилась взглядом с Киром. В одиночку, сидя на диване, он уже пил виски из бутылки и не сводил взгляд с их компании.

Когда Лея пошла в туалет, ей показалось, что кто-то последовал за ней. Заведя руку на затылок, она шла по темному коридору, чувствуя пульсацию от ударов сердца в животе. Но обернувшись, никого не увидела.

Сколько сейчас времени она не знала. Но глядя в зеркало и умывая руки, Лея решила, что уже пора была ехать в коттедж. Веки стали тяжелыми, словно на них свалилась смертельная усталость от эмоций этой ночи. После уборной Лея пошла за своим бомбером и, спускаясь со второго этажа, услышала шум бьющегося стекла. Быстро пересекая ступеньки, она ворвалась в гостиную, в которой только что играла. Чья-то широкая спина в черной майке, переплетение ног, хрипы и... Удары. Сердце ее поднялось до самого горла, и рука машинально потянулась к ботинку за оружием. Кристина что-то кричала, но из-за музыки и визга девушек было не разобрать, что именно. Все происходило, будто в замедленной съемке, и Лея поняла, что ей не страшно. Неожиданно для себя она села на корточки и пыталась разглядеть лица тех, кто дрался. Избивали того качка, который играл с ними, а бил его Кирилл. Лицо его было злым, как у зверя, но оно было другим. Отчим всегда получал удовольствие от драк и побоев ее и матери. Ему нравилось превосходство, нравилась демонстрация силы. Кир же дрался с каким-то отчаянием. Она снова вспомнила прошлую ночь, когда они сидели на лестнице.

Разнял дравшихся парней Костя и увел Кира. Лея побежала за ними. На качка она даже не взглянула, и не хотела выяснять причин драки. Скорее всего, оба просто перепили. Разве может быть еще какое-то объяснение? Во дворе она увидела, как Костя вручил Киру бутылку виски и тот прямо с горла отпил щедрый глоток. Не сказав другу ни слова, блондин просто наблюдал и поглядывал на Лею. Он не стал отчитывать Кира, на его лице не было ни осуждения, ни участия. Как ни в чем не бывало, Костя начал заигрывать с мимо прошедшей девушкой, оставив друга на мистера Джека.

Несмотря на то, что он уже столько выпил, у Кира были абсолютно трезвые глаза – пронзительные, как у ястреба. Разбив опустошенную бутылку, он достал свой вейп и присел на бордюр. Лея набрала побольше воздуха в грудь и пошла к нему. Своими ботинками с подошвой, как гусеницы танка, она беззаботно ступала по осколкам, сокращая между ними дистанцию.

– Я хочу уйти, – сказала она, встав напротив в метре от него.

Кир сделал глубокую затяжку и достал телефон.

В такси Лея разместилась на заднем сидении так же, как и обычно. Глядя в окно, она заметила, что Кир еле плетёт ноги. «Но он же только что был абсолютно трезв! Какого...», – не успела закончить мысль Лея, как Кир уже уселся тоже на заднее сиденье. Это слишком близко, и Лея уже хотела пригрозить ему ножом, чтобы убирался на пассажирское место. Но Кир завалился абсолютно пьяный, и закрыл глаза. Вырубился? Сейчас его лицо выглядело таким уставшим, как будто он весь вечер стоял на вахте, а теперь его смена окончена, и он смог выдохнуть.

Пока машина такси мчала по городку, объятому рассветом, мозг Леи хаотично и быстро обрабатывал информацию этой ночи. Лица, слова, выступление, ее платье, которое все-таки не удалось спрятать, драка, Кир со своими причудами. На резком повороте он завалился в ее сторону, и его голова чуть не касалась плеча девушки. Вжавшись больше не от центробежной силы, а автоматически среагировав на близость, она задержала дыхание. Сонные глаза Кира смотрели на Лею, его горячее дыхание касалось ее щеки. И это мгновение, казалось, выпало из обычного цикла времени, растянувшись в миллион жизней.

## Глава 6.

Лея услышала, как кто-то ругался, пока поднималась по лестнице в свою аудиторию. На последних ступенях она остановилась, потому что до неё доносились знакомые голоса:

– Отвали.

– Эй, я пересплю с ней, понял? – издевательским тоном произнёс Костя.

Раздался звук удара кулака о щеку и следом второй. А затем гробовая тишина. Лея подождала немного, хватаясь крепче за перила. Сегодня не хотелось видеть ни одного, ни второго. Послышались удаляющиеся шаги по коридору, и девушка неуверенно поднялась наверх. Осторожно ступив на порог, чтобы скрип кожи ботинок не выдал, она выглянула из-за косяка. Кир нервным движением провёл пятерней по волосам, зачёсывая назад свою длинную чёлку. Глядя вслед его удаляющейся фигуре, внимание Леи привлек какой-то предмет в заднем кармане черных джинс, который слегка задирал футболку парня. Разглядеть, что это за предмет наверняка не удалось, – Кир был уже далеко. Но похоже на свернутый в трубочку журнал.

Как дошла до нужной аудитории Лея даже не заметила. Все ее мысли поглотил Кир. Почему он все время дрался? Ее никак не покидало то странное чувство, которое уловила во время последней потасовки на вечеринке у Кристины. Как бывает со словом, которое не удается вспомнить. Вот-вот поймаешь его и произнесешь, но оно снова и снова убегает. И голова как будто чешется изнутри, но ты не можешь удовлетворить свое раздражение. Вот так сильно зацепило его поведение, что жизненно важно было понять, что им движет. И сейчас Кир подрался даже со своим лучшим другом. Что такого могло произойти, раз эти двое не на шутку рассорились? Судя по разговору, они не поделили какую-то девушку. Значит, Кир наконец-то образумился и его все-таки кто-то заинтересовал? С Машей их давно вместе не было видно. На вечеринке он перелапал нескольких девчонок. У Леи дёрнулась верхняя губа, и она помотала головой, как будто это поможет отогнать воспоминания. С тех пор минула неделя, и с Киром они почти не встречались. Похоже, парень предпочитает снова избегать Лею, чтобы не попасть в свою дурацкую игру. Так уж выходит, что каждый раз кто-то кого-то спасает. Все время где-то пропадая, он почти не находился в коттедже, хотя родители в кои-то веке были дома. Возможно, кто-то из тех девушек зацепил его тогда? И они встречаются?

Мраморный пол фойе отражал точки светильников, искажая их геометрию, словно мир кривых зеркал. Но даже он не мог дать ответы, которые Лея искала, опустив взгляд вниз по пути в столовую после пары. Ее внимание привлек темный силуэт, и девушка увидела Кристину на одном из пуфиков, расположенных вдоль панорамных окон центрального корпуса университета. Слегка ссутулившись, она листала что-то на экране телефона. Когда Лея подошла, Кристина сняла наушники и поприветствовала ее. На бледных губах изобразилось подобие улыбки, и Лея заметила колечко вместо шарика на месте прокола.

– Я в столовую, ты не голодна? – поинтересовалась Лея, удивившись, что сама предложила. Похоже, улыбка способна проломить любые стены. Человек задействует до пятидесяти мышц, чтобы улыбнуться, и вот ты уже думаешь, что он открыт. Люди называют это вежливостью, но больше смахивает на чувство долга. К тому же, как это глупо вообще – так напрягаться.

– Погнали.

– А где твой друг? – попивая шпинатный смузи, поинтересовалась Лея, когда они вместе сели за ее столик для изгоев.

– У меня нет друзей, – язвительно и со злостью бросила Кристина.

Очевидно, Лея совершенно ничего не понимает в человеческих отношениях, раз решила, что Ваня ее друг. Ещё одна галочка, что не стоит верить тому, что говорят люди. Может, плохой затеей было и играть в чувство долга, позвав ее сюда. Хотя эта девушка в черной футболке с надписью «Nocturnal Depression»16[1] не выражала своим видом презрения конкретно к Лее. К тому же, могла бы ведь просто отказаться и не пойти. Рукой, обтянутой черной тканью, Кристина равнодушно поднесла бургер и откусила. Тем не менее, Лея чувствовала, что все с ней не так уж просто. И шипы на ее массивном ремне вовсе не метафора агрессивности, а баррикады защиты. Пожалуй, только один человек мог соревноваться с Кристиной в твердости масок скуки.

Кир зашёл один, без своего друга. И, увидев Кристину, даже не кивнул, сразу же встав в очередь за едой. На Лею он, естественно, не посмотрел. На его нижней губе пестрила короста, ещё оставшаяся с вечеринки. А скула припухла от свежего удара Кости – будет синяк. Загадочного предмета в джинсах уже не было.

– Он никогда не изменится, – очень тихо, как будто сама себе пробубнила Кристина.

– Что ты имеешь в виду?

Кристина чуть с удивлением взглянула на Лею, мол, как она это расслышала? Но все же ответила.

– Кир вечно ввязывался в драки в школе. Андрей сам ходил, когда вызывали родителей, и после его постоянно наказывал.

– Наказывал? Он его бил? – и леденящая душу дрожь пробежала по изуродованной спине Леи.

– Кто? Андрей? – с усмешкой спросила Кристина. – Кишка для этого тонка. Кроме физического насилия, есть и моральное. Этот мужик считал, что воспитывает своего отпрыска и тот перестанет позорить его фамилию. Семейство Андрея – это бизнес многих поколений. Так что строгость и изощренные методы дисциплины, видимо, считаются необходимостью.

Лея вспомнила обрывок фразы, что услышала в ту ночь. Кажется, Андрей говорил о том, что выкупил всех информаторов, чтобы статьи о Кире удалили. «Папа уже решает вопрос», – сказала тогда Ирина.

