Наталья Косарокова
Назови Его Моим Именем. Книга 3

ЧАСТЬ ПЯТАЯ «КОГДА ВСЕ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ. КОМУ ОТ ЭТОГО ЛЕГЧЕ?»
Глава 1.

В дверь легонько поскреблись.

– Входите, – громко сказала Тоня.

Дверь приоткрылась и вначале появилась голова. Голова эта была перебинтована. Она вначале осмотрела всю палату, а после повернулась к ее обитателям, сверкая синими озорными глазками.

– Солнце, – прохрипел Артем и закашлялся.

– Ну, ну, – схватила руку мужа Тоня и погладила ее, – осторожнее. На, попей.

Артем сделал два маленьких глотка и запрокинул голову, показывая, что больше не надо. Влада вошла медленно. Она была чуть наклонена вперед, ее руки обхватывали туловище. Она сильно скривилась, когда стала опускаться на стул. Тоня ей помогла.

– Спасибо, – облегченно выдохнула девушка, – а я завтра домой.

– Даже не смей, – попытался вытянуть в ее сторону руку Артем, но тут, же сам скривился, – как минимум еще неделю тут.

Влада довольно улыбалась и отрицательно качала головой.

– Я уже договорилась. Если я останусь тут, хоть на сутки, об этом узнает моя Аня. А это просто катастрофа, а не человек. Нет уж, я буду дома долечиваться. Дома и стены помогают.

Влада договорила и сразу погрустнела. Она опустила влажные глаза и закусила губу. Но тут, же пришла в себя, подняла их и улыбнулась.

– А знаете, – начала она, – а мне сон сегодня чудесный приснился.

Тоня смотрела на девушку и немного улыбалась. Она гладила руку мужа. Артем смотрел на Владу немного недовольно. Он уже знал все свои раны, и ее. У Влады были сломаны пять ребер, рассечена голова, множество ушибов, ну и психологическая травма, как он полагал тоже была. Ему не понравилось, что она так быстро засобиралась домой. Всего четверные сутки они в больнице. Он так вообще десять часов, как переселился в обыкновенную палату из реанимации.

– Мне приснились мои соседи из Саратова, – рассказывала Влада, – супружеская пара. Такие замечательные люди. Они живут этажом выше.

Влада негромко засмеялась. Она вспомнила этих людей.

– Их главное отличие от всех. Это их имена. Она – Павла. А супруг – Дунай. И так смешно. Мы ее называли тетя Паша, а ее мужа дядя Дуня. Надо им позвонить.

Влада умолкла. Она снова стала внезапно грустной. Внутри себя она боролась с болью и печалью. А внешне хотела показать, что у нее все хорошо. Но у нее все время предательски щипало в носу и от этого на глаза часто наворачивались слезы, которые она тут, же прятала, опуская глаза.

– Спасибо вам, – еле выдавила она, не глядя на Артема, – Артем Павлович. Вы спасли меня.

Влада закусила губу. Немного посидела, справилась с эмоциями и продолжила.

– А ведь они нас хотели застрелить.

Артем ей ничего не ответил. Он, молча, наблюдал за девушкой. За него ответила Тоня. Она подошла к ней и аккуратно обняла. Но не долго. Она видела, что девушка пытается казаться сильной и ей это удается, хоть и с трудом. И чтобы не подорвать ее настрой, Тоня приобняла ее и тут же отступила.

– Это ты спасла моего мужа, девочка. Я всегда буду благодарна тебе. Ты не растерялась и …

Тоня запнулась. Она тоже еще не пришла в себя и в отличие от Влады, ничего внутри не прятала. Она выплакала все глаза, прежде чем поняла, что любимый больше не в опасности.

– Что вам рассказывать. Вы там были и все сами знаете.

Влада посмотрела на нее невесело.

– Вы еще ребенка моим именем назовите, – съязвила она.

Тоню словно током прошибло от этих слов. Артем почувствовал ее дрожь и крепче зажал руку. Влада не знала этих людей. Не знала их проблемы, поэтому спокойно продолжала свою мысль.

– По сути нас вообще спас третий человек. Как бы я там не тужилась и не тянула на себе тушку вашего ненаглядного. Нас могло вообще терминалом раздавить.

– Значит, ребенка мы назовем его именем, – внезапно хохотнул Артем и тут же поморщился.

Тоня немного подумала, сообразила сложившуюся ситуацию и стала тихо посмеиваться. Артем, глядя на нее, тоже кривился от боли и смеялся. Влада смотрела на них и просто сидела. Она не поняла юмора. Тоня глянула на часы и поднялась.

– Мне пора.

Она быстро собралась, попрощалась с Владой и вышла. Артем ей на прощанье послал воздушный поцелуй.

– Вы такой романтичный оказывается, Артем Павлович, – смотрела с прищуром на мужчину Влада.

– А если серьезно? – не стал ходить вокруг да около мужчины.

Влада пожевала губы. Два раза глянула на него из-под лобья и решилась.

– Я хочу…, – она запнулась. И тут же передумала говорить, – нет не надо. Все нормально. Простите.

– Ты проведешь в больнице хотя бы еще сутки, – говорил Артем неожиданно твердо и громко, – это мое условие. Ты слабее, чем тебе думается.

Девушка отрицательно покачала головой.

– Я утром сдала контрольные анализы. Завтра меня после обеда отпустят домой. Но я буду приходить еще три дня на капельницы. Простите. Но я не могу допустить, чтобы моя сестра узнала, что со мной. Я ей и так уже четыре дня не отвечаю. Она потребует, чтобы я включила видеосвязь. И сразу догадается, где я. Она у меня знаете, как все чует на расстоянии.

– И как с такой сестрой, получилась ты?

Артем хохотнул и закашлялся. Влада, не раздумывая, вскочила, схватила стакан и подошла к нему. Он успел выхватить стакан из ее рук, прежде чем она сильно согнулась и застонала от боли.

– Бли-и-ин, а-а-а, забыла, – выдавила он из себя и села на его кровать.

– Солнце, – сокрушенно прошептал Артем и начал пить.

Влад стоял на улице под огромной деревянной старинной дверью. На стене висела табличка «Павлова 13». Тоня подошла ровно за пять минут до начала разбирательства.

– Тоня – удивился мужчина, – ты чего тут?

– А ты думал, что один сюда придешь? Рядом должен быть хоть один здравомыслящий человек.

Влад удивленно поднял брови и ничего не ответил. Ему не дала открывшаяся дверь.

– Входите, господа, – высунулся маленький толстый мужчина в круглых очках.

Их провели в просторный, но холодный и унылый кабинет. Мужчина, встретивший их, закрыл плотно дверь и сел в кресло во главе стола. Никто не нарушал тишину. Все ждали Венеру. Она как обычно никуда не торопилась, даже если это надо было ей самой.

– Клиентка оплатила все время неустойки, – немного развел руками круглолицый пухлый мужчина, – так что нам придется ждать. Надеюсь, все же недолго.

Влад сжал кулаки и прорычал практически, не открывая рта.

– Как она легко разбрасывается моими деньгами. Якобы на ребенка.

Тоня дружески похлопала его по руке.

– Только спокойно, Влад. Это провокация. Ты разве не понимаешь?

Мужчина встряхнул головой и опустил глаза. В глубине он все понимал, но его раздирала злость. Такая злость, что ему хотелось прибить жену.

От нечего делать он стал разглядывать кабинет. Тяжелые темно зеленые портьеры, зеленый потолок, ковер грязно болотного цвета. «Жабье царство» подумал он и не дружелюбно поглядел на хозяина этого «царства». Сам хозяин был больше похож на маленького взбитого бульдожика. Большие круглые глаза с низко опущенными нижними веками. Ярко выраженные носогубные складки, резкими линиями пересекают щеки. Твердый закрытый рот, тоже словно стекает с лица, начиная с внешних уголков губ, резко опускаясь вниз к отвислой бороде.

Раздался мелодичный звонок. Хозяин кабинета взял трубку и тихо произнес.

– Проведите в мой кабинет, милочка.

Влад и Тоня резко подобрались и выпрямились в креслах. Через минуту вошла Венера. Все пространство кабинета тут же наполнилось приторно сладким тропическим ароматом ее духов. Женщина была шикарно одета, на ее шее и руках блестели массивные драгоценности. В руках она держала клатч из крокодиловой кожи, под темными очками за три тысячи долларов ярким пятном выделялся красный рот.

Тоня непроизвольно сжала пальчиками свою сумочку за семь тысяч рублей. Очень хорошая, кожаная, прочная, неяркая и ноская сумочка. Как раз на каждый день. Ее муж часто называл «коробочкой» за склонность к экономии и накопительству. Но в этом была вся Тоня. Она каждый раз думала, что обязательно наступит «черный день» и к нему непременно нужно быть готовыми. А покупать вещи дороже, чем они стоят, женщина не видела надобности. Это только расточительство. Но все равно, Венера выглядела, так, что рядом с нею многие чувствуют себя дурнушками. Тоня сглотнула, собралась и выбросила все эти мысли из головы.

– Господин Юшман, – без лишних церемоний начал адвокат, раскрывая папку из черной кожи на столе, – госпожа Юшман.

Спустя час бесплотных споров и взаимных обвинений, нервы Венеры не выдержали, и она в голос разрыдалась.

– Я, как проклятая, сижу с больным ребенком. А он в это время развлекается с молодыми девицами.

Она вытянула платок и так резко мазнула им по лицу, что размазала помаду. Увидела красное на платке и заверещала еще больше.

– Это знак! Крови! Произойдет что-то ужасное, – она махнула в сторону своего адвоката, – зафиксируйте это, пожалуйста. Он мне угрожает.

– Госпожа Юшман, – голос адвоката был непререкаем. Казалось, в этом кабинете не устал только он, – лично я никаких угроз только что не наблюдал. Давайте по существу. Вы чем можете доказать факт измены?

Венера замерла. Она пошмыгала носом. Подумала. У нее не было никаких доказательств. Сколько она их не пыталась собрать, вечно что-то мешало.

– Мое слово, – зло она выставила палец в сторону Влада, – этого недостаточно? В брачном договоре этот пункт особенно четко прописан.

Адвокат, не поднимая головы, посмотрел на Влада. Он вообще за все время ни разу не двинул своей мощной головой. Казалось со стороны, что у него нет шеи вообще. Самой подвижной частью его головы, были глаза. Он двигал исключительно только ими. Тоне показалось, что мужчина посмотрел в их сторону сочувственно.

– А если я вам скажу, что я – Майя Плисецкая. И попрошу поверить мне на слово, – перевел он взгляд на Венеру, – вы поверите? Госпожа Юшман?

Венера крякнула и ответила тихо.

– Н-нет. Но какое это имеет значение? Брачный договор Майя Плисецкая не составляла.

– Да-а-а, – словно выдохнул, ответил адвокат, – его составлял я. По вашей обоюдной просьбе, господа Юшманы.

– Вот. Вот. Вот видите, – снова расплакалась Венера, – я как чувствовала, что он коварный соблазнитель и обманщик. Ах, как я была молода и глупа, и доверчива.

Глаза Влада, аж на лоб полезли. Тоня уже дергала его под столом за полу пиджака призывая молчать. Влад открыл рот и тут же закрыл его. Адвокат еще раз на него посмотрел. Теперь Тоня прочитала в его взгляде укор. Но не за то, что якобы изменял. А за то, что не заметил, какую женщину выбирал тогда. По крайней мере, так показалось Тоне.

– За якобы измену, – перевернул страницу адвокат, – развод не оформляют. Мне нужны неопровержимые доказательства. С чем идти в суд?

Мужчина развел руками и по очереди посмотрел вначале на Влада, потом на Венеру.

– Вы изменяли жене, Владислав Игоревич?

Влад наклонил голову и так глянул на жену, что та пискнула и прижала испачканный платок к лицу.

– Нет, – ответила за него Тоня, – я полномочна, отвечать за своего клиента.

– Врет! – сорвалась в галоп Венера, – денег ему жалко! Не хочешь отдавать по – хорошему. Отдашь по – плохому. Все мое! Я что зря все эти годы терпела!

Внезапно она оборвалась. Как споткнулась, аж, на стол чуть не завалилась.

Влад смотрел на жену со злостью. Она окончательно показала свою суть только что.

– А всем нам казалось, что ты влюблена была до мозга костей, – спокойно ответила Тоня, – а ты терпела. Ты изначально вышла замуж за Владислава, чтобы урвать кусок его богатства.

Тоня не задавала вопросов, она констатировала факты.

– Ну и что, – не стала юлить Венера, – он сам замуж предложил. Я согласилась. У меня было всего одно условие. Я ему, несмотря ни на что, не изменяла.

– Это еще надо доказать, – вступила в перепалку Тоня, – ты много времени провела за границей. Там наверняка были соблазны, а ты женщина видная. Легко воспламеняешься. Сама же говорила. Без мужчины долго не можешь.

– Это все домыслы, – выкрикнула обиженно Венера, – нападки на меня. Когда мне этим заниматься? Я ребенком все время занималась.

– Наш пустой разговор затянулся, – посмотрел на часы адвокат, – давайте по существу господа.

Он повернул голову к своей клиентке.

– Госпожа Юшман, вы готовы предоставить доказательства?

Венера подумала и вскинула торжественно голову.

– А готова! Надо всего-то найти ту девчонку с вечеринки. С которой я сняла мужа с расстегнутой ширинкой.

– Госпожа Юшман! – резко возразил адвокат, – давайте не будем переходить на личности. И без подробностей.

– Хорошо, – успокоилась резко Венера, – она на суде не соврет. Ей тогда самой грозит за заведомо ложные.

– А ты подготовилась хорошо, – впервые заговорил Влад за все время заседания. Слова такие выучила.

– Я подготовилась уже давно, – выплюнула ответ ему в лицо Венера, – ты у меня вот тут уже. Просто отдай мне мои деньги и отвали.

– Ты ни копейки не заработала.

– Ну и что. Я была с тобой. За пользование моим телом, заплати. Плюс ребенок. Он, кстати, остается со мной.

– Что?! – взревел Влад и попытался встать.

Тоня его обхватила руками и с силой усадила на место.

– Мы сами приведем девушку на следующую встречу, – говорила она адвокату. И не надо суда. Мы тут и разберемся. Назначьте дату.

Адвокат как манну небесную ждал этих слов. Он чиркнул что-то на последнем листе, с силой захлопнул папку и встал.

– В это же время на этом же месте. Через неделю. И не опаздывать.

Мужчина встал и быстро ушел. Венера увидела, что осталась наедине с Владом и Тоней и бегом устремилась на высоких каблучках следом за адвокатом. Тоня проследила за нервным подергиванием ее круглых, сильно выпуклых ягодиц под платьем. Ноги ее с тонкими щиколотками напомнили походку Мэрилин Монро, так она мелко – мелко переставляла ногами. И как только за Венерой закрылась тяжелая дверь кабинета, Тоня со вздохом облегчения опустилась на свое место.

Влад сидел словно был вылит из стали. Так напряглись все мышцы его тела.

– Это сука, собралась отобрать у меня ребенка! – он с силой стукнул кулаками по столешнице, – она обещала, что дочь останется со мной.

– Это уловка была, – печально вздохнула Тоня, – на тот момент ей что-то от тебя нужно было, и она любыми способами манипулировала.

– Да, ребенок – ее гарант, что я отдам все и даже больше. Она хочет, чтобы я ее всегда шикарно содержал. Тоня!

Глава 2.

Влад резко обернулся и схватил женщину за плечи.

– Тоня! Ну, ты тоже женщина. Объясни мне, что вам надо. Как вы устроены? Чего я не понимаю. Я ей все отдал. Любил. Баловал. Она работать не хотела, ну и ладно. Я сам могу их с Олей прекрасно содержать. Почему она со мной так?

Тоня виновато поджала губы и встала.

– Мне стыдно, за такую женщину. Поверь, Владик, таких, как она единицы. К счастью. Она охотница. И не собиралась с тобой быть всегда. Она позволяла себя любить и за это потом тебе назначила цену.

– Хорошо же она себя оценила, – тряхнул головой Влад, он тоже встал и часто мотал головой не в состоянии вытряхнуть из нее свои плохие мысли, – ничего собой не представляет, а такого о себе мнения. Пошли.

Они вышли на улицу и не сразу пошли к машинам. Беседа была трудной и изматывающей для всех. Тоня предложила пройтись немного вдоль улицы.

– Влада сейчас в больнице, – тихо говорила она, – завтра ее выписывают на амбулаторное лечение.

– Ее мы втягивать не станем, – резко сказал, как отрезал Влад.

– Я знала, что ты ответишь именно так, – спокойно ответила Тоня, – боишься, что она все узнает?

– Ей нечего тут узнавать, – хмуро ответил мужчина, – боюсь, она скажет правду. Она никогда не врет.

Тоня на миг запнулась, сильно скривилась, недовольно посмотрела на мужчину и резко сорвалась с места. Они пошли дальше.

– Влад? – с упреком высказалась она, – как ты мог? Ты же знал! Значит, Венера была права! Ты тогда не просто так с расстегнутыми штанами стоял.

– Не просто так, – тихо признался он, – все произошло как во сне. Я сам ничего толком не помню. Она соблазнила меня.

Он долго молчал.

– Или я ее. Но сути это не изменяет. Секса как такового не было, – он хмыкнул и мотнул головой, – я проник в нее всего раз и потом опомнился. Она может даже и не помнить этого.

– Да уж, жди! – невесело ответила ему Тоня, – уж, что ты при ней тогда наговорил, она точно никогда не забудет. Пьяная сотрудница к тебе приставала. Ты ничего не мог поделать. Некрасиво получилось, Влад.

– Согласен, тут я жутко накосячил.

– Ты думал не о ее чувствах тогда, а исключительно о себе. Мужчины! – закатила глаза Тоня.

– Я не хочу отдавать жене всего того, что ей никогда не принадлежало! – громче, чем хотел, выпалил Влад, – она коварная воровка! Все, что есть у меня, это мне дал отец, и я сам заработал! А она хочет отнять все! Это нормально?

Тоня отрицательно покачала головой.

– Но и человека, не знающего твои замарочки, не правильно обижать. Тем более девушку, которую любишь.

– Я уже не знаю, – сел на скамью Влад и накрыл голову руками, – я запутался. Я любил Венеру. Она меня обманула. Я любил Владу. Она меня подвела. Теперь из-за нее у меня столько проблем.

– Все твои проблемы исключительно из-за тебя самого, Владик, – потянула его Тоня, чтобы он встал, – ты защищаешь свою территорию и свое имущество от мошенницы. Это хорошо. Это защита. Но Влада тут не причем. Она попала под ваши горячие разборки и стала виноватой. Ну, подумай сам? Что она сделала специально?

Влад чувствовал себя отвратительно. Он не мог ответить Тоне ничем. Только что его витиевато и красиво назвали трусом. Хоть Тоня и не говорила таких слов и даже не намекала, но она умеет все подвести так, что человек понимает, кто он. И он с нею был полностью согласен. От этого и было тошно больше всего.

– Ладно, – махнул он рукой, – уговорила. Поехали к твоему шаману. Где он там? Как раз к пятнице решим, как поступить. Может он и подскажет.

