Юрий Ра
Серёга и Город Мечты

Глава 1. Поехали!

Еманжелинск расставался с Серегой неохотно. Этот славный город вообще не любил терять своих и старательно препятствовал их отъезду в неведомые дали. В первую очередь, он не обзавелся аэропортом, ведь из таких мест люди улетают обычно очень далеко. А еще замечательный город Еманжелинск обеспечил отсутствие высших учебных заведений на своей территории, чтоб у его собственных жителей было поменьше амбиций. Ну и до кучи хитрющий городок не имел на своей территории каких-то худо-бедно успешных предприятий с достойной зарплатой, а то начнёт население кататься в отпуска на всякие Мальдивы, да и останется там жить.

Но население в непонятной злобе и нелюбви к родному Еманжелинску продолжало из него утекать. Как так?! Ведь даже дороги город привел в состояние, максимально препятствующее выезду. А всё равно уезжали странные людишки. Вот и Серёга намылился. Уж как город на него надеялся, как пестовал и готовил в старожилы и патриоты, а он вона чего. Уеду, говорит, как есть прямо сегодня свалю нахрен! Что примечательно, многие отсюда старались свалить нахрен, хотя в почтовом каталоге ни города, ни страны такой нет. Что за люди! Но с Серегой как раз понятно, у него была причина.

Так, стоп. С чего я вам про Серегу начал рассказывать, если вам он никто и даже меньше? Что за славный муж вырос в не менее славном городе, настолько яркий, что вон, даже книжку писатель про него пишет? Про Дзержинского есть книжка, и про Серегу тоже теперь будет, практически фигуры сопоставимого масштаба. А вот не спешите, вы сами потом всё поймете, ведь личность нерядовая! Герой нашего времени, практически Супермен, только трусы поверх штанов не надевает. Обычно.

К своим двадцати трем годам наш герой успел не только закончить школу, но и отслужить в рядах славной Российской Арми, наследнице традиций и продолжательнице героического чего-то там, дальше Серега терял нить рассуждения и начинал думать о более важном. Например, о том, как здорово было бы, если бы его смартфон не висел сейчас на доске почета, а болтался в кармане. Но судьба порой неумолима, на тех учебных занятиях, где рассказывали про несокрушимую и легендарную, сам Серега сидел без телефона, а телефон висел, прибитый гвоздем к доске почета без Сереги. Оказывается, в ракетных войсках стратегического назначения пользоваться смартфонами не просто нельзя было, а совсем нельзя.

О школе воспоминания у героя были еще менее яркие, школа закончилась давно. Да чего там вспоминать – то учился, то не учился; не дрался сначала, потом, когда оказалось, что по-другому никак, изредка дрался после уроков. Физические кондиции, доставшиеся от папы, позволяли без специальный навыков отмахиваться от самых оборзевших одноклассников. Одним особо настойчивым мальчиком Серега даже ухитрился разбить огромное стекло в вестибюле школы. Отец пытался сделать из него неустрашимую машину смерти и разрушения, но вышло не очень. С разрушениями, впрочем, всё было вполне хорошо, но обычно на бытовом уровне, посуду там разбить дома или телефон разгрохать… Упорный каждодневный выматывающий труд и правило «повторенье – мать ученья» в конце концов дали результат, школа была окончена. По поводу каждодневного труда – трудилась в основном Серегина мама, пихая его на вершину пищевой цепочки. Ну хотя бы на следующую ступень, к зайчикам.

Умный и серьезный парень к моменту описываемых событий уже мог похвастаться водительскими правами и званием ефрейтора запаса. А похвастаться он любил даже больше, чем покушать. Так вот, у умного целеустремленного Сереги любое дело в руках горело, иногда синим пламенем, иногда жиденько, серым дымком. И цель в жизни была четкая и понятная – стать богатым и счастливым, жить долго и радостно в окружении семьи и подчиненных. Герой моего романа смотрел на свою цель с достойным упорством и планировал сделать первый шаг к ней, но боялся ошибиться. А иногда вот прямо четко понимал – вон туда! Но было лень идти. С ленью у него тоже всё было хорошо, судьба отсыпала полной мерой с горочкой.

Ну всё, с портретом героя определились, можно дальше рассказ вести. Я к чему так подробно описывал: во-первых, главный герой, понимать надо! А во-вторых, ежели какой невнимательный читатель потом скажет, что не мог Серега такую дичь упороть, то другой читатель сразу поправит – этот мог! Стартап-то годный вышел. И не он первый додумался скормить банкомату билеты банка приколов. В родном Еманжелинске, может раньше никто так не делал, но в интернете писали про вполне годный план. Продуманный и умный парень Серега не стал кидать денежки на свою карту, он воспользовался левой картой, приблудившейся к нему в войсках. При призыве каждому защитнику Родины выдают банковскую карту, с которой чаще всего потом он не знает, что делать. Вот и эта, с наклеенным ПИН-кодом валялась в бардачке Урала и даже была рабочей. Пригодилась, так получается. В память о службе помимо записи в военном билете и чужой карточки, он увез тату с эмблемой Козельской ракетной дивизии на плече. Некоторые утверждали, что на ней изображен геральдический щит, но мне кажется, там нарисовано железное ухо. Что мы знаем о фантазии военных? Мы даже не знаем, есть ли у них фантазии.

Почти сотня тысяч обналиченных живых денежек жгла руки и требовала покупки как минимум Айфона, а то и Бэхи, успех кружил голову. Но Серега всегда отличался четко работающим умом и сообразительностью. Как говорится в одном мультике из прошлого века: «Отличается умом. Отличается сообразительностью». Уже на улице в голову постучалась мысль. Случай нерядовой, она была выслушана. Грустный рассказ залетной мысли про видеорегистраторы в банкоматах и численность населения Еманжилинска, подходящего под описание «молодой мужчина славянской внешности, полноватый, рост 188 см, явный оболтус» сильно расстроил. Ему все говорили, что слово «оболтус» – почти точный его портрет.

Вот Серега и намылился из родного города. Прежде всего он прикинул, куда ловчее свалить. Вариантов было два: Екат и Москва. Челяба не рассматривалась по причине её близости и очевидности такого места. А еще Челяба не Екат. Ни аквапарка, ни гор путных. То ли дело столица Урала – там и пацаны знакомые трутся, сумевшие закрепиться после универа, и … и всё. Да чего там делать вообще? Спонсировать пацанов, чтоб они за три дня кровно нажитые бабки пропили? Был у Сереги недостаток, вроде и неявный, но отталкивающий. Он не пил. То есть не бухал, не употреблял, не синячил – вообще не пил алкоголь по одной очень серьёзной причине, ему не нравился вкус любых спиртосодержащих жидкостей. Может именно из-за этого недостатка он и не сошелся близко ни с кем, не влился в заводской коллектив, не принял идеалов шарашки, тянущей связь и раздававшей интернет направо и налево. Короче говоря, круг работящих уральцев трезвенника в свои ряды не принял.

Ну тогда остается только Москва – вздохнул герой и пошел на автовокзал. Не сразу пошел, сначала домой заскочил за сумкой, одеждой, ну и родителям сплести пару лаптей про вахту в Москве на новом заводе, где такие операторы ЧПУ как он на вес золота, и куда его позвали, увидев его замечательное резюме на ХедХантере. Родители вздохнули и помахали рукой вслед. Серега даже не понял природу вздоха, не то он был сожалеющий, не то облегченный.

Не подумайте плохого, не на автобусе Серега собирался ехать в первопрестольную, не настолько всё плохо. Просто чудный город Еманжелинск чуть не единственный город страны, откуда не едут прямые экспрессы до Москвы. Так-то уже из любого города можно прямиком туда, а потом так же прямо обратно. В гости к родителям, ну или внуков им закинуть перед отпуском на Мальдивах. Так вот, еманжелинцы попадали в столицу исключительно через Челябу, кстати, тоже столицу, но не Урала, а Южного Урала. Здравствуй, вокзальная площадь с таким современным вокзалом шестидесятых годов постройки, напоминающим бюстгалтер на три сиськи и стеклянной пирамидой Хеопса. А еще здесь стоит прямо жуть какая статуя бородатого мужчины топлесс и в юбке до пола. Название «Седой Урал» вот прямо очень ей подходит. Метров десять высотой, чтоб все видели, какой в Челябе народ живет, суровый, но толерантный. В Екате тоже есть «Седой Урал», но в длинном платье и с мечом, Серега видел его. Даже интересно стало, почему Седые так любят в женскую одежду наряжаться. Чуть по мордасам от пацанов не получил за оскорбление символа и подрыв устоев. А зато у них в Челябе Урал старше лет на пятьдесят!

Насладившись архитектурой, молодой путешественник вдруг понял, что в плацкарте путешествовать не комильфо, можно даже сказать – западло так ехать навстречу Мечте. Там и носками воняет, и жарко сильно по летней поре. А вместо попутчиц в топиках и шортиках с крутыми татухами обязательно кругом окажутся тетки последних размеров с орущими детьми или выпускники исправительных учреждений с не менее крутыми татухами. Ага, и как раз они покажут фокус с исчезновением наличности. Точнее не покажут, денежки исчезнут незаметно. Купе, только купе! А вот и нет, то есть купе есть, но нет – не наш метод! За те же деньги Серегу прекрасно до Москвы домчит и самолет, только быстрее, он и покормит, и не обворует. Так, чуток ограбит на цену билета.

Про аэропорт Челябинска можно сказать только одно – он там есть. Совершенно типовое здание без изысков вроде вокзального мужика в юбке или конников, дерущихся с волками, как в аэропорту Новосибирска. А говорят, в Кемерово вообще космонавт под потолком болтается. Врут небось. Земля пнула Серегу под зад, а потом поймала уже где-то рядом с Москвой. Серега летал с родителями несколько раз, ничего особенного. И стюардессы вообще обычные тетки, а никакие не модели, как в кино показывают. На контроле было опасение, что в самолет не пустят с его острым умом и железной волей. Но на сканере этого опасного оружия у молодого амбициозного стартапера не нашли, так что ничто не помешало ветерану войск РВСН оказаться в Москве.

Аэропорт Домодедово гораздо больше многих в России, ведь любой летающий гражданин нашей Родины с вероятностью чуть не сто процентов летит в Москву или из Москвы. Не знаю, как сейчас, а несколько лет назад, когда вся эта история и случилась, попасть из Еката в Иркутск по небу можно было только через Москву. Из Красноярска в Хабаровск тоже. Спасибо, хоть поезда не обязательно через Москву ездили. Серега знал, что на такси из аэропорта катаются только лохи, в центр попасть на электричке гораздо проще, комфортнее и дешевле. Ах да, еще так получается быстрее.

Сумка, кроссы, джинсы, футболка – ничем не примечательный герой детектива с погонями и перестрелками вышел на Павелецком вокзале. Полицейские всего Урала сбились с ног в тщетной попытке настигнуть нашего беглеца. Хотя, в таком случае батя бы уже позвонил и сказал всё, что думает по поводу своего сынули. Видимо, операция прошла чисто, как и должно быть у гения изнанки общества и тайного координатора самых жутких преступлений. Блин, с такими мыслями Сереге прямая дорога в авторы детективов, но не сложилось – сочинения не его конек.

Задумчиво идущий по переходу Серега несколько раз едва избежал столкновений со спешащими куда-то москвичами и гостями столицы. А один раз не углядел и принял на корпус стильную барышню в сиреневой футболке, голубой юбочке и розовых трусиках. Про трусики актуально – от удара она отлетела на метр и сейчас ошарашенно крутила головой, сидя на попке. Не мог молодой и половозрелый мужчина не увидеть такого нюанса, даже если бы глаза зажмурил – всё равно не смог бы!

– Девушка, вы смотрите вперед, когда идете куда-то. Хорошо, сейчас в меня такого мягкого вписалась, а могла бы и в столб или вообще в Камаз врезаться – добродушно посоветовал Серега, поднимая юную особу на ноги.

– Парень, ты вообще не охренел малость? Уходишь в инвиз в людном месте, нападаешь на Истинных, а потом еще и претензии высказываешь! Завязывай, пока не окоротили.

– Да хрень-то нести заканчивай, подруга! Не уходил я в инвиз сейчас, я дурак что ли в такой толпе ходить под стелсом, затопчут же – ветеран вооруженных сил поигрывал на компе, поэтому вполне представлял, как и зачем уходят в инвиз, то бишь невидимость. Вот только в его голову не пришло, что обсуждается не игровая сессия, а только что произошедшее столкновение.

– Да ты чего, правда, что ли? Бедолага, вроде и дар сильный, а контроль не прокачиваешь. Был бы ты просто мерцающий, я бы увидела. Ладно, покедова. Грех наезжать на увечных.

– Это кто тут увечный? Это еще посмотреть надо! – но говорил Серега все свои реплики в пустоту, девица уже убежала по неведомым делам. – И чего они все тут носятся как заводные, куда спешат…

Он был человеком на самом деле умным, просто ленился чуток пользоваться умом. Но когда вот так в лоб – увечный, инвиз, я тебя не увидела – можно и подумать. Тем более, что наличку Серёга в бумажнике не хранил, а держал прями в кармане штанов, поближе к самому дорогому. За всю долгую жизнь, то бишь двадцать три года, ни один вор не смог добраться до его денег. Хотя, чаще у воров не было ни шанса по причине их отсутствия. Не воров, а денег. Воров в Еманжелинске как везде, от мэрии до исправительно-трудовой колонии сплошное ворьё. Так что шаблон с провинциалом, ограбленным в первый же час пребывания в большом городе, не проканал.

