Николай Маржин
50

I

Случайных встреч не бывает, пойми:
Всё сверено даже во сне.
Добро пожаловать в мой мир,
Простой и холодный как снег.
Не бойся названий: слова – это шум,
Вначале была… ложь.
Вот ветер. В чем разница? Я им дышу,
Тебя – он бросает в дрожь.
Шагни в эту пропасть без ужаса мук:
Сомненья внушенные – вспять!
С рожденья давил твой кураж их каблук,
А я так учился летать.
Вот боль. Не робей: это плата за вход.
Теперь эту дверь не закрыть.
Я в омут бросался – ты ищешь, где брод?
Но так я учился любить.
Теперь каждый шаг босиком по углям —
На мраморе радужный след.
Верь только себе, и не шарь по углам:
Ни «зла», ни «добра» здесь нет.
Здесь есть только ты. Получив, что желал,
Крепись, и о прошлом не плачь.
Тебе теперь путать судьбы кружева:
Ты сам свой судья и палач.
А если не выдержишь, что ж, без обид…
Свет гаснет, и сцена пуста:
Дорогу мне вскоре другой преградит
С вопросом немым на устах.

II

Рано или поздно? В промежутке всё и происходит.
Причудливый узор мгновений случай соткал.
Пальцем в небо целил и попал точно вроде?
Товарищ, не думай о секундах свысока…
Многие мечтали прокрутить жизнь назад, как плёнку видео.
Отмотать и переписать наново.
А потом, расслабившись, запивать шампанским мидии,
Любуясь заката багровыми ранами.
А я мечтал раздеться перед кинокамерой
И предаться разврату, нежному, как разряд электричества.
И душить затем скользкими от выделений руками
Обласканных и обсосанных без осознанья количества.
Фильм выйдет длинный, растянутый на серии,
Название: «666 мгновений весны».
А я под конец ускачу лихо в прерии,
Оставив Штирлица вспоминать свои сны.

III

Весна.
Женщин липкие губы.
Пыль на мысках ботинок.
С крыш утекает по трубам
Лёд.
И трещат плотины.
Весна.
И подмышки влажной
Уют высекает искры.
Жизнь кажется слишком важной,
Чтоб бросить всё
И удавиться.
Жизнь кажется яркой как небо,
И стон исторгает глотка:
– О, если бы было бы мне бы…
Слеза
Прозрачна как водка.
Условное наклонение,
Как тёплых колготок вкус.
Блюю на родные ступени я,
И рвота сладка как мусс.
И мозг исступленно просит
Надежды тугую грудь,
Что смерти коса не скосит:
Авось, прорастёт как-нибудь!
Проклюнется, зазеленеет,
Корнем буравя тлен.
И станет гораздо больнее
Оков невидимых плен.
Проступит намного внятней
Детства уродливый шрам,
И будет еще приятней
Головкой водить по губам.

IV

Сдави в ладонях с силой грушу,
Чтоб брызнул сок в раскрытый рот.
Ты пел о нересте, и вот
Сам Сатана спасает твою душу.
Театр пуст – лишь пыль и темнота.
Пойдем отсюда, ангел обреченный!
Я сам в какой-то степени ученый,
Хоть и учен ударами кнута.
Кусты смородины, ромашки полевые,
Цыганка мёртвая на лавке у ручья…
Возьми её: теперь она ничья.
В тугой груди отверстья пулевые.
За горизонтом плавится песок,
Но мы – в оазисе, сомнамбулам подобны.
Не правда ли, все женщины так сдобны,
Как… булочки? И в этом – счастья сок.

V

Я хотел бы родиться рыбой:
Холодной, с глазами вытаращенными,
Тереться о склизкие глыбы
В выемках, волнами выточенными.
Горечь воды океанской
Жабрами вяло всасывать,
Под Солнцем у бухты испанской
Каку размеренно сбрасывать,
Молча скользить сквозь бездну,
Прочь от глаза и слова,
Прочь от людских болезней,
Прочь от всего людского.
Я хотел бы родиться рыбой,
Зубастой, с глазами вытаращенными,
И вы никогда не смогли бы
Из тьмы меня этой вытащить.