Влад сказал и тяжело посмотрел на подругу. Он так запутался, что решил все свои проблемы переложить на плечи постороннего человека. Что может ему сказать шаман? Когда видные адвокаты и юристы в тупике.

Тоня просияла словно звезда. Она так давно безуспешно его упрашивала поехать с нею.

– Завтра же едем! – махнула она ему на прощанье рукой, – вот увидишь, шаман скажет все!

– Это он тебе сказал про Артема?

Влад спросил, но ответа не ждал. Он просто хотел съехидничать, как неверующий. Но Тоня крутанулась, и весело крикнула. Она уже успела отойти на десяток шагов.

– Именно он! Сказал, у мужа твоего короткая судьба. Но есть люди маркеры. Они способны своими поступками менять ее. Маркером для Темки стал человек с небесными глазами. Влад! Я как увидела эту девушку рядом с Артемом, так и поняла, что беда близко. Вот видишь, шаман был прав. Она спасла его.

Влад то ли хмыкнул, то ли икнул. Женщины. Как их понять? Из чего они сделаны? Придумала люди маркеры. Да если бы она не забралась в серверную, с Артемом вообще бы ничего не было. А теперь лежит с двумя пулевыми в спину. А его жена не нарадуется этому. Ничего не понимаю.

Влад решил тему больше не развивать. Раз согласился, скоро он собственными глазами увидит этого таинственного всезнайку. Вот пусть шаман и подскажет, как отвадить Венеру от его денег.

Попасть туда, куда так стремилась Тоня, оказалось не так просто. Оказалось, что легендарный шаман обитает в Горном Алтае. «Ничего» подумал Влад, «самолет, несколько часов и мы на месте».

– Четыре тысячи километров, – бормотала Тоня себе под нос, сидя рядом, – и мы в Горно-Алтайске.

– Всего-то, – наигранно хмыкнул Влад и посмотрел на подругу.

Тоня широко ненатурально улыбнулась и повернулась к иллюминатору. Ой, не понравилась эта ее странная улыбочка Владу, но он промолчал. Подумал, показалось.

Не показалось. Не успели они выйти из аэропорта, как Тоня стала кому-то активно названивать. Время было уже послеобеденное, Влад устал от перелета. Самолеты его всегда утомляли. Не умел он в дороге быть расслабленным никогда. Он всегда мало ел и практически ничего не пил. Просто не мог. С детства такой был. От этого и самочувствие всегда не веселое. Надо было срочно ехать в гостиницу, принять душ и завалиться отоспаться. Но кто бы о нем думал.

Тоня с довольной улыбкой опустила трубку.

– Не кисни, я тоже устала, сейчас отдохнем.

Она достала бутылку с водой и попила.

– Я все организовала еще вчера. Уже через три минуты нас заберут.

Влад перекинул на другое плечо походный рюкзак.

– Хорошо иметь под рукой интернет и телефон, как говорит Темыч.

– Можно с любой точки мира, купить билет в любою точку мира.

Смеясь, закончила за него Тоня. Влад криво улыбнулся. Перед ними замер огромный монстр. Черная Тойота Ленд Крузер 80 как ехала, так и стала перед ними. Владу показалось, что у нее вообще не было тормозного скольжения. Он с интересом осмотрел машину.

Слегка потрепанная с боков, помяты порожки, на крыше одна солидная вмятина, как от камня. Увесистого такого булыжника. А так в целом машина ничего. Не смотря, на возраст, видно, что хозяин заботится о ней хорошо. Новые черные шины и ассиметричным рисунком протектора, насторожили внутри сидевшую до этого тихо чуйку. Но рядом расщебеталась Тоня. Водитель вышел, громко поздоровался, и стал помогать ей, укладывать багаж. Влад только скинул свой единственный рюкзак с плеча, и он тут же улетел в открытую заднюю дверь.

Пока женщина усаживалась, Влад обошел Тойоту вокруг. Он отметил, что вмятина на крыше, царапины и даже явно недавно замененная фара локализовались все с одной стороны. Где в городе можно получить подобные «травмы»?

– Ну что? – подошел к нему хозяин джипа, – в путь?

Влад согласно кивнул. Он тронул легонько колесо ногой.

– Классная машина! Но прожорливая. Не думал поменять?

Хозяин Тойоты, крупный мужчина с узкими глазами, короткими жесткими волосами и большим ровным, горизонтальным ртом, отрицательно закачал головой.

– Вообще нет. Она мощная! Удобная, красивая и надежная. То, что надо для поездок. Нам пора в путь, время уже позднее.

– Позднее?!

Влад удивленно посмотрел на водителя и поднял руку, чтобы свериться с часами. Два часа дня.

– Владик!

Опустила стекло и странно нежно позвала Тоня.

– Владик! Ну, иди же уже сюда!

Мужчина глянул на водителя, тот смотрел на него странно, открыл дверь и сел рядом с Тоней.

– Что я еще не знаю? – строго спросил он, – ты мне не все рассказала?

– Влад, – Тоня откинула квадратную накладку со спинки переднего кресла и полезла в сумку за продуктами, – вот, покушай и послушай.

Влад взял кружку термос и выпил залпом половину чая.

– Я сплошное внимание.

Тоня вначале очистила яичко и подала его Владу, и только потом сказала. Тойота уже покидала пределы Горно-Алтайска.

– Зная твою нелюбовь к долгим поездкам, я не все тебе рассказала.

– Ага, – Влад жевал бутерброд и запивал его остатками чая, – Что одним переездом мы не обойдемся. Я уже понял, когда увидел протектор на колесах и странные повреждения с локацией на один бок, что мы не по городу кататься будем.

Водитель один раз глянул на Влада в зеркало и тут же отвел глаза. Тоня откусила кусочек колбаски и стала медленно его пережевывать.

– А что мне оставалось делать? Владик? Ты если бы узнал, что нам еще ехать после города четыреста пятьдесят километров на машине.

– Сколько?! – подавился и закашлялся Влад.

– Четыреста пятьдесят, – невинно хлопая ресницами, тихо ответила Тоня, – а что ты хочешь? Шаман живет уединенно и далеко. До него добраться трудно.

Водитель все слышал. Он один раз оглянулся и громко сказал.

– Вы к шаману? Не с глупостями какими?

Тоня резко махнула рукой.

– Да если бы глупости, Жора. Артемку моего, как шаман и сказал, чуть не подстрелили. Лежит вот теперь в больнице, выздоравливает. Живой.

Тоня украдкой смахнула слезинку и тихо всхлипнула.

– Успела найти маркера. Вот, – она грустно глянула на Влада, – теперь его надо к шаману. Запутался человек. Сильно.

Жора смотрел на нее гораздо дольше, чем раньше. Он неожиданно резко обернулся и с удивлением сказал.

– Тебе же шаман запретил приезжать?!

Дорога уже стала вилять в затяжных поворотах. Появились долгие подъемы и спуски. Жора так сильно обернулся, что машину качнуло. Он вернулся за руль и теперь только недоуменно посматривал на Тоню в зеркало.

Влад не видел их лиц и плохо расслышал их разговор. У него на пол упала обертка от кекса. Он поднял ее и положил в мусорный пакет на коленях Тони.

– Что запретил шаман? Кому? —спросил он.

Жора сидел и только глазами посматривал, указательный палец Тони находился в этот момент вертикально поперек губ. Она поймала взгляд Влада и согнула палец пополам. Улыбнулась.

– Еще чаю?

Влад отрицательно качнул головой. Он наелся и напился досыта.

– Да мы так, – ответила она неуверенно, – вспоминаем свое. Мы с Жорой давно знакомы.

– Мы одноклассники, – хохотнул водитель.

Влад удивленно округлил глаза.

– Да-а-а, – вытянул Жора, – вот так разбросала нас жизнь, по всем уголкам страны.

– Интересно, – кивнул Влад, – и приятно, что не теряетесь. Общаетесь.

– Класс у нас бомбовским был, – улыбнулась Тоня, – дружными как были с самого начала. Так и до сих пор не теряемся. Правда не все уже есть.

Они с Жорой одновременно печально вздохнули и умолкли. Влад и забыл о своем вопросе, почему Тоне нельзя было возвращаться. Он вспомнил свой класс. У них все не так было.

– А чтобы не томиться долгой дорогой, – придвинулась к Владу Тоня и показала рукой в окно, – полюбуйся вокруг. Какая красота. Хочешь, немного расскажу? Что знаю.

Влад убрал пакет с мусором в карман сиденья и шумно вздохнул.

– Хочу. И не только это. Хочу, чтобы ты прямо сейчас рассказала мне весь наш маршрут. Без прикрас. Выкинь из себя женщину и верни мне мою Тоню.

Тоня захихикала, а Жора все недоуменно посматривал в зеркало на пассажиров. Ему невдомек было, что Влад запутался именно в понимании последних.

– Ладно, – сдалась Тоня, – мы сейчас едем по красивейшему Чуйскому тракту.

– У, четыреста пятьдесят километров, – угрюмо закончил Влад.

– Совершенно верно, – не обращала внимания Тоня на его сарказм и продолжала, – виды тут засмотришься, если горы любишь. А ты любишь, я знаю. Вот и не заметишь, как время пролетит. Спать даже не захочешь.

– Захочешь тут, – не сдавался Влад, – все равно не усну, если даже захочу.

Тоня потрепала его по волосам.

– Да, что же ты бука такая. Не скули, дружок. А то Оленьке расскажу, какой у нее папка нежный.

Они оба неслышно хохотнули, переглянулись, но тут, же стали грустными.

Спустя минуту Тоня снова заговорила.

– Ну, так вот. Едем мы в село Кош-Агач. Оно находится на самой границе с Монголией. Там воздух!

– Верю, – не сдавался Влад. Он уже предчувствовал подвох, – а когда закончится асфальт?

Тоня не выдержала. Она отсмеялась, вытерла заплаканные глаза, высморкалась и ответила.

– У тебя чуйка как у Михаила Станиславовича. Сразу видно, чей сын.

– Работала бы она с вами так, – снова тяжело вздохнул Влад, – не пришлось бы тебе сюда меня тянуть. На край вселенной.

– Да брось. Ты и Темка для меня дороже жизни. Но ты прав. Я пыталась утаить. Дальше еще около ста сорока километров по разбитой горной дороге. Шаман сейчас живет в окрестностях села Джазатор.

Влад уже не стонал и не возмущался. Он понял, какую сложную работу проделала Тоня всего за сутки, чтобы организовать такую поездку. Она бросила работу, ради этого путешествия. И хоть сам он не видел в нем никакого толка. Он согласился. Потому что, увидел в ее глазах надежду. Он просто махнул неопределенно рукой и сокрушенно сказал, то, что она так давно ждала.

– Валяй! Рассказывай, мне как большие космические корабли бороздят. Что там они бороздят. Вот об этом и рассказывай.

Тоня подобралась и довольно улыбнулась. От радости у нее ладошки зачесались. Она просто обожала разговаривать. И дай ей волю, она готова несколько часов говорить хоть, о чем – тема значения не имела. Главное, чтобы были уши, которые готовы ее слушать. Влад ей раз сказал, что специально познакомил ее с Артемом, потому что самому страшно стало. Он представил, как она щебечет сутками напролет в его доме. А друг был более сдержан и стрессовоустойчив. Вот так Тоня стала женой Артема. Они много шутили и смеялись над этим. Ее любовь к разговорам, привела ее к теперешнему мужу.

– Оттуда в хорошую погоду можно увидеть высочайшую вершину Алтая – гору Белуху. Что говорить, места там настолько живописные и глухие что даже дух захватывает, когда попадаешь туда. Джазатор расположен на высоте 1700 метров над уровнем моря. Климат там непростой, но люди живут и никуда уезжать не собираются. Там сейчас развивается туризм. Потому что в нескольких десятках километров от села находится одно из самых труднодоступных мест на всем Алтае – горное плато Укок. В этом месте, как говорят местные жители «земля упирается в небо». Там сходятся границы четырех стран: России, Монголии, Казахстана и Китая.

Глава 3.

– И что-то подсказывает мне, – вмешался Влад в ее монолог, – что нам туда.

Тоня округлила глаза и отрицательно замахала руками.

– Не дай Бог, нам туда! Я надеюсь, что все же нет. Там нет дороги, тонкая тропа вдоль бесчисленных долин. Мы так и к пятнице не доберемся, а ты помнишь, что у нас в пятницу.

Влад хитренько скосился на подругу. Она поняла, что он шутит. Стукнула по плечу и тоже рассмеялась.

– А я уж думал, что ты решила меня окончательно укокошить на этом Укоке. И название соответствующее.

– Вот если бы не знала, насколько ты серьезный человек, – качала головой и улыбалась Тоня, – подумала, что дуралей. То, что звучит созвучно нашему языку, не означает это.

Влад отвернулся от нее и делал вид, что смотрит в окно, а сам смеялся над ее возмущением. Тоня – прирожденный педагог. Хорошо, что не пошла по этой стезе. Иначе ее ученикам от ее учения и по ночам покоя бы не было. Не отстала бы, пока не вбила все истины. А Тоня обожала поговорить и поучить. Все свои знания, что она накопила в себе до ее возраста, она не считала нужным прятать и хранить глубоко в себе. Она была готова ими делиться со всеми, даже если эти все не хотели их впитывать. Они все равно были обречены стать просвещенными, если попали под ее влияние.

Влад стоял напротив маленького здания. Между двумя окнами, расположилось деревянное крыльцо с обоюдоспускающейся лестницей. Причем в лестнице, справа было почему-то пять ступеней, а с левой стороны их было шесть. Крыльцо было выкрашено яркой голубой краской, а на перилах напротив входной двери на облезлом куске фанеры было криво написано «куплю шишку» и номер телефона.

Мужчина поднял голову и в свете тусклого фонаря прочел вывеску «магазин». Он опустил голову и обвел глазами окружающее пространство. Куда не глянь – темнота и тишина. После шума Москвы так непривычно. Владу на миг показалось, что он один остался во всей вселенной. Его накрыло неприятное чувство собственной ничтожности, он прямо всем своим существом ощутил, как он уменьшается по отношению ко всему окружающемуся пространству. Какой он маленький, а вокруг все такое огромное. Влад шумно выдохнул.

– Жопа мира, – тихо выругался он, – что я тут делаю?

Из темноты неслышно переговариваясь, вышли Тоня и водитель. Влад увидел их и теперь не сводил с них глаз. Он устал, хотел спать и вымыться. Тоня махнула рукой, он поднял ее сумки и пошел.

– Мы переночуем, – сказала Тоня, – в местном гостевом доме.

Жора попрощался и ушел в темноту. Влад уже знал, что Тонин одноклассник направился к родственникам. Он будет их ждать, когда они вернутся. Дальше их повезет другая машина, более приспособленная для ухабистой непролазной дороги – Урал с кунгом. Влад оплатил аренду всей машины, потому что других желающих прокатиться не нашлось. Тоня немного нервничала, ей было неудобно, что друг взял на себя все расходы. Ей казалось, раз она затеяла все это путешествие, значит и оплата пополам. Она была не согласна и собралась спорить до последнего.

– Брось, – отмахнулся от ее доводов Влад, – я за первый секс с Владой выложил миллион сто, а ты споришь со мной из-за того, что, по сути, надо мне. Это же для меня? Так?

Тоня опешила. Она остановилась и уставилась на друга немигающим взглядом. Влад видел, как блестели ее глаза в темноте. Женщина открыла рот и не могла произнести ни слова. Она слегка мотнула головой. Владу этого было достаточно. Он отвернулся от нее и довольно сказал.

– Ну, вот и не спорим больше на эту тему.

– Миллион! – раздалось у него за спиной, – ты совсем сбрендил?! Да еще сто!

– Да! – крикнул он ей. Она уже изрядно отстала, – от страсти. А ты не завидуй.

Тоня за ним почему-то не спешила. Влад остановился и осмотрелся. Вокруг темень непроглядная, куда дальше? Вдруг сзади раздался ее веселый звонкий голос.

– А ты, я сморю, прямо на Укок собрался, среди ночи? Ну, иди! А я спать хочу в тепле и ванну приму. Горячую.

Тоня словно пропала. Влад подхватил сумки и покружился с ними несколько раз.

– Тоня! – позвал он ее раз.

Она не ответила.

– Тоня! – крикнул он повторно и прислушался.

Вокруг звенящая темнота. Вдали подали голоса животные.

– А у меня твои сумки, – нежно и так призывно сказал он совсем тихо и поставил их на землю.

Прошла минута не меньше. Из темноты вынырнула светлая курточка, Влад незамедлительно обхватил Тоню за талию и приподнял. Она заливисто смеялась. Он подержал ее немного и ослабил хватку. Она съехала по нему вниз и тут же обхватила руками шею. Он не сопротивлялся. Ее губы припали в страстном поцелуе к его. Влад горячо ответил. Тоня застонала, не прерывая поцелуя, а он стал шарить руками по ее спине. Затем забрался в штаны, залез под трусики, обхватил руками упругие ягодицы.

– У меня давно не было секса, – задыхаясь, прошептал он ей в губы.

Она очнулась и вмиг отстранилась. Тоня ощутила все его возбуждение бедрами.

– Прости, прости, – лепетала она, – я виновата. Это воздух разреженный. Я сошла с ума.

Влад притянул ее к себе и крепко обнял. Тоня чуть не плакала.

– Это я виноват, – укачивал он ее, – не сдержался. Ты прости. Тут не только воздух виноват, но и усталость от всего и нервы.

– Я постоянно предаю Артема, – шептала она сокрушенно.

Влад хохотнул.

– Во снах и мыслях? Тоня! Это не измена. Ты выбрала его. Я согласился. Только зря ты ему не рассказала о нас. Наши отношения были до знакомства с Темкой. Теперь ты мучаешься зря.

– Ты, как всегда, прав.

Тоня отстранилась и повела Влада в гостевой дом. Он, оказывается, в темноте не заметил развилку на дороге и прошел мимо. Влад шел следом, а она выговаривала, что накопилось внутри.

– Мне стыдно перед мужем, что я иногда хочу другого мужчину. И все бы ничего, только этот другой постоянно ты. Я иногда мечтаю о тебе, вижу во сне, как мы делаем это, представляю тебя, когда с Артемом. Не всегда. Редко. Но это бывает.

Влад ее не перебивал. Все выслушал. Он уже увидел невдалеке теплые тусклые огоньки гостевого дома. Он представлял собой красивый бревенчатый сруб из светлой древесины в два этажа. На крыльце стояла молодая девушка и явно ждала их.

– Это все потому, – начал он, стоило ей замолчать, – что у тебя маленький сексуальный опыт. Сколько у тебя было любовников. Первый муж, я и Артем. Все. Муж тебя обидел, ты его выкинула из всех аспектов своей жизни. Со мной тебе было хорошо. Вот и остался этакий идеал, который иногда прорывается наружу. Ты женщина мечтательная, ранимая, впечатлительная. Ты любишь своего Артема больше жизни и он, безусловно, лучший мужчина. Но. Ты же женщина живая. Поверь. Это нормально, когда тебе сняться эротические сны, и ты думаешь о, другом. А так как больше у тебя никого не было. А я в сексе хорош. Тебе не с чем сравнить больше. А ты пугаешься этих фантазий, и твой мозг в итоге ограничивается только мной – как единственным реальным опытом.

