Меган Куинн
Неидеальное свидание

Meghan Quinn

A NOT SO MEET CUTE

© 2021. A NOT SO MEET CUTE by Meghan Quinn

© Попова К., перевод, 2022

© ООО «Издательство АСТ», 2023

Пролог

Лотти

– Привет, подруга.

Ох, не нравятся мне ее наигранно веселый тон и улыбочка.

А еще пристрастие к термоядерным, удушливым духам.

– Привет, Анджела, – настороженно отвечаю я, занимая место за столом в кабинете начальницы.

Она поправляет свои длинные белокурые локоны и кладет руки на стол, сцепив пальцы. Подавшись вперед, Анджела спрашивает, причем всем своим видом выражает неподдельный интерес:

– Как дела?

Разглаживаю свою ярко-красную юбку-карандаш и отвечаю:

– Все отлично. Спасибо.

– Рада это слышать. – Анджела откидывается на спинку кресла и улыбается мне, но больше не говорит ни слова.

Да ладно, что тут вообще происходит?

Оглядываюсь на мужчин в костюмах. Они застыли на своих стульях с папками на коленях и безмолвно наблюдают за происходящим. Анджелу я знаю со школы. Дружба между нами то вспыхивала, то угасала, причем я не могла отделаться от ощущения, что являюсь заложницей этого переменчивого состояния. То лучшей подругой Анджелы была я, то ею вдруг становилась Блэр из отдела финансов или Лорен из отдела продаж, а потом снова я. Мы взаимозаменяемы. «Интересно, кто лучшая подружка на этой неделе?» – всегда гадала я и испытывала какой-то нездоровый приступ волнения, когда выбор падал на меня.

Зачем держаться за такую токсичную дружбу, спросите вы? На то есть три причины.

Во-первых, я познакомилась с Анджелой еще совсем юной и понятия не имела, что, черт возьми, делать, когда тебя вот так несет на американских горках. Я просто схватилась за ручки и держалась как можно крепче, потому что, честно говоря, тусоваться с Анджелой было увлекательно. Необычно. Временами даже круто.

Во-вторых, периоды, когда она была добра со мной и мы по-настоящему дружили, казались мне лучшими в жизни. Когда ты бедна и растешь в Беверли-Хиллз, у тебя не так много приключений, но с богатой подругой, которая не обращает внимания на твой пустой кошелек и принимает в свой мир, – да, было по-настоящему классно. Считайте меня пустышкой, но, несмотря на взлеты и падения, мне было весело в школе.

В-третьих, я малодушна. Я плохо переношу конфликты и стараюсь любой ценой их избегать. Короче, вот она я, размазня, к вашим услугам.

– Анджела? – шепчу я.

– А? – улыбается она мне.

– Можно спросить, зачем ты позвала меня сюда и почему люди, похожие на агентов ФБР, сидят у меня за спиной?

Анджела запрокидывает голову и искренне смеется, касаясь моей руки.

– Ох, Лотти. Боже, я буду скучать по твоим шуткам.

– Скучать? – Я напряглась. – Что ты имеешь в виду? Планируешь поехать в отпуск?

Пожалуйста, пусть причина будет в этом. Я никак не могу позволить себе потерять эту работу.

– Да.

О, слава богу.

– Мы с Кеном отправляемся на Бора-Бора. Примерно через десять минут у меня запись в салоне, где мне сделают автозагар, так что нам нужно поскорее покончить с этим.

Подождите, это о чем вообще?

– Покончить с чем? – спрашиваю я.

Игривое выражение лица сменяется серьезным, которое я редко вижу у Анджелы. Потому что, может, в своем блоге о стиле жизни она самая главная, но не она делает всю работу – ее делают остальные. Поэтому серьезность – это не про нее.

Моя начальница садится прямее, поджимает губы, а затем, глядя сквозь густые накладные ресницы, произносит:

– Лотти, ты настоящий пионер «Анджелук». Ты отлично пишешь тексты, и никто в этой компании не сравнится с тобой, а юмор, который ты привносишь в наш преуспевающий, купающийся в деньгах блог о стиле жизни, сделал эту поездку на Бора-Бора реальностью.

Я правильно расслышала? Благодаря мне она может поехать в отпуск?

– Но, к сожалению, мы вынуждены расстаться с тобой.

Подождите… что?

Расстаться со мной?

То есть для меня больше нет работы?

И тут все неожиданно пришло в движение: трое мужчин оказались сзади меня, еще по двое – справа и слева, словно мне полагалась серьезная охрана. Широкоплечие массивные фигуры обступили меня, а затем одна из них опустила на стол передо мной папку с бумагами и раскрыла ее. От волнения я плохо вижу и не могу прочитать, что там написано, но рискну предположить, что это документы об увольнении.

– Распишитесь здесь. – Мужчина протягивает мне ручку.

– Секундочку, что? – Я отпихиваю руку мужчины, но она тут же возвращается на место. – Ты увольняешь меня?

Анджела морщится.

– Лотти, пожалуйста, не делай из мухи слона. Ты же знаешь, как мне было трудно решиться на это. – Она щелкает пальцами, и в кабинете волшебным образом материализуется ее помощник. Анджела проводит рукой по шее и говорит: – Этот разговор просто выбил меня из колеи. Воды, пожалуйста. Комнатной температуры. Лимон и лайм, но вынь их до того, как вручить воду мне. – Помощник исчезает. Повернувшись, Анджела замечает меня и прижимает руку к груди. – О, ты все еще здесь.

Э-э-э…

Да.

Несколько раз моргнув, я спрашиваю:

– Анджела, что происходит? Ты только что сказала, что я приношу тебе кучу денег…

– Разве? Не припомню, чтобы делала такое заявление. Мальчики, разве я говорила что-то подобное?

Они все качают головами.

– Видишь? Я этого не говорила.

Я думаю… вы ведь чувствуете запах? Это дымит мой мозг, который работает на полную силу и пытается не дать мне взорваться!

Спокойно, да, настолько спокойно, насколько это возможно, я спрашиваю:

– Анджела, пожалуйста, объясни, почему ты увольняешь меня?

– Ох, – смеется она, – ты всегда была та еще штучка. – Помощник приносит Анджеле воду и исчезает. Она долго тянет находящийся в стакане напиток через соломинку, которой здесь могло и не быть, а затем роняет: – В пятницу будет год, как ты работаешь здесь.

– Да. Верно.

– Так вот, по условиям твоего контракта спустя год тебе положено платить не минимальную зарплату, а полноценный оклад. – Она пожимает плечами. – Зачем платить тебе больше, если я могу найти кого-то, кто будет делать твою работу за меньшие деньги? Просто прагматичный подход. Ты ведь понимаешь.

– Нет, не понимаю, – отвечаю я, повышая голос, и тут две сильные руки предостерегающе опускаются на мое плечо.

А, к чёрту.

– Анджела, это моя жизнь, а не какая-то игра, в которую ты решила поиграть. Ты ведь умоляла меня работать на тебя и утверждала, что эта работа изменит мою жизнь.

– А разве не так? – изумляется она, взмахнув руками. – «Анджелук» меняет жизнь каждого. – Взгляд на часы. – О, к пяти надо успеть на автозагар, да еще ведь придется раздеться. Опаздывать нельзя. – Она указывает пальцем на стоящих рядом со мной парней. – Мальчики, закругляйтесь.

Две пары рук хватают меня и помогают подняться со стула.

– Ты же не серьезно, – говорю я, все еще до конца не осознав, что происходит. – Ты и правда заставишь охрану выпроводить меня из твоего офиса?

– Не по моей инициативе, – отвечает Анджела, изображая невинность. – Из-за твоей враждебности мне приходится прибегать к услугам охраны.

– Враждебности? – спрашиваю я. – Да, я злюсь, ведь ты увольняешь меня без причины.

– О, милая, поверить не могу, что ты воспринимаешь все вот так, – произносит она нестерпимо снисходительным тоном. – Ничего личного. Ты же знаешь, что я люблю тебя и по-прежнему планирую каждый месяц приглашать тебя на бранч. Это просто бизнес. – Она посылает мне воздушный поцелуй. – Ты все еще моя лучшая подруга.

Да она совсем спятила!

Меня тянут к двери, но я пытаюсь упираться в пол шпильками своих Jimmy Choo, купленных два сезона назад.

– Анджела, ну честное слово… Ты не можешь уволить меня.

