Фиона Бранд
Месяц знойных ласк

How to Live with Temptation © 2021 by Fiona Gillibrand

«Месяц знойных ласк» © «Центрполиграф», 2022

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2022

Эта книга является художественным произведением.

Имена, характеры, места действия вымышлены или творчески переосмыслены. Все аналогии с действительными персонажами или событиями случайны.

* * *

Глава 1

Аллегра Мэллори посмотрела в зеркало заднего вида своего великолепного нового кабриолета, свернув с бульвара Бискейн в Майами на Шестую улицу. Ее сердце забилось быстрее, когда за ней следом поехал блестящий черный внедорожник, который, как она была почти уверена, принадлежал магнату-миллиардеру Тобиасу Ханту.

Тобиас. Почти двухметрового роста, суровый, мускулистый, с холодными серыми глазами, высокими скулами и волевым подбородком. С этим мужчиной она провела страстную ночь два года назад.

От злости и напряжения, в которых ей не хотелось признаваться, она вцепилась пальцами в руль. В последний раз она видела Тобиаса на похоронах своей двоюродной бабушки Эсме всего несколько дней назад. Само собой разумеется, что Аллегра избегала его. Это было легко, потому что масса людей посетила церковную службу, а затем красивый старый особняк Эсме в испанском стиле. Однако, когда позвонил адвокат ее бабушки и попросил приехать для оглашения завещания, при котором также будет присутствовать Тобиас – он оказался сводным внуком Эсме, – избегать его больше не было смысла.

Аллегра притормозила на светофоре. Снова взглянув в зеркало заднего вида, она поняла, что Тобиас по-прежнему висит у нее на хвосте. На нее неожиданно нахлынули воспоминания.

Ее взбесил тот факт, что она сделала то, чего обещала себе никогда не делать. Она провела ночь с мужчиной, от которого ей следовало бежать куда глаза глядят.

Хотя она надеялась, что после той ночи они не расстанутся.

Тогда она была очень глупа. Она была влюблена в Тобиаса уже четыре года и считала, что между ними начнутся серьезные отношения. Такие отношения, которые были у ее родителей, например. Она всегда думала, что ей повезет в любви, потому что она хороший человек и заслуживает счастья.

Черный внедорожник подъехал к ней ближе, и Аллегра почувствовала себя в ловушке. Она нахмурилась, глядя на тонированные стекла, скрывающие лицо водителя. Не надо его бояться. Он следует за ней потому, что они едут в одно и то же место, где им огласят завещание Эсме.

Не в силах сопротивляться, Аллегра снова взглянула в зеркало заднего вида. На этот раз она заметила сверкание солнечного луча на темных очках Тобиаса. Она разволновалась, потому что Тобиас теперь смотрел прямо на нее. Это означает одно: он знает, что она за ним наблюдает.

После их единственной ночи вместе всего через несколько дней Тобиаса сфотографировали с красивой Франческой Мессена. Мать Аллегры, обеспокоенная тем, что из-за расставания с Тобиасом ее дочь чувствует себя неполноценной, оплатила ей консультацию у психолога. Желая выздороветь, Аллегра согласилась на альтернативные методы лечения, чтобы избавиться от воспоминаний и высвободить гнев.

Во время терапии, основанной на прощении, ей пришлось писать на бумаге заявления о прощении, а потом эту бумагу сжигать. Писать корректные слова было трудно, но процесс сжигания ее веселил. К тому времени, когда Аллегра закончила эту терапию, ей также удалось провести полезное исследование для своего спа-бизнеса, и она достигла своей цели – ее больше не привлекал Тобиас.

Включился зеленый сигнал светофора. Аллегра плавно тронулась с места, наслаждаясь мурлыканьем двигателя и стараясь следовать указаниям навигатора, который общался с ней сексуальным мужским голосом с британским акцентом. Ей так нравилось слушать этот баритон, что она постоянно забывала его указания. К счастью, она вовремя увидела поворот и через несколько секунд свернула в подземный гараж высотного здания, в котором находилась сверхдорогая юридическая фирма адвоката Эсме.

Понимая, что Тобиас снова почти вплотную подъехал к ней сзади, она притормозила у барьера, чтобы взять пропуск, а потом ускорилась на просторном, похожем на подземелье участке и начала искать себе место.

Аллегра повернула вправо, а Тобиас поехал прямо, поэтому он больше не следил за ней. Но радовалась она недолго, потому что через несколько секунд симпатичная женщина с маленькой дочерью в ярко-розовом купальнике и с волосами, собранными на макушке, вышли из машины.

На въезде на парковку она увидела рекламные щиты, объявляющие о детском конкурсе красоты. Наверное, девочка из машины – участница конкурса. Аллегра вспомнила, как сама участвовала в конкурсе красоты, когда ей было шестнадцать лет. Мероприятие ей очень не понравилось, но за победу в нем Аллегра получила деньги, машину и бриллианты.

Разочарованная тем, что не удается найти место на парковке, она продолжала его искать. Оказавшись в такой ситуации, ее мать просила бы Бога выделить ей место для парковки, но Аллегра не прибегала к таким методам. Пейдж Мэллори была избалованной единственной дочерью богачей Туссен из Луизианы, бывшей мисс Луизиана и настоящей красавицей.

Заметив свободное место, Аллегра быстро поехала к нему и внезапно заметила, что черный внедорожник Тобиаса тоже туда направляется.

Аллегра выросла в семье, где соблюдались правила и манеры. Ее отец и четыре старших брата открывали двери для женщин. Приглашения отправлялись обычной почтой, а не в виде текстовых сообщений. Семья ужинала за столом, пользуясь тканевыми салфетками. Важные беседы велись цивилизованно, лицом к лицу.

По сути, ей следует поступить правильно: вежливо подождать и позволить Тобиасу занять место.

Но два года назад он поступил с ней неправильно. Он превратил их страстную ночь в бессмысленную встречу, а через пару дней расстался с ней, поговорив по телефону.

Стиснув зубы, она нажала на педаль газа.

Тобиас Хант резко затормозил, когда белый кабриолет с надписью «Мэдисон-спа» подрезал его, а потом аккуратно встал на свободное место.

