Альянс Повстанцев – 3
На фронтах борьбы
Артём Подколзин
Иван Никифоров

© Артём Подколзин, 2022

© Иван Никифоров, 2022

ISBN 978-5-0059-2152-9 (т. 3)

ISBN 978-5-0055-5494-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Открытие

Стрэндж работал старшим научным сотрудником в институте общей генетики имени Харлоу в Равенте. Он был доктором биологических наук и профессором кафедры генетики биологического факультета Каминоанского государственного университета имени Лорента. Также у него было много друзей и знакомых среди уважаемых учёных Альянса. Стрэндж в соавторстве с другими генетиками и биохимиками написал более 75 высокоцитируемых статей в авторитетных и рецензируемых научных журналах мира. В общем, Стрэндж был очень известным и уважаемым учёным своего времени.

В один из обычных каминоанских дней Стрэндж собирался на работу в институт. Так как Стрэндж жил на окраине города, то до работы ему было добирать очень долго. В Равенте была одна из самых развитых трамвайных сетей АП, и Стрэндж в основном ездил на трамвае. Прибыв на работу, он поздоровался со всеми своими коллегами и поднялся в свой кабинет на четвёртом этаже. Сегодня у учёных был очень важный день: они проводили клинические испытания препарата, основанного на технологии ретровирусных векторов, против нового известного и очень опасного генетического заболевания Грогерия.

Испытания увенчались успехом – в исследовании была показана эффективность нового препарата против заболевания. Дальше будут проходить клинические испытания эффективности и безопасности на бóльших выборках и с бóльшим временем исследования. Уже под конец рабочего дня Стрэндж пошёл в свой кабинет заполнять бюрократию и отчёты об исследовании. Но по дороге в кабинет Стрэнджа остановил его коллега и близкий друг Холгар и спросил:

– Стрэндж, вы уже слышали про открытие новой планеты, неизвестной нам ранее? – спросил Холгар.

– Нет, не слышал, что произошло? – удивлённо ответил Стрэндж.

– Астрономы открыли новую планету, на которой есть разумная форма жизни, природные условия очень похожи на планету АП, – сказал Холгар и дал Стрэнджу планшет с новостями об открытии.

Стрэндж начал читать новость и там было написано, что власти Альянса в лице сената, не дали официальной реакции на событие.

– Я думаю, что реакция власти Альянса может быть не такой, какую мы ожидаем, – сказал Стрэндж.

– Я не совсем понимаю, о чём вы, – ответил Холгар.

– Время покажет, – сказал Стрэндж.

После диалога Стрэндж прошёл в кабинет. На личности Холгара же нужно остановится поподробнее. Ему было 27 лет, не так давно он устроился работать в тот же институт, где работал Стрэндж, и стал его подчинённым. Холгар был высоким, худощавым, но физически сильным. Склад ума его был скорее рациональным, перед принятием важных решений он предпочитал долго думать и этим походил на Стрэнджа. По характеру он был спокойным, но в гневе был способен на неоправданные поступки. Холгара собственная жизнь устраивала не полностью, хотя он и получил хорошее образование и устроился на интересную ему работу, он не понимал смысла собственной жизни, считал, что должно произойти что-то такое, что для него этот смысл создаст.

Сомнения Стрэнджа и Холгара на самом деле имели под собой основания. На последних выборах канцлера Альянса Повстанцев выиграл видный член партии «Экономика» Гесс. Его правление характеризовалось либерализацией экономики, продолжением милитаризации общества, но строгими ограничениями во внешней торговле. Гесс постоянно призывал с кем-нибудь повоевать ради «благополучия нации», но воевать было не с кем, поэтому Гесс искал внутренних врагов. Например, он считал, что если запретить несогласным высказывать своё мнение, то несогласие исчезнет, и всем станет лучше. И этот принцип он реализовывал на практике. Также он отличился жёсткой критикой профсоюзов и громкими речами: «нужно выгнать эту поганую социалистическую сволочь из нашей страны!».

Во время выборов правые радикалы устраивали марши и провокации, а также убивали некоторых их противников. Полиция смотрела на это сквозь пальцы, а на выборах весомую роль сыграли фальсификации, проводимые всей партией «Объединение за свободу и справедливость». На самом деле у Гесса не было убедительных противников, так как оппозиция не смогла скоординироваться. Выиграл выборы Гесс с весьма неубедительным результатом.

Глава 2. Первые мысли

Стрэндж уже опаздывал на научно-популярный форум. Его не покидала мысль, что это собрание навсегда изменит его жизнь, хотя учёный и посещал собрания достаточно часто. Стрэндж быстро собрался и выехал на трамвае. На собрании он послушал лекции по эволюции, фармацевтике, методам геномного редактирования и по другим темам. Лекции показались ему интересными, он задавал вопросы, на форуме также присутствовали люди, которые лишь интересовались наукой, но не занимались ей профессионально. Во время перерыва Стрэндж пошёл в буфет и, сидя за барной стойкой, пил коктейль. Тут к нему подошёл человек и поздоровался, назвав имя учёного. Стрэндж узнал в нём известного коммуниста и деятеля партии «Социалисты Камино» Блюма.

– Здравствуйте, Блюм.

– Как вам форум?

– Мне понравилось, а вам?

– Если честно, не очень. Много обрывочных фактов и никакой целостной картины.

– А что вы думаете про открытие новой планеты?

– Это открытие многое изменит.

– Мне кажется, что исследования планеты не будут проходить благоприятно. Судя по политике сената в последнее время, и Гесса в частности, я опасаюсь того, как власть может обойтись с обитателями планеты.

Блюм задумчиво посмотрел вверх, и ответил:

– Да, вероятно в правительстве решат не идти ни на какие переговоры с обитателями, а просто установят военный контроль.

– Как вы знаете, я уже несколько лет не участвую в политической жизни страны и…

Стрэндж резко замолк, он забыл, что хотел сказать.

– Извините, что перебиваю, но по какой причине вы вышли из партии «Прогресс»? – спросил Блюм.

– Я разочаровался в их действиях во время каминоанского кризиса и после, и знаете, мне кажется, что «Прогресс» больше не может действовать настолько эффективно как раньше.

– Да, буржуазия Альянса Повстанцев перестала заигрывать с левоцентристами, так и скоро перестанет играть в демократию.

Слово «буржуазия» порезало Стрэнджу слух, но с Блюмом нельзя было не согласится.

– И в наших силах всё изменить, Стрэндж. А начать нужно с предотвращения печальных событий на новой планете.

Они ещё немного пообсуждали форум и попрощались. Блюм дал Стрэнджу свои контакты.

На следующий день Стрэндж снова пошёл на работу и продолжил заниматься исследованиями.

Он вместе с коллегами искал добровольцев-испытуемых, заражённых Грогерией, на клинические испытания безопасности и эффективности генотерапии. Перед подписью всех бумаг добровольцев проинформировали о деталях эксперимента и рассказали, что и как им будут колоть и какие в теории возможны побочные эффекты. Всем желающим сделали тест полимеразной цепной реакции на это заболевание. В итоге они набрали 300 человек, которых ждало исследование.

Уже через 10 минут учёные начали эксперимент: всем участникам эксперимента вкололи препарат. В этот момент произошёл странный случай – 5 шприцов оказались бракованными, и, если бы учёные не заметили, то всё могло сложиться плачевно. Позже испытуемых оставили в институте примерно на 2 часа, так как учёные предполагали, что у некоторых людей может начаться аллергическая реакция – анафилактический шок. И они не ошиблись, у одного человека так и произошло, но ему быстро оказали медицинскую помощь: вкололи адреналин. В целом эксперимент прошёл успешно.

Во время перерыва у Стрэнджа завязался разговор с Холгаром и другими коллегами. Стрэндж решил рассказать свои предположения и опасения.

– Открытие Земли означает для нас новые перспективы, но как бы это не обернулось чем-то плохим по отношению к обитателям этой планеты, – сказал Стрэндж.