VI

Нет, не будет никогда
Так, как хочешь ты.
Кровь из раны как вода,
Влажные бинты.
Будет так, как я решу:
Жребий наш таков.
Свежей кровью распишу
Щёки облаков.
Страсть уйдет. Придет тоска
И разлуки боль.
Строить замки из песка
Любим мы с тобой?
Но крепчает ветра длань,
Выше валы волн:
Нам любви хромую лань
Не втащить в загон!
В небе, Солнцем налитом,
Растворимся мы.
Только память под бинтом
Раной будет ныть.
Только птиц унылый клич
Шершнем у виска.
Мы любили свой кулич,
Замок из песка.
Унесет с собой вода
Палые цветы,
И не будет никогда
Так, как хочешь ты.

VII

Едва ли мы себе принадлежим,
Когда крадемся в ночь тропою тайной,
Считая шепотом углы и виражи,
Вращаясь, словно лезвия комбайна.
Устремлены к одной лишь цели мы,
Забыв себя и зрения условность,
Мы как мишень в прицеле у Луны:
Торопимся окончить эту повесть.
И в этой странной страстной кутерьме
Вдруг пробудится злой калека-разум,
Чтоб рассказать, что жизнь мила вдвойне,
И успокоить всех овчарок сразу.
Но, угодив в объятья пустоты,
У потных ног надежд, что мы питали,
Перепугавшись залпов холостых,
Умчится прочь по зову гениталий.
Оставив нас с Луной наедине:
Покинутых, больных, нагих и мертвых,
Искать немую истину в вине
И ковырять в промежности отверткой.
И мы послушно встанем вдоль стены:
Биенье сердца как удары плети.
Обмануты, слепы, покорены,
Мы навсегда исчезнем на рассвете.

VIII

С крыши смотреть на город
В детстве любил я очень.
Я был похож на вора:
Я не любил спать ночью.
Я выходил на охоту,
Бритву сжимая в пальцах.
Может, убил кого-то:
Разве упомнишь… Каяться
Нынче не стану уж, верно:
Всё, что я сделал,
Я сделал.
Может, я жил без веры:
Видно, не в вере дело.
Может, я лишний даже,
Может, мне вниз дорога…
Ладно, время покажет.
Я подожду немного.

IX

Не смогу рассказать, что увидел.
Запомнилось ощущение омерзения и испуга.
Похожие на гибрид дикобраза с макакой амфибии
Карабкались друг на друга.
Они были вёрткие, они были прыткие, и с навостренными ушками.
Огромные эрегированные члены раскачивались под их брюшками.
– Вот, – подумал я, – безысходность паучьего счастья.
Липкий ком возбужденных мутантов – и я весь в их власти.
Запьёшь тут с горя.
Как бы не так.
Весь день просидишь, мастурбируя, носки любовницы нюхая.
Мрак.
Необъятный, как море.
Затычку вынимаю из уха я,
И слышу: зовут.
Это за мной.
Пришли. И никуда не деться.
И только слёзы густые, как гной,
Текут с овдовевшего сердца.
В детстве мама заставляла есть.
За ложь по хлебалу била.
Вот и вырос я: жесткий как шерсть
На лобке космонавта-дебила.
Холод и грязь в его ракете.
Давно умолкла рация.
Что ж, плевать на затруднения эти:
Всё равно, продолжу развлекаться я.
Среди звёзд.
Одинокий, как самоубийцы выстрел.
Голый, как надгробный камень.
Но станет в ракете тепло и чисто,
Когда я расправлюсь с вами.

X

«Вот, ветер колючками снова надуется…»
«Ах, цвет какой тёплый, а раньше был?»
«Концом своим жмурится пьяная улица…»
«Романтик, я? А где еще искать следы любви?»
«И тоже туда же, к чему… а куда ты денешься…»
«Памятник стоит, и не зябко ему…»
«Такие вот людишки лелеют денежку…»
«Пульс чаще… это, интересно, почему?»
«Асфальт под ногами металлом палуб…»
«Надо позвонить ей сейчас, а то забуду…»
«Этому активисту – с ноги да по хлебалу б…»
«Смотреть на неё сзади, когда моет посуду…»
«Дворами проскочу, хоть проезды узкие…»
«С кем она сейчас? И зачем мне это?»
«И эти туда же: гордые, русские…»
«Нелепое слово какое: планета»
«Вечером почитаю, если будет настроение…»
«Взять – и вогнать ему в сердце шило…»
«Мозг вытекающий похож на варение…»
«Время мне рот матюгами зашило…»
«Добавить нечего. Не сердись – и не бойся»
«Собаку усыпить придётся, наверное…»
«Сколько сейчас градусов на Северном полюсе?»
«Вынуть – и залить её глотку спермой»
«Перед кем объясняться? Смешно это, право…»
«Горох об стену, плевки от стены…»
«Как они могут жрать эту отраву?»
«Еще немного – и мы спасены!»
– Привет. Это я. Ну, как самочувствие?
У меня всё в порядке, вот, еду домой.
Скучаю без тебя: уныло и пусто мне.
(Мой ли это голос? Очевидно, мой…)
Конечно, хочу! Ты сомневаешься?
Это ничего, жизнь – сложная штука…
Всегда так: вроде бы как лучше стараешься,
А всё впустую… (Опять ноешь, сука?)
Ага, безусловно! Ты только напомни,
Мне это нетрудно… (Нашла дурака!)
Был вроде майором, теперь – подполковник.
Да. Всё хорошо.
Ну, целую.
Пока.