– А что мне делать?

– Отпусти свои фантазии, – серьезно отвечал ей Влад, – и дай им волю. Вначале будет страшно и неуютно.

– Стыдно.

– Да, стыдно. Приснился тебе сон, расскажи мужу. Пусть задумается, почему его женщине он приснился. Тому, кто часто занимается любовью, такие сны не снятся. Это его косяк, не твой. Какой нравится мужчина, о таком и думай. Иногда приличной женщине можно. Ты же не изменяешь любимому. Эротические фантазии – это хорошо! Запомни это, Тоня. И не смей их стыдиться.

Тоня опустила голову и косо посмотрела на Влада. Она тихо посмеивалась.

– Как хорошо, что ты мой друг, Влад. Я о таком даже с Темой не могу поговорить. Не знаю даже почему.

– Потому что изображаешь из себя хорошую жену.

Влад отвечал ровно и без шуток. Он давно видел, что Тоня напряжена и ее что-то постоянно мучает. Спросить не решался, а потом у самого все так закружилось.

– Перестань быть идеальной.

– Не могу, – призналась она, – это уже внутри меня глубоко.

– Я имел в виду, перестать быть идеальной в домашней обстановке. Вот как сейчас. Ты сорвалась. Тебе стало стыдно передо мной. И я тоже хорош. Ответил. Но это было по – настоящему. И мы оба были настоящими. Научись расслабляться дома и в кругу близких. Начни с того, что не помой посуду с вечера.

– Что?! – искренне возмутилась Тоня, – она же закиснет.

Влад цокнул языком и выдохнул.

– Блин! Тоня! Я сейчас начну матюкаться. Ну, повесь полотенце на сушке неровно. Начни с этого. Убирай из себя этот сверхпедантизм. И учись быть просто человеком с недостатками. Ну, пукни перед мужем хоть раз.

Тоня замерла с открытым ртом и выпученными глазами. Уж такого от Влада она не ожидала никак. Посоветовал, так посоветовал. Она смотрела на его могучую спину и широкие плечи. В такого невозможно не влюбиться. Он не был качком. Его таким шикарным телом одарила природа. А он поддерживал его в форме и всего. Длинные ровные ноги. Эта его кривая ухмылка его даже не портила, а наоборот придавала шарма и манила взгляд. Тоня очень его любила всегда, с первого взгляда. Но Артема она любила больше. Влада она любила как человека. А мужа она любила как мужчину.

Тоня обогнала его и кулачком стукнула в плечо.

– В сексе он хорош, – хохотнула она, – а тебе стоит поработать над самомнением.

– Есть командир! – раздалось веселое сзади.

На этом инцидент был исчерпан навсегда.

Влад крайне удивился, когда увидел такой труднодосягаемый Джазатор. Гостевой дом в селе оказался на порядок больше, чем в Кош-Агач. Как Тоня и сказала, туризм тут не процветает, все же дороги и удаленность, но присутствует. Сюда хорошо приезжать тому, кто готов остаться тут надолго. Влад прикинул в уме и для себя решил, что неделя лично для его ритма жизни – шикарный срок, чтобы провести его тут. Он огляделся по сторонам и понял, что еще раз приехать сюда, он захочет обязательно. Вдалеке по тропке двигалась вереница людей, нагруженных заплечными рюкзаками. Туристическая команда во главе с проводником медленно продвигалась вглубь долины. Мужчина посмотрел на часы и подумал, что-то поздновато они выдвинулись в дорогу. Совсем скоро стемнеет. Подошла Тоня.

– О, – указала она рукой на людей и сразу же ответила на все его вопросы, – на озеро пошли. Там такой кемпинг сделали, – вздохнула она тяжело, – как и я туда хочу.

– Так давай летом, – глянул на нее Влад, – Темка поправится, и махнем сюда на неделю.

– Как вариант, – задумалась она, – но я уже согласна.

Тоня махнула рукой.

– Пошли. Тут высокогорье, темнеет очень быстро и, сразу невыносимо холодно. Номера уже готовы. А самое главное, – Тоня поежилась, – протоплены.

Влад же расправил плечи и вдохнул холодный воздух полной грудью. На улице было начало весны. Тут же высоко в горах, казалось, зима даже не думает, что пора уходить. Все завалено высокими сугробами снега и только дороги прочищены грейдерами, да узкие тропки протоптаны туристами. Ему тут нравилось с каждой минутой все больше. Самое приятное было в том, что тут было холодно. Мужчина довольно улыбнулся сам себе и подхватил сумки.

Хозяйкой гостевого дома была молодая казашка. Девушка отучилась в городе, пожила там немного и решила приехать сюда. Здесь она отстроила гостевой дом, наладила небольшой туристический бизнес и больше никуда не собирается.

– Когда-то здесь, – рассказывала она Тоне и Владу за ужином, – даже был аэродром и грунтовая полоса для местного авиасообщения.

– А сколько тут проживает человек? – поинтересовался Влад.

Он иногда трогал телефон, лежащий в кармане, но так и не решился ни разу его включить, чтобы не расстраиваться.

– Почти тысяча триста, – ответила хозяйка заведения.

Тоня одобрительно крякнула.

– Я думала меньше. Да вы мегаполис, – засмеялась она.

Хозяйке шутка понравилась. Она тоже сдержано отсмеялась и уже серьезнее продолжила.

– Несмотря на нашу удаленность от цивилизации, у нас есть гидроэлектростанция. Трудно поверить, но до 2007 года в село электричество подавалось всего на пару часов в сутки. Мы не связаны с единой энергосистемой страны. Тут как бы сами по себе.

Влада очень удивили ее слова. Он представить себе не мог, что такое бывает еще в стране. Они сидели в общей столовой и вкусно кушали, мирно беседовали с хозяйкой, мимо проходили по делам немногочисленные постояльцы. И даже в голову не может прийти, что тут совсем недавно не было электричества круглосуточно.

– У нас тут есть своя школа, – хвасталась казашка, – участковая больница, несколько магазинов, – это она особо подчеркнула интонацией, – автозаправка, детский сад ну и пограничная застава, куда на границе без нее.

– Можно жить, – мечтательно закатила глаза Тоня, – рожать детей, не переживать за здоровье и наслаждаться.

– Что мы и делаем.

Улыбнулась хозяйка и встала.

– Простите, дорогие гости, но мне надо отлучиться.

Тоня и Влад попрощались с девушкой и еще немного посидели, тихо переговариваясь.

Шаман проживал недалеко от озера, что располагалось в низине. Рано утром Влад был уже готов. Тоня возилась с завтраком и сильно зевала. Она постоянно мучилась от холода, ее часто пробивала дрожь. Владу же было так хорошо и комфортно, что даже иногда появлялось некое чувства стыда перед подругой.

– Как мы его найдем? – спросил он.

– Не переживай, – Тоня поставила на стол горячий кофе и яичницу, – не пропустим. Весь путь к его жилищу отмечен странными знаками. Не проси рассказать, не знаю, что это. Их – шаманские – замарочки.

– Сколько он берет?

Тоня бегло посмотрела на него и опустила глаза.

– Ничего не берет. В том и проблема. Если он поймет, что человек ради праздности пришел, ни за что впустит к себе. Его там духи какие-то окружают, они им и руководят.

Тоня еще раз вздохнула особенно тяжело и вздрогнула.

– Что-то мне страшно, как не было прежде никогда. Не считая Артема, конечно. Давай договоримся – мы зайдем к нему вместе.

Влад согласно кивнул. У него не было в жизни ничего, о чем она не знала. Однако по ее состоянию он понял, что она не просто так дрожит и виной тому вовсе не холодная погода.

В окне появилась хозяйка. Она приветливо улыбнулась и помахала рукой. Влад так резко сорвался с места, что Тоня вскрикнула. Он выскочил на улицу, даже не накинув куртки. Подбежал к девушке вплотную. Та стояла и удивленно смотрела на него. В руке она держала телефонную трубку.

– У вас спутниковый? Дадите позвонить? Сколько?

Казашка опустила глаза, поняла, о чем просит Влад и мило улыбнулась.

– Нисколько. У нас тут есть и мобильная связь, – гордо ответила она, – и интернет. Тоже несколько лет назад появились. Так что сами можете позвонить со своего.

Глава 4.

Влад поблагодарил и отошел в сторонку. Он пошарил по карманам и понял, телефона у него нет. Вернулся в кухню. Там уже доедала свой завтрак Тоня. Достал телефон и включил его.

– Экстаз, – радостно воскликнул он, увидев полную шкалу связи, – почему я раньше не спросил!

– Хм, – поджала губки Тоня, – а я тоже не знала. И в голову не пришло спросить. Прошлый раз ничего этого не было. Наступает цивилизация и сюда.

Влад читал статью и даже не заметил, что Тоня склонилась и тоже смотрит, что он делает.

– Как распознать шамана от мошенника, – прочла она и похлопала Влада по плечу.

– Нам пора. Ты все поймешь, когда увидишь его.

Влад выключил телефон и встал.

– Нам надо что-то взять?

Тоня отрицательно мотнула головой.

– Перекусить я приготовила. Дорога будет трудная и долгая. Он очень далеко ушел от людей. А сейчас зима. Говорят, он иногда просит ему что-нибудь принести по хозяйству потом. Если попросит, то сходим еще раз. А так надо идти налегке. Думать о своих проблемах.

Влад надел куртку, и они вышли. Небо было затянуто густыми облаками. Уже было светло и немного ветрено. Тоня постояла. Казалась, она решалась с мыслями и силами. После, приняла решение, махнула руками и быстрым шагом направилась в долину. Влад последовал за ней.

По тропе то тут, то там были воткнуты кривые палки со странными перьями, тряпочками, пучками трав. Влад смотрел на все это, и боялся, даже приблизится к этим палкам. Тоня тоже не решалась все это трогать, но она буквально каждую метку фотографировала. Пару раз щелкнула самого Влада.

Один раз они заблудились. Это заметил Влад. Он приглядывался к меткам и обратил внимание, что те, которые идут сейчас истрепанные и какие-то старые что ли – не свежие. Об этом он сказал Тоне. Они без слов тут же вернулись обратно.

– Шаман не живет долго на одном месте, – пояснила женщина, – куда бы он не ушел, его везде преследуют люди.

Влад усмехнулся.

– Такие как мы?

– Да. Очень многим нужна его помощь. И он реально помогает. Но пришельцы приносят с собой и все свои проблемы и негатив, которые плохо влияют на мир духов. Все наше шаман оставляет у себя.

– Не может быть, – задумчиво говорил Влад, – чтобы он прям все отдавал. Берет же он что-то взамен. За все в жизни надо платить. Уж я об этом хорошо знаю.

Тоня только вздохнула. Она не хотела обсуждать эту тему.

– Я у него была раз, несколько лет назад. И насколько помню, он сказал, что он лишь проводник. Мы сами расплачиваемся за его помощь с духами. Только вот чем, сразу и не узнаешь.

– Вот это-то и напрягает.

Влад остановился как вкопанный. Тоня не заметила его заминки и врезалась Владу в спину.

– Влад, что…Ой!

Тоня так громко вскрикнула от испуга, что эхо ее голоса унеслось далеко в горы. На тропе перед ними стоял человек. Он был одет в одежды из звериных шкур. Все ее элементы были цвета осенней травы. На шее свисало несметное количество бус, амулетов, шнурков разной длины и толщины. И все это так перемешалось, что образовало скорее воротник. Лица его видно не было из-за низко опущенного капюшона. Но самое интересное, на что обратил внимание Влад. Это подобие очень высокой короны из перьев птиц. Очень крупных черных и коричневых перьев. Влад не смог припомнить ни одной птицы, обитающей в этой местности с такими широкими и длинными перьями.

– Шаман, – тихо выдохнула Тоня, – добрый день, – выдавила они из себя уже громче.

Влад тоже поздоровался. В ответ им было невнятное мычание. Затем шаман развернулся и пошел вдоль тропы. Шаг его был примечательным. Он не шел тяжело как Влад или Тоня, опираясь на палку. Шаг его пружинил. Ноги слегка подгибались, казалось, он идет на полусогнутых ногах. И так быстро он стал удаляться, что Тоня стала подталкивать Влада, чтобы тот ускорился. За неспешно идущим человеком в высоком уборе из перьев им пришлось практически бежать.

– Это и есть шаман? – спросил Влад, немного оглянувшись назад.

– Он самый.

– А где бубен?

Тоня ткнула его палкой в поясницу и шикнула. Шаман был уже далеко от них, но словно услышав их перешептывания, обернулся. Они, не сговариваясь, умолкли и решили лучше помалкивать. Тоня предупреждала, что людей шаман чаще прогоняет, чем зовет к себе в дом. Поэтому и Владу не хотелось проделать такой трудный путь и уехать без впечатления от шамана.

– У вас должна быть веская причина, – внезапно обернулся и заговорил на чистейшем русском шаман, – чтобы явиться ко мне в такой сезон.

Тоня от неожиданности снова не успела остановиться и буквально повисла на Владе.

– Совершенно верно, – ответила она без промедления замерзшими непослушными губами. От чего ее слова скомкивались, и пропади некоторые звуки, – очень веские.

Шаман обернулся и возвел руки к небу. Пропел странную короткую песню, прислушался и подошел к порогу своего домика. Влад с разочарованием увидел обычный маленький сруб в одно окошко. Он поставил Тоню устойчиво на ноги и наклонился к ее уху.

– Ты слышала? Он шпрехает по-нашему без акцента. Он точно тот, за кого себя выдает?

Тоня снова шикнула и ткнула его палкой больно в ботинок.

– А как он еще должен по – твоему разговаривать? На инопланетянском?

Влад криво усмехнулся.

– Ты мне еще скажи, что он как все учился в школе и…

– Институте тоже, – послышался ответ, – У меня диплом МГИМО. Красный. И да. Я не живу в юрте. У меня прекрасный сруб.

Тоня ничего не поняла, она хлопала заиндевевшими ресницами и смотрела на Влада. А сам Влад закрыл рот только потому, что почувствовал, как начали замерзать зубы. Он был в шоке. Шаман дал ответ на вопрос, о котором он только подумал. Он не мог же догадаться или услышать, то есть мысли прочитать? Или ему так часто их задают, что он уже предугадывает их от очередных клиентов. Скорее всего, именно так. Так решил Влад и успокоился. Ничего сверхъестественного, простое знание психологии человека. Цыгане тоже так умеют.

Они подошли ближе. Человек стоял на пороге своего домика, но дверь не открывал. Также он даже не подумал снять капюшон. Его лицо все время оставалось недосягаемым для их глаз. Он что-то мычал на разные интонации и смотрел на Влада и Тоню.

– Обождите тут, – заговорил он более низким голосом, – вас позовут.

Шаман пропал в глубине своего жилища уже давно. Влад проследил по времени, прошел уже почти час. Он даже успел пройтись по округе и не обнаружил никаких следов человека. Если он тут и жил, то один. Интересно, кто их должен позвать? Он уверенно подошел к Тоне.

– Пошли уже, – потянул он ее за руку, – мы шли сюда два часа. Час уже ждем. Два обратно. Мы не успеем до темноты. Будем считать, что нас позвали.

Тоня слегка упиралась, но шла. Влад уверенно преодолел три ступени крыльца и постучался. Ему никто не ответил. Он глянул на растерянную Тоню и открыл дверь.

Внутри было как в плохо проветренной курилке. Дыхание перехватило, в горле появилась горечь и жжение. Тоня кашлянула, прикрыла ладошкой нос и указала головой куда смотреть. Шаман сидел на корточках около приземистого столика. Домик, как и думал Влад, состоял всего из единственной комнаты. Все как в сказках о бабе Яге. Стены, потолок были увешены гирляндами из веток и трав.

Потолка как такового не было. В углу к стене была приставлена лестница, она вела на антресоли. Там и было, скорее всего, спальное место. Более подробно рассмотреть пространство не позволял густой едкий дым.

Шаман ничего не ответил на их приход без приглашения. Он что-то еле слышно бормотал, складывалось впечатление, что он с кем-то разговаривает. Временами он повышал голос, там в его мире, шел явный спор. Тоня указала, что надо сесть. Они оба уселись на попу, прямо на пол. Женщина облизала иссушенные морозом и волнением губы и начала говорить.

– Я была у вас однажды.

Шаман никак не отреагировал. Но она продолжила.

– Вы мне сказали, что у моего мужа судьба короткая. Но духи подсказали, как ему избежать беды. Вы были совершенно правы.

Тоня запнулась. Покачала головой. Вздохнула. Слова ей давались с трудом.

– Простите. Вы всегда правы. Что я несу. Это от волнения.

Шаман внезапно поднял голову. Капюшон слегка опустился. Он встал и ушел в угол комнаты. Тоня замолчала. Шаман вернулся и сел тоже на пол, по-турецки. На его голове осталась эта же странная конструкция из перьев, трав и веревок. Капюшон он убрал. Но лицо так и осталось загадочно спрятано под странным убором. Из обода на его голове свисало столько нитей с бисером, что они создали плотный занавес. И даже легкое колыхание нитей ничего не открывало глазу: ни носа, ни губ.

– Все от того, что много лжи, – заговорил шаман тихим грудным голосом, – вы погрязли во лжи. Она ест вас, правит вами, вы дышите ею. Вы ей служите. Духи привели вас ко мне. Они уже все рассказали. Что вы хотите?

– Я сказать спасибо, – немного наклонилась вперед Тоня, – я нашла маркер. Она спасла моего Артема. Теперь он будет жить долго.

– Да, – выдохнул шаман, – теперь он будет жить очень долго. Гораздо дольше тебя. Ты изменила его судьбу.

Тоня смутилась и поникла. Она закусила губу так, что Влад увидел, как та треснула и на ее поверхности стала наливаться красная капелька. Он испугался за подругу. И решил, что им пора уходить. Тоня так побледнела, это было видно даже сквозь смог. Влад испугался, что она сейчас потеряет сознание. Тоня очень боялась смерти. У нее была фобия такая, как у Гоголя. И услышать о том, что твой муж будет жить очень долго без тебя. Это знать, что тебе самой осталось не так уж и много. Тоня качнулась. Влад подхватил ее на руки и понял, что все. Время аудиенции окончено.

Но шаман опередил его действия. Он резко выкинул руку вперед и осыпал их чем-то. Влад замер.

– Духи меня окружили плотным кольцом, – вещал он, – они говорят, что ты собственность одного из них.

Глаза Влада увеличились. Он аккуратно опустил Тоню. Женщина сидела, словно в трансе.

– То есть ты хочешь сказать, что я одержим?

Шаман что-то бормотал. Потом громко вскрикнул и снова заговорил на понятном Владу языке.

– Маркер, – тянул он уже другим тембром, еще более низким, – ну надо же! Впервые в жизни я вижу тебя собственными глазами.

Влад усмехнулся. В отличие от подруги он не трепетал перед этим человеком. Он воспринимал его скорее, как фокусника или даже шарлатана.

