Илья Беляев
Замок. Откровение белого колдуна. Книга вторая. Цикл "Октаэдр. Золотой аддон"

Часть 2

Зачин, или… то, что было ранее…

Не рожденный человек – не плачет.

Рожденный – умирает.

Лазарь.

Я уже сейчас чувствую приближение конца. Он идет, нагоняет гигантскими скачками, и я не могу его остановить. Убежать? Скрыться? Но будет ли тогда смысл всего мною сделанного? Закрыв глаза, я вижу будущее – оно поистине страшно и чем больше я смотрю, тем больше ужасаюсь. Не смотреть? Нет, я не могу, так как все это предстоит пройти. Лучше знать, не совершать ошибок и идти по тому пути, который заранее определен. Изменить? Нет! Будет гораздо хуже. Осталось совсем немного, последний штрих и все окончится. Я не зря прожил эти годы, и они действительно были отведены именно мне. Но… я рад, что все закончится так, а не иначе. Тем, кто останется, предстоит сделать совсем немногое – завершить то, что не успею я. Время ограничено. Оно – как песочные часы – ты знаешь, когда упадет последняя песчинка, и уже готовишься к этому заранее. Все зависит от исхода и того, кто останется после меня.

Все решит один единственный человек, тот, из-за кого все началось и тот, который спасет жизнь. Помоги ему Бог!

1120 год от первой войны Магов. Мир стал падать в бездну. Ад слился с душами людей и вот – вот готов вырваться из заточения и залить смертью землю. Она пропиталась кровью, ненавистью, ядом… Распри и раздоры сеялись кругом. Но верил Он, что они одумаются, и ждал. Другого Ему ничего не оставалось. Все зарождалось именно сейчас. Именно сейчас начала дрожать земля.

Балаган медленно тянулся по дороге. Всего три повозки, но этого было вполне достаточным для настоящего площадного представления. Пятнадцать человек: юноши, девушки, их отцы и матери. Они всю жизнь только и делали, что скитались по свету, ища постоянный приют городов и скромное пропитание. Затянувшаяся просека начала утомлять путников, а просвета впереди все еще не было – один сплошной лес. Они не боялись заполонивших его в последнее время грабителей и убийц, нет, в их телегах находились люди, способные защитить как себя, так и свою семью. Акробаты, атлеты, метатели ножей… они не раз спасали балаган. Находящиеся в пути собирались в «семью» долго, год или два. В основном это были те, кто лишился крова, остался один и чтобы не умереть с голоду, решил хоть как-то добывать себе хлеб.

Дорога затянулась. Переезд из одного города в другой по лесам Арийской империи не казался сейчас такой хорошей идеей. Свет тускло пробивался через кроны могучих деревьев. Близился закат, и оставаться на ночь в лесу никто не горел желанием. Сопутствующая удача могла и не улыбнуться им на этот раз, и тогда люди потеряли бы все, включая свою жизнь.

Но вот впереди забрезжил выход из полутемного царства, и все вздохнули с облегчением – самый сложный этап пути оказался пройденным.

– Как ты считаешь, священники города не станут чинить нам препятствия, как это было ранее? – Дина сидела на повозке рядом с Фролом.

– Не знаю, любимая. Архиепископ Никон терпеть не может балаганных шутов, считая их еретиками и отступниками от Всевышнего.

Девушка еще сильнее прижалась к его плечу и закрыла глаза.

– Мне почему-то кажется… мне страшно!

Юноша немного отпустил поводья, погладил пепельные волосы любимой и нежно поцеловал ее в губы. Ее ресницы вспорхнули вверх. На глазах блеснули слезы.

– Все будет, как всегда… я знаю! – пытался успокоить ее Фрол. – Сарракс, возможно, и не примет нас, как, допустим, подгорное королевство Кси–Кси, но, во всяком случае, не станет приписывать к слугам дьявола.

– Услышал бы Всевышней твои слова.

– Услышит, любимая, услышит.

Она вновь закрыла глаза и, как показалось юноше, задремала. Он накинул на нее легкий плед и, стараясь поменьше трястись в повозке, еще сильнее натянул поводья, заставляя коня еле тащиться.

