Розанна Батиджелли
Убежище ледяной страсти

Rosanna Battigelli

Rescued by the Guarded Tycoon

© 2021 by Rosanna Battigelli

«Убежище ледяной страсти»

© «Центрполиграф», 2023

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2023

Глава 1

Ледяной дождь хлестал по лобовому стеклу. Дворники работали как бешеные. Ронни вцепилась в руль так, что побелели костяшки пальцев, и до рези в глазах всматривалась в дорогу сквозь муть лобового стекла.

И черт ее дернул отправиться в город, не узнав прогноз погоды. Ронни только что переехала в Парри-Саунд, и ей до смерти надоело распаковывать бесчисленные коробки, поэтому она решила прерваться, чтобы сменить обстановку и побаловать себя поездкой в город. Пройтись по любимым книжным лавкам, выбрать пару-тройку новых книжек, прихватить пиццу и провести приятный вечер в своем новом коттедже с романтическим названием «Зимняя гавань».

Снег пошел, как только она выехала за ворота. Но Ронни не обратила на это внимания. Такая погода в этих местах – обычное дело. Первый снег здесь мог выпасть даже в октябре.

Ронни заглянула в букинистический магазин и, перебрав книжки на нескольких полках, выбрала три книги – две для себя и одну для своего сына, Энди. Подойдя к кассе, чтобы оплатить покупки, она отметила, что покупателей заметно поубавилось. Мелисса, владелица магазина, объявила, что скоро закроется из-за обещанного ледяного дождя.

Ронни поспешила к своей машине. Она прорывалась сквозь шквалистый ветер, прикрывшись рукой от хлопьев мокрого снега, летевших в лицо. К тому же резко похолодало. Мгновенно обледеневшая дорога таила большую опасность. Возвращение в «Зимнюю гавань» теперь уж точно не назовешь приятным.

Сев в машину, Ронни промокнула лицо салфетками и включила зажигание. Когда машина прогрелась, она выскочила наружу, чтобы смахнуть снег с лобового стекла. Однако тут же поняла, что это бесполезно. Надо немедленно трогаться в путь, включить дворники, и надеяться, что она сможет вернуться домой до темноты, когда дороги станут еще более коварными.

Ронни тяжко вздохнула и влилась в поток машин, двигаясь почти наугад.

Она ни за что не сможет притормозить у «Пиццерии Маурицио», подумалось ей. Услужливое воображение немедленно подкинуло картинку настоящей сицилийской пиццы, которую ее кузен Кассон заказал, когда она впервые сюда приехала неделю назад. У нее слюнки потекли при воспоминании о пицце со шпинатом и рикоттой, которой она предвкушала насладиться этим вечером. Ронни вздрогнула, когда ее машина резко вильнула на обледенелой дороге. Выровняв машину, с бьющимся сердцем Ронни сбавила скорость до минимума и улиткой ползла по дороге.

«Сосредоточься, просто сосредоточься», – твердила она себе, чувствуя, как пересохло во рту.

В глазах было ощущение песка, но она не смела оторвать руку от руля, чтобы потереть их.

Слава богу, сына нет рядом. Она с ума сошла бы от страха, будь Энди с ней в машине. Ронни сильно щурилась, чтобы хоть как-то различать дорогу. Сейчас она отчетливо понимала, как человек может быть полностью загипнотизирован мелькающими перед глазами дворниками, которые со свистом сгоняли с ветрового стекла капли ледяного дождя.

Внезапно ее ослепил луч фар автомобиля, и она бросила взгляд в зеркало заднего вида. Ее автомобиль стремительно нагонял огромный черный грузовик с массивной хромированной решеткой радиатора. Ронни нахмурилась. Возможно, водитель не был особенно обеспокоен дорожными условиями, потому что у него или у нее были шипованные шины. Но даже в этом случае он, а Ронни была готова поспорить, что за рулем грузовика мужчина, должен проявлять некоторое уважение к людям, управляющим более скромным по размерам транспортным средством. Особенно в такую жестокую погоду…

Ронни подумывала включить аварийные огни и медленно съехать на обочину, чтобы пропустить грузовик. Она не хотела, чтобы нетерпеливый водитель ехал за ней. Это, мягко говоря, нервировало бы ее, особенно если он начнет ее обгонять.

А судя по всему, он намеревался поступить именно так.

Она решила действовать на опережение. Ронни включила аварийку, а затем свернула на обочину. И тут ей показалось, что руль вырвался из рук, и машину закрутило. Потеряв всякое чувство равновесия и контроля из-за мелькающего в глазах калейдоскопа, Ронни зажмурилась и приготовилась к неизбежному столкновению.

Через несколько мгновений, показавшихся ей вечностью, она открыла глаза и поняла, что опасность миновала. Ее машина просто съехала в кювет и увязла в снегу. Ронни облегченно выдохнула и немного расслабилась.

Она прищурилась и посмотрела на дорогу. Преследовавший ее огромный черный грузовик притормозил у бровки дороги.

Она наблюдала, как дверь грузовика распахнулась и вышел водитель.

Ледяная морось, катившаяся по лобовому стеклу, мешала обзору, но, когда она попыталась завести машину, чтобы включить дворники, шум, издаваемый автомобилем, заставил ее тут же выключить зажигание. Чертыхнувшись сквозь зубы, она ждала, пока водитель приблизится. Ронни прищурилась, мельком заметив рыжеватые волосы, прежде чем мужчина накинул на голову отороченный мехом капюшон своей парки и направился к ее машине. Атлетического сложения гигант, под два метра ростом, шел к ней, по колено увязая в снегу.

А это означало, что она провалится по самые бедра, если рискнет выйти наружу.

Ронни вздрогнула. Ее пальцы начали неметь, даже в перчатках. Ледяной дождь, хлеставший по капоту машины, казалось, усилился, и Ронни охватило неприятное предчувствие.

Нужно позвонить кузену Кассону или его жене Жюстин. Она не предупредила их, что собирается в город…

Она порылась в сумке и снова чертыхнулась, поняв, что забыла телефон дома. Вероятно, он остался на кухонном столе. И теперь ей придется уповать на помощь водителя грузовика. Сначала она должна будет позвонить кузену, а потом вызвать эвакуатор.

Ронни сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, пытаясь успокоиться. Она злилась на себя по нескольким причинам: почему не справилась о погоде перед выездом в город, как умудрилась забыть дома телефон, и, наконец, зачем решила съехать на обочину?

