Коллектив авторов
Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск. Премия имени П. С. Нахимова. 220 лет со дня рождения

Предисловие

5 июля 2022 года исполнилось 220 лет со дня рождения адмирала Павла Степановича Нахимова, великолепного мореплавателя и тактика. Такого превосходства сил, как в Синопском сражении во время Крымской войны 1853–1856 гг., являющемся образцом военного искусства, не было ни у одного адмирала Русской армии. Флотоводец применил боевую тактику: ввел в бой 6 кораблей, имевших до 124 пушек, в то время как турки – 10, и их легкие фрегаты едва вмещали 60 орудий, – т. е. больше крупнокалиберных орудий, а не маневренных судов.

«Вот моя мысль: побеждают желающие победы, стойкие и умелые. Люди – основа всех тактических теорий. А потому задача наша на кораблях – воспитывать в идее наступления, на берегу, в военных портах – в идее обороны», – говорил Нахимов. Он слыл настоящим моряком и подмечал любые детали, способные помешать цели, и на этом основании корректировал Морской устав. Требовал устанавливать на судах две готовые шлюпки с каждого борта. Приказывал не вводить сигнальные флаги с синим и белым цветами, поскольку в пасмурную погоду они неразличимы. В морском деле Нахимов, патриот с державным сознанием, видел весь смысл своей жизни, став для офицеров и матросов воспитателем, наставником. Имел две любви: море и Отечество, о котором сказал так: «Жизнь каждого принадлежит Отечеству, и не удальство, а только истинная храбрость приносит ему пользу».

В спецвыпуск вошли произведения на патриотическую тему: стихи лауреата национальных и международных литературных премий Юрия Выборнова, волгоградской поэтессы Натальи Азовцевой, поэта, писателя, журналиста, академика Международной академии русской словесности, члена Союза писателей России и ИСП, заслуженного деятеля культуры РФ Елены Фёдоровой, члена ИСП и Российского союза писателей Николая Росса; героическая поэзия члена ИСП Виктора Рассохина из цикла «В кильватере героизма» и члена ИСП Павла Савилова; прозаико-поэтические армейские воспоминания члена Российского союза писателей и Многонационального союза писателей Геннадия Серова; рассказы и повести члена-корреспондента Международной академии наук Александра Ведрова, члена ИСП, писателя, публициста Сергея Рассохина; документальная повесть писателя-анималиста, члена ИСП, Российского союза писателей, Международного союза писателей им. святых Кирилла и Мефодия, Евразийской творческой гильдии, члена-корреспондента Международной академии наук и искусств Ольги Черниенко; морские истории кандидата в члены ИСП Альберта Кайкова и члена ИСП Вячеслава Кашина; отрывок из романа «Рог Мессии» поэта, переводчика, писателя и публициста, члена московского отделения ИСП, Союза русскоязычных писателей Израиля, Международного союза писателей Иерусалима Ханоха Дашевского.

Разгадайте «формулу» патриотизма в спецвыпуске альманаха «Российский колокол», посвященном 220-летию великого русского адмирала Павла Степановича Нахимова. Как говорил сам адмирал: «Деятельность – великое дело. У нее одной благодетельные последствия. Остальное все – тлен».

Наталья Азовцева

С золотой медалью окончила школу города Котово Волгоградской области. С отличием окончила Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова и аспирантуру факультета почвоведения МГУ. Является кандидатом биологических наук. Работает научным сотрудником отдела физики, гидрологии и эрозии почв Почвенного института им. В. В. Докучаева.

Пишет стихи с шести лет. Первые произведения опубликовала в 10 лет в районной газете «Маяк» Котовского района Волгоградской области. В 1991 году со своей рукописной книгой стихов стала победителем всесоюзного конкурса «Одиссея юности». В 1994–1995 годах была автором и ведущей молодежной радиопрограммы «Вечерний пунш» на районном радио города Котово Волгоградской области.

Регулярно публикует свои стихотворные произведения в периодических изданиях, в сборниках поэзии. Принимает участие в литературных встречах, творческих поэтических вечерах. Участница «Клуба ученых МГУ». Является автором пяти стихотворных книг: «Ключ души» (2000), «Апрельский подоконник» (2001), «И я была когда-то словом» (2007), «Скажите, что такое счастье?» (2016), «Нарисуй мне мечту» (2022).

Живет и работает в Москве. Замужем, имеет двух сыновей.

Безусловная любовь

Младенцев безусловная любовь
Венцами сердца мать не выбирает.
Незаменим родительский покров.
Огни родные душу согревают.

Случись, у неба выцветет окрас,
Сирот духовных мир найдет в «капусте».
Покинут Родину, как «женщину на час»,
Без жалости, без совести, без грусти.

Недодала, а может, недобрал
Той Dolce vita из фата-морганы.
А может, Галатею не создал
Из Родины с восторгом беспрестанным.

В пространстве без корней бурлит стихия.
Страшит и поглощает ностальгия.

«Вся жизнь моя – признание в любви…»

Вся жизнь моя – признание в любви
Тебе, моя страна, моя Отчизна.
Мой код судьбы, мой генный алфавит
И совести моей дороговизна.
Мне нечего искать на стороне.
К соблазнам дальним незачем стремиться.
Наречена душой своей стране,
Мне русской было суждено родиться.
И в бедах бурь, и в тяготах высот,
Когда спасет молитвой лишь Мессия,
Моя Отчизна в полный рост встает
Защитой мира. Ты, моя Россия.

«Когда цари народ не любят…»

Когда цари народ не любят,
Когда враги нутра родней
И поколениями губят
Хозяев родины своей;
И говорят: «О, русский, глупый
Профан, пропойца, соловей!
И создан только для халупы,
Что в святости всех дыр святей!»
Не надо позволять глумиться
Над русским духом в пытках вер!
Так Аввакум-пророк излился,
Что сгинет ига беспредел.
С Владимиром взметнем мощнее,
Мы, как весна, мороз порвем!
Дрожите, хитрые кощеи,
Мы Русь в обиду не даем!

Седое добро Новороссии

Добро живет в тебе, во мне…
Но как-то криво на войне
Его прицельное лицо.
В нем нервный тик дробит мясцо…
Автобус мчит седых детей
В лавине бомбовых огней.
На «повезло – не повезло» –
Сжигает фосфорное зло.
Фашиста мать собой горда –
Она начало. От бедра
Ее зловредности взрывной
Дитя вступил в рогатый строй.
Поймаю тонкое перо –
Огнеупорное добро.
Им выведу прекрасный лик
Того, кто мир и свет постиг.
Надеюсь я, тебе и мне
Придет спасеньем на войне,
Воздвигнет духа крепкий свод
Родное строгое Добро.

15.08.2014

Русским

Рожденные Русскими!
Гордое племя!
Сыны необъятной земли,
Дни горькие, тусклые
Вынесет время.
А может, не время, а вы.
Могучие духом,
Железною волей
Очистите гниль пошлых дрязг!
Наполнится слухом
Планеты раздолье
О силе, о правде, о вас.

Быть русским – не слово на паспортной строчке.
Таким не рождаются, нет.
Быть Русским – свой факел нести в полуночи,
Ведь «Русь» в переводе есть «свет».

Пусть родина будет…

Пусть Родина будет песней.
Пусть Родина будет птицей.
Не грустью бетонной лестниц
С тоской сигаретной спицы.
Пусть Родина будет полем,
В колосьях цветком случайным,
Путем, о котором молим,
Небом без слез печальных.
Пусть Родина будет жизнью…
Правдой, которую зиждем,
Любовью народа полной.
Надеждой судьбы раздольной.

«Всю до вздоха себя отдать…»

Всю до вздоха себя отдать
Осмелюсь я, не побоюсь
За тебя, моя Дочь, моя Мать –
Моя вешняя древняя Русь.

Александр Ведров

Уроженец Свердловской области, физик-ядерщик. С 1963 года работал на Ангарском атомном комбинате, затем на партийных должностях и государственной службе. Заочно окончил Иркутский институт народного хозяйства и Академию общественных наук при ЦК КПСС. В 2015 году стал членом Российского союза писателей и в том же году – лауреатом национальной литературной премии «Писатель года России». Член Интернационального Союза писателей. Лауреат Всероссийской литературной премии им. Ф. М. Достоевского (2021) и Международной литературной премии им. Н. А. Некрасова (2022). Издал двенадцать книг. Автор ста газетных публикаций. Член-корреспондент Международной академии наук и искусств. Член общественного совета при аппарате губернатора и правительства Иркутской области.

Комдив Иван Грязнов

Впервые фамилию Грязнова мне довелось услышать от деда, Фёдора Яковлевича Белоногова, когда еще студентом Уральского политехнического института им. С. М. Кирова навещал его в деревеньке Заводчик Артинского района Свердловской области. Заводчик располагался рядом с Поташкой, где проживал другой мой дед, Михаил Степанович Козулин. Поташка значится местом моего рождения, хотя фактически я родился в Рабочем поселке Уралмашзавода города Свердловска, откуда мой отец, Дмитрий Белоногов, ушел в составе Уральского добровольческого батальона на Финскую войну. Оба деда были участниками крупнейших исторических событий двадцатого века: Первой мировой и Гражданской войн, колхозного строительства, где они по двадцать с лишним лет председательствовали в ряде местных колхозов. В их семьях проходило в военные годы мое дошкольное детство.

– Тятя, скажи, как воевал Чапаев? – спросил я однажды Фёдора Яковлевича о легендарном герое Гражданской войны. Тятей звал его по принятому с малолетства обращению.

– Воевал, как и все воевали. Ничё особо о нем не скажу, хоть двадцать пятая дивизия Чапаева одно время была соседней с нами. Да наш Ванька Грязнов воевал никак не хуже.

– А кто такой Грязнов? – подивился я новому герою Гражданской войны.

– Дак из Михайловки он, Кенсорина сын. Совсем молодой был, лет двадцати, а уж комбриг. Я и был в его бригаде артиллеристом, когда Колчака гнали по Сибири до самого Иркутска. А после о нем ничё не слыхал, видать, погиб в войне с Германией. Скажу токо, что ноне его родственники живут в Поташке, в доме, купленном перед Второй мировой у Михаила Козулина. У свата было два больших дома, наискосок стояли, один из них, который ближе к больнице, и купили Грязновы.

Между тем заслуги Василия Ивановича Чапаева неоспоримы. Он осуществил ряд успешных операций на фронтах Гражданской войны. Взять хотя бы совместную операцию двух дивизий, двадцать пятой чапаевской и двадцать шестой, которой командовал г. Эйхе, когда они, составив Южную группу войск, совершили глубокий прорыв Западной армии Колчака и в начале мая 1919 года заняли Бугульму и Бугуруслан.

* * *

Итак, отправной точкой статьи стал Михайловск Нижнесергинского района, находившийся в каких-то двадцати километрах от моей родной Поташки. По природным достопримечательностям то местечко настолько живописное, что заслуженно прозвано уральской Швейцарией. Над поселением высится гора Любви, круто скалистая с одной стороны, а с другой – пологая, с завораживающим видом на долину, где сливаются три реки с чистейшими водами. По их берегам – фасады скальных утесов, проемы гротов и пещер, карстовые образования с рисунками древнего человека. Все это великолепие обрамлено прудом, созданным в 1805 году при Михайловском железоделательном заводе.

В этом благословенном краю в семье мелкого торговца родился Ваня Грязнов. Он рос непоседой, пропадая днями на речке Серге. В селе Берёзовка, что от Поташки в десяти верстах, окончил приходскую школу, схватывая уроки на лету и числясь первым учеником. На предстоящий жизненный путь Иван выбрал вполне мирную профессию, получив образование в торговой школе (Екатеринбург) и в коммерческом училище (Казань). Молодой коммерсант устроился было на работу в кооперации, но его благие намерения в разгар Первой мировой войны перечеркнула мобилизация. Началась переквалификация на военный лад в учебной команде пехоты (город Уфа) и в школе прапорщиков (Татарстан).

С 1917 года младший ротный офицер Грязнов получал навыки ведения боевых действий в окопах русско-германского фронта, пока в армейские распорядки не ворвалась стихия Февральской буржуазно-демократической революции, подкрепленная большевистской пораженческой агитацией. В армии начались брожения, разложение, хаос и выборы. Над офицерами устраивались самосуды, а прапорщика Грязнова, в котором видели выразителя солдатских интересов, избрали в состав полкового солдатского комитета. Следом за Февральской демократической грянула Октябрьская социалистическая революция, а с ней царский офицер Грязнов был избран командиром роты. Так торговый коммерсант стал профессиональным военным.

В начале 1918 года Грязнов был демобилизован, вернулся на родину и работал в местном исполкоме, налаживая мирную жизнь односельчан. К тому времени его отец тоже продвинулся по революционной служебной лестнице, заняв пост председателя Красноуфимского уездного ревкома, но в их судьбы вмешались роковые события. В Поволжье и на Урале восстал Чехословацкий корпус пленных военнослужащих, запустивших пламя ожесточенной Гражданской войны по всей республике. На Урале непокорство Советской власти охватило зажиточные крестьянские слои. Иван Грязнов был схвачен «кулацкими элементами» и доставлен «на суд» в Поташкинскую волость, где был зверски избит батогами.

Вызванный на место расправы фельдшер констатировал смерть; в Красноуфимск ушли сообщения о гибели Грязнова от увечий и захоронении. Однако жизнь еще теплилась в изувеченном теле. Ливень «освежил» избитого до полусмерти советского работника, а в наступившей темноте местные жители доставили его в двухэтажное белокаменное здание больницы, издали видное на пригорке Поташки. Ее построили австрийцы, взятые в плен во время Первой мировой. Но не в больничной палате, а в подвале отдельно стоящего тифозного барака, который стороной обходили белые, разместили «красного клиента». Три недели действовал подпольный лазарет, где тот же фельдшер да Иванова сестренка Настёнка выхаживали его до прихода артинского рабочего отряда, восстановившего на время местную Советскую власть. Иван Грязнов, получивший в Поташке жестокую классовую закалку на всю оставшуюся жизнь, выжил и вступил в Красную армию. Другие пути ему были заказаны. Он, паренек в возрасте двадцати одного года, но повзрослевший в испытаниях на десяток лет, тут же получил в командование Первый Красноуфимский революционный полк.

События развивались стремительно, за месяц как за год. В июле белочехи захватили Екатеринбург, активизировались белогвардейские части, а Красная армия еще только формировалась. В августе 1918-го Грязнов – командующий отрядами Манчажского направления. Старинное село Манчаж, где с середины семнадцатого века обживали земли башкиры и татары, входило в Артинскую волость, по которой народная молва широко разнесла весть о стойком земляке, сыне Кенсорина Грязнова, собирающем полки Красной армии. В них стекались добровольцы из окружающих сел, в том числе из Поташки, а среди них – Михаил Козулин и Фёдор Белоногов.

После мои деды оказались по разные стороны классовых баррикад. Белоногов, дед по моей отцовой линии, был последовательным и убежденным красноармейцем и состоял в артиллерийских расчетах, считавшихся элитой армии. А вот с Михаилом Козулином, дедом по матушке, в запутанной Гражданской войне случились такие злоключения, что мама не горюй. В боях на реке Уфе красноармеец Козулин был ранен, демобилизован и вернулся в Поташку, где в семействе подрастали детишки – Нюра, Василий и Рая, ставшая в замужестве моей матушкой. Когда же власть в очередной раз переменилась, белые призвали его в свои ряды, хотя пробитая пулей кисть правой руки была похожа на клешню. Бабушка Арина Козулина вспоминала, как она в тех боях убегала с детишками в подвал, а на них сыпались щепки, вырываемые пулями из деревянных построек. Так и случилось, что красный дед гнал белого от Урала до Байкала…

Под Кунгуром, где протекает красивейшая река Чусовая, части Грязнова вели тяжелые бои в круговой обороне, пока на помощь не подоспела группировка красных казачьих отрядов Василия Блюхера, пробившаяся на Средний Урал из оренбургских степей. Месяц спустя, в сентябре 1918 года, Иван Грязнов был назначен командиром Красноуфимской бригады, входившей в состав Четвертой Уральской дивизии под командованием Блюхера, будущего маршала Советского Союза. Уже в ноябре эта дивизия была переименована в Тридцатую стрелковую дивизию, известную иркутянам по улице ее имени.

