Ксения Хадунова
Цунами. В море чувств

Часть первая

Глава 1

Я неслась по ночному городу, не чувствуя скорости.

За открытым окном свистел ветер: он то и дело залетал в салон автомобиля и, словно шаловливый мальчуган, озорничал и трепал волосы, превращая аккуратную укладку в пушистую и непослушную гриву. Из колонок, не прекращая, гремели популярные попсовые треки. Я то и дело нажимала кнопки на руле, прибавляя громкость, а потом так же стремительно уменьшала ее, пытаясь поймать баланс. И, когда мне это удавалось, лишь удивлялась про себя – почему так легко не может быть и в жизни?

Фонари, освещающие дорогу, словно расступались передо мной, а проезжающие мимо редкие машинки осторожно мигали фарами, подпрыгивая на неровной трассе. В такие моменты я чувствовала себя особенно счастливой. Хотелось ещё больше радоваться жизни, ещё шире улыбаться и громче подпевать Клаве Кокке, ловля изумленные взгляды прохожих. Сегодня все было точно так же. До тех пор, пока я не решила заехать на заправку. И не встретила там его…

**

С Димой Колесниковым мы учились в параллельных классах. Я, будучи отличницей еще со времен начальной школы, тяготела к точным наукам и поэтому блистала в крутом и популярном физмате. Элитный класс элитного лицея: всего 17 человек и большая половина – золотые медалисты. Дима, не хватавший звёзд с небес и упорно тянувший все школьные годы лямку среднестатистического троечника, мучился в общеобразовательном классе. Впрочем, он тоже блистал – в школьной баскетбольной команде. Его приняли в сборную ещё в шестом классе и с тех пор ни одна игра не проходила без Димкиного непременного участия.

Родному лицею он принёс немало наград, но и проблем – не меньше. Его ловили рядом с разбитым окном, которое разлетелось вдребезги, когда Димка с силой отфутболил в его сторону потёртый кожаный мяч, рядом с бурлящим унитазом, который засорился после того, как Дима засунул в него разукрашенную красной пастой тетрадку с двойкой по годовой контрольной. Потом – с тлеющей сигаретой в зубах рядом со школьными воротами… Но, несмотря на все проказы, Димку любили. И ставили тройки даже тогда, когда он абсолютно честно и справедливо не заслуживал оценку выше двойки.

Я до сих пор помню тот момент, когда поняла, что влюбилась в Диму. Это было в девятом классе: я сидела на широком подоконнике в коридоре, напротив кабинета биологии, и наблюдала за тем, как по школьному стадиону неспешно прогуливается пожилая парочка. Высокий и все ещё статный старичок, одетый в длинную оливковую куртку, осторожно вёл под руку хрупкую даму в элегантном светло-сером пальто. Время от времени они останавливались на пути, он поправлял ей шарф, а она ласково улыбалась и обнимала его за плечи. В их взглядах теплилось столько любви и благодарности – я видела это даже там, сидя на школьном подоконнике, в сотне метров от стадиона. И резко вздрогнула, когда откуда-то сверху вдруг раздался бархатный с хрипотцой голос:

– Что, тоже мечтаешь о такой вот уютной старости?

Я оглянулась. Прямо передо мной, спрятав руки в карманы видавших виды школьных брюк, стоял Дима. Черная водолазка, подчеркивающая четкий рельеф мышц, непослушные завитки волос, размеренность движений. И, конечно, хитрая улыбка – такая особенная, его фирменная.

– Ты куда-то шел? – невозмутимо отметила я. – Вот и иди. Не мешай смотреть новую версию фильма «Дневник памяти».

– Какого, какого фильма? – расхохотался Дима. – Это что, ваши женские сопливые мелодрамы? Даже не слышал о таком.

– А ты слышал о ком-то, кроме Бэтмена и Питера Паркера? – парировала в ответ я.

– Вообще-то я Гарри Поттера люблю, – хмыкнул Дима. – Коплю деньги на поездку в Хогвартс.

– Кажется, ты опоздал на пару лет или твое письмо затерялось в дороге. Я, конечно, не Хагрид, громких вердиктов выносить не буду, но мне кажется, ты вряд ли можешь быть волшебником.

– Это мы еще посмотрим, – усмехнулся Димка и приблизился ко мне, схватившись руками за подоконник. Его глаза – такие красивые, орехового оттенка – оказались точно напротив моих. – Всегда приятно встречать фанатов золотого трио. Тем более, в таком скучном месте, как школа.

– Иди уже на свой урок!

Я отмахнулась от Димы и снова отвернулась к окну. Пока мы упражнялись в остроумии, парочка уже вышла за ворота стадиона. Я проводила их взглядом и почти сразу услышала, как в коридоре задребезжал звонок. Почему, когда он зовет идти на урок, всегда звонит так противно?

– Пока, Гермиона, – хлопнул меня по плечу Дима и унесся куда-то вверх по лестнице. А я еще несколько минут не могла слезть с подоконника: задумчиво смотрела ему вслед и пыталась успокоить разбушевавшееся в груди сердце. Оно стучало так громко, что, казалось, его должны были услышать все. В этот день в моем сознании кое-что перевернулось. И, идя домой после затянувшихся уроков, я еще долго вспоминала тот насмешливый взгляд, бархатный голос и аромат Димкиного парфюма. От него пахло морской свежестью и спелыми цитрусами. И еще немножечко счастьем. Во всяком случае, тогда, 15 лет назад, я себе его так и представляла.

**

Не сказать, что с тех пор мы стали часто общаться с Димкой. Правда, регулярно, почти каждый день, сталкивались с ним в школьных коридорах – то у его класса заканчивался урок перед нами, то наоборот наш класс освобождал кабинет для его. Иногда мы обменивались дружескими кивками, пару раз я ловила его улыбку. Но сама ни разу не улыбалась в ответ, хотя уже прекрасно понимала, что отношусь к Диме не просто как к парню из параллели. Понимала и боялась одновременно, ведь еще ни разу не влюблялась до этого. Как девочка начитанная, я знала, что первая любовь часто оборачивается таким сумасшедшим ураганом, который сметает все на своем пути. А мне это совсем не нужно – у меня учеба, подготовка к поступлению, экзамены на носу и вообще.

Впрочем, свет, который загорался на лице каждый раз при виде Димки, сложно было не заметить. Первой его углядела Катя. Мы дружили с ней с первого класса и многое пережили за это время. Первая нелепая стрижка, выщипанные брови, первая бутылка слабоалкоголки в вечернем парке – да-да, я не была такой уж пай-девочкой, какой вы могли себе представить. Катюха с энтузиазмом подхватывала любую, даже самую сумасшедшую мою идею, а все эмоции – радость от полученной пятерки или слезы от очередной ссоры с родителями – мы всегда делили пополам.

– Что это ты так одухотворенно на Колесникова смотришь? – подозрительно спросила Катя после того, как мы вышли из кабинета химии. Около его дверей толкался 9-В и Димка с его высокой и крепкой фигурой баскетболиста эффектно выделялся среди одноклассников. Или это мне тогда только казалось?

– Да ну, что ты гонишь, – отмахнулась я, доставая телефон из кармана. – Что такое, когда мне уже папа счет пополнит, ведь обещал еще два часа назад!

– Стоп-стоп-стоп, что-то ты резко тему переводишь! – Катя пробежала чуть вперед меня, развернулась и расставила руки – как вратарь, готовящийся отбить пенальти. – Нааааасть, – протянула она, с тоской уставившись в мои поплывшие глаза. – Ты что, влюбилась в Димку?

– Понятия не имею, – решила не скрывать я и честно признаться во всем подруге. – Просто, когда его вижу, сердце начинает часто биться. И делать сальто, как наш физрук, когда считает, что все на него смотрят.

– И давно? – живо поинтересовалась Катюха, оглядывая меня с серьезным видом. Она напоминала мне доктора – казалось, сейчас начнет детально расспрашивать меня о самочувствии, а потом водить по моей спине стетоскопом: «Дышите!», «Не дышите!».

