# Июньский дождь

Елена Журавлева

Ульяна не была избалована вниманием мужчин, да она его и не искала, не до этого было, но встретив харизматичного журналиста Дмитрия Ильина, она потеряла голову, влюбилась. Ильин искренне ответил взаимностью Ульяне. Его покорила ее чистая душа и природная доброта. Но счастье длилось недолго. Без объяснения причин Ильин пропал…

Ульяна заставляла себя снова радоваться жизни. Не жизни как таковой, а жизни, которая зарождалась внутри неё. Радоваться этому маленькому человечку, который стал для неё самой жизнью, крохотным, но бесценным сокровищем, оставшимся от огромного слова «Счастье».

В свои тридцать Ульяна жила одна. Работала в редакции городской газеты в небольшом Подмосковном городке. Она не была яркой красавицей, но и дурнушкой ее назвать было нельзя: стройная, голубоглазая, с длинными русыми волосами. С друзьями и коллегами она вела себя просто, без заносчивости и превосходства. В центре внимания быть не старалась, но, в случае необходимости умела заставить уважать себя. Всегда искренне улыбалась, могла поддержать любую беседу, переживала за тех, кому плохо и радовалась с теми, кому хорошо. Но, за последние пять месяцев Ульяна очень изменилась.


На работе Ульяна ещё с большим рвением окунулась в дела. Заполняла мозг деловой информацией до такого состояния, чтоб на размышления о личном не оставалось места. С мозгом она справилась, а вот с душой? С ней сложнее, с ней она справиться не могла. Душа не переставала тосковать и болеть, заставляла искать ответы на вопросы: «Почему так случилось?», «Где он?», «Как жить без него дальше?».

Научиться жить без него Ульяне все-таки пришлось. Ведь без него она жила много лет, а с ним всего несколько дней. Несколько дней, но зато каких – долгожданных, ярких, счастливых. Чтоб увидеть его снова она отдала бы многое, наверное, все, но в этом не было нужды. Дмитрий не объявлялся уже около пяти месяцев, поэтому ее жертвы и она сама, оставались невостребованными. Осознавать это было больно, не осознавать – глупо. Оставалось только смириться с тем, что она ему не нужна.

Ульяна усилием воли заставляла себя успокоиться и переключить все мысли и всю любовь на маленькое существо, которое носила под сердцем.

Когда тоска становилась невыносимой, чтоб не сойти с ума, Ульяна шутила над собой. Говорила, что у нее все как в природе: сначала холодная зима одиночества, потом яркая оттепель счастья, весеннее зарождение новой жизни и, наконец, летнее цветение в ожидании плодородной осени. Именно осенью должен появиться на свет ее малыш и облегчить душевную боль. А пока, пока к боли душевной все чаше добавлялась боль физическая. Беспокоили: навязчивая тошнота, сильная слабость, головокружения, тревожные сны, частая смена настроения. Беспокоили и заставляли задуматься не только о судьбе, но и о здоровье.


В этот день у Ульяны был запланирован визит к врачу. Она решила быстрее закончить дела на работе, чтобы не опоздать в клинику. К счастью, все важные вопросы были решены в первой половине дня, поэтому за полчаса до обеденного перерыва она уже была свободна. Ноющая боль внизу живота то отступала, то усиливалась, о еде не могло быть и речи. Ульяна накинула на плечи плащ и вышла на улицу. Cела на лавочку возле редакции, достала из сумочки телефон чтобы вызвать такси.

– Здравствуйте, вы Ульяна?

Интеллигентный статный мужчина лет сорока сел рядом.

– Да, что вы хотите?

– Я друг Дмитрия Ильина, – тихо сказал он. – Мне нужно с Вами поговорить.

Ульяна оцепенела. Она не могла произнести ни слова. То ли от неожиданности, то ли от незнания как себя вести в данной ситуации. Она смотрела на мужчину удивленными глазами. Смотрела и молчала.

– Вы меня слышите? – спросил незнакомец.

– Простите, я растерялась, – искренне призналась Ульяна. – Вам что-то известно о Диме? – Она постепенно приходила в себя. – Не молчите же, говорите!

– Можно, прежде я задам вам не очень корректный вопрос?

Ульяна кивнула.

– Задавайте.

– Вы ждете ребенка. Он от Ильина?

Ульяна смутилась.

Мужчина понял, что начал слишком резко.

– Простите. Поверьте, я не мошенник и спрашиваю не из праздного любопытства, – он протянул Ульяне свой паспорт. – Посмотрите.

Ульяна взяла документ. «Михаил Рошевский…». Она вспомнила, Дмитрий часто упоминал имя лучшего друга.

– Да, это ребенок Дмитрия.

Михаил достал из портфеля журнал.