Даже если бы он не узнал этот эффектный кабриолет, то не мог не узнать характерную копну шелковистых каштановых волос, собранных в свободный пучок, точеные скулы и прямой острый нос, наполовину скрытый большими солнцезащитными очками.

Аллегра Мэллори.

Бывшая королева красоты, отмеченная Баффи Гамильтон – влиятельным экспертом в социальных сетях, в ее списке «Кто выйдет замуж за миллиардера» под номером два сразу после Баффи, которая заняла первое место.

«Жизнь с искушением. Наверное, это не та информация, которую должен знать бывший спецназовец, ставший генеральным директором агентства безопасности», – мрачно подумал он, хотя встречался с обеими женщинами.

Баффи, явно заинтригованная попаданием Тобиаса в мир миллиардеров полгода назад, пригласила его на борт роскошной яхты своего отца. Он отказался от уик-энда на двоих.

Аллегра, вошедшая в его жизнь шесть лет назад, никогда никуда его не приглашала. Она просто приехала в Майами, холодно смотря вокруг своими карими глазами, чтобы навсегда разрушить его жизнь.

Проезжая мимо, Тобиас заметил длинные загорелые ноги и сексуальные туфли на высоких каблуках, когда Аллегра вышла из машины. Он перестал унывать по поводу того, что опаздывает на оглашение завещания Эсме, как только увидел Аллегру в изумрудно-зеленом платье и шикарном маленьком жакете, облегающем ее фигуру и привлекающем внимание к груди.

Стиснув зубы, он попытался побороть возбуждение и напряжение, которое всегда вызывала Аллегра, словно по его телу пробегал электрический ток.

Более пяти лет он упорно старался подавить мощное влечение, которое испытал, когда внучатая племянница Эсме впервые приехала в Майами. Это произошло всего через несколько недель после того, как он переехал к своей бывшей подружке Линдси. Влечение оказалось таким разрушительным и всепоглощающим, что через два года после расставания с Линдси Тобиас под дался искушению и провел с Аллегрой страстную ночь.

При этом он понимал, что перешел запретную черту. Он стал похож на отца, которого старался забыть.

Джеймс Хант не был ни примерным мужем, ни хорошим любовником. Он разрушил жизнь матери Тобиаса, оставив ее одну, а сам без конца заводил любовниц. Пятнадцать лет назад он погиб в автокатастрофе. У Алисии Хант обнаружили сердечное заболевание, и она скончалась всего через шесть месяцев.

Тобиас читал медицинские отчеты, но понимал, что на самом деле его мать умерла от страданий.

Он продолжал ехать, но воспоминания о ночи с Аллегрой отвлекали его от поисков другого места для парковки.

Ясная жаркая ночь, сияющее звездами небо, распахнутые балконные двери пляжного дома Эсме, в которые проникал прохладный морской бриз. Шум волн, разбивающихся о берег, и Аллегра Мэллори – великолепная, обнаженная и спящая, как младенец, на смятой постели.

Сжимая пальцами руль, он отмахнулся от слишком ярких образов, которые напоминали ему: он сделал то, чего обещал себе не делать. Он перенял традицию Хантов, отказавшись от серьезных отношений, и начал гоняться за красивыми светскими львицами.

И совершенная им ошибка имела последствия, которые все еще не давали ему покоя, потому что Линдси забеременела. Как выяснилось, она потеряла ребенка на следующий день после того, как Тобиас переспал с Аллегрой. Хотя она ни в чем не обвиняла Тобиаса, он отлично понимал: если бы он остался с Линдси и проигнорировал влечение к Аллегре, его ребенок мог бы выжить.

Два года назад он не поборол желание вступить в связь с Аллегрой, которая, как он прекрасно понимал, основывалась бы только на запретной страсти. Их совместная ночь – давняя история. Сейчас его беспокоит только то, что Аллегра будет присутствовать на оглашении завещания.

Входящий звонок отвлек его от размышлений о том, что именно оставила Эсме своей единственной внучатой племяннице. Он ответил на звонок своего однополчанина.

– Я знаю, что опаздываю, – прорычал Тобиас. – Мой рейс задержали. Придержи Филипса до моего приезда.

Тобиас ни за что не пропустит встречу. Эсме владела акциями «Хант секьюрити». С пятью процентами многомиллиардной фирмы, которую его семья кропотливо выстроила с нуля, и с печально известной историей обманщиков-аристократов Мэллори заполучить эти акции было несложно.

Джей Ти не скрывал нетерпения.

– Ты всерьез думаешь, что Эсме оставила акции Аллегре? В конце концов, это акции «Хант секьюрити».

– Они попали в руки Эсме, потому что мой дед не удосужился составить новое завещание после того, как женился на ней. А потом он внезапно умер.

Но по-настоящему скользкая сделка была заключена на тридцать лет раньше его прадедом Джебедайей, который когда-то работал на ранчо Александры Мэллори, пока не купил у нее часть земли. Три года спустя, после засухи и страстного романа с Джебедайей, Александра уехала в неизвестном направлении. Юрист, разделивший ранчо пополам, каким-то образом передал Александре ту его часть, на которой вскоре обнаружили богатейшее нефтяное месторождение в Техасе. А семья Тобиаса осталась с пустой землей и едва не разорилась.

Тобиас сдержал нетерпение. Джей Ти был акулой бизнеса, но пока не знал все нюансы саги Хантов и Мэллори.

– Если бы Эсме хотела с умом распорядиться акциями, она бы приняла предложение моего отца купить их двадцать лет назад, но она отказалась. Радует только то, что мой дед предусмотрительно завещал девяносто пять процентов бизнеса моему отцу за пару лет до своей смерти, иначе «Хант секьюрити» сейчас была бы «Мэллори секьюрити».

– Но Эсме дала тебе обещание перед смертью…

– Это произошло тогда, когда я был единственным бенефициаром завещания Эсме. Но два года назад Аллегра переехала в Майами, и завещание было изменено. Эсме сохраняла условия нового завещания в тайне. – Тобиас задумчиво посмотрел на машины. – Эсме внесла изменения, которые, как она знала, мне не понравятся. Зачем еще их скрывать?

Его сердце забилось чаще, когда он мельком увидел, как Аллегра входит в лифт. Она повернула голову, и их взгляды встретились. Через долю секунды двери лифта закрылись.