– Пару недель назад. Помнишь, ты в середине января с ангиной свалилась?

– Еще бы! – Катю передернуло. – Целых две недели в постели провалялась. Столько классных тусовок пропустила!

– Ну и вот.

Я коротко рассказала подруге о том первом, таком дурацком разговоре с Димкой. Катя прищурилась.

– Ну что, подруга, поздравляю! Птичка в клетке?

– Кто, Дима? – не поняла и переспросила я.

– Ага, конечно. Ты! Ты влюбилась, Настюха. И это прекрасно!

– Что ж тут прекрасного? – с тоской проговорила, теребя в руках школьный журнал, полученный только что от химички. Забыла! Помимо того, что училась хорошо, я еще и была старостой.

– А все! Любовь – это круто, особенно первая. Это умение мечтать и бабочки в животе. Всегда хорошее настроение и желание сворачивать горы. Абсолютно легальный, но при этом нехило вставляющий наркотик в чистом виде.

– У тебя то откуда такие богатые познания? – хмыкнула я, снова взглянув на экран телефона. Смс-ка о том, что деньги попали на счет, наконец, пришла. – Ты ж тоже еще ни разу не влюблялась!

– Светка рассказывала, – отмахнулась Катя и полезла в рюкзак за учебником. Следующим уроком была история, а ее обещали спросить.

Светкой звали Катину старшую сестру. Она уже училась в универе на журналиста и крутила с двумя парнями сразу. Катя, наблюдавшая за всеми этим с первого ряда персонального домашнего кинотеатра, набивала рот попкорном и с нетерпением ждала, когда Светка уже, наконец, выскочит замуж и свалит из квартиры, сделав сестру полноценной хозяйкой их общей комнаты. Но Светка что-то тянула.

Я оставила Катину реплику без внимания и тоже достала учебник. Только, открыв его на странице, отмеченной смешной закладкой с мультяшным изображением золотого трио из «Гарри Поттера», и уставившись в текст, поняла, что строчки прыгают перед глазами, словно на скакалке, а картинки плывут. «Так, это не дело. А ну прекращай, Настасья. У нас с тобой экзамены впереди», – покачала головой я, прогоняя зефирные мысли. И, подгоняемая ненавистным звонком, поспешила на очередной урок.

**

Честно говоря, в душе я побаивалась, что после девятого класса Димка уйдет из школы в какой-нибудь колледж. Слишком много их расплодилось в нашем городе – и автомобильный, и коммерческий, и медицинский. Пойдет учиться на какого-то фельдшера – и поминай его, как звали. А заодно и мои чувства. Но, придя в школу 1 сентября, счастливая, отдохнувшая и неплохо загоревшая, я первым делом увидела его. Сердце снова подпрыгнуло и перевернулось, сделав свое коронное сальто. Давно оно так не делало!

Прошедшее лето было тихим, мирным и спокойным. Катюха не зря ванговала, что я сдам все экзамены на пятерки! Так и получилось. Уже в середине июня, после того, как прогремел наш мини-выпускной (славно затусили с одноклассниками в одном из самых крутых ресторанов города!), родители увезли меня на юг. Там, в небольшом курортном поселке на берегу Черного моря, жила моя бабушка – мамина мама. Я целыми днями купалась, объедалась сочными персиками и терпкой ежевикой, училась лепить вареники с вишнями и каталась на велике. Я жила сегодняшним днем и особенно не задумывалась о том, что будет, когда я вернусь в школу. Впрочем, мысли о Димке то и дело возникали в моей расслабленной, нагретой жарким южным солнцем голове. Я представляла себе, как однажды мы приедем сюда, в этот уютный и зеленый приморский курорт, вместе. Будем бродить по пляжу, взявшись за руки, валяться на песке, ужинать аппетитной хрустящей барабулькой и много смеяться.

А потом как-то быстро и незаметно наступили последние деньки августа. Пришло время уезжать. Я тепло попрощалась с бабулей, запрыгнула в поезд и помчалась домой, готовясь окунуться в не менее жаркую пору подготовку к ЕГЭ. И на неделю даже совсем забыла о Димке, гоняя с мамой по торговым центрам в поисках стильных блузок и юбок в школу. А 1 сентября, придя на учебу, вновь увидела его. И началооось…

Глава 2

То, что я влюбилась, совсем скоро заметила не только Катька. Родители, одноклассники и даже некоторые учителя неизменно удивлялись моей рассеянности постоянному витанию в облаках. Все это было похоже на какую-то лихорадку: как только Дима попадал в поле моего зрения, сердце вновь бросалось крутить сальто и танцевать ламбаду. Скорее всего, выглядела я при этом тоже довольно глупо, но Катя, видимо, из уважения к моим чувствам скромно молчала и не пыталась вправить мне мозги.

А Дима словно меня не замечал. Нет, он часто здоровался со мной кивком головы, бывало, улыбался и бросал дежурное «Как дела?» или «Ну что, физичка вас сильно мучила?». Но ничего больше, даже отдаленного напоминающую ту яркую искру, вспыхнувшую морозным январским днем, не было.

Постепенно я свыклась со своими чувствами и жизнь вошла в привычную колею. Я старательно училась, много занималась с репетиторами, готовясь к поступлению. Хотела осваивать ресторанное и гостиничное дело – всегда видела в этом перспективу и не сомневалась, что буду чувствовать себя в этой сфере как рыба в воде. Чувства, казалось бы, тоже как-то притупились. Когда Димы не было в поле зрения, я вновь становилась самой собой, но как только замечала в школьных коридорах знакомую широкую спину и завитки каштановых волос, меня вновь начинало лихорадить.

– Почему ты не хочешь сделать шаг ему навстречу? – как-то раз поинтересовалась Катька, когда мы, прихватив чашки с ароматным какао и аппетитные булочки, устроились за столиком школьной столовой. Была большая перемена, но нам повезло занять свое любимое укромное местечко – в небольшой нише, рядом с пышным фикусом.

– Я не могу, – покачала головой я. – Боюсь. Даже не представляю, как набраться смелости и поболтать с ним о чем-то еще, кроме физики и химии. А он сам инициативы не проявляет.

– Ну еще бы, – тут же вспыхнула Катя. – Эти парни – совсем как дети! На уме только игры в PlayStation и баскет во дворе.

– И тусовки с друзьями, – вздохнула в ответ я. Еще в начале 10 класса я нашла Димкину страницу в соцсети и теперь регулярно мониторила ее. Чувствовала себя маньяком, цепко следящим за чужой жизнью, но ничего не могла с собой поделать. Зато знала, где и с кем он тусит, как прошла очередная баскетбольная игра и какой милый шотландский кот живет у него в квартире.

– Нет, ну так тоже жить нельзя, – решительно отодвинула от себя тарелку с недоеденной булочкой Катя. – Кто-то должен сделать первый шаг.

– Но нет гарантии, что я ему тоже нравлюсь, – резонно отметила я.

– Тоже правда, – пригорюнилась Катюша, но тут рядом с нами нарисовалась одноклассница Иришка, которая бурно начала расспрашивать нас о планах на поступление, и интересную тему пришлось свернуть. А дальше мы ее и не поднимали.

**

Луч света в моем темном царстве забрезжил в декабре. Тогда вся школа готовилась к крутой новогодней дискотеке, которую директриса пообещала провести в день окончания второй четверти. Впрочем, еще за пару недель до этого учиться стало просто невозможно – девчонки трещали, как сороки, выбирая наряды и продумывая прически. Меня, конечно, тоже это не обошло – четверть выдалась по-настоящему валидольной, хотелось веселья, бесшабашности и праздника. А еще в тайне я мечтала, что Димка тоже придет на эту дискотеку. Диджей поставит медляк, он пригласит меня на танец иииии…

Но я обломалась. Очень обидно и жестко. Дима и правда пришел на дискотеку, но не один. Оказалось, он начал встречаться со своей одноклассницей, о чем мне тихо рассказала в опустевшем и погрузившемся в темноту кабинете физики моя верная Катька. Я знала эту девчонку – она тоже участвовала в олимпиадах и была одной из активисток 10-В. Смотреть на то, как они милуются рядом с высоченной новогодней елкой, я не могла, поэтому очень быстро свинтила с дискотеки и забежала в первый попавшийся открытый класс. Катька, конечно, поплелась за мной. Обнимала, утешала, просила не расстраиваться и даже решительно заявляла что-то про то, что девушка – не голова и с плеч ее сбросить можно. А я сидела прямо на парте, уставившись в одну точку где-то на школьной доске, и кусала нижнюю губу, пытаясь сдержать слезы. Новогодняя сказка, которую я сама себе намечтала, не сбылась.