Она бросает на меня равнодушный взгляд, наклоняет голову к плечу и прижимает руку к груди.

– Фи, как глупо ты борешься за свою работу. Ты всегда была вспыльчивой, но я тебя прощаю. – Затем бывшая не-подруга посылает мне еще один воздушный поцелуй, машет рукой и говорит: – Я позвоню тебе позже, и ты сможешь рассказать мне о своем ужасном боссе. О… и не забудь ответить, когда получишь приглашение на нашу встречу выпускников. Через два месяца, да. Нам нужно знать точное количество гостей.

И тут я понимаю, что это конец, мои ноги подкашиваются, я разом слабею, и меня тащат под мышки через офис «Анджелука» – самого дурацкого и бестолкового блога о стиле жизни, места, где изначально я вообще не хотела работать.

И мои коллеги все это видят.

Охрана, не теряя ни секунды, конвоирует меня наружу через высокую стеклянную входную дверь.

Не успела я моргнуть и глазом, как мне всучили коробку с моими личными вещами. И вот я стою с ней на тротуаре и таращусь на вызывающе огромную вывеску «Анджелук».

Как, черт возьми, все так обернулось?

Глава 1

Хаксли

– Нет, мать вашу, я точно убью кого-нибудь! – кричу я, швыряя пиджак через весь кабинет и захлопывая дверь.

– Похоже, встреча удалась, – говорит Джей Пи. Брат стоит возле панорамного окна в моем кабинете, которое обошлось мне в черт знает сколько денег.

– Похоже, все прошло лучше некуда, – хмыкает Брейкер, растянувшийся на моем кожаном диване.

Пропустив мимо ушей саркастические замечания своих любезных братьев, я яростно ерошу волосы и машинально бросаю взгляд на Лос-Анджелес за окном. День сегодня ясный, потому что прохладный ночной дождь почти очистил воздух от смога. Вдоль дорог пальмы рвутся в небо, но из моего окна, расположенного на большой высоте, они кажутся совсем маленькими.

– Не хочешь поболтать об этом? – спрашивает Джей Пи, садясь в кресло.

Поворачиваюсь к своим братьям, двум идиотам, которые были рядом со мной и в горе и в радости. Которые сообща преодолели все невзгоды и не дали удачам вскружить себе голову. Они бросили все и поддержали мою безумную идею покорить рынок недвижимости Лос-Анджелеса с помощью денег, которые оставил нам в наследство покойный отец. Мы построили эту империю вместе.

Но из-за самодовольства, написанного на их лицах, мне хочется выкинуть этих придурков из своего кабинета.

– Разве похоже, что я хочуболтать об этом?

– Нет, – ухмыляется Брейкер. – Но мы, черт подери, хотим услышать все.

Ну конечно, они хотят.

Потому что именно они говорили, что мне не стоит встречаться с Дэйвом Тони.

Именно они настаивали на том, что я лишь потрачу время впустую.

И да, именно они рассмеялись, когда я сообщил, что сегодня днем у меня с ним встреча.

А затем язвили, пожелав мне удачи, когда я уходил.

Но я хотел доказать, что они ошибаются.

Хотел показать братьям, что смогу уговорить Дэйва Тони работать с «Кейн Энтерпрайзес».

Забегая вперед: я его не убедил.

Под пристальными взглядами братьев я сдаюсь и тоже сажусь, громко вздыхая.

– Дерьмо! – бормочу я.

– Дай-ка угадаю: он не клюнул на твое обаяние? – веселится Брейкер. – Ты же у нас такой импозантный.

– Да при чем тут это?! Речь о бизнесе, а не о дурацкой демонстрации дружбы или сюсюканья друг с другом. – Я в раздражении стучу пальцем по подлокотнику своего роскошного кожаного кресла.

– Мне кажется, он пропускал лекции в универе, – говорит Джей Пи Брейкеру. – Разве там не читали целый курс про укрепление деловых связей? – Его сарказм действует мне на нервы.

– Думаю, ты прав, – отвечает Брейкер.

– Я пошел туда и облизал его с головы до ног – что ему еще нужно от меня?

– Ты использовал губную помаду? Не уверен, что его подружка оценит твой пыл, когда найдет следы, – ухмыляется Брейкер.

– Ненавижу тебя. Не-на-ви-жу, мать твою!

Брейкер хохочет, а Джей Пи напоминает:

– Не хочу растравлять твои раны, но мы же тебе говорили, братишка. Дэйв Тони не ведет дела с кем попало. Он из другого теста, он не как остальные в этом городе. Многие пытались добраться до той кучи недвижимости, которой он владеет; многие потерпели неудачу. Почему ты решил: с тобой будет по-другому?

– Потому что мы – «Кейн Энтерпрайзес»! – кричу я. – Все хотят работать с нами. Потому что у нас самый большой портфель недвижимости в Лос-Анджелесе. Потому что всего за год мы можем превратить полуразрушенное здание в объект, который принесет миллионную прибыль. Мы знаем, что делаем, а у Дэйва Тони, несмотря на успех, есть несколько дохлых участков, которые висят на нем балластом. Он знает это, я, черт подери, знаю это, и я хочу забрать у него эту землю.

Джей Пи потирает подбородок и спрашивает:

– Что именно ты ему сказал? Надеюсь, не то же, что сейчас нам? Потому что, хотя я определенно возбудился от твоей пламенной речи, сомневаюсь, что Дэйв Тони оценит подобный тон.

Я раздраженно закатываю глаза.

– Я выдал что-то в этом духе.

– Ты ведь понял, что Дэйв Тони гордец, да? – спрашивает Брейкер. – Если ты оскорбишь его, он не захочет работать с тобой.

– Да не оскорблял я его! – возмущаюсь я. – Просто пытался играть с ним на равных, ну, знаешь, дал понять, что я вполне обычный парень.

Оба брата презрительно фыркают.

– Я обычный парень.

Джей Пи и Брейкер переглядываются, затем оба подаются вперед, и я догадываюсь, что сейчас последует: классическая проповедь. Время от времени им нравится учить меня уму-разуму.

– Ты ведь знаешь, что мы тебя любим? – спрашивает Брейкер. С этого все и начинается.

– Мы здесь ради тебя, когда бы ни понадобились, – добавляет Джей Пи.

Провожу рукой по лицу.

– Просто забейте.

– Ты не обычный. Ты кто угодно, только не обычный, и мы тоже. Мы живем в Беверли-Хиллз, нас постоянно приглашают на премьеры и приемы знаменитостей, наши имена много раз попадали в заголовки на «Шестой странице». В нас нет ничего ординарного. Дэйв Тони, сейчас… он обычный.

– И с чего бы, черт подери? – спрашиваю я. – Потому что его не приглашают на звездные вечеринки?

Брейкер качает головой.

– Нет, потому что он не пафосный. Доступный. С ним легко можно выпить пива в баре, не почувствовав и толики страха. Ты – полная противоположность. Ты показушник.

– Я не показушник.

Джей Пи кивает на мои часы.

– Хорошие Movado, новые?

Опускаю взгляд на часы.

– Купил на прошлой неделе… – Поднимаю голову и встречаюсь с многозначительными взглядами братьев. – Разве мне нельзя тратить свои кровные деньги?

– Можно, – отвечает Джей Пи. – Твой образ жизни вполне приемлем. Дом, машина… часы, все это полностью заслуженно, но если ты хочешь общаться с Дэйвом Тони, то тебе придется выйти на другой уровень. И это не значит, что нужно одеваться попроще, потому что он все поймет. Он и так знает, что ты шикарный парень. Но ему нужно увидеть тебя в ином свете.

– О-о-о, это мне нравится, – говорит Брейкер. – Иной свет. Именно это ему и нужно. – Он потирает подбородок и добавляет: – Но что это за свет?

Чувствуя раздражение, я встаю с кресла и беру свой пиджак с того места, куда швырнул его.

– Пока вы, два идиота, размышляете над этим, я пойду пообедаю.

– Если бы только Тони мог увидеть тот момент, когда Хаксли Кейн не просит свою помощницу принести ему обед, а, словно обычный горожанин, идет по улицам Лос-Анджелеса, чтобы добыть себе еду, – говорит Джей Пи.

Несмотря на жару, я натягиваю пиджак и, игнорируя братьев, направляюсь к двери.

– Можешь взять что-нибудь и нам? – кричит Брейкер.

Вздохнув, отзываюсь:

– Черкните мне в чат, что взять в закусочной.