Тобиас сделал еще один крутой поворот и поднялся по пандусу на следующий уровень, где тоже не оказалось свободных мест.

– Акции «Хант секьюрити» должны достаться мне, – мрачно сказал Тобиас. – Но я не кровный родственник Эсме, а Аллегра Мэллори ее родня. Значит, условия завещания будут выгодны Аллегре.

Его прадед Джебедайя знал это лучше всех.

– Не забывай, что Эсме финансировала спа-бизнес Аллегры, и Аллегра провела у постели Эсме несколько месяцев.

Недолгая пауза.

– Ты действительно думаешь, что Аллегра может сделать что-то подобное? Я читал сплетни в Интернете, но их писала Баффи Гамильтон.

Тобиас с трудом себя контролировал, что было необычно, потому что он никогда не терял хладнокровия, особенно с Джей Ти. Они вместе воевали в Афганистане.

– Ты встречался с Баффи. По-моему, тебе следует знать.

– Ты говоришь, как Джулия. Я провел уикэнд на яхте ее отца, – пробормотал Джей Ти. – Есть разница.

Джулия была девушкой, с которой Джей Ти недавно расстался. Тобиас нахмурился.

– Ты не сказал мне, что это стало причиной разрыва.

– Скажем так: были другие причины, но Джулия считает, что во всем виновата Баффи.

– То есть речь о ком-то третьем?

Неудивительно. Джей Ти был рослым, загорелым, светловолосым, и женщины считали его неотразимым. Кроме того, он был сыном магната, владеющего недвижимостью во Флориде, поэтому у него не было недостатка в подружках.

– Не совсем так. Та, которая меня заинтересовала, не Баффи.

– Вернемся к завещанию, – категорично сказал Тобиас. – Шесть месяцев назад Эсме сделала Аллегру бенефициаром своего тайного завещания. Это означает, что Эсме сделала то, чему я не обрадуюсь.

– Я так понимаю, что Эсме была по натуре скрытной. Я просто сомневаюсь, что Аллегра воспользовалась ситуацией, когда умирала ее родственница.

Тобиас напрягся. В последний раз, когда он обсуждал завещание с Джей Ти, они думали одинаково. Теперь складывалось ощущение, что Джей Ти вступил в фан-клуб Аллегры Мэллори.

– Я не знал, что ты знаком с Аллегрой, – сказал Тобиас.

Краткое молчание.

– Ну, мы встречались пару раз. Джулия была клиенткой ее спа-центра, где делала травяные обертывания и принимала грязевые ванны. И мы пригласили Аллегру на ужин с друзьями.

Тобиас стиснул зубы. Не найдя места на верхнем этаже, он спустился на нижний уровень парковки и наконец заметил отъезжающую машину.

– Я полагаю, это было до того, как ты расстался с Джулией.

Наступила напряженная тишина.

– В противном случае я бы вряд ли пригласил Аллегру на ужин, – ответил Джей Ти.

– Да, – тихо сказал Тобиас. – У вас было свидание.

Джей Ти и Джулия расстались месяц назад. Теперь Тобиас задавался вопросом, не из-за Аллегры ли он распрощался с Джулией. Если верить сплетням в Интернете, Джей Ти мог стать очередным богатым любовником Аллегры.

– Я попросил тебя присутствовать при оглашении завещания только по одной причине. Увидимся через несколько минут.

Тобиас прервал звонок и припарковался почти рядом с белым кабриолетом Аллегры. Он посмотрел на часы и рассердился: он опоздал на десять минут. Выйдя из внедорожника, он зашагал к лифтам и нажал кнопку с номером этажа. Поднимаясь вверх, он вспомнил свой последний разговор с Эсме, которая даже в свои девяносто два года была волевой и властной манипуляторшей.

Присутствие Аллегры на оглашении завещания гарантировало, что изменения его условий коснулись внучатой племянницы Эсме.

Тобиас вошел в шикарный офис адвокатской фирмы Эсме и проследовал в кабинет адвоката Филипса.

Войдя в дверь, он уставился на Аллегру. Она посмотрела на него карими глазами, и он напрягся. Несмотря на то что он встречался с другими женщинами, которые идеально подходили ему, как и его бывшая подружка Линдси, он по-прежнему хотел Аллегру Мэллори.

Он мрачно подумал о давних историях семей Мэллори и Хант. Александра Мэллори переспала с Джебедайей, а затем обманула его и обогатилась за его счет. Это был первый удар.

Семьдесят лет назад Эсме избежала финансового краха, окрутив богатенького деда Тобиаса – Майкла Ханта. Это был второй удар.

Эсме была красавицей, а вот Аллегра, с ее густыми волосами, изящными скулами и упрямым подбородком, была по-настоящему роскошной.

Но даже в этом случае, черт побери, Тобиас ни за что не позволит Аллегре Мэллори продолжить семейную традицию.

Третьего удара не предвидится.

Глава 2

Аллегра отвела взгляд от задумчивых, магнетических глаз Тобиаса. У нее сложилось ощущение, что, заняв его место на стоянке и опоздав на добрые пятнадцать минут на встречу, она бросила ему вызов.

И он его принял.

Вина за агрессивное поведение по отношению к Тобиасу сменилась сильным раздражением. Она не могла не думать о том, что впервые в жизни Тобиас не получит желаемого.

Спокойно вздохнув, она расслабила мышцы лица. Но сохранять хладнокровие было трудно, потому что широкоплечий, властный и сероглазый Тобиас, войдя в комнату, словно выкачал из нее весь воздух.

Аллегра машинально потеребила пальцами простой, но стильный бриллиантовый браслет на запястье, который она выиграла на конкурсе красоты. Она нарочно надела бриллианты на эту встречу не только потому, что они подходили к любой одежде, но и потому, что украшения напоминали ей: она успешная и целеустремленная женщина, и успех не основан на ошибках других людей.

За прошедшие два с половиной года после фальшивого скандала, положившего конец ее успешной деловой карьере в Сан-Франциско, ей пришлось признать многие ошибки.

Решительно игнорируя Тобиаса и его красноречивого адвоката Джей Ти, она холодно посмотрела на Филипса.

– Может, начнем? – спросила она. – В полдень у меня назначена встреча, и я не хочу на нее опоздать.

