Марина Суховская
Старомодная сказка из тетрадки в клеточку

В комнате было темно и тихо. Темно было, потому что это был зимний вечер, а зимой темнеет быстро, а тихо, потому что хозяйка комнаты девочка Аня задерживалась в школе на репетиции новогоднего спектакля, её родители не вернулись еще с работы, а бабушка Татьяна Андреевна хлопотала где-то на кухне с ужином. Вот поэтому в комнате было темно и …и… тихо? Ой, слышите? Шорох какой-то… или шёпот? Интересно, что это или кто это шуршит-то, и где? Жалко, что темно и плохо видно… А! Вот, спасибо! Очень кстати, зажёгся уличный фонарь, тоже, видимо, любопытствуя узнать, что же это там у нас происходит?

Ну, вот теперь-то я вижу: на большом письменном столе, шелестя своими страничками, явно что-то обсуждают два учебника и ещё какая-то книжка. А рядом с ними, в стаканчике для карандашей, тихо бренчат, переговариваясь, фломастеры и шариковые ручки. Чуть поодаль от них циркуль и точилка для карандашей тоже о чем-то горячо спорят. О чём это, интересно? Ага… что-то или кто-то пропал… нет, упала и пропала… Что пропало? Куда упала? А, вот оно что: под письменным столом явно что-то лежит… тетрадка что ли? Да, да – тетрадка! К тому же её закрывает тяжелая оконная штора и поэтому она, конечно же, никому не видна! И это, скорее всего, ужасно её огорчает. Ну, ещё бы! Кому понравится лежать тут в такой темноте и в пыли! Тем более, что она, как я вижу, совсем – совсем ещё новенькая! Да, да, совсем ещё новенькая Большая Тетрадка в клеточку! Ещё никто не написал в ней ни строчечки, ни циферки – и вот на тебе! Уронили! Потеряли! Обидно, ну просто очень обидно! Она, по всей видимости, лежит там и мучается вопросами типа: “за что!?” И “почему я!?”. Собирается еще, наверное, озаботиться вопросами: “кто виноват” и, главное, “что делать”, но тут её странички как-то странно зашевелились, и из них прямо-таки вывалился какой-то несуразный, смешной маленький человечек! Колпачок на его рыжей кудрявой головке сбился набок, старомодная одёжка помялась, а носочки на маленьких ножках ну совсем были не похожи друг на друга; один был синий в белую полосочку, а другой – красный в белый горошек!

– Здрасьте вам! – сказал он и сладко потянулся. Но тут же чихнул и, видимо, окончательно проснувшись от этого чиха, ойкнул!

– Ой, а я где? А ты кто?! – испуганно спросил он, глядя на Тетрадочку.

– Фу, невежа! – возмутилась она и надула губки – Сам в меня забрался без спроса, а сам ещё и спрашивает “кто я”! Сам такой!

Смешной человечек вдруг заулыбался.

– Какой такой? Ну, какой такой?

Тетрадочка обиженно молчала и недовольно шелестела страничками, из которых вдруг вывалились ещё два каких-то странно пахнущих предмета с какими-то верёвочками!

– Ба! Лапоточки мои! – обрадовался смешной человечек и стал быстро налаживать их на свои маленькие ножки. Во! Класс! – сказал он и довольно притопнул ножками. Поняв, что это “нечто”, вывалившееся из её страничек, какая-то старая допотопная обувка, наша Большая Общая Тетрадка в клеточку просто-таки потеряла дар речи от возмущения и прямо-таки свернулась в трубочку от негодования!!! В ней, такой новой, чистой, в такой большой и важной, нахально, без спроса завелся какой-то… какой-то ненормальный, да ещё и в каких-то лаптях! Фу!

– Не! Не в лаптях – в лаптях! – поправил её странный человечек и опять некстати улыбнулся, – А вообще-то я с полки упал… с книжной… нечаянно…

– Оно и заметно! – буркнула Тетрадочка.

– Книжка старая, странички дряхлые – вот я и выпал, – продолжал он, явно не замечая её сердитости, – Уснул, понимаешь, ну и брякнулся… на пол. С перепугу-то подумал, видно, что вы – это и есть моя книжечка, да и забрался к вам… ну, то есть, в вас… Вы уж простите меня, барышня! Не сердитесь, пожалуйста.

– Вот ещё – сердиться! – сказала Тетрадочка и расправила свои странички. То, что этот чудик свалился на неё с книжной полки, где жили очень умные и важные книжки и учебники, вдруг заинтересовало её и даже успокоило: не мог же там обитать какой-то глупый и невоспитанный человечек, пусть даже и весьма странной наружности.

– Ну и из какой это вы книжки… выпали? – спросила она.

– Я-то? Я из русских, из народных я! –ответил он.

– Из чего, из чего? – не поняла Тетрадочка.

– Из сказок я, из книжки “Русские народные сказки”, – пояснил человечек, – Старая она, книжка-то моя… вот я и выпал… – вздохнул он, – нечаянно…

– Ну, и кем вы там работаете? Сторожем что ли? – продолжала любопытствовать Тетрадочка.

– Да, нет! Сказочником я там работаю – ответил ей человечек.

– Кем, кем? – удивилась она.

– Ска – зоч – ни – ком! Это у нас наследственное: прадед Парфён был Сказочником, дед Макей Сказочником был и бабка его Матрёна тоже Сказочница была. Знатная! Папка мой – Трофим Сказочник, ну и я – Амфибрахий, стало быть тоже Сказочник, а как же!

– Анхи.. Амфи.. Кто? – не поняла Тетрадочка.

– Амфибрахий. Имя такое. Папка дал! Он сказку какую-то по телевизору смотрел, а там царя так чудно звали, ну, вот я теперь и есть – Амфибрахий Сказочник! Можно просто – Фима. Ой, что же это я, голова садовая, болтаю, болтаю, а толком-то вам и не представился!

Фимка церемонно наклонил голову и произнёс – Амфибрахий Трофимович. Сказочник. Закончил с отличием “Высшую Школу Сказочных Наук”, получил назначение сюда вот, в “Русские Народные Сказки”. Служу там, набираюсь производственного опыта, повышаю, так сказать, свою сказочную квалификацию и … вот… выпал тут, понимаешь ли…нечаянно, за что и приношу вам свои глубочайшие извинения.