– Мы не собираемся причинять им вреда, я думаю, и они нам тоже, – возразил один из коллег.

– Нет, я не об этом. Угрожать новой планете могут власти Альянса и легионы ляховцев, – сказал Стрэндж.

– С чего бы это? – спросил коллега.

– А с чего власти Альянса подавляли жителей нашей планеты? Почему армия ляховцев совершала военные преступления на оккупированных планетах и совершает по сей день? А с того, что они получают выгоду от эксплуатации жителей этих планет, а власти с армией их прикрывают. Или вы считаете, что люди на этих планетах не заслуживают даже базовых прав? Они, что хуже нас? – сказал Стрэндж.

– Всё так! – согласился Холгар.

Несогласный коллега начал сомневаться и замолчал. Также Стрэндж опросил своих коллег насчёт зарплат и бюрократии, большинство согласилось, что нужно что-то менять, но никто пока не был решителен. В целом, Стрэндж понял настроения своих коллег и в общих чертах представлял, что делать.

Глава 3. Действие

Стрэндж вернулся с работы и стал ужинать, он был в раздумьях. Он включил вечерние новости и среди других известий услышал следующее:

– Верховный канцлер Гесс дал официальные комментарии по поводу открытия новой планеты: «Я безусловно очень рад эффективной работе наших учёных, но боюсь за жизни наших граждан, которые, посещая эту планету, могут пострадать, а также беспокоюсь за возможность проведения исследований на ней. По этой причине первыми на эту планету я направляю военные корабли с контингентом ляховцев». Министр военных дел также заявил, что на новую планету отправится, в том числе, тяжёлая бронетехника. По его словам, для обеспечения безопасности потребуется 15 легионов.

Догадки Стрэнджа подтвердились, и он позвонил Блюму.

– Здравствуйте, Блюм!

– Здравствуйте.

– Наши худшие опасения подтвердились, Альянс направляет войска!

– Я уже слышал.

– Так вот. Я сегодня разговаривал со своими коллегами насчёт открытия новой планеты, не многие согласились со мной. Но я знаю, что многие мои коллеги недовольны положением дел на работе.

– Я понял к чему вы клоните. Да, некоторые из ваших коллег ещё питают иллюзии о буржуазной демократии.

– Можно и так сказать. Но боюсь, у меня не получится их переубедить, не могли бы вы помочь?

– Да, я смогу подъехать завтра, как вы наверное уже поняли, я сейчас в Равенте. Предупредите своих коллег и скажите название места, где вы работаете.

– Подъезжайте к институту общей генетики имени Харлоу. Тогда всё и обсудим. Спасибо вам большое, до свидания.

– До встречи!

На следующий день Стрэндж снова пошёл в институт, но теперь уже в ожидании чего-то великого. Блюм назвал точное время, в которое он собирался приехать. Стрэндж предупредил своих коллег и заведующего лабораторией. Профессор не называл личности гостя и заведующий лабораторией отреагировал спокойно.

Группу учёных-антропологов из института этнологии и антропологии города Каприель попросили секвенировать ДНК недавно найденной переходной формы между Homo sapiens sapiens и Homo sapiens kaminoan и дать сравнительную характеристику генома с геномами: подвидов Homo sapiens, орангутанов, шимпанзе и других человекообразных обезьян.

Позже у учёных был большой перерыв, во время которого они заполняли отчёты о проведённых исследованиях, испытаниях и прочую бюрократию, писали научные статьи в журналах, разговаривали и пили чай.

Блюм уже подошёл к зданию института, за ним вышел Стрэндж. Вместе они вошли внутрь и направились в свободную аудиторию. Там их уже ожидало около 15 человек. Ещё далеко не все сотрудники знали о прибытии гостя. Блюм начал рассказывать:

– Всем здравствуйте. Меня пригласил ваш коллега Стрэндж для того, чтобы я рассказал вам свой взгляд на последние события, этим и займёмся. Я думаю, все вы уже слышали официальный комментарий Гесса по поводу открытия новой планеты. И сам по себе комментарий уже говорит о многом, вместо учёных на планету решили послать пятнадцать легионов.

– Но это же всего лишь охрана дипломатов! – перебил Блюма один из учёных.

– Видимо туда отправится целая армия дипломатов! Иначе объяснить такое количество войск нельзя, – возразил Блюм.

Учёный на это ничего не ответил, а Блюм продолжил:

– Ляховцы и их командиры точно не будут церемониться с обитателями планеты. А потом все ценные ресурсы начнут выкачиваться из этой планеты, а жителям будет доставаться лишь необходимый для продолжения жизни минимум. А жители этой планеты и не смогут сопротивляться, ведь они, как стало известно, ниже нас по уровню технологического развития. Их будет ожидать судьба колоний, такая же, как та, которая когда-то постигла планеты нашей галактики. Да, вы можете надеяться, что от их эксплуатации вам тоже что-нибудь перепадёт, цены на некоторые товары непременно упадут, но можем ли мы позволить себе разбогатеть за счёт других, прямо как это делают некоторые? Угроза ввода войск обрекает жителей этой планеты на ужасные условия жизни, отсутствие свободы и вечную эксплуатацию!

– Какая эксплуатация? Всё добровольно! Не нравится – можешь перестать работать! – возразил один из учёных.

– Конечно. Вот, например, вам покажется, что на текущей должности в данном институте вам платят мало, и куда вы пойдёте? Во всём Альянсе вы вряд ли найдёте зарплату выше. Пойдёте требовать повышение у начальства? Ну и какой ответ вы получите?

– Я сменю работу! – гордо сказал тот учёный.

– На какую? Будете мыть полы в ресторанах? Робот обойдётся дешевле, – сказал Стрэндж.

– Я открою свой бизнес! – сказал тот учёный.

– И кому нужна ещё одна лавка с пирожками? А в Равенте вы вряд ли сможете открыть что-то другое, – сказал Блюм, – и где вы найдёте деньги, возьмёте кредит? Все заведения уже давно принадлежат транснациональным корпорациям, как и ваш институт. Большая часть денег, создаваемых вашей работой, отходит владельцам этих компаний, иначе бы они не стали содержать сотрудников.

Люди одобрительно закивали.

– В то время как вы считаете последние деньги для новой покупки, кто-то отдыхает на огромных участках и даже не работает. И если Каприель даст возможность корпорациям действовать на открытой планете, то их будет ожидать та же участь.

– Да, наверное, вы правы, мы не хотим сидеть и ждать! Но что делать? – спросил Холгар.

– Что делать? Я предлагаю вам объединиться и заявить о себе и своём недовольстве. Поговорите с сотрудниками других лабораторий, кафедр.

Количество слушателей всё увеличивалось и увеличивалось. Через пять минут аудитории стало едва ли хватать на всех присутствующих, а люди всё прибывали. Большинство соглашались с мыслями Блюма и уже собирались что-то делать. Блюм продолжал рассказ, как вдруг в аудиторию вошёл заместитель директора института и крикнул:

– Что вы тут делаете? Вместо того, чтобы работать, прохлаждаетесь и слушаете сказки какого-то…

Он резко замолк, хотя видимо собирался оскорбить Блюма. На него уставились десятки разъярённых глаз, кто-то из работников института сказал ему:

– Всю работу мы уже сделали. Пожалуйста, не мешайте нам и продолжайте заниматься своими делами.

– Я никуда не пойду! – крикнул заместитель директора.

Учёные взяли его под руки и вытолкнули из аудитории. Блюм продолжал говорить ещё около 20 минут, упомянул важность профсоюзной борьбы, а потом ушёл. Учёные принялись обсуждать услышанное и работать, но день не собирался проходить спокойно. Через полчаса в главную дверь института настойчиво постучали, также на улице были слышны возмущённые голоса и крики. Стрэндж подошёл к окну и посмотрел на улицу. Там он увидел несколько десятков человек с плакатами, которые кричали «Долой институт!», «Смерть учёным!», «Запретить генетику!» и пытались выломать входную дверь.