Ха, Серёга вспомнил свою бывшую одноклашку Маринку. Она с семьей и новейшим Айфоном поехала в Париж в пору, когда такие телефоны были только у мажоров. Собственно говоря, и у неё не было. Короче, вышли на вокзале из поезда, она такая деловая у папы просит телефон сфотать семью в городе мечты, его тут же выхватывают из рук пацаны арабской внешности и тю-тю! Папа как типичный еманжелинец рванул за бандитами так, что чуть не догнал – не ждали арабы такой наглости, украденное возвращать. Минут десять отец Маринкин гонял их по улицам, пока они не разделились в разные стороны. Самое волшебное, что он потом не заблудился в чужом городе и нашел семью там, где оставил. А вот так заблудился бы, и всё – Париж накрылся бы медным тазом.

Двоюродный брат Серёги – тоже Сергей, только обычный, снимал комнату где-то тут, в смысле что в Москве. У всех в России есть родственники, живущие в столице, удивляться нечему. Да вообще, уже пятнадцать процентов населения страны живет тут, а еще десять вахтовым методом работают. Москва не резиновая, она многомерная. Это ему Сергей так объяснил, мол есть ЭН-мерные матрицы, в них может быть какое угодно количество измерений, и нас, простых трехмерных людишек в матрицы можно упихать бесконечное количество. Серега сразу всё понял – Москва это Матрица, в которой лучше спать и не просыпаться, чтоб не слили в унитаз как того чувака в старом фильме. Тот спал и был крутым программистом, а потом проснулся в канализации – нахрена вообще было так просыпаться? Там еще персонаж характерный был из разбуженных – он собирался всех убить, а его за это снова обещали усыпить.

Сергей сначала очень скептически отнесся к идее Серёги пожить у него, а когда узнал, что брат приехал с подъемными, сразу воодушевился. Оказалось, теперь у них есть деньги на оплату комнаты, теперь их не выселят. Странно чувак задвигает. Получается что, если бы Серёга не приехал в Москву, брательника бы на улицу выперли? И он жил с этим и не дергался? В смысле, дергался, но продолжал спать и верить в чудо.

– Смотри, Серый, я твоё маленькое чудо. Я вернул тебе право проживать под крышей и веру в родственников.

– Угу, особенно в таких, как ты. Серёга при деньгах – оксюморон.

– Вот вы чем в своих институтах занимаетесь, голову срамными словечками забиваете. Хотя мне поспать на ваши заморочки! Кстати, где я буду спать, Серый?

– О, брат! Тут богатый выбор я тебе предложу. Диван раскладывается, можешь спать справа, а можешь слева. Но правило – не бздеть!

– Пошел ты со своими правилами! Я что, за свои деньги теперь вздохнуть не могу полной грудью?

– Грудью можешь. А более – ничем. А вообще, удачно ты свалился на мою голову. И вовремя. В смысле, сегодня приехал, когда я не на сутках.

– А ты где пашешь сутками? Вообще, что за мода такая работать сутками.

– Да нет, на самом деле я по полсуток работаю, на скоряке баранку кручу. Нахватался словечек от своих фельдшеров, вот они сутками пашут.

– Какой ужас! Ты ждешь спасения жизни, а к тебе приезжает полумертвое тело, которое уже сутки на ногах.

– Ну, где-то так и выходит. Скорая помощь, бессмысленная и беспощадная. Всё, ложимся спать, а то мне утром на работу рано вставать.

Глава 2. Мыслительный процесс

Весь следующий день Серега думал. Это был не первый подобный опыт в его жизни, думать Серёга умел и любил. Хотя, скорее мечтать и фантазировать про всякие стартапы и бизнесы, как здорово он будет жить, когда раскрутится. Главным затыком в этих мечтах был первый этап, наш уникум его обычно пролистывал. Но теперь ситуация другая, тут вон чего.

Слова незнакомки в розовых трусиках подтолкнули направление размышлений: и раньше такое бывало, что когда Серёга задумывался, то как-то словно выпадал из жизни. Не в том смысле, что переставал следить за происходящим, это у многих бывает. Нет, другая фишка – его словно теряли или переставали замечать. Особенно во время службы было заметно. Сидит такой на травке во время перекура на полевом выходе, думает… и вдруг замечает, что кого-то потеряли, движуха поднялась уже нездоровая, суетятся кого-то ищут. Прислушается – его ищут. А чего искать, коли вот он, рядышком сидит. И только после того, как он начинает всех окликать или ругаться по поводу идиотских шуточек, народ начинал на него реагировать.

Так что получается, его реально теряли? А если вспомнить наезды учителей на уроках типа, «Санталов, ты куда прятался?» или «Сергей, вылези из-под парты!», то выстраивается любопытная теория. А еще непонятное словечко у этой в трусиках – Истинные. Еще и слово произнесла так, с большой буквы. Умеют некоторые разговаривать, вот прямо слышишь подчеркивание, кавычки и прочие знаки препинания. Как эти, дикторы центрального телевидения, причем те, что из старых роликов. Молодые так не могут. А эта может, видать где-то училась не просто так, а на результат.

Так бы телефончик попросить, но лучше не надо. Кто их московских знает, вдруг тут тоже могут за наезд принять. Как дома порой: «Девушка, а дайте свой телефончик. И курточку тоже, у вас фигурка как у моей раз-в-раз»

Интернет не дал никаких ссылок ни на каких Истинных, кроме истинных арийцев. Самое смешное, что большинство истинных арийцев составляют Штирлицы, видимо еврейская контора, не его тема. Начал пробивать через Яндекс невидимость – ссылок полно, но все на онлайн-игры, в реале невидимость была только у владельцев кольца власти на сходках толкинистов. Вряд ли толкинисты всерьез в инвиз уходят, тем более что Серёга колец не носит ни на пальце, ни в носу, серег тоже. У них в Еманжелинске с серьгами строго – ходишь или с сережками, или с яйцами. И не дай бог совместить, что-то обязательно оторвут. К кольцам пацаны лояльны, но их не любят по другой причине – когда после драки пальцы опухли, а кольца не снял, дополнительные ощущения обеспечены. Уж на что Серёга спокойный парень, а и то разок пришлось помучиться – сначала кирпичом расплющенное кольцо выправлял прямо на пальце, а потом сдирал, пока была возможность снять. Так что кольца власти у него нет, невидимость – чисто его свойство. И никаких крестиков или оберегов, что мама в младенчестве повесила на шею тоже нет у него. Был один оберег, несколько лет Серёга ходил с кастетом, но про кастеты невидимости даже в онлайн-играх ничего не слышал.

Черт! Оказывается, Серый нужен был сейчас, а он фигней страдает на работе. На ком я невидимость испытывать буду теперь? На себе? Точно! Если пальцем в кончик носа себе не попаду, значит я себя не вижу. Стоп, это не на видимость тест, а на алкоголь, на невидимость можно проверяться в зеркале. Если меня зеркало перестанет отражать… значит я вампир, и меня можно убить осиновым колом или серебряной пулей. Ага, а так-то меня не убить ни деревяшкой в сердце, ни серебряной пулей в башку. Как же тяжело в чародеи пробиваться, конкуренция хуже, чем по контракту в армию идти. Однажды Серёга пробовал записаться на службу по контракту, но там были такие дикие требования типа заявления, заполнения анкеты и медкомиссии, что он плюнул на это дело. Еще и один из врачей, кажись психиатр начал намекать на пограничное состояние и необходимость дополнительных анализов на банковских билетах, Серёга психанул и решил, что страна обойдется без него, если такие заградительные испытания устроили.

Задумавшись, будущий Вольф Мессинг и Дарт Вейдер в одних трусах скосил глаза на зеркало и не увидел в нем себя. Йехуууу! Получилось! Так здорово получилось, что даже криком своим Серёга не развеял эффект невидимости. В зеркало не было видно ни самого гения, ни старенького офисного кресла, в котором он сидел и экспериментировал. «Это что, и на кресло моя способность теперь действует?» – взволнованно вслух произнес Санталов, иллюзия исчезновения не думала исчезать, а кресло с ним проявляться. И только через пять минут Серёга допер – он сидит в сторонке, в зеркале отражается другая часть комнаты. Чертово зеркало! Такой личный прорыв коту под хвост.

Сходил попил чаю, заодно остыл и додумался повторить эксперимент с зеркалом, но уже нормально, то есть сидя напротив него. А еще была мысль, что неизвестный принцип работы его способности может действовать вообще как угодно. Допустим, сам себя он всегда видит, а другие нет. Или вот – люди не видят, а технические устройства регистрируют. В темноте же так – ты нифига не зыришь, а камера снимает, как ты лбом в косяк впечатываешься. Короче, надо работать. Чуть ли не впервые этот вывод не привел его в фатальное уныние. Не руками же работать надо, а головой как пристало интеллектуалу. Сказано – сделано. Нарочно не стал пялиться в зеркало, задумался о постороннем, о хорошем. Десятка ушла на дорогу, пятнашку дал Серому на оплату жилья, покушал, туда-сюда, семьдесят тысяч пока есть. Если не выпустить из рук свои рефлексы, то можно какое-то время жить как человек. Только для этого надо одеваться как человек, а люди дорого одеваются, пожалуй, не потянет Серёга человеческую жизнь. Скромнее тогда будем, то есть будем как все. В смысле, не как все в Еманжелинске, а как все в Москве.

За этими размышлениями тема эксперимента как-то подзабылась, а когда молодой человек бросил взгляд на зеркало, то не увидел своего отражения в нем. Кресло, вот оно, окно за спиной видно полностью, а Серёги нет! Аккуратно вдох-выдох, пошевелил ногой под привычный скрип кресла, с опаской посмотрел на свою ногу. Вот она, впрямую Серёга её видел, а в зеркале ничего похожего на ногу конкретно и себя любимого в сборе. «Ехуу!» – тихонечко сказал он, в зеркале завиднелось и снова пропало такое родное и знакомое изображение. Так вот он какой, режим мерцания. Да, в сумерках или на расстоянии почти как невидимость. Но он-то круче, Серёга вам не какой-то там мерцающий неумеха, Серёга – это талант, Серёга – это бренд! На этой яркой и громкой мысли, подуманной изо всех мозговых сил мерцание стало отчетливее, а потом тело окончательно вывалилось из инвиза. И всё равно круто!

Это что получается, ежели развивать способность и научиться её контролировать толком, таких дел можно наворочать! Можно в женскую раздевалку заходить свободно или в банк как у себя дома к холодильнику гулять, еще это… в разведчики можно пойти самые секретные. Там и уважение, и почет от Родины, орден могут дать. «Ага, посмертно! – кто-то противный в душе перебил сладкие мечтания – хреначь давай, учись контролировать свой дар!»

Точно! Девчонка та сказала, что это называется дар. А небось, разные бывают дАры. Или дарЫ?

– Да хрен с ним, вспоминай дальше, Серёга, что она еще говорила важное, точно что-то важное было в словах.

– Нихрена там не было важного. Она салабонка еще, важное говорить.

– Точно? – Стойте, я чего, уже сам с собой спорить начал? Вот понесло меня…

– Не ной под руку, я вспомнил то важное. Сказала «нападаешь на Истинных», то есть я на неё напал, а она тогда Истинная. Что это значит, так и не выяснил, но есть предположение, что Истинные как раз такие как я люди с даром.

– И с мозгами.

– Зачем мозги, если есть дар.

– Так они Истинные, а не как ты.

– Сам ты! Стоп, я же с собой разговариваю, чего в бутылку лезть. Обзову его как-нибудь нехорошо, и самому будет на душе гадко, что обозвали. Я с тобой, то есть с собой больше не разговариваю, раз ты меня третируешь. Вот. Но я прав, заниматься надо. Вот сейчас и продолжим.

Наблюдения за собой посредством зеркала показали, что невидимость, если она не глюк и не расстройство психики на почве расставания с малой родиной, возникает через три минуты размышлений о чем угодно, не связанном с текущей деятельностью. При этом важно эмоциональное состояние, любые сильные эмоции, хоть радость от удачного вхождения в инвиз, хоть злость от мысли, что это глюк, разрушали инвиз. Слабые эмоции как шепот давали эффект мерцания, сильные как громкий голос напрочь стирали невидимку. Резкие движения тоже выводили на мерцание, а плавные нет. А еще мерцать, то есть проявляться, начинала сначала одежда, а уже потом выпадала тушка. Хорошо, что не наоборот, подумал Серёга. Вот бы глупо он выглядел голый среди девушек в раздевалке или в банке среди офисных служащих. С другой стороны, если ты незваный гость, то что одетый, что голый – один хрен погонят или руки крутить начнут.