Конечно, я пообещала себе выбросить Димку и эту глупую первую любовь из головы. И даже попыталась это сделать, но … не смогла. Все мы люди, а еще бываем бессильны перед нашими чувствами. И хотя умом я понимала, что у нас с Димой вряд ли что-то получится, сердце упорно требовало любви и приятных перемен.

Быстро и незаметно закончится 10 класс. Еще быстрее промелькнуло лето – последние долгие школьные каникулы. Я снова поехала к бабушке: купалась в море, лепила вареники и наедалась персиками. А еще усиленно запрещала себе мечтать. Познакомилась на пляже с одной девчонкой и мы круто проводили время вместе, катаясь на великах, гуляя и играя в настолки. Иногда мне даже казалось, что любовь к Димке прошла, завяла, как те самые пресловутые помидоры. А потом дежавю – снова 1 сентября, снова нечаянная встреча в школьном коридоре… И пошло-поехало.

Правда, было одно маленькое обстоятельство, которое меня очень порадовало. Оказалось, что Димка летом расстался со своей барышней, о чем мне любезно сообщила все та же Катька. И новую девушку себе так пока и не нашел. Или, может, не искал? Я терялась в догадках, но времени на всю эту любовь уже просто не было. Школа, репетиторы, уроки, сон. Школа, репетиторы, уроки, сон. И так по кругу. Изредка мы с Катькой выбирались в кино или по магазинам, пару раз гуляли по парку, пиная ногами опавшую разноцветную листву. Эти кратковременные моменты отдыха я сейчас не могу даже вспомнить – весь 11 класс превратился в полосу препятствий и какую-то глупую игру на выживание. Приз – хорошие баллы на ЕГЭ, есть, ради чего стараться.

**

И вот, наконец, душный май. Завтра у нас последний звонок. Я с любовью оглядываю свой наряд, висящий на «плечиках» на дверце большого зеркального шкафа. Любимая узкая юбка-карандаш, белая блузка с короткими рукавами-фонариками. На столике у кровати – два больших белых банта: завтра я вновь постараюсь хотя бы на пару минут почувствовать себя маленькой девочкой-первоклашкой. Утром у нас будет праздничная линейка, а вечером мы со всей параллелью соберемся в кафе, чтобы отметить последний день в школе. Не сомневаюсь, что будет весело. Конечно, экзамены еще впереди, но мы, я думаю, заслужили передышку.

Утром было много слез, объятий, поцелуев и обещаний. Я смотрела на своих одноклассников и не узнавала их, не могла поверить, что все это происходит на самом деле. Что я больше не ворвусь в наш уютный класс на втором этаже, не буду сидеть на уроках, играть в волейбол на уроках физкультуры и лопать любимые булочки в столовой. На груди – красная ленточка выпускника, в кармашке юбки надежно припрятан колокольчик, еще один символ прощания со школой. Выстраиваемся с ребятами на крыльце, чтобы сделать последние фото в нарядной форме. Стараюсь сохранить в памяти каждое мгновение: уверена, что буду очень дорожить ими в дальнейшем.

А вечером все пошло не по плану. Нет, мы, конечно, встретились с ребятами, потом пошли в кафе и я… напилась. Прямо жестко. И призналась Димке в любви. Господи, мне до сих пор стыдно это вспоминать. Прошло 13 лет, а у меня до сих пор пылают щеки. Он, кстати, тогда тоже надрался. В толпе одноклассников мы вышли на улицу, чтобы подышать свежим воздухом и хоть немного прийти в себя. Потом все ребята пошли назад в кафе, а мы почему-то задержались. И я, подойдя к Димке совсем близко, вдруг заглянула в его невероятные ореховые глаза, которые так часто снились мне ночами, и, не думая, выпалила:

– Кажется, я тебя люблю.

Сказать, что он опешил – ничего не сказать. Он офигел. Смотрел на меня удивленно своими невозможными глазами и молчал, как рыба об лед. А потом вдруг понес какую-то околесицу про то, что я перепила и мне все это только кажется, а на самом деле нет никакой любви и я вообще все это придумала.

– Ты дебил, да? – решила не церемониться с ним я. А потом вдруг сделала то, чего вообще не ожидала от себя – попыталась его поцеловать. Впервые. Это правда, я до этого дня вообще ни разу не целовалась. Как-то не до того было. Учеба, поступление, все дела. Мечты о Димке. А тут просто башню снесло.

И что вы думаете? Он отстранился. А потом сказал, что я ему не интересна и такие девчонки, как я, его вообще не привлекают. И ушел. А я прорыдала до утра на груди у Катьки и приняла важное решение: навсегда забыть такого придурка, как он.

Хорошо, что впереди были экзамены и у меня просто не получилось долго страдать. Двухлетняя усиленная подготовка дала свои плоды и ЕГЭ я сдала на весьма неплохие баллы. На выпускной шла с гордо поднятой головой – за аттестатом с отличием и золотой медалью. Я добилась этого своим трудом, выдержала, выстояла. Впереди – поступление в универ и новая жизнь, в которой не будет места всяким придуркам. И как здорово, что отмечать выпускной наш класс решил не со всей параллелью, а по отдельности – я танцевала в ресторане и чувствовала себя счастливой. Ну, почти.

А потом вдруг все то, что я себе нафантазировала, начало сбываться. Я влегкую поступила в тот универ, какой хотела, и на тот факультет, к которому стремилась изначально – гостиничное и ресторанное дело. Переехала в другой город, где находился главный корпус моей новоявленной альма матер, сняла квартиру с девчонкой-одногруппницей и зажила!

По будням мы с моей новой подружкой Лолкой старательно грызли гранит науки, по выходным – оттягивались в клубах и на вечеринках. У нас была дружная, веселая группа – 15 девчонок-хохотушек и пять забавных парней. А потом, на одной из студенческих пати, я познакомилась с Виталиком. Он учился на пару курсов старше меня, на факультете государственного и муниципального управления, был приятным в общении и довольно неплохим парнем. Мы быстро подружились с ним, потом, на одной из вечеринок, наконец, вышли из френдзоны и стали встречаться. Я познакомилась с его родителями, он – с моими, а через год он сделал мне предложение. Мы расписались и устроили крутую студенческую свадьбу, которую наши друзья потом вспоминали еще несколько месяцев. А совсем скоро я узнала, что беременна. Появилась на свет Дашка.

В этом году ей – 10. Мне исполнилось 30, мужу – 32. Мы прошли вместе огонь, воду и медные трубы: окончили универ, Виталик устроился на работу, я сидела дома с Дашкой. Он заработал денег, мы купили квартиру. Следом – машину, вначале ему, потом и мне. Через пару лет поменяли. Затем взяли еще одну квартиру в ипотеку – чтобы у Дашки, когда она подрастет, тоже было свое жилье. А потом я поехала на заправку поздно вечером и встретила его, этого чертового Колесникова. И чувства вспыхнули с новой силой. Если бы я знала, никогда бы не поехала заправляться на ночь глядя. Но это была бы уже совсем другая история…

Глава 3

– Настя?