Работа моментально прекратилась, учёные стали обсуждать, что делать. Они сразу же позвонили в полицию, там им сказали, что уже отправили наряд, но ждать было долго. На Камино полиция могла не приезжать часами. Администрация института не собиралась ничего предпринимать, да и один охранник вряд ли смог бы справится с разъярённой толпой. Нужно было что-то делать самим. Был бы Блюм ещё в институте, он бы наверняка подсказал что-нибудь, ведь сам ни раз оказывался в подобных ситуациях. Но его не было.

Тут Стрэнджу пришёл в голову план. Он послал нескольких учёных по другим лабораториям и отделам, чтобы те оповестили всех о ситуации и о плане Стрэнджа. Все тут же начали подготовку, в том числе и Стрэндж. Когда все приготовления были завершены, через заднюю дверь вышла группа из 15 учёных, вооружённых чем попало. У некоторых были швабры, у других циркули и канцелярские ножи, а у третьих и вовсе ручки. Отряд учёных выстроился шеренгой напротив толпы недовольных. Одна женщина противного вида закричала: «Хулиганы!», и убежала. Другие же метались по сторонам и с опаской смотрели на противника.

Учёные двинулись в атаку. Завязалось сражение. Повсюду были крики, вопли. И та, и другая стороны дрались из рук вон плохо. Некоторых поднимали на швабры, кому-то в лицо попадали камни. Через пару минут недовольные люди побежали, учёные выиграли. Некоторых ранили, но не тяжело.

– Первая победа! – воскликнул Стрэндж.

Учёные были крайне обрадованы таким стечением обстоятельств. Но вообще этот случай преподнёс им важный урок. Учёные ещё даже не начали протестные действия, а уже столкнулись с сопротивлением, но никто не падал духом. Наоборот, все были воодушевлены, учёные решили, что в их будущем профсоюзе обязательно будет вооружённый отряд для подобных случаев.

Глава 4. Перерыв

Следующий день был выходным. Этот день учёный решил провести дома. Стрэндж читал научные журналы, а потом решил посмотреть новости, там он услышал новое заявление Гесса:

«Как только мы установим дипломатический контакт с обитателями новой планеты, её посетят ведущие бизнесмены Альянса Повстанцев, такие как: Сноут, Геллаунд, Хонорошо. Войска отправятся уже завтра утром, я надеюсь, что всё пройдёт мирно.»

Это заявление сопровождалось видеорядом, Гесс давал интервью на фоне первого корпуса сената. Гесс был высоким, немолодым мужчиной с пышными тёмными волосами и строгими чертами лица.

Это заявление ещё раз подтвердило мысли Стрэнджа. Потом учёному написал один из его коллег. Он сказал, что проверил записи с камеры над входом в институт и увидел, что всех недовольных привезли на нескольких машинах и одновременно. Учёные стали догадываться, что это подставные люди.

Тут Стрэнджу поступил звонок, это была Зельда. Она собиралась приехать к нему, они договорились на три часа дня. Через несколько минут Стрэнджу также написал Фёдор и тоже собирался заехать, в три с половиной. Стрэндж принялся ждать гостей, он читал художественную литературу. Ему как раз попался очень интересный роман, в котором затрагивались многие общественные вопросы.

Пришла Зельда, Стрэндж пригласил её за стол, налил ей и себе чаю. Зельде скоро уже должно было исполнится 30, она была высокой, стройной, с длинными волосами. «В таком возрасте в пору мечтать», – подумал Стрэндж, но её глаза не были мечтательными, а были скорее равнодушными и печальными. Зельда села и направила свой стеклянный взгляд на край стола.

– Ну как ты поживаешь? Чем занимаешься? – спросил Стрэндж.

– Да вроде неплохо, занимаюсь… да ничем получается. Здесь, – уточнила Зельда. – А в измерении магии разным: бывает помогаю им строить, бывает чиню что-нибудь. Много с кем там познакомилась, мне кажется, я научилась разбираться в людях.

– Так, значит. А с Северусом или Эрноном общаешься? – спросил Стрэндж.

– Нет, про Эрнона знаю только, что у него всё хорошо, – ответил Зельда.

– Зря ты с Северусом не общаешься, он хороший человек, только иногда бывает не предусмотрительным, – сказал Стрэндж, – а потом, ты не хотела бы переехать обратно, в Альянс?

– Нет, – ответила Зельда.

– А почему? – спросил Стрэндж.

– В измерении магии гораздо лучше, здесь ты никому не нужен, на твоё мнение всем наплевать, а там, если ты житель, то можешь решать вопросы наравне со всеми. Там, когда ты работаешь, ты видишь, что ты создал, ты видишь людей, которым помогла твоя постройка или продукт. Да и большие города я не люблю, – ответила Зельда.

– Большие города я тоже не люблю, но ещё больше не люблю каминоанские деревни, – ответил Стрэндж.

– А кстати, Стрэндж, вы ещё состоите в конгрессе? – ответила Зельда.

– Нет, я потерял место там после его разгона в прошлом году, а и из партии я недавно вышел. В сенате я тоже больше не состою, – ответил Стрэндж, – а что? Ты что-то хотела?

– Да нет, ничего. Просто интересуюсь, – сказала Зельда.

Тут уже и Фёдор пришёл, они поздоровались с ним. Стрэндж познакомил его и Зельду.

– А кем вы работаете, Фёдор? – спросила Зельда.

– Менеджером, – ответил Фёдор, – тоже хотел стать учёным, как Стрэндж, но я не смог найти работу.

– А кстати, что вы оба думаете насчёт открытия какой-то новой планеты? – спросила Зельда, – мне кажется это очень интересно.

– Самое частое, что я слышал, – усмехнулся Стрэндж. – И как учёный я согласен с этим и считаю, что её нужно будет исследовать, но учитывая действия властей Альянса и общие настроения в сенате в целом возможно до исследований на ней никто не доживёт.

– А что такое? – спросил Фёдор.

– Туда собираются послать огромную армию вместо учёных, – ответил Стрэндж.

– Сенат в своём репертуаре, – сказал Фёдор.

Зельда решила промолчать. Они ещё немного поговорили и стали играть в карты. Зельда много выигрывала, и это очень не нравилось Фёдору. Потом Фёдор стал собираться, а когда он ушёл, Стрэндж спросил Зельду:

– Ты же ещё не уходишь?

– Наверное нет, – ответила она ему.

– У меня есть к тебе пару вопросов, – сказал Стрэндж. – Первый: что ты делала вовремя Каминоанского кризиса?

– Ничего особенного, я помогала в измерении магии, связи с местными сепаратистами я не имела, и не имею сейчас, – ответила Зельда.

О встрече с Северусом в измерении магии она решила умолчать. Да и вообще, не была откровенна со Стрэнджем.

– Ты не знаешь, где сейчас Рита? – сказал Стрэндж.

– Нет, не знаю. Я перестала её поддерживать незадолго до восстания в измерении магии, – ответила Зельда.

– Так, восстание. Расскажи поподробнее, – сказал Стрэндж.

– Насколько я знаю, ещё с момента захвата власти Эцио сформировалась группа недовольных, – сказала Зельда. – В связи с действиями нового верховного мага их численность и сила всё росла. Когда в измерение магии прибыл Северус? Это-то вы должны знать?

– Да, я знаю. Продолжай, – сказал Стрэндж.

– Так вот, когда прибыл Северус, они были уже крайне многочисленны. Они вместе с Северусом в несколько шагов свергли Эцио и назначили нового верховного мага. Этот маг мудр и не хуже всех предшествующих законных верховных магов. Хотя некоторые жители измерения магии считают, что всю власть захватили участники сопротивления, – сказала Зельда.

– Спасибо за рассказ, – сказал Стрэндж.