– Маринованные огурчики. И как можно больше! – кричит Джей Пи, пока я иду по коридору к лифту. К счастью, двери передо мной открываются, так что я вхожу, нажимаю кнопку первого этажа и, засунув руки в карманы брюк, прислоняюсь к стене.

Выйти на другой уровень. Я даже не знаю, что это значит. А вот что совершенно ясно – что я бизнесмен, который заключал сделки не только с теми людьми, с которыми ладит, но и с теми, которых презирает. Разница между мной и Дэйвом Тони – мне плевать, кто берет мои деньги или кому я продаю. Бизнес есть бизнес, и если сделка выгодная, я ее не упущу.

Сегодня я предложил Дэйву чертовски хорошую сделку, если честно, лучше, чем он заслуживает. И вместо того, чтобы пожать мне руку и принять предложение, он откинулся на спинку кресла, почесал щеку и сказал: «Не знаю. Надо бы подождать лучших времен».

Подождать лучших времен.

Отложить сделку.

Никто не отказывается от моих предложений, все с радостью соглашаются и благодарят Господа Бога за то, что им выпадает честь иметь дело с «Кейн Энтерпрайзес».

Едва двери лифта начинают разъезжаться, я вылетаю из кабины, пробираюсь через оживленный вестибюль, а затем выхожу из здания и направляюсь в забегаловку, которая находится в двух кварталах от нас. Обычно я не посылаю свою помощницу Карлу за едой, потому что из-за этого чувствую себя неловко – что бы там ни думали обо мне другие, а также потому, что люблю порой выйти подышать свежим воздухом.Хотя это Лос-Анджелес, так что свежий воздух – явное преувеличение. Но так у меня появляется возможность отвлечься, прежде чем я вернусь за свой стол, где с помощью компьютера управляю нашей миллиардной компанией.

Лежащий в кармане телефон начинает посылать сигналы, но я не обращаю внимания, потому что я знаю, что это заказы Джей Пи и Брейкера. Можно было и не просить их писать мне, потому что каждый раз они берут одно и то же. Как и я. Чизстейк по-филадельфийски с дополнительной порцией грибов. И, конечно, с маринованными огурцами. Это наш любимый сэндвич. Мы не часто его едим, но когда идем в закусочную, всегда предпочитаем его.

Народу на улице больше, чем обычно. В Лос-Анджелесе наступило лето, а это значит, что город кишит туристами, станет еще больше автобусных туров по местам пребывания знаменитостей, а трафик на трассе 101 превратится в адский кошмар. Мне повезло жить всего в получасе езды от этого места. Когда я подхожу к забегаловке, перед ней останавливается знакомый черный внедорожник. Дверь открывается, и я вижу Дэйва Тони – легок на помине – выходящего из машины. Каковы шансы на такую случайную встречу?

Как бы там ни было, похоже, ситуация складывается в мою пользу. Нет ничего лучше случайной встречи, чтобы попытаться провернуть сделку. Возможно, Джей Пи был прав, Дэйв Тони может передумать, когда увидит, как я забираю обед.Это определенно совсем другой уровень.

Застегиваю пиджак и прибавляю шаг. Никогда не упускайте возможность в бизнесе. Ни за что. Приближаясь, я неожиданно замечаю высунувшуюся из машины женскую руку. Замедляю шаг и внимательно рассматриваю эту руку… маленькую руку с ОЧЕНЬ большим помолвочным кольцом.

Черт возьми, так Дэйв помолвлен?

Полагаю, так и есть, поскольку он берет женщину за руку.

Но помолвка… черт, как я упустил такое?

Обычно я в курсе о таких…

Все мысли исчезают, и я несколько раз моргаю, когда невеста поворачивается, позволяя увидеть ее сбоку.

Однако!

Похоже, помолвка – не самый большой сюрприз.

Благодаря обтягивающему платью и стройной фигуре у меня нет никаких сомнений в том, что невеста Дэйва Тони беременна.

Дэйв Тони помолвлен, и у него скоро родится ребенок. Как… когда?

Он машет рукой водителю, закрывает дверь, а затем оглядывается, и тут наши взгляды встречаются. Его брови удивленно приподнимаются, а затем он поворачивается и машет мне рукой:

– Кейн, не ожидал увидеть тебя на улице.

Да уж, никто из нас не ожидал встречи, но надо овладеть собой и не дать новому повороту событий сбить меня с толку.

Время для шоу.

Растягиваю губы в улыбке.

– Я просто наслаждаюсь палящим калифорнийским солнцем по дороге за обедом для себя и братьев. – Подхожу ближе и протягиваю руку. Он быстро пожимает ее. – Эта закусочная – наша любимая.

– Неужели? – удивленно спрашивает Дэйв. – Элли тоже здесь нравится. Я никогда тут не был, но она говорит, что у них лучшие огурчики в городе.

– Мои братья тоже неравнодушны к маринованным огурцам. – Протягиваю руку его невесте. – Вы, должно быть, Элли.

– Черт, как неловко с моей стороны, – издав сконфуженный смешок, говорит Дэйв. – Да, это Элли. Элли, это Хаксли Кейн.

– Рада знакомству, – говорит Элли. Выговор выдает в ней уроженку юга. Раньше мне уже доводилось слышать нечто подобное.

Пожимаю ее руку и отпускаю, а затем выпаливаю:

– Дайте угадаю, вы из Джорджии?

Ее улыбка становится шире.

– Да. Откуда вы знаете? – Хорошее предзнаменование.

– Моя бабушка – самозваная королева Фестиваля персиков в Джорджии. Сколько раз я проводил лето у нее в гостях! А какие там дожди, а жара! Мы обожали сидеть в креслах-качалках на ее крыльце, пока она рассказывала мне последние городские сплетни.

– Правда? И где это было?

– В Пичтри Сити.

Глаза девушки расширяются от восторга. Она прижимает руку к груди.

– Я выросла в Фейетвилле, чуть восточнее Пичтри. Ничего себе, как тесен мир.

Да. Действительно. Особенно учитывая, что моя бабушка живет в Сан-Диего и на самом деле я никогда не был в Джорджии, но им об этом знать не обязательно. Им также не нужно знать, что я узнал ее акцент, потому что в колледже встречался с девушкой из Пичтри Сити. Это все лингвистика.

Довольный тем, что немного наладил контакты в мире Дэйва, я поворачиваюсь к нему, но вижу очень недовольного посягательством на свою территорию мужчину. О-о-о. Челюсть сжата, брови нахмурены, в глазах ни капли снисхождения к нашему маленькому… очень маленькому мирку.

В сущности, чудак так обозначает свою территорию. Не удивлюсь, если он начнет защищать Элли и метить все вокруг нее мочой.

Учитывая то, что ему обо мне известно, мою репутацию сердцееда, он должен считать, что я представляю для него угрозу. А это не так. То есть да, Элли – миниатюрная блондинка. Хорошенькая, с голубыми глазами, но она беременна – полный кошмар, а еще помолвлена, поэтому определенно не для меня.

Но учитывая то, что сказали мои братья, Дэйв, вероятно, считает иначе, раз уж дело касается меня.

А это значит, что я должен спасти ситуацию. Но как…

Как я могу сделать это…

«О, идея».

Видели эту яркую вспышку света? Да, возникла идея. Возможно, не очень умная. Определенно не самое разумное, что приходило мне в голову, но, кажется, Дэйв с каждой секундой становится все более напряженным, так что…

Терять нечего.

Пожалуйста, пусть это не выйдет мне боком – только и успеваю подумать я и очертя голову бросаюсь в атаку.

– Фейетвилл, да? – Облизываю губы. Была не была. – Ого, с ума сойти. Насколько помню, родители моей невесты из Пальметто. Это немного севернее, да?

Ага, невесты. Я же говорил, что это не очень умно, но лучшее, что я смог придумать.

– Да, Пальметто находится чуть севернее, – радостно отвечает Элли, а Дэйв, словно защищая свою невесту, обнимает ее за талию.

– Невесты? – прочистив горло, спрашивает он. – Кейн, ты помолвлен? – В глазах – искренний интерес, а сковавшее его плечи напряжение постепенно ослабевает.

– Ага.

– Хм, не ожидал.

Я не могу понять, что у него на уме. Он верит мне? Или проверяет? Я делаю все лишь хуже? Чертовски надеюсь, что нет. Не хочу упустить эту сделку.