– Говори уже, – грубо сказал он шаману, – а то неуютно у тебя тут. Не могу разговаривать и не видеть глаз собеседника.

Шаман не обиделся. Он качал головой влево вправо и прислушивался к чему-то. Возможно, к тому, как стукаются друг о дружку бусины перед его лицом. Терпение Влада кончалось. Он уже уперся руками в бедра, чтобы встать.

– Дух выбрал вас обоих, – стал говорить шаман неожиданно своим нормальным голосом. Тем, каким он разговаривал при их встрече, – тебя и ее.

Влад нахмурился.

– Не понимаю.

– Надо же?! – удивился шаман и потянул голову вбок. Словно там кто-то стоял и ему что-то говорил.

Влада пробрал озноб. Все так натурально смотрелось. Что он непроизвольно тоже стал смотреть в сторону невидимого собеседника шамана. Только он ничего не видел. От этого по всему телу бегали мурашки.

– Вы оба маркеры, – начал снова говорить шаман, – редкий случай. И дух выбрал вас обоих. Вы ему принадлежите навсегда. Он не отпустит вас.

Глаза Влада бегали туда-сюда. Он был растерян и не знал, даже что спросить.

– Все размыто, – выдавил он из себя, – так и я могу нагадать.

Шаман вытянул руку вперед.

– Выкинь все ягоды на стол.

Влад нахмурился еще больше.

– У меня их нет.

– В кармане.

– Нет у меня ничего в кармане.

– Ты когда сюда шел, видел ягоды на моих оваа.

Влад немного наклонился, он полез в карман.

– Это те палки камнями обложенные что ли? Я ни к одной из них даже не подошел.

Шаман, молча, ждал. Влад удивленно хмыкнул. Действительно он почувствовал несколько твердых горошин. Он точно знал, что там совсем недавно было пусто.

– Как тебе это удалось провернуть?

Влад высыпал на стол перед шаманом горсть сухих ягод. Все они тут же покатились кто куда. Остались всего три. Он наклонился. Одна ягода была красной рябиной. Вторая тоже рябиновая, только черноплодная. А третья странная выцветшая. Словно ей сто лет, и она потеряла весь пигмент. С какого растения эта ягода, мужчина не понял.

– У тебя по судьбе трое детей, – ответил шаман, – но твой собственный будет только один.

– Спасибо, – хрустнул спиной Влад, – что предупредил. Значит, если что остальные двое будут не мои.

– Не корчи из себя придурка! – неожиданно быстро заговорил шаман, – духи не врут.

– Оу, – воскликнул Влад, – а это уже по – нашему. Я тебя достал? Так я пойду. А Тоне скажу, что ты классный шаман. Договорились?

– Я ей запретил сюда приходить, – показал на спящую женщину шаман, – она тут оставила часть своих лет прошлый раз. Прости, но духи сами выбирают себе цену и забирают ее. У нее одна проблема осталась – ребенок.

Влад услышал и тут же подобрался. Все так. Он осел на место и теперь слушал молча.

– Она слабая. А духи слабость не жалуют. Рвут на части, и все забирают себе. Я сказал, что у нее есть шанс родить. Только если она больше никогда не придет ко мне. Я сильный шаман. Ко мне приходят сильные духи, древние. Она привела тебя, зная, что лишится после этого последней надежды.

Влад горестно посмотрел на Тоню. Она сидела и слегка покачивалась, ее глаза были открыты, но ничего не видели.

– Зачем? Тоня?

Обратился он к ней, но Тоня ему не ответила. Тогда он посмотрел на шамана.

– Я не ожидал, что она приведет мне маркера. Я удивлен.

– Ну, хоть кому-то из нас хорошо, – буркнул под нос Влад.

– Слушай, – шаман дернул головой, – что духи говорят о тебе.

Влад опустил голову, уставился на свои руки и слушал.

– Женщина с глазами словно небо. Ее маркер.

– Влада, – тихо сказал Влад, – ее зовут Влада.

– Ты и она – оба под властью одного духа. Он выбрал вас. Это сильный дух. Он хочет, чтобы вы были вместе.

– Даже не знаю, как это возможно.

– Возможно, – ответил шаман, – ваши судьбы идут рядом. Все зависит от тебя. Она будет счастлива с любым, а ты только с ней. Но ее судьба может быть долгой, а может скоро оборваться.

– Это как?

– Дух не ее и не твой. Он вас не будет защищать. Он убьет вас.

– Ой, как все сложно, – не выдержал Влад, – правда, не понимаю тебя.

– Время даст понять. Хочешь быть счастливым и свободным. Отдай все.

– Все?

– Абсолютно все. Даже то, что скрываешь. И даже то, от чего плохо будет. Не оставь в себе ни единого секрета.

– Ты хочешь, чтобы от меня отвернулись даже близкие?

– Согласись, – говорил ему шаман, – это меньшая плата, чем ее. Она больше никогда не станет матерью и не родит сама.

Глава 5.

Влад скосился на спящую подругу и горестно поджал губы. Тоня.

– Но знай, если ты выберешь ее, то всегда будешь испытывать страх.

– Страх? Перед чем?

– До последнего своего вздоха тебе будет страшно.

– Давай уточним, – вытянул в сторону шамана руку Влад, – ты говоришь, если я выберу Владу, и мы каким-то образом будем парой. Теоретически. То я за счастье с нею буду испытывать постоянное чувство страха. А как же та плата духам? Когда я обязан, буду все всем отдать, чем владею?

– Вы оба маркеры, – ответил шаман, – она может сама заплатить за все. Только духи требуют ее жизнь за жизнь. И зная ее, она отдаст свою без колебаний за новую жизнь. И тогда судьбы многих оборвутся.

– Зная Владу? Кто ее знает? За чью жизнь она отдаст свою?

– Дух мне сказал. Он не хочет ее смерти. Он мне подсказал.

– Что? Что за нее должен буду заплатить я? Да она даже не знает о твоем существовании!

– Да.

Коротко ответил шаман и осыпал их снова каким-то порошком. Тоня стала шевелиться и что-то бормотать.

– Вам пора, – шаман достал из-под стола долгожданный Владом бубен, – духи разбушевались. Уходите скорее, мне долго надо будет камлать, чтобы утихомирить их.

Влад подхватил Тоню и потянул ее на выход. Когда он был уже возле двери, шаман крикнул ему напевно.

– Духа своего забери с собой. Он еще не перешел в этот мир.

Дверь тихо захлопнулась за их спинами. И в лицо ударил морозный свежий воздух. Тоня стала снова кашлять. Она приходила в себя от странного транса, который навел на нее шаман. На небе блестели яркими точками звезды. Они оба подняли головы.

– Это сколько мы пробыли у шамана? – выдохнула Тоня, – кажется, от силы несколько минут прошло, – как нам дорогу домой отыскать?

Влад прислушался. Внутри домика звучали песнопения и постукивания бубна. Шаман, как и обещал, шаманил там свое колдовство. Мужчина спустился на землю и развел руки.

– Он сказал, чтобы я духа своего забрал.

Влад стал оглядываться, словно в поисках этого самого духа. Тоня прижалась к его боку.

– Владик, мне страшно.

– И мне Тоня, – признался он, – не по себе от всего.

При этом он еще раз огляделся по сторонам и развел руки еще больше.

– Ну! – негромко крикнул Влад в пустоту ночи, – пошли, что ли, домой.

В ответ ему с неба посыпался мелкий снежок. Тоня задрожала сильнее.

– Это катастрофа. Я не хочу возвращаться к нему. А вдруг он нас прогонит.

– Раз сказал забрать духа, – повел ее в ночь Влад, – значит, дух нас путь и выведет к селу. «Если хочет, – громче сказал Влад, – чтобы сбылось его желание».

Тоня почувствовала, какой он напряженный. Все мускулы тела Влада стали словно каменными. Даже его шаг стал не мягким, а словно он шел на ходулях. И это почему-то вызвало в ней непонятный смех.

– Ты чего ржешь? – напряженно спросил ее Влад.

Тоня рассмеялась еще сильнее. Ее даже чуть согнуло пополам.

– Ты торгуешься с духом? Я что-то пропустила?

Влад издал странный звук. Он не был похож ни на что.

– Ты перестанешь смеяться, когда узнаешь, что мне сказал шаман.

Тоня выпрямилась и шла следом, держась за руку Влада.

– Он словно отключил меня, я практически ничего не могу вспомнить. Что он тебе сказал?

– Он сказал, если я хочу, чтобы все мои проблемы разрешились и у меня все в жизни наладилось. То. То Артем должен узнать, что мы с тобой были любовниками.

Тоня всхлипнула. Она умолкла и теперь просто шла следом. Влад шел по тропе и всматривался вдаль. Ничего уже не было видно совершенно. Еще этот снег, казалось, что он усиливается. Спасало еще то, что не было ветра. Влад остановился и перевел дух. Он ничего не видел впереди. Было очевидно, что им нужно возвращаться к шаману и проситься на ночлег. Но тот сказал, что если к нему обратно вернется Тоня, то она умрет. Владу не хотелось испытывать эту теорию на практике. Он слишком дорожил подругой. Да еще после того, какую она жертву принесла ради него.

– Ты почему не сказала, что тебе это будет стоить?

Тоня хмыкнула, потом всхлипнула. Она тихо плакала сзади.

– Ты бы даже не поверил. Но если бы узнал, все равно не пошел бы никогда со мной к шаману. Я решила, что жизни, уже существующие гораздо важнее теоретических. Не переживай, это осознанный мой выбор.

Влад внезапно увидел, что невдалеке загорелся огонек. Словно лампочка на миг зажглась и погасла. Он потянул за собой Тоню. Они оказались около одной из многочисленных палок. Шаман их назвал странным словом. Овал или Аваал, Влад уже и не помнил.

– Ты видела?

Он протянул руку и потрогал ягодку на высушенной веточке. Тоня наклонилась.

– Она на миг засветилась.

Тоня выпрямилась.

– Нет. Я не видела. Но думаю, что ты поверил. Мы выйдем отсюда в село.

Влад не мог никак уснуть. Его раздирали мысли прожитого дня. Он так часто ворочался, что скомкал под собой всю простыню, и ему было ужасно неудобно лежать. Он не выдержал, встал и стал поправлять постель. Но она была такой огромной, что у него никак не получалось заправить простынь. В дверь поскреблись, и она тут же открылась. В проеме появилось измятое лицо Тони. Ее явно тоже мучили противоречия и мысли. Она увидела, что Влад не спит и вошла.

Тоня, молча, помогла ему перестелить кровать и забралась к нему под бок. Влад заботливо укутал вечно мерзнущую Тоню и сам успокоился.

– Раз Артем должен узнать, он узнает, – тихо сказала Тоня и закрыла глаза.

Влад посмотрел на нее нежно.

– Да, он расстроится, что мы скрывали от него. Но если подумать, последний секс между нами был еще до того, как он пригласил тебя к себе, и ты осталась на ночь. По факту мы его не обманывали и рога не наставляли.

– А все равно неприятно и гнетет.

– Прорвемся, – напускно весело ответил Влад, – а ты ему скажи, что это все во благо его разлюбимого Солнца. И он не будет обижаться. Долго.

Тоня повозилась немного, зевнула и прижалась еще больше к боку Влада.

– Придется спекулировать, а больше никак. Он очень любит Владу.

Тоня хохотнула. Влад тоже не удержался и дернулся пару раз от смеха.

Через несколько минут они оба крепко уснули. Влад последний раз моргнул, и его веки закрылись. Он даже запомнил контуры собственных ресниц по краям, и в этот момент всего на миг. Перед кроватью образовался размытый силуэт. Он появился и пропал. А если и остался, то мужчина его уже видеть не мог – он крепко спал, обнимая Тоню.

Пятница. Улица Павлова, 13. Говорил Влад. Тоня сидела рядом и смотрела на него обеспокоено. Венера тоже смотрела на мужа и ее губы ходили ходуном. Ей так было «интересно», что она все время что-то поправляла языком на деснах. Ее адвокат смотрел тоже на Влада.

– Я все обдумал, – положил он сложенные замком кисти на стол и смотрел на жену, – и решил, что не стану привлекать к нашему делу постороннего человека.

– Она-то тебе посторонняя? После всего, что я видела! – возмутилась Венера, – мне что? Самой теперь все делать?

– Не стоит, – спокойно возразил ей Влад, – я согласен на все условия.

Адвокат от удивления наклонил голову и посмотрел на мужчину поверх очков. Тоня уловила в его взгляде сожаление. Она еще в прошлый раз заметила, что он сочувствует Владу и полностью на его стороне.

– Давайте документы, – повернулся Влад к адвокату, – я все подпишу.

– Вы точно согласны со всеми условиями? – переспросил тот.

Венера отреагировала молниеносно.

– Э-э-э. Вы вообще-то мой адвокат и преследуете мои интересы.

Мужчина никак не отреагировал внешне, но он сказал.

– Как адвокат, я преследую ваши интересы, госпожа Юшман. А как человек, я волен сам решать, кому сочувствовать.

Он подписал несколько листов и встал. Лично подошел к Владу и Тоне. Показал, где надо подписать им.

– Я хотел бы вас попросить, – вежливо наклонился он над Владом, – остаться после.

Мужчина согласно кивнул адвокату. Потом все радостно подписала Венера.

– Через неделю назначена дата суда, – сказал уже всем адвокат, – вы можете на нем не присутствовать. Все необходимые документы после можете забрать в моем офисе.

– Я все подписала, – довольно откинулась на спинку стула Венера, – не могу поверить, что на тебя нашло, Владик.

Она громко рассмеялась.

– Я просто знаю, что ты все делаешь ради нашего ребенка и только во благо его.

Венера уставилась на почти бывшего мужа и не могла сообразить, шутит он или нет. Ее губы все не переставали ходить ходуном. Словно она перекатывает во рту что-то маленькое.

– Ну да, – запоздало ответила она, – только ради него.

– Раз все разрешилось путем мирных переговоров, – собирал в папку документы адвокат, – мне осталось только огласить последние условия.

Мужчина посмотрел на Влада.

– Раз вы дали полное и безоговорочное согласие на все условия Претензии вашей супруги, то по условиям брачного контракта, за вами, как отцом остается право воспитания вашего совместного ребенка. Бывшая супруга не имеет права препятствовать вашему общению. Если желаете, мы оговорим условия позже, во избежание недоразумения.

Венера перестала жевать губы и замерла. Ее глаза выражали удивление.

– Желаю, – сказал Влад.

– Хорошо, – ответил ему адвокат и перевел взгляд на Венеру, – по условию, подписанному вами, госпожа Юшман, только что, с момента развода вы больше не можете носить фамилию Юшман. Вам будут переделаны документы на вашу девичью фамилию.

Глаза Венеры выпучились.

– Простите, но такого пункта не было! Я категорически против! Вы видели эту фамилию?

Адвокат никак не проявил своих эмоций. Но Тоне показалось, что ему нравилось сейчас это говорить.

– Это условие выдвинул не сам господин Юшман, а его представитель. Он с ним оказался согласен. А вам, сударыня Придуркина, смотреть надо было, что подписываете.

Венера вскочила. Она так воскликнула, что задохнулась. Ее большая грудь возмущенно вздымалась.

– Сом-не-ваюсь, – выдавила она, – что захочу пользоваться вашими услугами впредь.

– Ну и чудно, – неожиданно улыбнулся мужчина, – всего доброго.

Венера рванула к двери.

– Госпожа Придуркина! – громко окликнул ее адвокат.

Венера остановилась, сжала кулаки и развернулась на одних каблуках.

– Документы заберите. Нам ваши бумаги не нужны.

Женщина увидела, что забыла на столе папку. Бросилась, сгребла все в охапку и выскочила вон. Венера шла по коридору и, не стесняясь, высказывала все, что она думает о своем муже, об адвокате и его конторе.

Женщина секретарь замерла статуей за стойкой и смотрела на Венеру круглыми глазами. Венера увидела ее, скривилась. Обвела хищно глазами приемную и сняла с ноги туфлю. Подошла к висевшей на стене картине и с размаху воткнула в нее каблук. С довольной улыбкой потянула туфлю вниз. В тишине раздался звук рвущейся ткани. Секретарь вздрогнула, но не проронила, ни слова. Венера разорвала пополам картину и с довольным смешком обулась. Но стоило ей выпрямиться, как каблук, тут же подломился и она чуть не упала.

– Блядь, – выругалась она, – вы мне еще заплатите за ущерб. Знаешь, сколько стоят мои туфли, несчастная?

Женщина секретарь, молча, закрутила головой.

– Больше, чем ты тут за полгода зарабатываешь, бестолочь белокурая. Как же я ненавижу блондинок! С синими глазами! Я всех ненавижу, – неожиданно крикнула она, так что подпрыгнула, – всех, кто красивее меня! А он выбрал ее. А со мной так нельзя! Нельзя, слышишь, курица. Я тут королева!

– Неуравновешенная, – сказала всего одно слово секретарь и подняла трубку.

Через минуту в приемную вошли все оставшиеся обитатели офиса. Адвокат потрогал разорванную ткань и печально вздохнул.

– Вы как чувствовали, Аполлон Альбертович, – обратилась к нему секретарь, – когда предложили поменять оригиналы на реплику.

Адвокат еще раз тяжело вздохнул и знаком попросил Влада снять испорченную картину.

– Очень жалко. Очень, – все вздыхал он, – ведь сии списки писала моя дочь Софочка.

– Нельзя это оставлять безнаказанным, – возмутилась Тоня, – это непристойное поведение для приличной женщины.

Влад ничего не стал говорить. Его супруга себя уже давно показала настоящей, без прикрас. Он радовался, что она истребовала с него только то, что знала, что у него есть. Он сегодня изрядно обеднел, но не критично. У него остался его дом и работа. Деньги – дело наживное. Его теперь волновала только дочка.

– Выстави счет как за оригинал, – все гладил разорванную ткань адвокат, – и за эту картину ту же стоимость, госпоже Придуркиной Венере Валерьевне.

Секретарь только кивнула головой и стала что-то набирать на компьютере.

– Видно, – немного завистливо сказала Тоня, – как вы гордитесь своей дочерью.

– Да-м, – откинул, наконец, испорченную вещь адвокат, – и выбрось это скорее. А Софочке скажу, что ее картину купили. Она когда увидит свой гонорар, будет счастлива.

Тоня и Влад стояли и, улыбаясь, переглядывались. Эта ситуация раскрыла несокрушимого адвоката, неожиданно нежным и заботливым родителем. Аполлон Альбертович развернулся к Владу.

– Я хотел вам, Владислав, напоследок сказать. Вы ее не бросайте. Она дурная и своенравная. Но она без вас погибнет.

Тоня хмыкнула и недовольно сморщила лицо.

– Вы совершенно правы, Антонина, – кивал головой адвокат, – сколько таких я уже видел на свой адвокатский век. Не пройдет и четырех лет, а ваша бывшая жена будет снова оббивать вам пороги с претензиями. У нее закончатся средства, а аппетиты останутся.

– И что, – недовольно проворчала Тоня, – ее теперь содержать прикажете?