Разомлевшая от таких невиданных церемоний, Большая Общая Тетрадка в клеточку подумала, что не каждый день на неё сваливаются такие дипломированные Сказочники, и поэтому дуться и обижаться ей было бы просто глупо и неприлично. Да и лежать тут одной, всеми забытой, в пыли и в темноте довольно скучно.

– А я вот тоже, – сказала она, – лежу вот тут, отдыхаю… Меня зовут Большая Общая Тетрадка в клеточку. Прошу не путать с Тетрадкой в линеечку! У меня гораздо больше полосочек, и они у меня и вдоль, и поперёк, т.е. В кле-точ-ку! – представилась она Фиме как можно более важно.

– А, понимаю – в клеточку. Это хорошо. А вы здесь что… по какому-такому делу или так просто… отдыхаете? – полюбопытствовал-таки Фимка.

– А … я… в командировке я, по обмену опытом… да – нашлась, что сказать, Тетрадочка и для пущей важности пошелестела своими листочками.

– Здорово. Ну и как? Набрались уже… опыта-то? – искренне, без всякого подвоха, поинтересовался опять Сказочник.

Но Тетрадочке показалось-таки, что он смеётся над ней, и она уже приготовилась опять обидеться на него и даже свернуться от злости в трубочку, но… но почему-то вдруг разнюнилась-разрыдалась-разревелась, заголосила во весь голос, ну совсем даже некстати.

– А-а-а! Бросили меня, кинули… потеряли, забыли, несчастную… А я…я же Большая… я Общая… я в клеточку! – ревела она и шмыгала своими листочками, – Я новая… а они… а я в клеточку…

– Ох, матушки мои! – испуганно запричитал, забегал вокруг неё маленький Фимка, – Да не плачь-ко ты так, не убивайся, Тетрадочка! Да неужто мы не придумаем чего?! Ты, да я, да мы с тобой – обязательно что-то придумаем! Вот увидишь!

– Ну, что… придумал уже? – хлюпала, потихоньку успокаиваясь, Тетрадочка, – Придумал, да?

– Думаю, думаю … – бубнил Фимка, сосредоточенно почёсывая свою лохматую рыжую головушку.

– Ах, Фимка! Ну что я такая невезучая, а? – вздохнула она, – Хотя… почему невезучая? Сама ведь, сама виновата я во всём, ох, сама…

– Как сама? Почему сама? – удивился Сказочник, – Специально, что ли?

– Да, нет… не специально… Аннушка купила для учёбы много нас тетрадочек. И в клеточку, и в линеечку, разных… Дома положила всех стопочкой на край стола, а я снизу оказалась… Обидно мне стало, что я такая Большая, Общая, в клеточку, а лежу вот тут в самом низу… ну я и заворочалась, зашелестела своими листочками. Тетрадочки-то и посыпались с меня…

Да только они тоненькие были – по столу рассыпались, а я, на радостях-то, шелестела, шелестела, да вот сюда и плюхнулась… А-а-а, Фимочка, – зарыдала она опять, – вот беда-то у меня какая… И обижаться-то мне не на кого… сама, сама во всём виновата я… ох, сама… Зазнайка глупая, воображуля несчастная, а-а-а…

– Ну, постой, не реви ты так… ну, с каждым может такое приключится… Не рассчитала, понимаешь, с кем не бывает…

– Нет, Фимка, не с каждым, а с такой как я – зазнайкой и воображулей, вот! – заревела Тетрадочка с новой силой.

– Ну, всё, всё, давай-ка мы успокоимся и подумаем лучше, как и чем тебе можно помочь, – прервал её рёв маленький Сказочник.

– Как? И чем? – вздохнула, наревевшись, Тетрадочка.

– Ну, как чем, как чем… найдут же тебя… обязательно… когда-нибудь – пытался успокоить её Фимка.

– Нет, Фима, не найдут… или уж очень нескоро, – вдруг как-то очень серьёзно сказала она, – Ты стол-то этот видел?

– Ну, да, здоровый… монстр прямо! – ответил Фимка.

– Вот, вот… Аниному дедушке ещё принадлежал, я слышала. Его и с места-то не сдвинешь… Так что лежать мне тут и лежать до скончания моего века, пока не пожелтеют и не рассыплются в прах листочки мои…беленькие…в клеточку. И, знаешь, Фима, что самое горькое и обидное для меня? – вздохнула она.

– Что, Тетрадочка?

– Знать, что погибнут мои листочки никому не нужными чистыми бумажками в клеточку. И никто и никогда не напишет в них ни единой циферки, буковки или закорючки какой-нибудь… Ведь если бы что-то в них было написано, начерчено или нарисовано, может и пригодилась бы я кому-нибудь, хоть когда-нибудь…

Тут уж не выдержал и залился слезами маленький Фимка Сказочник, заревел во весь голос, заголосил, как ему жалко стало Большую Общую Тетрадочку в клеточку. И теперь уже она, обняв его своими листочками, пыталась успокоить его.

– Тише, ну тише, Фимочка, ну что теперь зря слезы лить. Слезами горю не поможешь.

– Да, – всхлипнул Фимка, – не поможешь…чего уж там…

Но, вдруг насторожившись, он стал к чему-то внимательно прислушиваться и приглядываться, а затем и вовсе заулыбался, засмеялся и, наконец, прямо-таки завопил от какой-то непонятной своей радости.

– Сказка, сказочка моя! Новенькая! Вот она!

– Какая сказка?! Какая такая новенькая?! – ничего не понимая, спросила Тетрадочка, – Ты, Фима, падая с полки, головушкой-то не сильно бабахнулся, а?

– Бабахнулся, не бабахнулся, а сказочка-то, новенькая – вот она! Рядышком!

– Точно бабахнулся. Сильно видно… – шуршала обеспокоенная Тетрадочка, – Вот тебе и Сказочник… бабахнутый…

Но Фимка, ничуть не замечая её удивления, прямо-таки плясал от радости, всё приговаривая и приговаривая про какую-то новенькую сказку, которая где-то здесь, совсем рядышком.

