Сергей Безуглов
Авиация РККА в Зимней войне
Опыт боевых действий советских ВВС накануне Великой Отечественной войны
1939–1940

© Безуглов С. А., 2023

© «Центрполиграф», 2023

© Художественное оформление серии, «Центрполиграф», 2023

* * *

Введение

Тема войны Советского Союза с Финляндией (1939–1940 гг.) многие годы рассматривалась отечественными военными историками как неактуальная и даже контрпродуктивная, особенно в период развития добрососедских отношений с нашим северным соседом. Масштабность последующей Великой Отечественной войны предопределила историческую второстепенность и как бы меньшую значимость той короткой, но очень жестокой войны. В силу этого многие факты, причины и последствия этой войны искусственно замалчивались и не подвергались публичному обсуждению и анализу. Недостаточно изучался и опыт, полученный в ходе боевых действий Военно-воздушных сил Рабоче-крестьянской Красной армии (ВВС РККА).

Вместе с тем этот опыт является исключительно ценным, а его изучение – весьма полезным. Достаточно сказать, что он приобретался ВВС РККА в суровых зимних условиях в борьбе с подготовленным противником, создавшим для своей обороны совершенное оборонительное сооружение – линию Маннергейма.

Опыт боевых действий ВВС РККА, приобретенный в этой войне, уникален созданием в короткие сроки и использованием на широком фронте крупной авиационной группировки. На 1 марта 1940 г. в ней находилось более 60 % всей бомбардировочной и более 40 % всей истребительной авиации, имевшейся в ВВС РККА.

Ценным являлся опыт размещения столь крупной авиационной группировки в слабо оборудованном в авиационном отношении регионе, опыт наращивания ее сил, подготовки и ведения боевых действий во взаимодействии с наземными войсками и самостоятельно, опыт управления и обеспечения боевых действий авиационных частей, решавших разнообразные боевые задачи в сложнейших физико-географических и климатических условиях.

Этот опыт оказался востребованным во второй половине XX в., когда советская (российская) авиация принимала участие в многочисленных локальных войнах и вооруженных конфликтах. Он остается востребованным и в начале XXI в., когда степень участия российской авиации в локальных войнах и военных конфликтах не снижается, а опасность таких войн и конфликтов повышается.

Глава 1
Факторы, влиявшие на боевые действия ВВС Красной армии

На боевые действия ВВС Красной армии в Советско-финляндской войне оказывала влияние целая система факторов. Однако особенно существенное влияние на применение ВВС оказывали физико-географические и климатические условия театра военных действий (ТВД), характер боевых действий сухопутных войск, ВМФ и ВВС противника, а также действия войск Красной армии.

1.1. Физико-географические и климатические условия театра военных действий

Физико-географические и климатические условия ТВД оказывали значительное влияние на многие стороны боевой деятельности авиации. Территория театра военных действий была весьма обширна. Длина государственной сухопутной границы Финляндии в 1939 г. составляла 3015 км, из них с Союзом Советских Социалистических Республик (СССР) – 1566 км. На Карельском перешейке финская граница проходила в 32 км от второго по величине советского города Ленинграда.

Боевые действия в ходе войны велись на всем протяжении советско-финской границы, от Баренцева до Балтийского моря. Авиационные части, действовавшие с аэродромов в Эстонии, с частями, действовавшими на побережье Баренцева моря, разделяло более 1500 км.

Географическое расположение ТВД ввиду своей удаленности относительно мест постоянного базирования авиации оказывало влияние на выбор способов создания авиационной группировки. Как показали проведенные исследования, для создания ВВС Северо-Западного фронта и ВВС армий привлекались авиационные полки и отдельные авиационные эскадрильи не только из Ленинградского военного округа, но и из внутренних военных округов, расположенных за несколько тысяч километров от районов боевых действий. Так, авиационные части и подразделения прибывали из Московского, Киевского Особого, Харьковского, Сибирского, Забайкальского, Дальневосточного военных округов, территории которых были удалены от района боевых действий на расстояние от 1000 до 8000 км. Именно по этой причине создание и наращивание авиационной группировки выполнялось разными способами: перебросками по железной и шоссейным дорогам или перелетом боевых подразделений и частей.

По характеру рельефа местности и условиям сурового климата вся территория Финляндии являлась крайне неблагоприятной для наступательных действий наших наземных войск, они всегда нуждались в поддержке авиации.

Из общей площади Финляндии – 65 % покрыто лесами, 13 % – озерами. Огромные лесные, заболоченные территории и озера представляли труднопреодолимые естественные оборонительные рубежи. Незначительная проходимость этих территорий улучшается некоторым образом только в зимний период. Таким образом, для базирования и ведения боевых действий авиацией территория ТВД была весьма неблагоприятной[1].

Вдоль плоского берега Ботнического залива и фиордообразного берега Финского залива тянулась широкая полоса многочисленных островов. Из островов, лежащих у южного побережья Финляндии, наибольшее военное значение имели Гогланд (Суурсари), Лавансаари, Сейскаари и Тютярсаари. На этих островах располагались финские гарнизоны. Это вынуждало авиацию РККА в ходе поддержки наземных войск при захвате этих островов действовать над морем.

В оперативном отношении театр военных действий был развит недостаточно. Для Финского ТВД была характерна малая плотность железных и автомобильных дорог, низкая емкость аэродромной сети.

Важнейшим транспортным средством в условиях снежной зимы являлись железные дороги. Железнодорожные ветки Октябрьской железной дороги, идущие из глубины страны к Ленинграду, за 1,5–2 месяца с начала боевых действий позволили пропустить через себя чуть более 4000 поездов с грузами для действующей армии.

Проведением ряда технических и организационных мероприятий штабу Северо-Западного фронта удалось увеличить пропускную способность выходивших к фронту железнодорожных веток в 2 раза. Например, для увеличения пропускной способности и во избежание последствий возможных авиационных налетов противника для движения поездов в короткое время был подготовлен городской мост через реку Неву, мост Володарского.