Шпили башней Сарракса вырастали с каждым ярдом. Огромная, если не сказать громадная, стена окружала город, город, способный отразить любое нападение. Находясь практически на границе с Винарийской империей, разделяющейся с ней только рекой Арникой, Сарракс считался пограничным городом. Будучи опорным пунктом побережья, через него лежали практически все торговые пути.

Былая вражда между Винарией и Арией давно угасла, после смерти императора Якова в битве при Горном Королевстве. На Винарийский престол взошел единственный сын императора – Клавдий. Но не все было гладко в Винарии. После падения Горного Сокола, смерти императора Алана и Якова, Арийский император Нейрус, сын Клавиуса захватил империи и присоединил их к своим землям. Молодой Клавдий попытался воспрепятствовать его планам, но юные годы не позволяли создать армию, и ему пришлось полностью подчиниться.

Битва Горного Королевства отгремела десятки лет назад, но до сих пор многие помнят этот страшный, для Альвестской империи, день.

Сарракс стоял мрачным и угрюмым стражем, на пути к сердцу Арии – городу Трому. Его тридцать четыре башни длинными шпилями вонзались в небо, и, казалось, разрезали воздух своими острыми краями.

Заспанная стража у городских ворот выбежала из караулки и с пренебрежением осмотрела путников. Один из копейщиков проверил повозки и сообщил Старшему, что ничего нарушающего закон или хулящего Господа нет.

– Куда? – наконец спросил Старший.

– На ярмарку, по приглашению Астрала.

Стражник усмехнулся в усы.

– Астрала? Хм-м… Они могут проехать. Открыть ворота!

Железная решетка, с лязгом поднялась вверх, и балаган въехал в Сарракс.

В такое раннее время город еще спал, но на ярмарочной площади уже начиналась жизнь. Все бегали, суетились, готовились к предстоящим торгам, убирали площадь и торговые ряды, приводили товар в порядок.

Повозки въехали с севера и, пройдя через все лотки, остановились в самом центре, где обычно дурачатся скоморохи и придворные шуты, веселя публику при подобных праздниках.

Поставив телеги вокруг небольшого помоста и выгрузив из них разнообразный цирковой реквизит, начали репетировать.

– Обещай, что все будет хорошо! – попросила Дина, прижавшись к юноше всем телом.

– Почему ты просишь? Это не первый город. С нами ничего…

– Прошу тебя, пообещай!

– Хорошо, хорошо, я обещаю!

– Фрол, Дина, хватит разговаривать! Скоро откроется ярмарка, нужно готовиться! Вы не можете расслабляться сейчас, только не под носом у Астрала.

– Дэн как всегда не доволен нашей работой, – пожаловалась девушка, когда ушел мужчина и, дрожа как от лихорадки, прижалась к Флору.

– Не бери в голову. Он хозяин и требует постоянной отдачи. Ты прекрасно знаешь, что нам некуда идти и если он вышвырнет нас на улицу, мы на ней так и останемся. Нам не на что будет жить.

– Но мы и здесь не купаемся в роскоши, так, жалкие крохи.

– Жалкие крохи – тоже жизнь. Чтобы найти большее, нужно не потерять малое – это и есть смысл жизни. Блэк не жесток. Он такой же человек, как и я с тобой, просто…

– Что просто?

– Просто он человек. Его можно понять.

– Понять? О каком понимании ты говоришь? У него есть все: семья, дети, лучшая жизнь, а все худшее, он отдает нам, тем, кого считает ниже себя.

– Но у меня есть ты, а у тебя – я, а дети… они будут, обязательно будут!

– Я люблю тебя! А ты? Скажи, скажи, что ты тоже меня любишь! Скажи!

– Глупенькая, ну конечно я тебя люблю, – он обнял ее и нежно прикоснулся к трепещущим губам. Ярмарка могла подождать, но чувства – никогда. Они либо есть, либо их нет; они либо угасают, либо разгораются с новой силой, но чтобы подождать… такое они не терпят.