Очередная мысль пришла в голову как к себе домой: одежда по сути посторонний предмет, с телом связана только механически, а все равно уходит в инвиз. Может, я и предметы могу на себе растворять? Ну да, вроде мобильного в кармане, он же не зависает в воздухе, а растворяется вместе с одеждой. Так и оказалось – мелкие предметы в руках вели себя абсолютно также, как и одежда, и предметы в карманах. А сумка, к примеру, исчезала тяжелее. Если говорить точнее, растворялся Серёга весь со всеми аксессуарами, и глаз не мог засечь этот момент – вот Серёга есть, а вот сейчас вроде был, но вроде и уже пропал. А проявлялся сначала сумкой, потом одеждой, и в конце сам. И чем тяжелее или больше сумка, тем раньше она реагировала на эмоции, голос или боль. Да, боль тоже, как оказалось выкидывает из инвиза. Во всяком случае, когда он отбил палец об ножку стола, выпал сразу весь и с матюками. Может боль так сильно влияет, потому что провоцирует мат? А мат – это голос и эмоции, всё то, что не любит невидимость.

Получается, идеальный невидимка не чихает, не матерится, не переживает по любому поводу, ходит плавно, помногу не ворует. Сереге показалось, что получившееся описание человека-невидимки больше смахивает на ангела, чем на него самого. Вот поэтому ангелов никто и не видит, заключил молодой, но подающий надежды философ. Когда ты не чешешься, не ругаешь хотя бы в душе депутатов и соседей, и вообще никаких эмоций не испытываешь, то не живешь. Что это за жизнь, тупо махать крыльями? На футбол сходил поорать, в бане веником отхлестался, поспорил до хрипоты, к девчонкам сходил опять же, а потом в уме пересмотрел отдельные моменты и посмаковал – вот это жизнь!

По ряду размышлений решено было Сергею ничего не говорить и на нем невидимость не испытывать. Он, конечно, двоюродный брат и свой корефан, и на ком как не на нем было бы хорошо отрабатывать, но нет. Кто знает, какие тараканы в башке у человека – вдруг кол сосновый вобьет за неимением осинового. Да вообще, кто отличит осиновый черенок от лопаты от соснового? Серёга бы точно не стал париться – стащил бы из дворницкой лопату, обстругал конец и в соседа подозрительного, в грудак ему! Мол, чего хрипишь, не было осины, так лежи! А серебряные пули в Москве сейчас вряд ли продают. Хотя… это ж столица, тут всякое можно купить. Но к пулям ствол нужен. А Серёга точно знал, не всякая пуля полезет в имеющийся ствол, там калибры разные. Умный такой покупаешь пули, потом волыну – бац! Калибр не тот, ёшкин кот. Так что верняк, Серый если его будет валить, то черенком от лопаты. Если Серёга его первый не завалит. Стопэ! Брательник ничего не знает, решил же я молчать про свой дар. Значит, пусть ходит живой. А там видно будет, что и как.

Теперь о перспективах: Москва слезам не верит, Москве дело подавай. Значит надо работать или как-то иначе добывать денежку, по возможности не криминальными методами. А то тут такие акулы плавают, никакой дар не поможет. Тем более такой необъезженный, как у него.

И снова мысль, в столице нашей Родины они табунами ходят или ситуация так разогрелась, но вот прямо чуть не пятая мысль за день в Серегину голову! Взять нормальный смартфон и через фронтальную камеру контролировать себя и свою невидимость. По нынешним временам так ловчее, чем с зеркальцем ходить. Нынче нормальное дело ходить по улицам и пялиться в свой телефон, а тут тем более. Тут из рук не выдернут на улице мобилу, чай не Париж, не Еманжелинск. Всё, что нужно, чтоб купить мобилу – деньги, а они пока есть.

Андроидный аппарат от китайского производителя с большим экраном и приличной батареей обошелся в десять тысяч, вторые джинсы, вполне скромные, но из магазина вкупе с прочей одеждой выбили из бюджета еще десятку. Зато теперь есть сменная одежда, в которой можно ходить по главному городу страны. Народ в этом самом главном городе ходит по улицам с повышенной скоростью, зато без решимости дать в глаз любому, с выражением спокойствия на лицах. Серёга нечаянно толкнул на лестнице человека, а тот извинился. То есть не начал выяснять, откуда такой наглый тип нарисовался, а вместо этого решил, что сам виноват и вот так просто сказал: «Извините». Да уж, эти люди в Челябе долго бы не прожили. Впрочем, они там и не стремятся жить. Возможно, часть из них оттуда и свинтила ради такой вот извинительной жизни. В первый раз Серёге пришло в голову, что в бывшую Нерезиновую, а ныне Матричную едут не только за деньгами. За хорошей жизнью едут хитрованы! Чтоб кофе в бумажных стаканчиках пить по утрам, а не похмеляться пивом или чем потяжельше.

В торговом центре среди витрин, зеркал и покупателей Серёга взялся проверять свою невидимость. Помня утренний случай в переходе, он попробовал не замирать неподвижно в углу, а выравнивать дыхание и погружаться в мысли прямо на ходу. Если верить зеркалам, начало получаться. А по людям было непонятно – здесь нет привычки пялиться на встречных. Вот поди пойми, видят тебя прохожие или просто игнорируют. Проверить на продавцах? Так те еще пуще начнут игнорировать, если вид не соответствует стандарту покупателя их отдела. Мол, зачем делать стойку на клиента, если и так видно – не клиент. Разве что на охранниках попробовать, уж они точно должны хотя бы глазами провожать по залу шляющегося парня. Тем более в бутике женского белья. Тем более, когда он подошел к кабинке для переодевания и смотрит за неплотно закрытую занавеску. Так, Серёга, давай-ка отойдем отсюда, пока эмоции не включились, а они стопудово включатся от такого зрелища! Успел, выскочил из магазина, а потом проявился. Уфффф, вариант с посещением женских душевых отметается сразу, шибко волнительно выходит. Никакого мерцания, из инвиза выпал, словно мизинцем об тумбочку. Но кажись проверил, реально рабочая фишка этот инвиз.

Вечером на хате Серого Серёга оказался чуть раньше брата, зато такой же уставший. Напрягать мозг оказалось ничуть не проще, чем работать руками, всю двенадцатичасовую смену подтаскивая листы стали в рубочный станок. И как на прошлой работе, первый результат был виден невооруженным глазом. Теперь Серёга мог включать инвиз на ходу, прожевывая самсу, не выключаясь сознанием из мира, а просто успокоив поток мыслей и эмоций. Даже мантру придумал, запускающую переход в инвиз, точно заклинание: «Что воля, что неволя – всё равно». Эту мантру он запомнил в раннем детстве, её произносила равнодушным голосом заколдованная тетка в фильме-сказке «Марья-Искусница». Хрен знает, но вот зацепилась за мозг эта безмятежная пофигистичность того персонажа.

Глава 3. Чужие мысли

Серый был уверен, что его двоюродный брат пальцем не шевельнет в поисках работы, покуда не кончится его финансовая подушка. Поэтому совершенно не удивился рассказу, что Серёга весь день работал над собой, чтоб потом найти достойную работу. Всё в Серёгиной парадигме, люди никогда не меняются.

Серёгу тоже устраивало такое философское отношение к себе со стороны брата. В конце концов, он и так неслабо помог тому с оплатой комнаты. Поужинали домашним, в этом вопросе Серёга был неумолим – если есть кухня, время и руки, ловчее приготовить что-то достойное, а не жрать заморозку или готовую еду из магазина. Ему как-то батя рассказал тайну магазинной еды, типа её готовят из продуктов, которые не смогли продать до конца срока годности. И специй побольше кладут, чтоб не воняло, а не чтоб было вкуснее. Нам такого не надо.

Следующий день новый покоритель столицы провел на улице. Он продолжал качать свою сверхспособность, контролируя невидимость мобильником, вроде получалось лучше, чем вчера. Только кушать захотелось неимоверно, и не удивительно, время уже к обеду. Выбрав средней руки кафешку с официантами, но без пафоса, Серёга решил провести первую аферу со своей невидимостью. Кстати, в родном городе такая мулька не проканает хоть с невидимостью, хоть с двумя. Там с таких как Серёга деньги берут раньше, чем заказ принесут. Обидно даже бывало, словно Серёга такой, словно он может уйти, не расплатившись. Прямо такая обида брала всегда, что так бы и сделал! Но гады брали деньги заранее, так что не прокатило ни разу. А тут всё иначе, тут Серёга сделал заказ и хорошо покушал, вот прямо от души. Да, он так готовить не умеет, у него пельмени тоже хорошо выходят, но не как этот стейк. Дессерт? Уговорили, несите свой дессерт. А потом Серёга растворился, и тут уже никакими его личными глюками факт не объяснить. Потому что он плавно встал и пошел к выходу, обходя посетителей и того самого официанта, который навязал ему мороженое с клубникой – и официант не отреагировал на движение к выходу не расплатившегося клиента.

Уютный вылизанный скверик поражал отсутствием мусора и трещин на асфальте. Да их и не могло тут быть, вся пешеходная зона этой локации (словечко модное Серёге понравилось) была замощена тротуарной плиткой. Чтоб на Серёгину лавочку не садились, а тем более не сели на него самого, наш молодой, но очень сильный маг глазами контролировал пространство и прохожих. Ему очень хотелось научиться не проваливаться в инвиз спонтанно. Мысли возвращались к успешной операции по организации халявного обеда. Будут знать, как втридорога брать с клиентосов за свои стейки. Придется хозяину чуток обеднеть. А вот это вопрос, кто обеднеет, подумалось внезапно. Могли списать продукты на кухне и забыть заказ как не случившийся. А могли вычесть из зарплаты официанта, в таких тонкостях Серёга разбирался не очень хорошо, можно сказать, вообще не шарил. Стандартные шаблоны «без лоха жизнь плоха» и «к успеху шел пацан, не фортануло» звучали в голове как-то гаденько. По сути, работягу кинул Серёга, такого же трудягу, каким был он сам, пока в волшебники не выбился.

Он сам не понял, как оказался в дверях того кафе, а когда Серёга нашел в зале «своего» официанта, кто-то его ртом сказал: «Прошу прощения, срочно напрягли по работе, забыл расплатиться». Это он сам сказал «прошу прощения» или он уже зомби, и им управляет сраный некромант из-под земли? В Москве полно всяких подземелий, хрен знает, что там водится.

– Всё в порядке, вы же вспомнили. Я сейчас принесу ваш счет, подождите секундочку.

– Не вопрос, я тут посижу, за тем столиком.

И Серёга сел, и не ушел в инвиз, и расплатился по счету, и оставил чаевые. Не как лошара какой, а ровно десять процентов, как на Западе делают. Мол, мы не лаптем щи хлебаем, знаем порядки. Мдя, знатно откушал, аж на полторы штуки! Пацанам сказать, они сразу запишут в потерянное поколение. На эти деньги можно тачку взять на ходу. Условно на ходу, с колесами, или вообще нормальную, но без документов, угнанную только что из соседнего двора при помощи отвертки за твои полторы штуки. А ты всё тупо прожрал, бро?

Еманжелинск постепенно осыпался с Серёги вместе с его понятиями и ценностями. И не мудрено, колотить понты в Москве можно, но это будут такие бабосы, что только Газпромовской братве по силам. А дешёвые понты унижают самого понтореза и не дают никаких очков к скиллам героя. В столице задерживаются самые беспринципные люди, те, кто готов за деньги на всё, даже работать по двенадцать часов в сутки. Или те, кто выдоил своих земляков насухо и приехал проживать финансовую подушечку. Потому как с финансовым матрасом едут не сюда, с матрасом в Лондон, который «из вэ кэпитал об Грейт Британ».

«Что воля, что неволя – всё равно» – нарисовавшаяся встречная бабулька с собачкой дала идею проверить способности, то есть Дар на животном. В Москве с животными не очень, тут народ такой жадный, что кошаки с голоду дохнут. Во всяком случае Серёга ни одной не видел за двое с лихреном суток в городе.

– Не видит она тебя, не переживай!

«Кто не видит?» – подумал парень, кому это бабка сейчас сказала?

– Тебе, кому же еще. Тут кроме тебя в прятки никто не играет.

– А вы меня, значит, видите?

– Я уже много чего вижу, вона Костлявая стоит, рукой машет. Да не бледней, мне машет. Когда Костлявая рядышком встаёт, я всё вижу.

– А мысли как мои читаете? Вы тоже Истинная?

– Это ты «тоже». А я в городе моем небось самая старая из нас. Дар у меня такой – мысли слышать. Не все, не подрывайся. Только те, что на первом плане. За то и турнули меня тогда. Виссарионыч рассерчал, мол что за слухачка, если только передние мысли читает, такую малость любой ловчила прочесть может, особенно у русских. Ты поди прочти Авраамово семя, оно похитрее будет. Они и первый план прятать умеют, наперед верноподданические мыслишки выпускают, сучьи дети.

«Бабуся, видать совсем плохая, вона как её на монолог развезло»

– И то верно, милок. Совсем не слежу за языком. Я смотрю, ты в городе нашем недавно. Чьих будешь?

– В смысле? У вас тоже все по группировкам кучкуются?