Имевшаяся в распоряжении командования РККА одна ветка Кировской железной дороги, по которой снабжались армии, действовавшие севернее Ладожского озера, части и соединения Северного флота, могла быть легко разрушена авиацией противника или диверсионной группой. Это так же обуславливало сложность тылового обеспечения авиационных частей и в то же время необходимость прикрытия дороги авиацией.

Железнодорожная сеть Финляндии, напротив, была развита хорошо, особенно на юге страны. Железные дороги в прибрежной зоне Финского залива имели большое оперативное значение. По этим дорогам у противника имелась большая возможность для быстрой переброски своих войск, в том числе к пунктам вероятной высадки наших десантов. Вот почему советская авиация в некоторые периоды войны активно действовала по железнодорожным объектам. Большие и мелкие станции имели значительное количество запасных путей, что повышало живучесть железных дорог при действиях по ним ВВС РККА[2].

Грунтовая сеть дорог на всех направлениях действий наших войск была явно недостаточна для обеспечения боевых действий. Особенно дорогами был беден район севернее Ладожского озера. Причем дороги проходили здесь через сплошные «дикие» леса, болота и горы. Движение вне дорог в зимнее время было возможно только на лыжах. В зимних условиях дороги требовали специальной подготовки и систематического ухода для бесперебойного движения транспорта, что обусловливало значительную перегрузку в работе частей и подразделений авиационного тыла[3].

Ограниченное количество и специфическое направление дорог предопределило состав и конфигурацию группировки, характер действий наземных войск и ВВС северных армий[4]. Это нельзя было не учитывать при подготовке авиационных частей и наземных войск Красной армии к боевым действиям и их ведении.

Командование Северо-Западного фронта уделило строительству дорог большое внимание. Штаб фронта формировал дорожные части и направлял их на строительство и расчистку дорог. В итоге все дороги от границы до расположения войск были построены заново, каждый корпус имел свой грунтовый путь. Это положительно сказалось на подвижности и обеспечении ВВС Красной армии.

Тяжелое положение со снабжением авиационных частей, сложившееся из-за отсутствия дорог и их малой пропускной способности с началом боевых действий усугублялось действиями легких финских лыжных отрядов в тылу советских войск. Они нападали на обозы, прерывали связь, устраивали завалы, что в конечном итоге приводило к блокированию некоторых частей и соединений Красной армии севернее Ладоги[5].

Отсутствие рокадных путей и огромная протяженность фронта оказывали сильное влияние на возможности ВВС по перегруппировке авиационных частей, затрудняли проведение мероприятий по сосредоточению основных усилий авиационной группировки на каком-либо направлении действий группировки войск Красной армии. В силу отсутствия дорог авиации приходилось выполнять задачи по снабжению войск по воздуху на различных направлениях.

Таким образом, дорожная сеть на ТВД не удовлетворяла потребностям ВВС фронта и ВВС армий, насыщенных большим количеством технических и автотранспортных средств, сковывала их маневр и затрудняла обеспечение.

На финской территории грунтовых дорог было значительно больше, чем в распоряжении советских войск. Дороги поддерживались в хорошем состоянии. Большое количество рокадных путей позволяло противнику оперативно маневрировать силами и средствами в зависимости от менявшейся обстановки. Однако дорожная сеть имела много мостов и паромов, что делало ее уязвимой для ударов нашей авиации[6].

В зимних условиях на направлении действий всех общевойсковых армий имелись возможности использования ледяных полей многочисленных озер для базирования нашей авиации. Казалось, что это обеспечит более благоприятные условия для использования советских ВВС. Действительно, их наличие сыграло положительную роль в исходе вынужденных посадок самолетов в своем расположении и в спасении экипажей, вынужденно севших в расположении противника. Но использование ледяных полей озер стало возможным только в конце декабря 1939 г., после того как толщина льда достигла 30–35 см. Значительное же количество озер, несмотря на преобладание низких температур, оказалось не пригодно для строительства ледовых аэродромов из-за подтопления теплыми болотными и родниковыми водами[7].

Кроме того, расположение авиационных частей на озерах ограничивалось возможностью прокладки к ним дорог, а также отсутствием вблизи озер жилого фонда, в котором мог разместиться личный состав[8].

Работа на необорудованных полевых аэродромах, в том числе и озерах, вызывала необходимость постройки на них теплых землянок для личного состава, помещений для складов и технических нужд, изготовления теплых подвижных домиков на лыжах для командных пунктов авиационных полков и эскадрилий, что в условиях сурового климата было трудным делом.

Низкие температуры вынуждали прогревать двигатели самолетов путем их запуска через каждые 2–3 часа. Частый прогрев моторов уменьшал их ресурс, процент работы на земле достигал 50 %. Частый прогрев моторов требовал нахождения аккумуляторов у самолетов, это вызывало их замерзание и частые выходы из строя, приводившие к посадкам самолетов на фюзеляж из-за отказа механизма выпуска шасси[9].

Эксплуатация системы бензопитания при особо низких температурах вызывала необходимость тщательной опрессовки топливной магистрали самолетов перед каждым полетом. Систему управления и вооружения самолета необходимо было регулярно смазывать незамерзающей смазкой.

Все эти мероприятия, проводившиеся в большинстве случаев на открытом воздухе, вызывали переутомление личного состава, готовившего самолеты к вылету, увеличивали сроки подготовки авиационных частей к боевому вылету.

В отношении визуальной ориентировки экипажей весь район боевых действий ВВС армий был также очень сложным. Зимний ландшафт малозаселенной местности создавал исключительные трудности для детальной ориентировки экипажей. Общая ориентировка была также затруднена из-за отсутствия линейных и площадных ориентиров. Положение усугублялось тем, что в авиационных частях отсутствовали карты крупного масштаба, а на имевшихся были выявлены многочисленные неточности.