Ульяна сразу узнала – это журнал, в котором печатался Ильин. На обложке его фото и анонс статьи «Большая трагедия, большого журналиста». Ульяна побледнела. Она с марта покупала все выпуски журнала в надежде узнать о Дмитрии хоть что-нибудь, но ни его статей, ни информации о нем опубликовано не было. Звонила в редакцию, но и там информацию не давали. Этот номер журнала Ульяна не видела.

– Он жив? – голос Ульяны задрожал, в глазах заблестели слезы. – Выпуск февральский, сейчас уже июнь, он жив?

Рошевский открыл журнал на нужной странице.

– Да. Остальное прочтите сами.

Ульяна дрожащими руками взяла журнал.

– Страшная трагедия произошла, – она шептала отрывки предложений, – десятого февраля на федеральной автодороге… Шестилетняя дочка Дмитрия скончалась на месте… Дмитрий Ильин в бессознательном состоянии, был доставлен в больницу.

Ульяна выронила из рук журнал. К горлу подкатил ком. В глазах помутнело. Воздуха не хватало.

Михаил обнял Ульяну за плечи.

– Тихо, тихо… Дышите.

Чтобы немного прийти в себя, Ульяна сделала несколько глубоких вдохов.

– Дим больше двух недель провел в реанимации, затем два месяца в обычной палате. Черепно-мозговая, плюс нога – по частям ее собирали. – пояснил Михаил. – Известие о смерти ребенка подкосило его окончательно. Масло в огонь подлила еще и бывшая жена – обвинила в гибели дочери. Ильин не выдержал. Сломался. Начал пить. Ушел с работы. Ни с кем не общается, никого не хочет видеть. – Михаил сделал паузу. – Вы же знаете, он безумно любил свою дочь, поэтому потеряв ее, потерял и смысл жизни.

Ульяна слушала Михаила и представляла в деталях все, о чем он говорил. Его слова, пронзая ее мозг, опускались в самое сердце и разъедали раны, которые и так постоянно ныли. Где-то на уровне подсознания, в нынешнем состоянии Дмитрия Ульяна винила себя. Она не разыскала его тогда, в феврале. Она звонила ему, писала сообщения, но он не отвечал. В итоге гордыня взяла верх над добротой. Ульяна решила, что Ильин ее бросил.

– Он ведь был в реанимации, он не видел, не читал.

– Вы о чем?

– Я должна была его разыскать. Я могла…

Михаил снова обнял Ульяну за плечи.

– Не вините себя. Шанс спасти Дмитрия есть. У него в квартире среди бардака и пустых бутылок осталось лишь одно чистое место – журнальный столик. На нем две фотографии – дочери и ваша. Он каждый день смахивает с них пыль и говорит, что больше всего в жизни любил вас обеих. Одну свел в могилу, другую потерял потому, что теперь недостоин.

Михаил замолчал. Ульяна тоже несколько секунд сидела молча. Она уже решила, что нужно делать, но сдвинуться с места не могла. В глазах снова потемнело, земля стала уходить из-под ног. Ульяна несколько раз глубоко вздохнула, зажмурилась, уперлась ладонью в лавку.

Рошевский насторожился.

– Вам плохо?

Ульяна глубоко вздохнула еще раз. Открыла глаза. Посмотрела на Михаила.

– Уже лучше… Отвезите меня к нему, пожалуйста.

Михаил пристально посмотрел на Ульяну.

– Вы уверены? Может лучше в больницу?

Ульяна вытерла слезы.

– Я хочу увидеть его, я должна. Это ваша машина? – она показала рукой на припаркованный неподалеку автомобиль.

Михаил утвердительно кивнул.

Ульяна встала и направилась к машине, не обратив внимания на упавший с плеч плащ.

Михаил подумал: «Дим прав. Добрая, но строгая. Хрупкая, но сильная». Михаил взял плащ и пошел за Ульяной.

– После дождя прохладно. Вы плащ забыли… Подождите.


Ульяна не была избалована мужским вниманием, да она его и не искала. Не до этого было. На втором курсе филфака Ульяна перевелась на заочное обучение и пошла работать стажером в городскую газету. Ее родители – спасатели МЧС – погибли при выполнении служебного долга. Горевать и оплакивать их долго девушке не пришлось. Представители опеки пригрозили забрать в детский дом девятилетнего брата. С тех пор прошло десять лет. Брат пошел по стопам родителей и учится в академии МЧС. Ульяна из девушки–стажера превратилась в руководителя отдела. Она научилась выживать, бороться за место под солнцем, отстаивать свои взгляды и идти к намеченной цели, но в душе осталась той же чистой добродушной девушкой, воспитанной на идеалах классической литературы. Стать бездушной беспринципной стервой, по совету матерых дам-журналисток, Ульяна так и не смогла. В ней был огромный потенциал нерастраченных женских чувств, которые благополучно дремали до тех пора, пока она не встретила Ильина. Встретила и полюбила. Он всколыхнул в ней все – и душу, и сердце, и разум. Рядом с ним она с трудом себя контролировала.