– Сейчас, сейчас, Тетрадочка, надо только попросить её…

“Как по морю Сказки плыли

“жил да был”, да “жили – были”.

Высоко ли, низко ли

Рядом плыли Присказки.

Залетайте в гости к нам!

Рады мы таким гостям!”

– проговорил он вдруг быстрой скороговоркой, – Ну, вот теперь уж точно придёт к нам Сказочка. Новенькая совсем, придёт, придёт, не сомневайся даже, Тетрадочка!

– Ну, ладно… ну, придёт, а мне-то что с того? – пробубнила она.

– Как это “что с того “??? Ты сама-то посуди: она новенькая совсем, никто про неё кроме нас с тобой и знать не будет, а ей ведь это тоже обидно. Ей ведь тоже хочется, чтобы её историю многие дети, да и взрослые узнали! – горячился маленький Фимка, – значит, Сказочке нашей надо всё, что в ней произойдёт, записать куда-то. Ну, поняла?

– Записать? Куда-то? Так это же… вот же… я же… у меня же… – заволновалась Тетрадочка, – Так ты что, что стоишь-то! Надо ведь скорее… скорее… а то придёт, а мы тут не готовы! Она и уйдёт, улетит от нас!

– Нет, не переживай! Никуда не улетит. Наша она, – успокоил её маленький Сказочник, – Пока я ей песенку не спою – она и не начнётся! А ты давай расправь свои листочки, приготовь первую страничку и жди. Как Сказочка начнётся – посыплются на твой листочек буковки, запятые, точечки, черточки, ну и прочие нужные ей загогулинки.

– Загогулинки… да я, да мне хоть каракули-маракули, лишь бы … хоть бы, а это небольно? – спросила вдруг Тетрадочка.

– Нет, – засмеялся Фимка, – немножко щекотно сначала будет, а потом привыкнешь. Тихо, слышишь? Здесь она, пришла, пришла, голубушка моя! Сейчас и начнётся!

– Ох, ах, – тут же зашелестела Тетрадочка, – буковки, ой! Щекотно как! Строчечки…точечки…ай!

Она всё шелестела и шелестела, и никак не могла нарадоваться своему нежданному счастью.

– Вот и хорошо, вот и славно! – улыбался довольный Фимка, – Это она знакомит нас со своими героями.

– Да? Правда?! Ну, читай скорее! Кто там? Читай, ну читай же уже, Фимка! – нетерпеливо просила его Тетрадочка, словно боясь, что всё это счастье может вдруг исчезнуть так же внезапно, как и появилось.

– Да, правда, правда! Вот, слушай. Это называется “Действующие лица”.

– Ага… лица – словно эхо повторила Тетрадочка, – Ну, лица… а дальше, дальше что?

– Читаю дальше, – продолжил Фимка, –

АНЯ – школьница 11 лет, которая очень любит мороженое.

ПЛОМБИР ПЛОМБИРОВИЧ – мороженое пломбирное в вафельном стаканчике.

ФИЛЯ – персонаж детской передачи «Спокойной ночи, малыши», он же помощник Деда Мороза в уходящем году.

ХРЮША – персонаж детской передачи “Спокойной ночи, малыши “и помощник Деда Мороза в наступающем Новом Году.

РЫЖИЙ – черный кот, сменивший свой внешний вид, но оставивший своё внутреннее содержание. В прошлом состоял на службе у БАБКИ ЯГИ.

СЕРЫЙ – пёс Полкан, он же волк. Не сменивший своей наружности, но изменивший свой волчий характер. В прошлом также состоял на службе у БАБКИ ЯГИ.

БАРБИ ЯГОВСКАЯ – она же БАБКА ЯГА. Совершенно отрицательный персонаж сказки.

ДЕД МОРОЗ – обязательный и очень положительный персонаж новогодних сказок.

СКАЗОЧНИК – а как же без него – главный руководитель сказочных событий.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ – Анина бабушка Татьяна Андреевна.

– Ну, вот, видишь, Тетрадочка, сколько героев поселятся на твоих замечательных страничках в клеточку?!– улыбаясь сказал Фимка, – Так что всё у тебя будет в порядке, не переживай!

– Да, Фимка, да! Хорошо-то как, как здорово! Смотри, смотри, Фима, сколько буковок уже у меня – целая страничка почти! – радовалась Тетрадочка, – А когда же сама Сказка- то начнётся, когда?

– Cкоро, Тетрадочка, скоро… – ответил ей маленький Сказочник Амфибрахий Трофимович. – Она уже здесь, ждёт – не дождётся, когда я разрешу ей начаться, но всё должно идти своим чередом… Это же моя первая Сказка и мне очень хочется, чтобы она получилась просто сказочно-замечательной! Итак, – я начинаю!

Вдруг негромко зазвучала музыка и Сказочник Фимка, как-то совершенно волшебно преобразившись, запел:

Странно, что дети порой забывают,

Что Сказки не только в книжках бывают;

Вы оглянитесь – они там и тут

Рядышком с вами по жизни идут.

Просто их вовремя надо заметить,

Просто с улыбкой и радостью встретить,

И Сказка доверчиво к вам подойдёт,

И за руку взяв, за собой позовёт

Давайте-ка отложим в сторону дела

И попросим Сказку чтоб она пришла.

Позвоним в бубенчик: Динь – дилинь – ди – бом!

Приходи к нам, Сказка, мы тебя так ждём.

Ещё по секрету скажу вам – я знаю,

Что Сказки по детям ужасно скучают,

И если подолгу не видят ребят,

То даже болеют и очень грустят!

Мои дорогие девчонки, мальчишки!

Вы с ними дружите и в жизни,

И в книжках,

И Сказки подарят вам радость свою,

Я это как Сказочник вам говорю!

А теперь отложим в сторону дела

И попросим Сказку чтоб она пришла.

Позвоним в бубенчик: Динь –дилинь -дилей!

Приходи к нам, Сказка, приходи скорей!

– Ну, здравствуйте, здравствуйте, дорогие мои мальчики и девочки! Бабушки и дедушки, мамы и папы, братишки и сестрёнки, тёти и дяди, все, все, все – здравствуйте! Я так рад встрече с вами, так рад… Надеюсь, вы знаете меня? Я – Сказочник, обыкновенный Сказочник. Не забыли? Вот и славно, вот и хорошо, вот и замечательно!