Отсутствие большого количества четких ориентиров, в сочетании с исключительно неблагоприятной метеорологической обстановкой, особенно в период сумерек, создавали очень тяжелые условия в отношении не только детальной, но и общей ориентировки экипажей в воздухе[10].

На направлениях действий ВВС каждой из общевойсковых армий имелись свои особенности театра военных действий, которые приходилось учитывать командованию при создании и усилении авиационной группировки, а также при организации полетов. Например, на направлении действия 14-й армии единственное шоссе в районе армии проходило вдоль норвежской границы в непосредственной от нее близости (от 0,5 км до 10 км). Это обстоятельство ставило ВВС армии перед необходимостью выполнять боевые задачи в полосе, непосредственно примыкавшей к норвежской границе, что привело к нескольким случаям ее нарушения экипажами, попадавшими в снегопад или терявшими ориентировку из-за слабой штурманской подготовки[11].

Условия ТВД накладывали некоторые особенности и на организацию боевых вылетов. Так, для достижения скрытности подхода к цели и снижения противодействия наземных средств противовоздушной обороны (ПВО) противника экипажи подразделений и частей ВВС 8-й армии часто прокладывали маршруты полета над Ладожским озером, а экипажи ВВС 9-й и 14-й армий для этой цели использовали малонаселенные горно-озерные районы местности.

Из-за короткого зимнего дня, особенно в районах действий авиации, расположенных за полярным кругом, авиация успевала выполнить лишь один вылет в светлое время суток. Такие полеты, осуществлявшиеся в одно и то же время, зачастую исключали внезапность атаки и облегчали противнику организацию противодействия нашей авиации. Так, ВВС 14-й армии около полутора месяцев действовали в условиях коротких полярных сумерек. Выполнение боевых задач было ограничено коротким сумеречным временем 2–3 часа, обычно с неблагоприятной, неустойчивой погодой, что создавало опасность потери ориентировки и посадки вне своего аэродрома.

Низкая облачность вынуждала ВВС армий действовать с малых и средних высот. А это, как известно, делало самолеты более уязвимыми от действий наземных средств ПВО.

Значительный процент вылетов из-за плохой погоды заканчивался вынужденным возвращением экипажей на аэродром с маршрута. Имели место случаи, когда подразделения, возвращаясь, не могли совершить посадку на своем аэродроме. В этих условиях большое значение имело наличие запасных аэродромов и знание летными экипажами района этих аэродромов, а также и самих этих аэродромов. Особые трудности такая обстановка создавала при проведении ночных полетов. Не случайно многие командиры организовывали в ходе войны доучивание своих экипажей.

Низкий процент летного состава, подготовленного к действиям в сложных метеоусловиях днем (СМУ) и ночью, не позволял осуществлять воздействие на противника круглосуточно. Поэтому большинство авиационных ударов осуществлялось в светлое время суток[12].

Перепады температуры и высокая влажность воздуха приводили к обледенению самолетов и, соответственно, к невозможности выполнения боевой задачи. Отсутствие нормальных условий на аэродромах для размещения летного и технического состава приводило к повышенной его утомляемости и как результат – снижению качества подготовки авиационной техники к боевым вылетам, результативности боевых действий.

Целый ряд особенностей имели физико-географические и климатические условия боевых действий авиации в полосах (районах) действий общевойсковых армий по направлениям.

На Карельском перешейке действовали войска Северо-Западного фронта в составе 7-й и 13-й армий. Карельский перешеек, как район боевых действий, по своим природным условиям создавал значительные трудности для ведения боевых действий как ударных группировок армий, так и авиации. Он представлял собой равнину с лесными массивами, отдельными возвышенностями высотой 100–250 м, изрезанную большим количеством рек, озер и болот. Территория, пригодная для действий войск, здесь была весьма ограничена. Сам перешеек был очень узким.

Действительно, доступными являлись здесь только узкие перешейки между озерами, которые, в свою очередь, зачастую пересекались рекой или болотом[13]. Наземные войска Красной армии здесь особенно нуждались в поддержке авиации.

Весь Карельский перешеек был покрыт хвойными лесами. Открытых пространств на нем было крайне мало, что затрудняло поиск и оборудование площадок под аэродромы и, естественно, обуславливало сложности при действии авиации по поддержке своих войск. Наличие лесных массивов затрудняло поиск противника, создавало благоприятные условия для маскировки финских войск и укреплений.

Наличие водных пространств Финского залива и Ладожского озера, а также большого количества железных и шоссейных дорог способствовало ведению экипажами ориентировки, но в то же время требовало от летного состава большого мастерства в технике пилотирования, особенно при низкой облачности, когда горизонт сливался с ледовым покровом.

Метеорологические условия зимнего периода 1939/40 г. на Карельском перешейке также оказались неблагоприятными для боевых действий авиации. Всю первую неделю декабря дневная температура на Карельском перешейке была во время войны плюсовой или всего лишь нулевой, но при этом шли сильные снегопады, чередовавшиеся с туманами. Из-за низкой облачности, часто менявшейся погоды, дымки и местных туманов авиация не могла прицельно бомбить объекты на позициях финских войск. Практически весь декабрь авиация из-за сложных метеоусловий вынужденно бездействовала. Состояние погоды за период боевых действий на Карельском перешейке показано в приложении 1. Из анализа данных приложения видно, что за два месяца боевых действий в декабре и январе авиация могла активно выполнять боевые задачи только шесть дней, что составило около 10 % всего времени. Это, естественно, не могло не отразиться отрицательно на эффективности ведения боевых действий войск Северо-Западного фронта.