Ярмарка набирала свою силу, попав в водоворот торговой жизни. Практически весь город находился в данный момент на площади. Они любили ярмарки, сам торг, но больше всего им нравились балаганные представления, которые постоянно присутствовали в Большие Торговые Дни. Епископ города не препятствовал подобному зрелищу, наоборот, нередко сам приглашал бродячие труппы. Император Нейрус никогда не вмешивался в столь малые проблемы, считая их недостойными своего внимания и только в самом Троме выбирал тех, кого считал лучшими, которые должны были веселить знать.

К полудню площадь кипела людьми. Настал момент выхода приезжих гастролеров.

Фрол обнял Дину, крепко прижимая к себе, но она отстранилась и вышла не помост. Представление началось. Акробатов сменяли жонглеры, жонглеров атлеты, атлетов метатели ножей… Люди стояли завороженные зрелищем и старались ничего не пропустить из показанного. Народ веселился, труппа гастролеров с вдохновением показывала все свои умения и всеми силами старалась понравиться, чтобы еще не раз посетить этот город.

У помоста появился священник. Сначала никто не обратил на него внимания, но вскоре он сам заставил всех замолчать. Его голос: тихий и спокойный, звучал далеко и многие из присутствующих на ярмарке, на всей площади, слышали его речь.

– Я рад, что они, – указал он на застывших артистов, – послушались моего совета и приехали в Сарракс. Наш город видел многое, но увидит и еще больше. Зачем я их пригласил? Ради показа своих возможностей. Я хотел убедиться, что они действительно могут то, о чем говорили на нашей предыдущей встрече. Да, они лучшие. Они провозглашают Дьявола и преклоняются перед ним! Они знают тайные рецепты алхимии и могут такое, что не сделает ни один, находящийся на этой площади! Их породил сам Ад и выплеснул для того, чтобы завладеть душами, вашими душами, и я вижу, со многими они успели сотворить свой страшный обряд. Они посланники Дьявола! Они уже много душ захватили в нашей империи, и я не позволю, чтобы подобное произошло и с нашим городом! Я рад, что вы посетили Сарракс!

Вперед вышли лучники. Их стрелы были натянуты на лук и направлены на балаганщиков.

Бледный, как полотно, Дэн, с ужасом взирал на воинов, отказываясь понимать, что его заманили в ловушку, детскую, наивную, но ловушку, из которой никто не выйдет живым. Он упал на колени и поднял руки к небу.

– Господи, за что Ты прогневался на нас? Мы всегда были Твоими рабами, почитая и восхваляя Тебя. За что Ты так обращаешься со своими слугами?

– Замолчи, богохульник! Своими речами ты позоришь имя того, кто дал жизнь, нашего Защитника и Спасителя. Вы не достойны жить, а у меня нет времени разбираться с вами!

Он развернулся и растворился в толпе.

Лучники, не опуская оружия, шагнули вперед.

– Нет, вы не можете так поступить. Люди…

Один из балаганщиков попытался образумить толпу, но воин спустил тетиву и из горла падающего мужчины вырвался лишь предсмертный хрип.

Фрол замер. Сердце сжалось. Сдавленный стон сорвался с его губ. Он не выдержал и ринулся к лучникам. Казалось, время растянулось. Юноша, как во сне, видел, как медленно поворачиваются в его сторону железные наконечники стрел, как напряженные, дрожащие руки отпустили их и как те, рассекая воздух, полетели в него. Легкий прыжок, долгое сальто и он уже стоит за спинами лучников. В руках появляются два ножа и вскоре трое лежат с перерезанным горлом. Краем глаза он заметил, что на помосте появились метатели ножей, два юных брата – близнеца. Легко уклонившись от стрел, они выкинули вперед обе руки и практически незащищенные воины, хватая ртом воздух, свалились на землю.

Окружающая толпа ахнула и отступила назад. Еще никто и никогда не осмеливался поднимать руку на Лерионеров императора Нейруса. Многие их боялись, многие преклонялись, но никто даже дурного не помыслил против них, никто… до сего момента.