– Помогать, не скатиться в пропасть, – неожиданно мило улыбнулся адвокат.

Тоне его слова не нравились, но она как воспитанный человек его не перебивала больше.

– Вы сейчас со своим рублем, оставшимся богаче ее с вашими же сотнями миллионов и кучей недвижимости, что она оттяпала. Хотя я бы поспорил.

Влад выставил руку.

– Я так решил. Пусть. Теперь она будет счастлива.

– Вы благородный человек, Владислав. Но вы их себе сами, же и заработаете снова. А она может только тратить. А все, что тратится и не восстанавливается, в итоге заканчивается. И она вспомнит о вас, потому что больше у нее никого и нет. Но это так, просто просьба старика. Я столько в своей жизни видел разочарования и трагедий, что у меня под конец карьеры, как у того доктора – есть собственное кладбище.

– Я понял вас, – пожал руку адвокату Влад, – спасибо за все. Я не забуду ваших слов и не оставлю Венеру в беде. Как она привыкла, содержать не буду, обойдется, а голодной не останется. Работать научу.

Глава 6.

Тоня тоже пожала адвокату руку и весело хохотнула.

– Влад, он может. Так, что не переживайте. Все будет хорошо.

Влада не смогла сидеть дома. Она выпросила, чтобы ей расписали лечение и все препараты. Она даже набрала Анне Валентиновне, чтобы та назвала себя и взяла на себя ответственность за Владу.

И вот Влада лежала напротив Оленьки и ждала, когда ей в вену выкопается все лекарство. Девочка тоже лежала под капельницей, и все время тянулась ручкой к Владу.

– Мама, – тихо говорила она, – мы с тобой вместе заболели.

– Не дрейфь, – улыбалась Влада, – это поправимо. Мама твоя – растяпа, под ноги не смотрит и падает на ровном месте.

– А что у тебя? – смотрела на Владу Оленька.

– У меня ребра. Голова. И много всяких синяков.

Оленька улыбнулась.

– О! И у меня много всяких синяков.

Влада потянулась и потрогала кончики Олиных пальчиков.

– Лежи смирно, – сказала она немного строго, – тебе еще долго капаться, а я скоро встану.

Оля закрыла глазки и отвернулась. Влада смотрела на дочку и не могла удержать слез. А плакать нельзя. Дети чувствительны и резко реагируют на любое изменение эмоционального фона взрослого рядом. Оля резко сникла. Вначале она стала быстрее уставать. А после на теле появились крупные гематомы. Она не жаловалась, как в прошлый раз, на животик, но у нее в стуле появилась кровь. За две недели она похудела на килограмм и потеряла краски. Раньше ее губки были розовые, а щечки персиковые. Сегодня перед Владой лежал серый ребенок с синими кругами вокруг рта и глаз.

После своих процедур девушка вышла в коридор и набрала номер господина Марцина. Этот доктор будет оперировать ее Оленьку. Она ему ранее отправила последние результаты анализов. Мимо прошла санитарка. Она остановилась, почему-то виновато улыбнулась, и пожала Владе локоть. Такое тихое и скромное подбадривание. Влада опустила трубку, вытерла набежавшую слезу и закусила палец. Так и замерла. Санитарка стояла рядом.

– Ну что? – шепотом спросила она.

Влада отвернулась к стене, снова вытерла слезы, положила телефон в карман халата и махнула рукой.

– Охо-хо, – печально пошла дальше санитарка.

Артем поправлялся на удивление быстро. Он уже ходил на работу, на полдня. Влада тоже ходила, но сидела весь рабочий день. Артем ее ругал, что было бесполезно. Она его не слушала. Хотя внезапно попросила разрешения отлучаться, когда надо. Он прочитал ее служебную записку и вызвал к себе.

Влада медленно вошла в кабинет. Она и Артем, единственные, кому было временно разрешено не соблюдать дресс-код. Оба выбрали удобные спортивные костюмы. И оба не сговариваясь, вырядились в синем одинаковом оттенке.

– Вы так специально?

Удивился Юшман, сидящий около Артема. Начальник безопасности довольно хмыкнул.

– Конечно, нет. Но, как видишь, между нами возникла однозначно связь.

Влада мазнула взглядом Юшмана и поздоровалась. Влад не стал говорить ничего лишнего. С той последней встречи на корпоративе, она изменилась. Перестала бесконтрольно раздаривать во все стороны улыбки. Кокетничать и строить глазки. Его она больше совершенно не замечает. Стас пару раз даже дома жаловался, что она стала холодной и безразличной в отношениях. Даже один раз предложила сделать небольшой тайм-аут. Но он, как ее молодой человек, не мог оставить ее в трудную минуту.

Категорически отказался, набрался терпения и не приставал со своей страстью.

– Солнце, – начал быстро Артем, – нас сегодня вызывают в следственный комитет. Мы едем сейчас же.

Девушка слегка махнула головой. Ей все равно было куда ехать. Главное, чтобы раньше отпустили. Ей нужно к дочери. Влада уже прикидывала, если не получится совмещать работу и уход за ребенком, она напишет заявление на отпуск. О том и решила спросить.

– Артем Павлович, я могу взять отпуск раньше срока?

– Так у тебя еще столько больничного?

Она отрицательно махнула головой.

– Мне сейчас как раз и не надо. Я скажу, когда надо. Так можно?

Артем посмотрел на Влада. Тот пожал плечами.

– Подумаем, Солнце, – ответил ей начальник, – все в принципе решаемо.

Они втроем вышли на улицу, подкатила большая машина. Артем открыл дверь и помог забраться Владе на сиденье. Девушка раз негодующе глянула на Влада и отвернулась. Он прочел в ее глазах невысказанный вопрос. «Что он тут делает?» Влад не переставал удивляться, насколько она изменилась. Раньше в жизни бы не поверил, что эта девчонка умеет, что-то держать в себе.

Тоня оказалась права. Она обиделась. И больше им не интересуется. И внезапно он ощутил нехватку ее в своей жизни. Как огромная дыра образовалась. Влад ходил по коридорам и иногда оглядывался, но, ни разу не заметил ее рядом. Влада перестала задевать его. Она вообще его игнорировала и не замечала. Она настолько ушла в себя, что, даже стоя рядом с ним в лифте, его не замечала и даже иногда не здоровалась. Влада стала задумчива и часто куда-то звонила. Он не выдержал. Стал сам захаживать в ее бывший офис. Но начальник статотдела сказал, что она там больше, ни разу не объявилась, после происшествия.

Он так начал скучать по ее приставаниям, что не выдержал, сказал об этом Артему. Но тот попросил дать им всем время. Следствие идет полным ходом. Выявлены несколько сообщников. Все арестованы и уже дают показания. К самой Владе у следователя было много вопросов, но он и Влад оттягивали этот день как могли. И вот настало время. Должна была состояться очная ставка.

Владу оставили одну в небольшой серой комнате. В ней был только стол, два стула и естественно зеркало. Практически на всю стену. Девушка заметно нервничала. Она не могла усидеть на месте ни минуты. Ее никто не предупредил об этом, что ее будут допрашивать. Хотя чего она ожидала? Конечно, ее будут допрашивать. До этого ее один раз всего опросил следователь, когда она пришла в себя. Влада догадалась, что это Артем Павлович. Он устроил так, что ее пока не трогали. Она так жалобно посмотрела на зеркало, что его нервы не выдержали.

– Я не могу, – встал Артем, – она сейчас сознания лишится. Вы видите, в каком она состоянии? Я иду к ней.

Его тронул за локоть высокий мужчина в форменной одежде, Артем замер. В углу комнаты зашевелилась крупная женщина. Она особенно внимательно наблюдала именно за поведением Влады.

– Я полагаю, – подняла она глаза на человека в форме, – что Артему Павловичу будет лучше там. Владислава напугана. У нее расширены значки. Плюс травма головы.

Артем ухватился за слова «травма головы» и активно закивал головой, не мигая, глядя в глаза начальнику отдела. Тот медленно опустил руку и думал. Все ждали его решения.

– Добро, идите Артем.

– Его присутствие успокоит девушку, – начала что-то активно нажимать на клавиатуре ноутбука психолог, – как по мне, так можно было еще немного выждать и не травмировать ребенка.

– Ей давно восемнадцать, Елизавета Петровна, и она не ребенок. И обязана ответить по всей строгости закона.

Елизавета Петровна глянула всего раз, но этого хватило, чтобы все в комнате наблюдений потупили глаза. Эта женщина обладала очень властным и тяжелым магнетическим взглядом. Она давно работала судебным психологом и зарекомендовала себя специалистом высшего класса. Ее решения никогда не обсуждались. Она одним своим присутствием так давила на энергетическим уровне, что человеку, независимо от звания, легче было согласиться, чем начать спор.

Артем медленно открыл дверь, тронул девушку за плечо, она резко обернулась и от неожиданности подскочила. Затем улыбнулась и села на место. Он пристроился стоя у стены за ее спиной. Влада не перестала дышать часто, но грудь ее теперь вздымалась выше, дыхание было более глубоким. Его присутствие подействовало на нее успокаивающе.

Елизавета Петровна еще раз глянула на начальника отдела, тот тоже посмотрела на нее и отвернулся.

– Через три минуты заводите задержанную, – сказала она, снова глядя на монитор.

Никто не знал, но Елизавета Петровна узнала в этой напуганной до полусмерти девушке, тонконогую и вечно щебечущую девочку. Бабочкой порхающую по коридорам хосписа и раздающую всем подарки.

Лиза всегда была одинока. На нее не засматривались парни, и к тридцати пяти годам она не вышла замуж. А так хотелось семью, детей. Она не была красавицей, но не была и страшненькой. Просто так вышло, что все мужчины, окружающие ее неведомым образом, робели перед нею. Ее прозвали «баба гром», «Тор в юбке» и еще множеством прозвищ в подобном стиле. А она внутри была мягкой и ранимой, только не умела показать.

Всю жизнь она жила с родителями в Саратове. Там окончила институт, там пошла работать. Но там она не была счастлива. У нее не было парня, не было подруг. Зато была работа. Ей она себя и отдавала двадцать четыре часа в сутки. И вот мама однажды не выдержала и сказала.

– Дочь, ну не получается замуж, ну и фиг с ним. Но внука нам с отцом хочется.

И Лиза решилась. Она купила путевку в одну из жарких стран и улетела на месяц.

Счастью в их маленьком семействе не было предела, когда спустя девять месяцев в их доме завелось маленькое чудо – ее назвали Виктория. Она была смуглянкой с ярко очерченными бровками и невероятно густыми ресничками. Внутри себя Лиза бесконечно благодарила Бога, что дочь лично от нее ничего не переняла.

В допросную вошел конвой. Все бросили возню и вперили взгляды в комнату. Елизавета Петровна шумно встала и ей уступили место посередине стола. Рядом сел начальник отдела. Полковник повернул голову и посмотрел на профиль женщины. У нее были яркие выпуклые губы и светлые не менее выпуклые глаза. Мужчина смотрел на ее глаза. Казалось, что они просвечивались от света, падающего от стекла. Психолог повернулась, и он отвел свой взгляд в сторону.

Влада замерла, ее дыхание остановилось. Перед нею силой на стул посадили Зою. Она была в наручниках. Их не сняли, а цепью приковали к небольшой скобе, торчащей в столешнице. Зоя, молча, сопротивлялась, она упиралась, толкалась. Но стоило ей увидеть, кто сидит напротив, успокоилась мгновенно.

Влада уже многое знала. И от этой истины у нее постоянно болела голова. Артем ни разу не заводил на эту тему разговор. Она уже понимала, он берег ее чувства. Все знали, что Влада и Зоя были подругами. Теперь им предстояло поговорить последний раз в жизни.

– Ну, привет, подруга, – слова Зои сочились желчью и ненавистью, – и снова ты на коне, а я в дерьме.

Влада ничего не ответила. Она оглянулась на Артема и непроизвольно потянулась к нему. Зоя увидела это и громко рассмеялась. Мужчина оттолкнулся от стены и пожал ее протянутые холодные пальцы.

– Все будет хорошо.

Улыбнулся он и вернулся на место. Влада лихорадочно вздохнула и повернулась. Она смотрела на Зою печально, ее глаза были готовы расплакаться.

Следователь женщина раскрыла папку и стала задавать вопросы. Все адресовались в основном Владе. Девушка во все глаза смотрела на Зою. Та сидела смирно и тоже не отводила от нее глаз. Только эти глаза были теперь пустые. Глаза же Влады с каждым заданным вопросом расширялись все больше. Она была в ужасе от всего услышанного только, что. В итоге она громко всхлипнула и запнулась. Но не расплакалась. Влада закрыла руками лицо и так провела какое-то время. Ей не мешали. Она собралась и опустила руки.

– Зоя, – тихо срывающимся голосом еле выдавила она из себя, – зачем?

Зоя ответила не сразу. Она немного подумала и только потом заговорила.

– Деньги! Черт побери!

Влада скривилась.

– Неужели все только ради них? Я не понимаю. Ведь тебе всего хватало.

– Конечно, Ты, не понимаешь, богатая изнеженная девочка. Ты никогда не нуждалась и месяцами не ждала сраного Нового Года, чтобы просто пожрать конфет.

– Ты изменилась, – поникла Влада, – я тебя не узнаю. Я дружила с другой Зоей.

Влада растеряно за озиралась. Она увидела, что все смотрят на нее.

– Это не тот человек, с которым я дружила. Это не моя подруга.

Зоя стала кривляться, в этот момент она была очень похожа на злую обезьянку.

– Ой, ой, ой! Какие мы нежные. Вот как так у тебя получается, Влада! Чем ты всех околдовываешь?

Влада непроизвольно отстранилась и прижалась к спинке стула. Ей тут было неуютно и плохо. Она не хотела больше видеть Зою. Ей хотелось одного – забраться под одеяло в своей пустой квартире и выть без остановки пока не кончатся силы. Она сглотнула.

– Зоя, ты нервничаешь. Это понятно. Ты ошиблась. Бывает. Но не надо так, я прошу тебя. Я же знаю, ты хорошая. У тебя скоро будет ребенок. Подумай о нем.

Зоя хохотнула так, что у Влады вся кожа мурашками покрылась. Ее пугала эта незнакомка. Влада не понимала, как можно быть такой разной. Тут перед ней сидела отпетая уголовница. Она двигалась иначе, разговаривала не как ее Зоя, смотрела другими глазами. Девушка не могла понять, разве такое вообще возможно?

– Мне светит пятнашка. Ему по – твоему со мной в тюрьме сидеть? Маленький зэк.

Влада в неожиданном порыве поднялась и налегла на стол.

– Зоечка! – Она уже умоляла, чтобы та больше так себя не вела с нею, – не переживай. Это все решаемо.

– Заметь, Влада, – выплюнула ответ Зоя, – у тебя всегда все решаемо. Опустись уже на Землю, зануда, есть в жизни вещи…

– Нет, нет, нет, – перебила ее девушка, – ты на грани. Я вижу. На самом деле ты не такая. Ты хорошая. Ты не останешься одна.

Влада разгорелась, ее глаза заблестели, она говорила быстро и лихорадочно.

– Как о внуке мечтает Мария Андреевна, Зоя! Малыш не будет тут. Она его заберет к себе. Это так чудесно, ну согласись, да?! И тебя будут ждать. Независимо от срока. Хоть пять лет, хоть пятнадцать.

Зоя замерла. Со стороны казалось, что она словно программа зависла. Ее остекленевшие глаза смотрели на Влада. А та вытирала с лица дорожки слез и тянулась к Зое. Артем напрягся. Он кистями рук спружинил и оттолкнул весь корпус от стены. И вовремя.

– Восторженная идиотка!!!

Внезапно ожила Зоя и так резко набросилась на Владу, что конвой не сразу среагировал. Короткая цепь натянулась и взвизгнула. Два человека кинулись и схватили Зою под руки. Они пытались усалить ее на место. Зоя хотела наброситься на Владу и задушить ее цепью. Она прекрасно понимала, что ей это вряд ли удастся. Короткий кусок металла натянулся, спружинил и Зоя сама чуть не завалилась назад. Но попробовать стоило. Зоя опрокинула стул и стала вырываться с таким неистовством, что было принято решение увести ее немедленно.

– Он не смог ТЕБЯ убить! – Кричала она во всю глотку, – а надо было всего раз нажать на курок! Всего ОДИН! РАЗ!

Глава 7.

Зоя так замахнулась, что локтем ударила конвоира по лицу. Она трепала цепь, во всей допросной стоял страшный ее звон.

Влада, когда Зоя внезапно набросилась на нее, резко отскочила назад. Та только пальцами успела мазнуть по ее кистям. Но этого оказалось достаточно. Руки Влады, словно огнем горели. Зоя ее никак не травмировала, просто невесомо коснулась. Но вокруг была такая накаленная атмосфера, и девушка была настолько напряжена, что она испытала реальную боль. Если бы не Артем, она бы упала спиной на пол. Он подхвати ее за туловище уже с самого пола и потянул резко вверх. Она застонала от боли уже в ребрах. Мужчина обхватил ее и крепко зажал в объятиях. Влада крупно дрожала и не могла больше смотреть в сторону буйной бывшей подруги. Она уткнулась носом в его рубашку и плакала, а Зоя не успокаивалась. Казалось, она в один миг сошла с ума окончательно.

– Теперь он мертв! И ребенок мертв! Мне предложили, я согласилась. И сделала тут аборт. Ты, думаешь, как ребенка моего пристроить!? А некого пристраивать! Нет больше ребенка!

Влада испуганно выглянула из надежных объятий Артема.

– Зоя, – прошептала она и вновь отвернулась.

Задержанную трое крепких парней буквально подняли над полом и уже выносили из допросной. Она брыкалась и кричала. Влада все крепче вжималась в грудь Артема при каждом ее выкрике. Артем ладонями закрыл ей уши, чтобы она больше не слышала, того, что летит в ее спину. А Зоя уже проклинала не только Владу. Она проклинала всех и вся. Жизнь, людей, поймавших ее, а больше всего проклятий, конечно, летело в адрес Влады. Как же на самом деле она ее сейчас ненавидела.

– Осуждаешь меня?! – Последнее, что вразумительное услышала Влада от Зои, – а я бы хотела посмотреть, как поступила бы ты сама, окажись на моем месте!

Влада судорожно втягивала воздух.

– Ты никогда не окажешься на ее месте, – тихо шептал ей Артем.

Когда все закончилось, Влада не заметила. Артем Павлович крепко зажимал ей уши. Сама она так вдавливалась в его грудь и жмурилась, что перед глазами летали звездочки. Влада думала о своем клубе. Она представляла себя сейчас в ее любимом «Черном бархате». Одна. В темноте и тишине. И никто ей не может не достучаться, не дозвониться. Как ей этого не хватает в Москве.

– Пошли, – тихо прозвучало у самого уха.

Влада открыла глаза и поняла, что вокруг тишина. Она отодвинулась от Артема и осмотрелась. В допросной остались они одни.