Под встречей она имела в виду посещение модного веганского кафе, где готовили ее любимый салат из трав и орехов и шоколадные конфеты, за которые можно было заплатить миллион, но никому из присутствующих не нужно было об этом знать.

– Мы тоже не хотим, чтобы вы опаздывали, – тихо, но резко произнес Тобиас, и Аллегра насторожилась.

Очень стараясь не краснеть, Аллегра пристально смотрела на Филипса, который оценивающе поглядывал на нее и передавал ей копию завещания. После шести месяцев работы в финансовой фирме, где было полно мужчин, которые не верили, что умные женщины бывают еще и красивыми, она привыкла к подобным взглядам.

Из-за того что она унаследовала каштановые волосы Мэллори, карие глаза и потрясающую фигуру от матери, мужчинам было трудно воспринимать ее всерьез. Поэтому на работе она всячески старалась не слишком выделяться.

Однако сегодня она не собиралась выглядеть скромно. Платье удачно подчеркивало ее фигуру и притягивало взгляд к декольте, и было достаточно коротким, чтобы продемонстрировать ее длинные ноги. Подходящий жакет-болеро придавал образу более деловой вид, в то же время подчеркивая талию и грудь.

Вместо французской косы она уложила волосы в свободный пучок и надела бриллиантовые серьги от Шанель, подаренные ей отцом по случаю окончания школы. Ее братья сердились, что получали от отца только часы, но что она могла им ответить? Аллегра была папиной дочкой.

В любом случае платье и жакет, помимо того что они придавали Аллегре ухоженный и элегантный вид, так необходимый в ее бизнесе, были созданы молодым и популярным дизайнером деловой одежды Франческой Мессена.

Может показаться странным, что Аллегра носит одежду, сшитую и созданную женщиной, которая спала с Тобиасом как до, так и после того, как он переспал с ней самой. Но если Аллегра покупает одежду от Франчески, значит, она полностью успокоилась после предательства Тобиаса.

И само собой разумеется, что она простила Франческу. Аллегра постоянно напоминала себе, что Франческа в принципе хороший человек. Просто она раньше не понимала, какой мерзавец Тобиас. Если Аллегра не станет носить бренд «Мессена», значит, она живет во вселенной, которую контролирует Тобиас.

Филипс начал читать завещание. Аллегра бегло просмотрела первую страницу, понимая, что ее ждет сюрприз, который ей не понравится. Этот сюрприз мог иметь отношение только к «Мэдисон-спа», потому что Эсме принадлежало пятьдесят процентов акций этой компании.

Слишком поздно сожалеть о том, что она позволила своей двоюродной бабушке инвестировать в компанию, а не взяла ссуду в банке.

Всего четыре месяца назад, узнав, что Эсме смертельно больна, Аллегра предложила выкупить у нее акции, но Эсме сказала, что в этом нет необходимости, поскольку она завещает их Аллегре. Эсме категорически не хотела показывать Аллегре копию завещания.

Теперь ее ждал наихудший сценарий. Контроль над бизнесом, который она основала и страстно любила, может перейти к Тобиасу Ханту!

Вытащив из сумочки очки для чтения, Аллегра надела их и попыталась сосредоточиться на юридическом документе. Обычно она отлично разбиралась в таких делах благодаря степени магистра финансов. Но сейчас, когда Тобиас вышагивал по огромному офису Филипса, словно лев в клетке, Аллегре было трудно сосредоточиться.

На третьей странице она увидела следующее условие:

«Аллегра должна прожить в пляжном особняке Эсме целый месяц с Тобиасом, иначе она потеряет долю в своем бизнесе».

Ей стало жарко, потом холодно, потом снова жарко. Она перечитала условие, думая, что ошиблась.

Проведя ночь с Тобиасом, она обо всем рассказала Эсме. Слова практически вылетали из нее, потому что Аллегра была уверена, что у них с Тобиасом есть будущее. Как и ожидалось, Эсме отреагировала сдержанно. Хотя она вышла замуж за Ханта, Эсме знала, что Тобиас – последний мужчина на планете, с которым надо сходиться Аллегре, потому что ненависть между семьями Хант и Мэллори по-прежнему жива.

Слишком поздно сожалеть о том, что Аллегра рассказала Эсме свой сокровенный и мрачный секрет. Секрет, который ее двоюродная бабушка обещала никому не открывать.

Теперь выясняется, что прошлое не похоронено. Казалось, что Эсме сватает Аллегру и Тобиаса из могилы.

Аллегра нахмурилась. Она тяжело вздохнула, внезапно почувствовав, что Тобиас стоит, скрестив руки на груди, и пялится на нее серыми глазами так, словно проживание с ним в одном доме – ее идея. Словно она заставила Эсме переписать завещание, потому что все еще хочет Тобиаса.

Она густо покраснела.

Джей Ти, с которым она познакомилась, потому что его бывшая девушка Джулия раньше была постоянным клиентом «Мэдисон-спа», выглядел расслабленнее, но смотрел на нее холодно и внимательно.

Если не считать унижения, присутствие Тобиаса и Джей Ти должно было заставить Аллегру почувствовать себя сраженной и загнанной в угол. Но она выросла с четырьмя старшими братьями, которые были намного старше ее, и с тех пор, как ей исполнилось пять лет, она ловко им противостояла.

Глубоко вздохнув, Аллегра заставила себя расслабиться. Она делала именно то, что ей не советовал делать психолог: она перенапряглась. Проблема в том, что ей нравится все контролировать, а после смерти Эсме ситуация явно вышла из-под контроля.

Сделав медленный глубокий вдох, она на секунду закрыла глаза, стараясь сосредоточиться при помощи визуализации. К сожалению, успокаивающий образ прозрачного, залитого лунным светом озера превратился в бурлящий водоворот с воронкой в центре.

Она резко подняла веки. Тобиас уставился ей в глаза, потом посмотрел на ее губы.

– Итак, выхода нет, – пробормотал он себе под нос.

Сердясь на то, что его заявление отражает ее собственные мысли, Аллегра посмотрела на него в упор, вздрогнула и сильнее разозлилась.

Тобиас встал так, что его широкие плечи закрыли палящие лучи солнца, струящегося в окно офиса Филипса. Он пристально посмотрел на адвоката сдержанным и пугающим взглядом.