Затяжные бои продолжались всю наступившую зиму; города Пермь, Кунгур, Красноуфимск переходили из рук в руки, пока в мае 1919 года войска Фрунзе не начали южное наступление на Восточном фронте. Развивая успех общего наступления, Тридцатая дивизия под Томском разбила несколько колчаковских дивизий. В составе бригады Грязнова действовал кавалерийский дивизион К. Рокоссовского, отличившийся в боях на Ишиме. Отряд его конников ворвался в село Вакоринское, захватив артиллерийскую батарею, а на станции Караульная разбил штаб Омской группы колчаковцев, где Рокоссовский лично зарубил генерала Воскресенского, получив от него пулю в ответ. За действия на Ишимской равнине будущий маршал Советского Союза был представлен Грязновым к ордену Красного Знамени.

В ноябре 1919-го 30-я дивизия вошла в Омск, столицу «верховного правителя России» Колчака, и здесь же влилась в состав Пятой армии командующего Михаила Тухачевского. В Новониколаевской операции (под Новосибирском) командование Пятой армией на короткое время принял Эйхе, а командиром Тридцатой дивизии стал А. А. Лапин, впоследствии крупный военный деятель и кавалер четырех орденов Красного Знамени. Поход Пятой армии по разгрому Колчака завершился в Иркутске, о чем сегодня иркутянам напоминает одна из центральных улиц ее имени. Всю историю Гражданской войны в Восточной Сибири можно изучать по названиям иркутских улиц.

В решающих сражениях под Ачинском Белая армия была разбита. Мало было колчаковским войскам военных поражений, так их еще и настиг досадный конфуз. Узнав о захвате командного пункта генерала Пепеляева, Грязнов срочно прибыл на него, приказав телеграфистам от имени генерала передать приказы командирам трех белогвардейских группировок выйти на позиции, где их поджидали красноармейские части. В плен были взяты двенадцать тысяч беляков. В начале января 1920 года Колчак сложил с себя полномочия Верховного правителя. В феврале на станции Куйтун чехи подписали условия перемирия и согласились передать Советскому правительству золотой запас России, захваченный ими у Колчака. Иначе железнодорожные рабочие пригрозили разобрать рельсы, отрезав чехам путь во Владивосток. Остатки белогвардейских войск ушли за Байкал. В их рядах находился мой «белый» дед, Михаил Козулин, примкнувший в Забайкалье к казачьим частям атамана Семёнова. В селе Куранжа ему даже приходилось батрачить в родовом имении атамана…

Седьмого марта 1920 года 30-я дивизия через ледяную триумфальную арку, сооруженную в честь освобождения города и ярко светившуюся в бликах весеннего солнца, вошла в празднично убранный Иркутск, где власть еще до прихода Красной армии мирным путем перешла к большевикам. Рядом с аркой – громадная ледяная фигура рабочего под знаменем, на котором начертано: «Слава 30-й стрелковой дивизии!». Где-то в тех рядах шел Фёдор Белоногов, а во главе полков на буланом коне гарцевал комдив Грязнов. На митинге в честь освобождения города Альберт Лапин представил Грязнова членам ревкома как начальника Тридцатой дивизии и Иркутского гарнизона.

* * *

С митинга начальник гарнизона пришпорил коня в направлении станции Иркутск-1, в тупике которой стоял золотой эшелон. Вопрос важнее важного, ведь он касался богатства, собранного Россией не за один век. Грязнов на месте распорядился усилить охрану пулеметной командой Верхнеуральского полка. Между тем история золотого запаса Российской империи напоминает детектив. В начавшейся Первой мировой войне царское правительство вывезло ценности крупнейших банков в Казань, посчитав ее наиболее надежным и безопасным местом хранения. Но события показали, что такового места на огромных российских пространствах не существовало, слишком много имелось охотников до международного эквивалента общественного труда.

Советское правительство сохранило прежним место хранения царского наследия, но летом 1918 года советская Казань пала, и эшелон, двадцать восемь вагонов которого были наполнены баснословными ценностями, пустился в блуждания по железнодорожным магистралям: Казань, Самара и, наконец, Омск, находившийся под управлением Колчака. Политический вес Верховного правителя резко подскочил. В столицу белого движения, словно стая ворон, слетелись «полномочные представители» больших и малых стран, нацелившихся на куски богатого русского пирога.

Французский генерал Жанен, выдвинутый Антантой на пост командующего Сибирской белой армией, затребовал перевести российское золото под контроль союзников, на что последовало твердое решение Колчака: «Золото скорее оставлю большевикам, чем передам его союзникам». Отдадим должное царскому адмиралу, для которого национальные интересы были выше классовых. В командовании Белой армией французу также было отказано. Ущемленный в несбывшихся притязаниях Жанен дождался своего часа и приказал чехам сдать Колчака революционным властям на верную смерть. В 2004 году на месте расстрела предводителя Белого движения в Иркутске, при впадении Ушаковки в Ангару, ему был установлен памятник из кованой меди. Адмирал строг, его взгляд устремлен в вечность, на плечи наброшена шинель. В основании памятника – барельефы красноармейца и белогвардейца с опущенными стволами винтовок в знак примирения враждующих сторон.

После пересчета ценностей золотой эшелон под усиленной охраной был направлен в Казань, откуда он двумя годами ранее пустился в сибирский вояж. Транспортировка осуществлялась с большими сложностями: мосты были разрушены отступавшими колчаковскими войсками, и приходилось на реках наращивать толщину льда, по которому выкладывать обводные пути и силой революционного духа перекатывать вагоны по одному с берега на берег. Начальник охраны эшелона, командир 3-го батальона 262-го Красноуфимского полка Николай Павлович Паначев, кавалер ордена Красного Знамени, свои последние годы проживал в районном центре Арти, а по другим сведениям – в той же Поташке.

Со слов старожилов, это поселение было основано в 1769 году башкиром Поташом, участником Пугачёвского восстания, спасавшимся от властей на безлюдных землях. Места здесь благодатные, Поташкинская дубрава входит в перечень памятников природы. В церковных записях, составленных на стыке восемнадцатого и девятнадцатого веков, жителями Поташки числятся переселенческие семейства из ряда волостей Красноуфимского уезда, среди них Козулины и несколько семей Паначевых. Их потомки и сегодня проживают на Арте-реке, а главой Поташкинского сельсовета ныне является Виктор Козулин, прапрадед которого переселился в Поташку из села Златоустовского. Отдана селянами и дань памяти Чапаеву в названии улицы его имени, на которой стояли два дома Михаила Степановича Козулина. Первую церковно-приходскую школу в Поташке построили в 1892 году на левом берегу реки, невдалеке от Покровского храма, в ней мне довелось учиться первое полугодие 1950 года в третьем классе…

В 1920 году было принято решение о переброске 30-й дивизии на укрепление маньчжурской границы, затем – в Крым на борьбу с бароном Врангелем. В дни расставания с освободителями жители Иркутска собрались на митинг, чтобы поддержать ходатайство о присвоении дивизии наименования «Иркутская». Штурм Перекопа, названного французскими инженерами «Крымским Верденом», седьмого ноября начала Шестая армия Корка. Ее полки, преодолевая непролазную грязь Сиваша, с боями вышли на Литовский полуостров, дивизия Блюхера после четырех атак взяла Турецкий вал, имеющий высоту десять метров, но ворота в Крым оставались закрытыми. Тридцатой дивизии, не имевшей тяжелой артиллерии и понтонных средств переправы, было приказано стоять до 13 ноября, но комдив почувствовал решающий момент атаки и в нарушение приказа Фрунзе, под предлогом проведения «глубокой разведки», в ночь на 11 ноября прорвал белогвардейские цепи и в тяжелых боях удерживал отвоеванный плацдарм. Чонгарский пролив дивизия преодолевала с помощью бревенчатых связок. Уральские полки устояли «в глубокой разведке», хотя в батальонах оставалось не более ста бойцов, а с успешным продвижением армии Корка вышли на Джанкой, где размещался штаб Врангеля.

В представлении на награждение Грязнова орденом Красного Знамени говорилось: «За выдающуюся храбрость, мужество и умелое руководство дивизией, проявленное им во всех боях и в особенности в бою 11 ноября 1920 года при овладении сильно укрепленными Чонгарской и Сивашской переправами на Крымский полуостров». Так вое вал Иван Грязнов, сын Кенсорина, мелкого лавочника из села Михайловского…

Гражданская война раскидала по враждебным лагерям классы, сословия, семьи и родственников. На то она и гражданская. Они столкнулись лицом к лицу где-то на сибирских просторах в разгаре ожесточенной штыковой схватки красных и белых отрядов.

– Фёдор! Ты?!

Фёдор Белоногов оторопело бросил взгляд на белогвардейца, замерев на мгновенье в яростном бою. Точно! Он, младший брательник, с которым вместе росли, забавлялись детскими играми, спали на полатях под одним одеялом…

– Разбегаемся! Ты меня не видел, и я тебя не видел! – на правах старшего распорядился Фёдор, и разбежались братья, чтобы не всадить ненароком острый штык в братово тело…

В 1920 году Михаил Козулин сбежал от семёновцев и, рискуя подпасть под скорый суд Советской власти, тайком пробирался из Забайкалья на Урал. По пути подрабатывал в бурятских хозяйствах, чтобы прокормиться и заработать какие-никакие средства на дорогу. На новониколаевском вокзале судьба непредсказуемо свела его с родным братом Василием, состоявшим в Красной армии в чине комиссара полка. Он и выдал бывшему беляку поддельную справку о том, что ее обладатель является демобилизованным красноармейцем по случаю ранения, и это было недалеко от истины. Так Козулину удалось скрыть белое прошлое. А в середине тридцатых моих дедов, бывших красноармейца и белогвардейца, породнили дети, Дмитрий Белоногов и Раиса Козулина, скрепившие обручальными кольцами союз любящих сердец. Медленно, но верно, из поколения в поколение, уходят из людского сознания идейные разногласия, складывается и крепнет национальное единение, благодаря которому стояла и стоит тысячелетняя Россия.

Четыре года Гражданской войны стали для России временем тяжелейших испытаний, когда в братоубийственной войне общие демографические потери, включая убитых, умерших от голода и болезней, по разным оценкам, составили около десяти миллионов крепких духом, верных своему долгу и лучших представителей нации. Другие исследователи называют цифру потерь до пятнадцати миллионов человек. Россия понесла невосполнимую утрату самых стойких своих бойцов, какие бы убеждения они ни отстаивали, и лишилась той могучей людской энергии, с которой она ворвалась в двадцатый век.

* * *

С 1922 по 1930 год Грязнов – командир ряда корпусов в Запорожье, Иркутске, Смоленске, Житомире и Одессе. На высоких должностях он не утратил лучшие человеческие качества. Из выпускной характеристики курсов Военной академии имени Фрунзе: «Активность, инициатива, быстрота действий, тактичность и корректное отношение к товарищам – все перечисленные качества тов. Грязнова являются отличительными чертами этого богато одаренного корпусного командира».

В начале тридцатых годов «богато одаренный корпусной командир» закономерно поднялся на новую служебную ступень, получив должность заместителя начальника Управления механизации и моторизации Красной армии. Главным разработчиком теории танковой войны был Михаил Тухачевский, яркий герой Гражданской войны, возглавлявший войска по разгрому Колчака и Деникина. Иркутск, этот сибирский форпост Советской власти, увековечил память маршала в названии одной из своих улиц. Следом за Тухачевским поднималась плеяда молодых, преданных и грамотных военачальников: Уборевич, Корк, Якир, Лапин, Грязнов и другие, имевшие новое представление о предстоящих сражениях. Об этом гласила выписка из аттестационного листа уральского самородка: «Тов. Грязнов весьма способный, культурный и растущий боевой командир… Обладает сильной волей. С исключительным упорством и энергией работал по вопросам оперативного и тактического применения механизированных и танковых соединений…»

В 1933 году «растущий боевой командир» был назначен командующим Забайкальской группой войск, в июле 1937 года – командующим Среднеазиатским военным округом и в августе того же года арестован. По показаниям командарма М. Великанова, Грязнов категорически отрицал предъявленное ему обвинение в военно-фашистском заговоре. Допросы с избиениями и пытками военачальника, обладавшего сильной волей, продолжались год. В 1918 году его избивали враги, а двадцать лет спустя добивали «свои». Было ясно, что спасения ждать не приходится. Или избиения до смерти, что он уже испытал в уральской волости Поташке, или признание в измене Родине, что каралось расстрелом. Выбор небогат.

Так уже было в тридцать седьмом, когда восемь «заговорщиков» из высшего командного состава Красной армии во главе с маршалом Тухачевским были расстреляны. Та же участь постигла пятьдесят восемь командиров корпусов из шестидесяти двух. Всего было репрессировано две трети высшего командного состава армии, которая накануне Великой Отечественной войны оказалась обезглавленной. Пришла очередь на сорок первом году жизни сложить голову и ему, Ивану Грязнову, члену ВКП(б) с 1918 года. 29 июля 1938 года узник произвола был осужден и тем же днем расстрелян. В России система апелляционного обжалования судебных решений была установлена следом за отменой крепостничества, но в советское время она была то ли забыта за громадьем свершаемых дел, то ли принята за признак бюрократического крючкотворства и прочих неуместных судебных инсинуаций.

Приговор приведен в исполнение на печально знаменитом расстрельном полигоне Коммунарка, под который была переоборудована конфискованная дача г. Ягоды, ставшая спецобъектом, на котором революция пожирала своих детей. Под землей Коммунарки покоятся останки членов и кандидатов в члены Политбюро, первых секретарей ЦК ВКП(б) семи союзных республик, членов ЦИК, Совнаркома и многих секретарей обкомов правящей партии. Здесь нашли последнее пристанище крупные ученые, видные деятели культуры, сотни священнослужителей. Местом братского упокоения выдающихся деятелей политики, экономики и культуры стала Коммунарка, светлым идеалам которой они посвятили преждевременно оборванную жизнь.

* * *

В 1967 году Иркутский горисполком принял решение о присвоении одной из улиц имени Грязнова. Начало ей положено в 1726 году, когда для обороны города от китайских отрядов, вышедших к Саянам, в Иркутске, в междуречье Ангары и Ушаковки, была сооружена деревянная защитная стена с бойницами – Палисад высотой семь метров. На защиту города прибыл полк русской армии, образовавший за Палисадом Солдатскую слободу из шести Солдатских улиц, с первой по шестую. Со временем вместо снесенного Палисада протянулась улица Большая, а от нее, упираясь в Иерусалимскую гору, уходили шесть Солдатских улиц, ставших после 1917 года Красноармейскими. Позднее каждая из них получила свое название. Улицы военачальников Лапина (бывшая Красноармейская № 2) и Грязнова (бывшая Красноармейская № 3) расположились в добрососедстве. Тому и другому приходилось возглавлять Тридцатую дивизию.