Елизавета Петровна сидела на скамье и разговаривала по телефону. Мимо проходили люди по своим делам. И никому не было дела до одинокой женщины: ее мыслей и чувств. А сердце женщины плакало. Четырнадцать лет назад ее сердце остановилось вместе с сердцем ее дочери. Вика «сгорела» от саркомы за полгода. Последние несколько недель она провела под аппаратами в хосписе. Там начальствовала столь молодая врач, что Лиза постоянно с ней спорила и даже ругалась. Но Анна, так звали женщину, оказалась не из пугливых. Она стойко переносила нападки убитой горем матери. А Викуле становилось с каждым днем все хуже. Ее легкие были поражены метастазами, и она не могла уже дышать самостоятельно.

И Лиза не нашла ничего лучшего для отвлечения себя от своего состояния, как бесконечно приставать к молодой главврачу. Она затевала скандал по любому поводу и без. Веской причиной могла даже стать вода в стакане не должной температуры. Анна Егоровна даже в лице ни разу не поменялась. Всегда была готова разговаривать с Лизой хоть три часа кряду. Лиза тогда еще не понимала, что эта великая женщина занята каждую секунду всеми делами хосписа. И ни разу не проявила нетерпения к ней. Она прекрасно видела, что движет ею.

И вот Лиза как обычно выбежала и начала с привычного ей мата. Она вообще часто стала употреблять нецензурные слова, как ей сказали, что ее ребенок обречен и ей дали направление на паллиативную помощь. Анна Егоровна единственная осталась на ее пути в коридоре. Весь персонал вообще не мог находится рядом с Лизой. Она всегда обладала тяжелым влиянием на людей.

Главврач спокойно выслушала все претензии и тихо, но твердо ответила, что пора бы уже заканчивать с истериками и обратить внимание на своего ребенка, оставленного одного в палате. Аня впервые напала сама. Она так отчитала Лизу, что у той голова в плечи спряталась. Она умолкла и не могла найти, что ответить, наступила тяжелая тишина. И среди этой тишины раздался веселый детский смех.

Лиза вздрогнула. Это смеялась ее Викуля! Она опрометью бросилась в палату. И тут она впервые увидела ее.

Очень худая девочка Викиного возраста, сидела рядом с Викой, а та заливисто хохотала. Кашляла, а потом снова смеялась. Девочка, стоило Вике закашляться, тут же приставляла к ее лицу кислородную маску, Вика делала несколько облегчающих состояние вздохов, и сама рукой отодвигала маску.

Светлые волосы образовывали шар из непослушных кучеряшек вокруг головы. Круглые синие глаза Мальвины, пухлый ротик и острая треугольная бородка. Полная противоположность ее знойной брюнетке дочери. Она была такой беленькой, что бровок не было видно издалека. Зато были видны чуть торчащие кончики ушей. Они просвечивались сквозь волосики ярким светом, льющимся из окна.

Девочки не замечали, что они больше не одни и их шалостям есть свидетели. Беленькая с хитрыми глазками, явно шалопайка еще та. Вытянула синий шар и вдохнула его содержимое. Вика замерла, а та начала говорить.

– Я помню чудное мгновенье.

Стало ясно, что было в том шаре. Голос девочки стал настолько комичным и писклявым, что Вика от хохота упала на постель. Проводки и трубки с ее капельниц, и приборов жизнеобеспечения потянулись за ней, некоторые опасно. Лиза метнулась вперед, но перед ее грудью образовалась преграда в виде руки Анны Егоровны. Лиза остановилась. И увидела, как блондинка молниеносно среагировала. Она за несколько секунд поправила все и подтянула Вику вверх. Это было настолько быстро и профессионально, что Лиза засмотрелась. Она сама так боялась до всего дотронуться, чтобы не навредить Вике. А девочка делала это так естественно, что Вика даже не замечала. Получается, они играли, но только новенькая еще и профессионально отслеживала состояние приборов.

Анна Егоровна вытянула Лизу в коридор.

– У Вики завелась подруга, если мы им не будем мешать, девочки будут играть.

Она глянула на часы и опустила руку.

– Можно еще пятнадцать минут. Вы, Елизавета, идите, покушайте и ни о чем не переживайте. Но ровно в назначенное время выгоняйте подругу в коридор. Не переживайте, она не обидится.

Анна улыбнулась и ушла, а Лиза в полном недоумении осталась одна.

Перед сном Вика рассказала, что сегодня она провела самый чудесный день. У нее появилась веселая и красивая подруга. Дочь сказала, что Влада, так звали этого одуванчика, живет тут. Тогда Лиза и подумала, что она тоже пациентка. И показала подарок, что подарила ей подружка. Вика ей рассказала, что больше не увидит зиму. Она была девочкой умной, вся в маму, и прекрасно осознавала свое положение. И Влада ей принесла магический шар.

– Вот, – нажала Вика пальчиком на кнопочку внизу на подложке, – Влада все предугадала. Когда у меня не останется сил, я все равно могу смотреть на снег.

Она поставила шар на тумбу, внутри шел снег. Он засыпал маленький красивый лес. Под воздействием моторчика, жидкость внутри перемешивалась, и снег все кружил и кружил. Шар не надо было периодически стряхивать. Через десять дней Вика умерла. Она все смотрела на падающие крупинки внутри шара. Ее глаза так и остались открытыми, когда сердце перестало биться.

Влада сама попросилась приехать на похороны. Она не плакала. Просто стояла и смотрела на лежащую в гробу Вику. Она попрощалась с подругой и отошла в сторонку. Лиза подошла к девочке и протянула той магический шар.

Влада посмотрела на нее и тронула шар, внутри заплясал снежный хоровод.

– Вика так любит снег и зиму.

Она говорила спокойно и о Вике как о живой.

– Это принадлежит ей. Он должен остаться у вас. Вы вместе смотрели на снег. Когда она захочет еще раз поиграть с ним, то сильно огорчится, если его не окажется дома.

Лиза опустилась на корточки и долго смотрела на Владу. Девочка мило улыбалась и тоже смело смотрела ей в глаза. Лиза крепко обняла девочку и поцеловала в щеку. Раздался сигнал автомобиля.

– Это за мной, – встрепенулась Влада, – прощайте мама Вики.

Девочка побежала к машине. С водительского сиденья поднялась Анна Егоровна. Она обошла автомобиль и открыла дверь для Влады. Усадила ребенка и хлопнула дверцу. Их глаза встретились. Анна Егоровна махнула головой, и сама села в машину.

Лиза долго смотрела им вслед. Анна Егоровна ни разу не сказала, кто ей эта девочка. А Влада играла с ее Викой до последнего дня. Не пришла только в день смерти, видно ее не пустили. А дома в подъезде, сколько скандалов и оскорблений она услышала в свой адрес и ребенка. Когда люди узнали, что Вика больна онкологическим заболеванием, какая-то дура всем растрепала, что это очень заразно. Мамашки категорически запретили своим детям приближаться к Вике. Ее однажды прогнали с игровой площадки. А эта Влада приходила каждый день и не пугалась общаться с Викой. Она садилась к ней на кровать, трогала ее и читала книжки. И Анна Егоровна совершенно не препятствовала этому общению. Лиза это оценила на всю жизнь.

– Все под моим личным контролем, Аня, не переживай, – говорила Лиза в трубку, – ну ты ее не знаешь, что ли? Ну, да никогда бы сама не сказала. Не стоит благодарности. Ты только сама пока помалкивай. А то она еще испугается и закроется. Не переживай. Все, о чем молчит Влада, скажу тебе я. У меня информации побольше будет об этом деле.

Как Лиза и предполагала, Влада ничего даже не думала рассказывать Ане. Она себя настолько чувствует самостоятельной, что не хочет делиться с сестрой своими проблемами, даже столь серьезными. Лиза положила телефон в сумочку и заплакала.

Невдалеке в кустах прятался и подглядывал, словно мальчишка, высокий мужчина в форме. Он смотрел на Елизавету Петровну и не мог наглядеться. Ему нравилась эта женщина. Только он не знал, как начать с нею даже простой разговор. По работе он мог обсуждать что угодно, а просто так, робел как подросток.

Полковник отловил за шкирку растрепанного пацана и всунул ему в руку букет.

– Вон, видишь, красивую женщину на лавке?

Мальчишка тоже выглянул из-за ветки.

– Ту старую толстую тетку? Вижу.

Полковник отвесил пацану не больно подзатыльник. Тот ойкнул и прикусил язык. У каждого свое понимание красивого. Он обошел кусты, вышел на дорожку, подошел к Лизе и всунул ей букет. Женщина резко перестала плакать, она ошарашено уставилась на цветы. Оглянулась по сторонам, но пацана и след простыл.

Артем отдал ключи Владу и тихо шепнул, чтобы тот покружил немного по району. Сам сел рядом с девушкой и крепко обхватил ее дрожащую руками. Так они сидели не меньше двадцати минут, пока Влада почувствовала облегчение и не стала ерзать в его объятьях. Она сообразила, наконец, что ее обнимает начальник и ей стало неудобно. Артем расцепил руки, и она немного отсела.

– Спасибо, – еле слышно произнесла она, – вы меня поддержали. Только можно было и сказать.

– Прости, мы сами не знали. Мне сказали, что будет беседа, но, чтобы такая. Я бы не стал от тебя скрывать, веришь?

Влада шмыгнула носом и кивнула. Она шумно дышала, ее губы часто начинали подрагивать. Артем видел, что она думает о сегодняшней встрече с подругой и от воспоминаний готова расплакаться в любой момент.

– Знаешь, Солнце, – начал он тихо и однотонно успокаивающе, – я всю жизнь мечтал о сыне.

Влада подняла на него глаза и стала слушать.

– О заводном и шибутном. Таком, каким, сам никогда не был, но всегда мечтал быть. Чтобы в школе вечно на него жаловались и вызывали родителей. Но при этом все любили и уважали. Чтобы девчонки засматривались. Но…

Артем отвернулся и посмотрел в окно.

– Но у меня так и не появился сын. Зато, когда я встретил тебя. Мне теперь хочется так же сильно дочь. Ты – девчонка. И полностью подходишь под мои мечты. Я никогда не задумывался о детях так, как теперь. Раньше от этого страдала только моя жена.

– Но я не мальчишка, – Влада не улыбалась, но все же пошла на диалог, – мальчишки покорители девичьих сердец. А девочек некоторые не хотят, потому что…

Влада подбирала слова. Она думала, как это сказать корректнее. Помог сам Артем.

– Мальчики имеют, – улыбнулся он, – а девочек имеют.

Влада сделала странные глаза и развела руки.

– Ну, как-то так, я не знала, как сказать.

– Тебе же нравится быть девочкой.

– Нравится, – не смутилась Влада.

– И тебя не сильно волнует, что имеют тебя.

– Я в тупике, – призналась девушка, – не понимаю. Это вообще все так относительно. Кто кого имеет. Но почему-то именно так говорят о женщинах чаще.

– А я все равно хочу дочку, – вздохнул Артем, – именно такую, как ты.

– Я сплю с разными мужчинами, – продолжала Влада, – и иногда сразу не с одним. Вам такую дочку хочется? Сомневаюсь. Моя семья не в восторге от такой девочки.

– Ох, Солнце, а я по возрасту мог бы быть тебе отцом.

– Эта правда меня обескуражила, – ответила ему Влада, – вы так меня отвлекаете?

Артем загадочно улыбнулся. Владе было не до смеха. Ее напряжение никуда не уходило. Мужчина вздохнул.

– Все равно хочу девочку. Такую, как ты. Пусть ты и бегаешь за мужиком, который тебе в отцы годится.

Влад тут же неодобрительно посмотрел в зеркало заднего вида. Девушка сидела понурая и перебирала пальцы на руках.

– Ничего я не бегаю. Это по приколу было. Мне его реакция нравилась. Я же не знала, что он, – Влада вздохнула, – женат. Мне даже Стас не сказал. Почему?

– Потому что ты удивительным образом умеешь сглаживать углы. Он вообще полагал, что все шутка. К тому же ревность. Стас старался даже имени брата при тебе не произносить, видя, как ты меняешься.

– Да что вы пристали! – вспылила Влада, – что такой уж и старый? Сколько ему? Пятьдесят?

– Сорок, – невозмутимо ответил Артем.

Владу все меньше нравился этот разговор. Он лихо завел машину в поворот, так, что пассажиры на заднем сиденье завалились набок.

– О-хо-хо, – вернулся Артем на место, – как не нравится. А с моей женой спать? Нравилось?

– Начинается, – закатил Влад глаза.

Влада насторожилась. Она села прямо и уже с интересом смотрела на Артема. В сторону Влада она больше смотреть не желала. Желательно никогда. Поэтому демонстративно игнорировала его.

– Видишь, – понизил Артем голос, он увидел, что поймал нужную волну и ее внимание теперь его, – иногда даже очень старые скелеты в шкафу ранят.

Влада открыла рот. Она хотела что-то сказать, но не придумала что. Артем выждал чуть времени и продолжил.

– Правда, это было еще до того, как мы стали встречаться. Но все равно. Такое впечатление, что он попробовал, не понравилось, решил другу предложить.

Влад не произнес ни слова, он даже не посмотрел в зеркало. Он просто сильнее сжал руками руль и продолжил ехать.

– А нечего врать и скрытничать, – проговорил Артем, в упор, глядя на Владу, хотя всем было понятно кому адресованы слова, – Я не обиделся, но осадочек остался.

– Вашей дружбе теперь конец? – все же глаза девушки скосились на водителя, – как печально. Всегда грустно терять что-то дорогое тебе.

Глава 8.

Влада снова потухла. Она прижала ладошку к глазам и замерла. Артем погладил ее рукой по плечу.

– Не дождется, – неожиданно весело проговорил он.

Влада всхлипнула.

– Простите меня. Это я во всем виновата.

Она лихорадочно задышала. Чуть помолчала, пришла в себя и продолжила.

– Я думала, мы друзья. А они использовали меня.

– Они задавали тебе вопросы?

– Господи! – вскрикнула она истерично, – Да! Конечно, задавали! Как можно быть такой как я. Ду-ро-й!

Она вытерла слезы и заговорила.

– Я сама ему эти ключи показала, что мне Стас сделал. И от этажей, и от серверной. Сколько раз туда по этим пропускам попадали преступники, можно только догадываться.

– Мы уже проверили, – ответил ей Артем, – четыре. Эти люди пользовались тем, что ты встречаешься с сыном хозяина. И невероятно общительная. Им ничего не стоило выуживать из тебя, на первый взгляд ничего не значащую информацию. Стас болтливый, а ты еще больше.

– Что там могло быть таким важным?

– Да хотя бы, куда семья Рагузинских собралась на выходные. Плюс Стас выбалтывал тебе про планы отца. У них в семье принято все семейно обсуждать.

– Сорок, – невпопад задумчиво проговорила девушка, – разница в шестнадцать лет. Какой из него отец?

– Юноша в шестнадцать вполне способен зачать ребенка, так что подходит.

– Подходит, – согласилась Влада, – меня посадят в тюрьму тоже, – сказала она утвердительно, – поэтому вы и затеяли этот разговор. Вначале успокаивающий, вы добрый босс. Не помогло. Вы стали раскрывать душу, разжалобить, растрогать ребенком. Снова не попали. Дальше вы решили стать жертвой, чтобы вызвать жалость, близкие обманули. Артем Павлович, говорите, что вам надо.

– Хорошо, – стал серьезным Артем, – только знай, ничего я не придумывал, все честно. И про дочь. Про нее особенно. А в тюрьму тебе сесть мы не дадим. Мы ведем собственное расследование. И надо выяснить, вел ли записи Владимир Данилов и где они могут быть. Я подумал, что ты, вероятно, знаешь.

– Его квартиру обыскали, – рассуждала Влада, – и раз вы спрашиваете. Или дневник нашли не вы или его пока не нашел никто.

– Он должен попасть к нам.

– Он вел записи. Это точно. Он был педантом и последовательным человеком. Очень начитанным и мечтательным и… романтичным…и…

Влада умолкла. Растерла руками лицо и очередной раз тяжело вздохнула. Артем хотел подбодрить ее, но не стал. Он видел ее глаза. Стоило девушке вспомнить этого человека, как они наполнялись вначале блеском любви и тут же мутнели от боли. Он вспомнил день, когда она приставала к нему с расспросами, не придется ли ей спать с ним. И как весело сказала, что у нее полный набор. Весь набор только что сложился. Стасу она позволяла себя любить от нечего делать – для здоровья. А Данилов ее сердечко затронул глубоко. Ей предстояло пережить весь ужас осознания предательства любимого человека. Не сломаться. Не перестать верить людям. Не замкнуться.

Артем тронул Влада за плечо. Тот глянул в зеркало и кивнул. Машина вырулила направо и покинула наконец район, который пришлось объехать несколько раз.

Влада подвела мужчин к двери. Немного постояла и нажала на звонок. Внутри послышались тяжелые шаги.

– Владочка, – громко воскликнула Мария Андреевна, – дочка!

– Здравствуйте, Мария Андреевна, – виновато опустила глаза Влада, – мы по делу.

– Да что уж, – тяжело отошла женщина в сторону, – ко мне в последнее время полгорода по делу. Входите. И не разувайтесь.

Все трое вошли в зал. Сзади медленно и тяжело ковыляла хозяйка.

– Прибраться не могу, разкуролесили абсолютно все. А вам что понадобилось?

Женщина вела себя уравновешено и спокойно. Разговаривала ровно и по делу. Со стороны могло показаться, что она вполне спокойно ко всему относится. Но не тому, кто находился в ее жилище. Весь воздух комнат, был, густо пропитал запахами всевозможных успокоительных средств. От сильных эфирных паров холодило глаза.

Мария Андреевна припала к Владе и обняла ее.

– Спасительница моя, – начала она хвастаться мужчинам, – вот! Все результат ее работы. Хожу!

– Владислава, – улыбнулся женщине Артем, – редкой души человек. Она сама того не понимая, способна менять человеческие судьбы.

Мария Андреевна улыбнулась и еще раз прижалась к Владе.

– Без нее, так бы и осталась в коляске. А как сейчас, так страшно подумать, что со мной было бы.

Она вздохнула и прошла в комнату.

– Маркер, – одними губами прошептал Влад и тоже шагнул за порог.

Просторная комната напоминала артхаузный объект. Хозяйка уже успела многие вещи вернуть на места, но сдвинутую мебель установить обратно ей было не под силу. Влада прошла и наклонилась, чтобы поднять опрокинутую тумбу. Из нее тут же стали с грохотом выдвигаться пустые ящики. Они повисли, центр тяжести сильно переместился, и тумба чуть не завалила на пол саму девушку. Влад молниеносно подхватил мебель и поставил на ножки. Влада вставила все ящики обратно и рукой показала, где тумба стояла раньше. Через полчаса вся мебель была возвращена на свои исторические места.

– Тот, кто тут все обыскивал, – спросила после Влада, – было то, что они не трогали?

Мария Андреевна отрицательно качала головой. Вытрусили и перетрясли все. Ничего не забрали, только паспорт Владимира. Как выяснилось, он настолько аккуратно работал, что в квартире не обнаружилось абсолютно ни-че-го. А куда он все дел, он унес с собой в могилу. Мужчины удрученно расхаживали по комнатам.