Остается одно – надеяться на помощь незнакомца. Хорошо, если он направляется к ней с добрыми намерениями…

Она всегда гордилась своей независимостью и самодостаточностью. Особенно после ухода мужа, спасовавшего перед опасной для жизни болезнью их сына. Он бросил ее и Энди, когда сыну назначили сеансы химиотерапии. И утешился в объятиях другой женщины задолго до развода. Это был тяжелый удар для Ронни. И тогда она поклялась себе, что никогда больше не будет зависеть от мужчины. И вот она здесь, уязвимая и беспомощная. И у нее нет выбора, кроме как положиться на этого великана. А ведь сложившуюся ситуацию можно было предотвратить, повторяла она про себя в сотый раз, проклиная свою беспечность.

Ронни нервно барабанила пальцами по рулю, наблюдая за приближением мужчины. Она уже могла разглядеть его нахмуренные брови, уловила проблески поразительного голубовато-зеленого цвета в его прищуренных глазах, прямой нос и высокие скулы, а также блестящую золотисто-рыжую щетину над верхней губой, на четко очерченных челюстях и подбородке. Щетина была того же цвета, что и волосы парня, скрытые сейчас под капюшоном его парки. Не желая впускать ледяной дождь, Ронни подождала, пока мужчина не окажется в полуметре от нее, прежде чем опустить окно на несколько сантиметров. Она почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Незнакомец был похож на викинга. Викинг в канадской парке.

– Привет, вы в порядке?

У него был глубокий баритон. Голос соответствовал его росту и комплекции, и на несколько секунд слова застряли у нее в горле.

Ронни боролась с искушением отчитать его за то, что он послужил причиной ее съезда с дороги, но одновременно была благодарна, что он остановился, чтобы узнать, все ли с ней в порядке.

Может быть, не такой уж он и придурок…

Она пристально на него взглянула, завороженная кристальной синевой его глаз, в которых читалось искреннее беспокойство.

– Я… я…

– Вы ударились головой? – спросил он, наклоняясь к ней. – Крови вроде не видно, но у вас может быть сотрясение мозга.

– Э-э-э… хм… нет, – ответила она, запинаясь.

Он снова нахмурился:

– У вас, возможно, шок, и вы ничего не помните. Думаю, лучше всего будет, если я прямо сейчас отвезу вас к доктору. А машину завтра пригонит эвакуатор. Сегодня это вряд ли возможно.

Он наклонился еще ниже, пытаясь разглядеть ее в открытую щелку окна.

– Вы чувствуете боль? В шее? В груди? В ногах? – продолжил допытываться он.

Ронни ощутила его теплое дыхание и видела лишь синеву его глаз. И только мгновение спустя смогла сосредоточиться на его вопросе.

– Нет-нет. – Ронни отрицательно качнула головой и поморщилась. – Но у меня голова разболелась.

– Вот поэтому вам и нужен доктор. Вы могли удариться головой, когда машину крутануло, но не помните этого. Такое часто случается при травме головы. Слава богу, что машина не перевернулась, – добавил он. – Как, говорите, вас зовут?

– Вероника или Ронни, – ответила она.

– О’кей. Вероника или Ронни. Не очень приятно знакомиться при подобных обстоятельствах, но тем не менее рад знакомству. Меня зовут Редмонд или Ред, – улыбнулся он.

Ронни моргнула, неожиданно представив себе незнакомца в обличье викинга, и смутилась, словно он мог угадать ее мысли.

– У вас какой-то подозрительно тусклый взгляд, – озабоченно пробормотал он. – Вас все же следует показать врачу.

– Мне не нужен врач, – возразила она. – Мне нужно позвонить моему… моему.

– Мужу, – закончил он за нее. – Конечно. Только сначала нам нужно добраться до моего грузовика. Похоже, мне придется взять вас на руки, если вы не возражаете.

Щеки Ронни порозовели. Наверняка она сможет дойти до грузовика сама. Однако глубина снежного покрова и быстро сгущавшиеся сумерки, похоже, сделали эту задачу непосильной. Придется положиться на помощь ее спасителя. Она подхватила сумочку и надела на плечо холщовую сумку с книжками.

– За багаж потребуется отдельная плата, – заметил он серьезным тоном.

У Ронни отвисла челюсть.

– Шутите? – сердито спросила она, заметив пляшущих в его глазах чертиков. Ей сейчас явно не до шуток.

– А вы мне поверили? – усмехнулся он.

– Я вас совсем не знаю, – холодно ответила она. – И не понимаю, когда вы шутите, а когда говорите всерьез. А еще я не привыкла прыгать в объятия первого встречного. – Она указала на снег. – Боюсь увязнуть по уши, если не приму ваше предложение, хотя это самое малое, что вы можете для меня сделать.

Он вопросительно взглянул на Ронни:

– Не совсем понял вашу последнюю фразу, но выяснять отношения лучше в тепле кабины грузовика. Не то я и сам превращусь в ледяную статую.

Ронни прикусила язык, чтобы не съязвить. Он подхватил ее на руки, и она инстинктивно обняла его за шею, чтобы держать равновесие. Пока Ред, увязая по колено в снегу, нес ее к машине, Ронни приникла головой к его широкой груди, прячась от колючего ветра со снегом. Она прикрыла глаза, и ее охватило давно забытое чувство защищенности и спокойствия.

Это было странное ощущение. Тем временем заметно похолодало и дорога покрылась скользкой ледяной коркой, опасной для езды.

Интересно, как они теперь доберутся до ее жилья?

Ронни распахнула глаза, поняв, что Ред остановился. Она испытала разочарование, когда он поставил ее на обочину дороги в полуметре от пассажирской двери грузовика. Она бросила взгляд на дорогу. Машин было мало, и они еле ползли. Ронни окинула взглядом грузовик. Ред не заглушил двигатель, чтобы не замерзли стекла, и машина урчала, подобно спящему монстру. Колеса доходили ей до талии, но Ронни сомневалась, что грузовик достаточно маневренен, чтобы доставить ее в коттедж по такой дороге.

– Я бы предложил вам залезть в кабину самостоятельно, но не рискну, имея в виду недавний инцидент. – Баритон с хрипотцой вывел Ронни из состояния задумчивости.

Ред открыл дверь кабины и помог Ронни забраться на пассажирское сиденье.

Она удобно устроилась, наслаждаясь окутывающим ее теплом. Ронни втянула в себя воздух, почуяв запах пиццы. Она оглянулась и увидела за заднем сиденье большую коробку со знакомой надписью «Пицца от Маурицио».

В этот момент водительская дверь распахнулась, и Ред быстро занял место за рулем. Он широко улыбался.

– Проголодались?

Ред едва сдержал смех при виде лица Ронни, которое выражало недоверие и нечто похожее на зависть.