Не хочу, чтобы она выскользнула у меня из рук, не тогда, когда я так близко. Эти объекты недвижимости существенно улучшат наш портфель, особенно с учетом того, что мы планируем сделать с ними. А возможность заключить сделку с неуступчивым Дэйвом Тони сделает меня еще более успешным. Деловая хватка во мне берет верх, здравый смысл идет ко дну.

Поэтому до того, как я успеваю передумать по поводу того, что сейчас ляпну, я с трудом сглатываю и говорю:

– Да, помолвлен, и… мы ждем ребенка.

Как только ложь слетает с моих губ, меня охватывает мерзкое чувство, потому что, черт возьми, я знаю, как тяжело некоторым женщинам забеременеть, и лгать о чем-то подобном… Все-таки это как-то неправильно. Но, как я уже сказал, мой разум куда-то испарился, остался только идиотский инстинкт.

– Правда? – оживляется Элли. – О боже. – Затем гладит свой живот. – Как и мы. Дэйв, разве это не здорово?

– Так и есть. – Теперь Дэйв уже не тот уязвленный, настороженный самец, что всего несколько секунд назад, и я вижу на его лице то, чего там никогда не было. Сочувствие.

Понимание.

Если угодно, дух товарищества.

Засовываю руки в карманы брюк, чтобы скрыть нервозность, пока произношу самую большую ложь в своей жизни:

– Да, моя бабушка познакомила меня с ней еще в Пичтри. Забавное знакомство, во время которого мы сразу влюбились друг в друга.

Элли хлопает в ладоши.

– Ой, мне так нравятся забавные знакомства.

Пожимаю плечами.

– Угу, и мы быстро нашли общий язык. – Пытаюсь смотреть на небо и думать о своей воображаемой беременной невесте, о том, как сильно люблю ее. – У нас все получилось как бы задом наперёд, потому что сначала случилась беременность, но мы всегда действовали по-своему, никогда не придерживаясь общепринятых норм.

– Как и мы, – говорит Дэйв, и я вижу это по его глазам. Он видит меня в другом свете. Вот о чем говорили парни. Именно это и нужно было Дэйву – увидеть во мне человека.

Вон он я, встречаю Дэйва на новом уровне. Общаюсь с ним на новом уровне. В этот момент он видит во мне не гламурного типа и беспощадного бизнесмена, а скорее парня, которого он может пригласить на пиво и поговорить о своих переживаниях по поводу предстоящего отцовства.

Возможно, именно это мне и было нужно. Немного трепа, безобидная ложь, которая никому не повредит. Ему ведь не обязательно на самом деле встречаться с этой воображаемой девушкой. Даже не нужно много знать о ней. Просто сама мысль о наличии у меня подобных обязательств делает мою персону еще более привлекательной.

Ха, а может, это была не такая уж плохая идея? Возможно, это было гениально в полном смысле этого слова.

Помяните мое слово, завтра к этому времени он позвонит мне и скажет, что не желает больше обдумывать мое предложение, а готов принять его.

Хаксли Кейн, да ты настоящий гений.

– Дэйв, разве будет не чудесно пригласить Хаксли с невестой на ужин?

Э-э-э, это что еще такое?

Ужин?

Элли складывает ладошки и продолжает:

– Было бы здорово пообщаться с людьми, которые оказались в такой же ситуации. – Подавшись вперед, невеста Дэйва добавляет: – Семья не очень обрадовалась нашему решению отложить свадьбу до рождения ребенка. Мои родители довольно старомодные люди.

Пот выступает на моей верхней губе, пока я пытаюсь сохранить нейтральное выражение лица.

Встреча за ужином.

С моей «невестой».

Ой-ой-й…

Отбой, Кейн.

ОТБОЙ!

– Да, было бы замечательно, – соглашается Дэйв с жизнерадостной улыбкой.

Твою мать!

– Как насчет вечера субботы? – продолжает он.

Вечер субботы?

Мать, мать, мать…

Это через четыре дня.

Четыре дня на то, чтобы найти себе невесту, да еще и беременную.

Хаксли Кейн, ты не гений, ты настоящий идиот.

– Слушай, ну он же должен обсудить планы со своей девушкой, – говорит Элли. Я бы сказал «спасибо Господу за Элли», но дурацкая встреча за ужином была ее идеей. – Предлагаю тебе связаться с Дэйвом и договориться насчет встречи. Я люблю готовить, и если хотите, могу приготовить традиционные южные блюда.

Начинаю лихорадочно придумывать, почему мы с невестой не сможем встретиться с ними в субботу.

– И, может, мы сможем более подробно обсудить сделку, – с искренней улыбкой добавляет Дэйв.

Да чтоб тебя!

Проклятие.

Ну, теперь я точно не могу сказать «нет». Не стану рисковать шансом заключить сделку.

Господи.

Несмотря на засуху во рту, тяжело сглатываю и киваю.

– Да, – сипло говорю я. – Суббота звучит здорово.

– Чудесно. – Элли хлопает в ладоши. – Жду не дождусь. Я собираюсь приготовить свой лучший персиковый коблер и тушеную капусту. Дэйв даст тебе всю нужную информацию.

– Отлично, – бормочу я, выдавливая из себя улыбку. Во что, черт возьми, я ввязываюсь?

– Детка, мы опаздываем. Давай заскочим в закусочную после занятий, ты не против? – спрашивает Дэйв.

– Если только получу двойную порцию огурчиков, – говорит Элли, целуя Дэйва в губы.

От этого публичного проявления привязанности у меня сводит внутренности. Не то чтобы я считал подобное омерзительным, но это наглядное напоминание о яме, которую я только что вырыл для себя.

– Ладно, мы идем на занятия для беременных. Скоро поговорим, – говорит Дэйв и машет мне рукой.

Машу им в ответ, надеясь, что они не заметят, как дрожит моя рука, и, не заходя в закусочную, разворачиваюсь и шагаю обратно в офис. В голове крутятся мысли о том, как выбраться из этого хаоса.

Хаксли Кейн, ты полный кретин.

Глава 2

Лотти

Положив руки на руль, я смотрю на дом своего детства и нынешнее место жительства – небольшое бунгало, которое много лет принадлежит семье. Бабушка Пру купила его еще в пятидесятые и передала моей маме, которая в одиночку вырастила нас с Келси, моей сестрой.

С годами белая штукатурка потускнела и выглядит скорее кремовой, а крыша из красной глиняной черепицы требует ремонта. Мама не может позволить себе оплатить ремонт даже несмотря на то, что Джефф, ее парень, который уже тринадцать лет живет с ней, готов помочь ей с этим.

Кстати, о Джеффе: одетый в мешковатые джинсовые шорты и классическую белую рубашку, он толкает газонокосилку по лужайке перед домом. Изо рта Джеффа всегда торчит незажженная сигарета, потому что хоть он никогда и не курил, ему нравится думать, будто при желании он легко мог бы начать. Давайте не станем углубляться в это с точки зрения психологии, он отлично относится к маме и последние десять лет всегда готов выслушать меня или мою сестру. Так что если у него изо рта торчит сигарета, пусть. Могло быть и хуже.

Но сейчас присутствие Джеффа около дома создает проблемы, так как я не могу без вопросов пронести коробку с вещами в свою комнату. А я не хочу слышать вопросы ни от Джеффа, ни от мамы. Они не должны узнать о том, что Анджела уволила меня. Иначе случится катастрофа.

Нет, они НИКОГДА не должны узнать об этом. Почему?

Ну, потому что именно они умоляли меня найти другую работу, где не надо будет подчиняться человеку, с которым много лет меня связывали токсичные отношения.

Но вы же знаете, как это бывает. Родители ничего не понимают, мы самые умные и сами все знаем, а потом нам приходится взять свои слова назад, когда осознаем, что все-таки надо было слушать родителей.

Фу-у-у.

Не желая, чтобы у Джеффа возникли подозрения, я выхожу из своего старенького «Фольксвагена-жук», на заднем сиденье которого оставила злополучную коробку. Я перекидываю сумочку через плечо и растягиваю губы в довольной улыбке, которая, я знаю, порадует Джеффа.

– Привет, Лотти Баг, – говорит он, используя прозвище, которое мама дала мне много лет назад.

– Привет, Джефф. – Машу рукой, когда он выключает косилку и поправляет солнцезащитные очки на переносице. – Двор выглядит просто отлично.

– Спасибо. Думаю, в этом году комитет по благоустройству должен нас заметить.

О Джефф, всегда полон надежд.