– И ещё. Раз раньше вы занимались политикой, и сейчас у вас там что-то происходит, хочу рассказать одну вещь. Эрнон очень сблизился с новым верховным канцлером, он наездил Эрнону по ушам, в том числе говорил, что если б Северус узнал о сотрудничестве, то был бы очень доволен, хотя я этому не верю, – сказала Зельда.

– А ты откуда знаешь? – спросил Стрэндж.

– Эрнон мне сам рассказал, он думал, что обрадуюсь за него, но радоваться тут нечему.

– В любом случае спасибо, думаю, эта информация будет полезна мне. И кстати, пожалуйста будь на связи, возможно мне может потребоваться твоя помощь, вернее потребуется совершенно точно, но я не знаю, как скоро.

– Хорошо, если что меня всегда можно найти в измерении магии, – сказала Зельда.

На том они и попрощались. Стрэндж сел смотреть вечерние новости. Первым он услышал в новостях то, что одного из его коллег задержали на площади Науки за одиночный пикет. На плакате учёного было написано: «Обитатели планеты должны встречать учёных, а не военных». Эта новость поразила Стрэнджа, шаг учёного был необдуманным, ожидать чего-либо кроме задержания было глупо. Да и к тому же, что даст одиночный пикет? Но Стрэндж однозначно решил, что со дня на день им нужно начинать забастовку. Стрэндж написал некоторым коллегам об этом, и они с ним согласились.

Глава 5. Забастовка

На следующий день Стрэндж отправился на работу. Он поздоровался со своими коллегами и сразу перешёл к делу. Профсоюза у них ещё не было, хотя его несомненно нужно было организовать. Но организация – это дело не быстрое, а бастовать нужно было прямо сейчас, поскольку потом могло быть уже поздно. Учёные решили, что начнут забастовку без профсоюза, а его организуют сегодня-завтра.

Почти все учёные собрались в одном помещении, семь из них отказались вступать в профсоюз. Главного зала не хватало на почти 140 человек, поэтому некоторые находились в ближайших коридорах. Было решено, что будет создан исполнительный комитет из 15 человек, которых выберут голосованием. Каждого из них можно будет отозвать в любой момент, а в случае недовольства решением, принятым в комитете, сотрудники могут запустить всеобщее голосование, которое отменит решение ИК. Из добровольцев был сформирован медийный отдел, в обязанности которого входило вести медийные ресурсы профсоюза. Также был выбран секретарь, им стал Стрэндж. Был сформирован юридический отдел, пока в него вошёл один сотрудник, который имел юридическое образование, но в будущем на общие деньги планировалось нанять туда профессиональных юристов. Был выбран кадровый менеджер, в обязанности которого входили беседы с желающими вступить в профсоюз и добавление некоторых данных о них в общую базу. Были определены ежемесячные взносы, из которых формировался бюджет и резервный фонд.

Все эти положения были определены на учредительном собрании за несколько часов путём прямого голосования по принципу: один человек – один голос. Этот принцип планировалось соблюдать и в дальнейшем вне зависимости от должности человека. Многие бастующие учёные были недовольны и другим немаловажным фактором – длительностью рабочего дня. В Альянсе Повстанцев рабочий день длился семь двадцать четвёртых от суток на любой из планет, а неделя – пять дней (неделя на всех планетах была одинакова и составляла семь дней). Во время войны с Мировой Полицией рабочая неделя увеличилась до шести дней и после окончания войны так и не была возвращена к довоенным значениям. Но всё-таки было решено не добавлять в список требований уменьшение рабочего времени. Во время обсуждения с коллегами Стрэндж сказал одну яркую фразу. Другой коллега её записал и выложил, фраза разошлась по всей стране.

И вот учёные приняли решение начинать забастовку, они написали электронное письмо работодателю, где объявили о начале бессрочной забастовки и изложили свои требования. От руководства института они требовали следующего:

– Повышения зарплаты всем научным сотрудникам на 15%;

– Заключения коллективного трудового договора.

А остальные же требования адресовались правительству Альянса, и звучали так:

– Начать обсуждение реформ в сфере науки во всём Альянсе Повстанцев с участием научных сотрудников;

– Отменить отправку военного контингента на новую планету;

– В скором времени отправить научную делегацию на новую планету.

Также Стрэндж с коллегами записали видеообращение, где прочитали текст письма и отправили его в общий доступ. Потом они принялись обсуждать профсоюз.

Вскоре в институт попытались вломиться штрейкбрехеры¹, но учёные забаррикадировались и не дали им пройти. Штрейкбрехерами были нанятые администрацией студенты. Также забастовщики выгнали из института учёных, отказывающихся их поддерживать, тем самым полностью остановив работу, но на саботаж они пока не решались. Ещё через несколько часов к зданию института подъехала машина полиции, полицейские предъявили обвинение одному из учёных и увезли его в участок, с ним поехал адвокат.

Потом, уже под конец рабочего дня к бастующим учёным приехали представители партии «Объединение левых сил», они поддержали бастующих и дали им некоторые советы. Также поддержал забастовку Блюм, но он был уже не в Равенте, поэтому приехать не смог. Забастовка получила медийную огласку в основном за счёт ресурсов «Объединения левых сил» и дружественных СМИ. Некоторые писали письма в поддержку учёных. Но многие правые политики Альянса назвали бастующих учёных «бомжами», «выродками» и «гнусными тварями».

По всему Альянсу прокатилась волна одиночных пикетов, многие были задержаны. В некоторых городах произошли митинги и была мобилизована полиция, в Равенте мобилизовали 200 подразделений каминоанской гвардии. Хотя Гесс и был репрессивным, и во многом жестоким правителем, что касалось задействования армии, то тут он был более аккуратным чем София.

Глава 6. Радикальные действия

Стрэндж проснулся рано утром. Сегодня учёные не планировали приходить на работу вообще. Стрэндж стал думать «Как далеко может зайти протест и как это отразится на Альянсе?». Своей целью Стрэндж и его коллеги считали отмену интервенции и реформы. Для достижения этой цели они собирались использовать забастовку и митинги. Но Стрэндж стал сомневаться, что у них получится, ведь в прошлый раз на Камино жители встретились с армией и проиграли. А ведь их было больше и некоторые были вооружены. Но идти с винтовками на административные здания было нельзя, это бы закончилось очень плохо. Конечно сейчас учёных и других протестующих поддерживало «Объединение левых сил». А вообще почему партия, в которой не так давно вроде, как не осталось нонконформистов вообще, решила поддержать столь малочисленных недовольных? На этот вопрос Стрэндж ответить не мог. Он решил, что при случае спросит у Блюма. Но главный вопрос оставался открытым: «Победит ли сопротивление?». «Если оставить всё так – то нет», – ответил себе Стрэндж. Но чего же не хватило в тот раз? Стрэндж решил подробнее почитать про партию «Социалистов Камино». Сейчас партия насчитывает 2 000 000 участников, во время кризиса на Камино – 500 000.

Также, прочтя статьи некоторых участников и манифесты региональных отделений, Стрэндж выяснил, что многие в партии придерживаются более радикальных взглядов, по сравнению с программой самой партии. В партии состояли в том числе и коммунисты. Ещё из статей Стрэндж узнал о положении современных анархистов в Альянсе. Стрэндж знал, чем будет заниматься во время забастовки, помимо координации он собирался прочитать несколько политических и экономических книг. Стрэндж считал, что плохо знал теорию и что с такими знаниями дальше в борьбе двигаться нельзя.