На направлении, где пришлось действовать 8-й армии, расположены Олонецкие возвышенности. Поверхность здесь была лесисто-болотистая, с большим количеством озер и отдельных господствующих над окружающей местностью гряд высот, покрытых густым лесом. Все гряды гор представляли собой для противника очень хорошие тактические рубежи обороны. Они были изрезаны многочисленными реками, озерами, а многие места были заболоченными[14]. Такой сложный рельеф затруднял поиск и строительство новых аэродромов, создавал большие трудности при прокладке дорог к озерным аэродромам.

Состояние погоды в районе действий войск и авиации 8-й армии показано в приложении 2. Из анализа данных видно, что обильные осадки и низкие температуры создавали дополнительные трудности в подготовке авиационной техники и снабжении подразделений и частей, приводили к повышенной утомляемости личного состава. В декабре только 30 % дней были пригодны для полетов авиации, а в январе – всего 25 %, что не позволило активно поддерживать атакующие советские войска.

Значительные просторы Карелии, имеющие множество озер, рек, лесов, узких дефиле, значительно облегчали оборону этого участка фронта финскими войсками. Дефиле между карельскими озерами местами имели ширину всего 50—100 м. Такой характер Финляндского ТВД создавал большие трудности для действия войск 8-й армии и ее авиации, в то же время благоприятствовал противнику в построении упорной обороны незначительными силами[15].

Южнее, в Северной Карелии, действовала 9-я армия и ее ВВС. Состояние погоды в этом районе отличалось неустойчивостью и характеризовалось частыми местными туманами, низкой облачностью, дымкой, вследствие чего визуальная ориентировка была затруднена, и самолетовождение осуществлялось часто по приборам. Зима в этом районе была весьма холодной и суровой. Много дней было с резкими инверсиями температуры, неоднократно приводившими к обледенению самолетов. Самая низкая температура доходила до 42 °C мороза[16].

За полярным кругом действовали войска 14-й армии. Район расположения и действий войск и авиации армии является горно-озерным и лесистым, в северной части в большинстве – мелколесным. Высота большинства гор находится в пределах 300–500 м, но ряд отдельных вершин достигает 945—1208 м. Это приходилось учитывать при выборе маршрутов и профиля полета самолетов[17].

Организация морских перевозок по незамерзающему Северному морскому пути силами Северного флота позволила существенно разгрузить грунтовые дороги и высвободить грузовой автотранспорт. В течение войны войсковые перевозки осуществлялись из Мурманска в Петсамо и порт Лиинахамари. Сложные метеорологические условия в Баренцевом море зимой 1939/40 г., особенно в декабре и в январе, сильно влияли на темпы и общий ход воинских перевозок, а также на многие вопросы, касающиеся боевых действий ВВС. Например, в декабре пароход «Крестьянин», отправленный с грузом для 102-й авиабазы из Мурманска в Петсамо, из-за сильного шторма вынужден был вернуться в Мурманск. Задержка доставки этого груза, по сообщению командования 14-й армии, поставила под угрозу срыва всю боевую деятельность авиации армии.

Состояние погоды в районе базирования и действий ВВС 14-й армии может быть характеризовано данными, приведенными в приложении 3. Из анализа приложения видно, что количество дней с ясной погодой, при которой авиация могла действовать без ограничений, в феврале составляло всего 13 %, а за 15 дней марта – 20 %.

Частям и соединениям ВВС, выполнявшим боевые задачи за полярным кругом, в Карелии и на Карельском перешейке, приходилось действовать в одинаково сложных метеорологических и климатических условиях. Особенно тяжелыми эти условия были в связи с необычайно суровой зимой тех лет. Они ограничивали количество применявшихся на ТВД авиационных частей и соединений и требовали выполнения специальных работ по их дополнительной подготовке и обеспечению боевых действий во всех отношениях[18].

Боевые действия велись зимой, когда свирепствовали сильные морозы – до 45–50 °C, с частыми метелями и буранами, в условиях короткого зимнего дня. Толщина снежного покрова местами достигала полутора метров. Частые и густые туманы до предела ограничивали видимость на земле и почти полностью исключали видимость с воздуха, что затрудняло применение авиационных частей и соединений ВВС РККА.

Таким образом, физико-географические и климатические условия ТВД были весьма разнообразными, но на всех направлениях действий наших войск были сложными. Они существенно отличались от аналогичных условий в районах постоянной дислокации авиационных частей. Это оказывало серьезное влияние на эффективность боевых действий экипажей, приводя в ряде случаев даже к невозможности выполнения ими боевого задания. Сложный рельеф, неблагоприятный климат, отсутствие дорог являлись важными факторами, влиявшими на ход боевых действий авиации. Все это требовало от командования ВВС РККА тщательного их анализа и учета в ходе подготовки и ведения боевых действий.

1.2. Состояние и характер действий наземных войск, военно-морского флота и авиации противника

На боевое применение ВВС РККА в Советско-финляндской войне значительное влияние оказывали состояние и характер действий наземных войск, военно-морского флота и авиации противника. С учетом этого фактора определялись потребные силы авиации для ведения боевых действий в войне, формировались направления подготовки авиации к боевым действиям, определялись задачи группировки ВВС РККА. Этот фактор предопределял способы и последовательность выполнения задач советской авиацией, а также необходимость выполнения других мероприятий, связанных с применением авиации. Именно по этой причине указанный фактор рассматривается в отдельном параграфе.

По данным разведки, финская армия закончила мобилизацию к 21 октября 1939 г.[19] К началу войны финское правительство мобилизовало в ряды армии до 320 тысяч человек, сосредоточив на советско-финляндской границе пятнадцать пехотных дивизий. Кроме того, не менее трех пехотных дивизий формировались в тылу.

Финские войска под командованием генерала Х. В. Остермана взаимодействовали и поддерживались ВВС, военно-морским флотом (ВМФ) Финляндии и войсками береговой обороны. Кроме того, к списочному штатному составу армии в качестве дополнительных сил привлекались военизированные формирования Шюцкор и «Лотта Свярд» численностью около 110000 человек и добровольческий корпус шведов, норвежцев и датчан численностью 9600 человек[20] (по финским данным, 11500 человек).