Видите ли, мы живем на границе, в смысле через улицу от района Флэтс в Беверли-Хиллз. Каждое лето комиссия ходит от дома к дому, выбирая лучшие дворы по соседству и вручая жильцам призы. Мы всегда ходили через Флэтс и любовались невероятно подстриженными газонами, за которыми ухаживают профессиональные ландшафтные дизайнеры, а не сами владельцы недвижимости. За неделю до того, как судьи отправляются на прогулку, начинается настоящее сумасшествие, в том числе и у нас, потому что последний дом на маршруте находится через дорогу, и для того, чтобы увидеть его, сначала нужно посмотреть на наш, сразу за кустами, а Джефф полон решимости сделать так, чтобы его заметили.

– Если хочешь попытаться выиграть, придется уговорить маму починить крышу.

Нет ни малейшего шанса, что наш двор когда-нибудь заметят. Комитет по благоустройству состоит из кучки богатых снобов, которые никогда не посмотрят через улицу. Но приятно дать Джеффу надежду, тем более он так усердно работает ради осуществления мечты.

Он понуро опускает плечи.

– Я ей так и сказал. Мне нужно, чтобы крыша выглядела идеально. Из-за этой сломанной черепицы нам никогда не видать победы. Думаю, как-нибудь я позову мальчиков и приведу ее в порядок, пока твоя мама на работе. Сначала действуй, потом проси прощения.

– Очень умный подход.

– Как работа?

Я шла к двери, но сейчас замерла на месте. Сохраняя улыбку на лице, говорю:

– Отлично. Просто обычный день. – Да, обычный день блужданий по улицам Лос-Анджелеса с целью убить время до возвращения домой, потому что я знаю, что мама и Джефф осведомлены о моем расписании, и если бы я приехала домой раньше обычного, у них возникли бы подозрения. На этот раз мне повезло получить совет купить колготки, который дал милый бездомный, хмуро смотревший на мои голые ноги. Желая утешить себя, я купила мятное мороженое, которое стало жертвой летнего калифорнийского солнца и стекало по моей белой блузке, а затем вдобавок ко всему я споткнулась о ливневую решетку и оторвала каблук от моих туфель Jimmy Choo позапрошлого сезона. Именно поэтому я иду в дом босиком.

Обычный день, ага.

– Повышение через неделю, верно? – спрашивает Джефф. – Ты волнуешься? Наконец-то сможешь найти собственное жилье.

Вставьте здесь глубокий вдох.

Поднимаю большой палец вверх.

– Да я вообще счастлива.

Больше не говоря ни слова, я открываю дверь в дом, и мне в нос сразу же ударяет аромат маминых домашних рыбных палочек. Господи, только не снова!

Она никогда не успокоится.

– Джефф, ужин почти готов.

– Мам, это я, – сообщаю о себе, направляясь в свою комнату, но не успеваю пересечь коридор, как мама выглядывает из-за двери на кухню.

– Лотти Баг, ты как раз к ужину.

Машу рукой.

– На самом деле я не голодна. – Поглаживаю живот. – Поздно пообедала, может, позже съем яблоко.

– Не говори глупостей. Иди мыть руки. – Да, она все еще заставляет меня мыть руки перед едой. – И переоденься. Я поставлю для тебя тарелку.

Вздохнув, произношу:

– Спасибо, мама. – Иду в свою комнату, закрываю дверь и сползаю по ней вниз, пока не оказываюсь сидящей на полу. – Боже, мне нужно выпить. – Достаю из сумочки телефон и пишу смс сестре.

Лотти: Нужна выпивка. Завтра днем, когда мама и Джефф уедут. Ты со мной?

Келси, моя ирландская близняшка, как любит называть ее мама, младше меня всего на двенадцать месяцев и является подающим надежды организатором пространства – да, я тоже была в замешательстве, когда она сказала мне, как это называется. По сути, она начала свое собственное дело, где ходит по домам разных людей и показывает, как более целесообразно организовывать хранение в их кладовках и шкафах – то есть как не превратиться в барахольщиков. Я спросила ее, чем она отличается от всех остальных, присоединившихся к трендуTheHomeEdit, и ее ответ поразил меня – потому что у нее все действительно как следует продумано. Она фокусируется на рациональной организации. Вместо того, чтобы призывать всех своих клиентов использовать прозрачные пластиковые контейнеры, она сотрудничает с компанией, которая предлагает подобные товары из экологически чистых материалов, а также товары, изготовленные из полностью переработанных материалов. Лучше для окружающей среды, лучше для вашего дома. Понимаете? Потрясающе. Очевидно, она в шаге от того, чтобы стать еще более востребованной. Я верю ей. Сейчас она зарабатывает достаточно, чтобы развивать свой бизнес и позволить себе небольшую однокомнатную квартиру в Западном Голливуде.

Телефон сигналит, сообщая о входящем смс.

Келси: Разве тебе завтра не надо на работу?

Я поднимаюсь на ноги, расстегиваю блузку, а затем отправляю ответ.

Лотти: Надо, но…

Кладу телефон и раздеваюсь, бросая одежду в корзину для белья и не беспокоясь о пятне. Ущерб уже нанесен. Надеваю шорты и майку, а длинные каштановые волосы завязываю в высокий пучок.

Келси: Только не говори мне, что сучка тебя уволила.

Лотти: Считай, что я безработная.

Келси: Я же, черт подери, говорила, что так и будет. Она такая… Боже, Лотти, если ты еще раз заговоришь с ней, я отрекусь от тебя. Слышишь?

Лотти: Поверь мне, что бы там Анджела ни думала, для меня она умерла.

Келси: Дай угадаю, эгоистка все еще думает, что вы останетесь друзьями.

Лотти: Угу. В любом случае, я не планирую сообщать Джеффу и маме, пока не смогу что-нибудь придумать. Они все еще думают, что на следующей неделе я перееду, когда получу «повышение»… а вернее, стану безработной.

Келси: Со мной твой секрет в безопасности. Я приду около девяти с текилой и ингредиентами для «Маргариты».

Лотти: А можешь захватить блокнот с идеями?

Келси: Уже положила. Я с тобой, сестренка.

Лотти: Люблю тебя.

Келси: А я тебя. И не волнуйся. Мы со всем разберемся.

Почувствовав облегчение, я кладу телефон на комод, потому что если мама видит телефон рядом с обеденным столом, она хватает его и швыряет в туалет. Лишь один-единственный раз я стала жертвой подобной выходки. После того, как твой искупавшийся в туалете телефон всю ночь сушится в рисе, быстро учишься никогда больше так не делать.

Я иду по коридору в столовую, где вижу, как Джефф целомудренно целует маму в щеку. Он шепчет ей «спасибо», а затем садится. Он тоже переоделся и вымыл руки после стрижки газона. Я знаю, что после ужина он сразу же вернется на улицу, но ценю его внимание к маминым правилам за столом.

– Вкусно пахнет, мам, – вру я, садясь в кресло. Джеффу нравятся ее рыбные палочки. Я же их терпеть не могу. Но ем, потому что еще в раннем детстве меня научили: ешь то, что лежит у тебя на тарелке, и не жалуйся. Радуйся, что у тебя вообще есть еда.

– Спасибо. На десерт я приготовила твой любимый коблер.

Вот ради этого я могу затолкать в себя рыбные палочки.

– Ты невероятная. Спасибо.

Мама садится, и затем, как образцовая семья из трех человек, мы складываем ладони и склоняем головы, мама произносит молитву, а после мы начинаем есть. К счастью, меня ждёт небольшая порция. Я легко могу умять ее за обещание свежего коблера.

– Как работа, милая? – спрашивает мама, накладывая соус тартар на свою тарелку. Она передает миску Джеффу, который тоже берет соус, а затем мне. Я наполняю тарелку тартаром, потому что только так смогу прожевать рыбные палочки.

– Все отлично, – отвечаю я, почти физически ощущая, как ложь обжигает язык.

Когда тебя растит сильная, независимая женщина, быстро усваиваешь три вещи: не врать, не жульничать и всегда добиваться желаемого. Да, я только что солгала, но я не могу заставить себя сказать правду. И мама, и Джефф говорили, как и Келси, что это плохая идея – соглашаться на работу у Анджелы. Непостоянная Анджела. Самовлюбленная и неуравновешенная Анджела. Они настаивали на том, что я должна подождать: и для выпускницы Калифорнийского университета в Ирвайне со степенью магистра в области бизнес-администрирования что-нибудь да найдется.