Тут Стрэнджу написала одна его коллега, живущая в том же районе, и сказала посмотреть в окно. Жил Стрэндж на углу невысокого дома, расположенного на большом перекрёстке. Стрэндж посмотрел, там он увидел с десятка два людей, которые ходили в разные стороны и что-то бурно обсуждали, один из них был в бронежилете. Учёного это заинтересовало, неподалёку он увидел странную конструкцию, вероятно призванную перегородить дорогу. Стрэндж быстро оделся и вышел на улицу. Он поздоровался с людьми и выяснил, чем они занимаются. Оказалось, они строят баррикады из-за того, что рано утром задержали одного человека, который вышел на улицу с одиночным пикетом. Людей было достаточно много, и они всё прибывали. Стрэндж решил остаться и присоединиться к ним. Несколько протестующих были из партии «Социалистов Камино» и призывали к революции. У Стрэнджа начался разговор с человеком в бронежилете.

– А как вас зовут? – спросил Стрэндж.

– Арином, – ответил человек.

– Каких взглядов вы придерживаетесь?

– Я либертарный социалист, я за полуистлевшее социалистическое государство.

– А почему вы вышли на улицу? Думаете можно построить такое государство в нашем районе?

– Конечно же нет. Но что ещё делать? Сидеть сложа руки не вариант, я сидел так во время разгара сепаратистского движения, в это время двух моих друзей полиция застрелила на улице. Я очень жалею о том, что не был с ними, уж лучше бы застрелили и меня, но нет. Теперь мне приходиться волочить своё мелочное существование без возможности что-либо изменить. Нет! Я на такое не согласен и пусть сегодня у нас ничего не выйдет, но мы зажжём пламя! И рано или поздно победа революции неизбежна.

– Да, наверное. А как вы относитесь к партии «Социалисты Камино»?

– Я в ней состою. Да, там не самая лучшая верхушка, но у нас в городе ячейка очень мощная. Хотя вообще ситуация с социалистическими партиями у нас обстоит крайне плохо, этот «Союз левых сил» вообще позор, не говоря уж о «Регрессе». А кстати, вы же Стрэндж? Тот самый учёный, который начал забастовку?

– Можно и так сказать. Ладно, спасибо за разговор.

Потом Стрэндж поговорил ещё с одним человеком, тот даже не понимал, что все делают и просто вышел постоять. Организованности среди людей было мало, это удручало Стрэнджа. Через пару часов весь район был забаррикадирован и перешёл под контроль местных жителей. На улицу вышли даже те, кто не участвовал в строительстве баррикад, жители обсуждали, что делать. Но вскоре к ним приехало двое полицейских. Они удивились, увидев баррикады, и куда-то сообщили об этом, после чего направились к людям. Сотрудники полиции заявили, что организаторы этого действия должны будут проехать в участок, а все остальные разойтись по домам. Но люди отказались подчиниться полицейским, на что услышали предупреждение, что их придётся разогнать силой. Все протестующие сомкнули ряды и взяли друг друга под руки. Полицейские попытались схватить одного человека, но у них не получилось, а один из полицейских вдобавок получил камнем по голове. «Разгонщики» перестали пытаться что-то сделать в одиночку и спрятались в машину.

Через четверть часа к баррикадам подъехал продолговатый автомобиль в синем камуфляже, больше похожий на грузовик. Но от любого другого грузовика его отличало небольшое квадратное устройство, расположенное на крыше. Некоторые из протестующих уже догадались, что это, и стали медленно отступать. Тем временем устройство повернулось лицевой стороной на людей, и все ощутили сильный жар. Протестующие рефлекторно отступили на пару шагов, а потом бросились бежать. Стрэндж как можно скорей добрался до квартиры, он не знал, что это было за устройство. Узнать в открытых источниках не получилось, и он собирался это у кого-нибудь спросить. Потом Стрэндж наблюдал за происходящим на улице из окна.

Через полчаса приехало три бульдозера, и они начали сдвигать баррикады. Некоторые из протестующих снова вышли на улицы и ходили вокруг машин. Вскоре две машины остановились, а их водители вышли. Как догадался Стрэндж – это была забастовка. Третий же бульдозер продолжил выполнять своё задание в гордом одиночестве. Потом Стрэндж включил новости и стал слушать сообщение о протестах. Организованных митингов пока не происходило, но стихийные собрания жителей становились всё более частыми. На Продукте полиция применила слезоточивый газ – это закончилось беспорядками. Местные власти не на шутку перепугались и ввели чрезвычайное положение в самых крупных городах. Но, не смотря на высокую организованность рабочих, забастовку на Продукте начать не удавалось, так как это чаще всего приводило к увольнению всех сотрудников. В профсоюз учёных поступило несколько писем, сообщающих о том, что учёные из других городов также собираются создать свои организации. В некоторых городах Альянса, в особенности в городах Продукта, добровольцами были организованы центры, где выдавали бесплатную еду и медикаменты пострадавшим от полицейского насилия. Некоторые юристы бесплатно защищали осуждённых оппозиционеров. Это позволяло людям протестовать и бороться гораздо меньше, боясь последствий, что в будущем должно было привести к увеличению числа протестующих.

Глава 7. Теория

Прошла неделя. Ни администрация института, ни сенат не заявляли о намерениях пойти на требования бастующих учёных, но и меры противодействия не принимались. По всей видимости там решали, что делать. В протестах тоже было затишье, устраивать погромы продолжали лишь на Сириусе, да и то самые радикалы. Все находились в ожидании каких-то событий. На следующий день Стрэндж планировал дистанционно встретиться с Блюмом и Холгаром. Последний должен был присутствовать, чтобы узнать о сегодняшней политической ситуации вообще. Стрэндж же планировал поговорить с Блюмом о частностях и узнать непонятные ему моменты. Когда все подключились, Холгар задал вопрос: «Почему проиграло сепаратистское движение?». Мнение Блюма на этот счёт было интересно и Стрэнджу тоже. Коммунист принялся отвечать.

– Причин множество. Но главной из них является то, что у сепаратистов не было и не могло быть объединения. Да, их представляли многочисленные организации, но как могут хоть в каких-то вопросах согласиться анархисты, социал-демократы и самые натуральные сектанты из «Культа Камино»? К тому же хоть СМИ и раздували количество забастовок, но их не было так много как нужно. Да, организованным рабочим удавалось останавливать жизнеобеспечивающие предприятия, но не больше чем на неделю. Компании активно боролись с забастовщиками, в том числе при поддержке регулярной армии.

– Но ведь протестующих поддерживала каминоанская гвардия, – возразил Стрэндж.

– Как только количество мятежных гвардейцев достигло критической массы, её распустили. Да даже если б не распустили, ничего бы не получилось, так как не может столь иерархичная и не гибкая организация выступать в авангарде революции. Одного командира конформиста было достаточно, чтобы предотвратить выход части на улицу. А что по поводу действий самых крупных политических объединений, так это самая настоящая лажа. Большинство социал-демократов бездействовали, ещё раз показав бесполезность партии. Националистическое объединение «Blue Flame» разогнали, – сказал Блюм.

– А что делала ваша партия? – спросил Холгар.

– Мы помогали сознательной части граждан чем могли и чем считали нужным. Под сознательной частью я имею в виду тех, кто не зацикливался на сепаратизме, а смотрел дальше, например, в экономику. Тем, кто видел врагов в классе капиталистов, а не в обычных гражданах с других планет Альянса Повстанцев. Хотя в то время в некоторых городах у нас уже были вооружённые ячейки, мы не видели смысла поднимать восстаний – объединяться было не с кем. Да и наша партия была не слишком большой. Но не стоит отчаиваться, вчера нам поступило 30 000 заявок на вступление! И мы надеемся, что людям удастся победить. Насколько мне известно, руководство «Союза левых сил» планирует поддержать требования учёных. И конечно возникнет вопрос «Почему?» Ведь три года назад прошли выборы, на которые Альянс не допустил всех радикальных кандидатов. Но даже социал-демократам дорога собственная репутация, и если они не выскажут своего мнения сейчас, то на предстоящих выборах будет уже поздно. А их спонсорам нужна конкурентоспособная партия, которая будет отвлекать рабочих от борьбы. Я напоминаю, следующие выборы в Каминоанский конгресс будут уже через 7 месяцев. Но, мы – коммунисты, не любим социал-демократов не за их бездействие, ведь некоторые из них вполне активно борются. Но за непоследовательность: невозможно устранить эксплуатацию человека человеком не устранив рынок. Так же как мы не можем победить преступность, не убрав её экономическую основу, – сказал Блюм.