– Я тоже собиралась купить там пиццу, – пробормотала она с явным сожалением в голосе. – Но, услышав о ледяном дожде, передумала заезжать в пиццерию.

– Я готов поделиться, – торжественно провозгласил он. – Но сначала звоните мужу и дайте адрес, куда вас везти. – Ред снова улыбнулся и включил дворники.

– Не будь я в вашей власти, я бы указала дорогу, – неожиданно выпалила она. – Простите за прямоту, но ваш грузовик-монстр буквально накатывал на мой автомобиль. Я занервничала и хотела съехать на обочину, чтобы уступить вам дорогу, а вы пролетели мимо, а мою машину занесло. Вы и есть виновник происшествия. – Ронни скрестила руки на груди и уставилась на своего обидчика, воинственно задрав подбородок.

– Ух ты, я совсем не ожидал такого поворота. Позвольте вам заметить, Вероника или Ронни, я подъехал ближе, потому что хотел дать вам знать, что у вас не работает задняя фара. – Он наклонился к ней чуть ближе. – И хотите верьте, хотите нет, но я соблюдал скоростной режим. – Он смотрел на ее вспыхнувшие щеки, карие глаза и каштановую прядку волос, выбившуюся из-под шапочки. А эти розовые губы с чувственным изгибом…

– Я забыла телефон. Можно мне воспользоваться вашим?

– Конечно, – ответил он, подавив желание улыбнуться. Ее искренность подкупала. Он протянул ей телефон. – Ваш муж, наверное, с ума сходит от беспокойства.

Ее лоб прорезала тонкая морщинка. Она сняла перчатки и взяла телефон. Обручального кольца на левой руке не было.

Из трубки донесся громкий мужской голос:

– Здорово, приятель. Как дела?

Ронни уставилась на телефон, словно услышала голос пришельца из космоса.

– С каких это пор я стала приятелем?

– Ронни? А почему ты звонишь с номера моего друга? Ты где? Не думал, что ты выйдешь из дома в такую погоду.

Ред и Ронни обменялись удивленными взглядами. У них есть общие друзья?

– Я возвращалась из города. Машину занесло, и я съехала в кювет. Он ехал по дороге следом за мной и остановился, чтобы помочь. Свой телефон я забыла дома.

– Как ты? Травм нет?

– Я… я в порядке.

– Уверена? Передай трубку Реду.

Ронни протянула Реду телефон. Ему не терпелось узнать, с кем из его друзей говорила девушка.

– Алло. Подожди, я включу громкую связь. Итак, кто ты, мой приятель?

– Ред, это Кассон. Спасибо, что пришел на помощь моей кузине. Слава богу, что с ней все в порядке.

– Кузина? – Он взглянул на Ронни. Кассон и правда как-то упоминал о кузине по имени Ронни.

– Ты уверен, что с ней все в порядке? – допытывался Кассон. – Она не ударилась головой?

Ред снова воззрился на Ронни. Та закатила глаза.

– Она настаивает, что с ней все в порядке, – проговорил Ред в трубку. – Никаких ушибов не видно. И машина на ходу, просто увязла в снегу, так что колес не видно.

– Я закажу на завтра эвакуатор, – сказал Кассон. – Что же касается коттеджа Ронни в «Зимней гавани», вряд ли вам удастся туда добраться. Все дороги обледенели. А как там у вас в городе?

– Тоже неважно, – ответил Ред. – Мне долго придется добираться до дома.

– Сможешь приютить у себя Ронни на ночь? – спросил Кассон. – Надеюсь, в твоей хижине найдется для нее уголок?

Ред усмехнулся, поймав сердитый взгляд Ронни.

– Думаю, я смогу выделить ей место в моей лачуге.

– Прошу прощения, господа, – вмешалась Ронни. – Ред может высадить меня у ближайшего отеля, если вы не возражаете.

– Ладно. Позвони мне, Ронни, как только устроишься на ночлег, – сказал Кассон. – Спасибо, Ред, дружище. Удачи на дороге.

– До связи, – ответил Ред и отключился.

Он включил радио, поймав конец спортивных новостей. Далее шел прогноз погоды. Диктор объявил о резком ухудшении погоды и просил водителей по возможности покинуть трассу.

– У меня нет другого выхода, кроме как отвезти вас к себе, – заявил Ред, выключив радио. – Ближайший отель гораздо дальше моего жилья.

Он уловил тревогу на ее лице и продолжил:

– Не беспокойтесь. Мой дом не такая уж развалюха. Конечно, кое-что надо бы подправить, но поверьте, это не самое худшее место, где можно застрять…

– Не могу поверить, – пробормотала Ронни, тряхнув головой. – За что мне все это?

– Не убивайтесь вы так, – ободряюще произнес Ред и улыбнулся. – Зато вас ждет шикарная пицца. Давайте выбираться отсюда. Пристегнулись?

Ронни кивнула.

– Тогда поехали. – Он медленно тронулся, целиком сосредоточившись на дороге.

Он вспомнит все, что Кассон рассказывал о своей кузине, позже.

Глава 2

Ронни уставилась на дорогу невидящим взглядом, дворники с шипением метались по лобовому стеклу взад-вперед, словно злились на непогоду, тщетно пытаясь очистить стекло. Вот тебе и тихий вечер в коттедже… Она направлялась к «лачуге» практически незнакомого мужчины. Тот факт, что он и Кассон друзья, несколько успокаивал, но ей отнюдь не улыбалась идея провести ночь в ветхой холостяцкой берлоге, судя по описанию хозяина и Кассона.

По крайней мере, подумала она, он, должно быть, холостяк, потому что не было никаких упоминаний о жене или подруге…

Ронни украдкой взглянула на Реда. Он скинул капюшон, открыв копну волос цвета полированной меди, с завитками на концах. Его скулы и подбородок покрывала густая рыжая щетина, по крайней мере недельной давности.

И все же она не могла отрицать, что он довольно мил и хорош собой. Хотя определение «милый» не совсем подходящее слово для этого… этого викинга.

Он перехватил ее взгляд, и Ронни смутилась, не зная, что сказать.

Ее щеки зарделись, и ей захотелось открыть окно, чтобы остудить горящую кожу.

– Как далеко ваш дом? – выпалила она.

– Не терпится полакомиться пиццей, да? – подначил он, улыбаясь и демонстрируя безупречные зубы.

Внезапно грузовик резко вильнул влево, Ронни вскрикнула и зажмурилась, привалившись к плечу Реда. А когда снова открыла глаза, то увидела, что они движутся по довольно узкой и пустынной однополосной дороге, слабо освещенной фонарями. Никаких домов не было видно. Ронни села ровно и вглядывалась в темноту сквозь мельтешение дворников. Интересно, куда он ее везет?