Что-нибудь найдется.

Что угодно.

Но ничего не нашлось.

Ни единой вакансии.

Я впала в отчаяние.

Студенческие кредиты требовали погашения, обязательства давили на меня.

Мне нужна была работа.

Анджела была моим единственным вариантом. Она предложила мне временную работу с низкой зарплатой, и чтобы остаться в Южной Калифорнии, я была вынуждена жить с мамой, а еще получила обещание, что если буду хорошо выполнять свою работу, то через год моя зарплата вырастет в три раза – ага, в три, именно на такое сокращение зарплаты я согласилась, – и она предложит мне постоянную должность. Мама и Джефф сказали, что я сваляю дурака, если соглашусь. Что она кинет меня.

Но у меня не было других вариантов. Вообще никаких. Поэтому я посчитала, что мне не оставалось ничего другого, кроме как принять предложение.

И я из кожи вон лезла.

В течение следующих нескольких месяцев я наблюдала стремительный рост блога о стиле жизни. Его начали упоминать знаменитости, и не успела я оглянуться, как «Анджелук» стало именем нарицательным. Я была частью этого. После нашего первого появления на «Шоу Тудей» я заявила маме и Джеффу: «Я же вам говорила». Сказала, что нужно как следует постараться, и тогда все будет хорошо.

Слышите этот язвительный смех?

У меня не только нет денег, но теперь у меня нет работы, и через неделю – если только я не решусь рассказать маме и Джеффу правду – у меня не будет и жилья.

Как сказала бы Рейчел Грин – разве это не здорово? Просто как удар под дых, как удавка на шею.

– Ты уже подписала договор аренды? Я знаю, что тебе понравилась квартира в Западном Голливуде неподалеку от сестры.

Да, понравилась, но спасибо Господу за мою боязнь обязательств, из-за нее я не подписала договор аренды. Так кошмар стал бы еще хуже.

– Мне не очень понравилось то место, не та энергетика.

Джефф смеется.

– Мора, помнишь, как в двадцать пять искала жилье, руководствуясь энергетикой? – Он в шутку хватается за сердце. – Воспоминания.

Мама смеется и гладит его по спине.

– Помню, я нашла однокомнатную клетушку в корейском квартале, где унитаз стоял рядом с кроватью и служил мне ещё и тумбочкой. А когда я использовала его по назначению, думала: «Ух ты, здесь настоящая энергетика…» – Мама смотрит на меня. – То есть настоящая нищета.

Джефф усмехается и кивает.

– Унитаз в качестве тумбочки – обалдеть. У меня всего лишь был сосед с сигарой, который постоянно портил мне всю энергетику.

Перевожу взгляд с одной на другого.

– Вы знаете, что я отношусь к поколению Z. Иногда сарказм может глубоко ранить.

Они оба смеются, а потом мама говорит:

– Ты нежный миллениал. Это нормально, милая. Можешь оставаться с мамой и отчимом столько, сколько захочешь. Нам нравится отсутствие личной жизни. – Она ухмыляется, и я понимаю, что она дразнится. Мама никогда не выгонит меня из дома, но я также знаю, что они давно ждут, когда я съеду.

– Если тебе нравится отсутствие уединенности, можем устроить сегодня пижамную вечеринку. И все пообниматься в вашей огромной кровати.

Джефф поднимает руки.

– Пожалуйста, сжальтесь надо мной.

Бедный Джефф, он очень хороший парень, и я вижу, что он действительно хочет побыть с моей мамой наедине. Он живет с нами с тех пор, как мне исполнилось пятнадцать. Думаю, он более чем готов уединиться с мамой. И в один миг чувство вины усиливается. Дурно ли, что Анджела обманула меня? Конечно, но еще более отвратительно, если я что-нибудь не придумаю и лишу Джеффа и маму свободы, которой они с нетерпением ждут.

– Мы правда хотим ходить голышом, – неожиданно выдает мама. Когда я шокировано смотрю на нее, она продолжает: – Всякий раз, когда ты проводишь время со своей сестрой, мы так и делаем. Включаем какого-нибудь Гарри Конника-младшего, раздеваемся, а потом голые танцуем в гостиной.

– Боже, зачем ты мне это рассказываешь? – Откладываю вилку в сторону, шансы поужинать сошли на нет. Да, Джефф с мамой привлекательные люди; Джефф тягает железо в гараже, а мама следит за фигурой, но ради всего святого! Мне совсем не хочется представлять нечто подобное.

– Просто чтобы ты знала, чего мы ждем. – Мама подмигивает, а затем как ни в чем не бывало макает рыбную палочку в соус тартар.

– Я бы выжила и без этого знания. – Я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди.

Мама указывает вилкой на мою тарелку.

– Милая, ешь. Коблер ждет.

И как я могла забыть об этом?

* * *

Прячась за кустом, сквозь ветки наблюдаю, как Джефф притягивает маму к себе для поцелуя, сжимает ее задницу – фу, старики, а затем они оба садятся в свои машины и отправляются на работу. Я не сразу вылезаю из укрытия, а жду еще две минуты, чтобы убедиться, что они ничего не забыли. С моим-то везением они могут вернуться домой как раз в тот момент, когда я буду вскрывать пакет с чипсами.

Когда чувствую, что все чисто, обхожу куст, стараясь не зацепиться за ветку черной юбкой-карандаш – не могу позволить себе лишиться хорошей одежды для собеседования – и плетусь через улицу в своих ничем не примечательных черных туфлях на шпильках. Хорошо, что высота кустов больше двух метров, а значит, скорее всего мои ничего не заметили. Крадусь по дорожке к дому, отпираю дверь, проскальзываю внутрь и делаю глубокий вдох.

Миссия выполнена.Хотя теперь я гадаю, почему просто не поехала к Келси, чтобы не утруждать себя всеми этими ухищрениями.

В доме тихо, слышится лишь гул холодильника. Все в порядке, все подушки на месте, в раковине ни тарелки. Наверное, этого и хочет мама. Покоя. Возможности наслаждаться жизнью в доме, который она так усердно старалась сохранить.

Нет, я не шумная, наглая или ужасная «квартирантка», но приятно иметь дом в своем распоряжении, возможность делать то, что хочешь, не опасаясь, что кто-то застукает тебя. Именно об этом мечтают мама с Джеффом.

Я в курсе, потому что они упоминают об этом практически каждый день.

Мне нужно найти работу, причем быстро.

Не только потому, что я хочу оставить маму с Джеффом в покое, но и потому, что у меня не так уж много денег на банковском счету, а студенческие кредиты сами себя не выплатят. Не говоря уже о том, что скоро состоится встреча выпускников, и разве будет не обидно прийти туда безработной, с кучей студенческих кредитов? В придачу ко всему в платье пятилетней давности, а ещё поведать всем, что по-прежнему живу с мамой?

И я не могу не прийти, потому что если не явлюсь туда, Анджела узнает причину, а я не хочу давать ей понять, что полагалась на нее.

Нет, надо срочно что-то придумать.

Возвращаюсь в спальню, переодеваюсь в шорты и потрепанную футболку с Тейлор Свифт, которая у меня уже больше десяти лет.

Когда возвращаюсь в гостиную, телефон сигнализирует о входящем сообщении.

Келси: Все чисто?

Лотти: Порядок.

Через несколько минут в дом врывается Келси с текилой и ингредиентами для «Маргариты».

– У меня есть все, чтобы забыть обо всех твоих проблемах.

Подхожу к сестре, беру текилу, а затем обнимаю Келси.

– Спасибо, что пришла.

– Ведь для этого и нужны сестры? К тому же у меня сегодня мало дел, нужно лишь отправить несколько писем. Я взяла с собой ноутбук, чтобы немного поработать.

– С бокалом в руке? – спрашиваю я, приподнимая бровь. – Не самая разумная идея.

– Мы не станем торопиться. – Она пристально смотрит на меня. – Алкоголь может облегчить боль, но он ничего не исправит. Разве что… ты решила рассказать маме и Джеффу? Потому что если так, то я сейчас же напьюсь вместе с тобой. Одно только слово, и через два часа наши головы будут сражаться за лучшее место над унитазом.

Отрицательно качаю головой.

– Нет, я не скажу маме и Джеффу. – С напитками в руках мы идем на кухню, где ставим все на стол. – Не думаю, что у меня хватит духу открыться им. Ты бы видела их лица вчера вечером, когда они говорили о том, что дом окажется в их распоряжении и у них будет возможность танцевать голышом.