– Позвольте мне уточнить. Если я не буду жить в одном доме с Аллегрой, я потеряю долю в своем бизнесе?

Судя по заявлению Тобиаса, он может потерять гораздо больше Аллегры. Он – генеральный директор многомиллиардной охранной фирмы. Аллегра знала, что акции, которые дед Тобиаса оставил Эсме несколько лет назад, были голосующими. Это означало, что их владелец имел право голоса в вопросах корпоративной политики.

Она понятия не имела, сколько они стоят. Хотя, учитывая продажи простых продуктов безопасности, вроде домашней и автомобильной сигнализации, чрезвычайно дорогое детективное агентство и службу безопасности ВИП, а также военные контракты и спутники, стоимость акций могла исчисляться миллионами.

Филипс, похожий на бывшего военного, с короткой стрижкой и квадратным подбородком, небрежно перевернул страницу и ответил:

– Все правильно.

Аллегра хладнокровно привлекла внимание Филипса к себе:

– А если я не проживу в доме моей двоюродной бабушки в течение месяца, я потеряю долю в своем бизнесе в пользу Тобиаса? «Мэдисон-спа» важен для меня…

Филипс недоверчиво посмотрел на нее, что свидетельствовало об одном: в какой-то момент во время оглашения завещания он присоединился к волчьей стае Тобиаса.

– Условия, касающиеся акций, записаны в пункте 16С.

Тобиас прислонился к краю огромного адвокатского стола из красного дерева и скрестил руки на груди.

– Меня не интересуют акции вашего салона красоты.

– Это не салон красоты, – отрезала она и заставила себя сосчитать в уме до пяти.

При общении с властными альфа-самцами, вроде Тобиаса, эмоции – пустая трата времени. Важны знания и логика.

Она встретила взгляд Тобиаса и попыталась не замечать аромат его дорогого мужского одеколона.

– Я уверена, вы знаете, что «Мэдисон-спа» – эксклюзивный спа-центр, специализирующийся на избавлении клиентов от стресса.

– Это я и имел в виду. Это не моя сфера деятельности.

– Я рада, что в этом мы понимаем друг друга, – спокойно сказала Аллегра, – потому что производство автосигнализации и дверных замков меня тоже не интересует.

После короткого молчания он произнес:

– «Хант секьюрити» производит не только замки и сигнализацию.

– Ой, я забыла. У вас есть какое-то детективное агентство.

Джей Ти то ли кашлянул, то ли хихикнул. В глазах Тобиаса появились веселые искорки.

– Думаю, можно и так описать частные расследования «Хант секьюрити».

Аллегра внезапно поняла, что ее заводят пререкания с Тобиасом. Но ей меньше всего надо к этому привыкать.

Она одарила его холодной улыбкой. Сейчас Тобиас богатый и влиятельный человек, но ее семья, несмотря на то что последние пару поколений она испытывала финансовые проблемы, когда-то тоже была богатой и успешной.

Джей Ти, который до этого момента не принимал никакого участия в разговоре, произнес:

– Не налегай на Аллегру, Тобиас. Ты же знаешь, какой упрямой и непредсказуемой была Эсме.

– Если вы считаете, что у Эсме была деменция, – вмешался Филипс, – то вы ошибаетесь. Всего несколько месяцев назад она проходила обследование, которое подтвердило, что она в здравом уме.

Джей Ти нахмурился:

– Если у нее не было деменции, зачем она оставила такое завещание?

Аллегра тоже задавалась этим вопросом. Если Эсме была в здравом уме, значит, кто-то заставил ее вписать в завещание эти сумасшедшие условия. А поскольку Тобиас никогда не захотел бы жить с Аллегрой в одном доме, он наверняка считает ее виноватой.

Выслушав намеки и завуалированные оскорбления, она положила очки в футляр и убрала его в сумку, а потом плавно поднялась.

– Несмотря на то, во что вы верите, я не знаю, что, черт побери, заставило мою двоюродную бабушку вписать такие условия в завещание. Она отлично знала, что я предпочту застрять на необитаемом острове, а не проводить ночь под одной крышей с Тобиасом.

Аллегра холодно посмотрела на Тобиаса, просто чтобы убедиться, что он правильно ее понял. Она затрепетала, заметив, как он прищурился и уставился на нее. Получается, ее несогласие имело совершенно противоположный эффект. Он не обиделся на нее. Ему понравилось то, что она сказала.

Словно ее категоричный отказ возбудил его.

Глава 3

Тобиас нахмурился:

– Если Эсме знала, что бессмысленно помещать нас в один дом, зачем она поставила такое условие?

Неправильный вопрос. Два года назад Аллегра была уязвима и растеряна после того, что случилось в Сан-Франциско, и слишком доверяла Тобиасу. Теперь она старше, умнее и намного веселее.

– Может быть, Эсме вписала это условие ради тебя, а не меня, – сказала она.

Он скрестил руки на груди.

– Ладно, я тебе подыграю. Почему Эсме решила, что мне нужно пожить с тобой месяц?

– Из-за Франчески Мессена, – ответила она. – И ее сестры-близнеца Софи.

Аллегра считала, что спокойная и жизнерадостная Франческа Мессена была из тех женщин, с которыми любят встречаться мужчины. У Софи была репутация сдержанной и деловой женщины, которая больше интересовалась бизнесом, чем мужчинами.

Внезапно подумав о том, что она никогда по-настоящему не привлекала Тобиаса, потому что, как и Софи Мессена, она ему не пара, Аллегра сильнее рассердилась. Если это так, то их совместная ночь намного бессмысленнее, чем она думала.

Тобиас ущипнул себя за переносицу.

– Почему мы говорим о близнецах Мессена?

Аллегра стиснула зубы, размышляя о том, что Тобиас переспал с ней, хотя она ему не нравилась.

– Ты таскался за обеими близняшками Мессена.

– Я бы не назвал это так.

– Называй как угодно, – холодно сказала она. – Дело в том, что всего несколько месяцев назад обе сестры вышли замуж и сыграли свадьбу в один день.

– Я помню эту свадьбу, потому что был на ней.

– Не хочу придавать этому большого значения, но Эсме знала, что твоя личная жизнь, скажем так, катится в пропасть. Очевидно, она волновалась по поводу того, что ты не можешь найти себе женщину.

– И она решила мне немного помочь.