– Но Кир же все делал в точности до наоборот, – продолжала Кристина, доедая свой гамбургер. – Кир ввязывался в драки снова и избивал всех, кто хотя бы косо посмотрит в его сторону. Никто и не смеет теперь, потому что мальчик всегда был очень силен и дрался, как в последний раз.

Неожиданные подробности о жизни Кира только вызвали еще больше вопросов. Но расспрашивать о наказании Лея не стала. Так и хотелось посмотреть на Кира. Но чувствовала, что он может догадаться о содержании разговора, если заметит в ней сочувствие. Киру точно не нужна жалость. Треск пластика о стену снова прозвучал в ее ушах, и Лея вспомнила, как Кир разбил свой ноутбук, разговаривая с отцом.

После обеда девушки отправились на физкультуру. И брови Леи поползли наверх, когда она увидела Кристину в составе группы по танцам. Парни на этом предмете тренировались отдельно, девушки отдельно. Девочкам можно было выбрать между двумя направлениями: танцы или классическая физкультура с бегом, прыжками и висом на перекладине. Лея, конечно, выбрала второе. Танец был для неё сокровенен, она ни для кого никогда не танцевала. «Раньше и не пела», – произнес скептический голос в ее голове.

«Сказала та, что хотела спеть». Снова прозвучал голос Кира, как очередной вызов.

Словно магнитом ее взгляд притянул Кир. Из турниковой зоны, укрытой деревьями, Лея наблюдала, как он стоит на беговой дорожке у кромки поля. У парней тоже было два направления: это обычная физическая подготовка и сборная по футболу университета. Сейчас футболисты отрабатывали пенальти, и Костя стоял на воротах. Лея только в этот момент заметила, что блондин в сборной. И почему-то не удивилась, что этого первокурсника приняли в команду, особенно на позицию вратаря. С его комплекцией и ростом, а он был выше даже Кира, Костя идеально подходил для гигантских ворот почти в семь метров длиной. Может, его приняли совсем недавно и сейчас испытывают? А Кир, несмотря на ссору, поддерживает его? Впрочем, так это было или нет, но долго простоять не получилось. Преподаватель влепил ему подзатыльник и заставил бежать вместе с остальными. Девочек тоже начали собирать для раздачи задания, и Лея присоединилась к своей группе.

Физкультура – конечно, хорошо, но этого недостаточно. И так было всегда. Лея все время тренировалась, ещё с тех самых пор, как впервые сбежала из дома в тринадцать лет. Собрав волосы в хвост, она пошла на спортивную площадку недалеко от дома. В десять вечера уже стемнело, но другого времени у неё просто не было из-за работы в агентстве. Замедлив шаг, девушка прислушалась. В «коробке» – мини футбольном поле с ограждением – кто-то был. На всякий случай она опустила руку в карман своей оранжево-серой толстовки и сжала нож. Но вскоре поняла, что опасности нет. Просто какой-то футболист тоже пришел потренироваться, и можно поискать другую площадку. Но что-то ее останавливало и не давало уйти. Подойдя чуть ближе, она спряталась за деревом, чтобы понять причину своего замешательства. Из ее лёгких вышел удивленный выдох, что пришлось прикрыть рот ладонью. Это же Кир.

Словно завороженная она смотрела за его методичными движениями и пыталась понять, что он делает. Понаблюдав какое-то время, до Леи дошло, что парень бьет в одну точку в воротах с разных позиций и расстояний. Получалось у него отлично. Челка уже взмокла от пота и громкий выдох сопровождал каждый его удар. Затем он начал просто чеканить мяч и перешёл на финты17[1]. Длинные и мускулистые ноги в черных спортивных шортах творили что-то невообразимое, и Лея удивилась его скорости и ловкости. Кир был высок, – выше ее больше, чем на пол головы, хотя рост Леи 176 см. Тело было мускулистым, но не раздутым, как у качка.

Вспомнилось, как Кир простоял в планке и даже не вспотел. Он очень силён. И как дрался в ее комнате и на вечеринке у Кристины. И только сейчас до неё дошло, что она видела в его лице в те моменты. Это агрессия, ярость и не выраженная злость. Глухое отчаяние, с которым он дрался, было лишь способом их вывода. Словно ниточки сходились сейчас в голове и чувствах Леи, переплетая память и слова Кристины в витиеватый узор души этого человека. И сейчас, управляясь с мячом, он тоже выглядел агрессивно, но до холодящего ужаса спокойно. Как снайпер, как гений, который точно знает, что нужно делать. Сделав глоток воды, он сбросил с себя серую толстовку, оставшись в белой майке. Носком бутсы Кир коснулся мяча так, что тот прилетел ему точно в руку. И с одного конца поля в другой отправил его метко в ворота.

Лея решила потренироваться чуть вдали – в чаще деревьев. Так будет даже удобнее метать ножи. Пока шла до места назначения, ее вдруг осенило, почему Кир приходит поздно ночью и устало бредёт в свою комнату. Раньше ей казалось, что он пьян. Но сейчас была уверена, что Кир просто тренировался, и, судя по его форме, делал это регулярно. Так вот куда он отправился после ссоры с отцом. И тогда после установки двери в ее комнате. Но Лея не понимала, почему тогда он не в сборной? Костю же взяли, неужели Кир не прошел? С такими-то навыками?

Сегодня, она наконец надела повязку на глаза, решив метать ножи в более сложных условиях. Горький опыт заставлял Лею быть готовой ко всему. Стоя в чаще среди деревьев, она пыталась определить своё положение относительно них. Органы чувств лихорадочно цепляли информацию из пространства, лишенные ведущего. Сконцентрировавшись на своём дыхании, она с каждым долгим вдохом и выдохом постепенно успокоила взволнованное сердцебиение от панического бессилия. «Просто делай», – мысленно приказала себе девушка.

Один нож полетел с правой руки, где, по ее мнению должно было быть дерево. Но звук подсказал о промахе – так металл входит в землю. Попробовала левой рукой ударить в сторону. Снова мимо. Упорства ей никогда было не занимать, поэтому тренировка продолжалась. Час спустя, вся в поту и с ноющими руками, которые она исколотила о деревья, оттачивая удары, ей захотелось снять эластичные бинты с ладоней. Руки Лея перематывала только ради того, чтобы не оставить ссадин, ведь она же теперь модель. Уж очень хорошо помнились сбитые костяшки в школе. Не успела девушка ещё размотать одну руку, как до ее ушей донеслись еле уловимые шаги. Повязка так и оставалась на глазах все время, и, видимо, слух стал острее. Судя по расстоянию, между ней и незваным гостем было метров семь. Ловким движением она вытащила нож из кармана и метнула с полу разворота в цель позади себя.

Все произошло настолько быстро, скорее на уровне рефлексов, потому что до сознания с ужасом дошло, что она могла в кого-то попасть. Только звук втыкающегося ножа в дерево свидетельствовал об обратном. И от вибрации рукоятки Лея почувствовала, что дыхание участилось еще больше. Стянув повязку, девушка посмотрела, кто ее так напугал. Это был Кир, который чудом увёл корпус в сторону и равнодушно смотрел на еще подрагивающий нож. Сердце у Леи чуть не разорвалось от испытанного страха. Она могла бы его убить! Кир же с бесстрастным выражением посмотрел на неё, и в его взгляде был как будто вопрос. Почему он так спокоен? Уже после Лея подумала, что он мог с лёгкостью схватить нож и всадить в тело девушки, пока ее переполняло чувство вины. Но Кир лишь, слегка наклонив голову набок, рассматривал Лею с ног до головы. А потом просто развернулся и, не сказав ни слова, молча ушёл. Очевидно, решив, что она чокнутая.


***

Потягивая из трубочки коктейль «Пина колада», Лея сидела в клубе и слушала о деталях завтрашнего показа. Женя говорила о том, что у неё все получится и что Лея сразит всех своим взглядом и походкой.

– Дефилируешь ты уже прекрасно, а за подачу и переживать не стоит. Тебе для этого даже стараться не нужно. У тебя же аура. Ты просто идёшь и делаешь своё дело, девочка. Как матерь драконов18[1] ты пройдёшь по пеплу к своей цели, – весело протянула она, поиграв бровями из-под круглых очков.

– Ну, нет, – эта аналогия ей не нравилось, – Дени была высокомерной и одержимой.

«Она была безумна», – про себя добавила Лея. Уже в сотый раз за день прокручивая в голове ту сцену с ножом, и искусала изнутри всю щеку.

– Да ладно, я имею в виду, что ты королева!

Похоже, что девушка в белом боди и зеленых брюках клеш сейчас не шутила. Но Лея на всякий случай посмотрела по сторонам, в попытке обнаружить гостя, к которому Женя обращалась.

– Ты такая скромная! – дернув тем плечом, что было оголено, беззаботно сказала Женя. – Тебе надо завязывать с этим. Скромность ещё никого не сделала счастливым. Осознай свою силу и притягательность, ты лебедь, а не утёнок. Хотя возможно в этом и есть твоя фишка, ты не понимаешь, что делаешь, и от этого получается естественно. Нет этой фальши и наигранности, которая везде и всюду. Ты показываешь всем девушкам, что красота подобна цветку. Он прорастает и интересен процесс, трансформация, история! И ты носишь эту историю словно корону.