Сердце Ронни билось в такт с барабанящими по лобовому стеклу каплями ледяного дождя. И тут она заметила возникшие прямо перед ними ворота, богато украшенные в викторианском стиле, по бокам от которых стояли крепкие фонарные столбы. Ее взгляд метнулся к Реду, который притормозил и нацелил пульт на ворота.

– Сезам, откройся, – драматично приказал он, и глаза Ронни расширились, когда двойные ворота распахнулись, а затем закрылись, как только они оказались внутри.

Мгновение спустя в ее поле зрения возник величественный трехэтажный викторианский особняк с фронтонами и арками. Эркерные окна светились в темноте, как яркие глаза. A гирлянда огней, висевшая над крыльцом, огибающим дом, мерцала, двигаясь вместе с ветром и ледяным дождем. Ред остановился на круглой подъездной дорожке, примыкающей к парадному крыльцу.

– Добро пожаловать в мою «лачугу», – сказал он, ухмыляясь. – Я открою вашу дверь.

Он надвинул капюшон и выпрыгнул из кабины, обежал ее и открыл пассажирскую дверь, помогая Ронни выйти. Ступенька уже обледенела.

– Позвольте проводить вас в дом, Вероника или Ронни, а потом я вернусь за пиццей.

Он галантно поддерживал ее под локоть, пока они поднимались по ступеням парадного крыльца.

– Не хочу, чтобы вы, не дай бог, поскользнулись и разбились, не то ваш кузен уничтожит меня. – Он отворил входную дверь с витражным стеклом и посторонился, давая ей войти.

Ронни так и застыла на пороге, пораженная роскошным интерьером фойе: пол из сердолика и черной плитки, стулья с высокими спинками, обтянутые кремовой кожей, антикварные шкафы – все это напомнило Ронни ее любимую детскую книжку Клайва Льюиса «Лев, ведьма и гардероб».

– Позвольте помочь вам снять куртку, Ронни.

Протяжный голос Реда вывел ее из состояния задумчивости, вернув в действительность. Она сняла парку, и он повесил ее в шкаф. Пока она витала в облаках, он уже успел снять и свою куртку, и Ронни не могла не отметить, как ему идет серо-голубой свитер ручной вязки под цвет его глаз и синие джинсы. Высокий и широкоплечий, он напоминал ей футболиста. А его медно-рыжие волосы явно свидетельствовали об ирландских корнях.

– Пойду принесу пиццу, а вы устраивайтесь поудобнее в салоне, – улыбнулся он. – Наверное, зря я снял парку…

Она последовала за Редом в просторный салон с богато украшенным камином, по бокам которого высились встроенные книжные полки с классикой и современными произведениями литературы. Напротив камина стояли два кожаных кресла, а в алькове она увидела элегантный антикварный столик красного дерева и такой же стул возле огромного окна. Ронни казалось, что она очутилась в другой эпохе. Она перевела взгляд на резную дубовую лестницу, ведущую на второй этаж, а затем еще выше, на арочный потолок с рельефом из роз. Она представляла, как выглядит второй этаж.

«И вот в таком великолепии ты, возможно, будешь ночевать», – нашептывал ей внутренний голос.

– Ну, и как вам моя берлога?

Ронни вздрогнула от неожиданности. Она так увлеклась разглядыванием интерьеров, что не слышала, как Ред вернулся.

– Хм, похоже на берлогу из сказки, – сухо ответила она. – Я бы не удивилась, если бы увидела спускающуюся по лестнице Красавицу в шикарном наряде и чудовище, которое за ней следует.

Ред ухмыльнулся:

– Смею вас заверить, что никаких чудовищ в доме не водится, но я могу в него превратиться, если немедленно не съем кусок пиццы. Давайте вместе ее съедим, а потом я покажу вам покои Красавицы.

Она прошла за ним в просторную кухню, оборудованную по последнему слову техники. Ред поймал ее взгляд и заметил:

– Вы, вероятно, удивлены, почему я купил пиццу, имея такую кухню. Просто мне порой нужна передышка. Я не могу готовить блюда высокой кухни каждый день.

Ронни цинично улыбнулась. А этот викинг, видно, парень не промах. Знает, как произвести впечатление на противоположный пол…

Она наблюдала, как он вымыл руки и быстро накрыл на стол, не забыв про бутылку вина.

– Вы позволите? – спросил он, беря ее бокал.

Ронни покачала головой:

– Мне воды, пожалуйста.

Она села за стол. Ред налил ей воды, а себе вина.

– За удачное прибытие домой, – провозгласил Ред, поднимая бокал.

– К вам домой, – поправила она. – Я буду праздновать, когда доберусь до своего дома.

– Вы ведь живете в «Зимней гавани?» – уточнил он.

Ронни отпила глоток воды.

– С недавнего времени, – коротко ответила она, давая понять, что не расположена распространяться о своей личной жизни, и взяла кусок пиццы. На самом деле ее терзало любопытство, и ей не терпелось задать ему кучу вопросов. Например, чем он занимается по жизни? Как он свел дружбу с Кассоном? Из каких мест он родом? Есть ли у него подруга? Что он делает в этом викторианском замке?

– Я позвонил Кассону, – заметил он, принимаясь за пиццу. – Он был рад услышать, что вы в безопасности.

Ронни кивнула и бросила взгляд в окно. Ледяной дождь барабанил по стеклу. Врагу не пожелаешь оказаться в такую погоду на дороге.

– А я буду рад, когда получу прощение от вас, – сказал он, отправляя в рот добрый кусок пиццы.

Ронни перестала жевать и удивленно посмотрела на Реда.

– Простить вас? За что? – А потом добавила: – Кажется, я поняла. За вашу роль в том, что меня занесло и я съехала в кювет. Пожалуй, вы более-менее прощены.

– Ничего себе! – воскликнул он. – А вы, однако, безжалостны, мадам! Я спас вас из снежного плена и привез в приличное и безопасное место, а вы… – Не закончив фразу он воздел руки к небесам.

Ронни в недоумении тряхнула головой. Что он за человек? Может, актер из местного театра? Эта его склонность к драме…

И тут Ронни заметила, как дрогнули уголки его губ.

– Пожалуй, вы заслужили мое окончательное прощение, – произнесла она и уткнулась в свою тарелку с едой.

– Уфф, слава богу, – откликнулся он. – Теперь я смогу спать спокойно. Не стесняйтесь, Вероника или Ронни, угощайтесь, – предложил он, кивнув на блюдо с пиццей.

Ронни надула губы.

– Вы можете выбрать одно мое имя, – сказала она. – я предпочитаю Ронни.