Общая численность Сил обороны Финляндии в первые дни Зимней войны составила от 500 до 600 000 человек, то есть включала практически все годное к военной службе мужское население. Из этих сил военную подготовку прошло около 370 000 человек[21].

Основной упор в подготовке финских войск был сделан на умение вести боевые действия зимой: войска были обучены передвигаться на лыжах, обеспечивались всеми необходимыми материалами для ведения войны в зимних условиях[22].

Сравнительно хорошей была техническая оснащенность сухопутных войск Финляндии. Так, финская пехотная дивизия, насчитывавшая 11000 человек, наряду с тремя пехотными полками, имела артиллерийский полк и отдельный батальон тяжелых орудий. В финском пехотном полку имелась минометная рота, вооруженная четырьмя 82-мм минометами.

Как видно из приложения 4, всего в финской пехотной дивизии насчитывалось 18×82-мм минометов, 18×37— 45-мм орудий, 24 орудия калибра 75–90 мм и 12 орудий калибра 105–152 мм.

Для сравнения отметим, что оснащенность соединений сухопутных войск Финляндии артиллерией была все-таки ниже, чем она была у частей и соединений войск Красной армии. Пехотная дивизия Финляндии уступала стрелковой дивизии СССР по количеству: 37—45-мм орудий – в 2,6 раза, 75—90-мм орудий – в 1,6 раза, 105—152-мм орудий – в 3,3 раза.

Финские Вооруженные силы располагали двумя отдельными тяжелыми артиллерийскими полками, вооруженными 107-мм пушками и 152-мм гаубицами. На складах было законсервировано 238 полевых орудий.

Кроме того, в ходе войны в Финляндию из Англии были переброшены 200, а из Швеции – 85 противотанковых пушек. Из данных, приведенных в приложении 5, видно, что в Финляндию были поставлены и орудия полевой артиллерии: Англией – 114, Францией – 300 и Швецией – 112 единиц. Как видно из приложения, Финляндия получила в общей сложности около 800 орудий полевой и противотанковой артиллерии, что позволило существенно усилить противотанковую оборону своих войск. Это вынудило советское командование выделять много сил своей авиации для поддержки войск, взламывавших оборону противника.

Сравнительно сильной у финнов была противовоздушная оборона, возможности которой приходилось учитывать при организации и ведении боевых действий ВВС РККА.

Вся территория Финляндии была разбита на 5 противовоздушных районов: Хельсинки, Або, Тампере, Сейнямони, Коупио.

Основными средствами в системе ПВО финнов являлись зенитная артиллерия и зенитные пулеметы. Истребительная авиация, аэростаты заграждения и прожектора служили вспомогательными средствами.

В системе ПВО к началу военных действий Финляндия имела всего около 30 зенитных стационарных и подвижных батарей. Основные стратегические административные и военные объекты, крупные узлы железных дорог прикрывались зенитными средствами особенно плотно. Например, в районе Хельсинки было 64 орудия калибра 57 и 75 мм. К началу войны было развернуто дополнительно еще около 20 зенитных батарей и 9 зенитных рот. Зенитные батареи имели прожекторы и звукоулавливатели[23]. Это значит, что экипажи ВВС РККА встречали противодействие средств ПВО как днем, так и ночью.

Противник, учтя массированный характер действий авиации РККА, в начале войны вынужден был уделить большое внимание ПВО своих войск на Карельском перешейке, дополнительно развернув там около 30–35 батарей зенитной артиллерии, расположив их в местах сосредоточения войск и на направлениях полетов советской авиации. Всего на Карельском перешейке для прикрытия войск было сосредоточено до 45 зенитных батарей, в основном подвижных, среднего и малого калибра[24].

В целях эффективного прикрытия автомобильных и железнодорожных перевозок финны размещали зенитные орудия на железнодорожных станциях, у мостов, у развилок шоссейных дорог, в местах сосредоточения войск. В автомобильные колонны и железнодорожные составы включались зенитные пулеметные установки.

Действия нашей авиации по срыву перевозок войск противника и их снабжению, авиационные удары по переднему краю обороны противника на северо-западном побережье Финского залива в период развития успеха войсками Красной армии заставили финнов перебросить практически всю свою зенитную артиллерию с правого фланга линии Маннергейма на левый, оставив Кексгольмскую железную дорогу и войска на правом фланге без прикрытия.

Части ПВО, прикрывавшие важные объекты, представлены в приложении 6. Из анализа данных видно, что основные административные и военно-промышленные центры были прикрыты зенитной артиллерией калибра 75 и 40 мм. К началу 1939 г. зенитная артиллерия Финляндии насчитывала 120 орудий, значительную часть которых составляли 75-мм пушки.

Перед войной из Швеции были доставлены 125 автоматических зенитных пушек калибра 40 мм системы «Бофорс». Вместе с ними прибыли и шведские офицеры, которые обучали финские расчеты.

16 ноября 1939 г. Финляндия получила из Швеции еще 78 зенитных орудий и по 2 человека на орудие обслуживающего персонала. Таким образом, к началу войны были развернуты еще 20 зенитно-артиллерийских батарей.

В первые дни войны в Финляндию из Германии поступили 60 зенитных пушек калибра 20 мм фирмы «Рейнметалл». А всего в ходе войны дополнительно было получено еще около 250 зенитных орудий различного типа из Швеции, Англии и Франции.

Эффективность огня финской зенитной артиллерии была достаточно высокой. Она в основном применяла заградительный и сопроводительный огонь, что говорит о хорошей подготовке и высокой слаженности расчетов.

Особенно сильное противодействие ВВС РККА зенитная артиллерия противника оказала в январе и первой половине февраля 1940 г. К концу военных действий, ввиду нарушения системы снабжения боеприпасами и боевых потерь, активность ПВО противника значительно снизилась[25], что обеспечило более благоприятные условия выполнения боевых задач советской авиацией.