Я стояла у кассы на заправке и нетерпеливо подпрыгивала на месте, поглядывая на висевшую перед глазами большую плазму. На нижнем левом квадратике виднелась моя машинка – любимая ярко-красная Мазда. Я так ее хотела, так мечтала – и на 30-летие Виталька подарил мне эту красотку. Я тогда визжала от радости на всю квартиру, думала, соседи сейчас психушку вызовут. Но обошлось. Хотя, учитывая, что произошло дальше, лучше была бы психушка…

И вот я услышала это «Настя» и похолодела. Несмотря на то, что прошло больше 13 лет, я узнала этот голос – бархатный, с хрипотцой. Так говорил только Димка Колесников, моя первая школьная любовь. Неужели это…

Он. Я обернулась и уставилась на него, жадно рассматривая парня. Он очень изменился – возмужал, стал взрослее и серьезнее. Те самые ореховые глаза лукаво блестели из-за стекол солнцезащитных очков, которые он почему-то не снял даже после того, как на город опустилась темнота. Завитушек больше не было – вместо них появилась аккуратная короткая стрижка. Димка был одет в джинсы и черную рубашку, которая подчеркивала его крепкую фигуру. Вроде бы так просто – но так эффектно и элегантно.

То, как в этот момент я сглотнула слюну, казалось бы, услышали все, кто был на заправке. А потом попыталась выдавить из себя некое подобие улыбки.

– Ага. Привет! Давно не виделись!

– Это точно! – с жарком воскликнул Димка, оглядывая меня с ног до головы. Я, конечно, изменилась тоже. Подстриглась, покрасилась, обзавелась первыми морщинками. Но все же это была все та же я. И, судя по блестящим Димкиным глазам, я поняла, что он обрадовался нашей встрече.

– Блин, ну надо же, вот это неожиданность. Ты очень спешишь? Давай выпьем кофе и поболтаем? – засыпал меня вопросами он.

– Я не знаю…

– Девушка, ваша машина заправилась! – гаркнула вдруг на ухом кассирша, о существовании которой я позабыла и вовсе. Засуетилась, доставая из кошелька банковскую карточку и прикладывая ее к терминалу. Взяла чек, прихватила купленную только что холодненькую минералку и уже повернулась, чтобы уйти, как подлец Димка снова меня окликнул.

– Насть, подожди меня, ладно? Я буквально пару минут. Ты что пить будешь? Значит так, девушка, нам два латте, пожалуйста, а еще бутылочку воды без газа…

**

– Ну что, давай рассказывай, – потребовал Димка, когда мы устроились за столиком в кафе, примыкающем к заправке. Здесь было широко открыто окно, поддувал ветер и меня уже начинало потряхивать – то ли от холода, то ли от нервов. Стоит ли говорить о том, что, когда я увидела Димку и осознала, что передо мной стоит именно он, то словно нырнула в прошлое? И сразу показалось, будто бы не было долгих лет разлуки, не было новой, но уже такой привычной и устоявшейся жизни, не было Витальки и Дашки. Я снова была влюбленной школьницей, которая усиленно пыталась заглушить свои чувства дурацкими уроками и занятиями у репетиторов.

– Что рассказывать то, – слабо улыбнулась я, болтая трубочкой в высоком стакане с латте и наблюдая, как эффектно в нем сочетаются слои горячего молока, эспрессо и густой душистой пены.

– Все! – Димка задорно сверкнул глазами, обхватив губами свои трубочку. – Хочу знать о тебе все. Давно сюда переехала? С кем живешь? Замужем? Дети есть?

– На какой вопрос отвечать первым?

– На все и по порядку!

– Ну тебя и напор! Ладно, рассказываю. Я здесь уже 13 лет – переехала, когда поступила в универ. Замужем уже больше 10 лет, есть дочка, Даша.

– Счастливая жена и мамочка? – ехидно улыбнулся он. – Такой статус стоит у тебя в соцсети?

– Почти, – ухмыльнулась в ответ я. – А ты как? Смотрю, в Хогвартс тебя так и не взяли, иначе ты бы не протирал штаны, сидя на заправке, а летел бы по своим делам на метелке…

– Да-да, представляешь, сколько бы уже вышло новых «Молний»? – подхватил Дима и улыбнулся. – Смотрю, историю про Гарри еще не забыла?

– Как же, только недавно пересматривали все фильмы с дочкой. Ну а если серьезно – ты давно в этом городе?

– Почти пять лет. Переехал тренировать местную баскетбольную команду.

– А, так ты тренер?

– Ага. После школы поступил в физкультурный. Сам играл еще несколько лет, а потом травма, неудачно прыгнул в море с большого валуна, когда ездил в отпуск в Турцию. Пока то да се, лечение, восстановление – с играми пришлось завязать. Ну а я ж как раз на тренера учился, поэтому судьба моя была предрешена.

– Нравится тебе это дело? Или скучаешь по тем временам, когда играл сам?

– А кто сказал, что я сейчас на играю? – подмигнул мне он. – Бывает, делю своих парней на команды и сам врываюсь вместе с ними. Помогаю тем, кто слабее. Но это, конечно, бывает не так часто, да и совсем не в таком масштабе, как раньше. Но я доволен своей жизнью, так что не надо меня жалеть, – Димка поднял руки перед собой.

– Да я не собиралась, – передернула плечом я. Какое-то время мы молчали, а потом я спросила:

– А сколько лет твоим воспитанникам?

– От 9 до 13. У меня несколько групп. Всех тренирую уже несколько лет, так что уже знаю потенциал и возможности каждого. Есть там мой тезка, Димка Сергеев, так он таааак круто играет! Ты бы видела. По нему сборная плачет, причем не только этого города, но и всей страны. И он, паршивец, сам это осознает. А сколько девчонок на него смотреть бегают! Точно тебе говорю, скоро «звездочку» поймает.

– Вспоминаешь, как сам был такой? – усмехнулась я.

– Ну еще бы! За мной тоже всегда девчонки бегали. Вот ты, например!

– И ничего я не бегала! – вспыхнула я. И резко встала. – И вообще, мне уже пора!

– Да ладно-ладно, расслабься, я шучу. – Он похлопал по моей руке, накрыв на несколько секунд ее своей широкой ладонью. Раз – и по телу словно пробежал разряд электрического тока.

– Ого, – покачал головой он, а я медленно опустилась на сиденье. – Чего тебя так трясет? Ты не болеешь?

– Да нет, просто тут довольно прохладно, – как можно более равнодушно проговорила я. – Но вообще мне действительно пора. Спасибо за кофе, Дим. Рада была пообщаться.

– Эй! А ты не хочешь оставить телефончик? – спросил он, наблюдая, как я встаю и перебрасываю через себя ремешок любимой черной сумки.

– Да нет, а зачем? Это была просто приятная встреча бывших одноклассников, – криво улыбнулась я.

– Ну-ну, считай, что это так! – хмыкнул он и тоже поднялся. – На самом деле, мне тоже пора.

– Ну вот тем более. Рада была повидаться!

– Еще увидимся, – бросил мне в ответ он. И, судя по тому, как это прозвучало, я почему-то в этом нисколечко не сомневалась.

Блин! Что происходит и зачем мне все это надо?

Эти мысли роем недовольных пчёл гудели у меня в голове всю дорогу до дома. Я специально выбрала другой, более длинный и непривычный путь, чтобы побыть наедине со своими мыслями и немного разобраться в себе. Но внутренний голос, который так часто служил мне довольно неплохим собеседником, предательски молчал, оставив меня наедине со всеми мучительными вопросами.

Я ещё больше открыла окно, предоставив попутному ветру возможность полностью забраться в салон машины, и надеясь, что он выбьет из моей головы всю дурь. Не помогло.

Итак, что мы имеем? Случайную встречу с некогда любимым человеком 13 лет спустя. Говорят, первая любовь не ржавеет и это, похоже, блин, именно так. Иначе как объяснить тот трепет, ту дрожь, которая появилась в моем теле при виде Димки? А этот его жест, когда он положил свою руку поверх моей? Да это же просто космос!

Так, похоже, меня опять начало лихорадить. Что интересно, с Виталиком такого не было и вовсе. С ним все было так мило, спокойно, нежно и трогательно, никакого тебе сумасшествия и ударов током. Просто тихие и мирные чувства.

«А может, это у вас не любовь!».

О, внутренний голос, дремавший внутри меня, похоже, наконец, проснулся. И сразу начал ехидничать – совсем как я.

