Последний 2007-й
Сергей Анатольевич Нилус

Soy un perdedor

I’m a loser, baby

So why don’t you kill me?

Beck, «Loser»

© Сергей Анатольевич Нилус, 2022

ISBN 978-5-0059-1559-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– 1 —

Лениво махнув топором, мускулистый варвар разрубил пополам последнего из тщедушных скелетов-охранников и замер. Вот оно, оказывается, где! Поиски, продлившиеся полтора дня из-за ошибки переводчиков, перепутавших северо-восток с северо-западом, наконец-то увенчались успехом – вход в тайную обитель богомерзких некромантов был найден и очищен от небольшой кучки защитников. Удовлетворённый развитием событий, Михаил глотнул пива и открыл экран статуса. До уровня оставалось набрать каких-то полторы тысячи экспы, после чего можно было прокачать двуручное до долгожданных ста процентов. День складывался на редкость удачно.

В дверь позвонили в тот самый момент, когда загорелый бугай, ведомый беспощадной кнопкой «W», полез в пиксельную тьму подземелья. Не отрываясь от экрана, Михаил оперативно приглушил колонки и выключил работавший в фоновом режиме ящик. Стандартная беспроигрышная схема «Никого Нет Дома» для защиты от незваных гостей.

Взять вражескую базу с ходу не получилось. При отсутствии факела варвар довольно быстро наступил ногой куда-то не туда и, обиженно хрюкнув, потерял половину здоровья. Ругнувшись, Михаил отступил ко входу в пещеру лечиться. Переливавшиеся в прихожей соловьиные трели дверного звонка определённо мешали сосредоточиться на игре. Михаил откинулся в кресле и, медленно потягивая тающую за зелёным бутылочным стеклом жидкость, стал ждать, когда посмевшее осквернить это утро существо всё-таки уберётся с лестничной площадки. Прошло минуты две, пиво кончилось, раненый варвар продолжал озадаченно переминаться с ноги на ногу в ожидании смерти или медикаментов, но соловей упорно не замолкал. В довершение всего на другом конце квартиры призывно завопил свистком вскипевший чайник. Прошла ещё минута.

– Не открывай! К чёрту всё! – категорично заявил внутренний голос.

– А чайник? – спросил Михаил, задумчиво подцепив ногтём край косо налепленной на бутылку этикетки.

– К чёрту чайник!

Яркая бумажка оказалась приклеенной намертво и не поддавалась, что тоже нервировало.

– Может, случилось чего?

Внутренний голос промолчал. Наверное, ушёл наводить об этом справки. В мозгу пронеслось несколько мыслей, комментировавших создавшуюся ситуацию. Последняя и самая весомая из них говорила о том, что если чайник выкипит, то мать вечером убьёт, а потом заставит его чистить. Или, скорее всего, сначала заставит чистить, а потом убьёт.

Вздохнув, Михаил нажал «Escape», поднялся с кресла и добрался до кухни. Осчастливив надрывавшийся на плите чайник, он помедлил, собираясь с мыслями, и направился в прихожую. Как раз тогда в дверь параллельно со звонком начали ещё и активно стучать.

– Кто там? – на всякий случай осведомился Михаил.

– Наконец-то! Скрываешься? – глухо ответил из-за двери незнакомый картавый голос.

Михаил глянул в глазок. Голос, по-видимому, принадлежал невысокому, цивильно одетому мужичку лет сорока, за спиной которого курил угрожающих размеров лысый амбал. Неизвестная парочка Михаилу сразу не понравилась.

– Открывай, – картавый сунул руку под пиджак, извлёк оттуда какую-то ксиву и показал её в глазок. – Федеральная служба утилизации.

– Кто? Мы сантехников не вызывали.

– Каких, в жопу, сантехников?! – шкаф отбросил бычок и, отодвинув картавого, пролез к глазку. – Тебе сказано: ФСУ! Открывай давай быстро!

– Да идите вы! – неуверенно произнёс Михаил и в раздумьях зашлёпал по коридору обратно, но, сделав несколько шагов, остановился и прислушался. В замочной скважине явно поворачивался ключ. Михаил обернулся и оторопел. Дверь распахнулась. Первым в квартиру ввалился картавый с дипломатом в руке, за ним, злобно сверкая глазами, протиснулся лысый шкаф. Не задерживаясь в прихожей, гости двинулись вперёд.