Аллегра вознаградила Тобиаса профессиональной улыбкой, словно клиента спа-центра.

– Я просто предполагаю.

Филипс откашлялся, нарушая напряженную тишину в комнате:

– Однако вам не изменить условий завещания, мисс Мэллори. Есть еще кое-что.

Аллегра моргнула и села. Филипс начал зачитывать второстепенные условия завещания. Драгоценности Хантов – большая коллекция бездушных бриллиантов, хранящихся в банке, достались Тобиасу. Она нахмурилась, когда Филипс упомянул коллекцию сувениров Мэллори и портрет Александры Мэллори – матери Эсме и прабабушки Аллегры.

Она не знала, что существует такая картина.

– Эти памятные вещи тоже в банковских сейфах?

Филипс просмотрел отдельную страницу, лежавшую на его столе.

– Нет. Эти памятные вещи, которые не представляют особой ценности, ваша двоюродная бабушка хранила на чердаке пляжного дома.

Эсме, конечно же, оставила Тобиасу свой пятизвездочный курорт «Оушен бич резот», построенный на деньги Ханта. На мгновение Аллегра опешила. Условие о проживании вместе с Тобиасом создавало впечатление, что она пытается заманить Тобиаса в ловушку, как обычная охотница за миллионами.

Она вспомнила события, которые произошли два с половиной года назад. Тогда ее финансовая карьера рухнула, потому что оба руководителя фирмы, в которой она работала, обвинили ее в попытке обменять сексуальные услуги на деньги, продвижение по службе и даже драгоценности. И все потому, что она совершила роковую ошибку и зарегистрировалась на сайте знакомств «для руководителей».

Один раз она встретилась с руководителем высшего звена по имени Хэллидей. Она не знала, что это был руководитель фирмы, в которой она работала. Он на несколько недель уезжал из офиса в Сан-Франциско, открывая новый филиал в Сан-Диего, и зарегистрировался на сайте под вымышленным именем. Будучи мужем дочери босса, он притворялся холостяком на просторах Интернета. Узнав, кто он на самом деле, и отказав ему, Аллегра получила удар. Защищая свою карьеру и свой брак, Хэллидей заявил в социальных сетях, что Аллегра предложила ему переспать с ним ради денег и продвижения по службе.

Но и этого оказалось недостаточно. Другой руководитель той же фирмы – Фишер, он же близкий друг Хэллидея и племянник одного из партнеров, тоже женатый и пользующийся тем же сайтом знакомств, сделал Аллегре предложение в ее кабинете. Когда он не принял ее отказ, ей пришлось отбиваться от него с помощью большого степлера.

Получив боковой удар в челюсть, после которого на ней остался синяк, а из разбитой губы пошла кровь, Фишер отшатнулся, зацепился ногой на стул и упал на пол. Все могло бы обойтись, если бы в офис не зашел стажер. Покраснев от смущения, Фишер рванул в коридор, а потом продолжил клеветать на Аллегру в Интернете, утверждая, что она пыталась соблазнить его и хотела выудить у него драгоценности.

В результате Аллегру вызвали в дисциплинарный комитет фирмы. Несмотря на то что выводы комитета были неубедительными из-за отсутствия доказательств, у нее начались проблемы на работе. И тогда она написала на форум, обо всем рассказывая управляющим партнерам.

Ей не нравилась несправедливость, а нежелание боссов проводить расследование из-за кумовства стало последней каплей. Если они лгали и прикрывали своих руководителей, им нельзя было доверять свои деньги. Она не могла делать карьеру в такой компании, поэтому уволилась оттуда.

К сожалению, в результате стресса у нее обострилась тахикардия. От этого заболевания она страдала, когда училась в университете. Врачи объяснили Аллегре, что ей следует поменьше волноваться и не предъявлять к себе повышенных требований.

Она посмотрела в глаза Тобиаса.

– Я предлагаю простое решение. Я попрошу своего адвоката составить документ, в котором я отказываюсь от всех прав на… – сказал он.

– Обратите внимание на пункт C, – произнес Филипс. – Если вы откажетесь от своих прав на отель, они перейдут к старшему из ваших ближайших родственников. То есть к вашему брату Куину.

Она пристально посмотрела на Тобиаса:

– Я не понимаю, что здесь происходит. Мы говорили с Эсме только об акциях «Мэдисон-спа», которыми она владела. Четыре месяца назад я хотела выкупить их у нее.

– Значит, совместная жизнь со мной не твоя идея?

Она замерла:

– Зачем мне жить в изолированном особняке с человеком, с которым я меньше всего хочу делить свое личное пространство?

Она встала, перебросила ремешок сумочки через плечо и посмотрела на умные часы на запястье. Она сразу увидела, что пропустила звонок от своей ассистентки Дженис.

Тобиас не скрывал недоверия.

– Другими словами, Эсме придумала это сама?

– Да. – Сердце Аллегры быстро заколотилось, и от страха засосало под ложечкой. Она боялась, что ее деловая репутация опять будет уничтожена. Сейчас она подыскивает новое помещение для второго спа-центра, но на его создание уйдут месяцы. Если она лишится своего бизнеса в ближайшие недели, то ей некуда будет идти.

Вздохнув, чтобы успокоиться, она мысленно сосчитала до трех. Потом холодно посмотрела на Филипса.

– Мы с вами виделись раньше? – спросила она.

Он застыл, словно под перекрестным допросом.

– Не могу вспомнить.

– Верно. Потому что мы никогда не встречались. Зачем нам с вами встречаться? Вы были адвокатом моей двоюродной бабушки и вели ее личные дела, которые не имеют ко мне никакого отношения.

Тобиас сдвинул брови:

– То, что вы никогда не встречались с Филипсом, ничего не доказывает.

Аллегра перевела взгляд на Тобиаса:

– По-твоему, я воспользовалась положением Эсме, когда она лежала на кровати, и повлияла на нее, чтобы она изменила свое завещание? Но если это так, почему я не попросила у нее больше? Например, дом и бриллианты. Эти очень дорогие активы она завещала тебе. И прежде чем ты спросишь, я скажу: мне не нужен дом и бриллианты. Я могу купить их себе сама. И мне не надо ничего доказывать по поводу завещания. Я живу в Майами чуть больше двух лет. За это время мы с тобой бывали в одной комнате раз пять. Два раза из них – на похоронах Эсме и сейчас при оглашении завещания. Если ты пытаешься меня в чем-то обвинить, значит, твоя личная жизнь в самом деле никуда не годится.