Глухой стук сердца бил где-то в висках, подталкивая Лею в пучину прошлого. Женя ведь ничего о ней не знает. И Лея уж точно не заслужила таких слов. Кто она? Ничтожество. Никто. Лишь тень пепла – такая же незаметная и слабая. Проведя пальцами по бордовой ткани многочисленных юбок платья, она почувствовала ножи, прикрепленные к бедру кожаным ремнем. После того, как Лея чуть не убила Кира, она уже сомневалась, что вообще способна защищаться. Ненавистные глаза отчима сейчас насмехались над ее жалкими попытками быть сильной. Женя хмуро глядела на Лею и, похоже, прочитала, что творится в ее душе, поэтому сказала:

– Просто будь собой. Тебе не стать кем-то другим. В этом мире нет победителей и побеждённых, мы все создатели. Твори свою историю.

Плечи с долгим выдохом опустились вниз. Она права. Ей нечего терять, ей уже нечего бояться, вокруг только пепел. В очередной раз вспыхнула картина горящего дома, заставив Лею встать из-за VIP-стола, за которым они сидели. Думала ли она ещё два месяца назад, когда к ней подошёл Миша, что окажется здесь – на втором этаже, где сидит только элита? Спускаясь по лестнице, Лея вспомнила сцену из «Игры престолов», где Дени сидела среди пепла с тремя драконами. Она не сгорела, и Лея тоже19[1].

Пока спускалась вниз, пребывая в водовороте чувств, которые закручивали в воронку прошлое и будущее, по ее оголенным плечам прошел электрический разряд. Черная тень поднималась по лестнице наверх и прошла мимо девушки. Резко повернувшись, Лея увидела Кира. С верхней ступени он тоже смотрел на неё вниз. Снова свернув на какую-то кривую, время растянулось в бесконечность момента. Лея пыталась найти упрёк за ее вчерашнюю выходку, но его взгляд не выражал ничего.

Все-таки сказывался недосып от ночных тренировок, и у неё сегодня слегка кружилась голова. От этого захотелось подышать свежим воздухом. Когда Лея проходила мимо сцены, ее оглушил ужасный бит от гигантских колонок, – на какое-то время это дезориентировало органы чувств еще больше. До сознания не сразу дошло, что случилось, но кто-то резко впечатал ее в стену. Девушка почувствовала, как прижимается к чьей-то груди. Мышцы машинально напряглись, ноги сомкнулись, предплечья выставились в щит, закрывая лицо. В ее ноздри успел войти аромат дорогого парфюма с древесными нотами.

Когда появилась возможность что-либо видеть, перед ее глазами развернулась картина: два парня держали колонку, которая, по всей видимости, упала с другой. Чьи-то мускулистые руки упирались в стену рядом с головой Леи. Под закатанными рукавами черной рубашки вырисовывались татуировки. Ужасающее лицо с рогами и высунутым языком на внутренней части предплечья напоминало синигами20[1]. Вокруг же него Лея успела заметить цветы сакуры. И, наконец, почувствовала, что своими ладонями упирается в грудь Кира, изо всех сил толкая его от себя. Тело все помнит, оно работает на автомате, ему уже не нужны команды сознания.

Осмелившись посмотреть в лицо, она увидела напряженность, сосредоточение и горечь. Как будто Кир бежал на поезд и не успел. Желваки на его челюсти двигались, выдавая не то злость, не то раздражение. Ударив кулаком в стену рядом с левым ухом Леи, парень удалился. Она смотрела прямо перед собой на призрак в том месте, где он только что стоял, и расслабилась. Это был удар не со зла, а от отчаяния. Теперь она понимала его реакции. Вот только отчего?


***

На показе собралось приличное количество человек, и Лея ужасно нервничала, выглядывая из своего укрытия. Ей предстоит выход в длиннющем платье с подолом и на высоких каблуках. Конечно, с моделями уже миллион раз отрепетировали программу, и они проходили просто изнуряющие уроки по дефиле все эти месяцы. Но то была репетиция, к тому же без света и зрителей. А вдруг она споткнётся? Хорошо еще, что выступать придется не первой. Миллион просмотренных видео-роликов в Инстаграме и Тик Токе сейчас успокаивали Лею и настраивали на работу. Что делали модели в таких ситуациях? Вставали и шли дальше, либо с покер фейсом21[1], либо с улыбкой. Одним словом, держи достоинство до конца, потому что любой конфуз, любое чувство стыда и неловкости вызывает жалость. Этого она хочет? Определенно нет. Зачем-то опять вспомнился Кир и разговор о нем в столовой. Уже смахивает на навязчивую идею. Но девушка списала ее на нервное напряжение.

«Ты королева. Ну же, разреши себе в это верить», – и словно в подтверждение своих мыслей Лея расправила плечи. Посмотрев в зеркало, девушка обнаружила, что ее взгляд остаётся холодным, несмотря на бурю эмоций внутри. Спасибо отчиму. Слёзы вызывали на его лице улыбку и наслаждение от причинённой боли. Это игра в хищника и жертву. Но та пустота, в которую она падала раз за разом, была укрытием. Там он не мог до неё добраться. Похоже, что Лея носила эту тьму, как печать, что не могло не отразиться на внешнем виде. Поэтому никто не выдерживал ее взгляда. Все сразу отводили глаза. Кроме него. Кир. Прикусив кожу внутри губы, Лея снова очутилась в такси после вечеринки и видела, как он уставился на нее спросонья. И как они постоянно находили взгляд друг друга. Что он там видел? Почему не боялся? «Он его наказывал». И снова с колючим равнодушием Кир смотрел на нее, увернувшись от ножа в той чаще.

Макияж был готов, прическа тоже. Это ее первый показ и здесь ей достался лишь один наряд, зато какой. В последний раз она поправила платье, что струилось во все стороны. И сглотнула, услышав команду Жени:

– Лея, идём.

Напоследок она улыбнулась своему инопланетянскому отражению. Макияж ядовитых оттенков розового и зелёного выделял глаза, и Лея успела подумать, что никогда бы не вышла с таким раскрасом на улицу. Хотя...

Мысленно похлопав себя по трясущемуся плечу, она сделала шаг на подиум, цокнув высокой шпилькой своих босоножек с тонкими ремешками. Глаза тут же ослепил яркий свет прожекторов, что подсвечивали весь путь моделей. Но Лея была готова и даже не сощурила веки. Ее волны волос развевались от каждого сделанного шага и в них мерцали металлические листья и жемчужины. Платье разлеталось во все стороны розовыми полупрозрачными клиньями. Но для девушки это был не просто наряд, – она несла его, словно свою кожу. Полупрозрачная ткань показывала весь силуэт фигуры, но вышивка из листьев и мелкого жемчуга рисовала узор на ее теле так, что приличие образа вызывало восхищение и желание созерцать и поклоняться, нежели соблазн. По крайней мере, ей казалось, что дизайнер вложил в задумку именно это.

У Леи этот образ вызывал аналогию с какими-то античными богинями. И она старалась придать своему выражению лица вселенскую мудрость, которой готова была поделиться. И как и любая мудрость не приходит просто так, – за нее тоже придётся заплатить. Ценой в этом случае всегда выступает только правда. Беспощадная, жестокая, безжалостная и уравнивающая всех.

Подойдя к концу подиума, когда нужно было попозировать, она представила, что у неё есть три дракона. Лея метнула в темноту зала полный несокрушимой силы взгляд перед тем, как развернуться. И сделала плавную петлю, чтобы ткань поднялась и закружилась, а не запуталась в ее каблуках. На обратном пути она просто считала свои шаги, чтобы сохранять темп и не бежать.

Передав наряд ассистентке, Лея переоделась в короткое серебристое платье без бретель, что ей вручила Женя. Посмотрев в зеркало, она решила, что макияж все-таки оставит. Отражение ей улыбнулось бордовыми губами, и девушка удивилась, как из ее рта не выходит огонь. Ведь внутри полыхал пожар. В этот момент Лее казалось, что она способна на все. Адреналин сжёг весь страх, глаза блестят, у неё все получилось. Она смогла.

– Дорогуша, ты молодец, – радостно прокричала Женя, появившись в сногсшибательном платье-мини белого цвета на тонких бретелях. Короткая стрижка подчеркивала длинную шею и выступающие ключицы. – Сейчас будет фуршет. Явка обязательна, потому что начнут поступать предложения рекламы и съёмок, – зачем-то она в очередной раз это повторила для Леи. – А потом едем в клуб отмечать твой дебют!

И добавила с ослепительной улыбкой:

– Я же говорила, просто быть собой. Конечно, это не умоляет твоего труда и стараний.

– Спасибо.

– Ого, она и улыбаться умеет, – как бы самой себе произнесла Женя, выходя из гримерной.

Лея посмотрела на свои порозовевшие щеки и беззаботную улыбку. Пришлось ущипнуть себя, чтобы приземлить. Противная и склизкая, как скалистые камни, мысль, что это не к добру, вернула ее в реальность. Не бывает все так хорошо, она же не в сказке. Но все же призналась себе, что ещё никогда не была так счастлива.

Во время фуршета к ней подходили с поздравлениями. И она получила несколько предложений съёмок в рекламе косметики и одежды. Одна девушка даже попросила сфотографироваться вместе, сказав, что она блогер и сделает отметку в сториз. Несмотря на скованность и постоянную бдительность, чтобы никто не нарушал ее границ, Лея, тем не менее, вся светилась от происходящего.

– Ого, да это же популярность, смотри не зазнайся, – смеялась Женя.

– Ага, у меня уже голова кружится от такого внимания, – похоже, все-таки Лея переволновалась, и тело начало отпускать. – Выйду, подышу немного.

Ноги уже гудели от непривычной высоты каблуков, и Лея обрадовалась, что терпеть осталось недолго. На балкончике можно будет посидеть и выдохнуть напряжение вдали от всех глаз. Она уже с предвкушением ощутила это облегчение и радостно влетела на балкон. Но ее чуть не подкосило, когда увидела там мистера-скучающее-лицо. Его белая рубашка была расстегнута на несколько пуговиц, и пульсирующая сонная артерия выдавала переживания. Руки оголены до локтя завернутыми рукавами, и кулаки сжаты в карманах чёрных дорогущих брюк. Лея даже подумала удалиться, опасаясь, что прервала какие-то размышления Кира. Но вместо этого спросила:

– Что ты здесь делаешь? – она действительно была в замешательстве, что он здесь делает.