Иван Кенсоринович Грязнов реабилитирован в 1956 году. Его короткая и героическая жизнь описана в книгах Д. Г. Алексеева «Начдив Иван Грязнов» (Свердловск, 1968) и Н. Ф. Варгина «Комкор Иван Грязнов» (Воениздат, 1971). Память о начдиве Иване Грязнове увековечена в названиях улиц уральских городов Михайловска (Свердловская область), Белорецка (Башкирия) и города Иркутска…

Рожденная на Урале и давшая в годы Великой Отечественной войны двадцать пять Героев Советского Союза Тридцатая дивизия гордо называлась «Иркутско-Пинская орденов Ленина и Октябрьской революции, трижды Краснознаменная, ордена Суворова мотострелковая дивизия имени Верховного Совета РСФСР». Дивизию неслучайно называли кузницей генеральских кадров. Три маршала Советского Союза воспитаны в ее рядах: В. Блюхер, К. Рокоссовский, С. Бирюзов. Сегодня иркутская школа № 76, расположенная на улице Тридцатой дивизии, именуется в ее честь, в школьных стенах организован уголок-музей этого легендарного воинского соединения. Поэт Михаил Светлов посвятил прославленной Тридцатой дивизии проникновенные строки:

От голубых уральских вод
К боям Чонгарской переправы
Прошла дивизия вперед
В пламени и славе.

Юрий Выборнов

Поэт, автор и исполнитель песен, номинант национальных литературных премий им. Сергея Есенина «Русь моя», «Поэт года», «Наследие», «Георгиевская лента», им. А. Грина в рамках конференции «РосКон-2020», премии им. Сергея Довлатова, премий «Большая книга» и «Национальный бестселлер». Участник литературного конкурса «Классики и современники», международного поэтического фестиваля «Дорога к храму», национальной литературной премии «Золотое перо Руси», Международной литературной премии имени святых Петра и Февронии Муромских. Член общероссийской общественной организации «Российский союз писателей», член межрегиональной общественной организации «Интернациональный Союз писателей (Международный Союз писателей, поэтов, авторов-драматургов и журналистов»).

Эпичный след

Эпичный след минувших дней,
эпохи красно-горько-славной
живет в сердцах, в крови Людей
Страны Родной! Страны Державной!

Живет в сердцах! Живет в душе!
Горит огнем, не угасает!
И, памятуя о войне,
«Бессмертный полк» он собирает!

И, памятуя, чтит бойцов
и всех, кто, не жалея силы,
хлебнувши горя и невзгод,
вставал бесстрашно из могилы!

Эпичный след минувших дней,
эпохи красно-горько-славной
живет в сердцах, в крови Людей
Страны Родной! Страны Державной!

17 марта 2022 г.

Рассвет – желанное виденье

Рассвет – желанное виденье,
на загляденье всех и вся!
Ах, живописное мгновенье,
отрада сердцу и мечта!

Отрада сердцу, восхищенье,
пленительная красота!
Живительное пробужденье
с приходом первого луча!

С приходом света воскрешенье
и зарождение добра,
надежды, веры, просвещенья
без понукания и зла.

Рассвет – желанное виденье,
на загляденье всех и вся!
Ах, живописное мгновенье,
отрада сердцу и мечта!

12 марта 2022 г.

Ах, было б чудо, коли худо

Ах, было б чудо, коли худо
бог весть куда умчалось вмиг,
чтоб позабылось то, как грубо
оно, шпыняя, бьет под дых.

Чтоб позабылось, растворилось,
бесследно сгинуло оно,
чтоб даже в сон не суетилось
ввалиться спешно и легко.

Чтоб, коль удумало с приветом
оно все ж в гости заскочить,
взашей увесистым ответом
добро и свет мог проводить.

Ах, было б чудо, коли худо
бог весть куда умчалось вмиг,
чтоб позабылось то, как грубо
оно, шпыняя, бьет под дых.

8 марта 2022 г.

Живи! Живи, очарованье!

Живи! Живи, очарованье!
В помин, прошу, не уходи!
Зачином будь, чтоб созиданье
росло и множилось в груди!

Чтоб сроду мне не ведать боли,
тоски, невзгод и горьких слез,
чтоб ранам позабыть вкус соли
под чистым небом, что без гроз.

Под чистым небом в лучах солнца,
с открытым сердцем и душой,
точь-в-точь что створки у оконца
уж настежь теплою весной.

Живи! Живи, очарованье!
В помин, прошу, не уходи!
Зачином будь, чтоб созиданье
росло и множилось в груди!

4 марта 2022 г.

По кому льешь слезы, ветер?..

По кому льешь слезы, ветер,
в час осенний, в час седой?..
По кому свистишь и воешь,
точно волк в глуши ночной?..

Отчего все не уймешься,
все сметаешь пред собой?..
Отчего все в дом мой рвешься
и тревожишь в нем покой?..

Отчего тиранишь душу,
душишь, брат, меня тоской?..
Отчего наводишь стужу
в грудь, живущую мечтой?..

По кому льешь слезы, ветер,
в час осенний, в час седой?..
По кому свистишь и воешь,
точно волк в глуши ночной?..

25 февраля 2022 г.

Вы простите, не святоша

Вы простите, не святоша,
и увесистая ноша
как на сердце, так в душе,
каюсь, грешен на Земле.

Каюсь, грешен и порочен,
зол бываю, но не склочен,
груб, упрям, и в прямоте
сложно отказать себе.

Сложно отказать, но можно –
в этом мире все возможно,
коль не думать о цене
и о буйной голове.

Не жалеть ни сил, здоровья,
целей достигать упорно,
жить достойно и свободно,
не фальшиво, не зазорно.

Вы простите, не святоша,
и увесистая ноша
как на сердце, так в душе,
каюсь, грешен на Земле.

16 февраля 2022 г.

Не растолкуешь иноземцу

Не растолкуешь иноземцу,
едва ли сможет он понять,
что любо русскому уж сердцу
за дело правое стоять.

Стоять не просто, стоять насмерть,
достойно, с честью погибать,
а опосля, накрывши скатерть,
победу славно воспевать.

Победу славить песней, пляской,
друзей же павших поминать,
потомкам молвить правду сказкой
и русский дух не попирать.

Не попирать родную землю,
любить и чтить, не посрамлять,
за все заслуги, за свершенья
душой любить и восхвалять.

Не растолкуешь иноземцу,
едва ли сможет он понять,
что любо русскому уж сердцу
за дело правое стоять.

10 января 2022 г.

Не смею

Не смею клясть свою Отчизну,
не смею также порицать,
но только все же без цинизма
считаю долгом написать.

Не челобитную, не оду,
а просто-напросто – памфлет,
где нет, не буду лить я воду
и подрывать авторитет.

Авторитет Страны Великой,
Державы Сильной и Родной,
Богатой, Щедрой, Многоликой,
с которой венчан я судьбой.

С которой от роду я вместе
свободою взахлеб дышу,
все чин по чину, честь по чести,
я ей горжусь и дорожу.

Не смею клясть свою Отчизну,
не смею также порицать,
но только все же без цинизма
считаю долгом написать.

Не челобитную, не оду,
а просто-напросто – памфлет,
где нет, не буду лить я воду
и подрывать авторитет.

5 января 2022 г.

Благоволит пытливый ум

Благоволит пытливый ум
тому, кто рук не опускает,
пусть даже где-то наобум
идет вперед, не отступает.

Открыт душою всем ветрам
и в трудный час не унывает,
не верит сплетням и словам,
коль дело их не подкрепляет.

Не ропщет, не щадит себя,
в укор главою не качает,
о неудачах не скорбя,
венок лавровый надевает.

Благоволит пытливый ум
тому, кто рук не опускает,
пусть даже где-то наобум
идет вперед, не отступает.

4 января 2022 г.

Пущай обманчива надежда

Пущай обманчива надежда,
не откажусь я от нее,
хоть крикнут, фыркнут, мол, невежда,
или поставят под ружье.

Я буду слепо, свято верить
в надежду, что нам всем дана,
свой путь идти, не лицемерить
и уповать на небеса.

Я буду верен ей до вздоха
последнего в моей груди,
и никакая суматоха
не сможет нас с ней развести.

Пущай обманчива надежда,
не откажусь я от нее,
хоть крикнут, фыркнут, мол, невежда,
или поставят под ружье.

8 января 2022 г.

Не угаснет

Сердца пламень не угаснет,
не растопчут сапоги,
жизнь в пороках не увязнет,
коли дух в твоей груди!

Доверяйся чувствам смело!
Верой, правдой ты живи!
Если любишь, то всецело!
Не разменивай, храни!

Прям и стоек будь, как камень,
словом, делом дорожи,
будь отважным, храбрым, парень,
крест достойно свой неси!

Сердца пламень не угаснет,
не растопчут сапоги,
жизнь в пороках не увязнет,
коли дух в твоей груди!

20 декабря 2021 г.

Только тем, кого порода…

Широки и плодородны
милой Родины поля,
реки чисты, полноводны
орошают их любя.

Благоденствует природа
и Родимая земля
только тем, кого порода
от лентяя далека.

И накормит, и напоит
вдоволь, досыта земля,
душу, сердце успокоит,
не боишься коль труда.

Не боишься и упорно
сеешь, пашешь, спину гнешь,
благородно и всецельно
себя делу отдаешь.

Широки и плодородны
милой Родины поля,
реки чисты, полноводны
орошают их любя.

Благоденствует природа
и Родимая земля
только тем, кого порода
от лентяя далека.

2 января 2022 г.

Мне нужен ветер

Мне нужен ветер – вестник отчий!
Мне нужен в жизни ураган!
Они в судьбе моей что Зодчий!
Как Флюгер! Компас! Талисман!

В водовороте бренной жизни
сидеть без дела не дают,
быстры, лихи, бескомпромиссны
и никогда не устают.

Несут и мчат без остановок
через года они меня,
без подтасовок и издевок –
к заветной цели, не щадя.

Мне нужен ветер – вестник отчий!
Мне нужен в жизни ураган!
Они в судьбе моей что Зодчий!
Как Флюгер! Компас! Талисман!

1 декабря 2021 г.

Что жизнь? – Огонь!

Что Жизнь? – Огонь! И не беда,
что я всего лишь в нем – Искра,
зажегся, вспыхнул в свете дня
и канул в вечность навсегда…

Зажегся, вспыхнул и сгорел,
другой судьбы я не хотел,
всецело рад, что пламенел,
в углях угаснувших не тлел.

Не тлел бесцельно, тускло-блекло,
а окрыленно, ярко, светло
парил, витал, где было пекло
огня, чтоб пламя не померкло.

Что Жизнь? – Огонь! И не беда,
что я всего лишь в нем – Искра,
зажегся, вспыхнул в свете дня
и канул в вечность навсегда…

30 октября 2021 г.

Россия

Россия – Держава! Россия – Страна!
Россия – Родная моя Сторона!
Россия – Мать! Россия – Душа!
Россия – Отчизна! Россия – Судьба!

Россия – Земля, Леса и Поля!
Россия – Озера, Реки, Моря!
Россия – Равнины, Горы, Луга!
Россия – Отрада! Глазу Краса!

Россия – Дом! Россия – Семья!
Россия – Опора, Поддержка, Мечта!
Россия – Братья, Сестры, Друзья!
Россия – в Сердце на все Времена!

Россия – Держава! Россия – Страна!
Россия – Родная моя Сторона!
Россия – Мать! Россия – Душа!
Россия – Отчизна! Россия – Судьба!

29 августа 2021 г.

Земля! Виват!

Цветет, благоухает сад,
тончайший дарит аромат,
плоды в цвету, ликует взгляд,
уста гласят: «Земля! Виват!»

Земля! Виват! Земля! Виват!
Ты мой Эдем, Ты райский сад!
Храни людей, живи стократ,
что в жаркий день, что в снегопад!

Живи! Живи! Плодоноси!
А увядать уж не спеши!
Коль чем обидел, ты прости,
обняться все ж не торопи!

Земля! Виват! Земля! Виват!
Ты мой Эдем, Ты райский сад!
Храни людей, живи стократ,
что в жаркий день, что в снегопад!

Да, знаю, отцветет мой сад
и буду я землей обнят,
но, как и прежде, буду рад
любя кричать: «Земля! Виват!»

Земля! Виват! Земля! Виват!
Ты мой Эдем, Ты райский сад!
Храни людей, живи стократ,
что в жаркий день, что в снегопад!

10 декабря 2021 г.

С чертой к черте

С чертой к черте по жизни мы идем,
с чертой характера, с чертою, что от Бога.
И чертыхаемся мы, коли упадем,
но на черту свою встаем мы снова, снова.

С чертой к черте – хоть к черту на рога,
с чертой к черте – на самые кулички.
Злословлю! К черту! Такая уж черта…
Меня простите, белые странички.

С чертой к черте, куда же без нее,
с чертой к черте – до самого порога,
с чертой к черте – иного не дано,
с чертой к черте – от черта и до Бога.

С чертой к черте по жизни мы идем,
с чертой характера, с чертою, что от Бога.
И чертыхаемся мы, коли упадем,
но на черту свою встаем мы снова, снова.

28 августа 2021 г.

Печаль разлуки… Радость встречи…

Печаль разлуки… Радость встречи…
в людской судьбе что две сестры…
Они – объятья, слезы, речи,
биенье сердца, крик души…

Они – надежда, упованье,
точь-в-точь что искорки в ночи,
отчаянье и испытанье,
огонь, не гаснущий в груди…

Они – приметы, суеверья,
волнительный и быстрый миг…
Они – хранители доверья
и разрушители интриг…

Печаль разлуки… Радость встречи…
в людской судьбе что две сестры…
Они – объятья, слезы, речи,
биенье сердца, крик души…

9 апреля 2022 г.

Нет, не бывать тому, что было…

Нет, не бывать тому, что было…
Тому, что кануло давно…
Тому, что время проглотило…
Тому, что было и прошло…

Нет, не бывать, но все ж хотелось,
чтоб прошлое на миг пришло,
минувшее чтоб воротилось,
воскресло или ожило…

Нет, не бывать, эх, как печально,
что безвозвратно все ушло,
эх, жаль, но в мире все фатально,
банально и обречено…

Нет, не бывать тому, что было…
Тому, что кануло давно…
Тому, что время проглотило…
Тому, что было и прошло…

8 апреля 2022 г.

Не беда

Не беда, что медведь косолапит слегка,
не беда, что ленив порой, иногда,
но все же силен и храбр всегда,
пришлого льва рвет во все времена.

Не беда, не беда, родная страна,
не беда, что судьба – медвежья тропа,
триколор, возвышайся, ввысь вознося
людей и державу на крыльях орла.

Не беда, что медведь спит, коль зима,
не беда, что сопит в берлоге пока,
но коли вражина на землю пришла,
костьми он поляжет за свободу орла.

Не беда, не беда, родная страна,
не беда, что судьба – медвежья тропа,
триколор, возвышайся, ввысь вознося
людей и державу на крыльях орла.

Не беда, что медведь, отойдя ото сна,
неуклюже в тайге и там, где леса,
бродит, рычит, но не ищет угла,
на тропу не пуская свою чужака.

Не беда, не беда, родная страна,
не беда, что судьба – медвежья тропа,
триколор, возвышайся, ввысь вознося
людей и державу на крыльях орла.

23 июля 2021 г.

Даже не мечтаю

На попутных жизнь проехать
даже не мечтаю,
с хитрецой ее объехать
ввек не помышляю…

На своих двоих иду,
на Бога уповаю,
спотыкаюсь, но встаю,
уныния не знаю…

Помаленьку ковыляю
жизнь своею тропкой
сквозь невзгоды, суету,
но только не сторонкой…

Напрямки, а не в обход,
через тернии к звездам,
день за днем, за годом год –
не чета прохвостам…

На попутных жизнь проехать
даже не мечтаю,
с хитрецой ее объехать
ввек не помышляю…

На своих двоих иду,
на Бога уповаю,
спотыкаюсь, но встаю,
уныния не знаю…

31 марта 2022 г.