– Какого…, – заканчивать вопрос не было времени – картавый и шкаф неотвратимо приближались. Михаил метнулся в свою комнату и забегал глазами по углам в поисках бейсбольной биты. Биты нигде не было.

– Не гоношись, тёзка, – на плечо опустилась здоровая лапа с наколкой в виде солнышка. Михаил попытался вырваться, но соперничать в силе с амбалом, выглядевшим как полтора Шварценеггера образца восьмидесятых годов, было нереально. Клешня вцепилась в плечо мёртвой хваткой и продолжала сжиматься, видимо, ожидая хруста костей. Внутренний голос уныло сообщил, что сопротивление бесполезно, махнул белым флажком и убежал прятаться на задворки черепа, оставив после себя только бешено колотившееся сердце. Михаил остался один.

– Другое дело, – лысый довольно оскалился и убрал лапу в карман брюк. – Нам лишние проблемы не нужны.

– Давай его сюда. Тут светлее. И чайник горячий, – донёсся голос картавого из кухни.

– В чём дело?! Вы кто такие? – бродя взглядом по комнате и всё ещё вычисляя возможное местонахождение биты, Михаил ощупал благодарно ноющее плечо. Натиск «солнышка» был выдержан, хотя и с трудом.

– ФСУ, – лысый зевнул. – Тупой, что ли? Пошли. Сейчас тебе объяснят.

– У меня отец в ментуре работает. Хана вам! – Михаил попытался сказать это как можно твёрже, но голос плохо слушался, и последняя фраза сорвалась на какой-то почти птичий щебет.

– Не беси меня, сука! – заорал шкаф. – На кухню потопал быстро!

Инстинкт самосохранения подсказал, что лучше подчиниться и впредь не упоминать в разговоре со шкафом ментуру. Стараясь не глядеть лысому в глаза и продолжая держаться за плечо, Михаил вышел из комнаты и был сопровождён на кухню, где уже вовсю хозяйничал второй «сотрудник ФСУ». Небрежно покидав грязную посуду в раковину, картавый водрузил на освободившийся стол свой чемоданчик, который оказался здоровенным ноутбуком, и начал подсоединять к нему какие-то провода с датчиками на концах.

– Эй, тёзка, я чаю попью? С утра не жрал ничего… – раздался за спиной голос шкафа. Михаил предпочёл промолчать.

Пока шкаф, предусмотрительно закрыв дверь и подперев её стулом, возился с чайником и искал чистую кружку, картавый закончил с проводами и глянул на Михаила.

– Садись и руки вытяни.

– Да пошли вы…

– Сейчас сам туда пойдёшь. Руки на стол, тебе говорят.

Всё-таки встретившись глазами со шкафом, Михаил опустился на табуретку, протянул ладони к ноутбуку, и картавый начал уверенными движениями прикреплять к его пальцам датчики.

– Детектор лжи, что ли?

– Угадал… Теперь расслабься. Постарайся хотя бы. Не сбивай аппаратуру.

Картавый сел за ноутбук, нажал пару кнопок и, не глядя на Михаила, произнёс или зачитал с экрана короткую вводную речь.

– Значит, так… Я Сергей Денисович Тельцов, а это Михаил Анатольевич Сомов. Как я говорил, мы сотрудники Федеральной службы утилизации. Основная задача службы – работа с нестабильными социальными элементами, то есть с теми людьми, которые не хотят вносить свой конструктивный вклад в поддержание существующей социальной структуры общества.

– То есть с бездельниками, – пояснил лысый и достал из хлебницы бублик.

– Точно, – согласился картавый. – Сейчас я буду задавать вопросы, а ты отвечать. Отвечать, по возможности, честно, хотя это, в принципе, формальность – мы про тебя и так всё знаем. Понятно?

За оконным стеклом приземлился голубь. Трепыхаясь в попытках удержаться на покатом карнизе, он недовольно глянул оранжевым глазом на сидевших за столом, раскрыл клюв, явно намереваясь что-то сказать, но в последний момент передумал и улетел. Михаил проводил его взглядом.

– Понятно, говорю?

– Ну.

– Начали тогда. Ты Михаил Витальевич Домушкин?

– Ну.

– Не «ну», а «да». Лет тебе?

– Двадцать пять.

– Учишься, работаешь?

– Отучился… Не работаю.

– Почему не работаешь?

– Ну… – замялся Михаил. – Не нашёл ещё работу.

– Вообще не работал никогда?

– Вообще.