– Сопровождаю маму.

– О, – только и смогла ответить Лея. Ирину она встретила несколько минут назад. Со слезами на глазах эта роскошная женщина в белом костюме говорила, что Лея была великолепна. Показ ей очень понравился. И, похоже, маму Кира знали многие из присутствующих. То и дело кто-то подходил к ним, чтобы поздороваться.

С теплотой в сердце от этих воспоминаний Лея облокотилась на подоконник и глубоко вздохнула от облегчения. От этого ноги загудели еще сильнее. Кир собрался уходить. Видимо, все-таки помешала. Но его душевные терзания можно носить где угодно, ему все равно присвоен пожизненный статус парня с самым недовольным лицом. А вот показать, что босоножки жутко неудобные, она там не могла.

– Отлично выглядишь, – произнес Кир, неожиданно для Леи. Его пошатнуло словно от удара собственных слов, но уже через мгновение холодно добавил, просто из вежливости: – И классный показ.

Что? Он был на показе? В смысле сидел там с мамой, а не приехал только что за ней?

– Спасибо, – ответила Лея, как всегда, в своей сдержанно-отстранённой манере, чтобы не показать волнения. Несмотря на то, что они были на свежем воздухе и сухо обменивались любезностями, как какие-то аристократы, вокруг витало напряжение. Стоит лишь искре пробежать и все взорвется.

Поравнявшись с ней, он уже был близок к тому, чтобы выйти. И Лея обрадовалась, что можно больше веса перенести на подоконник, дав свободу ногам. Платье было коротким, и при нем она этого сделать не могла. Но Кир с молниеносной быстротой вырос перед Леей и впился в ее губы.

## Глава 7.

От удивления и неожиданности Лея даже не сразу поняла, что произошло. Горячие и мягкие губы Кира пытались разжать ее сомкнутые. От этого зубы стискивались только еще сильнее. Схватив его за запястья, она попыталась убрать обжигающие руки со своего лица. Кожей Лея почувствовала негодование парня и обрубающее все чувство бессилия.

Он прервал этот безответный поцелуй и отстранился, отпустив ее. В ту же секунду Лея без промедления ударила его по щеке. Выражение лица невозможно было увидеть из-за челки, которая упала, словно закрывая след удара от всего мира. Казалось, что сердце сейчас просто остановится от такой нагрузки. Тяжелые вдохи удерживали ее в сознании и говорили о том, что все это действительность. Лея была уверена, что Кир сейчас ее ударит в ответ. Схватит как тростинку и сломает пополам. Но когда он через целую вечность взглянул на нее, то удивление в его глазах тут же проглотила боль. Словно маленький ребенок, которого отругал родитель. Словно он был меньше удивлён пощечине, чем слезам, стоящих в ее глазах. Слезам разочарования.

– Да что с тобой не так?! – крикнула Лея.

Смотреть на него было просто невыносимо. Как черная дыра затягивает все вокруг, точно так же его глаза поглощали все счастье жизни в пучину отчаяния. Лея слезла с подоконника и стремительно покинула балкон. Не замечая ничего вокруг и совершенно позабыв про боль в ногах из-за неудобной обуви, она добежала до уборной. Ее всю трясло, но в этот раз было как-то по-другому. Сознание слишком четкое, все чувства обострены. Если бы она подняла голову то, скорее всего, распознала частицы воздуха. Почувствовав, что может дышать, Лея обнаружила, что это не было обычной панической атакой. Что-то было не так. Страх. Она его не чувствовала. Но тогда что?

Сфокусировавшись на сжатом кулаке, Лея поняла, что была попросту зла. Зла, как сто индейцев! Поднимая взгляд в зеркало, заметила слегка смазанный контур помады. Поцелуй Кира все еще горел на губах, отправляя во все тело электрические разряды. «Да что он о себе возомнил? Как он мог так поступить?» – и еще миллион вопросов и мыслей негодования пробегали в воспаленном уме девушки, будто дурманящий яд. И только сейчас ее догнала волна боли, которую она почувствовала в тот момент.

– Что это было? – трясущимися пальцами ей кое-как удалось включить воду.

Он что, решил, что Лея такая же, как все его пассии? Что можно вот так просто поцеловать, и она будет с ним? Не пролитые слёзы горечи от того, что он подумал о ее доступности, продолжали душить. Но, как и всегда, не находили выхода. Слишком много скопилось непрожитых чувств, и тело напрочь забыло, как это – нормально реагировать. Ее злило, что в картине мира этого парня все так просто. Да ни черта не было просто! Как вообще можно быть таким беспечным?

Бумажным полотенцем Лея выровняла помаду, стерев все, что размазалось. Скомкала бумагу и швырнула в урну, как будто это как-то могло успокоить. Но не спокойствие ей было нужно. Тогда что? Раздражение только усилилось от ускользающего ответа.

Когда Лея вышла, фуршет подходил уже к концу. Все зрители расходились. К ней еще успело подойти два молодых парня и пожелать удачи. О чем они говорили, девушка даже не поняла. Вроде про то, что еще увидятся на съемках. Беззаботные улыбки на их лицах, должно быть, отвечали Леиной. Когда Кир проходил с мамой как раз мимо, всеми силами она старалась улыбаться, чтобы не выдать своих истинных чувств. Хотя по ощущениям губы просто дернулись в нервном напряжении, как от спазма, тянущего мышцы вверх. Подобно попыткам открыть заржавевшую дверцу в печи. На прощание Ирина помахала, держа сына под руку. Но он даже не посмотрел на нее. Лея тоже. Вот только парни, разговаривающие с ней, быстро испарились, лишь взглянув за ее спину. Не обратив на это внимания, Лея просто была рада избавиться от их общества.

В клуб она натянула самую бесстрастную маску, на которую была способна. Женя и Миша, привыкшие к странностям коллеги, не задавали никаких вопросов и воспринимали ее молчаливость с легкостью. «Лексус» Жени гнал по ночной магистрали. И, сидя прямо за креслом водителя, Лея старалась ловить огни фонарей. Но вместо них снова и снова она видела Кира после пощечины и его взгляд, словно с тысячью гаснущих солнц. На полуоткрытых губах замер немой вопрос. Легкий след бордовой помады был созвучен с проступающим отпечатком ее руки. Удар пришелся на ту же щеку, что Костин. И без того красно-фиолетовый синяк на скуле должно быть болел, но Кир даже не поднес к ней руку. Сомкнутые ресницы не помогли отогнать этот образ, и Лея не переставала видеть его глаза, подобные поверхности ночного озера, в котором подрагивали миллионы звезд и лун.

Она надела свои длинные ботинки-тракторы на шнуровке и хотя бы ноги чувствовали себя прекрасно, в отличие от ее сердца, которое словно подвергалось всем пыткам на свете. Причем разом. Их компанию встретил высокий администратор в черной форме и повел на второй этаж в VIP зону. Раньше Лея мечтала сидеть там, а сейчас еле поднимала ноги по ступеням в страхе, что Кир тоже окажется здесь. Этого она просто не вынесет. Всеми силами Лея не давала своим глазам найти столик, за которым обычно предпочитал сидеть этот парень. Поэтому с высоко поднятой головой и расправленными плечами она шагала вперед, словно ничего не существовало вокруг кроме затылка администратора с русыми волосами. Но ее обнаженная кожа на плечах пустила электрическую волну, и стало понятно, что он все-таки тут. Предложенный столик оказался на виду, и Лея сидела боком к точке обзора Кира. Все время, пока выбирала коктейль, девушка была, словно натянутая струна, и не смела смотреть в его сторону.

Официант быстро принёс напитки. И поставил рядом с Леей безалкогольный «Мохито», который она заказала. К ним подошли ещё две модели с показа, фотограф – коллега Жени – и другие организаторы. И лучше бы Лея не поворачивала голову, чтобы поздороваться с ними, потому что ее чуть не стошнило от увиденной картины. Кир допивал в этот момент шот с синей жидкостью. Рядом сидящий Костя уже ставил свой опустошенный сосуд на стол и другой рукой притягивал к себе девушку. С каштановыми и абсолютно прямыми волосами вторая девушка, закинула ногу на ногу в черных босоножках на шпильке и прильнула к Киру. Было совершенно очевидно, что она им очарована и хочет привлечь внимание. Короткое черное платье по фигуре только играло на руку. Все ее движения были плавными и изящными, как у кошки. У Леи никогда не получится так себя вести. Никакие уроки в модельном агентстве не смогут раскрыть в ней женскую притягательность.

Она быстро отвернулась, чтобы никто не заметил ее взгляда, и принялась изучать трубочки в своём стакане. Вокруг царило веселье от успешного показа, Лее же казалось, что все это было уже очень давно. Как будто в прошлой жизни и совсем не про нее. Светлана – женщина лет сорока с платиновым каре – оживленно рассказывала, как испугалась, что не может найти одну модель. Оказалось, что девушка успевала покурить вейп перед своим выходом, спрятавшись за большим декоративным деревом из металла. А технический менеджер поделился неполадками с прожекторами и тем, что не включалась одна из камер, выводящая моделей на боковой экран. Сейчас такие истории казались смешными, ведь показ прошел, и в итоге картинка выглядела идеальной.