– Солнце, – говорил Артем, – думай. Дневник он не мог вынести. Он тут. Это личное. То, что ведется систематически.

И Влада думала. Мария Андреевна устала. Она села на диван и стала перебирать какие-то вещи из пакетов. Девушка ходила по залу и смотрела себе под ноги. Она вспоминала их долгие разговоры. Как они смеялись до боли в животе над ее проделками. И как он читал ей стихи и рассказывал, что сам в жизни бы ничего подобного не смог совершить. А она удивлялась, как можно быть таким занудой. Все что с нею происходило, все получалось само собой.

Она вспомнила, что однажды. Всего раз застала его за записью в толстой тетради. Она подошла. Он ее захлопнул. Сказал. Это дневник. Там только личное. Дневник. Точно. А что она? Как она отреагировала. Ей так хотелось почитать. Или не хотелось? Нет. К сожалению. Не хотелось.

Девушка отодвинула ногой палас и увидела, что основную стенку не двигали. Мебель была старинная, дубовая. Весила невероятное количество килограммов. Да и что там могло быть за нею. Голая стена, никому не интересная. Все возможные тайники и их места были обысканы много раз. И нигде ничего не нашлось. Артем заметил, что она странно засуетилась, и подошел ближе.

– У нас был разговор, – начала Влада тихо, – кто как вел личный дневник. Я рассказала, что тоже начала его вести в восемь лет. И все бы ничего, но его, оказывается, регулярно читала моя сестра. И это выяснилось, когда мне исполнилось тринадцать, и я стала пробовать курить и алкоголь. Я в конце записи задала сама себе вопрос «неужели я такой плохой человек?». И какой шок испытала, когда открыла его чтобы сделать очередную запись, а там, на листе ответ.

– И что ты сделала?

Влада подняла голову.

– Больше никогда не вела дневников. А этот. Взяла. И запустила в стену. Он упал за мебель. И пролежал там несколько лет, пока не выбросили всю стенку.

Мужчины подошли и дружно стали пытаться сдвинуть хоть что-то. Но оказалось, что все составные части были между собой надежно скреплены болтами. Болтами же она была прикручена и к полу. Влад чертыхнулся.

– Надежнее конструкции не придумаешь. Это дуб, выдержанный. Его болгаркой не распилишь.

– Раритет, мать твою, – чесал затылок Артем.

Влад так легко сдаваться не хотел. Он снял пиджак, а после и рубашку и стал аккуратно вытаскивать все ящики в тумбах и полки в шкафах.

– Не можем так, – говорил он, – попробуем этак.

Спустя полчаса он извлек одну заднюю стенку из платяного отделения. Артем тут же метнулся внутрь и посветил фонарем.

– Ничего кроме пыли и той чуть.

– Владимир был очень аккуратным, – вздохнула Влада, – такой хозяйственный.

Мужчины посмотрели на нее. Она сидела в кресле с понурой головой и крутила себе пальцы на руках. Влад пожал плечами. Ему было невдомек. А Артем не стал рассказывать о своих догадках. Это не его тайна.

Влад продолжил дальше. Он не без труда вытянул вторую панель из тумбы. Там тоже было пусто. Влада подняла голову и хотела сказать, что может она и не права. И он не поступил так. Но не успела, заговорила Мария Андреевна.

– Ребятки. Я вспомнила. Мой отец, когда собирал ее. Задние стенки оттуда прибивались и вот там дырка осталась. Через которую он выбирался. Может, поможет. А то уже испариной все покрылись от натуги.

Влад быстро вытянул три ящика и наклонился. Действительно там не оказалось задней стенки. Артем стал на колени и засунул руку. Пошарил и вытянул толстую старую папку на веревочных завязках, темно-бордового цвета.

– Фух, – радостно выдохнул он и уперся спиной о мебель. Ему стало больно, он сморщился, но не перестал счастливо улыбаться, – нашли!

Влад быстро отобрал дневник у Артема. Оделся и папку засунул себе за спину под брюки. Надел пиджак, Артем ему сзади все аккуратно поправил.

– Нам пора, – протянул Артем Владе руку.

Девушка встала и подошла к Марии Андреевне, чтобы попрощаться. Она протянула руки и остолбенела. Ее глаза расширились так, а губы скривились, что мужчины оба непроизвольно подались к ней.

– Мария Андреевна, – заикаясь, пролепетала она, – это что?!

Влад видел, как быстро наполнились слезами ее глаза, две крупные капли бегло скатились по щекам и упали в палас. Женщина в руках держала детские пинетки. Она недоуменно глянула на девушку и опустила их себе на колени.

– Вот, Владуся, полюбуйся.

Она достала из пакета маленькие ползунки комбинезончиком и любовалась ими на вытянутых руках.

– Сестра от внуков принесла. Все новое. Не ношенное. Детки так быстро из всего вырастают.

Мария Андреевна опустила ползунки и вытянула новую вещь. Это была шапочка. Она надела ее на кулак и покрутила.

– Вот какая головочка, малюсенькая. Я записалась на встречу к Зое. Через две недели меня пустят к ней на свидание. Я ей все расскажу и покажу. Она так обрадуется. У моего внучка ни в чем нужды не будет. А потом мы с ним к мамке будем приходить за ручку. Пусть себе сидит спокойно. Что ж поделаешь, закон преступила, надо отвечать. Это правильно. А унучек пока с бабушкой побудет.

Мария Андреевна много еще чего говорила. Она настолько погрузилась в мечты, что не видела, как Влада от слабости в ногах присела, как с силой зажала себе лицо руками, так что воздух не проникал через пальцы. Чтобы не закричать. Она развернулась и на ватных ногах выскочила из квартиры. Женщина этого даже не заметила. Мужчины вышли следом.

Влада, шатаясь, прошла несколько ступеней и обессиленная, рухнула. Она сидела и смотрела в одну точку немигающим взглядом. Влад тихо прикрыл за собой дверь. Артем подхватил ее на руки и понес вниз. Она прерывисто дышала.

– Вы еще хотите детей, Артем Павлович? – сокрушенно прошептала она одними губами, – какое горе. Под старость остаться совершенно одной. Она не переживет, когда узнает.

Голова Влады сильно закружилась. Она была на грани потери сознания.

Артем подбросил ее на руках и ускорился. Стоило ей оказаться на сиденье в машине, ее накрыла истерика. Такая. Какой еще никогда у нее не было. Никогда Влада так не плакала и не кричала. Она кричала до хрипоты. Артем тоже плакал. Держал ее крепко, пока она металась из стороны в сторону, и не мог сдержать слез.

Влад протянул крупную капсулу и бутылку воды.

– Выпей, – помогал Владе Артем. Он поддерживал бутылку у ее рта, – это сильное успокоительное. Теперь пора домой. Ты будешь очень долго спать. Зато после, станет легче.

– Можно я завтра на работу не приду?

Девушку сильно трясло. Она ощутила озноб. Поэтому обхватила себя руками и вжалась в угол у двери.

– Завтра суббота, – ласково ответил Артем, – не надо на работу.

– Спасибо, – криво улыбнулась девушка.

Она не поняла, что и так на работу не надо, потому что выходной. Артем не стал зацикливать на этом внимание. Машина тихо ехала. Влада сидела поникшая. Ее уже клонило в сон. У Влада тренькнул телефон.

– Стас в бешенстве, – повернулся и глянул на друга он одним глазом.

– Ну и чудесно, – обрадовался Артем, – как раз ее и заберет.

– А зачем они дыру в полу проделали, – неожиданно спросила Влада, – если у них был мой пропуск?

– Точнее сказать в потолке, – ответил Артем, – рубили они снизу.

Все как Тамерлан говорил, сокрушенно подумала Влада. А я смеялась. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно?

– Хозяин кафе за решеткой. У него классные адвокаты. Но все его доводы красными нитками сшиты. Адвокаты уже начинают переговоры на содействие следствию.

– А дыра? – напомнила девушка.

Артем улыбнулся.

– Спасительная дыра. А ведь только благодаря тому, что ты меня к ней подтянула и мы свалились. Мы живы, Солнце.

Влада не стала ничего говорить. Он и так уже все знал. Про то, что ей однажды показал Тамерлан и про его предупреждения. А ведь, когда, они оказались в серверной, Артем сам ей не поверил. Он посчитал все ее слова не серьезными, как некогда посчитала Влада слова вора выдумками.

Артем посмотрел на Влада. Тот спокойно рулил и даже не думал напоминать, благодаря кому они на самом деле живы. Упали бы они вниз, а сверху прессом терминал, не будь там его. Да, столько случайностей сконцентрировалось в одно время и в одном месте.

– А все до смешного просто оказалось, Солнце. Правда, вначале все не так казалось. Но когда мы разобрались, то выяснилось, что без тебя и тут не обошлось.

Влада удивленно глянула и глазки ее тут же поплыли. Успокоительное начинало действовать. Она сидела спокойно и больше плакать не пыталась. Смотрела на Артема и периодически вздыхала.

– Кто-то в статотделе им испортил передачу данных с трех устройств. Как позже оказалось. Через эти компьютеры переправлялись не только статистическая информация.

Влада подняла одно запястье, скривилась и тут же его опустила. Она уже давно рассказала, как попала в офис и произвела завершение смены на трех компьютерах. Ее начальник кивнул головой.

– И прежде, чем я тебе расскажу дальше. Поговорим о ключе, что тебе сделал Стас.

– Что с ним не так?

– Его сделал Стас! Он у нас гений программирования недоученный. Знаешь песенку про не хочу учиться в университете?

– Да, он невнимательный.

– Вот именно. Только тот, кто их делает, благо это оказался наш человек, знает, что они не рассчитаны на долговременное пользование. Про секреты нашей серверной я тебе не расскажу. А про ключ да.

– О, спасибо, – не весело улыбнулась Влада, – вы меня считаете своим человеком. Боюсь, только, не оправдаю как обычно, надежд.

Глава 9.

Ее высказывание мужчина оставил без внимания.

– Ты работала со счетами?

Влада кивнула.

– Значит, знаешь их структуру. Как их читать.

Девушка смотрела и слушала внимательно. Она уже начинала кое о чем догадываться и ей эта истина не приносила облегчения.

– Вот тот кусочек, который отвечает за код валюты, в ключе не нужен. В этом месте мы программируем количество разрешенных открытий замка.

– Ты открыла дверь раз.

Влада не ответила. Все и так было ясно.

– Срабатывание замка происходит как на вход, так и на выход. Данилов, парень невероятного ума, жаль, что продался. Он когда копировал твои карты заметил не ладное. И путем сложных вычислений пришел к нерадостному выводу. Ключ запрограммирован на два входа. То есть вход-выход, вход-выход. И вероятно, им это открытие было сделано поздно, когда они уже два раза входили. Но, они не учли такой фактор как Стас. Этот балбес. На ключе отразил четверку, а в программаторе клацнул пятерку. Они не знали этого и ты тоже. Что тебе и дало воспользоваться ключом, чтобы спрятаться от нас.

– А мне сказал, что заставил кого-то сделать дубликаты.

– Ага, – хохотнул Артем, – в жизни бы никто не сделал. Моя ошибка. Он выпросил, я ему сделал ключ, хозяин же. Не думал, к чему может это привести. А тебе наврал, потому что знал, узнай ты, кто их делал, в жизни бы не взяла. Ты не скрывала своего мнения по поводу его навыков как спеца.

– И как теперь собрать в единое целое все, что вы только что рассказали?

– Я думал ты все уже и поняла?

Влада сделала неопределенное лицо. Она ничего не поняла, да и уже начинала забывать, с чего он начал вообще этот разговор. Она забыла, что сама его начала.

– Успокоительное, – догадался Артем, – так даже лучше. Ты потом ничего и не вспомнишь. Можно говорить все что угодно. Я тебя люблю!

Он послал ей воздушный поцелуй. Влад так посмотрел в зеркало, что мужчина расхохотался. Влада сидела и слушала.

– Я тоже вас люблю, Артем Павлович.

– Ну, вот с чувствами разобрались. А если серьезно. То все вышло спонтанно. Ситуация с кафе, как мы выяснили у его хозяина, была разработана на крайний случай. И этот случай наступил, когда ты забралась не вовремя в офис. И натворила чудес. На день большого корпоратива в честь 23 февраля была запланирована диверсия. Должны были загореться, по меньшей мере, четыре этажа. Были запланированы жертвы. Благодаря тебе все планы были разрушены. А главное. На следующий день был запланирован крах империи Рагузинских. Который ты тоже благополучно разрушила. Мы вычислили уже несколько заказчиков. И все они в разработке. А так как преступники думали, что ключ дезактивирован, они воспользовались более трудоемким планом Б. А ты взяла и забралась в серверную, когда там орудовали преступники. Им пришлось туда лезть, потому что из-за тебя же не пришла информация, которую нельзя было оставлять. Серверная по плану должна быть уничтожена. Они оттуда вытягивали накопители памяти. Ну и ты знаешь концовку моей длинной истории. Данилов замешкался, и я его…обезоружил.

– Да, – сокрушенно прошептала Влада, – Аня, как всегда, оказалась права. Он умер из-за меня. Что же за человек я. Я так сожалею, что приехала сюда. Дома мне создали тепличную атмосферу, где все было понятно и легко. Я только теперь это понимаю.

Артем подался вперед.

– Солнце! Ты чего! Не вздумай винить себя!

Он взял ее ладошки и стал разминать их.

– Ты там у себя была волонтером в хостеле. Ты столько смертей видела. Только потому, что твоя нервная система закалена, мы живы. Тебя убить пытались, а ты их жалеешь!?

Горячая капля упала ему на кожу. Влада поджала губы и мотала отрицательно головой.

– Я ему рассказала о своих подозрениях по поводу того, что картинка два раза мигает. Он промолчал. Не убил же тогда. Но я, же и закрыла те программы потом. Из-за этого он вынужден был прийти и…умереть. Это все из-за меня.

По стеклу резко застучали. Влада вздрогнула.

– Я хочу домой. В Саратов, – расплакалась она, – Это другая смерть. Ужасная. Там была борьба. За жизнь. А тут ни у кого не было шансов. Жизнь отняли просто так, даже у невиновного. Там – жизнь великое благо и недостижимое чудо. Там она бесценна, а тут ей нет цены.

Артем шумно втянул воздух.

– Ты еще обвини меня в невинном убийстве. После того, как он вогнал мне в спину две пули. Наверное, просто так, шутки ради.

– Мне плохо.

Влада стала медленно заваливаться. В стекло еще раз стукнули так, что качнулась машина. Стас стоял красный от гнева. Он был готов выбивать стекла. Первый вышел Влад. Молодой человек резко накинулся на него. Между ними возникла небольшая потасовка.

– Ты специально меня в командировку отправил! – кричал Стас, – чтобы ее мучить!

– Не выдумывай, – отвечал ему Влад, – это твоя работа. Владу вызвали на очную ставку, мы не оставляли ее ни на минуту.

– Особенно ты!

– Не фантазируй, – ткнул Стаса в грудь Влад, – с ней все время был Артем. Я за рулем.

Стас несколько раз сжал и разжал кулаки, посмотрел по сторонам.

– Ладно. Я приехал.

– Я вижу, – направился Влад к машине, чтобы открыть заднюю дверь, – объяснительную напишешь, почему покинул конференцию без уважительной причины.

– Ее отменили, – грубовато ответил Стас, – так что нечего писать. Что с Владой?

Артем выскочил со своей стороны и подбежал к двери, где сидела девушка. Влад открыл дверь, а он помог ей выбраться из машины. Стас подхватил ее под руку и крепко обнял. Она зашипела и осела еще ниже.

– Прости. Прости, – говорил он ласково и подхватывал удобнее.

Влад сел за руль, а Артем помог довести девушку до квартиры.

– Успокоительное еще не подействовало. Она сильно понервничала. Проспит сутки. Ты, наверное, будь с нею рядом. Она сегодня много откровений пережила.

– Договорились до ручки, – сел рядом с Владом Артем и хлопнул дверью, – она меня, что обвинила в убийстве?

Влад завел двигатель и криво усмехнулся.

– Девчонки! Пойми их, из чего они сделаны.

– Да, – невесело усмехнулся Артем, – эти создания с ужасным характером. Но они вкусно пахнут и нас к ним все время влечет.

– Ужас какой-то, – уже весело засмеялся Влад, – а я вот думаю все про шамана.

– Что так?

– Откуда шаманы взяли понятие – маркер. Шаманизм – это же что-то древнее.

Артем посмотрел на друга и тоже развеселился.

– А диплом МГИМО? Тебя совершенно не смутил?

– С этим тоже надо разобраться.

Артем стал делать руками смешные пассы в сторону друга.

– Шаманы мгимошные, о-хо-хо.

Влад еще раз глянул в сторону Артема и вырулил на главную дорогу. Всем хотелось отдыхать. День был воистину трудным.

Влада как не старалась делать непринужденный вид, но все же заметила, что Юшман стал пропадать. Бывало, она его не видела на работе по два дня. А однажды он явился помятым и с особенно тяжелым взглядом. Все его приближенные подчиненные, кому выпала невезуха работать максимально близко к его офису, были напряжены максимально.

Они столкнулись в лифте. Девушка стала рядом, и они проехали три этажа. Больше Влада не выдержала.

– Добрый вечер, Владислав Игоревич.

Он скорее прорычал, чем ответил человеческим голосом.

– Добрый.

Она скосила глаз направо и осмотрела его с ног до головы. Вид его был странным. Одежда с иголочки, пахло от него хорошо, а сам как в барабан сушилки попал, причем на два сеанса сушки.

–С вами что-то происходит. Вы странно выглядите.

– Согласен, – буркнул Влад и вышел не на том этаже, куда ему надо было.

Он это сделал, только чтобы она больше не смотрела на него и не задавала вопросов.

– Ну и иди, – нахмурилась Влада, – я все равно тебя на день рождения не позвала бы.

Она вышла на своем этаже, и у нее зазвонил телефон. Она посмотрела на экран. Это был доктор Марцин из Германской клиники. Влада оглянулась по сторонам, ей хотелось уединиться. Она нажала на прием звонка и открыла дверь запасного выхода. Это была техническая лестница, которой никогда не пользовались. В конце рабочего дня все двери блокировались. А в течении рабочего времени, особенно ушлые курильщики выбегали покурить именно сюда. Те, кому лень было ехать на шестой этаж и потом идти через весь коридор на открытый балкон. Единственное место на десять этажей с оборудованной курилкой. С каждым годом курильщиков ужимали в их правах безбожно. А кто был не доволен, тому предлагали поискать другое место работы с более лояльными условиями.

Башня, где располагался центральный офис корпорации Рагузинских, напоминал многоярусную пирамиду. Офис Влады располагался в первом ярусе. Она разговаривала с доктором и медленно поднималась на этаж выше. Устроилась на подоконнике последнего этажа. Выше здание сужалось, и это был тупик. Влада отодвинула жестяную банку с окурками и забралась на подоконник с ногами. Тут сильно пахло накуренным.