– Это интересно, но что конкретно вы собираетесь делать для помощи протесту сейчас? – спросил Холгар.

– Давайте я для начала скажу, чем принципиально сегодняшний протест отличается от сепаратистского движения три года назад и почему у него больше шансов победить. Катализатором для протеста стало решение сената первым делом ввести войска на недавно открытую планету. И вы уже знаете моё отношение к этому зверскому и империалистическому решению. И к счастью так считают многие. Но конечно причиной также является неудовлетворительное положение наёмных работников в Альянсе, иначе, например, вы – учёные не предъявляли бы экономические требования. Требования текущего протеста менее радикальны, и власти Альянса могут пойти на них, если очень постараться. А действия нашей партии будут заключаться в поддержке забастовок, в том числе медийной огласке как нашими средствами, так и «Союза левых сил»; разъяснения людям почему необходимо присоединятся к сопротивлению; в особенно важных случаях, поддержка сопротивляющихся силовыми методами, и решительная подготовка к вооружённому восстанию в будущем. Пока мы не можем изложить всё это в открытую, поскольку наша партия не готова к действиям в подполье. Но эти тезисы вы вполне можете распространять среди своих знакомых. А если в следующий раз ваши соседи будут захватывать район, предупредив об этом партийную ячейку, или создав её у себя, то вы можете рассчитывать на помощь. Поэтому моя убедительная просьба: распространяйте свои взгляды среди тех, кого знаете, пусть они изучают теорию, а потом действуют на практике.

На этом беседа была закончена. Холгар явно впечатлился и был решителен. Стрэндж уже как обычно принялся изучать новости, он узнал, что забастовку начали 30 институтов и университетов при поддержке обучающихся в них студентов. Митинги стали ещё более многочисленными, разговоры о забастовке стали идти и в других отраслях. Стрэндж сразу же написал своим коллегам, чтобы те связались с учёными из других мест. После того как он изучил все новости за день, Стрэндж принялся читать. Первой он решил прочитать книгу «Задачи пролетариата в революции». За пару часов чтения учёный узнал очень много нового и поменял своё мнение о подобной литературе, некоторые мысли совпадали с тем, что говорил Блюм. Было ясно, что каминоанский коммунист читал эту книгу. После прочтения половины текущей книги, Стрэндж по советам других теоретиков прочитал очень старый сборник статей под названием «Научное обоснование прямой демократии». Эти две книги и вправду хорошо соотносились между собой, но были и противоречия.

Но было и то, чего Стрэнджу не хватало – исследований и науки, не будь забастовки, учёный с радостью бы продолжил работу, но он всё же понимал необходимость коллективных действий. И тогда Стрэндж представил, как же хорошо будет заниматься наукой, если не будут мешать империалисты, если свобода не будет ограничиваться, если зарплата будет достойной. И учёный окончательно понял, что необходимо сделать всё для достижения такого общества.

Глава 8. Власть идёт на уступки.

На следующий день Стрэндж снова читал. На этот раз он внимательно читал книгу про экономику. Позже Стрэндж узнал, что 28 объединений учёных согласились вместе с учёными из института общей генетики создать единый профсоюз, в который в итоге вошло больше 30 тысяч человек. В ходе обсуждений была выработана такая система: создаётся общий исполнительный комитет и комитеты на местах. Выборы в них производятся отдельно, но ничто не мешает человеку состоять и там, и там, общий ИК будет состоять из 80 человек. Объединяются все медийные отделы, нанимаются профессиональные юристы. Принципы прямой демократии планировалось сохранять и в дальнейшем. Должны были состоятся выборы спикера и секретаря исполнительного комитета. Инициативу о боевых отрядах не поддержали. Всю эту систему ещё предстояло принять на всеобщем электронном голосовании. В случае принятия системы первое заседание исполнительного комитета планировалось провести через неделю. В течение дня, штрейкбрехеры снова попытались пробраться в институт в Равенте, но экстренной группе удалось их остановить.

Произошёл крупный митинг в столице Сириуса. На него вышли разные силы, в том числе многочисленные анархо-коммунисты. Митинг привёл к столкновениям с полицией, погромам и пострадавшим. Местные власти из партии «Патриотов» испугались и ввели гарнизонный легион в город. Были попытки захватывать районы, но все они провалились. На митингах в разных города всё чаще звучали призывы свергать власть и угрозы, что в случае неисполнения требований начнётся всеобщая забастовка.

Начался XI съезд «Союза левых сил», всего на нём присутствовал 1221 депутат, из которых 680 – от партии «Прогресс», все остальные были либо от «Социалистов Камино», либо от маленьких партий или людей, состоящих в коалиции на правах самовыдвиженцев. Для съезда арендовали огромный бизнес-центр в столице Камино – городе Камино. Началось всё с обсуждения отправки войск и перешло к вопросу поддержки народного недовольства, в том числе забастовки научных сотрудников. В вопросе поддержки требований бастующих учёных в коалиции был консенсус, но вот насчёт поддержки радикальных требований единого мнения не было. «Социалисты Камино» и некоторые социал-демократы отстаивали мнение, что необходимо решительно требовать смещения правительства, в числе таких был и Блюм. Но реакционная часть социал-демократов, в основном верхушка «Прогресса», настаивала на том, что поддерживать эти требования не нужно, так как это противозаконно. Коммунисты и социалисты обвиняли социал-демократов в соглашательстве, социал-шовинизме и солидаризме, а также в том, что партия предала свои идеалы. В ответ на это они получали обвинения в радикализме, неосмотрительности и расхождении с линией партии. Со стороны некоторых прогрессивных социал-демократов звучали угрозы, что они покинут коалицию, но блюмовская группа этих угроз не поддерживала. В итоге первый день съезда закончился ничем.

На следующий день активисты партии «Социалисты Камино» организовали митинги в крупных годах с требованием принятия программы поддержки всеобщей забастовки. Блюму подобные методы борьбы не понравились, их эффективность была сомнительна. Большая часть депутатов всё ещё не поддерживала идею свержения правительства. После ожесточённых споров и обсуждений реакционные социал-демократы окончательно отвергли идею революции и начали переговоры с сенатом о компромиссах. Это навсегда посеяло раскол в коалиции. Кроме этого, на съезде началось обсуждение вопроса поддержки профсоюзов и в дальнейшем планировалось обсудить много других вопросов. Депутаты работали день и ночь.

Сириусские работники сферы услуг в ответ на ожесточение контроля вышли на митинги и одиночные пикеты, прекратили работу некоторые отели. В Каприеле прошёл ряд одиночных пикетов в поддержку научных сотрудников. Ситуация стремительно ухудшалась и в дальнейшем могла достичь по-настоящему немыслимых масштабов. В Профсоюз научных сотрудников Камино вошло ещё два университета, в общей сложности четыре тысячи человек. Стрэндж внимательно следил за всеми событиями.

И наконец вечером того же дня началось внеплановое заседание сената. Оно было закрытым, то есть ничего из того, что происходило на заседании не было известно широкой общественности. Стрэндж смотрел новости на официальном канале и ожидал результата. Результаты могли бы стать утешительными для прогрессивной общественности, либо нет. Промежуточный вариант Стрэндж отвергал. То есть сенаторы либо исполнят требования, либо ужесточат свою политику. И наконец ведущий начал говорить:

– Внеплановое заседание сената Альянса Повстанцев завершено. Из самого важного: сенаторы проголосовали за отмену интервенции на новую планету – военные корабли уже летят по направлению родных космопортов.