А то ведь некоторые взрослые и даже дети(!) Говорят, что Сказок нет! Не бывает! Сказки вымерли давно, как… как мамонты!!! И если в мире и происходит что-то чудесное или необыкновенное, то это – они говорят – аномалия какая-то, или экстрасенсы чудят, или инопланетяне балуются!

Обидно, ну, обидно слышать всю эту чепуху! Как же нет Сказок?! Да, вот же они, рядышком с нами живут! Обыкновенные, нормальные волшебные Сказки!

Одну такую я увидел прямо на улице! Да, да, да! Она шла и ела мороженое… Ну, то есть, не Сказка конечно, а девочка! Девочка шла и ела мороженое, а она, Сказка, тут прямо и началась!

Как? Ну, как обычно начинаются Сказки? Правильно – “жила-была’’… Так вот, в одном красивом северном городе – может быть даже в Санкт-Петербурге! – жила-была обыкновенная девочка, лет 11-12, которая больше всего на свете любила… мороженое! И звали эту девочку…

(Появляется девочка Аня, в руках у неё мороженое.)

АНЯ – Аня, Аня меня звали… а почему звали? И сейчас зовут… Бабушка правда зовёт меня Анютой или по-старинному – Нюрой. Мама с папой – Анной, это когда сердятся на меня и Аннушкой, когда не сердятся на меня. А Светка – это подружка моя, мы с ней с детского сада дружим – Светка меня Нэткой зовёт – смешно, да? А Вовка… Вовка он … ну, это не важно…

Ну вот, началось это в среду, 30 декабря, в … (смотрит на часы) Ой! Уже восемь часов! (убегает)

(Комната Ани. Слышен звонок в дверь и голос бабушки)

БАБУШКА – Иду, иду, не трезвонь, Нюра! Где ты была так долго? Я уже волноваться стала! Что у Све… Анюта! Ты опять с мороженым! Давно ли болела! У тебя же…

АНЯ – (дразня) Гланды…

БАБУШКА – Да!

АНЯ – У тебя же бронхи…

БАБУШКА – Да!

АНЯ – Помню, бабуля, помню! Ну, я же его не ела… вот, лизнула только чуть-чуть…

БАБУШКА – Ну, хорошо, хорошо. Как репетиция?

(Аня входит в комнату)

АНЯ – Нормально.

БАБУШКА – Светочка Снегурочку будет играть?

АНЯ – Да.

БАБУШКА – А Вова – Деда Мороза?

АНЯ – Ну, да..

БАБУШКА – А ты? Лисичку?

АНЯ – Нет, бабушка, меня повысили – дали роль Снеговика!

БАБУШКА – Да что ты! И слова есть?

АНЯ – Есть, есть…

БАБУШКА – А ты их выучила?

АНЯ – Выучила, бабушка, выучила! Отстань уже от меня!

БАБУШКА – Странные какие-то слова…

(Аня явно чем-то расстроена)

АНЯ – Все от меня отстаньте! И вообще, не буду я играть в этом спектакле! Не буду и всё! (лижет мороженое, кашляет) Ну, вот и хорошо, заболею и никуда не пойду! Уже кашляю! Может и температура уже есть? (щупает лоб) Нет, нет ещё… (включает телевизор, забирается с ногами на диван) Нужен мне больно спектакль этот… и совсем даже неинтересно…

(слышны позывные передачи “Спокойной ночи, малыши”)

ХРЮША – Здравствуйте, ребята!

АНЯ – (передразнивая) Здравствуйте, свинята!

ФИЛЯ – Здр-равствуйте, дор-рогие мальчики и девочки! Привет, Хрюша! Ты не забыл, что совсем скоро наступит Новый Год?

ХРЮША – Ну, что ты, Филя! Как я могу это забыть! Ведь в Новом Году Дед Мороз выбрал меня своим Главным помощником!

ФИЛЯ – Да, а в этом году я был у него Главным помощником. И теперь мне надо все дела за этот год передать ему. Так что скоро мы с тобой в путь-дорогу к Деду Морозу будем собираться.

ХРЮША – Да, да, Филя, конечно, но может, мы успеем ещё показать ребятам мой любимый мультик – “Зима в Простоквашино”?

ФИЛЯ – Конечно! Там ведь про Новый Год! Да и ребята писали нам на передачу, что тоже любят этот замечательный мультфильм.

АНЯ – Ну бабушкины сказки, да и только! Письма им писали! Ха-ха-ха! И кто только в это верит? Дурят детям голову…(зевает) Новый Год…чудеса… Сказки всё это! Чудес на свете не бывает… а хорошо бы… я бы… ну и что, что рыжая… вот бы… Вовка тогда бы…

(Аня заснула. Темнеет. Светится только не выключенный Аней телевизор. Часы бьют 12. Слышен негромкий разговор)

ФИЛЯ – Хрюша, ну Хрюша же! Потарапливайся давай! Дед Мороз ждёт нас, а нам ещё идти и идти!

ХРЮША – Ну, сейчас, сейчас, Филечка! Только пирожок доем и… А ты ЭТО взял? Ну, мешки с секре…

ФИЛЯ – Тсс! Ты, что?! Про Ягу забыл?! Полная секретность, полная! Ни гу-гу! А то хлопот не оберёшься!

ХРЮША – Есть ни гу-гу! Ну, пошли? Во, смотри, кто-то телевизор не выключил! Давай через экран вылезем – так короче будет.

(Через экран вылезают Хрюша и Филя. Оттуда же вытаскивают два больших одинаковых мешка. Настороженно прислушиваются к каким-то вздохам)

ХРЮША – Ой, Филя, что это!?

ФИЛЯ – Где? Кто? Что?

ХРЮША – Тсс! Слышишь?

(опять слышны какие-то вздохи)

ФИЛЯ – (шепотом) Эй! Кто там? Выходи! Лапы вверх!

(Они осторожно пробираются по комнате и натыкаются на Пломбирыча, который стоит с поднятыми руками)

ХРЮША – (прячась за Филю) Ты… вы… кто!?

ПЛ. ПЛ. – Пломбир Пломбирович, с вашего позволения.