В районе Выборга противник пытался организовать взаимодействие зенитной артиллерии с прожекторами, расчеты которых показали отсутствие слаженности в работе и неумение держать самолет в лучах прожектора. На отдельных железнодорожных станциях работало 2–3 прожектора, в Выборге – до 20 прожекторов. Кроме того, финны использовали прожектора как сигналы предупреждения своих войск, обозначая лучом прожектора направление полета самолетов ВВС РККА.

На северо-западном побережье Финского залива и в Выборге финны применяли в незначительном количестве аэростаты заграждения.

Тактико-технические данные зенитных пушек представлены в приложении 7. Из проведенного анализа видно, что характеристики пушек вполне отвечали требованиям того времени и позволяли поражать самолеты, состоявшие на вооружении ВВС РККА, практически во всем диапазоне высот их боевого применения. Основным их недостатком являлась полная зависимость от поставок боеприпасов и запасных частей из других стран.

Таким образом, наличие большого количества современных на то время средств ПВО позволяло финскому командованию организовать довольно эффективную противовоздушную оборону наиболее важных промышленных и военных объектов. Не зря от огня средств ПВО Финляндии советские ВВС, как потом будет сказано подробно, потеряли с 30 ноября 1939 г. по 25 февраля 1940 г. 60 самолетов[26]. Это требовало от командования ВВС Северо-Западного фронта и ВВС общевойсковых армий тщательной оценки возможностей ПВО противника при организации боевых действий, а также их учета при выборе способов действий экипажей в ходе нанесения авиационных ударов.

Для оказания помощи Финляндии готовился и должен был быть отправлен на фронт к концу февраля – началу марта 1940 г. 150-тысячный англо-французский экспедиционный корпус. Его прибытие в район боевых действий сорвало только заключение мира[27]. Здесь уместно подчеркнуть, что в ходе войны Финляндии помогали 13 стран, поставлявших ей вооружение. В основном оно поступало из Англии, США, Франции, Швеции.

Финскому командованию удалось своевременно вскрыть приготовления советских войск к боевым действиям. Это позволило ему заблаговременно перебросить войска к границе с СССР и разместить их на укрепленных позициях. Финские войска имели от четырех до шести недель для боевой подготовки, знакомства с местностью, для продолжения строительства полевых укреплений, подготовки объектов, а в случае необходимости для их разрушения, а также для установки мин и организации минных полей.

Группировка войск противника на всем протяжении советско-финляндского фронта показана на схеме 1. Четыре группы корпусного типа действовали на Петрозаводском, Ухтинском, Кандалакшском и Мурманском направлениях. Кроме указанных групп, противник имел аландскую группу и войска береговой обороны на юго-западном и южном побережье Финляндии, а также специальную резервную группу главного командования.

Необходимо отметить, что финское командование на советско-финляндском фронте силы и средства распределило неравномерно. Наиболее сильная группировка войск противника, поддерживаемая авиацией и прикрытая средствами ПВО, была создана на Карельском перешейке и против войск 8-й армии. На остальных направлениях в начальный период войны находилось сравнительно небольшое количество войск, которое в ходе боевых действий непрерывно возрастало.

На Карельском перешейке, где развернулись основные события, у противника находились два армейских корпуса. Войсками на этом направлении командовал генерал Х. В. Эстерман. Финское командование в течение почти 18 лет осуществляло строительство укреплений на данном направлении. Результатом этого стала мощная, насыщенная железобетонными укреплениями и инженерными заграждениями полоса обороны, получившая название «линия Маннергейма», по имени главнокомандующего финской армией, маршала К. Г. Маннергейма. Оперативное построение финской армии на Карельском перешейке к 30 ноября 1939 г. показано на схеме 2. Анализ показал, что узлы дорог, узкие дефиле в полосе обеспечения прикрывались небольшими по численности подразделениями, основная же часть войск находилась за укреплениями линии Маннергейма.

Стратегическая цель финнов на Карельском перешейке заключалась в том, чтобы измотать войска РККА, ведя активную оборону в оперативной зоне заграждений, нанести им тяжелые потери перед главной полосой обороны линией Маннергейма и, выиграв стратегически необходимое время для доставки англо-французского экспедиционного корпуса, ударом с приморской отсечной позиции во фланг и с фронта разбить войска Красной армии, находившиеся на Карельском перешейке. Конечный результат – вынудить руководство СССР отказаться от продолжения войны.

Линия Маннергейма представляла собой мощную полосу современных на то время укреплений, перегораживавшую Карельский перешеек от Ладожского озера до Финского залива. На схемах 3, 4, 5 показаны участки главной полосы обороны линии Маннергейма с установленными на них инженерными заграждениями. Протяжение всех укреплений по фронту в сумме составляло около 400 км[28]. Линия Маннергейма по своей технической мощи не уступала французской линии Мажино и германской линии Зигфрида[29], а в сочетании с многочисленными полевыми укреплениями и сложными условиями театра военных действий представляла исключительно трудно преодолимое препятствие. К тому же фланги линии Маннергейма упирались в Ладожское озеро и Финский залив и не могли быть обойдены, как это сделали, например, немецкие войска с линией Мажино. Кроме того, лесисто-озерно-болотистые районы позволили финнам построить перед линией Маннергейма оперативную зону заграждений глубиной от 25 до 65 км, чего также не имели линия Мажино и линия Зигфрида[30].

Оперативная зона заграждений состояла из сооружений и препятствий полевого типа: дерево-земляных-гранитных огневых точек (ДЗГОТ), убежищ, завалов, минных полей, надолбов, проволочных заграждений. Все мосты и дороги в зоне заграждений были минированы или взорваны.