Однако Лея чувствовала себя так, словно в ее горле прорастают острые шипы. Колючими прутьями ее стискивала обида и боль от мыслей о Кире. Похоже, что у парня все вернулось на круги своя, раз с Костей они снова общаются. Кто знает, что между ними произошло? Возможно, прямо сейчас и в эту минуту они снова налаживают свои отношения. А, возможно, просто их дружба настолько крепка, что никакие распри им нипочем.

Воздух вдруг сжался от этой мысли до размеров точки в центре груди. Каково это верить кому-то? Быть с кем-то близким, что тебе прощают все? Глядя на свою компанию, Лея чувствовала себя совершенно чужой. Как инородный предмет, который никуда не вклинивается. Все продолжало крутиться и двигаться без ее участия. В прекрасной жизни Кира тоже ничего не изменится и не нарушится. Уже час спустя после своего выпада он легко сидел в компании какой-то девушки. Комок снова подступил к горлу, и Лея закусила губу. «Один, два, три, четыре...» Ее кожу то и дело прожигал его взгляд. Наверняка Кир был в бешенстве и ненавидел ее еще больше за отказ. Но какую бы игру он там не вёл, – в этот раз он проиграл.

Она резко вскочила из-за стола и направилась вниз, сама ещё до конца не понимая, что хочет сделать.

Маневренность уже давно стала ее основным навыком. Поэтому без всякого труда девушка с копной рыжих волос лавировала среди толпы, пробираясь к цели. Все эти люди так беззаботны, – спокойно танцуют, касаются друг друга, обнимаются. Кто-то целуется. Для Леи же каждый шаг – это точный расчет. Если для Кира картина мира выглядела, как безупречная гладь и взлетная полоса для получения всего, что только вздумается, то для Леи это было минным полем, по которому она пробиралась словно сапер. Поругав себя, что она чокнутая, раз каждый раз дерьмо из головы выбивает через адреналин, Лея поднималась по ступеням. А что ещё ей оставалось? Собственное тело ей не принадлежит, не слушается, она его не понимает, и только так девушка обретает контроль. Этот парень постоянно ведёт ее все больше к этому ощущению. Бросать себе вызов. Брать себя на «слабо». Чувствовать.

Сцена.

Положив пару красных купюр, удалось легко уговорить диджея пустить ее спеть. Название песни22[1] как будто насмехалось над ее проблемой с телом. Но мы ведь обожаем добивать себя, когда и без того больно. В клубе сегодня было не очень-то много людей, и танцпол наполовину пустовал. Зеленые лазеры разрезали общий синий свет помещения. И когда Лея начала петь, кто-то решил, что включить дым-машины будет кстати.


«Я затерялся среди миллионов взглядов,

Которые не замечают меня, они не понимают, каково это,

Обменять цвета на чёрно-белые тона,

Никто не видит слов, что я пишу»


Лея почувствовала взгляд Кира на себе среди всех этих пар глаз, которые устремились сейчас на неё. Ничего не различая, кроме окутывающего дыма, она была уверена, что Кир стоит на втором этаже, сжимая перила. Прямо, как тогда, – в первое ее появление в клубе два месяца назад. От белых прожекторов, направленных на микрофон, ее серебристое платье мерцало и иногда ловило синие и зеленые переливы. Неоновые тени вокруг глаз только придавали больше кукольного вида ее лицу. Но внутри у Леи билось самое настоящее живое сердце. И она сейчас знала его точное расположение. Именно там было больнее всего.


«Немые голоса звучат навстречу отдалённой толпе,

Я всё ещё пою, но никого нет рядом,

Продолжаю кричать, пока в лёгких не кончится воздух,

Но никто не слышит, слова не звучат»


По ее телу бежали мурашки, и она разрешала ему двигаться так, как чувствовала. Каждая нота высвобождала место в груди, и ей становилось все легче. Хотя бы так она может чувствовать. Может принадлежать сама себе.


«И я борюсь, подняв руки вверх, руки вверх,

Чувствую пули твоего головокружения,

Я вижу тебя, но не могу дотронуться,

Потому что я оцепенел»


Здесь она позволила голосу литься и звучать кристальной чистотой. Словно высвобождая себя из собственного кокона, из своего тесного тела.

Тела, которое не выносило прикосновений.


«Я в унынии, чувствую тяжесть мира всем своим существом,

Пытаюсь плыть, но тону в одиночестве,

Постоянно падая глубоко в неизвестность»


Своей энергией Лея разрывала зал. На уровне ощущений она чувствовала, что вибрация голоса пробирает всех и каждого, как и ее саму. Пела она так, словно осталась на поле боя без патронов и встречала прорывающегося противника. Это тот случай, когда тебя никто не победит, вне зависимости от исхода битвы. Потому что того, что внутри, никому не сломить.

С последней нотой она отставила руку с микрофоном в сторону и склонила голову. Стены пали, и воцарилась мертвая тишина, как после побоища. Лея разжала вцепившиеся пальцы в стойку микрофона и ушла со сцены. Но не на второй этаж, а сразу же из клуба.


***

Глядя на пуанты и покрытие подиума на заднем дворе, она все примеряла шагами набросок танца, который рождался в ее голове во время исполнения песни. Прошел уже час или около того, как она покинула клуб. Обратная дорога на такси напрочь выпала из хода всех вещей, замещаемая бесконечной внутренней борьбой. Сжимая челюсти, Лея смотрела на свои руки не в силах понять, почему так злится. Казалось миллион жизней, а не двадцать минут пути, она вонзала ногти в кожу, прежде чем дать себе какое-то объяснение. Ответ маячил подобно дорожным знакам и указателям, пролетающим мимо, но она упорно не хотела его замечать.

Во мраке ночи казалось, что мерцающие холодом звезды были свидетелями ее тайны. И обманывать саму себя бесполезно. Лея даже не шелохнулась, когда Кир сел напротив подиума на один из стульев, стоявших у стеклянного столика под солнцезащитным зонтом. Наконец-то она призналась, что злилась вовсе не на него. В тяготящем безмолвии эти двое упрямо смотрели в землю. Помимо шелеста листьев и травы, каждый, кто когда-то получал сердечные раны, мог расслышать их тяжелое дыхание. Кир сделал движение рукой, и в ней вмиг загорелось синее свечение экрана смартфона. Зазвучали клавиши пианино, и тишину разрезали ноты песни «Another love». Той самой, о которой он ее спросил в коридоре универа, и после этого отшил Машу.

Лея медленно подняла на него взгляд. Макияж она смыла и сейчас стояла совсем без защиты в своем легком платье. Лицо же Кира было скрыто капюшоном чёрной толстовки. Взгляд опущен на переплетенные длинные пальцы, как будто у него было спецзадание ни за что на свете не отрываться от них. Когда он успел приехать и переодеться, Лея не заметила. Возможно, была в этот момент в ванной и смывала косметику.

– Станцуй для меня, – низко и хрипло произнес он. Но, несмотря на полушепот, его голос продолжала пронизывать властность. – Это твой подарок на день рождения.

Сразу ли он знал, что загадает? Тогда – в свой день рождения – он отбил первое очко и впервые оказался так близко к ней. А затем спас и вырвал счет в свою пользу. Судя по выбранной музыке, он видел, как она танцевала. Тогда нет смысла отнекиваться. «Я попрошу его, когда будет нужно». Почему именно танец? Ведь он мог выбрать все, что угодно. Мог попросить ее прямо сейчас покинуть свой дом. Или вытерпеть какое-то унижение. Лучшего момента просто не будет. Но он использовал этот шанс для того, чтобы Лея для него станцевала.

«Есть вещи, которых за деньги не купишь».

Когда зазвучал голос Тома23[1], Лея сделала первый шаг и полностью погрузилась в вихрь движений. Волны розовой полупрозрачной ткани закружились во мраке ночи, и гибкое тело начало рассказ о невыраженных чувствах. Она вложила в этот танец не меньше, чем в песню, которую исполнила в клубе. И каждый выпад говорил красноречивее любых слов. Лея танцевала о своей боли. Падая на пол и поднимаясь, она как будто снова и снова стирала безобразное лицо отчима из своей памяти. В каждый прыжок она вкладывала чувство своей свободы, которую так жаждала. На самом драматичном моменте песни Лея позволила безумию выйти наружу и сломать весь рисунок. Ее тело извивалось как у пациента в смирительной рубашке психиатрической больницы. Все отчаяние прошлого пыталось перемешаться со злостью настоящего, подобно тому, как неопытный художник безуспешно смешивает гуашь и масло. Этот кусок она посвятила Киру. Все эмоции этого вечера и всей их игры она дала высказать своему телу.

Ещё никогда Лея ни перед кем не танцевала, даже перед своим преподавателем. И сейчас ее грудь вздымалась от жадных глотков воздуха. Вот и все. Истерия прошла, все чувства отпеты. Может ли быть что-то еще в этом мире, если в нем больше не осталось ничего? Сейчас Лея чувствовала себя точно так же, как тогда, когда сгорел дом. Она села на второй стул, уверенная, что Кир сейчас просто встанет и уйдёт. Навсегда.

– Скажи мне, – вместо этого неожиданно произнес он. – Скажи мне все.

Лея молчала. Наверное, Кир ожидал, что она начнет упрекать его за поцелуй. Скажет, какой он придурок, и что пора уже завязывать относиться к своим чувствам, как к расходному материалу, распыляя их на всех девушек в округе. А возможно и нет. Ей не хотелось называть счёт, не хотелось бороться. Столько лет она убегала от прошлого, от самой себя и пряталась от реальности. И Кир в один момент снес все ее укрепления и сравнял их с землей. Только тогда она смогла осознать, что сама копала вокруг себя могилу. Ей хотелось спрятаться от прошлого, но на самом деле кроме него она больше ничего не видела вокруг.