Она положила копию завещания в сумочку.

Наверное, ей следовало проигнорировать то, что сказал Тобиас. Но его заявление о том, что она преследует его, задело Аллегру за живое. Кроме того, сейчас она находится в комнате с мужчинами, которые относятся к ней как к женщине, готовой использовать свои прелести ради достижения желаемого. Это стало неприятным напоминанием о том, через что она прошла в Сан-Франциско.

Она направилась к двери, но Тобиас подошел первым и открыл ее. Даже сейчас он вел себя как джентльмен.

Бросив на него свирепый взгляд, она постаралась не замечать его красивые скулы и шрам на переносице. Наверное, он получил этот шрам во время драки в баре или в бою. Неожиданно ей стало не по себе, когда она представила Тобиаса в военных условиях. Потом она вспомнила, как они вместе лежали в постели и обнимались.

– Ты указываешь пальцем на меня, но, может быть, именно ты повлиял на Эсме? – сказала она Тобиасу.

– А зачем мне жить с тобой в одном доме целый месяц? – спросил он.

– Потому что ты тайно влюблен в меня и не можешь устоять передо мной. И это единственный способ устроить свидание со мной!

* * *

Выйдя за дверь, Аллегра захлопнула ее перед носом Тобиаса. Он уставился на гладкую дверную поверхность из красного дерева.

Он старался не смотреть на россыпь едва заметных веснушек на носу Аллегры и не вспоминать обдуваемую ветром молодую женщину на пляже, а также румянец, появившийся на ее скулах, когда она взглянула на шрам у него на носу.

Или внезапное понимание того, что Аллегра по-прежнему хочет его. И ему совсем не нравилось, что желание Аллегры стало единственной причиной сумасшедших условий в завещании Эсме.

После заявления Аллегры о том, что у него проблемы с личной жизнью, Тобиас нахмурился. Последние пару лет, пока его дядя не ушел с поста генерального директора «Хант секьюрити», Тобиас занимался финансами. Он полгода работал с Габриэлем Мессена и встречался с сестрами-близнецами Мессена, но только как друг.

Он знал о комментариях в социальных сетях, в которых указывалось, что Софи и Франческа Мессена сошлись с другими парнями. Но какими бы великолепными ни были Софи и Франческа, Тобиас относился к ним скорее как к сестрам, чем подругам.

Его поразило осознание того, что Аллегра была его единственной подружкой за более чем два года.

Он встречался с Франческой Мессена до и после того, как переспал с Аллегрой, потому что хотел раз и навсегда избавиться от влечения к Аллегре. К сожалению, тактика не сработала. Встречаясь с Франческой, он не переставал хотеть Аллегру.

Ей надо было просто войти в комнату, чтобы он возбудился.

Филипс встал и тоже уставился на дверь.

– Вы выдержите следующий месяц? Она очень вспыльчивая.

– Я выживу.

Легкий цветочный аромат духов Аллегры витал в воздухе. Обычно Тобиас не обращал внимания на такие детали, как женские духи, но с Аллегрой ему было трудно что-либо забыть. Например, ее веснушки. А также то, что она пользовалась такими же духами, как и в тот день, когда они занимались любовью.

Это стало ярким напоминанием о том, что два года назад, несмотря на все доводы, по которым ему следовало оставить Аллегру в покое, Тобиас не устоял перед ней. Он забыл о своем привычном хладнокровии и погрузился в водоворот страсти, из которого было трудно выбраться.

Только после тревожного звонка от Линдси он сделал то, что должен был делать с самого начала. А именно собрать информацию об Аллегре. Он обнаружил, что недавно она была связана романтическими узами как минимум с двумя миллионерами Западного побережья. И Тобиас перестал винить себя. Он решил, что та ночь, которую они с Аллегрой провели вместе, была для нее очередной случайной связью.

Теперь ему предстоит прожить с Аллегрой целый месяц.

Это была не его идея. Наверное, Эсме вписала это условие, чтобы усложнить ему жизнь. И она определенно знала, что Аллегра к нему неравнодушна.

От этой мысли у Тобиаса чаще забилось сердце.

Он приуныл. По непонятным ему причинам он по-прежнему хотел Аллегру. В этом не было логики. Это было обычное желание, которое преследовало его шесть лет. Желание, которое он упорно игнорировал, надеясь, что оно пройдет.

Выйдя из офиса Филипса, Тобиас подумал, что, вероятно, ему надо попробовать тактику, которую он должен был использовать все это время.

Пусть желание разыграется с новой силой в течение следующего месяца, а потом умрет естественной смертью. В конце концов, проживание с Аллегрой под одной крышей не подразумевает интимные отношения. Он напрягся, подумав об Аллегре в его постели.

Всего один месяц, и потом все закончится.

Он не знал, почему не подумал об этом решении раньше. Если бы он так сделал, то сейчас уже освободился бы от неудобного влечения, которое до сих пор разрушает все его потенциальные отношения с женщинами за прошедшие шесть лет.

Он заметил в конце коридора Аллегру, которая ждала у лифта. Она взглянула на Тобиаса, словно почувствовала его присутствие у себя за спиной.

Джей Ти, проверявший свой телефон, поднял голову:

– Может, она придержит для нас лифт?

Ага, черта с два!

Не после того, как Аллегра заняла парковочное место Тобиаса, а потом закрыла дверь Филипса перед его носом.

Тобиас стиснул зубы, когда Аллегра вошла в лифт и поехала вниз. Он нажал кнопку вызова другого лифта. Смотря на указатель этажей над дверью, он подумал, что Аллегра повела себя точно так же, как на парковке. Это означало, что она заметила его взгляд и намеренно обогнала его.

Он сильнее возбудился, потому что ни одна другая женщина не осмеливалась противостоять ему. Что бы Аллегра ни говорила, она наверняка приложила руку к завещанию Эсме. Но самое главное в том, что она хочет Тобиаса.

Он вздрогнул, представив, как она лежит обнаженной в его объятиях. И внезапно следующий месяц перестал казаться ему тюремным заключением.