– Фу, – кривится Келси.

– Вот-вот. Я совсем не нуждалась в таком кошмаре, пока пыталась не подавиться мамиными рыбными палочками. – Беру из шкафчика два стакана и шейкер. Келси направляется к холодильнику за формой с кубиками льда. Мама не верит, что ее холодильник нуждается в замене, как и крыша. – Они очень радовались моему отъезду, и при мысли о том, чтобы сказать им, что в данный момент он откладывается на неопределенное время, мне хочется выпить целую бутылку текилы. – Я тру лицо. – Келси, я такая неудачница.

Сестра подходит ко мне сзади и обнимает меня. Я сжимаю ее руки и крепко держусь за них, позволяя себе насладиться сестринским объятием.

– Ты не неудачница, – говорит Келси. – Просто у тебя небольшие трудности.

– Вы все говорили, что однажды она меня кинет, и, возможно, вначале я тоже так думала, но после того, как освоилась на работе и доказала свою ценность компании, стала считать, будто могу ей доверять. Я действительно думала, что нашла свое место. – Качаю головой. – Такая идиотка.

– Ты не идиотка. – Сестра похлопывает меня по рукам, а затем отстраняется. – Но, может быть, иногда принимаешь неверные решения.

– Не иногда, а часто. Помнишь, ты сказала мне не приглашать Тайлера Дретча на свидание, потому что утверждала, будто сама нравишься ему, но я попыталась доказать, что ты ошибаешься, и все равно пригласила его на свидание? Он ответил, что хочет встречаться с более молодой версией меня. Это было в старшей школе, Келси, в старшей школе.

Она смеется.

– Знаю. Я же просила тебя не делать этого.

– А когда я купила те персикового цвета шорты из ситца? Убеждала тебя, что это новая мода, которая еще не наводнила магазины, а после надела их на пляж, где они разошлись по шву прямо в районе промежности, как только я наклонилась? Моя задница еще никогда не сжималась так быстро.

– Я все еще помню ужас на твоем лице, когда ты почувствовала, как океанский бриз обдувает твои прелести. Отсутствие нижнего белья – еще одно плохое решение.

– Видишь? Я даже не знаю, что такое правильное решение.

– Неправда. Это все мелочи. Ты принимала правильные решения.

– Да? – спрашиваю я, наливая ингредиенты для коктейля в шейкер. – Пожалуйста, расскажи мне, когда я делала верный выбор.

Келси прислоняется к стойке и поглаживает пальцем по подбородку.

– Э… ты… ну, было время… хм, о, как насчет… э-э-э, может не это…

– Пожалуйста, продолжай, – сухо говорю я. – Ты буквально засыпала меня напоминаниями о моих правильных решениях. Я едва могу дышать от всей этой неприкрытой лести.

– Дай мне секунду, блин… ты получила степень магистра бизнес-администрирования. Это была отличная идея.

– Разве? – вскидываюсь я. – Потому что весь последний год я пыталась с помощью мизерной зарплаты выплатить огромные студенческие кредиты. И степень магистра в области бизнеса не дала мне абсолютно ничего, кроме работы у Анджелы, которая… мы знаем, чем все закончилось.

– Ой, я забыла о кредитах. Они большие? – Келси морщится.

Трясу шейкер и отвечаю:

– Честно говоря, я даже не могу проверить, мне слишком страшно. Сейчас у меня подключен автоплатеж.

– Сколько у тебя на счету?

Я вздрагиваю.

Дело плохо.

И я знала, что она спросит, но от этого не легче.

Наливаю «Маргариту» в соответствующие бокалы.

– Не знаю. Опять же, я слишком напугана, чтобы проверять.

Келси делает глубокий вдох, поднимает свой бокал и говорит:

– Ну, если мы хотим понять, что тебе делать, придется набраться смелости и посмотреть, с чем мы имеем дело. Нам нужно знать уровень твоего отчаяния.

Сестра достает из сумки свой ноутбук и кивает в сторону обеденного стола.

– Время пришло, – заявляет она.

Черт. Боюсь, она права. Время пришло.

Подношу бокал к губам и делаю очень большой глоток.

Мне определенно понадобится поддержка.

* * *

Мы обе тупо смотрим на стену перед собой.

Молчим.

Не двигаемся. Просто смотрим.

Кондиционер включается каждые несколько минут, обдувая прохладным воздухом мое разгоряченное тело. Но это все. Единственное движение в доме – небольшая прядь волос, опускающаяся на мое убитое горем и шокированное лицо.

Я имею понятие о том, что такое дно. Читала о нем. Даже видела, как некоторые люди оказывались на дне.

Вчера я думала, что достигла дна. Но я ошибалась.

Вот… оно прямо передо мной – отсутствие света впереди.

Наконец после как минимум пяти минут молчания Келси говорит:

– Итак, я бы сказала, что у нас дела хуже некуда, ситуация критическая.

Наклоняю свой бокал и допиваю содержимое.

– Ага, – просто соглашаюсь я.

Более тридцати тысяч долларов долга, менее трех тысяч долларов на счету.

Не хватит для депозита и оплаты первого месяца аренды жилья.

Недостаточно, чтобы продолжать выплачивать кредиты.

Слишком мало, чтобы думать, будто есть какой-то резерв.

Ничего.

Настоящая ядерная катастрофа.

– Ты ведь действительно мало получала, да? – спрашивает Келси.

– Да. – Прижимаю руку ко лбу, начиная осознавать серьезность моего положения. – Неприятно это признавать, но думаю, мне пора начинать карьеру стриптизерши.

– Что? – переспрашивает Келси.

– Ага, стриптиз. Я видела, сколько зарабатывают эти девушки. Они купаются в деньгах. – Оттягиваю ворот футболки и смотрю на свое тело. – У меня хорошая грудь, может, меньше, чем некоторые любят, но парням нравится и такая, верно? Они достаточно упругие. И я могу… покачиваться под музыку.

– Стриптиз-клубы не заинтересованы в особах, которые качаются под музыку Тейлор Свифт, они хотят, чтобы их девчонки сексуально виляли и крутили бедрами. Ты умеешь сексуально вилять бедрами?

– Никогда не поздно научиться чему-то новому. Вилять бедрами это ведь не сложно, да? Предлагаю найти несколько стриптиз-клубов и просто, знаешь, посмотреть на конкуренток. Узнать, на что сейчас встают члены в Голливуде.

– Вот что я тебе скажу: этот танец сложнее, чем шаг туда, шаг сюда. Кроме того, мама тебя убьет. И ты ведь понимаешь, что тебе придется танцевать в стрингах, и твои буфера будут выставлены на всеобщее обозрение.

В ответ на это закатываю глаза:

– Я знаю, что делают стриптизерши. Я не идиотка. – Постукиваю по подбородку. – Как думаешь, пирсинг сосков увеличит мои шансы?

Келси и правда раздумывает над этим.

– Возможно… подожди, нет. – Сестра качает головой. – Ты не станешь работать стриптизершей. Надо придумать что-нибудь получше, чем выставлять себя напоказ перед мужиками и пытаться танцевать. – Келси встает и протягивает руку, помогая мне подняться, а затем говорит: – Пойдем прогуляемся. Свежий воздух поможет нам проветриться. Выпивка помогает забыться, но мы не можем упиться в хлам, потому что у нас катастрофа. Нам нужны здравые идеи, а не страдания.

– Хочешь сказать, что мне нельзя упиваться жалостью к себе?

Сестра снова качает головой:

– Нет. У нас нет времени на депрессию. Только если ты не готова рассказать маме…

– Ни за что на свете.

– Тогда обувайся, потому что нам нужно подумать.

Не заморачиваясь с кроссовками, я надеваю сандалии, мы выходим, запираем дом и отправляемся в путь. Келси переходит улицу и поворачивает направо.

– Хочешь пройтись по Флэтс? – спрашиваю я. – Не терпится вогнать меня в депрессию?

– Возможно, именно это тебе и нужно, побыть среди богатых, выпендрежных домов. Вдохновение.

Нехотя тащусь за ней, и мы начинаем нашу прогулку по району самых вычурных и изысканно украшенных домов в Лос-Анджелесе. Пешеходные дорожки безупречны, без единой трещинки, а трава подстрижена настолько мастерски, что на первый взгляд кажется, будто она искусственная. Вдоль дорог растут пальмы и старые дубы, а ниспадающие каскадом растения и кованые ворота защищают дома богачей.