ФИЛЯ – Кто, кто?

ПЛ.ПЛ. – Пломбирович… Пломбир… (и, видя, что его явно не понимают) Ну, мороженое такое… Ну, есть шоколадное, ванильное…

ХРЮША – А! Крем-брюле что ли?

ПЛ.ПЛ. – Пломбирное я…

ФИЛЯ – Эскимо, значит… на палочке…

ПЛ.ПЛ. – В стаканчике… в вафельном…

ФИЛЯ – Ну, я и говорю… А … это…

ХРЮША – … почему говорящее-то? Мороженые не говорят, вроде? Да, Филь?

ФИЛЯ – Да, почему?

ХРЮША – (на ухо Филе) А может оно бабкиёжкино? Засланное!?

ФИЛЯ – Стой, лапы вверх, а то … укушу!

ПЛ.ПЛ. – (поднимая руки вверх) Да нет! Я анино… аннушкино я! Она меня купила, домой принесла, потом лизнула… закашляла… потом уснула, а я лежал там таял… а потом часы бьют… 12

ХРЮША – Кого бьют?

ПЛ.ПЛ. – Да нет, в смысле “бом, бом, бом”! А я как превращусь, а Аня как опять закашляет… ну, я и завздыхал. А тут вы как выскочите – руки вверх! Ну, вот… я сдаюсь… больше не буду… честное пломбирное…

ХРЮША – Филя, ты что-нибудь понял?

ФИЛЯ – Нет, то есть да – оно не бабкиёжкино. Ты лапы-то опусти. Мы, извиняюсь, думали, что ты агент Бабки Яги.

ХРЮША – Шпиён мы думали.

ПЛ.ПЛ. – Нет, нет! Я анино, аннушкино я (вздыхает)

ХРЮША – Да чего ты всё вздыхаешь и вздыхаешь?

ФИЛЯ – Может, случилось что у тебя? Помочь может надо, а?

ПЛ.ПЛ. – Аня… она там… расстроена очень… Заболеть вот хочет.

ХР. И Филя – Где!? Какая Аня!?

ПЛ.ПЛ. – Девочка… Аня.. Там она… спит она…там

ФИЛЯ – Фу, напугал! У нас дело, понимаешь ли, секретной важности, а тут…

ХРЮША – К Деду мы идём, к Морозу.

ФИЛЯ – Если тебе помочь надо – ты скажи, не стесняйся! (Хрюше на ушко) Ещё одно доброе дело в этом году нам не помешает.

ХРЮША – Да, да! Не стесняйся! Может, желание какое заветное – презаветное исполнить надо – так это мы запросто! Деду Морозу скажем, а он…

ПЛ.ПЛ. – Что!? Неужели!? Это возможно!? Желание!? Заветное!?

ХРЮША – Да запросто!

ФИЛЯ – Только очень доброе и очень заветное!

ПЛ.ПЛ. – Конечно, конечно! Доброе… заветное… есть! Это… это…

ХРЮША – А я знаю, а я знаю!

ПЛ.ПЛ.– Да? Правда? И Дед Мороз сможет его исполнить?

ХРЮША – Конечно! У него в Пломбирии полно друзей! Они тебе…

ПЛ.ПЛ. – Как… в… Пломбирии!? В какой… Плом… бирии!? Так она что… правда существует!?

ФИЛЯ – Ну, да! Там же мороженое всякое живет! Реки там молочные…

ПЛ.ПЛ. – (завороженно) Молочные…

ХРЮША – Горы мармеладовые…

ПЛ.ПЛ. – Мар… меладовые…

ХРЮША – Ты что!? Ничего не знаешь о Пломбирии что ли!?

ПЛ.ПЛ. – Что ты, что ты, Хрюша! Знаю, с самого детства слышал о ней… но,

Я думал, что это всё сказки… я думал…

Ах, думал я – фантазия!

Я думал – всё иллюзия!

Какая-то идиллия,

Не велика ль ей честь?

Но вышла вдруг оказия,

Произошла конфузия:

Волшебная Пломбирия

На свете всё же есть!

Там горы, горы, горы!

В изюмах звёздных небо!

И город, дивный город,

Где никогда я не был!

Там в шоколадной роще

Зефирный соловей

Поёт мне о Пломбирии

Мечте души моей!

Ах, растревожил душу я,

Ах, пробудил сомнение,

Ах, потерял спокойствие

Пломбирное свое!

Эх, вот была б отдушина,

Чуть-чуть бы мне везения,

Иметь бы удовольствие

Взглянуть бы на неё!

Какие же там горы?

И что же там за небо?

И что за дивный город,

Где я ни разу не был?

И как там в тихой роще,

Зефирный соловей

Поёт мне о Пломбирии

Мечте души моей!

ФИЛЯ – Вот, здорово, Хрюша! У нас появилась прекрасная возможность

Исполнить заветное желание Пломбирыча!

ХРЮША – Конечно! Так что пойдём с нами к Деду Морозу, и он непременно исполнит твоё желание!

ФИЛЯ – Да, да, да! И попадёшь ты в свою замечательную страну Пломбирию!

ПЛ.ПЛ. – Я… с вами… и он меня… в Плом… в Пломбирию!? Нет! Ни за что!

ХРЮША – Это как это!?

ФИЛЯ – Это почему это!?

ПЛ.ПЛ.– Нет! Нет! Аню, Аннушку надо спасать!

Ф. И Х. – От кого спасать!?

ПЛ.ПЛ. – От меня! От меня… ну, чтобы она меня … не любила!

ФИЛЯ – От тебя!? Почему!?

ПЛ.ПЛ. – Нельзя ей, нельзя мороженое! У неё ангина! Бронхит! Тонзиллит!

ХРЮША – Ой, ой, ой! Такая молодая, а уже столько болезней!

ФИЛЯ – Ну… ну, раз так, я думаю, Дед Мороз вылечит её … от…мороженого

ПЛ.ПЛ. – Да!? Правда!?

ХРЮША – Точно! Вылечит! Запросто!

ПЛ.ПЛ. – Ура! Ура! Ура!