– Болван человек. Родители твои кто? А впрочем, не говори, так вижу. Интересно, ты сильный Истинный в первом поколении. Гляди-ка, бывает же такое, мутация так мутация!

– Я из Челябинской области, у нас с экологией не очень.

– Ну да, сначала родителей радиацией приложило, потом детей химией, а на внуках аукнулось.

«Всего третий день в городе, а уже на вторую Истинную натолкнулся. Небось их тут как грязи. Живи и оглядывайся»

– Не переживай так, мало нас везде, и в Москве мало. Просто Дар твой сильный, вот и притягивает людей с Даром. Рыбак рыбака видит издалека. А то и верно, держаться надо за своих.

– А свои – это кто? Родители или одноклассники? Или с твоего двора?

– Хороший вопрос, юноша. Свои – это те, кого ты рядом с сердцем держишь, на кого не жалко ни время потратить, ни силы, ни душу.

«По ходу, или своих у меня пока нет, или бабка путает»

– Прав ты, «по ходу» ты своих еще не нажил. Только родственники и одноклассники. Кстати, как тебя зовут?

– Серёга. Санталов я. А вас как зовут?

– А я Ильинишна, так все зовут. Раньше звали товарищ Трубникова, а еще раньше Машенькой величали. Сережа, а чем вы занимаетесь?

– Да пока ничем. То есть, я хотел сказать, пока только Дар свой прокачиваю.

– Это правильно, это ты молодец. Дар требует труда и усидчивого изучения его граней, всяческого его развития. Приятно, что у нас такая настойчивая и трудолюбивая смена растет.

Серегу еще никто не называл трудолюбивым и настойчивым. Вот бы родители удивились, если бы услышали такую характеристику о своем сыне. Батя наверняка бы решил, что его перепутали с кем-нибудь. Да Серёга и сам подозревал тоже самое. Перепутали, стопудово! А старушенция хмыкнула что-то неразборчивое и пошла дальше, буксируемая свои мопсом, или как называется это недоразумение.

– Джек-рассел-терьер – кинула она из-за плеча.

Серёга не понял, к чему она сейчас ляпнула, но догонять и переспрашивать старушку не стал. Ясно же, что бабуся с головой не очень дружит, а кто бы в её возрасте иначе себя вёл? Самого Сталина знала, это ж прошлый век! Или даже позапрошлый, в прошлом сам Серёга родился, про прошлый он всё знал вроде. И про тот, где Владимир Ясно Солнышко. А вот между этими веками провал. Что там Сталин с Грозным творили, не очень помнил, а первая мировая краем заходила на вторую.

Мдя, насчет работы надо было бабку расспросить поподробнее, она местная, они тут все друг друга знают, могла бы что посоветовать. Серый вчера объяснил про местных. Коренными считаются москвичи, чьи родители родились в этом городе. И встретить таких очень трудно. И размножаются они плохо, и пасутся в специфических местах. А часть вообще живет за городом или даже за Россией на своих дачах. Нормальная тема – родители вымерли, а квартира осталась в центре. Тогда её сдают, а на ренту живут в особняке где-то в районе Рублевки или Сен-Тропе. А те, чьи родители не в центре жили, продают свои панельки в Ясеневе и покупают панельки в Балашихе или Королеве. На руки оседает огромная сумма разницы, буквально миллионы, и бывшие москвичи на них безбедно живут. Какое-то время. А потом сразу превращаются в малообеспеченных королевичей и балашариков. Если верить брату, то в московских фирмах по этой причине встретить москвича можно или на самом верху или очень редко.

А вот интересно, Истинные где-то еще кроме столицы водятся? Или они как те рыбы, ищут где лучше, а человек где глубже. Чтоб тело не всплыло. Не так, люди ищут где лучше, а рыбы где корм. Раньше, говорят, лучше было в Сочи, а за длинным рублем ехали на Севера. Но потом на Северах рубль укоротили, а в Сочи съехались все, кто знает прикуп, и там стало сильно не здорово жить остальным, не знающим этот самый прикуп. И теперь все за хорошей жизнью рвутся в Москву. Как Серёга. Небось тогда и все Истинные тут. Как Серёга.

Ладно, отдохнул и хватит, подумал обновленный герой романа и прямо на ходу вошел в инвиз. День не кончился, как кто-то сказал в какой-то онлайн-игре: «Пока вы спите, враг качается». В вытянутой руке смартфон, бег трусцой как новый этап тренировки. Бег не есть здорово приятно, но если научиться бегать в инвизе, шансы на выживание значительно вырастут. И знаете, у Серёги начало получаться. Как минимум режим мерцания на бегу уже держался. Так себе достижение, скажет кто-то. Но вечером попасть в бегущего человека, который расплывается и мельтешит не самая простая задача. «Особенно из пистолета, а вот очередью накроют» – новая мысль не понравилась категорически. Серёга не хотел, чтоб его кто-то накрыл очередью. Так что имело смысл продолжить тренировку. Только отдохнуть сперва.

Зафиксировав инвиз и продышавшись, волшебник-недоучка направился к летнему кафе. Вечерний час-пик для общепита еще не наступи, свободных столиков полно. Но внутренний бесенок подтолкнул сесть за столик, стоящий рядом с занятым. За ним сидели два мужчины очень деловой наружности, а перед ними на столике сиротливо скучали две чашки кофе. Наблюдаемая сцена прямо просилась в шпионский детектив, в котором агент в шляпе передавал секретные данные второму агенту в шляпе. Или резиденту, или наоборот резидент агенту. Да фигня всё, тутошние дядьки были без шляп, зато в синих пиджаках. У обоих раскормленные не агентские рожи, белые рубашки, которые теперь почему-то сорочки и дорогие часы. Вряд ли московские сытые ряхи надели бы на свои запястья подделки. Сидя в метре от собеседников, Серёга слышал и не понимал каждое слово. Каждое слово было русским, но смысл ускользал. Одно было понятно, речь шла о бизнесе. А судя по толщине конверта, который один из них положил на стол, то о серьезном бизнесе.

«Вообще не таятся, конверт не сунул в карман, не кинул на лавку, а просто положил на стол!» – насчет кармана Серёга погорячился, не в каждый карман такой конверт поместится. А в сумку поместился нормально! Второй мужик без всяких сложных телодвижений взял его со стола и положил в свою раскрытую сумку, что стояла на стуле справа от него и почти под носом у нашего несчастного свидетеля передачи взятки. Однозначно, это взятка или коммерческий подкуп, заключил слегка подкованный в отдельных статьях Уголовного Кодекса Серёга.

Конверт продолжал лежать в незастегнутой суке и дразнить бедного парня. Ладно, вызов принят! Он медленно и совершенно не волнуясь, как на тренировке наклонился влево и протянул левую руку, касаясь сумки. Также медленно ухватился за конверт и поднял правую с включенной фронтальной камерой. Через десяток секунд сумка из дорогой и ароматной новой кожи замерцала, а конверт ушел в инвиз. Сумка нам не нужна, тянем конверт. Тянем-потянем, уговаривал себя Серёга и не волновался, пока на принял вертикальное положение. «Фигня вопрос, что воля, что неволя – всё равно» – под эту мантру он совершенно спокойно встал и также спокойно пошел из летнего кафе. Со стороны его походка напоминала бы наркоманскую, но в инвизе нормально, никто не будет смеяться.

В центре сквериков много, тут всё заточено под бездельников, гуляющих под теплым московским солнышком. В одном из таких Серёга и проявился, подальше от места своего преступления. Или, наоборот, от места предотвращения их преступной деятельности. Нет, желания тут же распотрошить пельмень трясущимися руками не появилось. Мантра работала даже в обычном состоянии, бурных чувств у Серёги не было в этот раз. Он здраво рассудил, что ежели сумма неприлично большая, то за толику малую бизнесмены наймут полиционеров пошерстить камеры и вычислить Робин Гуда, потому и свинтил подальше под деревья.

Тут Серёга малость ошибся, поскольку полиционеры уже были совсем неподалеку от места передачи взятки и ждали только отмашки на начало завершающей стадии спецоперации по задержанию с поличным бизнесмена в количестве одна штука и его подельника-чиновника в том же количестве. Но не задалось в этот раз. То есть, маски-шоу было отыграно как по нотам, фигуранты уложены на доски и зафиксированы наручникам, потом подняты и посажены на стулья. А дальше, как кто сглазил. Оба в несознанку, ничего не знаем, зовите адвоката. Обученным понятым дали понюхать сумку чиновника, открыли и дали убедиться в наличии конверта. А нету конверта! На столик в присутствии понятых и под видеозапись вытрясли всё содержимое. Потом обыскали дядьку, потом второго. Безрезультатно. Размеры конверта не предполагали возможность его проглотить, но всё равно последовала команда открыть рты. Во ртах тоже не нашли ничего, что напоминало бы конверт или жеваные деньги. Не свезло борцам с коррупцией в этот раз.

Глава 4. Чужие деньги

«Сколько можно терпеть, так и помереть можно» – спокойно подумал Серёга и поехал домой на общественном транспорте. Пресловутый конверт, знатную свою добычу, свою прелесть он сунул спереди за пояс джинсов и накрыл футболкой. В метро, если и шарят по карманам или сумкам, в промежность чай не полезут, не совсем уж отолерантились. Терпежу не было не в смысле физиологической потребности, а по поводу содержимого конверта, заткнутого за пояс на манер волыны. В Еманжелинске некоторые особо запонтовавшиеся кадры любили показать рукоять пушки, торчащей над обрезом джинсов. Причем чаще всего стволы были пневматическими, на крайняк – травматы. Но Серёга понимал – иногда лучше потерпеть, чем обделаться прилюдно. А еще он помнил, что Серый, его двоюродный брат и временный сосед, сегодня пашет в ночь, то есть по приезду Серёги на хату, он еще будет дома, значит надо набраться сил и еще потерпеть.

Глупее всего ситуация, когда хапнул куш, а потом по дури запалился. У них в городе половина преступлений раскрывалась в салоне мобильной связи. Как где кого гробанули, опер шел в салон и поднимал историю продаж дорогих мобильников за этот день и на следующий. Потом просматривалась камера видеонаблюдения, и опачки! – клиент анфас и в профиль на мониторе. Кто-то из читателей нам не поверит, мол не мог Серёга так долго терпеть и не пытаться пересчитать содержимое конверта, враки это всё! Согласны – не мог. А теперь может. Два дня усиленных тренировок, заставляющих вести себя спокойно, думать усиленно, а двигаться плавно, что-то изменили в характере или открыли в нем новую грань. Если так будет и дальше, наш герой научится не чесаться прилюдно, а то и сморкаться в платок. Хотя вряд ли, небось перед нами реальная история из жизни, а не научно-фантастический роман.

Серёга и не предполагал, что в это самое время над его ситуацией размышляла куча народа, доселе друг с другом незнакомая. Хотя вполне мог бы догадаться. Самым несчастным был важняк, который вел доследственную проверку по двум фигурантам, а проще говоря, вел парочку бизнесмен-чиновник к задержанию с поличным.

– Суки, как так!? Верняк же был! Уроды! Ненавижу! – уродами и самками собаки следователь по особо важным делам с профессиональной трансформацией сознания называл своих помощников и прочих исполнителей, то есть силовиков из приданного подразделения ОМОН, участвовавших в маски-шоу. – Это какими надо было быть дибилами, чтобы потерять конверт с деньгами, на их глазах и под запись переданным от одного фигуранта другому! Ну вот же, вот же всё видно! – следак, он же важняк, в очередной раз отмотал запись и начал смотреть, как один долбаный бизнесмен вытаскивает конверт и кладет на стол. Вообще уже ничего не боятся твари, не шифруются нихрена! Вот второй долбаный чиновник министерства берет конверт и кладет в свою сумку. А дальше всё, дальше никто к ним не подходит, никто из них не прикасается к сумке, наглые твари продолжают о чем-то беседовать.

И так до самого захвата, только тогда на секунду спина ОМОНовца перекрывает камеру, а потом уже пипец с пропажей улики. Может, ОМОНовец тиснул конверт? Да нет же, вот запись с другой камеры – никто к сумке не прикасался. Качество записи с камер наружного наблюдения было не супер, но белый прямоугольник конверта был виден хорошо. И тут до особо важного полицейского дошло! А кто сказал, что это был конверт со взяткой? Кто сказал, что это был вообще конверт?! Если допустить, что это был просто сложенный чистый листок бумаги, который чиновник положил в сумку среди прочих своих бумажек, то всё становится на свои места. Нарочито наглая, на глазах у всех, передача якобы конверта, которого на самом деле не было, а была неприметная бумажка среди прочих, каких в сумке оказалось немало. И тогда весь фарс с передачей денег и обосравшейся группой захвата превращается в провокацию, в способ раскрыть слежку за подозреваемыми.

Идиот не он сам, идиоты не исполнители, где-то наверху его слили, информация просочилась к фигурантам. Клавиатура на рабочем компьютере трещала от ударов пальцами, клавиши пытались вырваться со своих мест и навсегда сбежать из-под безжалостных рук, а на мониторе рождался рапорт, из которого каждый прочитавший мог узнать о суровой борьбе российской полиции против криминала, сросшегося с бизнесом и пустившего корни во властные структуры. А на самом острие этой борьбы стоял наш важняк непреклонный как хрен с бугра и решительный как падающая наковальня.