Ловлю себя на мысли о том, что, похоже, было бы очень круто, если бы сегодняшнего дня и этой встречи не было и вовсе. Но потом сознание отключается, а предатель внутренний голос тихо шепчет «Ты же так хотела еще хоть разок его увидеть. И то, что вы увиделись сегодня – не спроста».

**

Я ворвалась домой в тот момент, когда часы на руке тихонько запилиликали, оповещая о начале нового дня. Офигеть, вот это я съездила на заправку! Тихонько прошла в квартиру, подсвечивая путь фонариком на телефоне, сбросила кроссовки и тут же услышала, как где-то за моей спиной резко открыл дверь.

– Мам, это ты?

– Дашка, ты почему еще не спишь! – взмахнула руками я, едва не задев десяток парфюмерных флаконов, стоящих на полочке в коридоре. – Тебе же завтра в школу!

– А я еще рисунок на ИЗО не дорисовала, – меланхолично ответила дочь, на ходу поедая яблоко. – Кстати, не хочешь помочь?

– И что за тема?

– Весна в моем городе. Понятия не имею, что тут можно нарисовать.

– Ну не знаю. Может, одуванчики?

– Ну, не знааааю, – передразнила Дашка. – Одуванчики – сильно просто. Завтра половина класса такие же нарисует.

– А ты нарисуй необыкновенные одуванчики. Ну в самом деле – столько картинок в интернете. Скопипасти себе на бумагу любую из них – и неси, показывай учительнице. Твоя Ольга Владимировна будет в восторге. Впрочем, мне кажется, ее умиляет все, что вы делаете хорошо.

Первой учительнице дочери действительно стоит отдать должное. Маленькая и незаметная на первый взгляд, она обладала просто железным характером и умела держать в ежовых рукавицах весь немаленький 3-Б класс. А еще – каждый раз восхищалась и умилялась, когда дети приносили поделки, созданные собственноручно или с помощью родителей – рисунки, оригами, аппликации. Даже уродливых гномиков, которых мы с Дашкой как-то все воскресенье лепили из пластилина, она встретила с восторгом и поставила дочке в дневник не слишком заслуженную, но такую желанную пятерку.

– Ладно, мам, я что-то соображу.

– Давай. Рисуй и ложись. Спокойной ночи, дорогая. – Я нагнулась к дочке и поцеловала ее в испачканную сочным яблоком щеку. – А папа где? У себя в кабинете?

– Ну конечно, где же ему еще быть, – проворчала дочь. – И вам спокойной ночи, родители. Я вас люблю.

Умилившись, я сняла, наконец, свою ветровку, пригладила волосы перед зеркалом и шагнула к двери, за которой скрывался кабинет мужа. Он сидел за столом и сосредоточенно печатал на компьютере какой-то важный и скучный документ. Я подошла к Виталику, встала за его спиной и обняла за плечи. А потом не удержалась и тоже чмокнула в щеку.

– Привет! Я соскучилась, – тихо прошептала ему в ухо я.

– И я, – как-то отстраненно ответил Виталик, не отрывая взгляда от экрана. – Привет. Ты чего-то так долго?

– Да на заправке небольшая очередь была, а потом я встретила девчонку, с которой мы учились в параллели в школе. Немного посидели в кафе, кофе выпили.

– Аааа, встреча одноклассников много лет спустя. – Виталик, наконец, оторвался от компа и крутанулся на своем роскошном кресле – моем подарке на прошлый Новый год. – И как? Что интересненького подружка рассказала? Как ее, кстати, зовут?

«Димка», – подумала я. А вслух сказала:

– Маринка. Да ничего особенного. Не замужем, детей нет. Работает училкой. Короче, скука смертная.

– Действительно, – зевнул муж и поглядел на часы. – Ого, смотри, уже первый час! Давайте-ка скорее ложиться, завтра на работу. И Дашке скажи, опять засиделась допоздна. А если бы поменьше в своем телефоне залипала, наверняка бы успела уроки выучить.

– Она тоже уже ложиться. Не переживай.

Я еще раз обняла мужа и пошла в ванную комнату – снимать макияж и переодеваться в пижаму. Посмотрелась в зеркало – лицо красное, глаза лихорадочно блестят. Блин, ну за что мне это все? Наврала Витальке с три короба, хотя ничего такого преступного не делала. Но знаю, что ему бы все это не понравилось. Он совсем не ревнивый, но кому из мужиков понравится, когда твоя жена, вместо того чтобы ехать домой и помогать дочке рисовать картинки, точит лясы в кафе на заправке с каким-то непонятным однокашником? Короче, получилась ложь во спасение. Надеюсь, больше не придется изгаляться и придумывать новые небылицы. Пора возвращаться в свою тихую, уютную и счастливую семейную жизнь.

Глава 4

Я тащила неподъемные сумки из магазина и проклинала все, на чем свет стоит – так некстати заглючившую сигнализацию на машине, из-за которой моя «Маздочка» даже не смогла завестись, акцию в магазине на любимые Дашкой соки и свою жадность, потому что помимо этих самых треклятых соков набрала еще килограмм десять продуктов – начиная от макарон и заканчивая обожаемым творожным сыром.

Ехать на автобусе одну остановку – глупо, уж проще дойти пешком. Но за годы постоянного передвижения по городу на машине я уже забыла, какого это – тащить домой набитые едой пакеты из супермаркета. Еще и погода, как назло, начинала портиться – небо заволокли свинцовые тучи и в воздухе уже весьма ощутимо пахло дождем.

Ручки пакетов врезались в ладони, нести их с каждой минутой становилось все тяжелее. Наконец, я психанула, остановилась и бросила сумки на бордюр. Посмотрела на свои руки – так и есть, все в глубоких покрасневших бороздах, оставленных коварным полиэтиленом. А до дома еще топать и топать. Ну, красота!

Не знаю, сколько еще я бы предавалась грустным мыслям и ворчала про тяжкую долю домохозяйки. Вдруг прямо передо мной затормозила серебристая «Киа». Стекло со стороны пассажира опустилось, и я увидела широкую улыбку Димки Колесникова. Блин, опять он!

– Ершова! Вот так встреча!

– Вообще-то я уже 13 лет, как Нефедова, – пробурчала я вместо приветствия. Ершова – моя девичья фамилия.

– Да и не все ли равно? – легкомысленно отмахнулся Димка. – А ты откуда такая взмыленная? Ого, сколько пакетов! Хочешь отправить их бедным голодным детям в Африку?

– Хочу накормить мужа и дочку, – буркнула в ответ я. – А ты как тут оказался?

– Так я живу здесь неподалеку. Как раз позавчера ремонт закончил. Вооон в том доме обосновался. Хочешь посмотреть, как все получилось?

– Совершенно не горю желанием. Хочу поскорее попасть домой. Вот-вот дождь польет. Блииин!

Тяжелые капли с громким стуком забарабанили по крыше небольшого магазинчика, рядом с которым я остановилась отдохнуть. Начался просто тропический ливень! Дорога вмиг стала мокрой, на ней появились лужи. На их поверхности пузырились капли дождя, явно намекающие на то, что буря только началась и так быстро она не закончится.

– Так, ладно, хватит заниматься фигней. Поехали, отвезу тебя с твоими запасами домой.

Димка ловко выскочил из машины и открыл багажник, чтобы сложить мои пакеты туда. Его тонкая серая толстовка вмиг намокла. А я еще попыталась противиться.

– Да не надо, что ты, дождь должен скоро закончится…

– Ага, скоро, – хмыкнул он, проворно подхватывая тяжеленные покупки. – Давай не кочевряжься и садись в машину. Я хоть и не сахарный, но могу растаять.

Пожав плечами, я быстренько пересекла расстояние от своего укрытия до Димкиной машины и нырнула внутрь авто. В салоне было тихо и уютно, пахло хвоей и лимонными леденцами. Дима быстро снял машину с ручника и почти бесшумно покатил по улице. В наступившей тишине я ясно слышала, как барабанят капли дождя, ударяясь о крышу иномарки.