Ф и Х – Тсс! Тихо, тихо! Разбудишь…

(Но поздно. Аня просыпается, шарит по столу рукой, ища мороженое. Не найдя, встаёт с дивана и с удивлением замечает Хрюшу, Филю и Пломбирыча, застывших в самых нелепых позах)

АНЯ – Батюшки мои, как сказала бы моя бабушка! Эт-то что ещё за зоопарк!? Хрюшка? Филька? Ну, как живые! (подходит к Пломбирычу) А это что ещё за фрукт? Кого-то он мне напоминает… Где-то я его видела (принюхивается) или пробовала? (тут чихает Хрюша, и Аня хватает его за ухо) Ага! Попались! Светка, это ты что ли? Что вы тут с Вовкой за маскарад устроили? (Филя делает попытку удрать, но Аня и его хватает за ухо) Куда!? Стоять! А ну-ка признавайтесь, кто из вас моё мороженое съел!?

Х и Ф – Не ели, не ели мы его, честное слово!

ПЛ.ПЛ. – Да, тут я, тут! Никто меня не ел!

(Аня от удивления так и плюхнулась на диван)

АНЯ – Ой, мамочки! Та-ак! Всё! Заболела! У меня жар и температура… Я бредю… нет, брежу… (ложится, закрывает глаза. Хрюша, Филя и Пломбирыч подбегают к ней, хлопочут)

ПЛ.ПЛ. – Ну, вот! Непослушная девочка! Заболела!

ХРЮША – (щупает анин лоб) У неё, наверное, жар!

ФИЛЯ – Или даже температура!

ПЛ.ПЛ. – Ну, разве можно есть столько мороженого!?

ХРЮША – А сколько она съела?

ПЛ.ПЛ. – (трагически) Я был четвертым!

ФИЛЯ – Батюшки, как сказала бы её бабушка, и куда это всё поместилось-то у неё!?

(Аня открывает глаза и, видя склонившихся над ней Пломбирыча, Филю и Хрюшу, испуганно шепчет)

АНЯ – Ка-ра-ул! Говорила мне бабушка, говорила же! Нельзя столько мороженого есть… Вот результат – галлюцинации… цветные… да ещё и го…говорящие! Нет, нет, спать, спать, спать! Сон – лучшее лекарство!

(опять закрывает глаза)

ФИЛЯ – Да, Пломбирыч, придётся тебе остаться с ней. Не бросишь же её такую… с температурой…

ПЛ.ПЛ. – Конечно, конечно! Ах, Аня, Аня…

АНЯ – (открывая глаза) Ну, что, Аня? Что, Аня? Бред какой-то… (закрывает глаза)

ХРЮША – А насчёт твоего заветного желания – ты не переживай! Мы с Дедом Морозом обязательно вылечим её от любви…

АНЯ – Что!?

ХРЮША – …к мороженому.

АНЯ – Ага, сейчас! Я его с детства обожаю!

ФИЛЯ – И про твою волшебную Пломбирию…

ПЛ.ПЛ. – (мечтательно) Где текут молочные реки…небо в изю… ах…

ФИЛЯ – Да, да! Мы тоже что-нибудь придумаем!

ХРЮША – И ты обязательно, слышишь, обязательно попадёшь в свою волшебную страну!

ФИЛЯ – Да, а мы с Хрюшей приедем к тебе в гости! Нам ведь очень интересно посмотреть, как там живёт всякое разное мороженое, да, Хрюша?

(Аня приоткрывает глаза и явно прислушивается к разговору друзей)

ПЛ.ПЛ. – (грустно) Да, да, друзья мои… конечно… обязательно так и будет… наверное…

ФИЛЯ – Ну, Пломбирыч, нам пора в путь-дорогу.

ХРЮША – Да, путь неблизкий, да и опасный. Пока!

ПЛ.ПЛ. – До свиданья, друзья! Счастливого пути вам! Большой привет передавайте от меня Деду Морозу и про Аню, про Аню не забудьте!

(Хрюша и Филя направляются к выходу, но тут вскакивает Аня и преграждает им путь)

АНЯ – Вот именно – про меня не забудьте! Это какая-такая Пломбирия!? Это какой такой Дед с Морозом, а!?

ПЛ.ПЛ. – (испуганно) Да, нет, нет, Анечка! Это они… они пошутили! Пошутили!

Ф и Х – По…шутили, да… мы пошутили просто…

АНЯ – Ах, пошутили!?

ФИЛЯ – Ну, да, да… и вообще …это… это всё сон! Сон это!

АНЯ – Сон?

ПЛ и Х – Сон, сон это!

АНЯ – Сон? Вот и прекрасно!

(друзья облегченно вздохнули)

АНЯ – Тогда я иду с вами!

ПЛ,Х и Ф – Что!!?? Но…

АНЯ – И никаких «но»! А то я сейчас ка-ак закричу, ка-ак я сейчас…

ХРЮША – (трагически) Нет, только не это!

Ф и Х – (переглянулись) Ну, что? В путь?

ПЛ.ПЛ. – В путь?

Ф и Х – В путь!

АНЯ – Ну, вот! То-то же! В путь!

(Уходят. Исчезает комната Ани. Появляется Рыжий, вертит в лапах какую-то бумажку)

РЫЖИЙ – Странно, ох и странно всё это… И кто это такая

(читает)

Баб… Барби Ягов…ская, а? Знать её не знаю, ведать не ведаю… Ну, да ладно – сбежать-то я всегда успею! А может, что дельное предложит, а? Кроксворд прямо… регбус какой-то…

(Рассматривает бумажку, не замечая идущего навстречу Серого)

СЕРЫЙ – Сумлеваюсь я… Ох, сумлеваюсь… неладно это… Но, велено прийтить!

Велено – стало быть надо идтить! (нюхает бумажку) И пахнет как-то подозрительно (натыкается на Рыжего, но явно не узнает его) Может удрать, а? Шмыг – и всё, а? Вот я и говорю…

РЫЖИЙ – Ба!!! Серый, сколько лет, сколько зим!!!

СЕРЫЙ – (шарахаясь от него) Чего это вы, гражданин кот!

РЫЖИЙ – Серый! Иль не признал старого товарища!?

СЕРЫЙ – Какого-такого товарисча!? Никакого-такого това… Черный!? Ты, что ли!? А… а чего это ты порыжел-то так?