Начальник департамента и несостоявшийся подозреваемый тоже сидел в своем кабинете и слегка прибухивал. Он точно знал, что за пару минут до налета конверт с деньгами в его сумке был – он его туда положил, совершенно не волнуясь и не чувствуя никакого взгляда в спину или там холодного ветерка в затылок, как это любят описывать в книгах. Просто очередная передача через него очередного заноса очередного бизнесмена очередному зам.министра. Но что-то пошло не так. То есть всё пошло не так, и слава богу, что не так пошло всё. Пропажа денег без маски-шоу превратило бы его в крысу, маски-шоу без пропажи денег делало его как минимум безработным, а по максимуму – обеспеченным работой и жильем годика на три-четыре. Но кто мог дернуть деньги, кому поставить свечку во здравие? Ушлому ОМОНовцу, незаконнорожденному сыну Игоря Кио и Амаяка Акопяна? Или официанту, который увидел конверт и вытянул его силой мысли? Пусть кто хочет, то и думает, но конкретно в данном случае ничего выяснять не надо, не тот случай. А вот другой вопрос стоит обмозговать – кто их сдал?

У всей этой истории был и еще один вольный или невольный бенефициар, прошу прощения за матерное слово. Официант, подававший кое солидным дядям, надеявшийся на хоть какие-то чаевые в итоге оказался самой пострадавшей в финансовом плане стороной. Но не всё в нашем мире измеряется деньгами: сначала ему дали посмотреть, как сильных мира сего кладут мордами в пол менты. Потом он стал свидетелем превращения зарвавшихся ментов в обделавшихся полицейских, вынужденных отпустить своих ни в чем неповинных жертв. А под конец, когда он слил в сеть видео с камеры наблюдения их кафешки, паренек получил свой час славы и десятки тысяч лайков от мигом набежавших подписчиков. Это стоило неполученных чаевых, а кофе в количестве две чашки списали на форс-мажор.

– Серый, привет! Ты еще дома?

– Дома, собираюсь уже. Кстати, Серёга, спасибо, что не мешал поспать перед ночью!

– Да я ж понимаю, сам на заводе в смену работал полгода. Мешать не буду, собирайся, пока посижу на кухне.

– Как день, нашел работу?

– На собеседование ходил, думают, подхожу ли я им.

– А что за работа?

– Баранку крутить, дядьку одного возить.

– Так ты Москву не знаешь!

– А нафигатор нафига тогда?

– Ну смотри, но я бы тебя к нам на скоряк не взял. Тут навык нужен, по Москве гонять, да и не каждому по характеру. Не всякий выдержит, нервы нужны стальные.

– Курицы же силиконовые как-то катаются.

– Верно подметил – как-то! Опять же им пофигу и на машину, и на время, и на других людей. Ты же не курица. И не петух.

– Базар фильтруй. За петуха ответить можно.

– Не быкуй, не в Еманжелинске. Тут петух не ругательство, тут чуть не каждый третий петух с подворотами в барбер-шопе бороду стрижет. Я о чем – думай сам, сможешь ли ты по Москве кататься.

– Ладно, посмотрю. Ты уходишь уже? Пока!

– Пока! Завтра у меня отсыпной.

– Намек понял, до вечера в квартире не торчать.

Когда Серый наконец-то свалил, Серёга смог облегченно выдохнуть и вытащить из-под ремня свой изрядно помятый конверт. Он толи не был заклеен, толи клей не выдержал ёрзанья об пузо своего носителя, но доступ к содержимому открылся сразу. А состояло содержимое из пятитысячных купюр, и было их три пачки и еще чуток. Пересчет дал точное число – один миллион восемьсот тысяч рублей – огромные деньжищи! Серёга сразу вспомнил, с чего начиналась его дорога к успеху – с почти такой же пачки купюр банка приколов. Что называется «деньги к деньгам».

– Это я хорошо раскрутился, не могу себя не похвалить – вслух заявил наш герой, как вы поняли, он вообще не мог себя не хвалить, воспитание не позволяло. Метод пряника в самовоспитании есть первейший метод, считал покоритель Москвы.

В процессе третьего пересчета наличности Серёга почувствовал какой-то странный запах, он почти сразу сообразил его природу, это деньги жгли руки. «Что воля, что неволя – всё равно» – пробормотал Серёга, и вроде чуток отпустило. Какое хорошее заклинание, чуть не на все случаи жизни. Ну ладно, зуд от денег в руках успокоил, можно спокойно подумать, как жить и куда тратить деньги. Абсурдная мысль о том, что деньги необязательно тратить, в Серегину голову не приходила, не настолько он глупы человек, чтоб копить деньги. Насмотрелся на бабушек-дедушек, которые всю свою жизнь откладывали на потом, а никакого «потом» в их жизни так и не случилось. Серёга сыт, обут, одет в первом приближении, но вот это существование в одной комнате с человеком, который работает в смену напрягает. Чужая жизнь, чужие правила и привычки не то, чего хотел Серёга. Ему жизни в родительском доме по их правилам хватило, чтоб теперь в городе Мечты, где он сам себе хозяин, жить по законам двоюродного брательника с высшим образованием, который работает шофером на Скорой. Ежели ты такой умный, Серый, то чего такой бедный?

Таким вот несложным путем уроженец Южного Урала пришел к мысли о необходимости снимать собственное жильё. Звучит глупо собственное жильё снимать не надо, оно и так своё – но мы тут не при чём, Серёга именно так сформулировал цель. И тут же… вспомнил многочисленные рассказы о том, как в Москве кидают съемщиков квартир. Если верить рассказчикам, то его родные Еманжелинские кидалы просто красногалстучные пионеры из бабушкиных рассказов. А и то верно – чуть человек повысил квалификацию, он сразу рвется туда, где простор, где платят. В их городке одно время пробовали варьете открыть, пару лет оно даже продержалось. Сам Серёга по малости лет туда не вхож был, но старшаки рассказывали – зажигала там Алинка из их школы, в смысле, выпускница их школы, на несколько лет старше. Так вот, как научилась более-менее стриптиз исполнять и на шесте крутиться, сразу в Челябинск перебралась выступать. А если бы ноги были длиннее или если бы она ими умела лучше махать, то точно бы в Москве оказалась. Стриптизерши, кидалы, программисты менеджеры, все пофессии в столице востребованы, надо только показать себя. А и с Истинными небось та же история, на периферии небось только неумехи и тюхи-матюхи остаются. Кстати, надо качаться, подумал Серёга такую нетипичную раньше мысль.

Но все его рассуждения не отменяли необходимость найти квартиру. Оказалось, что однушка у черта на куличках, как говорила его бабуся, стоит чуть не сорокет в месяц, а в более нормальном районе, ну то есть не в самом центре, но где-то не так далеко – шестьдесят, а то и семьдесят. И еще столько же риэлтору, и за нулевой месяц отдай столько же, типа залог за безобразия в квартире. То есть просто заселиться и месяц прожить – две сотни! Офигеть, какая жизнь тут веселая. А если считать вообще за год проживания в однушке в приличном районе – Серёга даже не стал пытаться. Он мог умножить семьдесят тысяч на двенадцать в уме, но очень не хотел. Было такое подозрение, что итоговая сумма превратит его сегодняшний охрененный куш в совсем небольшую денежку.

– Вы заключите с нами договор, заплатите указанную в нем сумму, а мы подберем вам…

– Вот хрена там! Эту разводку я знаю! – и Серёга прервал разговор с агентством по подбору жилья. Надо обзванивать конкретные объявления, глядишь чего и найдется. Всего пары часов хватило чтоб составить список из нескольких перспективных вариантов.

– Да, я готов показать вам квартиру моего клиента. Сразу предупреждаю, за оказание услуг по сопровождению сделки найма, мы берем вознаграждение в размере месячной аренды…

– Вы там не охренели, брать и с продавца, и с покупателя?!

– С арендодателя мы деньги не берем, за услугу будет платить арендатор.

– Ну нифига себе! С какой радости с меня за всё сдирать собрались?

– Молодой человек, привыкайте. Разу вас нет ничего, кроме денег, вам придется платить за всё.

Эта ситуация напомнила общение с одной Серегиной подружкой, она считала, что раз у неё есть писечка, то платит за всё должен именно он. А она еще подумает, стоит ли Серёге показывать это самое своё сокровище. Столичный деловой люд общался с нашим героем так, словно на нем была табличка «Лох обыкновенный», причем табличку эту было видно даже по телефону. «Даже не знаю, как бы я тут выжил, если бы не был Истинным» – подумалось Серёге. В голову внезапно пришла здравая идея – кинуть риэлтора это как спасти белого медведя. В смысле, улучшение экологии в наших руках. День не поест риэлтор, другой, а потом пойдет к вырубному станку. Надо только, чтоб его почаще кидали, тогда он точно к станку встанет.

Во второй половине дня, просматривая уже вторую квартирку, наш герой вдруг решил, что именно эта пожилая женщина с грустными глазами не принадлежит к породе кидал. Кроме него по квартире ходило еще четыре человека – хозяйка, присматривающая за народом, второй потенциальный арендатор и два риэлтора, то есть его тетка с характерным южнорусским говорком и риэлторша второго клиента. Если бы эти тетки были зомби, то у Серёги не возникло бы никакого морального неприятия, он упокоил бы обеих. Но пока они не зомби, и биты в руках нет… воспользуемся другим оружием. И он уселся на табуретку в уголке, выпав в инвиз, как только на него перестали обращать внимание. Действие это стало настолько привычным, что уже и мантру не потребовалось шептать, было достаточно простого мысленного пожелания. Кстати, очень было похоже, что Серегина способность уходить в инвиз работает не как шапка-невидимка из советских сказок, а мягче. Если рядом с ним есть люди, они на него просто перестают обращать внимание, а потом и видеть – очень удобно работает Серегин Дар.

– А где твой клиент, ушел что ли?

– Ха, смотри, и вправду ушел. По-английски так сказать.

– А ты чего хотела – тащишь голодранца в дорогую квартиру и надеешься, что впаришь?

– Пойду, только время потеряла. Эй, хозяйка! Не понравилась твоя квартира, клиент ушел.

Когда и вторая пара арендатор-риэлтор ушла, Серёга решил, что пора брать процесс в свои руки. При всей молодецкой удали и детской непосредственности, общаться у нашего героя получалось. Его честное простоватое лицо располагало к себе людей, а кое-какие знания и факты, нахватанные по верхам создавали на какое-то время впечатление грамотного разностороннего человека. Главное было – не углубляться.

– Елена Сергевна, а знаете, мне ваша квартира подходит.

– Ой! Кто здесь?

– Серёга я, я же к вам с риэлтором пришел.

– Вы же ушли все.

– Ушли? Гляди-ка, пока я смотрел, какие у вас трубы под мойкой, они впрямь поуходили. Да и фиг с ними! Вам деньги нужны?

– Нужны. Но как же договор?

– Вы честный человек? Я тоже. Составим от руки и расписку напишем от руки, что я вам деньги за аренду передаю. Сейчас законодательство это позволяет. Даже такое понятие есть «договор в простой устной форме».

– Я даже не знаю, Сережа, как быть. А риэлтор?

– А он вам нужен? Что он такого сделал, что я ему должен платить за вашу квартиру? Я лучше на эти деньги сантехника вызову, у вас кран капает, внизу уже лужа собирается. Соседей зальёте, потом ремонт оплачивать устанете.

Молодой парень рассуждал здраво, держался солидно, а самое главное, под мойкой на самом деле нашлась лужа, пока еще небольшая. Всё-таки мужчина, он и есть мужчина. И опять же русский, россиянин, толпа таджиков не приедет в гости на полгода пожить. И деньги нужны вот прямо сейчас.

– Сережа, а вы готовы заплатить сразу за два месяца? Мне деньги нужны.

– Елена Сергевна, если вы обещаете, что меня не выгоните, взяв плату за два месяца, то заплачу.

– Да что ж я, аферистка какая! Была бы аферистка, небось каталась бы как сыр в масле, а не квартиру сдавала.

– Тогда несите ручку, бумагу, составим договор на полстранички.

– И когда вы заселяться хотите?

– Да вот сегодня и заселюсь. У меня вещей пока с гулькин… с гулькин нос – вспомнил Серёга цензурную версию поговорки.

– А вы где работаете?

– Баранку кручу, дядьку одного важного возить буду. Вызвали в Москву как ценного кадра, отслужившего в спецвойсках – Серёга почти ни в чем не соврал, кадр он был ценный, служил в очень специальных войсках на КПП, а дядьку возить ему наверняка придется. Когда колеса себе прикупит.

– Как у вас серьезно, Сергей. То-то я смотрю, в нашем районе квартиру присматривали. В нашем менеджеры из Ашана не снимают квартиры.

– А то! – парень не знал, что такое Ашан, но на всякий случай солидно хмыкнул.