Почему?

Слеза остудит огонь глаз,
угасит искорки души,
добавит серости в пейзаж,
похитит солнечные дни,
затмит светило, чистый свет,
сиянье звезд и красоту,
сокроет на вопрос ответ,
вопрос извечный: «Почему?»

Вопрос извечный и больной,
давно живущий на земле,
короткий, но весьма простой,
знакомый ей, тебе и мне.
Знакомый каждому из нас
не понаслышке от людей,
жизнь изменяющий на раз
с уходом близких и друзей.

С уходом близких, дорогих,
родных, любимых и детей,
как старых, так и молодых,
в расцвете сил, во свете дней.
«В расцвете сил, но почему?» –
досель неведом все ж ответ,
не стыдно проронить слезу
и мир окрасить в серый цвет.

Слеза остудит огонь глаз,
угасит искорки души,
добавит серости в пейзаж,
похитит солнечные дни,
затмит светило, чистый свет,
сиянье звезд и красоту,
сокроет на вопрос ответ,
вопрос извечный: «Почему?»

1 января 2021 г.

Работникам Балтийского завода

Чрез проходную на Косой
люд разношерстный, но простой
идет, спешит, забыв покой,
чтоб строить Флот Стране Родной.

Кто в цех спешит, а кто – в подвал,
кто – в кабинет, кто – на причал,
при деле все, опять аврал,
но каждый духом не упал.

В срок будет выдан ледокол
и каждый устранен прокол,
во льдах уверенно чтоб шел
и в порт целехонек дошел.

Чтоб в час суровый не стоял,
а экипаж с ним бед не знал,
лишь добрым словом вспоминал,
завод Балтийский восхвалял.

Чрез проходную на Косой
люд разношерстный, но простой
идет, спешит, забыв покой,
чтоб строить Флот Стране Родной.

7 января 2022 г.

Не так-то много

Не так-то много лет под солнцем
отпущено нам на земле,
и не откупишься червонцем,
чтоб Бог забыл призвать к себе.

Слегка печально, но да ладно,
коль призовет, тогда пойдем,
а до… пущай живем уж складно,
любовь и счастье бережем.

В ладу с руками и главою,
в чести, с открытою душой,
без лжи и фальши за плечами
да благосклонною судьбой.

Не так-то много лет под солнцем
отпущено нам на земле,
и не откупишься червонцем,
чтоб Бог забыл призвать к себе.

7 апреля 2022 г.

Тук-тук, тук-тук!

Тук-тук, тук-тук! Тук-тук, тук-тук!
Живых сердец я слышу стук!
Колотят, бьют они в набат!
И пламенеют! И горят!

Их стуку бесконечно рад!
Душою с ними я богат!
Пускай же, точно на парад,
идут, не ведают преград!

Тук-тук, тук-тук! Тук-тук, тук-тук!
О, как же мил мне этот звук!
Не страшен с ним любой недуг,
коль слышит сердце друга друг!

Коль слышит и колотит в такт!
Лучистым светом красит взгляд!
Рассветом озарив закат!
Живым быть – выше всех наград!

Тук-тук, тук-тук! Тук-тук, тук-тук!
Живых сердец я слышу стук!
Колотят, бьют они в набат!
И пламенеют! И горят!

28 ноября 2021 г.

Своя рубаха

Своя рубаха ближе к телу,
своя, своя, своя, своя,
но забывать о личной шкуре
порою нужно иногда!

Порою нужно встать на горло,
на цепь все ж Эго посадить,
не сдуру, а всецело, полно
родное «я» на «мы» сменить.

Сменить не словом, сменить делом
и не остаться в стороне,
лицом вперед лишь в шаге смелом,
плечом к плечу, рука к руке!

Что, невдомек, о чем читаешь?
Иль захлебнулся смехом ты?
Жаль, в эгоизме утопаешь
и духа Братства нет в крови!

Своя рубаха ближе к телу,
своя, своя, своя, своя,
но забывать о личной шкуре
порою нужно иногда!

23 октября 2021 г.

Эх, кружись, головушка

Эх, кружись, головушка, лишь только от любви,
позабывши горюшко до самой седины,
под мотивчик простенький от матушки-земли,
под аромат пленительный чарующей весны.

Эх, кружись, кудрявая, с рассвета до зари,
позабывши кручи – серые деньки,
до вздоха до последнего, до гробовой доски
пущай сияют глазоньки от счастия твои.

Эх, моя родимая – головушка моя,
кружись, кружись уж, милая, но не сходи с ума,
без устали, без пафоса, на зависть всем и вся,
без суеты, отчаянья, вальсируя, любя.

Эх, кружись, головушка, лишь только от любви,
позабывши горюшко до самой седины,
под мотивчик простенький от матушки-земли,
под аромат пленительный чарующей весны.

6 апреля 2022 г.

Души не чаю и люблю

Души не чаю и люблю
родную, милую Свободу,
ей восхищаюсь, свято чту,
за ней иду в огонь и воду.

Ее храню, ее пою,
от всевозможных пут спасаю,
лелею, холю, жадно пью
и с наслаждением глотаю.

Зазнобу, девицу мою
я пуще злата почитаю,
так и живу, на том стою,
другой уж жизни не желаю.

Души не чаю и люблю
родную, милую Свободу,
ей восхищаюсь, свято чту,

за ней иду в огонь и воду.

4 апреля 2022 г.

О ярколикий свет ума

О ярколикий свет ума,
рази лучом, прошу, незнанье
и озари, повергни тьму,
развей горчайшее терзанье.

Яви себя во всей красе,
уважь, прошу уж, упованье,
бей лихо молнией в грозе,
нещадно в самое сознанье.

Бей, не жалей и не скупись,
чтоб мысли были громкозвонче,
а опосля не отвернись,
останься и не будь уж кротче.

О ярколикий свет ума,
рази лучом, прошу, незнанье
и озари, повергни тьму,
развей горчайшее терзанье.

3 апреля 2022 г.

Величаво плывут облака

Величаво плывут облака
в синем небе, родные мои,
и взирают на мир свысока,
исчезая в бескрайней дали.

Ах, куда же, родные, куда
вы неспешно держите путь,
и в какие, скажите, края
соизволите вы заглянуть?

Эх, шепните, что за нужда
вас толкает в дали шагнуть
или просто, быть может, мечта,
как и мне, не дает прикорнуть?

Величаво плывут облака
в синем небе, родные мои,
и взирают на мир свысока,
исчезая в бескрайней дали.

2 апреля 2022 г.

Ливни-горюны

Без просветов, затяжные
день-деньской идут дожди,
хмарь да думы непростые
несут ливни-горюны.

Сумрачный туман наводят,
тяжким грузом гнут они,
душу грешную изводят,
стервецы, до глубины.

Льют, все льют, чтоб было пусто,
не уймутся все никак,
в сердце сеют гнусно-густо
хворь, тоску, печаль и мрак.

Без просветов, затяжные
день-деньской идут дожди,
хмарь да думы непростые
несут ливни-горюны.

1 апреля 2022 г.

Изустным словом

Изустным словом аль в письме
Рассею Мамой величаю,
с любовью в сердце и в душе
Ее, Родную, воспеваю!

Ее пою, Ей я живу,
Ее величье почитаю,
Отчизне верою служу
и на Нее лишь уповаю!

Я уповаю и прошу:
храни, Господь, мою Рассею,
Детей Ее – мою Семью –
от нечисти и вражьей силы!

От супостатов, подлецов,
от прохиндеев и прохожих,
забывших долг свой наглецов
да шкур продажных, эх, негожих.

Изустным словом аль в письме
Рассею Мамой величаю,
с любовью в сердце и в душе
Ее, Родную, воспеваю!

24 марта 2022 г.

За редким исключением

За редким исключением прощу, когда обман
и коли даже буду смертельно, в доску пьян,
так посему, родимые други вы мои,
ложь уж придержите, не кликайте беды.

Чтоб не было разлада, не было сумы,
правду-матку режьте в лицо, не со спины,
правду, только правду, как есть, без мишуры,
по совести, по чести, без лишней болтовни.

Без злобы, без утайки, открыто и легко,
как на духу, отчетливо, не ерничая, но
не забывайте думать все же, что сказать,
ведь коли слово молвил, его назад не взять.

За редким исключением прощу, когда обман
и коли даже буду смертельно, в доску пьян,
так посему, родимые други вы мои,
ложь уж придержите, не кликайте беды.

25 марта 2022 г.

Туда-сюда! Туда-сюда!

Туда-сюда! Туда-сюда!
Куда ни глянь, сплошь беготня!
Повсюду спешка, суета,
и все шустрей день ото дня!

Подобно вихрю?! Нет! Быстрей!
Хотелось молвить, что скромней,
но нет, увы… Скорей-скорей!
Не отставай и не робей!

Туда-сюда! Туда-сюда!
Кругом что скачки иль бега!
Несутся лихо все и вся,
как заведенная юла!

Без устали?! Совру вам – да!
Бегут стремглав, сил не щадя!
Ах, суматоха, чехарда!
Зевнуть порочно! Грех – возня!

Туда-сюда! Туда-сюда!
Куда ни глянь, сплошь беготня!
Повсюду спешка, суета,
и все шустрей день ото дня!

15 марта 2022 г.

Утоли мои печали

Утоли мои печали,
день весенний запоздалый,
душу сонную взбодри,
тело силой одари.

Возроди былую удаль,
изгони недуги в угол,
сажу и нагар сотри,
жизнь, прошу уж, отбели.

Вдохни свежесть, дай надежду,
не оставь, молю, невежду,
сердце хладное в груди
отогрей и оживи.

Возроди юнца в нем пламень,
дабы пал ненастный камень,
лучом солнца свысока
светом озари слепца.

Утоли мои печали,
день весенний запоздалый,
душу сонную взбодри,
тело силой одари.

Возроди былую удаль,
изгони недуги в угол,
сажу и нагар сотри,
жизнь, прошу уж, отбели.

28 марта 2022 г.

Соблазн в избытке!

Соблазн в избытке! Ах, велик!
То там, то здесь свой кажет лик!
Ох, вездесущ, прохвост, подлец!
Уж очень прыткий удалец!

Где взор притянет, где – ушко,
где – к сердцу, в душу чрез брюшко!
Хоть ни к чему, но только все ж
к нему, к хитрюге, в плен зайдешь!

И бесполезна с ним борьба!
Разок-другой спасет едва!
Но одурачит он тебя!
Соблазн – коварен, ух, змея!

Соблазн в избытке! Ах, велик!
То там, то здесь свой кажет лик!
Ох, вездесущ, прохвост, подлец!
Уж очень прыткий удалец!

18 марта 2022 г.

Нарасхват

Нарасхват извечно слухи
с языка до языка,
как назойливые мухи,
докучают без конца.

Докучают, раздражают
и чернят весь белый свет,
за глаза перевирают,
усмехаясь, шепчут вслед.

Усмехаясь, моют кости,
то ль от скуки, то ль с тоски,
мож, от зависти иль злости,
их, бескостных, разбери.

Нарасхват извечно слухи
с языка до языка,
как назойливые мухи,
докучают без конца.

16 марта 2022 г.

А жизнь что тройка удалая

А жизнь что тройка удалая:
без устали, родная, мчит,
несется спешно, эх, шальная,
стремглав, красавица, летит.

Летит стремглав, а как иначе?
Ведь кучер-время не щадит,
все подгоняет, все лихачит,
не ждет, не терпит и не спит.

Нет-нет, не спит, нет, не зевает,
ровнехонько себе бежит,
отставших в прошлом оставляет,
вперед лишь смотрит, не скорбит.

А жизнь что тройка удалая:
без устали, родная, мчит,
несется спешно, эх, шальная,
стремглав, красавица, летит.

11 марта 2022 г.

Не делайте слона из мухи

Не делайте слона из мухи,
прошу, умерьте аппетит,
поверьте, ни к чему вам муки,
преувеличен габарит.

Весьма уж, очень колоритно,
лишь жаль, что домыслы пусты,
простите, молвлю все ж обидно:
к тому ж они слегка глупы.

Ах! Да! Конечно – изобилье
догадок пылких, чувств игра,
но только все же – страх, бессилье,
поверь, дружище, старина!

Не делайте слона из мухи,
прошу, умерьте аппетит,
поверьте, ни к чему вам муки,
преувеличен габарит.

9 марта 2022 г.

Судьбину клясть избави боже!

Судьбину клясть избави боже!
Бог весть зачем! Пустой удел!
Слегка прикрасить, нет, негоже!
В лукавстве коль не преуспел!

Ни то ни се! Что за дилемма?
Куда ни кинь, везде провал!
Ай, не беда! Ай, не проблема!
Вздохнул, взгрустнул и промолчал!

Спустя мгновенье усмехнулся,
собрался с духом, тихо встал,
обнял судьбину, потянулся
и вновь по жизни побежал!

Судьбину клясть избави боже!
Бог весть зачем! Пустой удел!
Слегка прикрасить, нет, негоже!
В лукавстве коль не преуспел!

6 марта 2022 г.

Волненье душу окрылило

Волненье душу окрылило
от яркой искорки во тьме,
забвенье тотчас отступило,
прибрав уныние к себе.

От искорки ожили чувства
и забурлила в венах кровь,
открылось сердце для искусства
и песнь поет лишь про любовь.

Поет, поет, и мир ей вторит:
«Ах, искра – пламень! Ай, восторг!
Пусть каждый искорку находит
и светом полнит свой порог!»

Волненье душу окрылило
от яркой искорки во тьме,
забвенье тотчас отступило,
прибрав уныние к себе.

5 марта 2022 г.

Нет, недосуг!

В безмолвной тишине беспечности предаться!
Нет, недосуг! Покоем наслаждаться
не пробил еще час, и не настал тот день,
когда одержит верх извечный враг мой – лень!

Нет, недосуг! Увольте и простите!
Но только прямо молвлю вам: не ждите!
Немил мне белый свет без дел и без потуг,
без доблестных свершений, мечтаний и заслуг!

Нет, недосуг! С укором не глядите!
Сто раз вам повторю, хоть тыщу осудите!
В душе и на миру стократ мне дорог труд,
а также близкий взгляду, простой, радушный люд!

В безмолвной тишине беспечности предаться!
Нет, недосуг! Покоем наслаждаться
не пробил еще час, и не настал тот день,
когда одержит верх извечный враг мой – лень!

2 марта 2022 г.

Кто же сбросил с небес облака?

Кто же сбросил с небес облака
к уставшим промокшим ногам
на поверхности луж в час, когда
чувства «цыц» говорили устам?

В час, когда чувства были больны,
непомерно тревожны и злы,
в час, когда были враз сожжены
и разрушены напрочь мосты.

В час, когда мир был скуден и сер,
как поблекший, увядший цветок,
в час, когда весь запал отсырел
и живительный высох исток.

Кто же сбросил с небес облака
к уставшим промокшим ногам
на поверхности луж в час, когда
чувства «цыц» говорили устам?

27 февраля 2022 г.

Вечер, вечерочек!..

Вечер, вечерочек!.. Сердцу дорогой!
Рад безумно встрече нынче я с тобой!
За день, эх, умаялся телом и душой!..
Задержись, останься подольше на постой!..

Вечер, вечерочек!.. Не спеши бежать!
Не спеши, родимый, дай тебя обнять!
Дай свободно грудью вдоволь подышать!
День забыть тяжелый и не вспоминать!

Вечер, вечерочек!.. Мой желанный друг!
Верный мой союзник средь житейских вьюг!
Кудесник-исцелитель, врачующий недуг!
Дарящий час заветный мечтаний без потуг!