– Хорошо, пусть будет Ронни, – согласился он, подавив улыбку.

Ред чувствовал, что девушка напряжена. И немудрено. Она еще легко отделалась.

– Вы отказались от вина, а не хотите ли травяного чая? – предложил Ред.

– Благодарю вас, но я, пожалуй, допью воду, а потом, если вы не возражаете, проводите меня в комнату для гостей, и желательно без привидений.

Ред ухмыльнулся:

– Духи обитают только в моем кабинете, вон там. – Он махнул рукой в сторону коридора.

Он наблюдал, как она задумчиво скрестила руки на груди. Она выглядела очень молодо: на лице ни грамма косметики, волосы собраны в конский хвост, фланелевая рубашка в сине-красную клетку и джинсы. На вид ей лет двадцать семь – двадцать восемь.

Она пристально на него посмотрела:

– Вы в этом уверены? У такого особняка непременно должна быть своя история. Ему наверняка лет сто или больше.

– Сто пять, если быть точным, – сказал Ред. – И особняк всегда был под хорошим присмотром. Он своего рода цитадель искусства. – Ред почувствовал, что Ронни хочет подробностей и об особняке, и, возможно, о его хозяине.

– Завтра утром я покажу вам дом, если захотите. А сейчас пора уложить вас в постель.

Ее брови изумленно взметнулись вверх, и он мысленно укорил себя за двусмысленно прозвучавшую фразу. Ему совсем не хотелось смущать девушку. Ей и без того сегодня досталось.

– Простите меня за бестактность, – извинился он. – Можем немного посидеть у камина.

– Извините, но я купила новые книги и хотела бы их полистать, – ответила она.

– Хорошо, в таком случае я провожу вас в гостевую спальню, – легко согласился он.

Они поднялись на второй этаж с дубовыми полами и тиснеными золотистыми обоями, миновав несколько полностью меблированных комнат. Реду повезло приобрести особняк с оригинальными интерьерами и антикварной мебелью Викторианской эпохи. Предыдущий владелец, предки которого выстроили особняк более века назад, не имел наследников и решился на продажу, когда узнал, что у него рак в последней стадии и дни его сочтены. Он поручил риелтору найти покупателя, заинтересованного в сохранении особняка в его первозданном виде.

Ред оказался в нужное время и в нужном месте.

Его старый университетский друг Кассон Форрестер обратился в архитектурную фирму Реда с предложением поработать над проектом создания курорта Франклина для реабилитации детей, прошедших курс химиотерапии. Ребенку с родителем или родителями предоставлялась возможность провести неделю на фешенебельном курорте. Ред лично приехал в Парри-Саунд и тут же влюбился в местность, решив инвестировать и собственные средства в недвижимость в известном биосферном заповеднике, охраняемом ЮНЕСКО.

Тогда-то он и узнал о продаже викторианского особняка и решил его купить. Хотя его головная компания находилась в Торонто, а филиалы были разбросаны по всему миру, Ред был очарован местечком Парри-Саунд и возможностью приезжать сюда для смены обстановки и передышки от бешеного ритма жизни крупного города. А когда увидел особняк с дивными окрестностями, то немедленно принял решение о его покупке.

Он приобрел особняк месяц назад и успел переехать, чтобы принять участие в торжественном открытии курорта Франклина. Он нанял команду, чтобы освежить интерьеры, но отремонтировал лишь свою спальню и пару комнат для гостей, оставив все остальное в первозданном виде. Ред неторопливо вынашивал идею капитальной реставрации особняка.

– Мы почти пришли, – сказал он, замедлив шаг, и повернулся к Ронни.

Она в этот момент разглядывала его комнату через открытую дверь и, наткнувшись на него, пошатнулась и выронила из рук сумку с книгами. Он инстинктивно подхватил ее, спасая от падения. На мгновение она оказалась в его объятиях, и Ред почувствовал, как участился его пульс. Ронни быстро отстранилась.

– Извините, – смущенно пробормотала она, поднимая сумку с книгами.

– Ничего страшного, – улыбнулся он в ответ. – Но думаю, нам следует потренироваться, если мы хотим принять участие в танцевальном шоу на телевидении…

Ронни было нахмурилась, но затем рассмеялась. Он был рад такой реакции на свою шутку.

Ред остановился перед следующей дверью.

– Ну вот, это одна из гостевых спален, – объявил он, открывая дверь.

Он включил свет и пригласил Ронни войти, с удовлетворением отметив, что комната произвела на нее впечатление.

– Я хотел сохранить в доме дух Викторианской эпохи. Здесь только новые обои, шторы и постельное белье. Вы первая гостья этой комнаты.

– Чувствую себя королевой Викторией, – пробормотала Ронни.

– Отдыхайте, а если станет прохладно, можете включить газовый камин.

– Спасибо. Мне всегда ночью жарко. – Ронни вспыхнула и опустила взгляд.

Ред понял, что она сожалеет о нечаянном признании.

– Ладно, тогда спокойной ночи.

Ронни посмотрела на Реда.

– Спокойной ночи, – ответила она и плотно притворила дверь.

Ред постоял несколько секунд, уставившись на закрытую дверь, а потом спустился в салон. Он подошел к эркерному окну, выходящему на залив. Ледяной дождь лишь усилился и барабанил по стеклу, стекая вниз мутным потоком из воды и белой ледяной крупы.

Несмотря на бушевавшую непогоду, Ред чувствовал умиротворение и покой. Ему нравилось его приобретение. Он станет приезжать сюда в разное время года, чтобы расслабиться и отдохнуть от суеты повседневных дел. Бывший владелец, Кэмерон Дойл, выразил желание лично встретиться с покупателем. Они беседовали за чаем целый час, и хозяин особняка принял предложение Реда, тем более что у Реда тоже ирландские корни. К тому же Ред обещал сохранить дух и стиль викторианского особняка с вековой историей.

– Возможно, вы найдете себе подходящую невесту, и детский смех снова наполнит этот дом, – выразил надежду мистер Кэмерон, дружески похлопав Реда по спине. Ред улыбнулся, вспоминая ту встречу.

Но улыбка быстро погасла, потому что на ум пришло другое воспоминание – Софи, его бывшая подруга. Они встречались больше года. Он познакомился с ней, когда получил заказ от ее родителей на обновление их поместья и виноградника в Тоскане. Софи помогала родителям вести винный бизнес. У них были виноградники не только в Тоскане, но и на озере Онтарио и в Британской Колумбии.