Спустя час Серёга стал беднее на сто двадцать тысяч, зато в его распоряжении оказалась уютная однокомнатная квартира не в центре, но во вполне неплохом районе, если верить описанию на сайте аренды квартир. Большие дома середины прошлого века, метро рядом, ощущение незыблемости и респектабельности, которым пропитан воздух района. Получив ключи и проводив хозяйку, новый квартирант прошелся по квартире с уже другим ощущением, полазил по тумбочкам и шкафам… и осознал, что ни постельного белья, ни запасов трусов-маек – в квартире ничего не было, даже компьютера! Как так-то?! Куда всё делось, а главное – откуда бралось всё то, что окружало его в родительской квартире? Это что, покупать теперь вообще всё?! Крик вопиющий о суровости безжалостного мира был заглушен стенами дома, видевшего на своем веку трагедии и похлеще.

Глава 5. Свои вещи

Второй этаж порадовал балкончиком, почему-то балконы практически все горожане считают плюсом жилья, хотя в большинстве случаев используют их как свалки всякого ненужного барахла. Да и то сказать – узкий пенальчик, на котором ни столик с креслами не поставить, ни шезлонг, да еще и выходит на двор и мусорные баки… А платить за два квадратных метра балкона надо как за полноценные квадраты жилья. Но герою эти наши размышления по барабану, он просто обследовал своё новое пристанище. Смирившись с необходимостью вести весь быт своими силами и за свой счет, Серёга ходил по квартире и составлял список всего того, что нужно купить. Купить нужно было всё, кроме ложки для обуви и стаканов. С другой стороны, нашему герою еще повезло, гораздо хуже было бы, если бы это «всё» оказалось в наличии, но производства времен погибшей империи. Оно бы воняло, занимало место, кишело тараканами и добавляло в цене аренды. Серёга вообще был везунчиком, просто он не замечал этого раньше, не заметил и теперь.

Свежесформировавшийся Истинный прямо разрывался между желанием пойти в торговый центр и купить всё необходимое и поехать к Серому за своими вещами. Чуток подумав, он решил, что вещи важнее – его заветный конвертик с сегодняшним уловом остался в сумке, не таскаться же с миллионом по Москве. А что говорить Серому, Серёга решил придумать по дороге. Часик на метро, время позволяет сочинить целый рассказ, не то что коротенькую байку про… «жильём обеспечим». Точно! На той работе, куда его оформили, заодно предоставили общежитие неподалеку от гаража, нормально звучит? Это ж Город Мечты, тут и не такое случается.

Честно говоря, Серёге даже было чуток обидно, когда Серый так незаинтересованно отреагировал на сообщение, что он сваливает на новое место жительства. Нашел работу? Герой! Дали комнату в общаге? Красава! Сваливаешь прямо сейчас? Не смею вас задерживать, сударь.

– Вон, пока не уехал, глянь, какой видос в сеть выложили!

– Что там, интересное что?

– Ага, в центре города бизнесменов ОМОНовцы повязали, обшмонали, а потом извиняться пришлось – ничего не нашли.

– Да как такое могли выложить? Они ж только про успешные операции ролики показывают.

– Нет, брателло, это не полиция выложила, а свидетель или прохожий какой-то снимал – у чувака стальные шары, не испугался, что самого заломают и смартфон расхреначат.

В процессе второго просмотра видеоролика до Серёги вдруг дошло, что место какое-то сильно знакомое, был он там не далее, как вчера.

– Это на Чистых Прудах, что ли?

– Молодец, уже ориентируешься в городе. Там и есть. Похоже, что из самого кафе камера наблюдения снимает, видимо кто-то из работников выложил контент.

– Так чего, отпустили бизнесменов?

– Получается, да. Не нашли ничего, что искали. Повезло дядькам.

Серёга даже знал, кому пузаны в синих пиджаках были должны за это везение, но желания идти и трясти с них награду у него не появилось. Добро, оно само по себе добро и не нуждается в награде. Забрал у людей то, что им мешало счастливо жить, и отойди в сторонку, не жди награды за свой подвиг. Как говорил отец в таких случаях: «Делай добро и бросай его в воду. А потом жди, когда мимо проплывет труп твоего врага». Как удачно получилось, подумал Истинный, теперь я точно знаю, что ни к каким полицейским спасенные мной коррупционеры не пойдут. Да и вообще, в свете предстоящих трат Серёга осознал, что денежная сумма, реквизированная им, имеет какой-то масштаб только по меркам его малой родины, в Москве за такие деньги никто не подорвется куда-то бежать и кого-то искать. В этом он был прав, искать его точно никто не собирался. Чиновник был уверен, что конверт умыкнул ушлый силовик из маски-шоу, а следователь понял, что никаких денег не было. Ситуация устаканилась сама собой, а мы вам сразу сказали, наш герой тот еще везунчик. Просто он не злоупотребляет везением, не наглеет. Батя ему однажды на этот счет всё разъяснил.

Лирическое отступление. Была одна любопытная история: в шесть лет пошли они с батей в магазин ровно тридцать первого декабря, за шесть часов до нового года. Внезапно приехали родственники, посему алкоголя и майонеза надо было докупить к новогоднему столу. Пока батя выбирал напитки, Серёга стоял под боком и канючил денюжку поиграть на автомате. Зная, что игровые автоматы заточены под пятирублевки, суровый отец выдал ему пять копеек – иди играй, только под ногами не путайся. И батя продолжил выбирать напитки.

– Мужчина, это ваш ребенок на автомате выиграл? – голос продавщицы выбил его из колеи.

– Чего?

– Идите помогите ему, он не может выигрыш собрать.

Подбежавший к сыну отец даже растерялся, когда увидел, что куча больших пятирублевых монет не помещается в горсти родного ребенка. Уже дома выяснилось, что автомат отказывался работать на пятикопеечной монетке, зато в лотке «Возврат монет» рядом с его пятачком нашелся чей-то пятирублевик. Вот он-то и сыграл как надо, выбив из однорукого бандита двести пятьдесят рублей. Батя тогда объяснил Серёге, что во-первых он выиграл на свою ставку пять копеек сильно дохрена, а во-вторых, что для такого Серёжиного выигрыша куча народу предварительно должна просадить дофига своих кровных. Так что и радоваться нечему, и играть в дальнейшем не стоит, мол Серёга всю удачу выбрал на много лет вперед. Прав батя или нет, но в лотерею Серёга не играл, в карты на деньги тоже. А микрокредитные организации совсем другая история, там выиграть вообще нельзя. Серёга, может и с банком приколов бы не стал связываться, если бы с другим банком не связался перед этим. А потом еще с одним.

Собрав вещички, а в первую очередь проверив наличку, Серёга тепло распрощался с двоюродным братом и поехал в свой новый дом, вернее в торговый центр неподалеку. Причем, для разнообразия не на метро, а на такси, благо был уже поздний вечер, в центр никто не ехал, с пробками было всё хорошо. Глядя через лобовое стекло автомобиля, а ехать на заднем сиденье он был не приучен с детства – задний диван для малышни, богатенький Буратино четко осознавал – в таком потоке и он справится с вождением, не боги горшки обжигают. И вообще, своя тачка – это круто. Вот только на что-то реально крутое у него денег не хватит, надо с умом подходить к выбору автомобиля. За окном проносилась ночная Москва, вся сияющая огнями, ночная подсветка волшебным образом превращала даже типовые серые коробки в загадочные замки, а уж сталинки и помпезные новоделы вообще выглядели сказочно. Водитель был неразговорчив настолько, что когда он пытался что-то сказать, Серёга его всё равно не понял. Да что Серёга, его даже навигатор понять не смог и вначале поездки пропищал так жалостливо: «Повторите маршрут еще раз, а!» По этой причине, когда водитель устал повторять нужный маршрут поездки, ему пришлось сильно напрячься и выдать единственную отрепетированную фразу: «Брат, сам скажи ему адрес!» Да уж, если такие в Москве таксисты, то ему точно ничто не мешает стать автовладельцем и гонять по московским дорогам. Естественно, кроме этих самых таксистов-камикадзе на арендованных машинах.

«Моску нэвэ слип!» – неслось из автомагнитолы, и это было правдой. На малой родине половина магазинов закрывалась в шесть вечера, вторая в семь, и только сетевые продуктовые держали осаду до самого темна. Здесь же торговые центры сияют огнями чуть не до полуночи, завлекая своим светом жертв и высасывая из них деньги – а мотыльки и рады! Такое ощущение, что некоторые из этих самых мотыльков впахивают чуть не до ночи, чтоб было что отнести в сияющие дворцы. Бегут ночью с денежками из офисов в магазины, оттуда домой, несколько часов спят – и опять в офисы за денежками. А то в магазин пойти не с чем будет. Все заняты перемещением ресурсов как муравьи, самосознания у всех как у этих муравьев, всем рулит коллективный мозг. Недели еще не прошло с момента заселения Серёги в мегаполис, а у него уже создалось именно такое ощущение. И среди этих муравьиных потоков медленно и с легким презрением на лице перемещаются эти, коренные москвичи, по каким-то причинам не уехавшие на дачи в Подмосковье или Сен-Тропе. Почему Сен-Тропе? У родителей была фишка – раз в год пересматривать старую комедию чуть ли не середины двадцатого века «Жандарм из Сен-Тропе», вот и привязалось словечко.

Ладно, навигатор сказал на чистейшем русском языке: «Вы приехали», так что пора и Серёге превращаться в мотылька и лететь на свет магазина за постельными принадлежностями, сосисками и ноутбуком – самыми необходимыми на данный момент вещами. А зубная щетка и носки у него есть.

Что отличает просто человека от человека платежеспособного? Наличие денег? Нет, не это. Его отличает платежеспособность. Будь ты хоть каким богачом, но если ты удавишься за копейку и не готов потратиться на себя любимого, а то и побаловать себя же, то никакой ты не платежеспособный. Серёга любил себя, и баловал при всякой возможности. В данной ситуации всё совпало так, что в наличии была потребность в покупках, любовь к себе и деньги. А еще были всякие магазины на любой вкус и эту самую потребность. Про любой вкус мы погорячились – при ближайшем рассмотрении весь ассортимент оказался на одно лицо, во всяком случае мужчина классической ориентации разницы в товарах разных магазинов не усматривал. Соответственно и Серёга не стал мудрить, а заходил в магазин и тыкал в то, что ему было нужно. Натыкал на двести тысяч и большущую тележку, пока прошелся по списку.

Дело шло к полуночи, всё закрывалось, физической возможности нести все сумки не имелось даже то небольшое расстояние до дома, какое было, а тележку дальше парковки увозить нельзя! Это был вызов, вызов его способностям, его статусу Истинного, его правам человека, затарившегося в магазине. «Что воля, что неволя – всё равно, всё равно, всё равно» – без мантры такую телегу в инвиз не затолкать. Да её даже на подъем затолкать непросто. Но Серёгу по какой-то неведомой причине аж затрясло от желания загнать в состояние невидимости все его покупки, это был прямо вызов начинающему чародею и властелину чего-то там, он еще не придумал, властелином чего будет. Примерно также он упирался в старших классах, когда внезапно решил поступить в универ. Что самое странное, даже смог, даже на бюджет, а на платное обучение его бы никто и не отправил. Другое дело, что учиться в универе не получилось, но это уже другая история. Просто были в Серегиной жизни моменты славы, были. Вот и сейчас, обливаясь потом и держась левой рукой за тележку, Серёга бормотал своё заклинание и смотрел в экран телефона. А телефон честно отрабатывал свои десять тысяч и показывал ночную московскую улицу без тележки и героя нашего романа. Да кто бы сомневался, подумалось Серёге, который убрал телефон в карман и продолжил катить свою невидимую тележку к виднеющемуся впереди дому. И ему было плевать на проезжающий мимо Мерседес и людей, сидящих в нём тоже. Впрочем, как и людям, в какой-то мере.

– Ты погляди, что творится!

– Ты видак, ты и гляди. Чего там?

– Видак кассету зажевал, а я Видящий.

– Да пофигу, чего там?

– Невидимка целую тележку ништяков стырил где-то и тащит. Сильный кабан, я гляжу. Но дурной.

– Сила есть, ума не надо. А чего, цветмет тырит?

– Да не, не до такой степени тупой. Просто у него там и подушка, и тарелки, и ноутбук с сосисками – всё в кучу. Нет бы, стырил что-то ценное, да хоть денег бы украл нормально, а остальное бы пошел и купил.

– Может, у него принципы – ворует только то, что ему нужно. И вообще, не наш головняк, на то полиция есть.

– Да мне тоже плюнуть и растереть, небось подушек в магазине много. Смешно просто. Но вообще, даже жалко, что на лицо не взглянул, интересный кадр, сильный.

Интересный и сильный кадр стоял около подъезда и переживал – как он засунет тележку в лифт, ежели до лифта еще ступеньки? А разгружать её внизу – не утащит всё. Оставлять половину на улице – кто-нибудь обязательно наткнется и поможет. В смысле донесет, только не по нужному адресу. Но вариантов нет – все сумки всеми лямками и ручками собрались на две руки и распределились вокруг ног как бальное платье княжны Мери на балу у Толстого из «Войны и мира». Вот только платье ходить не мешало, а эти грозди сумок сильно мешали и заставляли сипеть от натуги. Хорошо, дверь заранее подпер тележкой. По шажочку, по шажочку, вот и лестничная клетка первого этажа, вот и лифт. Ага, но в него не войти. А тогда шаг за шагом потихоньку на второй этаж ножками-ножками. Как нам у группы «Алиса» в песне пелось: «Шаг за шагом, босиком по воде, времена, что отпущены нам. Грехи наши тяжкие…» А не, это уже из другой оперы. Когда пальцы уже планировали разжаться, сквозь зубы проползло шипение «что воля, что неволя…» и пальцы решили пока не разжиматься, чуток потерпят, вон и дверь квартиры.