Вечер, вечерочек!.. Сердцу дорогой!
Рад безумно встрече нынче я с тобой!
За день, эх, умаялся телом и душой!..
Задержись, останься подольше на постой!..

24 февраля 2022 г.

Весна! Весна! Пора очарованья!

Весна! Весна! Пора очарованья!
Волнительная, дивная пора!
Влюблен в тебя! В твои я очертанья!
В твои пейзажи, запахи, цвета!

В твои рассветы и в твои закаты,
в твои волнительные ночи, что без сна,
где лишь Амура стрелы – постулаты,
разящие без промаха сердца.

Ах, милая! Краса благоуханья!
Зазноба и отдушина моя!
Ты просто сказка, ангел мирозданья!
Живительная доля бытия!

Весна! Весна! Пора очарованья!
Волнительная, дивная пора!
Влюблен в тебя! В твои я очертанья!
В твои пейзажи, запахи, цвета!

23 февраля 2022 г.

Лазурь небес – обитель душ

Лазурь небес – обитель душ,
парящих вольно в вышине,
но только жаль, что этот куш
не каждому дан на земле.

Не каждому, не всем, не вся,
идущему иль шедшим путь,
а только тем, кто хоть слегка
сумел все ж крылья распахнуть.

Сумел расправить, воспарить
среди невзгод и кутерьмы,
сумел достойно век прожить,
а не бежать прочь от судьбы.

Лазурь небес – обитель душ,
парящих вольно в вышине,
но только жаль, что этот куш
не каждому дан на земле.

19 февраля 2022 г.

Воротилось солнышко

Воротилось солнышко, воротилось милое,
лучиком приветливо ластится родимое,
играет, улыбается, нежно щек касается,
душу зачерствевшую отогреть старается.

Через очи сонные к сердечку ненавязчиво,
с любовью и по-доброму, бережно да вкрадчиво
желанное неспешно все ближе подбирается
и с теплом радушным в объятия бросается.

Здравствуй, долгожданное! Здравствуй, драгоценное!
Яркое, палящее, но все же совершенное!
Жизнь и свет дарящее, как и настроение!
От ненастий, горестей желанное спасение!

Воротилось солнышко, воротилось милое,
лучиком приветливо ластится родимое,
играет, улыбается, нежно щек касается,
душу зачерствевшую отогреть старается.

17 февраля 2022 г.

Лети, строка-красавица

За времечко, что прожито, а может, пережито,
за здравие за доброе, что в прошлом позабыто,
за душеньку-невольницу, кой сотни слез пролито,
лети, строка-красавица, с любовью, не сердито.

Лети, строка-красавица, за каждую морщиночку
и пой по свету, милая, за каждую годиночку,
глаголь, моя хорошая, за близкую кровиночку,
гони недуги прочь и не мани в бутылочку.

Лети, строка-красавица, избранница моя,
лети, зазноба верная, спеши во все края,
лети, строка-красавица, злобы не тая,
спеши, пока живехонька в тебе душа моя.

За времечко, что прожито, а может, пережито,
за здравие за доброе, что в прошлом позабыто,
за душеньку-невольницу, кой сотни слез пролито,
лети, строка-красавица, с любовью, не сердито.

12 февраля 2022 г.

Стихия страсти – шквал огня!

Стихия страсти – шквал огня!
Накал! Кипение! Борьба!
Пожар, тиски и жернова!
Души порыв, сил не щадя!

Ах, страсть! Молчи! Молю тебя!
Ты немила мне, немила!
Оставь! Подь прочь! Ползи, змея!
Довольно крови попила!

Ах, страсть! Довольно! Чур меня!
Сгорел! Сгорел в тебе дотла!
Угас уж пламень! Нет огня!
И лишь наградою зола!

Стихия страсти – шквал огня!
Накал! Кипение! Борьба!
Пожар, тиски и жернова!
Души порыв, сил не щадя!

7 февраля 2022 г.

В благом порыве вдохновенья

В благом порыве вдохновенья,
души-затворницы веленья
пишу сей стих без промедленья,
но все же с толикой волненья.

Пишу я той, кто в оный час
тоскует, не смыкает глаз,
надеется, с любовью ждет
и в сердце с верою живет.

Той, кто когда-то жизнь дала,
той, кто взрастила, сберегла,
всем сердцем ей желаю я
здоровья, счастья и добра!

В благом порыве вдохновенья,
души-затворницы веленья
писал сей стих без промедленья,
но все же с толикой волненья.

10 января 2022 г.

Душа трепещет, сердце млеет

Душа трепещет, сердце млеет,
уста лопочут невпопад,
Амур своих стрел не жалеет,
Любовь игриво застит взгляд.

Витают мысли в лучах солнца
весь день-деньской и до зари,
а ночью, когда спят оконца,
поют романсы о Любви.

Распевным голосом чаруют
и негу сладкую сулят,
с мечтами в нежности воркуют,
на веки вечные пленят.

Душа трепещет, сердце млеет,
уста лопочут невпопад,
Амур своих стрел не жалеет,
Любовь игриво застит взгляд.

9 января 2022 г.

За здравомыслье без сомненья

За здравомыслье без сомненья
я поднимаю свой бокал
и пью до дна без сожаленья,
как Вакха преданный вассал.

За мир, свободу и за здравье,
за достиженья, за почет,
за вдохновенье, созиданье,
за чистый, ясный небосвод.

За землю русскую родную,
за предков память, что живет,
за участь и судьбу лихую,
за удалой честной народ.

За здравомыслье без сомненья
я поднимаю свой бокал
и пью до дна без сожаленья,
как Вакха преданный вассал.

9 января 2022 г.

Ах, солнца пламень

Ах, солнца пламень, жар кварталов,
проспектов, улиц городских,
я задыхаюсь в вас от смрада,
но продолжаю все ж любить.

Я продолжаю восхищаться,
я продолжаю дальше жить,
по вам бродить, по вам шататься,
душой и сердцем с вами быть.

Люблю ваш шепот, шумный гомон,
до боли близкий русский мат
пропойц, ведущих бурно споры
за высший разум и уклад.

Люблю фасадов вид пригожий,
а подворотен тайный мрак
как в ясно-светлый день погожий,
так и в ненастный, темный час.

Ах, солнца пламень, жар кварталов,
проспектов, улиц городских,
я задыхаюсь в вас от смрада,
но продолжаю все ж любить.

8 февраля 2022 г.

Ветер! Ветер! Ветерочек!

Ветер! Ветер! Ветерочек!
Что резвишься, хулиган?
К нам надолго ли примчался?
Что принес из дальних стран?

Что ты видывал? Поведай!
Без утайки расскажи!
Но спокойно, без истерик,
да и в уши не свищи!

Свистунов у нас хватает,
болтунов своих полно,
каждый лихо заливает,
оттого живем смешно.

На духу ты все поведай,
но лишь правду говори!
А иначе милость сделай,
прочь, стервец! Долой лети!

Ветер! Ветер! Ветерочек!
Что резвишься, хулиган?
К нам надолго ли примчался?
Что принес из дальних стран?

8 января 2022 г.

Ах, разлучница-дорога

Ах, разлучница-дорога,
разухабиста моя,
вновь с тобою от порога
спешу в дальние края.

Вновь с тобою мчусь по свету,
стиснув зубы, не скуля,
продолжаю эстафету,
свою долю не кляня.

Свою долю уж не хаю,
только все же иногда
в час разлучный, эх, страдаю
и тону в кручине я.

Ах, разлучница-дорога,
разухабиста моя,
вновь с тобою от порога
спешу в дальние края.

6 января 2022 г.

В рассветный час

В рассветный час кружится вьюга
порой седою за окном,
и укрывается округа
белесо-бархатным ковром.

Ай, знатно как метет подруга,
зимы подспорье и сестра,
несносно воет, что зверюга,
не отступая от крыльца.

Шипит, скребется в окна, в двери,
настырно рвется и рычит,
нахально лезет во все щели,
а утихать все не спешит.

В рассветный час кружится вьюга
порой седою за окном,
и укрывается округа
белесо-бархатным ковром.

5 января 2022 г.

В сей зимний день

В сей зимний день сам бог велел
поднять фужеры и бокалы
за год минувший славных дел,
за все успехи и провалы!..
За все свершения, труды,
за чувства и в груди пожары,
за то, что ломятся столы,
за силы, здравье под фанфары!..
За год грядущий, что нас ждет,
за то, чтоб все снесли удары,
за честь, достоинство, почет,
за отболевшие уж раны!..
В сей зимний день сам бог велел
поднять фужеры и бокалы
за год минувший славных дел,
за все успехи и провалы!..

31 декабря 2021 г.

Эх, это вечное боренье

Эх, это вечное боренье
души и разума во мне,
бушуют страсти, боль, горенье,
нет перемирия в войне.

Эх, эти вечные нападки,
эх, эти споры до зари,
мне от себя бы без оглядки
сбежать бы прочь в тартарары.

Умчаться хоть бы на мгновенье,
чтоб отдышаться в тишине,
ведь невозможно примиренье
души и разума во мне.

Эх, это вечное боренье
как наяву, так и во сне,
бушуют страсти, боль, горенье,
нет перемирия в войне.

26 декабря 2021 г.

Ханох Дашевский

Поэт, переводчик, писатель и публицист. Член Интернационального Союза писателей (Москва), Союза писателей XXI века (Москва), Союза русскоязычных писателей Израиля (СРПИ), Международного союза писателей Иерусалима, Международной гильдии писателей (Германия). Член Российского отделения Международного ПЕН-клуба. Родился в Риге. С 1988 г. проживает в Израиле. Автор шести книг поэтических переводов и трех книг прозы. Лауреат премии СРПИ им. Давида Самойлова, премии «Русское литературное слово», конкурсов-премий им. Ф. М. Достоевского, Н. С. Лескова, Ш. Бодлера. Номинант на премию Российской гильдии мастеров перевода. Президиумом Российского союза писателей награжден медалями им. И. А. Бунина, А. А. Фета, Ф. М. Достоевского и Н. А. Нек расова.

Долина костей
Отрывок из 3-й книги романа «Рог Мессии»

Операция по прорыву блокады Ленинграда началась 12 января 1943 года. Уже с ночи Михаэль находился со своим взводом в боевых порядках готового к наступлению Ленинградского фронта. Сюда он попал после того, как осенние действия заново сформированной 2-й ударной армии не привели к желанному результату и часть, где находился Михаэль, перебросили на правый берег Невы. Добираться туда пришлось по льду Ладоги, где их изрядно бомбили, и открывающиеся то здесь, то там полыньи напомнили Михаэлю подмосковную Нару. В армии произошли изменения: упразднили особые «комиссарские» звания и ввели погоны. Погон у Михаэля пока еще не было, а на петлицах вместо двух кубиков красовался один. Михаэля аттестовали младшим лейтенантом, но особого значения это звание не имело, потому что погибнуть в бою у командира взвода было не меньше шансов, чем у рядовых. Во 2-й ударной Михаэлю повезло: он не получил ни единой царапины, а что будет сейчас? По ту сторону широкой замерзшей реки возвышался обледенелый крутой левый берег. Как вскарабкаться по этим холмам под убийственным огнем?

Михаэль посмотрел туда, где должен был находиться командир роты, и увидел, что тот приближается к нему. С командиром ему повезло. Лейтенант Воронин напоминал Бобровникова: располагающий к себе, сдержанный, бывший студент. Как ушел в ленинградское ополчение, так и воюет. Полтора года уже. Столько же воевал и Михаэль. Это сблизило их еще больше, а кроме того, исключая самого Воронина, только Михаэль имел в роте офицерское звание. Остальные командиры взводов были сержантами.

– Ну что, комвзвода? Нева перед нами. Одно плохо: мы на этом льду, в открытом пространстве, без всякой защиты. Маскхалаты только, – усмехнулся он, – да и то не у всех. Но и похуже бывало. Когда через Неву на плотах и лодках переправлялись. Под снарядами. Вот это был ад…

Лейтенант помолчал и, бросив в снег докуренную самокрутку, закончил:

– Главное препятствие – откос. Если его одолеем – полдела сделано.

Михаэль снова взглянул на постепенно открывающийся в расходящемся утреннем тумане ледяной склон. Хотя у них были лестницы и даже альпинистские крюки, он все еще не представлял себе, как они будут взбираться. Неожиданно левый берег окутался черным дымом, и одновременно страшный грохот заставил Михаэля прикрыть руками уши. Это была артиллерийская подготовка.

«Все! – понял Михаэль. – Операция начинается!»

Артподготовка продолжалась долго и закончилась так же внезапно, как началась. Но дым на левом берегу еще не рассеялся, и под его прикрытием белая поверхность Невы стала заполняться атакующими. Михаэль не помнил, как оказался на льду. Вокруг скользили и падали красноармейцы, уже были убитые и раненые, но Михаэль бежал, почему-то не ощущая страха, не слыша свиста осколков и пуль, и только шарахался от образующихся во льду коварных ям, заполненных черной водой. Левый берег возник внезапно и поразил крутым и опасным подъемом, еще более крутым, чем казалось издалека. Михаэль увидел, как один из его бойцов забросил крюк, а другие уже взбираются по лестнице. Нечто подобное было в фильме, который он смотрел до войны в Риге. Там показывали штурм древнего замка. Михаэль лез наверх по лестнице, когда немцы опрокинули ее, точно как в том фильме, и все, кто был на ней, покатились вниз, пытаясь хоть за что-то зацепиться. Он оказался у подножия склона, получив несколько сильных ушибов, и ему пришлось с трудом карабкаться снова по скользким перекладинам, не выпуская из рук автомата.

На этот раз сложилось удачно: немецкий огонь ослаб, потому что рота, в которую входил взвод Михаэля, уже оказалась наверху и вела рукопашный бой. Михаэль видел, как лейтенант Воронин сбил с ног напавшего сбоку немца и находившийся рядом боец пронзил упавшего штыком. А неподалеку санитарка Оля перевязывала раненого и не замечала, что оказавшийся за ее спиной гитлеровец целится в них. Михаэль дал короткую очередь в упор, на долю секунды опередив немца. Тот упал, и Михаэль побежал дальше, стараясь обогнать остальных: его бойцы должны были видеть своего командира впереди. Волнение, даже страх, которые он испытывал перед атакой, покинули его, несмотря на то что вокруг падали люди, гарантируя смерти богатый урожай. Тем не менее начало было успешным. К вечеру атакующие оторвались от края прибрежного откоса, захватив передовые вражеские траншеи, и продвинулись вперед.

На шестой день наступления, когда до соединения войск двух фронтов и прорыва блокады оставалось совсем немного, погиб лейтенант Воронин. Шальной осколок разворотил ему грудь. Лейтенант поднимал в атаку залегшую под жестоким обстрелом роту, и, видя, как он упал, красноармейцы еще больше вжались в грязный, окровавленный снег. Командование перешло к Михаэлю, теперь вести бойцов должен был он. И когда, тяжело и нехотя отрываясь от земли, рота все-таки поднялась, Михаэль с удивлением наблюдал, как все пробегают мимо него. Сам он почему-то стоял на месте, не чувствуя правой ноги, но лишь тогда понял, что с ним что-то случилось, когда подбежавшая Оля закричала:

– Товарищ младший лейтенант! Вы ранены!

Вдвоем с каким-то бойцом они подхватили падающего Михаэля. Бойцом оказался ротный старшина Яремчук. Михаэль прошептал:

– Командуйте, старшина.

Ему казалось, что он говорит громко.