Ред был занят сначала учебой, потом семейным бизнесом, на личную жизнь совсем не оставалось времени. И вот наконец, встретив Софи, он вспомнил про то, что есть красивые девушки, которых следует приглашать на свидания. Очень скоро он подпал под чары Софи и подружился с ее сынишкой Марко. Он проводил с Марко довольно много времени, пока Софи занималась семейным бизнесом, который включал не только деловые звонки и встречи в городе, но и постоянные поездки на виноградники. Жили они раздельно. Бомба взорвалась после торжественного открытия обновленного виноградника в Тоскане, когда Софи сообщила Реду, что у нее появился новый возлюбленный в Италии, поскольку они с Редом отдалились друг от друга, и им лучше расстаться.

Когда прошел первый шок и злость на Софи за ее предательство немного улеглась, Ред понял, что скучает по Марко. За этот год он сильно привязался к мальчугану и искренне его полюбил. Однако Марко канул в Лету вместе с Софи. И Реду оставалось лишь смириться со сложившейся ситуацией и продолжать жить.

Однако он поклялся себе, что впредь никогда не станет встречаться с женщиной, у которой есть ребенок.

Конечно, когда-нибудь у него появятся собственные дети. Он мечтал, что у него с детьми сложатся близкие отношения, не то что у него с собственными родителями. Конечно, ему грех жаловаться. Когда родители бывали дома, он чувствовал их любовь и заботу, но довольно часто они уезжали в командировки, связанные с международными проектами, которые выполняло их архитектурное бюро. И Ред оставался на попечении няни, которая заботилась о нем, но не могла заменить родителей в наиболее ответственные моменты его жизни. Ред умело скрывал свои эмоции, и родители ни о чем не догадывались, считая, что у них с сыном прекрасные отношения.

В старших классах Ред начал пользоваться успехом у девочек. Его веселый нрав и отменное чувство юмора привлекали противоположный пол. И Ред крутил романы направо и налево. Но отношения неизменно заканчивались, стоило подруге пригласить Реда на обед в родительский дом. Он чувствовал дружескую атмосферу настоящей семьи и ожесточался. Ему не хотелось отвечать на вопросы о собственной семье. И вскоре он прерывал отношения с пассией.

В выпускном классе он встречался с Шэрон, и, когда решил закончить отношения, девушка не приняла его отказ встречаться с ней из-за якобы его желания целиком сосредоточиться на изучении архитектуры.

– Ты ветреный донжуан и меняешь подружек как перчатки, – заявила она. – Ты не способен на серьезные отношения. Что ж, скатертью дорожка. – Она выскочила из кабриолета, хлопнув дверью. – И попробуй быть счастливым в одиночку.

Ред утопил в пол педаль газа и рванул вперед, кипя от ярости и негодования.

Он приехал в дом родителей, которые, как всегда, находились в отъезде на юге Франции. Ред не мог назвать их жилище своим домом. Он упал на кровать и задумался над словами Шэрон. Да, он всегда прекращал отношения первым, потому что хотел быть частью собственной семьи, а не входить в чужую.

Пока он был студентом, Ред не заводил романов, а с головой ушел в учебу.

Когда он получал диплом с отличием об окончании университета в Торонто, родители снова были на другом конце света. Ему не с кем было разделить успех. Пока сокурсники фотографировались и получали поздравления от родителей и близких, он сел в свой «порше», подарок родителей на окончание университета, и уехал в шикарный пентхаус, также подаренный родителями.

Он убрал диплом в верхний ящик стола, вышел в патио и уставился на огни города. Несмотря на все материальные блага и роскошные подарки, на душе было муторно. Он попытался успокоить себя тем, что скоро займет достойное место в фирме родителей и сосредоточится на интересных проектах, которые не оставят времени на эмоциональные переживания.

Ред упорно работал последние восемь лет и стал президентом компании, когда родители отошли от дел, передав в его руки наследие семьи Брэнниган.

Сейчас, год спустя после разрыва с Софи, Ред был увлечен новым проектом в Парри-Саунд, реализации которого посвящал все свое время. В одиночку.

Ред отошел от окна и направился к себе в спальню. Ему нравилось, как он все здесь переоборудовал. Забравшись под одеяло, он вернулся мыслями к своей нежданной гостье, пытаясь припомнить, что Кассон рассказывал ему о своей кузине. Команда Реда из Торонто занималась реализацией проекта. Но он взял пару выходных и лично приехал в Парри-Саунд на встречу со старым университетским приятелем.

Заложив руки за голову, Ред предался воспоминаниям. Он приехал в гости к Кассону вскоре после покупки особняка. В доме друга, кроме его жены и новорожденной дочки, был еще парнишка, которого Кассон представил как своего племянника Адама, нет, мальчугана звали Энди.

После того как Энди вышел из комнаты, Кассон рассказал Реду, что мальчик заканчивает курс химиотерапии и станет одним из первых гостей реабилитационного центра на курорте Франклина в новом году. Он будет на курорте во своей мамой, кузиной Кассона, Вероникой.

Ронни.

Сердце Реда екнуло. И он не знал почему.

Глава 3

Ронни закуталась в уютный махровый халат, который обнаружила в роскошной ванной, примыкающей к спальне, и слушала шум дождя. Комната была чудесной. Она словно попала в другое столетие. Обстановка поражала: огромная кровать резного дерева под балдахином, абиссинский ковер ручной работы с цветочным орнаментом в нежных кремовых, желтовато-оранжевых и салатовых тонах покрывал дубовый паркет. Элегантное кресло с подголовником и гобеленовая оттоманка в том же стиле стояли у камина, богато украшенного фарфоровым орнаментом, а рядом красовался антикварный кофейный столик с винтажной настольной лампой. С потолка свисала затейливого дизайна люстра с дюжиной плафонов в форме позолоченных розочек, мерцающих неярким светом.

Потуже затянув пояс халата, Ронни направилась к окну. Она поежилась при виде струй ледяного дождя, стекающих по стеклу. Хорошо, что особняк Реда оказался поблизости. Она надеялась, что к утру потеплеет, осадки прекратятся, а ледяная корка растает, и Ред отвезет ее в «Зимнюю гавань»…

Ред. Это имя очень ему подходит. Он высокий и сильный, к тому же чертовски хорош собой. Он напомнил Ронни героев ее любимых детских книг про викингов.

Ронни потрясла головой. Господи, что за глупости лезут ей в голову? Она выключила верхний свет и забралась в кровать. Постель была такая мягкая и удобная, что Ронни почувствовала себя королевой. Надо будет обязательно поведать Энди об этом ее приключении, когда сынишка вернется от отца через пару дней.

Улыбка на лице Ронни погасла, стоило ей вспомнить те дни, когда Энди поставили этот страшный диагноз, перевернувший их жизнь.