РЫЖИЙ – Жизнь заставит – порыжеешь! Ты вот, я гляжу, тоже ошейником обзавелся. Или Барбосом где подрабатываешь?

СЕРЫЙ – Полканом… вот…да… Бабка Яга-то, как меня со службы выгнала – я в лес подался, а там голодуха – у-у-у, хоть волком вой! Ну, помыкался я, помыкался, да в деревню решил наведаться. Думал, курями разживусь. Забрался в сарайку-то – куры визг подняли, петух в драку полез! На шум хозяйка с дрыном прибежала, да, видно, подумала, что я пёс оголодавший… Пожалела, слышь, накормила меня, да у себя жить оставила!

РЫЖИЙ – (завистливо, но всячески скрывая это) Ишь ты… оставила…

СЕРЫЙ – Ага, ага… Ну, я с тех пор всё по-честному; никаких там разбоев или ещё чего такого…ни-ни… Охраняю, и всё как положено…

РЫЖИЙ – Пристроился, значит…

СЕРЫЙ – (смущенно) Да, во, понимаешь… А тут недавно… жена у меня теперь, детки… трое… все мальчики! Забот теперь – у-у-у! Но, нет, не жалуюсь, не жалуюсь… хорошо всё… А ты-то, ты-то как поживаешь?

РЫЖИЙ – (с напускной важностью) Ну… так чё нам – живём, да рыбку жуём!

Внешность вот сменил; брюнетом-то чёрным не больно сладко среди людей жить. Так и норовят, то шугануть, то плюнуть, а то и камнем кинуть. Это я у Ягуси-бабуси чёрным-то котом кум королю жил…

СЕРЫЙ – Ну, да, ну, да… А хозяйку-то, хозяйку себе нашёл?

РЫЖИЙ – А то, как же! Солидная такая, тётей Дусей кличут. Магазин у нас с ней. Свой, собственный… “Супом с маркетом” называется!

СЕРЫЙ – Ишь ты! Иностранно как!

РЫЖИЙ – Ну, да, мы такие… там у нас хрухты-овосчи всякие, ну и рыба с мясом, конечно, да ещё всякие галантерейности продаём, да… Мы с тётей Дусей самые что ни на есть заглавные там…

СЕРЫЙ – Начальники, стало быть?

Рыжий – Угу… на вахте мы… Пост это такой ответственный…

СЕРЫЙ – Ну и славно, и хорошо! Главное, что дом свой есть, ну и при кормёжке опять-таки!

РЫЖИЙ – (с грустью) Да, да… дом свой…большой… Ну, да и ладно об этом! А ты здесь-то чего?

СЕРЫЙ – Ой, Чер… то есть Рыжий! Тут такое дело подозрительное у меня! Во… гляди… (суёт ему бумажку) читай…

РЫЖИЙ – А чего мне её читать-то, у меня у самого такая же!

СЕРЫЙ – Да ну!? И чего ты про это думаешь, а?

РЫЖИЙ – Я так думаю, что…

(Слышен звук подъезжающей машины. Вскоре появляется экстравагантная дамочка, ну очень преклонных лет, и направляется к Рыжему и Серому)

ЯГА – Хэлло, мальчики!

Р и С – Здрасьте вам, тётенька…

ЯГА – Ха-ха-ха! Тётенька! Что, не признали свою старую подругу!?

СЕРЫЙ – Нет, не припоминаю что-то…

РЫЖИЙ – А вы, часом, не Яга будете?

ЯГА – Она, она самая! Только не Яга, а Барби Яговская! Звучит, а!?

РЫЖИЙ – (ехидно, с обидой) Звучит, звучит… как кочерга бренчит… Зачем звала-то? Или понадобились друзья-то старые, вспомнила?

ЯГА – Понадобились, ох, понадобились, Чёр…

РЫЖИЙ – Рыжий я, Рыжий!

ЯГА – Рыжуленька! Прямо срочно спонадобились! Дело есть. Важное.

РЫЖИЙ – Ну, выкладывай давай своё дело важное-преважное.

ЯГА – Да, дело-то пустяковое; двух субъектов догнать, груз у них изъять, Ягусе отдать!

СЕРЫЙ – Ой, мудрёно больно. А попроще нельзя объяснить?

ЯГА – Да у Фильки с Хрюшкой мешочек один отобрать надо и ключик у Мороза свистнуть.

РЫЖИЙ – И всё?

ЯГА – И всё! Делов-то!

РЫЖИЙ – А что дашь?

ЯГА – Плачу твёрдой валютой; тебе – 3 кило “Котобжора”, а Серому – 3 кило “Пёсобжора”!

СЕРЫЙ – (на ухо Рыжему) Каким ещё “жором”? Это что такое?

РЫЖИЙ – (Серому) Это съедобность такая. Иностранная. Вку-усная до ужаса, но в сухарях. (И к Яге) Ну, ладно, мы согласные, да, Серый? По рукам…

Серый – (отстраняя Рыжего) Н-е-ет, Ягуся, погоди! Сумлеваюсь я что-то. Это что же за мешок такой? А ключик этот от чего? И чего это они тебе так понадобились, а?

РЫЖИЙ – Ой, ну какая тебе разница, Серый!? Ключ как ключ, мешок как мешок!

СЕРЫЙ – А может, в мешке этом что-то ценное-драгоценное лежит!? Или, например, важное-бумажное, а?

ЯГА – Ох, насмешил! Драгоценное! Пара-другая гадостей, да сотня каких-то пакостей! И всё!

РЫЖИЙ – А зачем они тебе, гадости-то эти? Ты и сама мастерица великая пакостничать?

ЯГА – Ха, сравнил! Там не просто плохие дела – там гадости-пакости-глупости-дурости отборные! Филька их целый год собирал!

РЫЖИЙ – Ну?

ЯГА – Ёлки гну! Он все эти драгоценности несёт Деду Морозу сдавать! А Дед заморозит их своей палкой морозильной, чтобы они в Новый Год не попали! А Хрюшке – своему новому помощнику – вручит ключ от Нового Года и другой Филькин мешок, в котором только (тьфу!) Добрые и хорошие дела! Это чтобы в Новом Году было больше этих противных добрых дел! Представляете себе!? Ужас прямо!