– Я жду не дождусь, – говорила она радостно, – когда мы уже поедем в клинику. Оленьке хуже. Да, все не радует. Но она сильная, справится. Не переживайте, господин Марцин, я могу позволить обеспечить своему ребенку максимально комфортный перелет. На частном борту. Конечно, хотелось бы раньше, хотя бы на недельку.

Влада долго слушала.

– Я понимаю. Все время расписано. Просто у вас лучшая клиника. Спасибо, до свидания, господин Марцин.

Влада прижала трубку к груди и радостно сжала кулачки.

– Еще немного и …. Как я жду, Господи, только бы ничего не случилось.

Девушка свесила ногу с подоконника и замерла. Внизу явно кто-то разговаривал. Влада осторожно спрыгнула на одни носочки туфель и просеменила к перилам. Тут было запрещено находиться, огромные штрафы и лишение квартальной премии, самое мягкое наказание. Двумя пролетами ниже она увидела две мужские макушки, они двигались вверх.

Она лихорадочно затопала на месте, соображая, что делать. Вниз уже не успеет, им осталось пройти полтора пролета. И все бы ничего, но это были голоса ее босса и его друга – Юшмана. Влада осмотрелась вокруг. Тупик он и в Африке тупик. На этой площадке выхода никуда не было. Выше только короткий пролет в несколько ступеней и металлическая решетчатая дверь. За которой, была навалена до самого потолка куча картонных коробок от всякой оргтехники. Ей ничего не оставалось, как затаиться на месте мышкой. Вот когда поднимутся, тогда и будет решать, как поступить дальше.

Но они не дошли, остановились на полпути к ее площадке.

– Что там выше – раздался грубоватый голос Влада, – можно подняться?

– Там мои оболтусы курилку устроили, – весело хохотнул Артем, – хочешь, пройдем, там есть и жестянка от кваса для окурков. А выше тупик.

Влада сложила ручки ладошками вместе и про себя упрашивала: «Нет! Ты не хочешь! Тебе и там хорошо».

Раздался звук открывающегося окна.

– Да нет, и тут нормально.

Спустя несколько долгих секунд, Влад снова заговорил.

– А если знаешь, чего не разогнал? Так и на голову сядут.

– Была бы банка из-под пива, ни минуты бы не медлил. А так пусть.

Влад вздохнул так, что донеслось до Влады.

– Просто засада. Я не могу пробиться к дочери. Венера окружила свой новый дом такой охраной, что не приблизиться на сто метров. Я уже извелся весь. Говорит, иди в суд. Хорошо устроилась за мои деньги.

– Не переживай, дружище, – отвечал ему Артем, – этого и следовало ожидать. Она тебе еще цену назначит за визит к ребенку, подожди только. А про деньги не замарачивайся. Тарелка супа тебя всегда ждет у нас дома.

Послышался хлопок закрываемого окна.

– Сорвался, – сокрушенно выдавил Влад, – с этими всеми событиями. Не хотел, а рука сама за сигаретой потянулась.

– Купи успокоительного, хорошего.

– Да, такого, чтобы уснуть на сто лет, проснуться, а все твои недруги померли.

– Вот бы хорошо было бы да? – смеялся Артем, – только учти, друзей тоже не окажется.

– Вот засада! Жизнь – жопа!

Влада метнулась и заглянула в прореху между этажами. Мужчины направились вниз, а затем головы пропали. Они покидали запасную лестницу.

– Так, – слышался голос Влада, – осталось совсем немного, и меня будет ненавидеть весь мир.

– А что ты еще не отдал в этой жизни?

– Как ни странно не так уж и много, – признался Влад, – осталась всего одна вещь. Ее. И для меня это самое трудное признание. Веришь?

– О-о-о, – тянул удивленно Артем, – пока не касается тебя подобное, даже не думаешь, сколько всего….

Влада не слышала больше ничего, дверь хлопнула и голоса пропали. Она осталась на месте и думала, сколько еще постоять, чтобы спускаться.

– Тебя тайного окружает, – закончил Артем уже в коридоре, – кстати, завтра, в обеденный перерыв она поляну накрывает. Скромно, но со вкусом. Знаю, что от тебя она постарается закрыться. На. Возьми запасной ключ от этой лестницы.

Артем протянул другу небольшой плоский ключик.

– Не сомневаюсь, что даже не замечу, как на обеде мы окажемся замкнутыми на все замки изнутри.

– Так дуется? – растянул кривую улыбку Влад, – со мной сегодня поздоровалась.

– Она почву прощупывала, не вздумай никак реагировать, а то окажешься закрытым у себя в кабинете дополнительно.

Влад подбросил ключик и отдал его обратно.

– В день рождения. Это будет подло. Меня не звали, я не приду, спасибо.

Мужчина махнул на прощание рукой и направился к лифту. Он не видел дочь несколько дней. Ему снились сны один хуже другого. Венера даже перестала отвечать на звонки. Про видео не было даже речи. Бывшая жена откровенно хохотала ему в лицо и говорила гадости. Она видела, как он трясется за ребенком, и пользовалась его слабостью. Он твердо решил, что всеми силами сегодня добьется, чтобы она его пустила в дом.

Раздался звонок. Загорелся экран домофона. Подошла служанка и подняла трубку.

– Ну что еще там?

Нервно подскочила Венера с дивана. В этот момент зазвонил ее телефон.

Глава 10.

Она глянула на служанку с трубкой в руках, отбросила журнал, который листала и посмотрела на экран своего телефона.

– Блин, – выругалась она и нажала на прием, – добрый вечер, Михаил Станиславович.

– Добрый, Венера, – говорил с расстановками звонивший, – а мы тут с Наденькой решили к тебе с визитом? Есть разговор.

Венера отняла трубку, скривилась, показала трубке кулак и снова приложила к уху.

– Ой, я даже не знаю, я так устала, – начала она резко поникшим голосом, – может завтра?

– А мы уже тут, Венера, – отвечал ей бывший свекор, – вот звоним в звонок.

Венера махнула рукой служанке, та все слышала. Женщина кивнула и открыла дверь, чтобы пройти во двор встретить гостей. Сама Венера поджала губы и со злостью бросила журнал на столик. Не попала, печатное издание соскользнуло со стола и, раскрывшись, упало на пол.

– Вот гадство, – ругалась она в полголоса, – принесла их нелегкая.

Был бы это Влад, разговор был бы другой. А свекра Венера опасалась серьезно. Она всегда полагала, что человек, добившийся такой власти и денег, не такой уж нежный и пушистый. Чтобы быть на высоте, надо на нее взбираться. И если тебе кто-то мешает снизу, то нужно идти по головам. Венера всегда считала этого мягкого и веселого внешне человека, ужасным изощренным преступником. Иначе удержаться на таком высоком пьедестале невозможно, полагала она.

Отчасти именно эти ее мысли и способствовали тому, к чему она пришла на сегодняшний день. Венера смотрела много фильмов про гангстеров, криминальные сериалы зарубежные и отечественные. И везде, все начинается для таких как Рагузинские хорошо, а потом все плохо. Ей самой, когда она выходила замуж за Влада, не хотелось после роскошной сытой жизни однажды оказаться замурованной в стене. Или в тюрьме или в бегах. Сидеть где-нибудь в лесной сторожке неделями и трястись, что тебя найдут и перережут горло. Она уже на третий день после свадьбы решила, что сама разрушит свой брак, отнимет у мужа как можно больше денег и сама заживет безбедно, за границей. Без страхов за свою судьбу. Она считала, что у нее получится, если она будет одна. Не понадобиться бояться и трястись за членов семьи, которых могут взять в плен или убить.

Служанка вышла и открыла ворота.

– Добрый вечер, – наклонила она голову, – хозяйка ожидает вас в гостиной.

Михаил Станиславович с супругой вошли во двор. И двор, и дом им давно были знакомы. Его три года назад достроил старший сын для своей семьи – жены и дочери. Когда в него въехала Венера несколько недель назад, она разогнала всю старую прислугу и набрала новый штат. Этим сообщники и воспользовались.

Стоило паре пересечь границу центральной клумбы с фонтаном, женщина остановилась.

– Милочка, – ласково обратилась она к служанке, – у нашего водителя что-то с желудком. Проведи его на кухню и дай таблетку от боли.

– Хорошо, – склонилась молодая женщина, – я все сделаю.

– Вы идите, – махнул рукой Михаил Станиславович, – а мы дорогу сами знаем. Уж столько раз тут бывали, пока строили.

Служанка повела водителя к заднему входу на кухню, а супружеская пара не спеша направилась по центральной аллее к парадной.

– Красота, – выдохнула Надежда Игоревна с сожалением, – такой размах и все напрасно.

– Влад боролся до последнего, – тихо отвечал жене мужчина, – ему не повезло. Нарвался на охотницу за сокровищами. А я столько раз предупреждал.

– Что уж, теперь говорить, Миша, – прижала руку мужа Надежда, чтобы он сделал проще лицо, – любовь. Себя в молодости вспомни.

– Ах, Наденька, ты у меня сокровище. Что бы я без тебя делал. Мне хочется, чтобы и детям моим так же повезло в жизни. Может у Стаса не будет таких неприятностей.

На пороге стояла бывшая невестка и улыбалась во весь рот.

– Я распорядилась, чтобы нам приготовили чаю, – приветливо встретила она гостей.

Все прошли в просторную гостиную, и расселись на диванах. Михаил Станиславович не стал долго ждать, перешел сразу к делу.

– Я видел объявление, ты выставила дом на продажу.

Владу помимо таблетки предложили еще и перепих. Он, улыбаясь с шутками согласился. Его бесцеремонно ощупали, сказали, что он знатный самец и назначили время продолжения знакомства. Когда озабоченная девушка покинула кухню с подносом, он юркнул в боковую дверь и по запасной лестнице поднялся на второй этаж.

В коридоре по бокам стен горела тусклая подсветка. Он беспрепятственно добрался к детской и открыл дверь.

– До-ня, – тихо нашептывал он, – Олюша. Это папка пришел.

Влад тихо прикрыл за собой дверь и прислушался. В коридоре было тихо, а в комнате темно. Он неодобрительно поджал губы, в детской не должно быть так. Оля всегда пугалась кромешной темноты. Он бы никогда не допустил, чтобы ребенку было страшно.

Нащупал на стене круглый включатель и чуть повернул его по часовой стрелке. Загорелся мягкий неяркий свет по углам. Он прошел к кроватке и заглянул.

Венера открыла рот, чтобы ответить на очередной вопрос бывшего свекра как на лестнице раздался шум. Влад с бешеным взглядом спускался со второго этажа и смотрел на нее так, что у нее подкосились ноги.

– Что?! Что?! – сильно стала она заикаться, – Что ты здесь делаешь?!

– Где мой ребенок!? – Влад был в бешенстве, – ее нет в комнате!

Он сбежал с лестницы и накинулся на нее. Венера припала спиной на диван, а Влад схватил ее за руку и навис сверху.

– Куда ты дела мою дочь! Отвечай! Венера!

Та пискнула и жалобно пролепетала.

– Помогите. Он убьет меня.

Но ей никто не пришел на помощь. Гости даже не сдвинулись с места.

– В твоей комнате полно чемоданов! Ты куда собралась?!

Он замахнулся рукой. Она вжалась еще больше в диван, закрыла руками лицо и закричала.

– Умерла она!

Влад опустил руку и пошатнулся. Он сглотнул и повернулся к родителям.

– Что? Ты что такое говоришь, бесстыжая ты женщина.

– Венера! – тут встал Михаил Станиславович, – а подробнее.

Женщина забралась с ногами на диван и поняла, сбываются все ее страшные страхи. То, чего она так боялась, всю жизнь в замужестве, вот прямо сейчас настало. По ее щекам потекли дорожки слез. Она уже ощутила на своих щиколотках холодный бетон и запах Москвы реки, в которую ее бросят, стоит раствору затвердеть. Больше всего ее испугал не бешеный взгляд ее мужа и даже не его кулак – спокойные глаза свекра. Именно так он хладнокровно и расчетливо избавлялся от конкурентов.

Теперь избавится и от нее. Нет больше ребенка, единственной причины, по которой ее считали членом семьи.

– Не бейте меня, – взмолилась она, – я все расскажу.

Влад схватил первое, что попалось ему на глаза, и со всей силы бросил в стену. Его мачеха, подскочила и обняла сына.

– Она умерла в понедельник, – заикаясь, говорила Венера.

– А-а-а! – вскричал Влад, – ты говорила, что у нее все стабильно! Я уже место оплатил в клинике Израиля, чтобы оправить вас туда через два месяца. Ей бы пересадили твой костный мозг!

Влад схватил еще вазу и швырнул ее без выбора направления. Лишь бы снять боль, чтобы что-то грохотало и билось.

– Срочная остановка сердца, – заикалась Венера.

– Срочная?! – Влад повернулся и направился к ней, – Срочная?! Это так врач сказал?!

Надежда схватила его за спину и потянула к себе.

– Тш-ш-ш, Влад, успокойся, сейчас разберемся.

– Когда похороны, – спросил Михаил Станиславович, – почему ты нас не предупредила?

Венера раздула ноздри и неожиданно поднялась с дивана и села ровно.

– На следующий день – во вторник была кремация. Я не посчитала нужным, никому сообщать.

Влад вырвался из рук мачехи и возвел свои вверх. Он издавал нечленораздельные звуки. А после схватил мачеху и приник к ее плечу. Женщина крепко обхватила его широкие плечи тонкими руками. Он рыдал, она тоже расплакалась. Венера опасливо оглядывалась на свекра, но все равно встала.

– Утром у меня самолет, – говорила она уже тверже, – я надеялась, что через несколько часов навсегда покину эту сраную страну с ее сраными жителями. И больше даже думать не буду о вас всех. А вы приперлись, и я теперь обязана отчитываться тут. Я!

Возвела она палец вверх. Но увидела, что Михаил Станиславович насупил брови, отшатнулась.

– Вы не тронете меня. Это уголовно наказуемо. Я предупредила кое-кого, если меня не будет в назначенное время в аэропорту, то будет звонок в полицию.

– Даже пачкаться не станем, – с угрозой в голосе ответил ей бывший свекор, – но это была моя внучка. Как ты думаешь, что я чувствую сейчас?

– Это я! – Венера пятилась назад и продолжила, когда оказалась за диваном, – Я! Тут пострадавшая сторона. Я столько времени провела рядом с нею. Я ездила по миру в поисках лечения и врачей. Ночей не спала. Не я полезла под чужие юбки за новыми ощущениями. Он даже ту девицу не привел в суд. Нас так развели. Отказался, чтобы она показания давала. Знает, что виноват.

– Он согласился с условиями брачного договора и не обманул тебя, Венера. Отдал все, что ты затребовала. Так?

– Ну, так, – глаза ее бегали, – значил, знал, что виноват.

– Не факт, – шагнул ей навстречу Михаил Станиславович, – он думал о ребенке. Ты шантажировала его дочерью. Он думал, сделает, что ты хочешь, и ты отдашь ему Олю.

Она шарахнулась и отбежала на несколько шагов.

– Не приближайтесь ко мне, – крикнула она, – убийца!

– У тебя есть доказательства? – громче сказал мужчина, – Это серьезные обвинения. Если я захочу, ты никуда утром не полетишь. А будешь в камере предварительного следствия думать с чего ты взяла, что я убийца.

– Отец, – выдавил из себя Влад, – пошли. Тут нечего больше делать. Пусть только скажет, где могила Оли.

Михаил Станиславович подошел к сыну. Родители взяли Влада под обе руки, и все пошли на выход.

– Мои люди, – повернулся свекор вполоборота к Венере, – проводят тебя до аэропорта. Проследят, чтобы ты улетела благополучно. Им ты скажешь, где похоронила внучку.

Венера осела на пол и разрыдалась. Подошла служанка и тронула ее за плечо.

– Пошла вон! – замахнулась Венера на девушку, – все вон! Вон! Вон!

У Влады особого настроения не было. Последние несколько недель были трудными и физически, и эмоционально. Она не знала, как бы она все пережила, если бы, не Оленька. Всю себя она посвятила дочери. Само присутствие девочки отвлекало и успокаивало. Влада привязалась к девочке настолько глубоко, что у нее возникла постоянная потребность быть с нею рядом. К сожалению, состояние Оли не позволяло много гулять и ездить куда-либо. Девочка ни разу не видела, ни ее квартиры, ни красивого парка, рядом с домом Влады. Но им никто не запрещал мечтать. Они могли долго сидеть или лежать в комнате Оли и мечтать куда поедут или пойдут, когда Оля поправится. Влада подарила ей планшет и присылала на него видео всего что ее окружает дома, на улице, на работе. Она в перерывах переговаривалась с девочкой по видеосвязи, и даже некоторые ее сотрудники уже подружились с девочкой. Она знала их по именам и угадывала в лицо. Любила смотреть передачи про путешественников и уже озвучила маме список мест и стран, куда они отправятся в первую очередь.

Влада начала принимать поздравления уже с ночи. Она убрала телефон на кухню, чтобы он не мешал своим треньканьем. У девушки было много знакомых и друзей. У нее вообще была одна редкая черта – Влада всех приятных ей людей тут же считала своими друзьями. Многие отвечали взаимностью. В результате, куда бы она не попадала, у нее сразу образовывалась армия друзей.

Самая большая проблема оказалась с выбором приглашенных на ее скромный обеденный банкет. Голова шла кругом, ей хотелось позвать всех, кого она знает. А это несколько этажей сотрудников. Артем в результате строго ограничил прием рамками ее офиса. Девушке пришлось немало времени потратить, чтобы выпросить впустить на этаж еще хотя бы несколько человек. Артем разрешил, не более пяти. Это была катастрофа! Как из всех друзей можно выбрать пять! Их как минимум пятьдесят! Но босс на то и босс, чтобы командовать. Ей оставалось только подчиняться. Недолго думая, Влада умела всегда быстро принимать решения, она позвала тех, кто ей помог в самом начале ее работы тут. Тех, кто отозвался на ее просьбы о помощи и терпеливо тратил на нее свое время.

Элла вошла в офис Юшмана. Девушка работала секретарем Артема Павловича. Ей нужно было занести папку с документами. Приемная оказалась пустой. Она присела попой на стол и набрала номер секретаря Влада.

– Здравствуйте, это Элла. А вы где?

Ей что-то долго отвечали. Элла печально вздохнула.

– Ох, выздоравливайте. Как хорошо, что вас вовремя отпустили. А мне надо срочно отдать папку с важными документами лично Владиславу Игоревичу. А где он?

Секретарь Влада рассказала, что ее начальник утром прошел в офис и даже не поздоровался. Что было крайне странно. Он отличался вежливостью и внимательностью. А спустя два часа вышел из кабинета еле стоя на ногах. Он был мертвецки пьян. Что-то нечленораздельное мычал и чуть не завалился на стул. Пришлось срочно вызывать Артема Павловича, чтобы тот что-то с этим сделал. Он же и отпустил женщину, у которой разболелся палец на ноге, к врачу. И пока она ждала в очереди, кожа на пальце лопнула и потек гной. У нее оказался сильный нарыв под ногтем. Женщина сказала, чтобы Элла сама вошла в кабинет и положила папку на стол. Влад сегодня вряд ли появится на работе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.