Через час Михаэль уже был в медсанбате, где молодой военврач осмотрел ногу и, ничего не сказав, с сомнением покачал головой. На следующий день войска Ленинградского и Волховского фронтов прорвали блокаду Ленинграда, и Михаэля отправили в госпиталь на Большую землю, а еще через день на его имя пришло из Центрального штаба партизанского движения письмо. Выражая радость по поводу того, что Михаэль наконец-то нашелся, ответственный работник штаба майор Юрис Вецгайлис сообщал, что доктор Залман Гольдштейн и его дочь живы и находятся в партизанском отряде «За Советскую Латвию». Он только не счел нужным упомянуть, что отыскал Михаэля с помощью заместителя начальника Особого отдела Ленинградского фронта полковника Рейниекса. Получивший письмо командир полка повертел конверт, не зная, что с ним делать. Тяжелораненый адресат выбыл. Подумав, командир велел отнести письмо в медсанбат.

А Залман Гольдштейн и Лия действительно находились в латышском партизанском отряде, куда они попали несколько месяцев тому назад после изнурительных скитаний по лесам. Хотя оптимист Яша рассчитывал добраться до родных мест за четыре дня, поход в Освейский район занял две недели. Столько же ушло на поиски партизан, но и встреча с ними не означала, что путь окончен. Командир отряда Вилис Янсонс хмуро взирал на отощавших путников. Узнав, что один из них доктор, Янсонс немного смягчился. Доктора ему давно обещали, но того должны были доставить из Риги проверенные люди, которые так и не появились. Девушка и парень особых подозрений не вызывали, зато латыш внушал недоверие, особенно после того, как признался, что бежал из полицейского батальона.

– А почему бежали? – поинтересовался Янсонс. – Карателем быть надоело? Совесть замучила?

– Я случайно к ним попал, – сказал Фрицис. – У меня выхода не было. Я в подпольной организации состоял. Ее разгромили, а я на хуторе сидел, ареста ждал. Пришлось заметать следы.

– Вот как? – с саркастической усмешкой отозвался Янсонс. – Заметая следы, в карательный батальон определились? Интересно получается, если, конечно, вы говорите правду. Какая подпольная организация, кто руководитель?

Услыхав имя Валдиса, командир отряда снова нахмурился. Из рижского подпольного центра не уцелел никто. Валдис повешен. Уйти и добраться до партизан удалось только Гунару, но он сейчас на задании. И какой же вывод? А такой, что этот мнимый подпольщик – явный провокатор, специально засланный. Поэтому кое-что знает, но не знает главного: того, что помощник Валдиса жив и находится в отряде.

Гунар вернулся к вечеру усталый и продрогший. Еще хуже были новости, которые он принес. Гитлеровцы, мобилизовав большие силы и широко используя латышские полицейские батальоны, вот-вот начнут крупную операцию под красивым названием «Зимнее волшебство».

– Нужно быстро уходить. Перенесем базу в Себежский район. Там пока тихо.

– Без согласия Центрального штаба не сможем, – сказал Янсонс. – Кстати, тут тебя один знакомый дожидается.

– Какой еще знакомый?

– Говорит, был у Валдиса связным…

– Это невозможно! Схватили и казнили всех. Где он?

– На всякий случай под замком. Сейчас приведут.

На вошедшего Гунар посмотрел как на пришельца с того света. Он был уверен, что Фрицис погиб.

– Это мой двоюродный брат, – обнял Фрициса Гунар. – Я за него ручаюсь. Значит, – обратился он к Фрицису, – ты не стал нас разыскивать?

– Нет. На хуторе сидел. А когда понял, что могут взять, – виновато потупился Фрицис, – пошел в батальон. Только сразу решил: при первом удобном случае сбегу.

Гунар хотел ответить, но его опередил Янсонс:

– С ними еще какой-то парень. Уверяет, что из отряда Нефёдова.

– Опять не легче. Отряд Нефёдова погиб. Может, сделать в штабе запрос?

– Не стоит. Паренек – еврей. И похоже, не врет.

Но встречей Фрициса и Гунара сюрпризы не закончились. Спустившись в землянку, где партизаны оборудовали санчасть, Залман не смог сдержать возглас изумления, увидев перед собой Дзидру Блумберг. Это была та Дзидра, которой он обязан был жизнью, и в то же время другая. Недоступность, чопорность, строгость в сочетании с холодной красотой исчезли. Такого выражения лица, такого тусклого взгляда Гольдштейн никогда не видел у Дзидры. Несомненно, с ней что-то стряслось. Он даже не надеялся, что та заговорит, и начал первым:

– Это замечательно, что мы встретились. Ведь я вас так и не поблагодарил…

– Оставьте, доктор, – отмахнулась Дзидра. У нее изменился голос: теперь он был с хрипотцой. – Грех отказать симпатичному мужчине, – усмехнулась она.

«Что-то в ней еще осталось», – подумал Залман.

– Есть у меня одна вещь, – продолжала Дзидра, – хочу вам передать. Я сейчас. Подождите.

Через несколько минут она вернулась с каким-то ювелирным изделием.

– Вот, возьмите. Это…

– Нет-нет! – замахал руками Гольдштейн. – Что вы!

– Это не подарок, – тихо, но настойчиво произнесла Дзидра. – Возьмите.

На ладони у нее лежал изящный золотой медальон.

– Вы можете прочитать, что на нем написано?

– Тут написано… – сделал паузу доктор, пытаясь разобрать надпись на иврите. – Да, могу. «Любимой Мире от Шимона». Откуда это у вас, Дзидра?

Вскоре он сидел за грубо сколоченным столом, угощаясь напитком из раздобытого Гунаром цикория и слушая рассказ Дзидры. Этот рассказ сразу же вернул Залмана в то ледяное утро, когда Эстер и он снимали с себя одежду, прежде чем сделать последний шаг к могиле.

После того как Дзидра поняла, что брат смертельно ранен, ее память зафиксировала лишь тот момент, когда она бросилась в лес. Больше Дзидра не помнила ничего и очнулась в какой-то яме. Все тело ныло, а над головой нависало черно-серое дождевое рассветное небо. Надо было как-то выбираться, и, пошевелив конечностями, Дзидра убедилась, что руки и ноги целы. Она повернулась на бок, чтобы встать, и пронзительно закричала: на нее смотрело полуистлевшее женское лицо. Но только взглянув по сторонам, Дзидра поняла, что попала в братскую могилу. Ее даже не засыпали землей. Вокруг были мертвые тела, и, судя по их состоянию, лежали они здесь давно. Ей показалось, что она видит кошмарный сон, невозможно было поверить, что все происходит наяву. Дзидра понимала, что неминуемо сойдет с ума, задержись она в этой яме еще минуту. Она протянула руку, чтобы разгрести мешавшие выбраться листья и хворост, и ощутила какой-то металлический предмет. Оказавшись наверху, Дзидра увидела, что держит в руке золотой медальон с цепочкой и какими-то странными буквами, и, сопоставив непонятную надпись со зловонной ямой, откуда только что выбралась, поняла, что лежащие в ней трупы – это трупы убитых евреев…

Операция «Зимнее волшебство», которой предназначалось искоренить партизанское движение в Белоруссии, разворачивалась, и Янсонс получил разрешение Центра перенести базу. Нужно было произвести разведку, уточнить маршрут. Яша, зарекомендовавший себя как следопыт, лучше других подходил на эту роль, но Лия не хотела с ним расставаться.

– Я тоже пойду!

– Ни в коем случае! – Командир был категоричен. – Это тебе не прогулка с приятелем, – заявил он, давая понять, что в курсе всего, – а боевое задание. Останешься отцу помогать.

Только Лия отступать не собиралась. Ее характер закалялся, в нем проступали новые качества, одним из которых было упорство. И когда назначенный в напарники Яше молодой партизан Эрик внезапно заболел, Лия вновь стала напрашиваться в разведку. Именно в этот момент Янсонс получил приказ: под личную ответственность доставить выполнявшую ответственное задание Дзидру Блумберг на общий для нескольких отрядов партизанский аэродром, откуда ей предстояло вылететь в Москву. Там Дзидрой должно было заняться ее непосредственное начальство.

Из Москвы пришло сообщение и для Залмана. Один из кураторов латвийского партизанского движения, майор Юрис Вецгайлис, информировал доктора о том, что его сын, младший лейтенант Михаэль Гольдштейн, жив и воюет под Ленинградом. Это было счастье! Доктор переживал его тихо, поделился только с Дзидрой, которая вежливо выслушала и даже улыбнулась, хотя на душе было пасмурно. В Москве предстояло объяснять, как ей удалось проделать невероятный путь через всю Латвию и остаться в живых, и Дзидра понимала, что ее ожидают нелегкие дни.

Зато Лия радовалась бурно, делилась чуть ли не с каждым и прожужжала все уши Яше, которого удивляла такая привязанность к брату. Парень чувствовал обиду. Он привык к тому, что восторг девушки достается только ему. Но Лия ничего не замечала. Михаэль нашелся, сражается, совершает подвиги! Ей тоже хотелось что-нибудь совершить. Для этого надо было пойти с Яшей в разведку, и Янсонс стал нервно оглядываться, боясь обнаружить приближающуюся к нему Лию. Он бы не уступил, но должен был выделить партизан для сопровождения Дзидры на аэродром и, столкнувшись с нехваткой людей, да еще не зная, как отделаться от назойливой девчонки, махнул рукой:

– Ладно, иди…

Но если Лия была счастлива, пробираясь вслед за Яшей по заснеженному лесу, то спутник вряд ли разделял ее чувства. Нахмуренный и озабоченный Яша предпочел бы не видеть в этом походе Лию. Его томило нехорошее предчувствие, он боялся за девушку и даже сорвал на ней свое раздражение. Встретив удивленный, растерянный взгляд Лии, Яша поспешил загладить грубость и уже приготовил несколько ласковых слов, когда за спиной у них раздался окрик:

– Стой!

Яша понимал, что одна только попытка вскинуть винтовку приведет к тому, что пули прошьют его и Лию. Оба медленно повернулись. Два человека целились в них.

– Бросать оружие! Стоять на место!

Лия сразу уловила латышский акцент.

– Латыши, – прошептала она…

Леон Бренч, уже несколько месяцев находившийся в батальоне И́лмара Ме́лдериса, хоть и свыкся кое-как со своим положением, с ужасом думал о том, что будет, когда они вернутся в Латвию, где его тут же вычислят. Сидя у теплой печки, он в очередной раз представлял себе, как его разоблачают, когда голос командира взвода оторвал Леона от невеселых мыслей:

– Эй, Бренч! Хватит задницу греть! Там наши двоих привели: сучонка и сучку. Партизаны и вроде как жиды. Илмар недоволен. «Зачем, – говорит, – притащили? Нужно было на месте кончить». Поведешь их теперь вместе с Долговязым Бруно в ельник. Понял? А то ребята из патруля устали…

Положение Леона было похоже на положение Фрициса в батальоне Ко́нрада Ка́лейса. Но если Фрицис, увидев Леона и спутников схваченными, моментально принял решение, то Леон всю дорогу до ельника колебался. Мысль о том, что он идет убивать Лию, была невыносима. Ради мальчишки-еврея он бы не рисковал, этот только мешает, но Лия… Надо что-то делать. Но что?

– Чего плетешься? – прошипел Бруно. – Не нравится? Жиденят пожалел? Давно за тобой слежу. Надо будет доложить Илмару.

Леон очнулся. Решение пришло. Оставаться в батальоне больше нельзя. Разоблачат! Как орех расколют! Нужно бежать, и вот он, случай. С Лией и этим, как его, Яшей он сможет появиться у партизан. Другого пути все равно нет.

– Стоять! – скомандовал Долговязый, передергивая затвор. – Смотрить на меня!

Леон увидел залитое слезами лицо Лии. Яша глядел с презрением и вызовом.

Заметив, что напарник медлит, Бруно повернулся к нему:

– Ты, ублюдок!..

И увидел направленное на него дуло. Леон замешкался на секунду, этого хватило, чтобы Бруно успел выстрелить. Раненый Леон упал. В ту же секунду Яша, сделав бросок, словно рысь, вцепился в Долговязого сзади. Последний выстрелил снова, но пуля ушла в сторону. Лия подбежала к Леону. Тот держался за простреленный бок, а Яша продолжал в одиночку бороться с матерым, опытным Бруно. Долговязому удалось вывернуться, и Яша не справился бы с ним, если б не изловчился ударить карателя ногой в пах, и когда тот, обезумев от боли, присел, осталось лишь схватить его обеими руками за голову. Подбородок Бруно задрался вверх, хрустнули позвонки.

– Бегите… – прохрипел Леон.

– Нельзя его оставлять! – закричала Яше, размазывая слезы, Лия, хотя было совершенно ясно, что помочь Леону они не могут.

Схватив девушку за руку и прихватив винтовку Долговязого, Яша устремился в лесную глубь, не сомневаясь в том, что их будут преследовать. Но беглецам повезло. Узнав, что в ельнике найдены мертвый Бруно и раненый Леон, Илмар Мелдерис приказал:

– В погоню! Немедленно! Догнать и прикончить!

Однако появившийся на бронетранспортере во главе немецких карателей штурмбаннфюрер распорядился иначе:

– Вы поступаете в мое распоряжение! Не теряйте времени! Выступайте сейчас же! Все латышские батальоны уже в деле!

Приказ пришлось отменить. О том, что у него сбежали пойманные партизаны, Мелдерис не осмелился доложить. Он чувствовал, что здесь нечисто. Как мог жидовский сопляк прикончить рослого, сильного Бруно и ранить Леона, тоже нехилого? А если Леон пытался помочь бандитам, а стрелял в него Долговязый? Надо бы допросить это дерьмо, пока он в сознании, все тщательно проверить, да времени нет. А на Леона стоит послать в Ригу запрос. Давно надо было сделать…

Лия с Яшей бежали, не выбирая направления, в противоположную от расположения отряда Янсонса сторону. К удивлению Яши, погони за ними не было, но то, что они сбились с пути, стало ясно, когда кончился лес и беглецы вышли на большую дорогу. Перескакивая канаву, Яша уронил винтовку. Он уже собирался вернуться за ней, но, вглядевшись, увидел невдалеке полосатый шлагбаум, а за ним дома какого-то поселка. Патруль у шлагбаума выстрелил в воздух, жестами подзывая к себе.

– Кто такие?!

– С дружком в лесу гуляли, – как ни в чем не бывало отозвалась по-немецки Лия.

Измученные и грязные, они меньше всего были похожи на гуляющих. Это поняли патрульные, но именно немецкий язык Лии помог им догадаться, кто перед ними.

– Фройляйн говорит по-немецки? – осклабился один из них. – Ну, если ты доставила удовольствие ему, – кивнул он на бессильно сжимавшего кулаки Яшу, – то, может, и нам перепадет? А? Ферфлю́хтен юден![1] Отвечайте быстро! Кто такие?! Откуда пришли?!

С ними могли сделать все что угодно: изнасиловать Лию, пристрелить обоих. Но начальник патруля, немолодой фельдфебель, решил иначе. В тот же день Яша и Лия оказались в Освейском гетто, а назавтра их вместе с другими евреями отвезли в Полоцк и втолкнули в товарный вагон, отправлявшийся в Освенцим. У пункта назначения имелось еще одно название: Аушвиц.

Альберт Кайков

Родился в 1932 году и прожил интересную жизнь, насыщенную многими событиями. Он свидетель исторических процессов, происходивших в нашей стране. Ему довелось жить на западе и востоке, севере и юге страны, повидать красоты Заполярья, удивительную природу Камчатки и просторы Тихого океана. Накопленные впечатления и жизненный опыт отражены почти в двух десятках интересных книг.

Перед Отечественной войной семья Кайковых проживала в Анапе Краснодарского края. Ему было десять лет, когда город оккупировали фашисты. Сегодня Анапа носит звание «Город боевой славы». Алик был свидетелем незабываемых событий тех лет. В первой книге, «Потерянное детство», он описал жизнь детей до войны и в период оккупации. Конечно, в центре внимания истории, которые приключались с ним.