Мучительные поездки в детскую больницу в Торонто из их родного города Гейвенхерст, растущее напряжение в отношениях с мужем и финальный удар – уход Питера из семьи. По его выражению, он нуждался в передышке. Муж съехал, оставив Ронни одну бороться за жизнь их сына.

Несколько месяцев спустя Питер объявил, что встречается с медсестрой по имени Мередит, и она приняла его предложение стать миссис Уолш после того, как он разведется. Но больше всего Ронни удивил тот факт, что Мередит, надо отдать ей должное, настояла на том, чтобы Питер выполнял свои родительские обязанности. И теперь каждый второй уик-энд Энди проводил с отцом и мачехой.

Ронни погасила настольную лампу и слушала, как стучат по подоконнику ледяные капли. Она чувствовала себя в безопасности в уютном особняке Реда так же, как в его объятиях, когда он нес ее к грузовику.

Ронни почувствовала, как участился ее пульс при воспоминании о том, как она прижималась к груди Реда, обняв его за шею, чтобы укрыться от ледяного дождя. Да что с ней происходит? Ее тело явно истосковалось по мужской ласке.

«Прекрати немедленно!» – мысленно приказала она себе. Последнее, что ей сейчас нужно, так это мужские ласки и объятия. Она только что пережила мучительный развод и болезнь сына, который, слава богу, пошел на поправку. А что, если после ремиссии снова наступит рецидив? Она не вынесет, если тот, кто будет с ней рядом, бросит ее и Энди на произвол судьбы. С нее достаточно одного раза.

Ронни сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться. Ее разум и тело сейчас отказывались понимать друг друга. Женское начало бурно реагировало на красавца-ирландца с васильковыми глазами и огненно-рыжей шевелюрой.

«Ты реагируешь на сексапильного мужчину, – нашептывал ей внутренний голос. – Это значит, что ты нормальная женщина. И не стоит переживать, этот викинг не сумеет тебя завоевать…»

Ронни вздрогнула и с головой накрылась одеялом, но чувствовала, как ее начал пробирать холод.

Неожиданно раздался стук в дверь.

– Прошу прощения за беспокойство, – раздался за дверью хриплый голос Реда. – Хотел вам сказать, что дождь повредил линию электропередачи и свет отключили. Ронни, вы меня слышите?

– Да, – откликнулась она. – И что нам теперь делать?

– Ну, я вижу два варианта: либо нам вдвоем соорудить шалаш из одеял и согревать друг друга, либо развести огонь в камине в салоне.

Ронни понимала, что он шутит, но, когда представила себя под одеялом вдвоем с Редом, почувствовала, как в животе запорхали бабочки.

Она кашлянула.

– Я… я за камин.

– Хорошо. Я подожду здесь, пока вы не будете готовы спуститься вниз. Мой мобильник заряжен. Могу вам его дать, чтобы вы себе посветили.

– Спасибо.

Ронни на ощупь добралась до двери и приоткрыла ее. Ред протянул ей телефон и зеленый шерстяной кардиган.

– Думаю, вам он понадобится.

– Спасибо, – пробормотала она и закрыла дверь. – Я буду готова через минуту.

Ночь, вероятно, будет длинной. Ни света, ни тепла. А она-то надеялась выспаться в шикарной постели. Вместо этого ей предстоит провести ночь, сидя у камина в компании практически незнакомого мужчины.

Она быстро оделась и посмотрела на кардиган. Почему бы нет? В спальне уже становилось прохладно. Ронни представила себе просторный салон, в котором тоже будет гулять ветер, пока не растопится камин, и решительно надела кардиган.

Она прихватила сумку с книгами. Если огонь в камине будет достаточно ярким, возможно, ей удастся почитать, вместо того чтобы вести неловкую беседу с Редом.

Они спустились в салон, и Ронни облегченно вздохнула при виде небольшой поленницы в алькове.

– Слава богу, нам не суждено замерзнуть этой ночью, – промолвила она, скрестив на груди руки.

Ред ловко уложил порцию поленьев в камин, а потом заметил:

– Я ни за что не допустил бы такого, иначе не сносить мне головы. Ваш кузен поручил мне заботу о вас. Хорошо, что камин в рабочем состоянии, – сказал Ред, поднося длинную спичку к поленьям.

Через пару минут огонь уже весело плясал в камине, жадно облизывая сухие поленья. Ред выключил фонарь в мобильнике. Огонь в камине давал достаточно света. Можно было читать. Но Ронни сидела и смотрела на огонь, словно завороженная. Она думала о сынишке. Так было всегда, когда они разлучались. Неожиданно громкий треск прервал ее мысли, и Ронни вздрогнула, вскочив с кресла.

Ред подошел к ближайшему окну.

– Похоже, ветер обломал ветки у старого дуба, – заметил он. – Погода ухудшается, начался ураган. И полагаю, что завтра нас ждет кошмар. – Ред отошел от окна и уселся в кресло у камина. – Не знаю, как вы, Ронни, а у меня сна ни в одном глазу. Как вы смотрите на то, чтобы выпить вина и поболтать о том о сем?

Ред едва сдержал улыбку при виде растерянно-удивленного выражения лица Ронни. Она мгновение помолчала, а затем пожала плечами:

– Конечно, почему нет?

– Белое или красное?

– Предпочитаю белое, благодарю вас.

– Хорошо. Оставляю вас хранить очаг, пока я выполняю ваше пожелание.

– Хм… ладно.

Она уставилась на огонь, и Ред уловил в ее взгляде задумчивость, а может, и печаль. Наверное, она скучает по сынишке. Она выглядела такой юной и уязвимой с этими распущенными каштановыми волосами и протянутыми к огню руками с тонкими пальцами. Отблески огня освещали ее изящный профиль, и Ред смотрел на нее, затаив дыхание. Затем встряхнулся, не хватало еще, чтобы она почувствовала его взгляд и обернулась. Он включил фонарик в телефоне и отправился на кухню, чтобы принести из бара вино.

Пока выбирал вино и собирал поднос, Ред вспоминал детали своего разговора с Кассоном, когда был у него в гостях. Кассон сильно негодовал по поводу недостойного поведения мужа Ронни.

– Он, видите ли, не получал достаточно внимания от жены, – язвительно произнес Кассон. – Зачем Ронни такой муж? Она и без того натерпелась, ухаживая за больным ребенком.

Кассон сказал тогда, что обожает свою кузину и намерен предложить ей переехать в Парри-Саунд, как только Энди закончит лечение, чтобы быть поближе к семье Кассона.