XI

Здравствуй, милый Чикотило!
Как твои дела?
А у нас зима гостила,
И метель мела.
Как тебе теперь живется
Там, вдали?
Здесь тоскливо: ветер вьется
У земли.
По тебе скучаем сильно,
Милый друг.
Ты одаривал обильно
Всех вокруг.
Ножик твой ходил по свету
Ветру вслед.
Мы верны твоим заветам,
Веришь, нет?
Как тебя нам не хватает,
Если б знал…
Скоро снег совсем растает,
Выйдет кал.
Мы ножи свои наточим
По весне.
Шишки мы свои надрочим
Как во сне.
И кровища молодая
Зажурчит.
Посмотри на нас из рая,
Не молчи!
Мы сыны твои и внуки,
Мы суть рок.
И проворны наши руки:
Кровь – наш бог.

XII

Где мои корабли рассекают волну,
Раздувая свои паруса,
Далеко от земли к калабасу прильну,
Чтоб почувствовать влагу в усах.
Есть патроны и горн, есть тугая струна,
И не страшен ни ящур, ни тиф.
Только пусть этот стон не услышит она:
Та, что злобно пыхтит взаперти.
Её бедра круты, её губы влажны,
Её груди полны молока,
Но увяли цветы в палисаде княжны,
И усохла с кинжалом рука.
Застучу в барабан в тихой неге дубрав,
Обмочу расписные портки:
Пусть не дура губа, пусть уверен и прав,
Но волосья в паху коротки.
Собирался енот на охоту весной,
Да примерзла мошонка к печи.
Снял немое кино про каяк скоростной
Мой знакомый самец саранчи.
Расплодился укроп, рассердился холоп,
Разбежался и прыгнул с моста.
Приготовили гроб, да завелся в нем клоп,
Как заводится в матке киста.
За бетонной стеной молчаливый, рябой,
Подмастерье неистово дрочит…
Ты мой конь вороной, передай, дорогой,
Что я честно погиб за рабочих.

XIII

Пьяный мальчик в бескозырке,
Закрывай глаза скорее:
Над страной в тумане зыбком
Месяц тягостно алеет.
Баю-баюшки, лишенцы,
Баю-баюшки, уроды,
Паразиты, извращенцы,
Тупиковый ход природы.
Ваши сны – проклятья бремя,
Агональный выхлоп мозга,
Засыпайте поскорее:
Исправляться слишком поздно.
Заглотив стакан последний,
Пастилой набейте брюхо:
Закрываем заповедник,
Пусть земля вам будет пухом.
Без печали сожалений
Попрощайтесь с этим миром:
С вас довольно упражнений,
Круг замкнулся, финишируй.
Дописал творец сценарий
И, зевая, гладит руки:
Только печка рай подарит,
Только гроб спасет от муки.
Тяжелеют сонно веки,
Вяло кровь качает сердце,
Счастье ждет в любой аптеке —
Так откройте эту дверцу.
Скажем прямо, вы устали,
Каждый член покоя хочет,
Возбуждаться перестанем,
Баю-бай, спокойной ночи!

XIV

Мы работали на фабрике. После обеда раз
Директор пришел, лицом серый, с блестящим от пота лбом:
«Попрошу всех собраться в Красном уголке. Будет зачитан приказ
Об избавлении от саботажников» – сказал он, открыв альбом.
Мы побросали инструменты, выключили станки, приготовились слушать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.