– Я никогда не знала своего отца, – начала Лея ровным голосом, – он умер ещё до моего рождения. Из детства я помню только то, что табачный дым был нормальным воздухом, голод – обычным состоянием и что, когда тебя бьют – это единственное взаимодействие с другими людьми.

Сглотнув густую слюну, она прерывисто набрала воздух в легкие и продолжила. Никто и никогда не слышал ее историю. И говорить оказалось труднее, чем она думала.

– Я почти не видела их трезвыми и не обдолбанными. Мама и отчим отдавали все в доме за наркоту и алкоголь. Иногда заставляли пить меня. Когда я пошла в школу, то поняла, что лучше дома не бывать, и стала засиживаться в библиотеке. Потом...

Грудь сдавила будто титаническая плита. Так было сложно рассказать именно Киру или вообще? Тем не менее, он продолжал сидеть и слушать. Не остановил ее и не выругался, мол, что она вообще тут несет. Поэтому, перестав заботиться о том, что начинается гипоксия24[1], Лея все-таки продолжила.

– Потом он начал делать это. Мне было одиннадцать. Он изнасиловал меня и избил так, что я не могла ходить. На следующий день я рассказала об этом маме, но увидела лишь пустоту в ее глазах. Она была обдолбана. Я убежала из дома тогда и чуть не отморозила конечности, когда осталась на улице. Идти мне было некуда, кроме леса, что находился за полем. Но среди редких деревьев он нашёл меня. Приволок домой и сделал это на глазах матери. Я смотрела на неё, умоляя о помощи, но она лишь отвернулась, сделав вид, что это нормально. Тогда у меня отключились чувства. Мой детский ум не мог этого объяснить и закрыл от меня то, что происходило. Последующие два года он делал это снова и снова, но я перестала быть человеком. Если ты никто, то больно не тебе. Кажется, именно так я тогда решила.

Хотелось бы ей представить, что Кира здесь нет, что она просто говорит с призраком. Но Лея была слишком эмпатична, чтобы так и было. Каждой клеткой она чувствовала напряжение, нарастающее в воздухе. Она ощущала, как агрессия парня поднимается из недр его собственной тьмы. Пусть возненавидит ее ещё больше. Что бы он там о ней ни думал до этого, такого он точно не ожидал. Как и Лея. Ни одному человеку она не доверила свою историю. Но сегодня он коснулся ее. И все рухнуло. Сколько бы она не убегала и не пряталась, не жила самообманом, сегодня ее поймали. Собственная боль и горечь дотянулись до сердца, которое она так тщательно скрывала в пустоте. Взглянув на звезды, она призналась, что злилась только на собственные реакции и неспособность жить нормальной жизнью. Ни с Киром было что-то не так, а с ней, ведь она была подобна сломанной кукле.

– Но как-то потом пришли его дилеры и потребовали долг, – продолжила девушка. – Взамен он предложил им меня. И тогда мои чувства включились снова. Мне было тринадцать. С нечеловеческой силой я налетела на того мужчину, который дотронулся до меня, и прокусила руку, – Лея поднесла свои пальцы к губам и начала их царапать, как будто это поможет забыть вкус его плоти. – Я была, словно зверем, и чудом смогла убежать от них. Выброс адреналина, – горько усмехнулась она собственным словам и поняла, что только это вещество дает ей жизнь. – Я пряталась в школе и жила какое-то время там. Изучила все книги по боевым искусствам, которые были в библиотеке, и отрабатывала удары на деревьях. Чтобы... – голос предательски покинул ее и перешел на шепот. – Чтобы больше никто и никогда не притронулся ко мне. Именно поэтому... Поэтому я не могу... Не могу терпеть ничьих прикосновений.

Кир все так же молча продолжал слушать ее монолог, словно перевод всех кусочков танца и ее поведения. Как она завалила того парня при их первой встрече. И ее речь о насилии над женщинами, что даже музыку кто-то выключил. Как точно знала, что Кир не наркоман, и сняла на камеру тех странных типов, подкинувших пакеты. Ее отстраненные реакции на попытки Ирины обнять Лею. И как тогда неуклюже она сама обняла его маму в благодарность за приготовленные для нее сырники. А потом еще долго сидела в комнате, прислонившись к двери, и дожидалась конца панической атаки от первого прикосновения за последние пять лет. И что она совершенно не могла находиться с ним рядом в темноте на лестнице в день его рождения, когда Кир просил о подарке. И точно никак не надеялась, что его спасение – это акт доброй воли. Не после того, как даже мама отказала ей в помощи. И что бы он ни ожидал тогда в клубе, когда оттащил ее от падающей колонки, ее тело не могло среагировать иначе. Так же, как и сегодня, когда Кир ее поцеловал. Сглотнув несуществующую слюну, Лея смогла продолжить уже нормальным голосом.

– Когда меня обнаружил ночью охранник, то отвёл в дом. Прошел уже месяц, как я пряталась в школе. Отчим был мёртв. От передоза, как сказали всем. Но, возможно, его убили дилеры. Я не знаю. Тогда был самый счастливый день в моей жизни и потом еще тот, когда сгорел дом. Мама стала забывать тушить сигареты и сгорела от собственной оплошности, – только сейчас в голову Леи пришла мысль, что, возможно, мать бессознательно хотела, чтобы так случилось. Просто умереть, потому что сил выносить свою жизнь просто не было. – Я стояла так близко и видела, как горит ее тело. У меня ничего не осталось, но какой-то инстинкт выживания заставил меня выбежать из дома и спастись. Это случилось летом. Тогда ко мне и подошла твоя мама. И подарила жизнь. Право на неё. Она ничего не знает, – только про пожар, потому что видела сама, как сгорел дом.

«Так что можешь рассказать ей и своему отцу», – подумала Лея, но вслух не сказала. Теперь у него есть веская причина, чтобы наконец-то выгнать ее из своего дома, и у Ирины с Андреем тоже. Мама Кира только смогла выяснить у деревенских, пока на Лею напала немота, что родственников по отцу она никогда не знала. В то, что это его ребенок, они не поверили матери. А ее же родственники все уже были мертвы. Поэтому Ирина девушку и приютила. И даже это уже больше, чем Лея смела мечтать. Поэтому неважно, что она о ней подумает. Лея в неоплатном долгу перед этой женщиной и всегда будет благодарна.

Внутри образовалась гулкая пустота от своего рассказа. Как будто все нити, связывающие ее с миром, оборвались окончательно. Вот и все. Теперь ее история услышана. Можно ли было вообще надеяться на что-то? Поцелуй Кира вернул ее к реальности. К той унизительной боли и чувству собственного ничтожества.

Словно в замедленной съемке Кир поднялся и взял стеклянный стол в руки. Занёс над головой и швырнул просто с чудовищной силой. А затем подошёл к нему и начал разбивать кулаки о стекла. Лея смотрела на то, как он превращает свои руки в кровавое месиво, ударяя все сильнее и быстрее. Но она оставалась неподвижна. Глядя на его реакцию, Лея чувствовала облегчение, словно через его агрессию выражалась ее собственная.

Наконец, остановившись, он поднял голову к небу, отчего капюшон слетел с его угольно чёрных волос. Из-за чёлки Лея не увидела его выражения лица. И уж точно не могла понять, что происходит у парня внутри сейчас. Опустив голову, Кир неровными шагами подошел к ней и сел на корточки, закрывая лицо окровавленными руками.

– Прости.

«Словно лжец, вымаливающий прощения у камня»25[1], – вспомнились слова песни Лее, которую она исполняла впервые на сцене в клубе. Она не знала, что Кир вложил в эти слова и за что извинялся. Красные капли прорезали его кожу, вторя контуру вздутых вен. На что именно была направлена его злость?

– Идём. Нужно обработать раны, – слишком внутри было пусто, чтобы понимать смысл сказанных им слов. И сам он все равно не сможет обработать руки, его пальцы вряд ли вообще будут шевелиться какое-то время.

На кухне была аптечка. И в тусклом свете над островным столом Лея начала пинцетом вытаскивать осколки из его костяшек. Кир предусмотрительно встал с другой стороны, чтобы между ними было расстояние. Пальцы его тряслись, но Лея привыкла все выполнять, не касаясь людей. И точно знала, что дрожь в его теле не от вида крови. Затем щедро полила перекисью водорода на его руки. Стекло глубоко порезало кожу, – останутся шрамы.

– Я буду тебя защищать, – неожиданно и безапелляционно произнес Кир, когда Лея начала перебинтовывать раны.

Остановившись, она сначала посмотрела, как белое полотно пропитывается кровью, что текла без остановки, и только потом осмелилась посмотреть в его лицо. Оно было серьёзным и непроницаемым. Слова гулким эхом звенели в голове, как будто Кир приносил клятву на своей крови. Что это значит? Она не понимала. И понимал ли он сам? Кир неуклюжим движением выудил из сплошного кармана толстовки свой вейп и закурил. Сделав всего одну затяжку и выпустив пар, он как-то странно и долго смотрел на свою желтую дудку и убрал ее обратно в карман.

«Прости». Это что, очередная игра? Или чувство вины? Жалость? Прости за то, что я тебя касался. Прости за то, что ненавидел и позволял издеваться над тобой. Прости, что это случилось в моем доме, когда те ублюдки ворвались в твою комнату. Что он имел в виду Лея не понимала, как бы ни старалась. Но что бы там ни было, она знала только один верный ответ:

– Играй в команде по футболу.

Так ведь было между ними всегда: ты мне – я тебе. Какие бы причины не сдерживали Кира, чтобы пробоваться в сборную, сейчас Лея надеялась, что он все-таки сделает это.