Глава 4

Аллегра с удовлетворением наблюдала, как мигают номера этажей, пока лифт спускался в подземный гараж.

Вспомнив, как она увидела Тобиаса и Джей Ти выходящими из офиса Филипса, она сильнее разволновалась. Войдя в лифт, она нажала кнопку. Это была ее маленькая месть. После того, что случилось в офисе Филипса, ни Тобиасу, ни Джей Ти не следовало ожидать, что они поедут с ней в лифте. К счастью, она правильно рассчитала время, поэтому они не успели войти в ее лифт.

Спускаясь вниз, она проверила прическу и макияж в зеркале. Несмотря на суматоху, она выглядела почти так же идеально, как при выходе из дома. Участие в конкурсе красоты научило ее тому, что, каким бы паршивым ни было твое настроение, ты обязана улыбаться.

Напевая себе под нос, она вставила в уши наушники и включила успокаивающую музыку на телефоне. Потом проверила свой пульс с помощью датчика на часах. Меньше всего ей сейчас нужен приступ тахикардии.

Чуть более двух лет назад, когда она попала в реанимацию после проблем на работе, она послушалась совета своего врача, потом проконсультировалась с оракулом – своей матерью – и изменила свою жизнь.

Оба ее родителя хотели предъявить компании «Бернс – Штайн – Хэллидей» обвинения в сексуальных домогательствах на рабочем месте. Но Аллегра не волновалась из-за судебного расследования, которое могло опять привести ее в больницу или того хуже.

После нескольких недель отпуска с Эсме в ее пляжном доме Аллегра решила открыть спа-центр. Эсме, которая в молодости обожала риск и авантюры, решила поддержать Аллегру в основном потому, что устала от того, что с ней обращаются как с измученной старухой. Так появился «Мэдисон-спа». Название «Мэдисон» показалось Аллегре подходящим, потому что и у нее, и у Эсме это было второе имя.

Спа-центр работает уже почти два года и предлагает клиентам косметические и расслабляющие процедуры. В последнее время он стал чем-то вроде места отдыха для вымотанных знаменитостей, которым требовалась «подзарядка». Аллегра планировала открыть второй спа-центр, но в более уединенном месте.

Она уже присмотрела подходящую недвижимость. Через месяц она сможет поговорить с менеджером своего банка и взять кредит на расширение бизнеса.

А пока условия завещания Эсме буквально заперли ее в одном доме с Тобиасом на следующие тридцать дней.

Она логично предполагала, что спа-центр, построенный на деньги Хантов, перейдет к Тобиасу. Она просто не думала, что он лично займет должность менеджера. Эсме удалось не только заставить Аллегру жить в одном доме с Тобиасом, но и объединить их в бизнесе.

Условия завещания не оставляли сомнений в том, что Эсме пыталась сосватать их из могилы. И хуже того, Аллегра была почти уверена: во всем виновата она сама, потому что каким-то образом Эсме догадалась, что ей по-прежнему нужен Тобиас.

Двери лифта открылись в затемненный подземный гараж. Слушая успокаивающую музыку, Аллегра направилась к своей машине. В какой-то момент ей показалось, что ее зовет Тобиас. Но она решила, что ослышалась.

В следующую секунду зазвонил ее телефон. На экране высветился незнакомый номер, но она знала, кто ей звонит.

Она нажала кнопку приема вызова:

– Откуда у тебя мой телефон?

Глубокий, резкий голос Тобиаса произнес:

– Ты сообщила его мне два года назад.

– Чего ты хочешь?

– Повернись и узнаешь, – сказал он.

Отключив телефон, она смущенно посмотрела через плечо, словно не догадывалась, что Тобиас и Джей Ти идут за ней следом.

Она сняла наушники.

– Извини. Ты хотел со мной поговорить?

Тобиас повеселел и помахал ей ключом:

– Тебе это понадобится.

Аллегра сразу узнала красивый брелок для ключей, украшенный бусинами. Это был тот самый брелок, который висел на ключе от дома Эсме.

Стараясь не прикасаться к пальцам Тобиаса, она взяла ключ, и ее захлестнули эмоции. Ей с трудом верилось, что Эсме, которая так тепло к ней относилась, умерла.

Она встретила взгляд Тобиаса, внезапно обрадовавшись тому, что надела туфли на очень высоких каблуках, иначе ей пришлось бы запрокинуть голову.

– Спасибо. Хотя я не хочу жить с тобой.

– Мы будем жить как соседи, – сказал он.

Она прищурилась. И поняла, что, несмотря на все сказанное ею в офисе Филипса, Тобиас действительно думает, будто она преследует его и хочет заманить в ловушку.

Джей Ти по-доброму улыбнулся Аллегре:

– Дорогуша, я думаю, Тобиас знает, что ты не хочешь жить с ним. Я имею в виду, ты уже сказала, почему.

– Не называй меня дорогушей, – отрезала она, и Джей Ти удивленно уставился на нее.

Аллегра не хотела обидеть Джей Ти, особенно когда он ее защищал. Но он не вел себя дружелюбно в офисе Филипса, а после ужасных событий в Сан-Франциско она пресекала любую фамильярность.

Тобиас многозначительно посмотрел на Джей Ти:

– Держись от нее подальше.

Джей Ти настороженно шагнул назад:

– Без проблем. – Он пожал плечами. – Я возвращаюсь в офис.

Шаги Джей Ти эхом разносились по гаражу, пока он направлялся к своей машине. Аллегра и Тобиас остались одни, и напряжение между ними усилилось.

Тобиас нахмурился:

– Что у тебя с носом?

Застигнутая врасплох, Аллегра машинально коснулась переносицы, на которой когда-то была небольшая горбинка.

– Мне сделали операцию. Это не важно.

Тобиас уставился на ее волосы:

– И ты сменила прическу.

Она моргнула, очарованная цветом его глаз, которые казались мягче и темнее и были обрамлены черными ресницами. Она отвела взгляд, не зная, радоваться ли ей тому, что Тобиас заметил изменения с ее носом и цветом волос.

Она сунула ключ от дома в карман сумочки вместе с наушниками, пытаясь понять, с какой стати Тобиас почти хвалит ее. Она решила сохранять нейтралитет и относиться к нему вежливо, как к клиенту.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.