– Везё-ё-ёт, – протянул лысый, дожёвывая бублик. – Везёт уродам.

– Ну, «везёт» – это ещё как посмотреть, – ухмыльнулся картавый. – Идём дальше… То есть ты, Михаил Витальевич, всё это время состоишь на иждивении у родителей?

– Ну.

– Опять «ну»… Ладно… Девушка есть?

– Чего?

– Девка, говорю, есть?

– Нет.

– Была?

– Была.

– Врёт? – допивая чай, поинтересовался шкаф.

– Как Троцкий, – подтвердил картавый. – Передёргиваем, значит? Вчера что делал?

Михаил задумался. Сказать, что искал логово некромантов, или не говорить? Пожалуй, лучше не надо, а то прицепятся.

– Ничего не делал.

– А вообще что делаешь по жизни?

– Ничего не делаю.

– А цель в жизни есть?

– Нет… А у тебя есть? – Михаил сам испугался своей наглости.

– Понятно… – картавый пропустил вопрос мимо ушей, встал и стал отцеплять датчики. – Ну, хотя бы честно сказал, что нихрена не делаешь… А то нам, бывает, такое плетут, что уши вянут. Музыканты там всякие, поэты-писатели… Творческие, мать их, личности. Про девку ты нам наврал, конечно, но это ладно – это все врут… Собирайся, короче, поедешь с нами.

– Никуда я не поеду. – Михаил скрестил руки на груди и уставился в окно.

Картавый вопросительно посмотрел сначала на него, потом на лысого.

– Слушай, тёзка, – снова начал заводиться шкаф. – Ты, по-моему, не врубаешься. Подымайся! Я даже кружку помою за собой.

Лысый отвернулся к раковине и повернул кран. Его товарищ тем временем закрыл ноутбук и теперь аккуратно сматывал провода. Выпав из поля зрения парочки, Михаил решил, что такой шанс упускать нельзя, и кинулся к двери. Потеряв всего секунду, чтобы отшвырнуть в сторону стул, он рванул ручку двери на себя, но в тот же момент в затылок чем-то ударили. Перед глазами поплыло. Тело ещё попыталось удержаться на ногах, но подоспевшие клешни амбала встряхнули его и двинули головой об стену, после чего оно окончательно обмякло, и Михаил провалился в пустоту.

– 2 —

Очнулся он на кожаном заднем сиденье катившегося куда-то автомобиля. Снаружи было ещё светло – видимо, сознание блуждало в астрале совсем не долго. Голова и шея болели так, как будто по ним пару раз проехали танком или самосвалом. Пальцы осторожно потрогали затылок и почувствовали под собой запёкшуюся кровь.

– Очухался?! – за стальной решёткой, разделяющей салон пополам, Михаил различил ухмыляющееся лицо лысого. – Это я в тебя, козла, кружкой кинул. Хорошо, что не загнулся, а то выговор из-за тебя неохота получать. Тапки не жмут? Я там в коридоре нашёл какие-то. С тебя сто рублей за одевание.

– Ага. И ещё полтинник за моральный ущерб, – раздался знакомый картавый голос водителя. – Кстати подъезжаем уже.

Михаил с трудом повернул голову. Снаружи рывками тянулась скучная лента обычной запруженной транспортом московской улицы. Метрах в четырёх от них мужик в кепке и синей спецовке мыл витрину небольшого обувного магазинчика, на мокрые стёкла которого сразу же, как бы подчёркивая бесполезность любой борьбы, налипал новый слой тополиного пуха. По тротуару в обнимку передвигались два разнополых существа с пивным баклажаном. В ползущей рядом бежевой «девятке» зевал здоровый сенбернар, замученный жизнью и хозяйскими детьми.

«Пробки… Видимо, центр…» – решил Михаил. В вялом, ещё не отошедшем от удара мозгу так же неторопливо возникали вопросы, уверенно трансформируясь из банального «Что происходит вообще?» в извечный фатальный «За что?» Ситуация действительно была пугающе странной. Для прикола всё выглядело как-то уж слишком жестковато. Для сна – слишком реально. Особенно этот запах душного кожаного салона. Салон, кстати, выглядел вполне презентабельно, за исключением решётки и валяющегося под ногами выцветшего плюшевого зайца без глаза. «Наверно, мерс…» – отвлечённо подумал мозг.

– Эй, а ну дай сюда! – вновь раздался голос лысого. – Здесь не дымят!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.