– Все это угнетает, – признаюсь я, собираясь повернуть назад.

– Нет, вдохновляет. Ты должна изменить образ мышления. Кто знает, может быть, гуляя по этим улицам, мы столкнемся с богачом, который захочет заняться благотворительностью, а именно помочь тебе.

– Ну разве ты не прелесть?

Она смеется.

– Серьезно, подумай сама, никогда не знаешь, кого можешь встретить. Разве ты не слышала истории о людях, которые во время полета познакомились с инвестором, а потом их продукт оказался в каждом магазине страны?

– Нет, – озываюсь я. – Не слышала ни единой подобной истории.

– Что ж, они случаются. Никогда не знаешь, на кого можешь наткнуться. – Келси смеется. – Возможно, гуляя по этим улицам, ты встретишь богатого мужа. – Затем сестра внимательно смотрит на меня, окидывая взглядом с головы до ног. – В смысле, не в такой одежде, но…

– Знаешь, а может, это неплохая идея, – отвечаю я.

– Что? Знакомство с богатым мужем? – спрашивает Келси. – Сестренка, я пошутила.

Но я не считаю это шуткой. И, да, возможно, причина в выпитой текиле, но здесь должны быть мужчины, которые ищут невесту, верно? Одиночки, которые готовы пошалить на своих роскошных матрасах, а это вполне может перерасти в связь на всю жизнь. Я не против зацепить мужчину, произведя на него впечатление своими умениями в постели. Отступать мне все равно некуда.

– Нет, из этого может что-то получиться.

– Господи, – раздраженно говорит Келси. – Лотти, я знаю, что ты в отчаянии, но нам нужно мыслить здраво. Поиски богатого мужа – это не решение твоих проблем. Что ты планируешь делать – выйти замуж на следующей неделе?

– Любовь может нагрянуть внезапно.

– Вернись на землю – это не решение. Нам нужен реальный план, который мы можем контролировать.

– Нет. – Жестом я указываю на дома вокруг. – Посмотри на эти места. Ты не станешь утверждать, что все эти люди живут идеальной жизнью. Наверняка здесь есть холостяки, которые ищут кого-то, кто согреет их ночью. – Показываю на себя. – Этим человеком могу быть я. Я пылкая. У меня талантливые руки, и я открыта к предложениям. У меня нет проблем с таким поведением.

– Боже, дай мне сил, – произносит Келси, молитвенно складывая руки и глядя в небо.

Беру телефон и открываю браузер.

– Что ты делаешь? – спрашивает Келси.

– Ищу советы, как заполучить богатого мужа.

– Лотти, ты сошла с ума. Реально скатилась на самое дно.

– Именно, а значит, впереди только рост. О, смотри. – Киваю на свой телефон. – Статья о том, как произвести впечатление на богатых. – Нажимаю на ссылку и начинаю читать. – Там говорится, что им нравятся косы. – Перевожу взгляд на Келси. – Богатые люди любят косы? Твои клиенты заплетают косы?

Келси задумывается над вопросом.

– Вообще-то… Знаешь, у нескольких, с кем я работала, были мини-косички.

– Окей, мини-косички, проверим.

– Лотти, ты не можешь рассуждать серьезно.

Ситуация отчаянная, и как только я зацикливаюсь на чем-то, что, я думаю, спасет меня, я иду ва-банк. Так что… да, я вполне серьезна.

– Стильная одежда, ничего постыдного. – Опускаю взгляд на свою футболку. – Как думаешь, им понравится эта футболка с Тейлор Свифт?

– Нет, – отвечает Келси. – Она никому не нравится. На ней дырки в районе подмышек.

– Если ты не ощущала ветерок, который дует через эти дырки, у тебя не может быть мнения по этому вопросу. Но приму к сведению, богатым такое может не понравиться. – Изучаю статью. – Макияж, умение вести беседу. Компетентность во многих вопросах. – Задумываюсь над этим. – Много ли я знаю?

– О чем?

Снова читаю статью.

– Они не поясняют, просто пишут про различный спектр тем.

– Хм, ну, ты знаешь много бесполезного о реалити-шоу.

– Точно, – оживляюсь я. – Это может быть интересно.

– Наверное, не тому, кто зарабатывает достаточно денег, чтобы позволить себе дом за двадцать четыре миллиона.

– Ну, да, возможно, ты права. Не волнуйся, я проштудирую Википедию, освежу некоторые знания.

– Да, потому что Википедия как нельзя кстати подходит для этой цели, – язвительно замечает Келси, а затем останавливается и смотрит мне в глаза. – Лотти, я думаю, нам правда нужно сосредоточиться. Придумать стоящую идею. Я знаю, ты не хочешь, но, может, ты спросишь Кена, возможно, он…

– Нет, – говорю я, отворачиваясь от нее и продолжая идти по ухоженным улицам. – Я не стану связываться с Кеном.

– Но ты же знаешь, у него найдется для тебя работа.

– Вариант с Кеном даже не обсуждается. Я лучше потрусь грудью о лицо какого-нибудь пьяного мужика, чем позвоню Кену.

– Это потому, что теперь он встречается с Анджелой?

Стискиваю зубы и морщусь.

– Нет, я просто не хочу обращаться к своему бывшему, который бросил меня ради моей начальницы после того, как я их познакомила. И никогда не стану умолять его о работе в этой отстойной компании грузоперевозок. Серьезно, идея потрясти грудью перед лицом пьяного мужика кажется гораздо привлекательнее.

– Ты ведь знаешь, что он поможет тебе, – настаивает Келси.

Качаю головой и разворачиваюсь, чтобы вернуться домой.

– Это бесполезно. Мы должны придумать что-то стоящее, а не бродить по округе, изобретая чушь вроде того, как попросить работу у своего бывшего. Честно говоря, Келси, ты сегодня не на высоте.

– Я мало спала прошлой ночью, и думаю, смесь для коктейля была старой. – Сестра держится за живот.

Беру ее за руку и разворачиваюсь.

– Эта идея прогуляться была отстойной.

– Лучше, чем сидеть на диване с кувшином «Маргариты».

– Позволю себе не согласиться, – возражаю я, когда к нам подъезжает черная машина с тонированными стеклами. – Знаешь, этот человек в машине может стать моим спасителем и помочь мне выпутаться из передряги. Я все еще думаю, что богатый муж – это выход.

– Ты бредишь. Понимаешь это? Особенно учитывая, что одета как бродяжка. Никто не захочет иметь с тобой дело в таком наряде.

– Хочу, чтобы ты знала – это мои лучшие шорты. Им всего три года.

Келси медленно аплодирует.

– Браво, сестренка.

Мы переходим улицу, направляемся к дому, и тут телефон в руке издает сигнал. Двигаемся дальше по тротуару, когда я смотрю на телефон.

А затем замираю как вкопанная.

Келси замечает это и спрашивает:

– Что? Что случилось? Мама с Джеффом знают, что мы дома?

Я качаю головой и показываю ей свой телефон.

– Мне написала Анджела.

– Не-е-ет. – Келси забирает у меня телефон и вводит пароль. Ага, мы настолько близки. – Какого черта, по-твоему, она хочет?

– Не знаю, ты отняла у меня телефон.

Мы наклоняемся, и Келси держит телефон так, чтобы мы обе могли прочитать сообщение.

Анджела: Привет, подруга, раз уж теперь у тебя появилось свободное время, не хочешь помочь мне с планированием встречи выпускников? Мне бы очень пригодились твои волшебные навыки. У тебя все так классно получается.

– Что за бред? – кричит Келси. – У нее хватает наглости писать тебе и просить о помощи? Она что, совсем сдурела?Свободное время? Вообще-то именно из-за нее у тебя и нет свободного времени, тебе приходиться тратить его на поиски новой работы.

Я лишь смотрю на текст, не в силах пошевелиться, потрясенная тем, что Анджела написала мне. Что она вообще считает, будто это нормально – писать такое после того, как уволила меня?!

Ничего личного…

Ага, вот только для меня это личное.

Я качаю головой.

– Она худший человек, которого я знаю.

– Рада, что ты наконец заметила. – Келси гладит меня по спине и тянет в дом, но я продолжаю стоять на месте.

– Ни за что не пойду на эту встречу выпускников. Знаешь почему? Потому что она будет унижать меня.

Келси разворачивает меня лицом к себе и заставляет посмотреть ей в глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.