За оперативной зоной заграждений проходила главная полоса обороны протяженностью около 120 км. Она состояла из 22 узлов обороны и многочисленных опорных пунктов. Опорные пункты, долговременные огневые точки (ДОТ) и ДЗГОТы были связаны между собой ходами сообщения и траншеями. Дополнительно к этому широко была развита система противотанковых препятствий и различных заграждений.

Все это являлось для ударной группировки войск РККА серьезным препятствием, и они, соответственно, нуждались в поддержке со стороны ВВС.

Всего в главной полосе обороны насчитывалось 194 ДОТа и 805 ДЗГОТов. Общая глубина главной полосы составляла 8—10 км. Узлы сопротивления и опорные пункты располагались на основных путях и подступах к Выборгу и другим городам Финляндии, перехватывая межозерные перешейки и межболотные дефиле. Каждый узел сопротивления имел по фронту от 2,5 до 3,5 км, в глубину 3–4 км и имел 5–8 ДОТов, расположенных в шахматном порядке. Интервалы по фронту между ДОТами достигали 300 м, дистанция – до 500 м.

Как объект действий авиации, опорный пункт занимал площадь: по фронту 1–1,5 км и в глубину 1,5–2 км. Каждый опорный пункт оборонялся гарнизоном не меньше роты, а узел сопротивления – гарнизоном от батальона и выше. Например, Межболотный узел сопротивления, которым овладела 123-я стрелковая дивизия, состоял из 12 ДОТов и 16 ДЗГОТов, а Суммский (Хотинеский) узел сопротивления, который захватила 100-я стрелковая дивизия, состоял из 22 и 46 огневых сооружений соответственно. Каждый узел сопротивления оборонялся не меньше чем пехотным полком и представлял собой для экипажей бомбардировочной и штурмовой авиации объекты с большим количеством целей[31].

Вторая полоса обороны проходила в 10–15 км за главной полосой, причем местность между полосами была оборудована многочисленными искусственными сооружениями и препятствиями. На второй полосе финны построили 18 ДОТов и 77 ДЗГОТов.

На подступах к Выборгу проходила третья полоса обороны, состоявшая из двух позиций с многочисленными ДОТами и ДЗГОТами, опорными пунктами, линиями надолбов, минными полями.

На всех полосах обороны имелось свыше 1000 ДОТов и ДЗГОТов, из них около 280 являлись железобетонными пулеметно-артиллерийскими огневыми точками. Кроме того, много огневых точек противника находилось под огромными валунами, которые не могла разрушить ни авиация, ни артиллерия[32].

По переднему краю каждой полосы обороны проходило проволочное заграждение из нескольких рядов в 5–6 кольев, каменные надолбы в 3–5 рядов и противотанковые рвы[33]. При преодолении столь сильной обороны советским войскам требовалась эффективная поддержка с воздуха.

Общая глубина «линии» с оперативной зоной заграждений составляла 80–90 км, причем оперативная зона заграждений на Кексгольмском направлении достигала 20–25 км, на Выборгском – 45–65 км. Наличие нескольких основных, промежуточных полос и ряда отсечных позиций позволяло, в случае прорыва на каком-либо участке, локализовать успех наступавших войск в пределах этого сектора.

Следовательно, ДОТы представляли собой для частей и соединений Красной армии серьезное препятствие. При планировании действий по их овладению серьезное внимание обращалось на использование авиации. Для авиации ДОТ представлял собой малоразмерный и высокопрочный объект, требовавший для его поражения высокого уровня подготовки экипажей и высокоэффективных авиационных средств поражения.

Для разрушения ДОТа требовалось попадание по одному и тому же месту нескольких артиллерийских снарядов калибром 203 мм и выше или прямое попадание авиационной бомбы крупного калибра[34].

На Кексгольмском направлении передний край линии Маннергейма (52 км) находился за системой озер р. Вуокса шириной от 2 до 4 км. Лед на озерах был минирован, на льду было сделано много прорубей, ловушек и ледяных стенок. Северные берега озер были эскарпированы и обледенены, с тем чтобы ни танк, ни боец не могли на них взобраться. За этим препятствием следовали ДОТы и ДЗГОТы с полевыми препятствиями на берегу: каменные надолбы, противотанковые рвы, проволока в несколько рядов. Опушки лесов были оплетены колючей проволокой, сделано много засек и завалов. На открытых участках местности были подготовлены фугасы и минные поля. Все это также свидетельствует о большой потребности наступавших войск в воздушной разведке и авиационной поддержке.

Ко всему этому следует добавить, что Сайменская водная система, расположенная выше, чем Ладожское озеро и Финский залив, позволяла при необходимости осуществлять затопление целых районов и поднимать воду на реке Вуокса в верхнем течении на 2 м. В процессе наступления Красной армии финны пытались это сделать и затопить некоторые районы северо-восточнее Выборга, но принятыми советскими войсками мерами затопление было предотвращено[35].

Боясь высадки наших воздушных десантов на замерзшие озера в тылу своих обороняющихся войск (оз. Пюхя-Ярви), финны вбивали в лед колья, делали ледяные валы, на выходах на берег устраивали заграждения и держали вокруг них резервы. Они пытались тем самым предотвратить возможную высадку нашего десанта на лед озер, что могло привести к нарушению коммуникаций финских войск и выходу высадившихся войск в тыл укреплениям линии Маннергейма.

Берега Финского залива и Ладожского озера были пригодны для высадки десанта на берег. Но развитая сеть шоссейных и железных дорог позволяла противнику быстро перебросить к месту высадки резервы, к тому же в местах, пригодных для высадки крупных сил, имелись береговые батареи, ряд участков был минирован[36].

Вся система укреплений линии Маннергейма была хорошо замаскирована, ДОТы маскировались под холмы, валуны, стога сена. Техника окрашивалась белой краской, бойцы в большинстве были одеты в белые маскхалаты. Объекты на передовой и в тылу маскировались белыми полотнищами, ватой и белой бумагой. Это затрудняло экипажам бомбардировочной и штурмовой авиации обнаружение и прицеливание по целям и являлось одной из основных причин низкой эффективности действий нашей авиации.