Дети, побывавшие в оккупации и испытавшие на себе ужасы войны, ненавидели фашистов и хотели стать военными, чтобы защищать Родину. Многие сверстники Алика стали офицерами. После окончания школы в Новосибирске он поехал во Владивосток и поступил в Высшее военно-морское училище имени С. О. Макарова. Службу офицером проходил на кораблях Камчатской флотилии. Видел просторы Тихого океана и его суровый нрав. В дальнейшем этот период своей жизни описал в книге «Флотские будни».

В пятидесятые годы в стране сокращались вооруженные силы. Под сокращение попали многие молодые офицеры. Кайков служил помощником командира корабля – большого охотника за подводными лодками. Его мечты стать флотоводцем рухнули в одночасье. После увольнения в запас вернулся в Новосибирск и поступил в Новосибирский инженерно-строительный институт имени В. В. Куйбышева, по окончании которого работал в Новосибирске, пока не представился случай поехать на строительство заполярного города Игарка.

Альберт с детства увлекался охотой, это позволило ему побывать в разных регионах страны. Разнообразие природы и животного мира стало основной темой его произведений. В школьные годы встречи на охоте и рыбалке с писателем Кондратием Никифоровичем Урмановым, который привлек его к участию в стенной газете, заложили любовь к литературному творчеству.

Ему нравились произведения об охоте и путешествиях. Особое место занимали книги Джека Лондона. Однажды прочитал в газете «Комсомольская правда» объявление: «В строительное управление “Игарстрой” требуются инженеры-строители». В памяти мгновенно всплыли рассказы Джека Лондона и детские мечты побывать в северных широтах, увидеть полярное сияние, полярные день и ночь. Не раздумывая, написал письмо. Когда получил ответ с приглашением на работу, вылетел в Заполярье. Через месяц к нему присоединились жена с сыном, проделав длинный и интересный путь по Енисею от Красноярска до Игарки.

Природа Заполярья, встречи с интересными людьми оставили глубокий след в его памяти, что отражено в книгах: «На заполярной широте», «Под северным небом», «В Туруханской тайге», «Черная пурга» и другие.

Альберт Сергеевич начал с поэзии. Его стихи отличают наблюдательность и любовь к природе.

Переломным моментом в творчестве стали книги известного писателя Петра Павловича Дедова и встреча с ним. Он начал писать прозу. Редактором его первых книг был Пётр Павлович.

Свой поэтический дар он использует и при написании прозы. Она лирична и многообразна. Об этом можно судить даже по названиям изданных книг: «Встреча через полвека», «По жизни с друзьями», «О друзьях с улыбкой», «Близкие сердцу» и др. Следует отметить трудолюбие Кайкова. Его рассказы, повести, романы регулярно издаются. В 2020 г. вышло две книги: «Наши студенты в Америке» и «На притоках Кети». В 2021-м – «Семья фронтовика», в 2022-м – «Побег к тунгусам».

Произведения писателя печатаются в журналах «СовременникЪ», «Российский колокол», «Сибирский Парнас», «Охотничьи просторы», «Юный натуралист» и др.

Он участвует в литературных конкурсах Московской городской организации Союза писателей России, награжден медалями им. Кирилла и Мефодия, Надсона, Пушкина, Грина, Бунина, орденом Святой Анны.

Несмотря на преклонный возраст, ведет активную общественную работу. Регулярно выступает со своими произведениями в школах и библиотеках. Является членом жюри литературных конкурсов, проводимых Новосибирской юношеской библиотекой и Домом творчества «Юниор».

Валентина Самсонова, член литературного объединения «Молодость»

Флотские будни
Главы из повести

1

Охотское море, мрачное и суровое, вздымало высокие волны, которые ветер гнал на запад. Его поверхность походила на стиральную доску. Волны в пять баллов изогнутыми линиями бежали одна за другой, стараясь догнать друг друга, но им это не удавалось сделать. Пенистые барашки бурлили на гребне волн, и темное море казалось седым от их пены. Наступал осенний период штормов, день сокращался, ночи удлинялись. Небо было затянуто низкими свинцовыми тучами, из которых сыпалась морось, не переходя в дождь. Влажность была как в бане. Вода оседала на металлических частях ходового мостика корабля и штормовке вахтенного офицера, собравшись в капли, она стекала на палубу.

Алексей Катков надел капюшон на фуражку, чтобы ее не унесло ветром и влага не попадала за воротник. Он мог спуститься в штурманскую рубку, которая находилась перед ходовым мостиком, немного ниже него, и из нее управлять кораблем. Там находились те же приборы, что и на ходовом мостике: машинный телеграф, штурвал, компас, переговорные трубы, телефоны, соединяющие рубку со всеми боевыми постами. В рубке было сухо, тепло и уютно, но он не мог себе это позволить, когда сигнальщик находится на мостике, а впередсмотрящий – на палубе в носу корабля. Видимость была минимальной, за плотной завесой облачности не был виден маяк на мысе Лопатка – самой южной оконечности полуострова Камчатка.

Алексей внимательно всматривался в море большими круглыми глазами. Его лицо, с небольшим прямым носом, усами и пухлыми щеками, было похоже на голову буревестника, парящего над волнами и высматривающего добычу. Во время войны этот участок моря был заминирован, и по курсу корабля в любой момент могла показаться плавающая мина. Он оторвал взгляд от моря и посмотрел на гирокомпас – рулевой выдерживал заданный курс. Затем вновь перевел взгляд на бегущие за бортом волны и вспомнил свои юношеские мечты, когда собирался поступать в военно-морское училище. Он представлял себя в белом кителе, белых ботинках, идущим по палубе корабля, за бортом которого до горизонта раскинулась голубая гладь океана. Чтобы приблизить осуществление этой мечты, в девятом классе пошел на курсы Добровольного общества содействия флоту, где успешно прошел курс молодого матроса. Ему на всю жизнь запомнилась практика хождения на шлюпке по Оби на веслах и под парусом. Шлюпки ДОСфлоту базировались на воднолыжной станции города Новосибирска, которая располагалась на песчаной косе в районе современного Коммунального моста. На службе многое оказалось не таким, как в мечтах. Вот и сегодня он стоит на ходовом мостике, одетый в штормовку из кожзаменителя, на ногах – сапоги, а не в белом кителе и белых ботинках.

Большой охотник за подводными лодками с бортовым номером триста девяносто восемь нес дозор у западного побережья Камчатки. При килевой качке его нос слегка приподнимался на волну, затем скатывался вниз, зарываясь в воду между двух волн, и вновь взбирался на очередную волну. В средней части корабля, на ходовом мостике, качка ощущалась слабо, зато на носу корабля впередсмотрящий матрос Коршунов, держась обеими руками за леерное ограждение, чувствовал себя как на качелях. На нем поверх штормовки был надет спасательный жилет красного цвета, за пояс он был пристегнут стальным тросиком к леерному ограждению.

Для корабля и экипажа это была привычная погода, им приходилось видеть настоящие шторма и даже льды Северного Ледовитого океана. Всего два года назад корабль совершил переход по Северному морскому пути из Белого моря в Авачинскую губу на Камчатке. Группа боевых кораблей и подводных лодок впервые совершала переход по Северному Ледовитому океану под флагом адмирала Батырева. За успешный поход Батырев был назначен начальником Высшего военно-морского училища во Владивостоке, а корабли вошли в состав бригады охраны водного района Камчатской флотилии.

Большой охотник походил на хищную рыбу. Его обтекаемая продолговатая форма напоминала акулу, всплывшую на поверхность воды. Борта невысоко поднимались над водой, а надстройка напоминала плавник рыбы. В носовой части, на баке, располагалась вращающаяся стальная башня восьмидесятимиллиметровой пушки. Ее длинный ствол грозно выглядывал из амбразуры. По бортам размещались две реактивные установки для стрельбы ракетами с глубинными бомбами. В средней части, на шкафуте, находились два скорострельных зенитных автомата со спаренными тридцатисемимиллиметровыми стволами, которые предназначались для стрельбы по воздушным и надводным целям. На кормовых скатах лежали глубинные бомбы, которые походили на столитровые бочки, выкрашенные в черный цвет. Это – главное оружие против подводных лодок. В надстройке за пушкой размещались рубки радистов, гидроакустиков и радиометристов. Выше – ходовая рубка и мостик. За надстройкой – мачта и труба. На мачте виднелся марс – круглая площадка, обнесенная ограждением, для наблюдений.

Шел сентябрь 1957 года. Международная конвенция по рыболовству еще не была заключена. Японские рыбаки бесконтрольно вылавливали лососевые породы рыб в Охотском море, часто заходя в наши территориальные воды. Занимая Курильские острова сорок лет, они хорошо изучили пути миграции разных пород рыб и сетями преграждали их подход к рекам Камчатки для икромета. На западном берегу Камчатки около каждого устья реки, впадающей в море, располагался поселок с рыбозаводом. Вся жизнь населения в этих поселках была связана с рыболовством. К сожалению, наши рыбаки ловили лососей только в реках, а японцы – в открытом море. Алексею довелось побывать в поселках Озерновском, Октябрьском, Большерецком и Хайрюзово. Он слышал жалобы рыбаков на японцев, которые, вылавливая рыбу в море, сокращают количество рыбы, заходящей в реки. Среди рыбаков ходили разговоры, что рыба около японских островов заражена радиацией, поэтому японские рыбаки пускались в рискованное плавание для ловли рыбы у камчатских берегов. Кораблям бригады охраны водного района было поручено задерживать иностранные суда, заходящие в наши территориальные воды.

На ходовой мостик поднялся командир корабля капитан-лейтенант Соколов – стройный мужчина тридцати лет, среднего роста, с обветренным волевым лицом. При разговоре он всегда внимательно смотрел на собеседника, никогда не перебивал его и не повышал голоса. Что-то располагающее и притягивающее было в его внимательном взгляде из-под густых черных бровей. Алексей увидел знакомый блеск умных глаз. В них была отеческая ласка и готовность в нужный момент прийти на помощь. Командир относился к подчиненным с уважением, не ущемляя их достоинства, был душевней, чем другие командиры кораблей. Его движения были уверенными: чувствовались знание своего дела и военная выправка. Он пользовался уважением офицеров и матросов как командир и был образцом отношения к людям и выполнению своего служебного долга. На нем был надет реглан, из-под воротника которого выглядывал водолазный свитер из верблюжьей шерсти. Осмотрев волнующееся море вокруг корабля, он вынул свисток из переговорной трубы, соединяющей мостик с постом радиолокационного наблюдения, и подул в нее. На другом конце раздался мелодичный свист. Вахтенный радиометрист вынул свисток и доложил:

– Матрос Ишимов на связи.

– Доложите обстановку, – приказал командир.

– Горизонт чист, товарищ командир, – последовал ответ.

В это время впередсмотрящий матрос Коршунов закричал в микрофон: «Сеть по левому борту». Мимо корабля промчался на волне стеклянный шар, оплетенный капроновым шнуром. Это был поплавок от японской сети. Наши рыбаки имели пробковые поплавки. Командир перевел рукоятки машинного телеграфа в положение «стоп», но корабль уже прошел через сеть. Из машинного отделения доложили, что левый винт заклинило.

– Боцмана на мостик, – приказал впервые раздраженно всегда спокойный командир.

Алексей повторил команду по трансляции и перевел взгляд на корму корабля. Там открылся люк кубрика, из которого поднялся на палубу боцман. Задраив за собой плотно люк, он, широко расставляя ноги, побежал по качающейся палубе, с трудом удерживая равновесие. На мостик взлетел запыхавшись, хотел приложить руку к головному убору, но в это время корабль накренился на борт, и ему пришлось ухватиться за борт мостика.

– Главный старшина Луференко прибыл по вашему приказанию, – доложил боцман.

– Возьмите двух матросов с баграми, надо проверить, что происходит за кормой. Заклинило левый гребной винт.

– Есть, – ответил боцман и скатился на руках по поручням трапа.

Вскоре он появился на мостике и доложил:

– Товарищ командир, на палубу поднят конец капронового троса с двумя поплавками.

– Второй конец троса нашли?

– Никак нет. Он, видимо, намотан на винт. Надо спускать водолаза и освобождать винт от троса.

– В такую погоду опасно спускать водолаза, – произнес командир.

Он уже принял решение, что надо на одном двигателе идти в тихую бухту и там заняться освобождением винта от троса. Боцману сказал:

– Можете быть свободны, прикажите вынутый из воды трос закрепить на палубе.

Покинуть район патрулирования можно было только по разрешению штаба бригады. Прежде чем приказать вахтенному радисту соединить его с оперативным дежурным штаба, командир опробовал работу правого двигателя, переведя рукоятку машинного телеграфа на малый ход, затем на средний.

Разговор с оперативным дежурным был недолгим. Получив добро покинуть район, капитан-лейтенант крикнул в ходовую рубку:

– Штурман! Курс на остров Парамушир!

На охотниках штурман совмещал свои основные обязанности в походе с обязанностями помощника командира корабля. Выражения «штурман, курс» и «штурман, место» были общепринятыми выражениями и не считались обидными.

Через несколько минут из рубки послышался ответ:

– Пеленг сто пятьдесят два градуса.

Командир приказал рулевому:

– Лево руля, курс сто пятьдесят два градуса.

Корабль медленно описал циркуляцию и, покачиваясь с борта на борт, лег на заданный курс.

Алексею хотелось сказать командиру: «Хорошо, что не заклинило второй винт. Тогда пришлось бы подавать сигнал SOS и вызывать буксир». Но он промолчал, зная характер командира. Когда он расстроен и обдумывает свои дальнейшие действия, его лучше не отвлекать.

Молодой лейтенант уважал командира и во всем брал с него пример. Он курсантом проходил на его корабле годичную стажировку. Соколов за год присмотрелся к мичману и сделал запрос в училище о направлении Алексея для прохождения службы на его корабль. У курсантов считалось большей честью, когда их направляли служить на корабли по запросу, а не по распределению. В училище Алексей прочитал много книг об открытиях нашими соотечественниками Камчатки, Аляски, Сахалина, Курильских и других островов. Он был счастлив, что будет служить в этих местах и своими глазами увидит далекий северный край, который давно привлекал его своей суровой красотой и таинственностью.

Уже год лейтенант служил на большом охотнике за подводными лодками командиром боевой артиллерийской части. До училища он был страстным охотником, любил стрелять из охотничьего ружья и нарезного оружия. Это повлияло на выбор артиллерийской специальности. Кроме того, во время войны он часто слышал слова: «Артиллерия – бог войны». Его всегда волновали слова песни об артиллеристах: «Артиллеристы, Сталин дал приказ, артиллеристы, зовет Отчизна нас! Из многих тысяч батарей за слезы наших матерей, за нашу Родину – огонь, огонь!».

Скорость корабля снизилась, только к вечеру подошли на траверз острова Атласова. Он вулканического происхождения, его пирамида состоит из вулканических пород и пепла, в плане имеет почти правильный круг с диаметром около четырнадцати километров. Свое название получил в честь первооткрывателя Камчатки В. В. Атласова. На острове расположен вулкан Алаид высотой более двух тысяч метров. Это самый активный и высокий вулкан на Курильской гряде. Остров необитаем, на нем нет бухт для стоянки кораблей, он стоит одиноко, как командир перед строем островов Курильской гряды.

Путешественник и ученый С. П. Крашенинников в «Описании земли Камчатки» приводит легенду об этом острове: «Гора стояла посредине Курильского озера. Своей высотой она загораживала свет другим горам. Они негодовали и ссорились с ней. Тогда Алаид удалилась в уединение на море. В память своего пребывания на озере оставила свое сердце – камень, который стоит посреди озера и имеет коническую форму».