СЕРЫЙ – Ох! И нехорошее ты дело задумала, Яга! Нехорошее…

ЯГА – А когда это мы хорошие-то дела делали!? Ась!? Вот мешок-то заветный у Фильки стащим, ключик у Деда заберём – и вперёд! В Новый Год со всеми замечательными гадостями-пакостями! Здорово!?

СЕРЫЙ – Нет, Яга, нездорово! Не хочу я в этом чёрном деле участия принимать! (собирается уходить)

ЯГА – Ой, ой, ой! Поглядите на него! Какие мы порядочные стали! Как у Красной Шапочки бабушку лопать – так это ты мастер! А тут и дел-то на три копейки!

СЕРЫЙ – Это всё в прошлом, Яга, поняла!? В прошлом! Я теперь честно живу! У меня жена, дети…

ЯГА – Ха-ха, в прошлом! А я вот деточкам-то твоим расскажу, как их папка трёх поросят чуть не слопал! А козлятушек-ребятушек!? А!? Семерых!

СЕРЫЙ – Я… да я… Не смей! Я не такой теперь! Я… Они же дети!

ЯГА – (примирительно) Да, ладно, ладно! Пошутила я, чего ты!

РЫЖИЙ – Ну и шуточки у тебя, карга старая!

ЯГА – Какая карга!? Какая старая!? Я дамочка-мадамочка в самом расцвете сил и красоты! Мне ещё и… и 380 лет не стукнуло! То есть – не брякнуло! Ну, в общем… Ах, друзья мои! Давайте не будем ссориться из-за всяких пустяков! Ну, подумаешь, пару гадостей-подлостей в Новый Год затащим!? Делов-то! А жена, дети – это святое! И что плохого в том, что ты им к празднику гостинчиков принесёшь. Или детишки твои не заслуживают “пёсобжора” этого!? Что, только мопсикам породистым его можно трескать!? А твои-то ребятки чем хуже, а!?

СЕРЫЙ – Да, конечно… хотелось бы… гостинчиков, но…

РЫЖИЙ – И правда, Серый, чем мы хуже этих курносых лежебок диванных!? Подумаешь – пор-родистые!

ЯГА – Ну, по рукам!?

РЫЖИЙ – По…

CЕРЫЙ – (Отстраняя Рыжего) Не-ет, Яга! Погоди! А чего это ты своих-то новых друзей на дело не позвала, а? Кошака своего импортного, да бультермопса длинномордого!?

РЫЖИЙ – Да, чего не позвала!?

ЯГА – Да, что вы, что вы! Я за своего пёсика и котика иностранной деньгой платила! Они же у меня с медалями, с родословными заграничными!

РЫЖИЙ – (обиженно) Вот и бери своих иносранцев на дело, а мы ребята беспородные…куда уж нам…

ЯГА – Да, что ты, Рыжуля! Да где им с вами тягаться! Этот котяра курносый и мурлыкать-то толком не умеет! А пёсик мой!? Да, я сама его боюсь до ужаса; он на меня как глянет – так у меня мороз по ко… Мороз!? Дед! Ох, не успеем! Торопиться надо! Ну, по рукам!?

РЫЖИЙ – Ладно уж, по рукам!

ЯГА – Ну, Серый, не огорчай детушек-то своих!

СЕРЫЙ – (нехотя) Ладно… по лапам…

ЯГА – Вот и славненько! Вот и гаденько! Эх! Только бы всё получилось! Уж и развернусь я тогда! Я им такую свинью в Новом Году подложу – век меня помнить будут!

(Звучит мелодия “походной” песни. Появляются Филя, Хрюша,

Пломбирыч и Аня)

ФИЛЯ – Куда с друзьями мы идём

Большой, большой секрет.

И не расскажем мы о нём

За миллион конфет!

Хрюша – Зачем с друзьями мы идём

Секрет большой, большой!

Но не от вас, нет, не от вас –

От Бабки Ёжки злой!

Пломбирыч – Куда идём – сказать нельзя,

Хоть лес кругом и ночь!

Не мой секрет, но я друзьям

Всегда готов помочь!

АНЯ – Зачем мы здесь в лесу густом?

К чему мне это знать?

Ведь это сон? (ПЛ.ПЛ. – Конечно сон!)

Ах, как хочу я спать!

(Уходят. Появляются Яга, Рыжий и Серый)

ЯГА – Куда несёт нечистый нас

В полночный тёмный час?

Сказать? (cкажи!) Сказать? (скажи!)

Ну, прям-таки! Чичас!

У леса – тысяча ушей

А в зале сотни глаз!

От этих хитрых малышей

Секрет большой у нас!

СЕРЫЙ – Ох, дурень я! Куда иду!?

И главное – зачем!?

Кому-то ведь беду несу!

А может даже всем!?

РЫЖИЙ – Да, брось ты, Серый! Всё путём!

Ну, веселей гляди!

(ЯГА – Эй, где вы там!?) Идём, идём!

Ягуличка, летим!

(Догоняют Ягу, останавливаются)

ЯГА – (оглядываясь вокруг) Ох! Натоптали- то как, накосолапили-то, наследили! Я двумями ногами, да у вас по четыре… Это сколько же будет… (мучительно считает) многовато будет… больше чем шесть… точно! Пора следы заметать!

РЫЖИЙ – А чего их заметать-то?

ЯГА – Так надо! По сценарию моему положено! Операция “пы” – похищение значит – начинается!!! Эй! Пурга, подруженька! Прилетай-ка, дело есть! (слышится вой пурги) Сослужи-ка мне службу!

(Яга начинает колдовать) До тебя работа есть:

Посвисти, покуролесь!

Чтоб за нами ни полследа,

Ни следочка!

Замети-ка все тропинки,

Все кусточки!

Все деревья, все дороги

Замети!

Чтобы сбились Филька с Хрюшкою

С пути!!!

(Яга хохоча убегает. За ней – Рыжий и Серый. Слышно завывание пурги и далёкие голоса друзей: “Ау! Где вы!? Держитесь! Не видно ничего! Ау, ау! Вижу! Сюда, сюда! Огонёк… там… впереди! Сюда, скорей все сюда!”

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.