– Так и где ты там живешь? – спросил Дима, включая дворники. – Далеко отсюда?

– Да нет, буквально пару кварталов. Рядом с кинотеатром «Маяк».

– А где твоя машина, чего потащилась в магазин без нее в такую погоду?

– Не завелась. Что-то с сигналкой. Муж вечером посмотрит.

– Понятно.

Мы замолчали. Димка усиленно всматривался вперед, стараясь увидеть дорогу сквозь плотную пелену дождя. Буквально чудом ему удалось не задавить парочку пешеходов, так некстати выскочивших из ближайшего закоулка. Через пару минут он притормозил рядом с моим домом.

– Спасибо, что выручил и подвез! Не дал промокнуть бедной барышне, – со смехом проговорила я и потянулась, отщелкивая ремень безопасности. Дима перегнулся через сидение и помог, попутно обдав своим жарким дыханием. И меня снова начало лихорадить.

– Ершова, ты погоди…

– Нефедова.

– Да, я понял. Насть, погоди. Оставь свой номер телефона.

– Колесников, ты попутал? – расхохоталась я. – Зачем тебе мой номер?

– Ты интересная, конечно. А зачем берут номера? Чтобы звонить.

– И зачем тебе мне звонить?

– А вот это ты узнаешь со временем, – ответил этот наглец, а потом и вовсе сделал из ряда вон выходящее – щелкнул меня по носу.

– А вот за такие выходки я тебе не только номер не дам, но и руки оторву, – пригрозила я, пытаясь открыть дверь.

– Ладно-ладно, шутки в сторону. Так как там насчет номера?

– Не даю его таксистам, – гордо задрала голову я.

– Ну-ка, ну-ка…

Дима снова нагнулся ко мне и выхватил телефон, который так некстати показался в кармане моей ветровки. И начал крутить его в руках, издеваясь, как над маленькой разъяренной девчонкой.

– А ну отдай, – возмутилась я.

– Отдам, как только дашь мне свой номер.

– Я же сказала…

– Бла-бла-бла, все это я уже слышал. Номер, Ершова. А то увезу назад, будешь стоять под своим магазином и ждать, когда дождь закончится.

Я только возмущенно запыхтела. Димка, ничуть не смущаясь, разблокировал телефон, подсунув его под мою физиономию, что-то пощелкал на экране – и через несколько секунд где-то в бардачке зазвучала мелодия из нового мультика «Зверопой». Ее пел один из самых милых персонажей – горилла по имени Джонни.

– Ну и что ты сделал? – спросила я, наблюдая за тем, как Дима достал из бардачка телефон и начал что-то нажимать на нем, вернув мне, наконец, мой собственный.

– Позвонил себе с твоего телефона, только и всего, – пожал плечами он. – Теперь у меня есть твой номер, как бы громко ты не возмущалась.

– Ты просто…

– Просто душка и твой сегодняшний спаситель, я знаю. Не надо таких бурных оваций. Давай помогу тебе вытащить пакеты из багажника.

Он все так же легко, как пушинку, достал мои покупки и опустил их на асфальт. Посмотрел на дом, к которому мы подъехали.

– И на каком этаже ты живешь? Может, донести до квартиры?

– Спасибо, это лишнее. Я умею пользоваться лифтом.

– Как знаешь. – Он криво усмехнулся и снова прыгнул в машину. Пристегнулся и отсалютовал мне рукой, срываясь с места.

– Пока, Ершова! Жди моего звонка!

– Я Нефедова… – повторила я, но Димка меня, конечно, уже не услышал.

Черт! Он снова влезает в мою жизнь и меня это пугает. Случайные встречи, номер телефона… Совсем не хочу «лихорадить» им заново. Хотя он, чего скрывать, и сейчас, спустя 13 лет, он здорово меня привлекает. Кажется, без ста грамм тут не обойтись. Или уже пора записываться к психологу?

**

Но ни со ста граммами, ни с психологом на этой неделе не получилось. У Дашки назревал масштабный танцевальный фестиваль, подготовка к которому отнимала все время и силы. Дошить костюмы, купить новые балетки – побольше, вместо ставших маленькими старых, пришить к ним длинные белые ленты – совсем, как у настоящих балерин, отвезти на одну репетицию, потом – на вторую, уже в том зале, где будут проводиться соревнования… Фуууух.

Конечно, я все успела. На фестивале Дашка блистала, их маленький, но дружный танцевальный коллектив занял второе место, оставив позади сразу несколько соперников. Заслуженные награды, фото с кубком и хореографом, изнурительно долгие переодевания… И вот он, счастливый миг – наконец, можно ехать домой. И только я, схватив за руку раскрасневшуюся от скаканий и счастливую дочку, ежесекундно рассматривающую новенькую блестящую медаль, стала пробиваться к дверям, чтобы выйти из спорткомплекса, как услышала откуда-то сбоку:

– Привет, Ершова!

О господи, опять! А он тут что делает?

Видимо, все эмоции от незапланированной встречи все же отразились на моем лице, потому что Колесников вначале молча смотрел на меня несколько секунд, а потом расхохотался.

– Да ладно, расслабься, чего ты опять напряглась! Привет, говорю! Чего ты такая невежливая?

– Не ожидала тебя тут встретить, – процедила сквозь зубы я.

– Я вообще-то тоже не ожидал, но встретил же, – сверкая улыбкой во все 32, радостно заявил Димка. А потом переключил свое внимание на Дашку и ее медаль:

– Ух ты! Это что, ты только что на фестивале получила?

– Ага! – я увидела, как загорелись Дашкины глаза. Ей сейчас только повод дай похвастаться новенькой медалью. Расскажет все, что нужно и не нужно, а Колесников совсем не тот, кому можно и нужно выбалтывать чужие секреты.

– Второе место? Молодец! Тебя как зовут? Я – Дима, а ты? – он присел на корточки перед Дашкой и протянул ей свою широкую ладонь.

– Даша, – осторожно пожала протянутую руку дочка.

– Мы с твоей мамой в школе вместе учились, – также весело и беззаботно сообщил Дима. – Ты ведь уже тоже в школу ходишь, да?

– Ага, третий класс заканчиваю.

– Ну вот видишь, как круто! Так и что, какие у вас планы девушки? Сегодняшний успех явно нужно отметить! Как насчет того, чтобы сходить в игровой центр, а потом в кафешку? Тут все есть буквально в двух шагах.

– Даааа! – запрыгала на месте дочка и чуть не получила при этом своей медалью по лбу. Дашка – та еще егоза.

– Нет! – в ужасе завопила я, пытаясь остановить бульдозер по имени «Дима Колесников». – Дашка, ты забыла, еще уроки делать!

– Ой, да расслабься, мам! Там только одно чтение и то всего пару страничек. Пойдем скорее в игровой центр! И в кафешку я тоже хочу – знали бы вы, дядя Дима, сколько калорий я сожгла на этом фестивале!

Посмеиваясь и переговариваясь между собой, дочка и Дима вышли из спорткомплекса и направились к соседствующему рядом с ним зданию торгового комплекса. Мне ничто не оставалось, как потащиться следом, скрипя зубами от возмущения. Ну, пигалица мелкая, я тебе дома задам! Подавай ей кафешку и игровой центр. Зачем так подставлять мать?

– Ты чего все время такая недовольная? – поинтересовался Димка, как мы, наконец, отправив Дашку в лабиринт, устроились на диванчиках кафе, граничащего с зоной игровой центра. – Бурчишь и бурчишь, как старая бабка. Расслабься, мать! Тебе всего 30, а по виду…

– И сколько? – еще больше разозлилась на этого балабола я.

– Ладно-ладно, тоже 30. Просто бурчишь так, как будто пришла на почту за пенсией, а там – очередь.

– А ты что, сам уже на пенсии?

– Чего это? – оскорбился Димка.

– А откуда тогда знаешь, как там бабки ворчат?

– А тебе палец в рот не клади, – хихикнул он, изучая принесенное официантом меню. – Что будешь? Я вообще жутко голодный…

– Нет уж, вначале давай поговорим!