Под прикрытием острова Парамушир восточный ветер почти не ощущался, море утихло. Многие думают, что название острову дали японцы, но это не так. Свое название он получил от коренных жителей, айнов. Оно означает «широкий остров».

Айны – загадочный народ. Они белолицы, с прямыми, широко открытыми глазами. Мужчины отличаются сильной волосатостью. Их окладистые бороды напоминают бороды староверов. По своему внешнему облику разительно отличаются от других народов Восточной Азии: японцев, алеутов, эскимосов, камчадалов. Они – коренной народ Японии, Сахалина, Курильских островов, Камчатки. Некогда жили на территории России, в низовье Амура. Слово «айн» на ряде диалектов, в том числе на хоккайдском, означает «человек». Как говорится в одной из айнских легенд, они проживали на всех японских островах, пока не пришли туда «дети солнца» и не вытеснили их на северные острова. В настоящее время они сохранились в небольшом количестве на севере Сахалина и около двадцати пяти тысяч человек – на острове Хоккайдо. Айны занимаются земледелием, рыболовством, охотой, собирательством диких плодов и растений.

Корабль, как уставшая лошадь после длинного пробега, слегка дрожа корпусом, продвигался вперед по спокойному морю. Его курс лежал к большому и широкому заливу, который с трех сторон был окружен высокими горами на юго-западной оконечности острова. На его южной оконечности возвышался вулкан Фусса, который был немного ниже Алаира. Горы-великаны обступили бухту со всех сторон, охраняя ее от штормов со стороны Тихого океана. Ночью в ненастную погоду остров не был виден, командир вел корабль по навигационным приборам. На мостик постоянно поступали доклады о глубине под килем и расстоянии до берега. Когда корабль вошел в устье залива, из радиолокационной рубки поступил доклад:

– В бухте неопознанный предмет, дистанция десять кабельтовых.

– Запросите позывные!

– На позывные не отвечает.

Сигнальщик включил прожектор. Луч прожектора уперся в непроницаемую завесу влажного воздуха.

– Стоп машины, – скомандовал командир и, обращаясь к вахтенному офицеру, приказал: – Подайте сигнал: «По местам стоять, на якорь становиться».

Затем приказал сигнальщику отбивать склянки. Это удары в корабельный колокол, называемый рындой. При плохой видимости всегда подаются сигналы колоколом, чтобы избежать столкновения с другими кораблями. Кроме того, склянки отбиваются через каждые полчаса, обозначая время. По склянкам члены экипажа ориентируются в заступлении на вахту.

Обычно при постановке на якорь командир давал задний ход кораблю, чтобы затормозить движение его по инерции. При работе одного двигателя корабль мог развернуться в ненужном направлении. Выждав, когда движение по инерции угасло, он подал команду:

– Отдать якорь.

В носу корабля загрохотала цепь, и якорь ушел на дно морское.

В кают-компании штурман Юрий Перминов спросил командира:

– Может быть, в бухте укрылась японская шхуна?

Соколов посмотрел на барометр, висевший на переборке, слегка щелкнул его пальцем, стрелка резко отклонилась в сторону повышенного давления.

– Давление поднимается, утром будет хорошая погода, узнаем, кто в заливе кроме нас, – произнес он.

– За ночь шхуна может сбежать, – не унимался штурман.

– Вахтенным офицерам ночью не покидать ходовой мостик, при изменении обстановки немедленно докладывать мне, – произнес командир и удалился в свою каюту.

Алексей в каюте поднял мягкую спинку дивана, прикрепленную шарнирами к переборке, и двумя цепочками пристегнул к крючкам на потолке. В каюте вместо дивана оказались кровати в два яруса. Обстановка в каюте была спартанская. Напротив дивана под единственным иллюминатором стоял небольшой алюминиевый столик, около него – два мягких стула, привинченных к палубе, рядом со стульями – два шкафа: для одежды и постельного белья. На флоте такие шкафы называются рундуками. Напарником Алексея по каюте был механик Всеволод Иванович. По возрасту он был старше всех офицеров корабля, но его все звали с дружеским уважением Севой. Он досконально знал технику корабля, был мастером на все руки, никогда никому не отказывал в помощи. На корабль пришел во время его строительства на Волжском кораблестроительном заводе. На подчиненных никогда не повышал голоса, разговаривал тихо и спокойно. Они его любили и уважали, знали, что он может своими руками разобрать любой насос, двигатель или эжектор, найти неисправность и вновь собрать. Вот сегодня он ушел в машинное отделение, чтобы присутствовать при ремонте соединительной муфты на валу левого двигателя. По выслуге лет ему давно были положены погоны капитан-лейтенанта, но по штатному расписанию корабля на должности механика полагалось быть старшему лейтенанту. Ему предлагали перейти служить на крупный корабль, но он прикипел к большому охотнику и не хотел менять место службы. На полуострове Завойко, в военном городке, его ждали жена и двое детей.

Алексей застелил верхнюю полку, разделся, встал одной ногой на стул и ловко запрыгнул на постель. Посмотрев на часы, вытянулся во весь рост и подумал: «До вахты осталось более трех часов, можно выспаться». Он привык засыпать быстро в любом положении и в любой обстановке. Мог спать сидя и даже стоя. Шум и качка его всегда убаюкивали. В самолете засыпал мгновенно после взлета лайнера. Возможно, это было связано с постоянным недосыпанием.

2

На корабле в колокол пробили восемь склянок. Алексей мгновенно проснулся.

«Неужели уже четыре часа?» – подумал он.

С надеждой посмотрел на часы – может быть, еще двенадцать ночи и можно продолжить сон? Его надежда не оправдалась. Пришлось осторожно спуститься на палубу каюты, чтобы не разбудить Севу, одеться и отправиться на ходовой мостик.

Вахту с нуля часов до четырех нес штурман – старший лейтенант Перминов. Эта вахта считалась самой тяжелой и называлась «собачьей». Она досталась штурману потому, что утром при водолазных работах его присутствие не было нужно и он мог отдохнуть. Перминов окончил Ленинградское высшее военно-морское училище. Гордился тем, что был ленинградцем, и считал, что Ленинградское училище – лучшее. При разговоре у него часто проскакивала фраза: «У нас в Ленинграде…» Светловолосый, с высоким лбом и голубыми глазами, он не был лишен привлекательности. Женился на последнем курсе училища, после завершения многомесячного перехода Северным морским путем вызвал жену на Камчатку. Он был энергичным и подвижным, любил командовать матросами, делать им замечания, но не отличался злопамятством. Таких людей называют «служаками». Употреблял крутые словечки, считая это шиком. Матросов часто называл на «ты», считая, что такое обращение сближает его с командой.

Взбежав на мостик по крутому трапу, Алексей решил пошутить над Перминовым. Приложил руку к фуражке и произнес:

– Прошу сдать вахту строго по уставу.

Перминов не ожидал такого обращения и растерялся. Затем с удивлением посмотрел на Алексея и промолвил:

– Ты что, недоспал?

– В бухте неприятельское судно, я хочу знать, какие приняты меры, – продолжал Алексей.

Перминов нехотя стал рассказывать:

– Неизвестное судно стоит на якоре, никаких движений и шума винтов не обнаружено. Звонил оперативный дежурный штаба, просил доложить обстановку. Я доложил, что гребным винтом будем заниматься с рассветом, рассказал о неизвестном судне в бухте.

– Ты почему вперед батьки в пекло лезешь? – удивился Алексей.

– В чем, собственно, дело?

– Командир вчера не сообщил о неизвестном предмете в бухте, значит, считает, что сначала надо разобраться, а только потом докладывать.

– Принимай вахту и разбирайся, – сказал Перминов, – я пошел отдыхать.

За несколько часов погода изменилась. Ветер угнал дождевые тучи в Охотское море, в просветы высокой облачности подмигивали звезды. Алексей связался с радиолокационной рубкой. Ему доложили, что неопознанный предмет находится на месте. Он стал периодически осматривать залив в бинокль, но в темноте ничего не мог увидеть.

Постепенно стали видны очертания гор, среди которых выделялась вершина вулкана Фусса, облачность рассеялась, на небе высыпали звезды. Наступили астрономические сумерки. Это самый удобный период суток для астрономического определения местоположения корабля в океане по звездам. В это время солнце находится ниже горизонта на двенадцать градусов. Когда оно поднялось к горизонту на шесть градусов, звезды исчезли и начались гражданские сумерки. Алексей увидел в бинокль в заливе расплывчатые очертания предмета, непохожего на корабль. Он скорее догадался, чем рассмотрел огромного кита, спокойно лежащего на поверхности воды. В это время вахтенный сигнальщик закричал во весь голос:

– Товарищ лейтенант, в заливе кит!

– Не кричи так громко – разбудишь экипаж, – пошутил Алексей.

– Мне кажется, что он неживой, – продолжал сигнальщик.

Алексею не хотелось вступать в разговор, он был очарован окружающим пейзажем. Где-то далеко в океане солнце поднялось из-за горизонта и своими лучами осветило горы острова, их вершины сияли в его лучах. Снежная вершина вулкана, как зеркало, отражала солнечные лучи. В тени гор лежала спокойная черная гладь залива. У Алексея мелькнула шальная мысль: по телефону вызвать на мос тик штурмана посмотреть на «корабль» в заливе, но он передумал, решив, что его шутку могут не понять. Когда рассвет вступил в свои права, на спокойной поверхности залива невооруженным глазом можно было четко разглядеть кита. Его размеры сравнимы с малым рыболовным траулером. Длина синего кита достигает двадцати пяти метров, а вес – ста тонн и больше. Его, видимо, ранили китобои. Морскому исполину удалось уйти от преследователей и закончить жизнь в этом заливе.

Во всех помещениях корабля зазвенел сигнал подъема. Надоедливый звук «та-та-та» всегда прерывал сладкий сон и не давал немного доспать. Вскоре радист включил трансляцию, и по кубрикам разнесся знакомый голос: «На зарядку становись». Матросы в тельняшках поднимались из кубриков на палубу и строились в две шеренги. Кто-то увидел в заливе кита и крикнул:

– Кит на воде!

Шеренги сломались, все побежали к борту, что-то кричали, показывали руками в сторону кита.

Алексей с улыбкой наблюдал с мостика за командой. Он дал матросам возможность налюбоваться необычным зрелищем, выпустить свои эмоции: многие кита видели впервые. Затем в рупор подал команду: «На зарядку становись!»

На корме боцман со своей командой готовил водолаза к спуску. Около них стояла водолазная станция, представляющая собой квадратный ящик с рукояткой от насоса. От станции отходили телефонный провод и шланг для подачи воздуха в легкий водолазный костюм, который не был легким по весу, хотя его так называли. Алексей вспомнил курсантскую практику по водолазному делу, которую проходил на базе училища в бухте Миноносок, расположенной недалеко от границы с Кореей. На каждого курсанта по очереди надевали легкий водолазный костюм, затем ботинки с толстыми свинцовыми подошвами, по несколько килограммов каждая, на грудь и спину вешали свинцовые лепешки. В довершение всего два человека поднимали медный шлем и надевали на голову водолаза, что увеличивало нагрузку на плечи. В таком одеянии было нелегко пройти по галечной отмели три метра до уреза воды. Задача каждого заключалась в том, чтобы пройти по дну бухты до глубины десять метров и благополучно вернуться назад, не всплыв на поверхность. Уйти дальше от берега не позволял пеньковый трос, привязанный к поясу.

Однажды курсант Виктор Крылов залюбовался подводным миром. На отшлифованных морем плоских гальках лежали разноцветные морские звезды, на песчаных участках были видны трепанги, похожие на сардельки, около зарослей морской травы ожидали своей добычи морские ежи. У Виктора захватывало дух от красоты подводного царства, и он забыл постоянно нажимать головой на клапан шлема, чтобы выпускать из костюма лишний воздух. Его костюм раздулся, и Виктора как пробку выбросило на поверхность воды. Курсанты со смехом подтащили неудачливого водолаза к берегу за привязанный к поясу трос.

Пока Алексей предавался воспоминаниям, водолаз спустился за борт и доложил, что винт не поврежден. На нем намотаны трос и кусок сети. Механик Всеволод Иванович предвидел работу по освобождению винта от троса и подготовил монтировку с заточенным до остроты бритвы концом.

Через два часа винт корабля был освобожден от троса, командир проверил работу двигателя на холостом ходу и доложил оперативному дежурному штаба о готовности выйти в море. Дежурный дал добро, затем спросил:

– Что за корабль был с вами в заливе острова Парамушир?

– Никакого корабля не было.

– Как не было? – удивился дежурный. – Мой предшественник об этом ясно записал в журнале.

– Так это кит зашел в залив.

– Ну у вас и шуточки, – сказал дежурный.

– В каком часу сделана запись в журнале? – спросил Соколов.

– В ноль часов тридцать минут.

Командир вспомнил, что в это время вахту нес Перминов, подумал: «Вот служака, решил отличиться» – но никому ничего не сказал. Оперативного дежурного попросил о находке сообщить китобоям.

В то время в нашей стране китобойным промыслом занималось несколько китобойных флотилий. Самой знаменитой была флотилия «Слава», базировавшаяся в Одессе. Она состояла из плавбазы, представлявшей собой завод по переработке китов, и семнадцати малых китобойцев-охотников, которые вели промысел в районе Антарктиды. О ее успехах постоянно писали в газетах, о ней показывали фильмы, слагали песни. Алексею на всю жизнь запомнились слова песни: «Мне бить китов у кромки льдов, рыбьим жиром детей обеспечивать».

На Дальнем Востоке промышляла китов от Охотского до Берингова моря флотилия «Алеут». Позже были созданы флотилии «Юрий Долгорукий», «Советская Россия», «Владивосток», «Дальний Восток» и другие. В 1960 году в водах Антарктиды работали двести пятьдесят флотилий Японии, Норвегии, Великобритании, Дании и других стран. Через несколько лет интенсивного промысла нашими и зарубежными китобоями поголовье китов было настолько сокращено, что промысел стал нерентабельным. За двадцать пять лет промысла всеми китобойными флотилиями было добыто около двухсот тысяч китов. Международное сообщество вынуждено было заключить договор о прекращении добычи китов.

В настоящее время численность китов частично восстановлена. Россия имеет квоту на добычу ста сорока китов для коренных жителей Дальнего Востока. Охотой на китов занимаются чукчи и эскимосы, проживающие на Чукотке. Они испокон веков питались мясом китов, жиром обогревали и освещали жилье, из их костей строили жилища. Кожа с тонкой прослойкой сала в сыром виде является для них деликатесом.

Сегодня в китов не стреляют из гарпунных пушек. Обычно охотятся бригадой из пяти-шести лодок со скоростными подвесными моторами и одного катера для буксировки добычи к берегу. Лодки прочесывают Берингов пролив. Обнаружив кита по фонтану воды, охотники по рации оповещают товарищей. Начинается преследование кита. Главная задача заключается в том, чтобы подойти ближе к месту, где кит вынырнет, чтобы вонзить в него гарпун, к которому на шнуре привязан ярко-красный буй. Гарпун остался таким же, каким был сотни лет назад. Несколько вонзившихся в тело кита гарпунов с поплавками не дают ему погрузиться на глубину и уйти от преследователей. Окончательно судьбу кита решает карабин.

3

Корабль удалялся от приютившего его острова. Мерно стучали машины, за кормой оставалась кильватерная струя, которая в тихую солнечную погоду, не исчезая, тянулась на сотни метров. Алексею показалось, что она связывает корабль с островом. Вспомнилось его первое посещение этого острова.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Проклятые жиды.

Вернуться