Кир ничего не ответил и даже не удивился, что она знала. Видимо, он тоже понял, что Лея подглядывала за ним тогда. Окончив перевязку, она ещё раз взглянула на него. Кажется, ещё никогда и ни у кого Лея не видела во взгляде столько жизненной силы. Если после пощечины в глазах Кира звезды гасли, словно поглощаемые черными дырами, то сейчас они рождались, образуя взрывы, как при столкновении небесных тел. Она отвела взгляд в сторону, испугавшись, что сейчас упадёт. Но в то же время чувствовала, что летит не вниз, а вверх, не веря тому, что заметила дорожки его высохших слез.

## Глава 8.

Андрей улетел еще вчера утром – снова в другую страну на объект, но в этот раз надолго. Поэтому он не смог сопроводить Ирину на показ, и с ней пошел Кир. Судя по гробовой тишине, когда Лея вернулась с клуба, она тоже куда-то уехала. В последнюю неделю родители Кира обсуждали, куда вложат финансы. Похоже, что зарубежный проект с искусственным интеллектом заинтересовал Андрея. А его жене приглянулась разработка ЭЭГ26[1] для выявления последствий инсульта. И, должно быть, она отправилась изучать ее, чтобы инвестировать.

Так что Лея не знала, сколько еще у нее есть времени, чтобы пробыть в этом доме. Было совершенно непонятно, когда Кир все расскажет родителям. События вчерашнего дня и ночи истощили ее настолько, что после перевязки, она сразу же отключилась, как только голова коснулась подушки, и ей ничего не снилось. Проснулась она с неприятным ощущением в центре груди, словно там был тяжелый и острый камень, который ранил и резал при каждом вдохе. Лея чувствовала отвращение и вину за само свое существование. Буря эмоций утихла, и сегодня она жалела о том, что рассказала все. Так бывает всегда, когда чувствуешь, что открылся больше, чем нужно.

Стоя уже минут десять перед своим шкафом, она не могла определиться с выбором одежды. По ходу прикидывала, сколько заработала денег с показа, сколько осталось накоплений и возможный заработок с предстоящих съемок. На ближайшие полгода должно хватить, чтобы снимать квартиру и питаться, ничего не позволяя лишнего. Эта работа ей очень нужна, и никак нельзя ее потерять.

Глядя на свои кричащие наряды, Лея пыталась отыскать среди них костюм невидимки. Больше всего на свете ей сегодня хотелось слиться с пространством, чтобы никто и никогда не увидел ее. С обреченностью она глубоко вздохнула – что бы ни надела, все равно будет чувствовать себя как будто голой. Приложив руку к груди, Лея отогнала мысли о Кире, которые грозились вызвать приступ новой панической атаки. В итоге она решила надеть фиолетовое платье в стиле «Лолиты» с черным корсетом и воротником-стойкой. Вместо ботинок достала туфли под стиль к платью на массивной сплошной платформе и надела белые носки с рюшами. Как-то ей предстоит выдержать этот день, и если ее закидают помидорами за этот наряд, то так ей и надо.

Загудевший мотор оповестил ее, что Кир сейчас уедет в универ. Значит, Лея с ним не встретится. Не заметила она и его традиционной чашки с кофе, когда спустилась вниз. Что ж, вчера оба уснули очень поздно, и Кир наверняка просто подольше поспал сегодня, не успев позавтракать. Хотя завтракал ли он вообще? Машина уже выехала из гаража, и Лея смело вышла во двор. Когда закрывала основные ворота, ее прошиб озноб от звука мотора за спиной. Пришлось зажмурить глаза и досчитать до пяти, чтобы суметь спокойно и медленно развернуться.

Кир сидел за рулем своего черного «Мустанга» и смотрел вперед на дорогу. Стекло с его стороны было опущено, так что Лея успела обратить внимание на его руку, держащую руль. Рукава рубашек он всегда закатывал, поэтому была видна татуировка. В одежде он практически всегда предпочитал черное. И сегодня, не изменял себе. Но на солнце было заметно, что рубашка отдает иссиня-фиолетовым отливом. Тату покрывало всю левую руку, а черные часы «Бригет» почему-то были на правой. Необычно.

Лея застопорилась в недоумении, что он остановился рядом с ней, и приготовилась услышать все, что угодно. Принять любой удар.

– Садись.

На нее он даже не взглянул. Тон Кира, как всегда, был таким, что не давал собеседнику ни выбора, ни времени на раздумья. Про себя Лея отметила, что это ее раздражает. «Я буду защищать тебя». Воспоминания вчерашнего вечера болезненной волной накатились на нее. Чтобы прекратить ход ее движения, Лея, не задумываясь о последствиях, обошла капот. Кир с самодовольной улыбкой провожал ее взглядом. И это ее тоже раздражало.

Дверей у этой тачки было всего две. Возможно, Кир ожидал, что Лея сядет рядом, потому что его улыбка быстро померкла. Пока Лея разбиралась с передним сидением, чтобы отодвинуть, он сжал свои губы в тонкую нить. Наконец, Лея протиснулась назад, прошуршав своими пышными юбками. И выгнула одну бровь, когда Кир исподлобья бросил на нее свой колючий взгляд через стекло заднего видения. Заиграла песня «Girl from the North Country»27[1]. Ого!

Возле «Кофе с собой» Кир остановил машину и заказал себе латте с соленой карамелью на овсяном молоке.

– И м... – не успела сказать Лея.

– Два.

Потрясающе. Закатив глаза, Лея не знала, что ее бесит больше: его командирские наклонности или то, что у них одинаковые предпочтения в кофе. Правда, с солёной карамелью его ещё не пробовала. Но альтернативное молоко? Лея думала, что кроме нее вообще никто его не пьет. Но праведный гнев сменился удивлением и вроде какой-то тихой радостью, когда она заметила рядом с собой спортивную сумку с бутсами.

Напиток Кир поставил в подстаканник между передними сидениями, чтобы Лея могла спокойно его взять, не опасаясь, что может случайно коснуться парня. Не успела она его мысленно поблагодарить за осторожность, потянувшись за кофе, то тут же оказалась бессильна и беззащитна перед его запахом. Слишком близко. Прямо, как тогда в клубе. Кир пах орехами и деревом. И оставшийся путь до универа никакие кожа салона и кофе не смогли его перебить.

Когда Кир подъехал к университету и начал парковаться, Лея с ужасом сообразила, что вот сейчас она выйдет из его машины. Перед парами площадка для курения была, как всегда, заполнена дымящими студентами. Куча девушек приезжает тоже на машинах, и, конечно, они всегда глаз не сводят с этого красавца.

– Спасибо, – небрежно буркнула Лея и быстро выскочила, когда Кир открыл дверь и отодвинул кресло.

Не оглядываясь, она зашагала вперед. Умоляла себя не споткнуться и держаться естественно. Удивленные взгляды преследовали ее со всех сторон, и она старалась абстрагироваться, не обращать на них внимания. Мысленно девушка ругала себя за поспешное бегство, потому что это вызывает еще больше подозрений. Сильнее всего горела спина, и причиной тому был Кир, следовавший за ней. Даже без оглядки Лея была уверена, что в уголках его губ играет улыбка. Пришлось схватиться за эту мысль, как за спасательный круг, чтобы войти в корпус и встретить еще больше неодобрительных кивков. Когда-нибудь он посмеется над ней со своей свитой. Это все всего лишь игра. Но, по крайней мере, Кир ее не жалел. И продолжал давать ее телу то вещество, от которого кровь бежала по венам. Адреналин вызывает зависимость не хуже иглы. И, похоже, Лея подсела на эту игру.

Их игру.

На паре она смотрела на стаканчик и думала о том, что нужно бы спросить у Кира номер телефона для перевода денег за кофе. Они же именно в это играют: «Никто не останется в долгу»? Только сейчас она заметила, что Женя написала ей:

«С тобой все в порядке? Ты так быстро убежала, мы испугались, что ты перенервничала».

Время отправки было 01:33. Примерно в этот момент она танцевала перед Киром. Лея послала ответ, что ей действительно стало нехорошо, но сейчас все в порядке. «Лгунья». Глотком кофе она заглушила этот непрошенный голос.

В столовой Кир не подошел к ней. Лишь взглянул, словно убедившись, что она сидит на обычном месте. Зато подошел Костя.

– Привет! – как всегда в своей радостной манере и с ослепительной улыбкой сказал блондин. За его спиной вмиг выросла тень, грозящая поглотить все на пути, и унести в свое царство. Откуда ты никогда не выберешься, но взамен она тебе предложит все, что у нее есть. Кир сел напротив Леи.

Она вскинула бровь вверх, уже откровенно разозлившись на этот балаган. Что он устроил?

– Ты что?

– Что? – наконец-то Кир встретился с ней взглядом, нахальным и надменным, что Лея чуть не вылила на него чай.

– Я предпочитаю есть в одиночестве.

– Придётся отучиться, – невозмутимо заявил он.

Лея закатила глаза и уловила, как Кир прищурился, пронзая ее своей чернотой глаз.

– Он всегда такой... – со вздохом поинтересовалась она у Кости. Тот тоже сел рядом с Киром. Отлично. Но не успела закончить свой вопрос.

– Неотразимый? – перебил ее Кир.

– Невыносимый, – резко бросила она, но не глядя на него, а все так же продолжая обращаться к блондину.

– Если ты будешь так злиться, то да, – ответил вместо друга Кир, потягивая свой чай со скучающим видом.

Костя же лишь ухмылялся, наблюдая их игру, но не встревал.

– За сборную, что выведет наш универ на первое место! – на всю столовую прогремел он, поднимая стаканчик с чаем вверх. – Этот парень приведет нас к победе, – салютовал он Киру.