Серёга был настолько могуч, что не сел рядом с сумками, а остался стоять как несломленный кактус под палящими лучами солнца. И сумки он не уронил на плитку пола перед дверью, а поставил аккуратно – ноут жалко, да и тарелки тоже. Трясущимися руками достал ключи, открыл дверь чуть ли не с первой попытки и перетаскал сумки в квартиру. Поспать можно и так, в одежде на диване, вот прямо сейчас и упасть можно. Нет, нельзя – тележка осталась подпирать дверь подъезда, надо оттолкнуть. Да лучше вообще, укатить её на стоянку перед магазином, а то… непорядок. Странная мысль возникла в голове скорее всего от столичного воздуха, которым Серёга надышался за эти дни. Спускаясь по лестнице, а потом толкая тележку для покупок, попаданец в Москву анализировал ход мыслей и с ужасом понимал, что это скорее всего навсегда. Он отравлен! Его обновленное извращенное сознание, нормальное для какого-нибудь уроженца старинного московского района типа Капотни, в Еманжелинске подведет под монастырь. И не факт, что он в будущем сможет жить в родном городе с такими замашками и потребностями. Встанет в ступор перед какой-нибудь лужей на тротуаре, и не будет знать, что делать, мол по бокам грязь, впереди лужа, надо возвращаться и искать пути обхода! Как будто на родине есть безопасные пути обхода… Неее, это стопудово ловушка! Сюда или не приезжать, или не возвращаться. Крыса, попавшая в золотую клетку, в подвал не вернется ни за какие коврижки, уж лучше она соловьём петь научится, чем на свободу вертаться. Если бы мы могли, мы бы шепнули герою, что ему самое место на философском факультете МГУ. А с другой стороны, какие перспективы после знаменитого университета? В журналисты? Так там не продохнуть от конкуренции. В преподы того же МГУ? А дети преподов куда пойдут? Нет, тупиковый путь – пусть лучше Серёга будет Истинным, и мы сами поржем, и вам заодно расскажем.

После прогулки с тележкой, а потом без оной, будущий потрясатель столицы нашел в себе силы заправить постельное бельё, что само по себе уже подвиг. Постоял, подумал, посмотрел на свои ступни, пошевелил пальцами ног… а потом пошел ополаскиваться. Мама родная, если бы Серегина мама видела это, она бы тотчас уверовала в какие-нибудь высшие силы и поставила свечку или стакан. Свечку богу, стакан папе. Десятилетия её жизни прошли под знаком борьбы за ежедневное омовение отпрыска перед сном, и вот результат. Хотя нет, слово «отпрыск» тут не подходит, за это слово мамин муж, он же Серегин батя огребал не раз. «Это для тебя он отпрыск в буквальном смысле слова, а я его в муках рожала» – дословная цитата.

После приема душа молодой человек не почувствовал ничего такого необычного, о чем рассказывали родители – ни облегчения, ни катарсиса, ни «упоительно чувства чистого тела». Зато в голову пришла мысль – чем чище я буду ложиться в кровать, тем позже понадобится стирать простынь и пододеяльник. И пофигу, что кровать на самом деле диван. Кто-то скажет, лень. Серёга говорил, рационализм. Вся его жизнь была подчинена требованиям рационализма. Готовую еду перекладывать из коробочки в тарелку нерационально, коробочку можно выкинуть, а тарелку мыть надо. Часто мыться нерационально, ходить каждый день на пары в институт… ну да, там всё не очень удачно вышло. А с другой стороны, ну кем бы он стал после института? А так он Истинный! Вот на этой оптимистичной ноте сознание и погрузилось в сон.

Очередной длинный и насыщенный событиями день был окончен. Серёге снились риэлторы с пустыми глазами и окровавленными ртами, по одному ковыляющие в его сторону. Трупные пятна, обрывки одежды, все как он любил. И бита третьего уровня в руках, и опыт за разбитые черепа, а потом бац! Новый уровень, и можно кидать в риэлторов сгоревшие кузова автомобилей. А за углом прячутся Бригадир и Замдекана, надеются напасть неожиданно, а вот вам картечью из дробовика в упор! На третьем этаже визжит Истинная в розовых трусиках на босу ногу, типа спасите! Девчонка, даром, что Истинная, что с них взять? Стоп. Вдруг показалось, что подглядывать чужие сны неприлично, не только эротические, а вообще – чужие. Спит Серёга, видит сны – нам с вами этого достаточно.

Глава 6. Одинокая звездочка

Первое утро в новой квартире задалось. В смысле, квартира не новая, место жительства новое. А чего б ему не задаться – на диване рядом никто не толкается, будильник не звонит, в окно летнее солнышко светит. Благодать в чистом виде, еще и на работу не идти. Позвонил маме с левой симки, поинтересовался самочувствием, успокоил, что с сыном всё в порядке, жильё типа дали, работу тоже, сыт, обут-одет. Никто не искал? Вот и хорошо, а будут искать – он в Ёбурге работает, про Москву говорить не надо. Кого опасается? Бездельников-друганов, которые будут просить денег в долг, да на всякие мутные схемы подбивать опять. Угу, Серёга тоже считает, что ему такие друганы не шибко нужны, потому и шифруется. Да, мамуля, я тебя тоже люблю, и всё такое, нет, ополаскиваться перед сном не забываю.

Вроде спокойно дома, никто его с собаками не ищет, да и не мудрено – он так всё провернул, что комар носа не подточит. Санталов круче гор. А значит, можно легализовать тут своё существование, ну там симку нормальную купить, банковскую карту завести новую в каком-нибудь приличном банке, машину опять же, машина – это тема! Серёга – ты не бомжара, ты респектебэл мэн, чтобы это не значило, но звучит красиво. И это… может уже пора купить Айфон? «Чего я как лошара с фигней китайской хожу, купи, а?» – начал сам у себя канючить герой романа, и таки выпросил, как минимум пообещал сам себе – куплю! Сразу и настроение повысилось, и душа запела громко, но не очень мелодично. Петь в слух – это не самая сильная сторона Серёги, надо признать. Что-то вкусное сготовить и съесть – это к нему, а петь… ему не жалко своего таланта, жалко слушателей. Уж на что батя закаленный, а и то морщится, когда думает, что сын не видит, и бежит закусывать.

Сидя перед ноутбуком, на который первым делом были установлены «Танки» и древняя «Контра», Серёга мониторил город. Не тупо пялился в Ю-Туб, а смотрел карту на предмет всяких нужных местечек типа филиала банка или офиса мобильного оператора. Так-то спешить некуда, можно было и погонять в «Танки» чутка, но сначала дело. Только почему в прихожей звук шагов, голоса и дверь хлопнула?

– Вот, значит как? Незаконное проникновение в жилище, статья Сто тридцать девять Уголовного Кодекса Российской Федерации наказывается штрафом в размере до сорока тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех месяцев, либо обязательными работами на срок до трехсот шестидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года, либо арестом на срок до трех месяцев. То же деяние… угрозы насилием не было? – в комнату вошел плюгавый типчик в полицейской форме с погонами, на которых виднелось по одной крохотной звездочке – микромайор, он же младший лейтенант, мальчик молодой! Форменная рубашка сидела мешковато, тощая шея торчала из воротника как палка из бочки, голос был противный, зато взгляд метал молнии.

– Нет, насилия пока не было. Я иду – кто-то в окне маячит, ну вот сразу и к вам – участковому! – добрейшая женщина Елена Сергеевна, получившая вчера от Серёги сто двадцать тысяч сегодня словно переменилась и теперь была решительной теткой, готовой заклевать обидчика, покусившегося на её добро.

– Документы есть, гражданин?

– И документы, и договор аренды квартиры, и расписка в получении арендной платы. Обманывает вас хозяйка квартиры, толи маразм у неё, толи она аферистка.

– В жопу себе можешь договор свой засунуть. Выбор у тебя небольшой – или валишь отсюда, или задержим за сопротивление полиции. Время пошло.

– Так вы заодно, аферисты московские! Понял сейчас соберу вещи, и пойду. А с этой через суд будем общаться. – Первым делом Серёга сунул в сумку свой новенький топовый ноутбук, что не осталось незамеченным полиционером.

– Ты что-то не понял! Нет здесь твоих вещей, встал и пошел из квартиры, пока зубы на месте!

Это что значит, прощай ноутбук, прощай набор постельного белья, да еще и пачка денег в сумке? И такая Серёгу обида взяла, такая вселенская грусть, словно весь миропорядок, принятый им на веру, рухнул в одночасье. Его большое полноватое тело горестно вздохнуло и от всей широты добрейшей Серёгиной души размашисто влепило оплеуху младшему лейтенанту, который, кстати, говоря, в своём служебном рвении так и не предъявил служебное удостоверение. Но что-то предъявлять было уже поздно, слуга закона, превратившийся в потерпевшего, отлетел примерно на пару метров и стёк по стеночке на пол. Да там и затих, только ухо начало наливаться красным. Зато добрая женщина закончила трансформацию в типичную хабалку и включила классический репертуар:

– Сука, да ты знаешь, на кого руку поднял! Да тебе хана! Ты теперь на нарах сгни… – гневная тирада была прервана практически такой же оплеухой. Что характерно, второе тело пролетело те же два метра. Ах да, там же ограничитель дальности полетов установлен – стена капитальная обыкновенная.

– Прямо, как на родину попал. Откуда ж вы такие беретесь, земляки? И что с вами теперь мне делать?

Размышляя вслух, борец с несправедливостью в отдельно взятой квартире не сидел на месте. Батя его во время коллективного просмотра боевиков через раз тыкал пальцем и поучал сынулю: «Вот видишь, тот опять за спиной живого оставил. Теперь этот очнется и выстрелит в спину. Чего они все такие тупые! Не будь таким, Серёга хоть ты, не оставляй за спиной живого противника!» Мама в таких случаях фыркала и напоминала, что раз в сценарии написано «не добил», то и добивать по ходу фильма никого не положено, даже если хочется. А иначе не положительного героя врагов не напасёшься.

Положим, добивать наш герой никого не собирался, но и скотч никто не отменял. Оба пока еще неподвижных тела были замотаны скотчем в районе конечностей и рта, а заодно и обысканы. Младший лейтенант оказался младшим лейтенантом полиции, если удостоверение не врало и было подлинным – как неудачно совпало! А Елена Сергеевна оказалась не при деньгах. То есть двадцать две тысячи у неё были, а вот еще сотня – тю-тю! Пришлось изъять то, что нашлось. То есть деньги обоих потерпевших, мобильники, все документы, включая Свидетельство о регистрации права собственности на злополучную квартиру. Так-то Серёга искал только свой договор – в нём данные его паспорта, по ним найти не проблема что самого Серёгу, что его родителей. Была надежда, что мошенники их еще не переписали или не скопировали каким-то образом. Наконец вещи были упакованы в две сумки, вторая сумка нашлась на антресолях, она была реквизирована на благое дело спасения Серёгиной собственности. Оказалось, что вчерашние покупки в распакованном виде занимают гораздо меньше места, с ними даже можно нормально идти.

Вынеся сумки в прихожую, укротитель мошенников вдруг задумался – а точно в инвизе его не видно? А может, его еще и не слышно? Надо будет поэкспериментировать. А то глупо будет выглядеть человек-невидимка, шуршащий листьями или фантиком от конфеты. И вдогонку еще идея – если он этих приложил не слишком сильно, может стоит посидеть послушать, когда очнутся? Глядишь, чего-то полезное и услышишь. Серёга был человеком глубоко мирным, он не хотел идти на крайние меры, но и сидеть в тюрьме за это красноухое недоразумение тоже не был готов.

Сумки стояли около выхода, сам «серый кардинал теневого мира» коварно клевал носом на коврике там же, чутко вслушиваясь… хоть не захрапел, и то ладно. Не будем утомлять читателя рассказом о том, как ему захотелось почесаться, потом в туалет, потом чихнуть, потом просто надоело. В итоге его несгибаемое терпение и применение соответствующей мантры было вознаграждено:

– Ммммммм! Ахрммммм! Вщщщщ, тьфу! – зашипело, заворочалось и попыталось ползти первое тело. Практически тут же ему отозвалось второе. Голоса сквозь перетянувший рот скотч слышались не очень разборчиво, но пресмыкающиеся старательно модулировали свои звуковые конструкции:

– Падла! Это ты называешь, валенок сибирский? Он мне чуть мозги не вышиб!

– Ты ж сам видел – бугай здоровый. Нахрена ты его провоцировать начал?

– Я начал провоцировать?

– А кто все его вещи хапнуть решил, я?!