Мне уже надоела эта глупая игра в догонялки и кошки-мышки. Несмотря на затуманенное сознание, дрожь по всему телу и подкашивающиеся ноги (привет, воспоминания 13-летней давности!) я решила расставить, наконец, все точки над Ё.

– О чем? – лениво протянул Димка, увлекшись изучением раздела с блюдами итальянской кухни.

– Ни о чем, а о ком! О тебе! Ты что делал в спорткомплексе? Следил за мной что ли? Подсадил мне маячок в телефон, установил функцию родительского контроля и теперь знаешь, где я нахожусь?

– Эй-эй, полегче, – расхохотался мой гадкий спутник. – Ничего я тебе не устанавливал. А в спорткомплексе я вообще-то работаю. Говорил же тебе, что тренирую баскетбольную команду, но ты, похоже, пропустила все мимо ушей.

А ведь и правда, говорил. А я как-то не сопоставила факты. Никак не привыкну, что мы с ним снова живем в одном городе.

– Ну что, есть еще вопросы?

– Полно, – гневно сверкнула глазами я. – Например, один меня очень волнует. Что тебе от меня нужно?

– Тааак, приехали. – Он со вздохом отложил меню и уставился на меня своими потрясающими глазами. – Один раз подвез девушку с продуктами до дома, и она решила, что перед ней – маньяк.

– Ничего я не решила! Просто слишком часто мы с тобой сталкиваемся в последнее время, ты так не думаешь?

– Земля круглая, – пожал плечами Дима.

– А если серьезно?

– Насть, что ты хочешь от меня услышать?

– Правду и одну только правду.

– Ну тогда вот тебе правда: мне приятна твоя компания. А еще в этом городе у меня никого нет. Все близкие и друзья остались на нашей с тобой родине. А я типичный социопат и не люблю знакомиться с новыми людьми.

– То есть ты просто приятно проводишь со мной время?

– В точку, капитан очевидность, – кивнул мне он и вернулся к изучению меню.

– А когда-то ты говорил, что такие девушки как я вообще не в твоем вкусе.

– А может я тогда соврал?

У меня снова перехватило дыхание. А он смотрел на меня, не отрываясь, и тепло улыбался. Я заметила ямочки на его щеках.

– Дим, я замужем. У меня ребенок.

– Да-да, Даша, 9 лет, я в курсе. Сегодня заняла второе место на танцевальном конкурсе. Могла бы и первое, но этот коллектив, хоть и нарушил правила, но выступил чуть зрелищнее и эмоциональнее…

– Уймись, – поморщилась я.

– Ершова, еще раз говорю, хватит нудеть. Давай просто спокойно посидим. Что будешь заказывать?

**

Весь обед я просидела, как на иголках, наблюдая за тем, как моя Дашка мило общается с Димой, рассказывая ему о школе, подружках и занятиях танцами. А он, казалось бы, слушал ее с огромным удовольствием: бурно реагировал, смеялся, активно расспрашивал и вспоминал приколы из нашей с ним школьной жизни. Дашка беспрерывно хохотала и набивала щеки любимой картошкой фри.

– Дима, а у тебя есть дети? – вдруг спросила она.

– Не-а, ни жены, ни детей. Но есть ребята, которых я тренирую в баскетбольной команде. Очень прикольные, они мне как сыновья. Хочешь, познакомлю?

– Рано ей еще! – вступила в разговор я.

– Мааам! – возмутилась Дашка. – Я уже взрослая, я сама разберусь!

– Ага, конечно. Давай, взрослая, доедай и поехали уже домой. Я устала. И вечером еще хочу встретиться с тетей Катей.

– Скучища, – протянула дочка и запихнула в рот последние ломтики любимой жареной картошки. – Спасибо за обед, Дима! Ты клевый!

– Рад стараться, – шутливо раскланялся он. И повернулся ко мне:

– Подвезти до дома?

– Спасибо, не надо, мы на машине, – процедила я.

– Ну ладно. Спасибо за компанию, девчонки! – громко сказал Димка. Расплатился, а потом придвинулся ко мне и прошептал на ухо:

– Звони, как закончишь распрыскивать яд в разные стороны. Надеюсь, мой номер у тебя сохранился.

А потом помахал рукой Дашке и исчез за дверями кафе.

Глава 5

– Нет, ну ты себе это представляешь?

Я возмущенно пыхтела, сидя у Катьки на кухне, и бурно жестикулировала, пытаясь в красках описать события последних нескольких дней. Даже не верится, что еще неделю назад я вообще не вспоминала об этом придурке Колесникове.

Конечно, Катька его помнила. И прекрасно знала, сколько слез я тогда пролила у нее на груди после этого паршивого последнего звонка. Мы дружили с ней с первого класса и до сих пор человека ближе и роднее ее у меня не было. Родители – не в счет.

– Ну, дела… – покачала головой подруга, подливая в бокалы вино. – И как он, сильно изменился внешне?

– К сожалению, нет. Все такой же красавчик. И главное – ни жены, ни детей, представляешь?

– Перепадет же кому-то такое сокровище, – улыбнулась Катька.

– Учитывая его мерзкий характер, насчет сокровища могу поспорить.

– А ты? Что чувствуешь к нему? – осторожно спросила подруга.

– Кать, я не знаю, что мне делать. – Я уронила голову на сложенные в замок руки и застонала. – Такое чувство, что не было этих 13 лет. Он, блин, снова мне нравится. Я опять чувствую, что начинаю улетать, когда нахожусь рядом с ним. В мыслях через скакалку прыгают розовые единороги. Тело лихорадит, как при гриппе. Что со мной?

– Похоже, подруга, все серьезно. Это первая любовь и она не проходит, а остается в сердце навсегда. Твои дурацкие терзания это только подтверждают.

– Что мне делать, Кать? – жалобно спросила я. На глаза наворачивались слезы. У меня было все так легко и спокойно последние годы – я как будто выбралась из моря, в котором долго пыталась научиться плавать, и пошла уверенной походкой по твердой земле. Виталик, Дашка, уютный дом и налаженный быт. А теперь в мою жизнь, как ураган, как несокрушимое торнадо, снова ворвался он. Ворвался – и все перебаламутил, и я снова оказалась в море и снова начала тонуть.

– Не знаю, Насть, – задумчиво протянула подруга, отхлебнув из бокала свое любимое вино. – Я твой друг и очень люблю тебя и поэтому хочу только одного – чтобы ты была счастлива. А из советов… Живи сердцем, мать. У нас одна жизнь – и прожить ее нужно так, чтобы на душе было легко и свободно.

Философский монолог Кати прервался тихим пиликаньем моего мобильника. Я разблокировала его, свайпнула по экрану и застонала. Снова он!

«Все еще злишься?*подмигивающий смайлик»

«Нет, блин, радуюсь жизни», – подумала я. И протянула мобильник Кате. Она прочитала и усмехнулась.

– Насть, вам просто нужно откровенно поговорить друг с другом. Раз и навсегда. Если увидишь, что он все такой же козел и ни капельки не изменился – шли его лесом и возвращайся назад, в свою спокойную жизнь. А если все стало по-другому и ты понимаешь, что он тебе не безразличен, да и ты ему тоже… Слушай сердце. Оно никогда не обманет, как бы пафосно это не звучало.

– Ты сковываешь меня цепями по руками и ногам.

– Ты сама себя сковываешь, Насть. Прекрати грузиться, расслабься и выясни, наконец, все то, что тебе нужно. С такими душевными терзаниями ты скоро нервный срыв заработаешь.

«Ты где сейчас?» – написала я грозную смс-ку.

«А что, есть планы?» – незамедлительно пришел ответ.

И тогда я просто зажмурилась и скинула ему адрес Кати с короткой припиской «Жду!». Подруга права, я слишком загоняюсь. Пришло время решительных разговоров и действий. И будь, что будет!