Надеясь на прочность обороны на Карельском перешейке, финское командование тем не менее вело работы по созданию еще нескольких оборонительных рубежей, используя естественные преграды (схема 6). За укреплениями линии Маннергейма по направлению к Хельсинки велись строительные работы оборонительных рубежей по крупным рекам, которые в сочетании с системой озер, болот и в условиях лесистой и каменистой местности являлись удобными тактическими рубежами для организации обороны[37].

На линии Маннергейма финские войска были построены в три эшелона, имея основные силы на главной полосе обороны. Первый эшелон составляли развернутые по государственной границе до 14 отдельных батальонов, в том числе 1, 2, 3, 4-я пехотные, одна кавалерийская бригады и 4-й егерский батальон. Кроме того, перед линией Маннергейма на поддержку частей прикрытия были выдвинуты на передовую позицию подразделения 33-го и 31-го пехотных полков 11-й пехотной дивизии, подразделения 13, 14, 15-го пехотных полков 5-й пехотной дивизии и 11-й полк 4-й пехотной дивизии. Эти батальоны и полки были объединены в две группы прикрытия, подчинявшиеся непосредственно командованию армейских корпусов.

Второй эшелон обороны на Карельском перешейке составляли 10, 11, 5 и 4-я пехотные дивизии, а также 26-й пехотный полк, расположенные на первой полосе обороны линии Маннергейма.

Два полка 8-й пехотной дивизии и части 6-й пехотной дивизии составляли третий эшелон обороны линии Маннергейма и располагались за ее главной полосой. Эти дивизии являлись резервом главного командования[38].

Общий состав финских войск, сосредоточенных к началу войны на Карельском перешейке, определялся до семи пехотных дивизий и одной кавалерийской бригады на линии Маннергейма и 2–3 пехотные дивизии в резерве. Кроме того, фланги укрепленной позиции со стороны Ладожского озера и Финского залива оборонялись полками береговой артиллерии с отрядами береговой обороны.

Состав и развертывание финской армии в трех эшелонах с сосредоточением больших сил на Выборгском направлении с опорой на глубокую, сильно развитую зону заграждений и главную полосу обороны линии Маннергейма полностью отвечали характеру предстоящих боевых действий. Преимущественным видом военных действий финских войск являлась оборона и отход с нанесением контрударов и контратак.

Во время ведения боевых действий за оперативную зону заграждений финские войска оказывали упорное сопротивление. Используя заблаговременно подготовленные инженерные заграждения и опорные пункты, войскам прикрытия удалось снизить темпы наступления войск Красной армии с планируемых 25–30 км до 3–7 км в сутки. В результате на преодоление оперативной зоны заграждений на различных направлениях войсками Красной армии было затрачено 8—13 суток.

Этому способствовала погода, не позволившая авиации ВВС РККА наносить удары по оборонявшемуся в оперативной зоне заграждений противнику. В результате приграничных боев с 30 ноября 1939 по 10 декабря 1940 г. противник отошел на основные позиции укрепленного района. После отхода за укрепления линии Маннергейма 22–26 декабря финны пытались вести активные боевые действия, контратакуя на некоторых направлениях наши войска, но успеха не добились[39]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 152. Л. 5.

Вернуться

2

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 136. Л. 10–11.

Вернуться

3

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 56. Л. 5–6.

Вернуться

4

Там же. Оп. 5. Д. 536. Л. 39.

Вернуться

5

Там же. Оп. 14. Д. 141. Л. 4.

Вернуться

6

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 136. Л. 13.

Вернуться

7

Там же. Оп. 5. Д. 536. Л. 35.

Вернуться

8

Там же. Оп. 1. Д. 929. Л. 48.

Вернуться

9

РГВА. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 934. Л. 169–170.

Вернуться

10

Там же. Оп. 11. Д. 624. Л. 337–338.

Вернуться

11

РГВА. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 932. Л. 2.

Вернуться

12

РГВА. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 932. Л. 58.

Вернуться

13

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 56. Л. 3.

Вернуться

14

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 152. Л. 3.

Вернуться

15

Там же. Д. 56. Л. 3.

Вернуться

16

РГВА. Ф. 29. Оп. 56. Д. 81. Л. 9.

Вернуться

17

Там же. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 932. Л. 1.

Вернуться

18

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 56. Л. 3–5.

Вернуться

19

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 56. Л. 2.

Вернуться

20

Там же. Д. 131. Л. 2.

Вернуться

21

Там же. Оп. 1. Д. 452. Л. 3.

Вернуться

22

Там же. Оп. 14. Д. 141. Л. 8.

Вернуться

23

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 143. Л. 12–14.

Вернуться

24

Там же. Оп. 1. Д. 909. Л. 56–57.

Вернуться

25

РГВА. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 909. Л. 59.

Вернуться

26

РГВА. Ф. 34980. Оп. 1. Д. 868. Л. 1–8.

Вернуться

27

Там же. Оп. 14. Д. 68. Л. 5.

Вернуться

28

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 46. Л. 19.

Вернуться

29

Там же. Оп. 10. Д. 1447. Л. 5–6, 16.

Вернуться

30

Там же. Л. 18–20.

Вернуться

31

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 46. Л. 20.

Вернуться

32

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 43. Л. 24.

Вернуться

33

Там же. Д. 56. Л. 5.

Вернуться

34

Там же. Д. 43. Л. 25.

Вернуться

35

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 46. Л. 21.

Вернуться

36

Там же. Д. 141. Л. 3.

Вернуться

37

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 136. Л. 2.

Вернуться

38

Там же. Д. 46. Л. 15.

Вернуться

39

РГВА. Ф. 34980. Оп. 14. Д. 46. Л. 16.

Вернуться