– Заткнись, дура. Твой клиент, твой и косяк, будешь теперь компенсировать. С сегодняшнего дня навар не пополам, а шестьдесят на сорок. – Серёга даже пожалел, что не включил диктофон. С другой стороны, вдруг бы он пищать начал? А такие вещи тишины требуют. Да и не станет он шантажировать этих тварей, не его специализация.

– Как выбираться будем, Мишаня?

– Как, как, каком кверху. Потихоньку скотч растяну и выпутаюсь. А ты тут полежишь, о своём поведении подумаешь. Ты его данные записала?

– Чего их записывать, в договоре всё есть. Листок потом скопируешь, да ищи этого гада по своим каналам.

– Да уже не сомневайся, с рук это ему не сойдет.

Санталов услышал практически всё, что ему было нужно и тихонечко открыл дверь. Замок он отомкнул заранее, также как и убедился, что дверные петли не скрипят. Переход в невидимость получился как шаг по асфальту – легко и без напряжения. В зеркале, что висело на стене напротив, было замечено, что сумки исчезли практически одновременно с хозяином – значит пора в путь, подальше от этих тварюг. Угу, из договора они данные его выпишут, разбежались. Серёга даже удостоверение личности забрал из хулиганских побуждений, пусть бегает восстанавливает Мишаня, да рапорт сочиняет на тему «Как я пролюбил удостоверение». Надо бы еще и пистик утащить, но нету пистика.

Человек-невидимка шел по полупустой улице и проматывал в голове вчерашний день: с риэлтором он общался с левой незарегистрированной симки, взятой у вокзала, такси от дома до хаты Серого заказывал с неё же, причем называл не дом и корпус, а только номер дома. Не найдут, там корпусов пять штук, задолбаются опрашивать всех. А обратно такси он вообще до торгового центра нанимал, а потом в инвизе по улице шел с тележкой. Вроде не должны найти. Тем более, уголовное дело заводить не станут – у самих рыло в какашках по самые уши.

Из инвиза Серёга вышел, уже сидя на лавочке в сквере, протопав пешком пару километров. Как можно сидя выйти? Получается, в русском языке и не такое можно. «Угу, вспомнил он свои утренние мысли – легализоваться пора, вот прямо в самый раз! Нет уж, на дно надо лечь, затаиться до поры». Сказано-сделано. Самым лучшим способом ложиться на дно, по его мнению, было снять номер в гостинице. А что, летом в Москве туристов как грязи. Даже не так – грязи нет, а туристов полно, да половина мини-отелей небось втемную работают. «Вам чек нужен?» – спрашивают в каждом втором маленьком магазинчике или точке питания. Ясно, для чего спрашивают, продажу проводить не хотят. Так что выбираем квартиры посуточно или мини-гостишку, и ложимся на дно. А уж тогда можно банковскую карту оформить, симку купить, телефон нормальный, машину, в Эмираты слетать… Остапа понесло.

Глупо только получилось, накупил всякого барахла для приличной жизни, а с жизнью не шибко пока складывается. «Вот надо мне было с вечера этой хренью заниматься!» – сам на себя накричал, и вроде успокоился. Кто ж знал, что интеллигентные пожилые тетечки-москвички могут превращаться в прожженных мошенниц с ментовской крышей. Как еще заточку в бок не сунула старая грымза. Может ей хату подпалить? Соседей жалко. Точно! – в голове сложился дельный план – надо наложить кучу посреди квартиры, тогда она её никому не сдаст. В смысле, не кучу, а квартиру. Ключики-то вот они, в кармане! И Серёга поднял над головой связку ключей жестом Буратино из одноименной сказки. «Мелко!» – кто сейчас в голове Серёги сказал это слово Серёгиным голосом? Да сам он и сказал, сто процентов! Какаху хозяйка уберет и снова жильцов начнет заманивать, только замки сменит, чтоб ей посреди квартиры не наклали. Так что надо иначе. Например, выследить место жительства и там что-нибудь учудить. Да хоть… да достал ты со своими какахами! По больному надо ударить. Снова в ухо? Нет, по карману. Как любил выражаться начальник цеха в беседах с рабочими: «Нарушителей мы будем бить по карману!» Его даже разок самого вечером отмудохали за это, причем били не только по карману, а куда придется.

На план это пока не походило, но в качестве краткосрочной цели прокатывало: найти жильё, купить Айфон, машину, наказать Елену Сергеевну. Почему-то именно её действия нанесли самую серьезную душевную травму Серёге. Участковый – что? От него другого и не ждешь, дал в ухо, и квиты. Но вот так улыбаться и жалиться тихим голосом заслуженной учительницы РФ, а потом орать: «Сученыш, в тюрьме теперь сгниешь!», это по меркам Санталова было за гранью добра и зла. Вот за эту грань он и собирался прогуляться. Только гулять там надо не одному, а с кем-то, еще один пунктик в план.

Мини-отель не так чтобы в самом центре, но вполне себе ничего, Серёге не хотелось валить на окраину, там ему не очень нравилось, не было у домов чего-то такого, что шепчет в ухо, истории не было. Кварталов с высотками-близнецами, таращащимися друг другу в окна, хватало и в Челябе, не за этим он ехал в Москву. Слово ему понравилось от кого-то услышанное – человейники. И человейники – это не просто многоквартирные дома, это высотки, собранные в пучок как морковки на рынке, в которых не вздохнуть свободно, ни чихнуть – сразу локтем в другого человека воткнешься. Ну или он тебе в ребро свой локоть сунет не от злобы, а от тесноты. Нет, такого ему не надо.

Четыре тысячи в сутки за номер и никаких вопросов на тему источников заработка, чистоты помыслов, сексуальной и музыкальной ориентации. Помнится, одна неслучившаяся арендодательница чуть не в зад ему фонариком светила, выбирая среди кандидатов арендатора поадекватнее. А то еще хлеще: «Я буду приходить в любое время, смотреть, чем вы в моей квартире занимаетесь». Нет, в гостинице тоже приходить будут, но с вполне конкретной целью – уборку делать. И пусть приходят, так можно, так даже нужно! А собственные наволочка и простынь не заплесневеют, когда-нибудь, да пригодятся. Один минус во всём этом – в кино на ресепшене отелей всегда работают улыбающиеся молодые девушки, которые не против позубоскалить с постояльцами, а тут не сложилось. Или в фильмах врут, или Серёга такой неудачник?

Что примечательно, уровень отеля был такой, что с нового постояльца даже не взяли предоплату. «Это они такие расслабленные, или я настолько презентабельный? А что, хорош собой, не напряжен, язык подвешен, опять же две сумки – явно путешественник, а не срань подзаборная.» Мы очень извиняемся за такие непричесанные мысли нашего героя, но уж что есть, чай не с филфака вылетел, а с «Автоматизации производственных линий». И вообще, кто на том филфаке был, может они еще гуще матерятся, чем строители? Просто строителя узнать легко – на нем каска, рукавицы-голянки и перегар в два слоя. А выпускника филфака на кассе Макдака и не узнать никак, так что не будем больше извиняться за Серёгин лексикон, он по современным меркам вообще чуть ли не эталонный.

Вечером, обзаведясь наконец-то НОРМАЛЬНЫМ телефоном, с каким не стыдно вечером выйти на улицу в Еманжелинске, хотя и сцыкотно чутка, Серёга засел в своём номере на ноутбук, и опять не за игрушку, он начал искать инфу, какую пакость можно сотворить при наличии на руках оригинала Свидетельства на право собственности объекта жилой недвижимости. Варианты были, причем всякие разные. Мало того, неназванные умники советовали не пытаться творить зло очертя голову без специальных знаний и подельников-нотариусов, а доверить процесс профессионалам. Слово «доверить» в данном контексте смотрелось особо уморительно. Погоняв поиск еще немного, «серый кардинал» выяснил, что нотариус по статусу находится где-то между шакалом Табаки и тигром Шерханом. Он и наводчик, и крыша для аферистов, и гарант законности сделок одновременно. При том, что ни одна многомилионная сделка не может считаться законной без его заключения, сам этот тип ни за что не отвечает по закону. Как-то так. Одно ясно, у любой преступной группы мошенников, черных риэлторов или вурдалаков есть свой нотариус. Именно об этом и толковали на форумах, типа чтоб украсть у вора, нужно нанять вора, но при этом держать в уме, что обокрасть могут и тебя. Серёга-Серёга, точно оно тебе надо?

Глава 7. Как пауки в банке

Бар в центре Москвы был оригинален как сотни прочих того же типа – кирпичные своды подвального помещения, приглушенный свет, деревянная грубая мебель и псевдоевропейский антураж. Зато этим сводам было двести лет, все эти кирпичные двухэтажные особняки были построены после большого пожара летом восемьсот двенадцатого года. Серёга не ходил по барам, поскольку покушать тут дорого, а алкоголь не его тема. Но сейчас другое дело, этим вечером бар выступил площадкой переговоров, в очередной раз за столиком обсуждались дела, о которых не принято говорить прилюдно. Переговоры велись в формате двое на двое, во всяком случае со стороны могло выглядеть именно так, если не присматриваться. А если присмотреться, то можно было заметить, что спутник Серёги практически всё время молчал, не влезая в дела своего босса.

Хватит ржать, народ! Да, Серёга стал боссом как минимум на часик. Он подобрал этого серьезного парня, которому явно нечем было заняться на улице и предложил две тысячи за моральную поддержку:

– Две тысячи баксов?

– Ага, щаз! Рублей конечно. Просто посидишь рядом молча, пока я буду тёрки тереть с чуваками.

– А если кипеш начнется?

– Не начнется. Но если что, отходи в сторону. Или прикрывай меня, тогда пятера.

– Деньги сразу.

– Я похож на идиота, Игорь?

– Так-то вроде нет. Но попробовать стоило.

– Молодец, попробовал. Еще есть вопросы? Просто сиди и не улыбайся. Ну и поздороваться не забудь при встрече.

Два специалиста из мира теней были вызваны в наш мир посредством интернета, естественно, что тема предстоящих переговоров была озвучена лишь намеками. Но парням фишка показалось интересной, настолько, что они подняли свои джинсовые зады и переместили их в этот бар. После озвучивания имен, которыми в данной ситуации можно было величать друг друга, высокие переговаривающиеся стороны перешли к сути:

– Излагай, Серёга, чего у тебя есть предложить нам конкретно.

– Ситуация такая: меня кинули квартирные аферисты, не на много, но обидно в принципе. Есть желание наказать и инструмент для этого.

– Инструмент – то, о чем ты писал на форуме?

– Да, оригинал Свидетельства. Естественно, паспортные данные единоличной собственницы в наличии. Только сам паспорт захватить забыл.

– Нормальная тема, сколько ты готов заплатить, чтобы мы её наказали?

– Нет, коллеги, так это не работает. Вы заплатите мне миллион, а я отдам вам её документы. Сами писали, имеете квалификацию и карманного нотариуса, чтобы провести сделку по изменению собственника.

– Слышь, а ты не стучишь часом ментам? Зёма, сдается мне, он постукивает полицейским, а то и вообще от них пришел.

– Ну, если быть честным, то было дело. Стуканул буквально сегодня с утреца одному разок. Но так уж вышло…

– И что? Ты нам это вот так просто рассказываешь?

– Парни, я за прозрачность бизнеса. Чтоб потом никто не удивлялся.

– И на кого ты стуканул?

– Не на кого, а куда. В ухо ему засветил. А потом скотчем замотал, ему хватило.

– Кому ему?

– Да вот ему – Серёга достал из кармана и положил на стол служебное удостоверение младшего лейтенанта. – Так что я теперь и сам отчасти полицейский.

– Охренеть! Отжигаешь не по-детски, мужик.

– Мужики землю пашут.

– Ого, ты с понятиями знаком. Респект.

– Так что по нашему вопросу?

– Пятьсот тебе, документы нам. Кстати, а чего твой кореш молчит? Игорь, ты какое мнение имеешь?

– Игорь отвечает за силовые методы ведения переговоров. Лучше вам не знать его мнение.

Все, включая Игоря прониклись ситуацией, когда въехали в смысл слов Серёги. Проверять, какие у Игоря есть аргументы никто не захотел, включая самого Игоря. Он внезапно понял, что тут плавают довольно большие рыбы, завтракающие полицейскими, а обедающие московской недвижимостью. Так что пять тысяч, обещанные ему за силовую часть переговоров, уже не казались серьезными деньгами. Мертвецу пятёра ни к чему, мертвецы такими маленькими суммами брезгуют.

– Ладно, парни, моё последнее слово – миллион, и я к Свидетельству прилагаю паспорт этой самой красноухой старушки.

– А почему красноухой?

– А она тоже по уху получила. А после моих плюх левое ухо всегда становится большим и красным. И еще момент – этот участковый, чьё удостоверение я вам показал, её крышует. Бизнес у них такой, квартиры сдавать и квартирантов грабить. Практически черные риэлторы. Это минус, но есть и плюс – квартира почти в центре, в сталинке. Так что миллион, считай подарок от широты души.

– Серёга, не переживай. Был у них такой бизнес, да перестал. Небось, в Москве и почернее риэлторы есть.

– Кстати, Серёга, а ты по жизни вообще, чем занимаешься?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.