**

Он ждал меня, сидя в машине у Катиного подъезда. Двигатель автомобиля сыто урчал, словно слопавший десяток килограммов мяса огромный тигр. Димка вольготно развалился в водительском кресле, держа в одной руке телефон, а другую положив на руль. Хлопнула дверь подъезда, он поднял глаза и довольно улыбнулся, увидев меня перед собой. Я рывком распахнула дверцу машины, быстро уселась и пристегнулась, ни говоря ни слова. Димка поправил зеркало заднего вида и посмотрел на меня.

– Ну что, куда едем? – весело спросил он.

– Без понятия. Хочу с тобой поговорить.

Дааа, под легким шлейфом домашнего вина, которое вот уже несколько лет с воодушевлением создают родители Кати, я была куда смелее, чем накануне днем.

– Понял, – спокойно произнес Димка и тронулся с места.

Какое-то время мы ехали молча. Потом Дима крутанул ручку плеера и включил музыку. В салоне зазвучали проникновенные мелодии джаза.

– Мы едем куда-то далеко? – удивилась я, когда позади остался указатель с перечеркнутым названием города.

– Ну ты же сама сказала, что я могу везти тебя туда, куда хочу. Вот я и везу.

– Я говорила не совсем так…

– Не переживай, доставлю домой в целости и сохранности. А пока просто хочу показать тебе одно красивое место, на которое наткнулся, когда в свободное время колесил по округе. Тебе понравится.

Минут через 10 мы притормозили у подножия какой-то лестницы, которая была вырублена прямо в скале. Я вышла из машины и полной грудью вдохнула свежий и такой вкусный вечерний воздух. В нем переплетались ароматы первых цветов и прошедшего накануне дождика. Уже почти совсем стемнело и в небе начинали перемигиваться первые звезды.

– Пойдем! – Димка протянул мне руку, и я вдруг, сама того не ожидая, подала ему свою. Мы стали осторожно подниматься по каменным ступеням и совсем скоро оказались на вершине. Как только последняя ступенька осталась позади, я подняла голову, посмотрела перед собой и ахнула. Отсюда вечерний город был виден прямо как на ладони!

– Вау! – только и смогла проговорить я, не в силах сдержать эмоции. А Димка, довольный произведенным эффектом, снял с плеч свой черный рюкзак, вытащил из него пушистый плед красивого кофейного оттенка и бережно расстелил на камнях.

– И давно ты знаешь об этом месте? – поинтересовалась я, усаживаясь на мягкую ткань.

– Отыскал его в прошлом году, когда наткнулся на путеводитель какого-то блогера, – охотно рассказал Димка. – Я вообще люблю такие видовые площадки, откуда можно рассмотреть все, что есть в городе. Вон, видишь, колесо обозрения? А там – главная площадь и памятник Ленину. Знаешь же, что он есть в каждом городе? Чуть дальше – парк. Летом там мигают разноцветные огоньки – это значит, фонтан работает. А вот там, если присмотреться, можно увидеть крышу торгового центра, в котором мы сегодня были.

– Представляю, как здесь круто во время рассвета или заката, – мечтательно проговорила я.

– Дааа, жаль, ты мне поздно написала. На закат не успели.

– Эй, вообще-то это ты мне первый сейчас написал, – шутливо ткнула я в бок Димку.

– А, точно, я уже и забыл. Память как у рыбки.

Я засмеялась. Воображение сразу нарисовало в моем воспаленном мозгу рыбку-клоуна из мультика «В поисках Немо» с насмешливой Димкиной физиономией.

– А я уже забыл, как ты смеешься, Ершова, – вдруг с легкой грустью заметил он.

– Дим…

– Да-да, я помню, что ты вообще о чем-то поговорить хотела. Что случилось? Тебя кто-то обидел? Телефонные мошенники? Кассирша на почте, куда ты ходила получать пенсию? Или дочка испортила тебе волосы слаймом, пока ты спала?

– Господи, откуда у тебя в голове весь этот бред, – захихикала я. – Ты вообще умеешь быть серьезным?

– Конечно, нет. Разве ты не знала, что первые 40 лет детства – самые сложные в жизни каждого мужчины?

– Дим…

У меня вдруг закружилась голова – то ли от высоты, то ли от выпитых у Катюхи пары бокалов вина. А может, виной всему тот, кто находился сейчас со мной рядом? Чтобы не упасть, я изо всех сил вцепилась руками в шершавую поверхность камня, на котором мы сидели. И совершенно случайно при этом положила голову Диме на плечо. А он вдруг приобнял меня, бережно прижав к себе, и легонько погладил рукой по запутавшимся от ветра волосам.

– Так о чем ты хотела поговорить?

Его бархатный, с легкой хрипотцой голос по-прежнему сводил с ума. И мое сердце вновь, как и много лет назад, начало в бешеном темпе крутить сальто.

– Я не знаю, что происходит, – честно призналась я и посмотрела Диме в глаза.

– И я не знаю, – вздохнул он, все так же прижимая мою голову к своему плечу.

– Мне казалось, что так много воды утекло с окончания школы. Я так любила тебя, Димка. А ты оказался козлом.

– Знаю…

Мне показалось, или в его голосе действительно прозвучало сожаление?

–Я когда увидел тебя тогда, на заправке, думал, с ума сойду от радости. Даже не представлял, что так скучал по тебе все это время. Хотя вспоминал о тебе, и вспоминал часто. Особенно когда из друзей кто-то хвастался о том, что нашел девушку. Или женится… Или у него родился ребенок. Думал – не наговори я тогда тебе всякой дичи на последнем звонке, у меня тоже уже могла бы быть семья. С тобой. И Дашка была бы не только твоим ребенком – а общим…

– Не говори глупостей. Дашка никогда бы не смогла быть твоей дочкой. Она – моя. И Виталика…

– Виталик – муж? – криво усмехнулся он.

– Угу…

– Ну, короче, ты поняла меня. Я, может, не совсем литературно выражаюсь, но, надеюсь, смысл донес верно.

– Мне кажется, ты меня разыгрываешь. Или это какой-то сон. Так не может быть на самом деле.

– Реальность иногда бывает круче сновидений.

– Да ты философ!

– Угу, стал поневоле…

Мы замолчали. Каждый думал о чем-то своем. Я – о том, что судьба, похоже, та еще приколистка и косячница, но при этом умеет давать вторые шансы. Жаль, что так не вовремя…

– Насть… Посмотри на меня.

Я повернулась. Мое лицо оказалось прямо напротив его. Я не видела ничего, кроме красивых и таких родных карих глаз, милой улыбки и трогательной ямочки на левой щеке. И в этот момент меня накрыло такой волной нежности, что я не удержалась и первой поцеловала его. Димка, помедлив секунду, ответил на поцелуй – очень мягко, бережно и аккуратно. Глаза застилала пелена, в ушах стоял какой-то сумасшедший гул, а я все увереннее целовала Диму, изо всех сил прижимаясь к нему.

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем мы оторвались друг от друга. И я поняла, что запомню это мгновение на всю жизнь. А еще поняла, что Катька была права и первая любовь все-таки никогда не уходит из сердца. Ну, во всяком случае, у меня все вышло именно так.

Еще час мы просидели на камне, наслаждаясь панорамой вечернего города и друг другом. Говорили – и замолкали, потом снова спешно что-то вспоминали и начинали рассказывать. Все, что происходило с нами, было похоже на жадный глоток воды, выпитый после долгой прогулки по пустыне. Я только поражалась, как раньше жила без этих взглядов, его улыбки, нежных слов и прикосновений. Как-будто в темноте кто-то включил свет – и все вокруг стало четким, ярким и привычным.

– Мне уже пора ехать, – наконец, с грустью сказала я, поднимаясь с пледа и отряхивая джинсы. – Наверное, дома меня уже потеряли.

– Поехали, я тебя отвезу. – Димка тоже поднялся и принялся сворачивать свой пушистый плед. – Хотя, честно говоря, я бы лучше еще пару часов просидел здесь – вот так, с тобой в обнимку. Или пару дней. А может, и пару лет.

– Не придумывай. Ты же сам понимаешь, что так не получится.

– Ты любишь мужа? – спросил он, когда мы уже ехали назад, в сторону города.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.