Стрэндж обрадовался, ему сразу же позвонил Холгар и поздравил с победой, а потом стал говорить какие они молодцы. Между тем ведущий канала говорил:

– Также сенаторы проголосовали за ещё одну меру – начата работа по формированию национальной гвардии на всех планетах, по предварительным данным именно отряды такой гвардии послужат немногочисленной охраной для дипломатов и учёных на новой планете.

Вот это насторожило Стрэнджа. Но впечатление сгладило то, что работодатель в их институте также исполнил требование забастовщиков. Протесты закончились.

После всех событий работа в институте была продолжена. Учёные были очень довольны результатами забастовок и протестов, и долгое время после обсуждали и спорили насчет всех прошедших событий. Они поняли, что лишь давлением, в виде забастовок и других решительных радикальных действий можно заставить власть выполнять волю народа. Это стало хорошей почвой для распространения левых и крайне левых идей среди коллектива института.

На следующий день учёные пришли в институт продолжать исследования и работу в общем. Сначала забастовки у них накопилось очень много работы, которую нельзя было откладывать на потом. Весь рабочий день учёные трудились – выделяли, очищали, проводили электрофорез, секвенирование, гибридизацию нуклеиновых кислот, рестрикционный анализ, различные виды полимеразных цепных реакций, проводили множество молекулярно-генетических исследований. Также одновременно с этим они проводили клинические исследования и испытания. В общем, у учёных было очень много дел.

Глава 9. Блюм

В воскресенье Стрэнджу написал Блюм с предложением один день поприсутствовать на съезде «Союза левых сил» в качестве зрителя, и сказал, что если Стрэндж согласен, то выезжать нужно уже сейчас, ведь скоро у них начнутся слушанья. Стрэндж подумал, что не будет лишним послушать Блюма в текущей ситуации, хотя учёный много раз видел его на съездах и даже дебатировал с ним. Стрэндж быстро собрался и сел на поезд до столицы. Прибыв, Стрэндж доехал до бизнес-центра на автобусе. Подходя к охране, он написал Блюму и тот вышел его встретить. Блюм явно работал всю ночь, глаза его были не выспавшимися, а движения не такими бодрыми как обычно. Все стали проходить в главный зал, Стрэндж занял место на балконе. Всё началось с выступления социал-демократа из «Прогресса».

– Дорогие друзья! Своим выступлением я открываю новый день съезда, и оно будет посвящено победе протестующих, вчера об этом уже высказывались многие, но мне есть, что добавить. Из всего этого я хочу отметить, что ничего бы не вышло, если бы протест не поддержала наша партия.

По залу пронеслись неодобрительные возгласы.

– Да, да, друзья, я констатирую факт, – продолжал выступающий, – причём поддерживали мы без радикализма, умеренно, как это и полагается социал-демократам, и я считаю, что такой тактики нужно придерживаться и в дальнейшем. Тактики истинных продолжателей дела партии Стрэнджа и Люписа.

Это заявление позабавило самого Стрэнджа.

– И первым, в чём должна выразится такая политика, будет отмена «боевых» формирований партии «Социалистов Камино». Это не всё, что я хотел сказать, но, как я вижу, у вас уже появились возражения, и я готов их выслушать.

Выступать вышел Блюм.

– Товарищи, я категорически не согласен с тем выводом, который сделал предшествующий мне оратор. Наоборот, победить помог именно радикализм «Социалистов…» и не только нас. Как бы удивились люди, которые захватывали районы, или Сириусские анархо-коммунисты, что они на самом деле представители социал-демократии. Хоть я и не сторонник радикальных действий в работе съезда, но в борьбе с государством радикализм – это наш верный друг. Поэтому «боевые» отряды надо не распускать, а сделать общекоалиционной практикой.

– Нет! Мы не можем на такое пойти! – крикнул человек из зала.

– А следующим шагом станет вооружение членов партии? Нет! Мы за демократию.

– То, что вы называете демократией, на самом деле диктатура! И да, вооружение вполне разумный шаг при некоторых обстоятельствах, – возразил Блюм.

После этих слов в зале начался сущий кошмар. Но через пять минут люди успокоились и было проведено голосование, на нём было три варианта:

– Запретить партиям – участникам коалиции содержать «боевые» отряды.

– Сделать содержание «боевых» отрядов обязательным для партий-участниц коалиции.

– Сохранить статус-кво, то есть не запрещать и не делать обязательным «боевые» отряды.

За первый вариант проголосовал 541 человек, за второй – 541, за третий – 81, воздержались – 58. Многих результаты шокировали, Блюм сказал следующее:

– Данное голосование показывает раскол в нашей коалиции, и я не думаю, что с этим можно что-то поделать. Поэтому предлагаю принять третий вариант, поскольку стороны не нашли компромисса.

Послышались одобрительные возгласы, третий вариант был принят. Все пошли на небольшой перерыв, Стрэндж переговорил с Блюмом (как и многие другие) насчёт принятого решения. Коммунист считал, что нет необходимости делать боевые отряды или тем более вооружение обязательными хотя бы потому, что в решающий момент, когда их следовало бы применить, те, кто был не согласен и не станут их применять. А тем временем раскол в коалиции был всё более вероятен с каждым днём съезда, это очень беспокоило Блюма, но пока его нужно было отсрочить, так как никакой другой организации, способной заменить коалицию пока не было. Следующим выступал либертарный левый из партии «Социалистов…» по вопросу урбанистики.

– Товарищи! Вопрос урбанистики, а точнее вопрос от том, кто будет ей заниматься не является срочным, но тем не менее нам нужно решить с какой программой мы пойдём на следующие выборы в Каминоанский конгресс, а поэтому скажу своё мнение. С одной стороны, расположением всей инфраструктуры на частных территориях должны заниматься частные компании, и вопрос этот должен решать рынок, но я, как и любой радикальный левый считаю, что частные компании в условиях монополизирующегося рынка не могут справиться с этим как следует, поскольку обеспечить достаточный уровень конкуренции в сфере строительства жилья не получится. Я предлагаю передать контроль над инфраструктурой специальному государственному комитету, и любые частные компании должны будут совещаться с ним. Предлагаю каждому ознакомится с текстом документа и проголосовать.

Два часа депутаты читали, обсуждали и дорабатывали документ и наконец-то проголосовали, результат был таков: за – 728, против – 343, воздержались 50. На сегодня слушания были завершены, Блюм отправился в свой номер продолжать писать книгу про протест против отправки военного контингента на новую планету. А Стрэндж отправился к себе домой.

Учёный принялся читать книгу про экономику, также он думал, что они будут обсуждать на близившемся собрании Исполнительного комитета профсоюза научных работников. Вероятно, в основном их взгляд будет направлен на обсуждение опыта, который они получили от предшествующих событий. Ещё Стрэндж решил подумать о Блюме как о человеке, поподробнее узнать его прошлое. И человек Блюм крайне прогрессивный, ответственный, сильный. Блюм был женат, были у него и дети, но вряд ли он мог уделять им много времени, постоянно разъезжая по городам, составляя брошюры и участвуя в съездах. Родился Блюм в столице Камино, получил образование там же, в молодости работал юристом в большой компании, организовал там забастовку, за что был уволен. После этого он вступил в создающуюся тогда партию «Социалисты Камино» и отличился уличной борьбой. К 35 он стал ведущим лицом в партии, наравне с основателями был выбран в Каминоанский конгресс, участвовал в дебатах в конгрессе и партии. Дебаты были его страстью, он дебатировал со всеми, с кем расходился хотя бы по незначительным вопросам и многим этим надоедал. Все войны Альянса с Пирамидой он осуждал и считал империалистическими, а за призывы повернуть оружие против собственной власти во время войны с Империей Вендуса сидел в тюрьме. Он посвятил всю свою жизнь борьбе за революцию и не собирался прекращать свою деятельность.