Атлеты выкатили тяжелые камни и швырнули в толпу. Кто-то бросился седлать лошадей, кто-то просто попытался затеряться в толпе, но горожане расступались перед ними и их легко расстреливали.

У ног Фрола уже лежало восемь трупов, но он не мог сражаться вечно, тем более что на другом конце ярмарочной площади уже слышались крики латников.

Зародившаяся совсем недавно торговля прекратила свое существование и в ближайшее время не возродится. При виде закованных в броню, воинов, люди бросились в рассыпную, пытаясь как можно быстрее убраться с места начавшейся бойни.

Стрела сорвалась с лука. В последний кратчайший миг, юноша заметил это и с трудом сумел увернуться, хотя наконечник задел плечо и, распоров легкую полотняную рубаху, оставил алый след. Позади кто-то вскрикнул и упал. Юноша обернулся и застыл. Глаза расширились, и он позабыл, что каждое секундное промедление может оказаться последним. У входа в одну из балаганных повозок, лежала Дина. Стрела точно вошла между лопатками, угодив прямо в позвоночник. Он подбежал к распростертому телу и дрожащими руками приподнял голову девушки. Наконечник стрелы, пройдя сквозь плоть и пробив грудную клетку, вырвался наружу. По нему, обагрившая камни, устилавшие площадь, струйкой сбегала кровь. Фрол закричал и ринулся к лучнику.

Быстрое длинное сальто и тот неудачник уже медленно оседает на землю. Клинок ножа так и остался у него между глаз.

Тяжелая рука опустилась на голову, чуть не проломав череп, и отшвырнула акробата далеко в сторону.

Все двадцать лучников лежали у помоста мертвыми. Народ, побросав товар, давно разбежался, растворившись на многочисленных улицах Сарракса. Латники, громыхая железом, окружили балаган с его «еретиками». Полностью закованные в броню, они представлялись совершенно неуязвимыми для практически безоружных попавших в ловушку гастролеров. Идеально заточенные ножи отскакивали от них, как горох от стены. Тяжелые камни атлетов не причиняли особого вреда, разве что сломали несколько ног и проломали крепкую сталь.

Фрол схватил брошенный кем-то железный шест, но второй удар сбил его с ног и тот, пролетев по воздуху, больно приложился спиной о камни. В голове шумело, в глазах летали бледные и ярко – золотистые круги, ноги не двигались, и ему с трудом удалось приподняться. Третий удар. Он не видел кто бил, он не видел свой родной балаган, он почти ничего не видел. Тело юноши натолкнулось на что-то… деревянное, но, разломав препятствие в щепы, продолжило движение. «Дверь» – подумал он, не открывая глаз.

Латник выругался сквозь зубы и, позвав еще одного Лерионера, последовал за еретиком, в один из примыкавших к площади домов, куда тот так неудачно влетел. Жилище оказалось ничтожное и предназначенное на снос, как раз для того, чтобы увеличить площадь и добавить торговые ряды. Воин осмотрелся. Никого!

– Мразь! – прорычал он. – Ты его видишь? – обратился он к другому.

– Нет. Похоже, он сбежал.

– Астрал спустит с нас шкуру, если мы не отыщем этого гаденыша. Он велел казнить всех и не потерпит никаких оправданий, когда узнает, что мы его упустили.

– Нужно обойти дом. Возможно, есть другой выход.

– Да, проверь! Я осмотрю здесь. Эти балаганщики многое умеют. По-видимому, сам Дьявол обучал их подобным штучкам.

Воин повернулся к выходу, бросив взгляд на полуобвалившийся потолок и виднеющийся мрачный чердак, сделал шаг и замер.

Притаившийся на чердаке Фрол спрыгнул вниз и всадил нож первому воину прямо в прорезь для глаз. Второй повернул голову, вскидывая меч вверх, но рука юноши не дрогнула, и тот с лязгом упал на тростниковый пол, устремив голову, с торчащей оттуда рукоятью ножа, к потолку. Балаганщик сел на лежащую рядом колоду и обхватил голову руками. У него было оружие, были мечи, но спасать, даже помогать, было уже некому. Все, кого он считал друзьями, лежали на помосте, утопая в собственной крови, а группа Лерионеров несла зажженные факелы, дабы священный огонь очистил души «еретиков», по доброй воле согласившихся служить Дьяволу.