Ронни работала менеджером по продажам в магазине оргтехники и компьютеров, который принадлежал Кассону, и вполне могла работать удаленно. А семья, по мнению Кассона, гораздо важнее, чем работа в офисе. К тому же он пригласил Энди и Ронни стать первыми гостями курорта Франклина.

Ред в тот момент встречался с Софи и, когда узнал о болезни Энди, представил себе, что он чувствовал бы, окажись на месте Энди ее сын Марко.

Потом они сменили тему разговора. Но Ред не мог выбросить Энди из головы всю обратную дорогу до Торонто. Кассон показал ему фотографию с дня рождения Энди, когда малышу исполнилось два годика. На фото малыш надул щечки, готовясь затушить свечки. Он стоял на стуле, а за его спиной улыбающаяся Ронни страховала мальчугана, обняв за талию. Ред подумал тогда, какая красивая женщина и какая естественная.

Ред вздрогнул, когда еще одна ветка дуба с треском упала на крышу. Он подхватил поднос и понес вино и бокалы в салон.

Разлив вино по бокалам, он поднял свой и с чувством произнес:

– Будем здоровы и получим максимум удовольствия из сложившейся ситуации.

Они чокнулись, и Ронни спросила:

– Это ваше кредо – веселиться во время экологической катастрофы?

Он рассмеялся:

– Никогда не задавался подобным вопросом.

Ред потер подбородок.

– Всегда предпочитаю оставаться на позитиве в любой враждебной ситуации, – ответил он.

– Вы последователь какой-то восточной философии? – спросила Ронни. – Сомневаюсь, что можно постоянно оставаться позитивно настроенным.

– Отвечаю на ваши вопросы по очереди. Вы правы, я иногда медитирую. Что же до вашего второго вопроса, то я легко могу впасть в депрессию, когда моя любимая хоккейная команда проигрывает со счетом 0:3.

– Вы, стало быть, хоккейный фанат?

– Да, с детства болею за «Кленовые листья Торонто».

– Прямо как мой сын, – улыбнулась она.

Ред поднял бокал.

– За «Кленовые листья», – провозгласил он.

Ронни подняла бокал, но какая-то тень пробежала по ее лицу.

– Вы беспокоитесь за сына? – участливо спросил Ред.

Ронни посмотрела на Реда:

– Откуда вы… А, конечно, Кассон вам рассказал про Энди.

Она пристально на него посмотрела, словно пытаясь понять, что ему известно о ее личной жизни.

– В настоящий момент я спокойна за Энди. – Она взглянула на часы. – Его искупали, накормили, почитали на сон грядущий и уложили в постель. – Она перевела взгляд на огонь, а потом неожиданно спросила: – У вас есть дети?

Ред вскинул брови. Она вступила на зыбкую почву. Его отношения с Марко были близки к отцовско-сыновьим. Они вместе играли, гуляли, рыбачили, делали уроки. И хотя после разрыва с Софи прошел год, Ред по-прежнему сильно скучал по Марко. С той поры он зарекся иметь отношения с женщинами с детьми.

Ронни ждала ответа. Ред тряхнул головой:

– У меня нет детей. И жены тоже.

В глазах Ронни что-то промелькнуло. Ей, вероятно, хочется знать, есть ли у него подруга жизни сейчас.

– И подруги тоже нет. Знаете пословицу: обжегся на молоке, дуешь на воду. А я не только обжегся, я обуглился.

Ронни метнула на него сочувственный взгляд.

– Мне жаль, что с вами такое произошло, – пробормотала она и перевела глаза на пламя в камине.

– А что вы можете про себя сказать? – спросил он, справедливо полагая, что имеет право на такой вопрос после своего откровенного признания.

Она снова посмотрела на Реда.

– Мне тоже пришлось сильно обжечься, – призналась она. – Однако сейчас все устаканилось, и я ничего не хочу менять в своей жизни…

– Означает ли это, что у вас есть кто-то, с кем вы крутите роман без всяких обязательств, или вы просто отшиваете всех поклонников? – прямо спросил Ред.

Ронни сначала нахмурилась, а затем усмехнулась:

– Не могу сказать, что поклонники толпятся у моих дверей.

– В таком случае они много теряют, – откликнулся Ред и заметил, как зарделись ее щеки.

– Мне это на руку. – Ронни небрежно пожала плечами. – Главный человек в моей жизни – Энди. Его здоровье, счастье и благополучие для меня превыше всего. И я не желаю отвлекаться ни на кого другого, тем более если взрослый мужчина ведет себя как капризный ребенок, требующий к себе внимания. – Ее передернуло, словно накинутый на плечи кардиган ей мешал.

– Кассон говорил, будто вы собираетесь перебраться в Парри-Саунд…

Ронни согласно кивнула:

– На какое-то время. Я хочу сначала осмотреться, прежде чем решусь на покупку дома. Скорее всего, подожду до весны. – Ронни с любопытством взглянула на Реда. – А что вас заставило купить этот особняк? Не слишком ли он велик для одного человека?

– Так и есть. Я планирую здесь кое-что переделать, но не радикально. Этот дом – памятник культуры и существуют определенные ограничения по его содержанию и обновлению. Я переехал сюда лишь пару недель назад. Но надеюсь собирать здесь друзей. – Он улыбнулся. – Мне хочется проводить старинные балы в саду летом, а зимой балы на коньках на пруду.

– Здесь и пруд есть? – изумилась Ронни.

– Еще какой, – подтвердил он. – Завтра покажу. Кроме того, я обожаю Викторианскую эпоху и все, что с ней связано. И я просто влюбился в здешние места, когда приехал сюда впервые посмотреть привязку к местности проекта, который заказал моей фирме Кассон.

– Хотите сказать, что ваша фирма осуществляла проектирование и строительство… – Ронни не закончила фразу из-за подступившего к горлу комка.

– Курорта Франклина, – закончил за нее Ред. – И я с нетерпением жду церемонию открытия…

Глава 4

Ронни так и сидела с открытым ртом, пытаясь переварить услышанное.

– Стало быть, вы Ред Брэнниган, глава «Международного архитектурного бюро Брэннигана»… – изумленно произнесла она.

– Собственной персоной. – Ред поднялся из кресла и шутливо раскланялся. – Единственный и неповторимый. Хотя это не совсем верно, – ухмыльнулся он. – Меня назвали в честь отца, так что официально я Редмонд Брэнниган II. Но поскольку отца все зовут Редмондом, я стал просто Редом. И мне так больше нравится. Редмонд звучит чересчур напыщенно, не находите?

Ронни лишь пожала плечами, не в силах вымолвить ни слова.

– Хотя мое имя[1]

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Red – красный (англ.).

Вернуться