Неделя прошла спокойно, без происшествий как у Стрэнджа на работе, так и в мире. Завтра учёный вместе с другими коллегами должен отправиться на собрание ИК профсоюза. Они находились в предвкушении данного собрания и ожидали многого. Тем временем Министерство Науки и Образования Альянса активно выбирало учёных, которые поедут на новую планету, в числе рассматриваемых кандидатур был и Стрэндж. Канцлеры Сириуса и AP объявили о приёме добровольцев в национальную гвардию планет, укомплектование должно было произойти как за счёт резервов армии ляховцев, так и благодаря новым оборонзаказам у промышленных предприятий. Это беспокоило Стрэнджа, хотя шанс на то, что гвардия станет народной всё же был. Вот и состоялось собрание ИК профсоюза, всё прошло спокойно. Стрэндж окончательно утвердился в должности секретаря. Ещё через две недели министр военных дел Альянса Повстанцев сообщил, что формирование национальной гвардии на двух планетах закончено и то, что она уже готова исполнять свои обязанности. В это время минобрнауки сообщили, что все кандидаты утверждены, отправлялось по итогу больше пятнадцати тысяч учёных разных сфер со всего Альянса, в их числе были Стрэндж и Холгар. Отправку назначили на послезавтра, Стрэндж очень волновался и усердно готовился, Холгар же был более спокоен. Но самое главное было ещё впереди…

Глава 10. Отправление и начало чего-то нового.

И вот настал важный день. Стрэндж проснулся пораньше, позавтракал и отправился в подъёмный пункт. Перед поездкой все друзья и знакомые пожелали учёному хорошей дороги и удачных исследований. Поскольку города на Камино находились под водой, требовалось сначала подняться на взлётную площадку на поверхность, подъём осуществлялся на специальном лифте. Стрэндж сел в этот лифт и принялся ожидать. Вскоре он поднялся на площадку, там его уже ждал Холгар. Перед ними находился огромный дальнемагистральный космический корабль, под завязку нагруженный едой и прочими необходимыми для жизни вещами. Перед входом Стрэнджа тщательно проверила охрана, и он занял своё место. Корабль полностью управлялся автопилотом, по примерным оценкам лететь было 25 часов. Ещё отправлялось семь таких кораблей с учёными и два грузовых – с научной аппаратурой и стройматериалами для возведения базы. Биологов среди учёных было немного, в основном отправились географы, лингвисты и специалисты горного дела. Также вместе со всеми этими кораблями отправлялось ещё два, но не простых, а с недавно сформированной национальной гвардией и военной техникой.

Поначалу Стрэндж читал книгу о политике, но потом это занятие ему наскучило, и он пошёл разговаривать с Холгаром. Стрэндж обстоятельно объяснял своему коллеге то, что прочитал в недавних книгах и, если требовалось, спорил с ним. Агитировать учёному понравилось, но с Холгаром разговаривать было уже непродуктивно – Стрэндж его во всём переубедил, поэтому учёный отправился есть. На борту корабля неплохо кормили, вся еда была уже оплачена. После Стрэндж стал читать статьи современных ему публицистов, и у большей части из них он находил просто горы логических ошибок, это удручало учёного, и он быстро бросил такое занятие. Стрэнджу не оставалось ничего другого, кроме как спать. Так оставшаяся часть пути и прошла, в итоге его разбудил Холгар, когда они уже подлетали к планете. Планета летала вокруг огромной жёлтой звезды, помимо неё в системе было ещё семь других планет, и та, на которую направлялся конвой, была очень маленькой. Вся планета была заполнена обрывчатыми облаками, сквозь них виднелись толщи воды. Корабли вошли в атмосферу. В иллюминаторы стала видна горная цепь, а слева от неё пустынные холмы и плоскогорья, корабль Стрэнджа стал снижаться и приземлился на один из холмов. Воздух на планете оказался пригодным для людей, давление тоже. Корабль Стрэнджа был первым и учёному оставалось ждать остальных. Через несколько часов все остальные корабли приземлились и начали постройку базы, во все стороны отправилась разведка, геологи уже исследовали почву. Когда постройка первого элемента базы была завершена, уже стемнело, Стрэнджа вместе с другими учёными его корабля отправили ночевать на базу. Природа понравилась Стрэнджу, она напоминала холодные области AP и сушу на Камино, это навело Стрэнджа на разные мысли.

Наступило утро следующего дня. Стрэндж проснулся рано и вышел подышать свежим воздухом. Рассветало. Стрэндж внимательно осматривал окрестности, планета показалась учёному какой-то очень знакомой и слишком удобной для жизни человека, эта была большая удача. Тут к учёному подъехал внедорожник разведывательной части национальной гвардии, солдаты поприветствовали учёного, и они стали обсуждать планету. Потом Стрэндж вернулся на базу и позавтракал вместе с остальными, строительство базы продолжилось. К обеду была достроена ещё одна секция, всё проходило очень быстро, так как использовались уже готовые материалы, а постройкой занимались роботы. Тут разведка сообщила радостную весть – они обнаружили поселение. Причём это был большой город, ограждённый каменной стеной, по всей видимости обитающая тут форма жизни по строению была похожа на человека, иначе зачем бы им понадобилось строить стены и дома такого вида? После известия из одного корабля выехала колонна, состоящая из: двух БМП, одного военного внедорожника и трёх гражданских внедорожников, выкрашенных в чёрный, также за ними вылетел военный дрон. Как догадался Стрэндж по обозначениям на БМП, всё это относилось к третьему сенатскому легиону, это могло означать только одно – где-то в этой колонне ехали послы сената АП. Уже после обеда учёным поступило ещё одно радостное известие – удалось наладить контакт с обитателями города, подробностей не раскрывалось. Стрэндж решил, что послы договорились о проведении различных научных исследований почвы, воды, живых организмов, жителей города и т. д. и о свободном передвижении всех членов научной делегации и войск по городу и близлежащим территориям.

Потом Стрэнджу с несколькими другими заслуженными генетиками приказали садиться в машины, формировалась колонна учёных, которая должна была поехать в город. Через тридцать минут все машины уже подъезжали к стенам, внедорожники остановились около стен, внутрь въезжать не стали. Как только все вышли из машин, Стрэндж посмотрел вверх, на стену и увидел, как мелькнула голова, очень похожая на человеческую. Но ворота всё никак не открывались. В это время Стрэндж смотрел по сторонам. Уже был день, солнце ярко светило, вдалеке на мощёных дорогах ездили повозки, запряжённые какими-то животными. И тут ворота открылись, толпа учёных ввалилась внутрь в сопровождении военных. Первым, кого увидел Стрэндж внутри города, стал мужчина в обрывках ткани, сначала учёный подумал, что это его коллега, но потом, увидев в городе целое множество людей, был шокирован. В этом городе жили люди! Точно такие же как Стрэндж или другие учёные, Стрэндж был крайне удивлён такому стечению обстоятельств и у него сразу возникло много вопросов. Но времени на размышления не было, учёных повели вперёд. Через десять минут учёные подошли к прекрасному дворцу, охраняемому воинами в кольчуге. Они зашли внутрь, там Стрэндж увидел какого-то дорого одетого вельможу, с ним разговаривал Эрнон вместе с какими-то чиновниками, и всё это под охраной сенатских ляховцев. Стрэндж никак не ожидал увидеть здесь Эрнона, но причины были вполне понятны, Эрнон же, когда увидел Стрэнджа среди учёных нисколько не удивился, видимо он знал, что тот прибудет сюда. Как потом понял Стрэндж, этот вельможа являлся правителем некого государства, название которого показалось учёному очень странным. После того, как учёные посмотрели на вельможу, их отправили к учёным этой планеты, а они тоже имелись.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Штрейкбре́хер (нем. Streikbrecher – нарушитель стачки) – лицо, как правило нанимаемое на стороне во время забастовки, занимающее сторону администрации в её споре с забастовщиками и поддерживающее её своим выходом на работу в период забастовки.

Вернуться