Мало того, что эти двое сели с Леей за один стол, так теперь еще тостом привлекли внимание всех присутствующих. Мысли проносились с молниеносной быстротой. Так значит, Кира приняли в сборную университета, и он теперь будет играть в футбол. Расплываясь в улыбке, Лея отпила свой чай. Что ж, за такое грех не выпить. У него талант. И пока все скандировали имя Кира, он, видимо, забыл, что нес стаканчик, потому что его рука замерла в воздухе. С приоткрытыми губами он уставился в этот момент на Лею.

Чтобы не подавиться жидкостью, ей пришлось повернуться в сторону выхода. В дверном проеме стояла Кристина с абсолютно пустыми глазами и смотрела на их столик. Из ступора девушку вывело осознание, что Лея ее заметила. Она опустила ресницы в пол, а затем развернулась и ушла. Слишком хорошо Лея знала такой взгляд. Ей было больно.

– Кристина, – Лея догнала ее на площадке для курения.

Отросшая челка красиво обрамляла лицо. Черные длинные волосы были собраны в высокий хвост, и можно было заметить множество колечек разных размеров в левом ухе девушки. А в правом – пирсинг в виде стальной палки, пересекающей раковину насквозь28[1]. Кристина зажгла сигарету и выпустила клуб дыма. Откровенно источаемая ненависть отравляла все пространство. Проследив за направлением глаз цвета аквамарина, Лея сорвала со столба объявление о вечеринке. Некая Алена устраивала грандиозное пати в своем особняке в честь возвращения на родину из Европы. На плакате была изображена блондинка с безупречными чертами лица и фигурой. Огромные голубые глаза подведены идеальными стрелками, высокие скулы придавали стервозное выражение ее кукольно-детскому лицу. Чуть приподнятый уголок губ выдавал избалованность, беззаботность о будущем, и что человек не привык слышать «нет». Кристина поднесла бычок и прожгла ее лицо насквозь.

– Беспощадная сука и стерва, – слишком спокойным тоном произнесла она, несмотря на столь враждебные слова. – Повеселитесь там.

Лея почувствовала укол осуждения в ее голосе и осмелилась спросить:

– Что она сделала?

– Спроси у своих друзей. Хотя нет, это запретная у них тема.

И ничего не объяснив, она отправилась быстрым шагом на пары. Лея смотрела вслед удаляющейся фигуре девушки в рваных голубых джинсах. Еще раз взглянула на объявление с изображением теперь уже безликого тела в красном платье-сорочке. И тоже поспешила уйти, ведь перерыв закончился уже как две минуты назад. Что значит «запретная тема»? Лея не понимала, но предчувствие ее не обманывало никогда. Внутри все сжалось в тугой узел. Что бы то ни значило, ей это не нравилось.

После пар Кир отвез Лею в агентство, где ей предстояло подписать несколько договоров о съемках в рекламах. И каково было ее удивление, что он ждал все это время. Подавив раздражение, она села в машину, снова отказываясь понимать этого странного человека. На этот раз он сам открыл дверь и отодвинул кресло. Что ж, хотя бы здесь победа.

Киру же, видимо, все было нипочем. И как он может всегда быть таким спокойным? В общем-то, особо ничего не изменилось, только добавилось комфорта в виде езды на машине. Ни разу он не упомянул о вчерашнем. Ни о поцелуе, ни о разговоре. И не понятно, рассказал ли что-то родителям. Но пока никто ее из коттеджа не выгонял. В любом случае нельзя ослаблять бдительность.

Из гаража в дом вел неизвестный для Леи вход, и она следовала за Киром, поднимаясь по лестнице. Оказались они сразу же возле уборной на первом этаже, которую Лея ни разу не посещала, довольствуясь той, что была в комнате. Выйдя на кухню, она уже, было, собралась пересечь гостиную и подниматься наверх, но Кир остановил ее.

– Не так быстро. В агентстве ты была слишком долго. Я проголодался, – насмешливые нотки пропитывали каждое его слово. Когда Лея повернулась, то увидела хитрый блеск в его глазах и приподнятый уголок губ.

– Я не просила дожидаться меня, – он что, блин, издевается?

– Поешь со мной, – абсолютно серьезно сказал Кир.

Может, открыть ему тайну, что вообще-то он не король, чтобы командовать? Хотя он смог бы стать капитаном команды. Его точно бы слушали товарищи.

– Я не голодна, – процедила Лея. Она не даст ему такого удовольствия и преимущества, чтобы потом использовать это.

Слишком быстро он вырос в метре перед ней. Сложив руки в карманы, Кир выглядел даже сурово. Голова его склонилась на бок вместе с челкой, открывая оба глаза. Было похоже, что парень с чем-то борется.

– Блин, я ненавижу есть один, – наконец-то произнес он. – Ты можешь остаться со мной? – последнюю фразу Кир сказал громче, чем нужно. Обычно так выходит в момент волнения. Но с чего бы ему волноваться?

Приподняв брови над переносицей, Лея вдруг почувствовала, как защемило в груди. То есть этот парень никогда не ел дома, потому что... не любит есть один?

– Где ты питаешься? – смело спросила Лея.

– Ты можешь просто сесть? – и, огибая ее, прошагал к холодильнику.

Так странно было видеть Кира, орудующего на своей кухне. Он даже знал, как включается микроволновка. Поставив перед ней тарелку с ризотто, он разместился напротив за большим и пустующим столом.

– В кафе, – бросил он, перед тем как отправить ложку в рот.

– И тебе приятного аппетита.

В кафе всегда есть посетители, а даже если и нет, то есть ведь персонал. Картина с Киром, сидящим за барной стойкой, возникла сама собой. Играет музыка, официанты переговариваются о чем-то, – и все это создает иллюзию присутствия и причастности к чему-то. Родителей Кира практически никогда не бывает дома, и парень идет не в ресторан, где будет точно так же одиноко сидеть за красиво накрытым столом, а в кафе. И уже там восполняет то, чего у него нет.

Лея же смогла привыкнуть есть одна. Возможно, родители Кира не всегда были так заняты, и раньше они собирались все вместе. Но потом изменения в обычном укладе жизни пришлись парню не по душе. Лее наоборот было комфортно одной. Семейный ужин она даже не могла представить в своей голове. Образы сразу же превращались в кошмары.

– Когда будет матч? – поинтересовалась Лея.

– Через неделю.

– Тебя взяли форвардом? – хотя это был даже не вопрос, а утверждение.

Кир отставил свой чай и откинулся на спинку стула. Сложенные руки на груди выделяли мышцы на предплечьях. Сощурив глаза, он склонил голову набок, и какое-то время изучал Лею. Не прерывая зрительного контакта, Лея подала корпус вперед и сцепила пальцы, подперев ими подбородок.

– Роналду, Месси, Мбаппе, Левандовски, Салах, Бензема... – начала перечислять она. Кир вскинул одну бровь и ухмыльнулся. – Окей, давай старых. Клозе, Зидан, Анри, Роналдо, Вилья, Торрес29[1].

– Победители Евро 2016? – похоже, он все еще не верил, что Лея разбирается. Многие девушки тащатся по форвардам, но чаще всего это бывает только из-за внешности и популярности. Сама же игра и таланты их не интересуют.

– Португалия.

– Чемпионата мира 2010?

– Испания.

– Откуда...

– Охранник, который меня нашел, – Лея пожала плечами и теперь тоже откинулась на спинку, скрестив руки на груди. – С самого первого года моего обучения в школе мы вместе смотрели футбол. Библиотеку можно было посещать летом. Как и говорила, я там все время засиживалась. Увидела, что он смотрит, и тоже села.

Кажется, Кир был сражен. Вообще впервые Лея видела, чтобы он так открыто улыбался.

– Хм, и ты знаешь, что такое офсайд? – уже дурачился он. Похоже, что проверку она прошла.

– Смотри, не окажись в нем в своей первой игре, – тоже улыбалась Лея. Чем заслужила пристальный взгляд Кира, который пришлось выдерживать.

# Примечания

0

Отсылка на четвертую часть фильма «Форсаж», где семья Доменика Торетто отправилась его спасать на тачках от тюрьмы.

1

Тюрьма в фильме «Побег из Шоушенка».

2

Имеется в виду счет.

3

Песня Tom Odell.

4

Жизнь – это мгновение (англ.).

5

Песня «Дыхание с тобой».

6

Zoloto - «Грустно на афтепати».

7

Неформальная атрибутика – тканевый рюкзак с изображением обложек альбомов рок-групп. Mistfits – американская панк-рок-группа.

8

The Fray.

9

Пей до дна (яп.).

10

Спасибо за еду (яп.).

11

Jack Daniels – популярный сорт американского виски.

12

Короткие видео-ролики в Инстаграм.

13

Книга и одноименный фильм.

14

Лучший американский баскетболист в истории.

15

Французская группа, играющая в жанре депрессивно-суицидальный блэк-метал.

16

Обманчивые движения и приёмы, выполняемые игроком, с целью запутать противника.

17

Речь о Дейнерис из сериала «Игра престолов» и серии книг Д. Мартина.

18

Дейнерис сожгла своего умершего мужа и драконьи яйца в шатре и вошла сама в огонь. Когда все сгорело дотла, она сидела с тремя драконами невредимая.

19

Бог смерти (яп.).

20

Выражение лица, которое не выдает никаких эмоций.

21

Dotan «Numb» - Оцепеневший (англ.).

22

Исполнитель песни Tom Odell.

23

Кислородное голодание.

24

Green Day «21 guns».

25

Электроэнцефалограмма головного мозга.

26

Lions.

27

Индастриал.

28

Лучшие форварды.