На Сарракс опустилась ночь. Улицы города практически полностью опустел и только стражники, следя за порядком, ходили кругом. Адский кошмар подходил к концу.

Фрол отыскал самую бедную улицу и медленно брел по размытой дороге. Накрапывающий до этого дождик перешел в ливень. Без того сырая рубаха вымокла окончательно. От голода свело живот. В последний раз он обедал за день до приезда в Сарракс. Тогда все надеялись именно здесь запастись продуктами для следующего перехода в другой город, но из этого ничего не получилось. Рана немного затянулась, и лишь красная полоска напоминала о ловушке Астрала. По лбу, вискам, текла вода и, собираясь у подбородка, капала на грязную дорогу, превратившуюся в месиво.

Где-то вдалеке ударил гром, и его раскаты прокатились не только над Сарраксом и Арийской империей, но затронули и Винарию. Справа заскрипела и медленно отварилась дверь. Юноша остановился и посмотрел в темноту. Ливень усилился. Обречено вздохнув, он перекинул закрученные в тряпье мечи в левую руку и, посмотрев по сторонам, шагнул в дом.

Окон не было. У противоположной стены стоял стол, а на нем несколько свечей – единственное освещение комнаты. Рядом, на грубо сколоченной лавке, сидела молодая девушка и, глядя на играющее пламя свечи, о чем-то думала. Она не видела вошедшего, даже не слышала его. Фрол устыдился своего поведения и хотел выйти, но зацепился за что-то металлическое и чуть не упал на пол. Девушка вздрогнула и медленно повернула голову в его сторону.

– Кто ты? – еле расслышал юноша ее шепот.

– Я… извините за вторжение, но… дверь открылась, и я хотел согреться, подождать, пока закончится дождь. Но если вы против, тогда я уйду!

Он повернулся к выходу.

– Нет, постой. Ты можешь остаться!

Юноша обернулся.

– Я не имею права просить у вас что-либо, но не могли бы вы дать кусочек хлеба, совсем немного и я уйду.

– Хлеба?

Она медленно встала, изящно подошла к нему и удивленно переспросила:

– Хлеб? Кто ты?

Она обошла его кругом, посмотрела на запекшуюся кровь и нежно провела по алой полосе пальцами.

– Присядь, я сейчас принесу еду!

В смущении он прошелся по комнате, поставил в угол мечи и сел на разбросанные по полу вещи. Странное ощущение охватило его, как будто что-то должно было произойти. Впустить незнакомого! Возможно, она уже побежала за воинами и вот – вот вернется с группой Лерионеров, которые уже давно ищут беглого балаганщика. «Нужно уходить! – думал он. – Зря я пришел сюда. Ничего хорошего из этого не выйдет. Стражники найдут меня… Странная комната. Эта девушка… Комната без окон. Ничего подобного ранее не видел. Ясно одно – это ловушка». Он встал, взял мечи… В комнату вошла незнакомка, держа в руках поднос с едой.

– Ты собрался уходить?

– Да, мне не стоило заходить. Извините!

– Но ты ведь зашел. Наверное, ты тот самый балаганщик, который сбежал не так давно с площади. Я не права?

Фрол замолчал, потупив взгляд.

– Да, это я.

– Не бойся, – она улыбнулась, – я не выдам тебя. В этом мы чем-то схожи.

– Схожи? О чем вы?

– Угощайся!

На подносе лежал хлеб, лук, какая-то похлебка в глиняной плошке и что-то похожее на сало.

– А как же вы? Может это последнее, что есть у вас в…

Она приложила палец к его губам.

– Ш-ш-ш… Не бери в голову, мне хватит.

Юноша пожал плечами, принял поднос и сел, разламывая хлеб пополам.

– Можно спросить?.. Как вас зовут?

Недолгое молчание.

– Аэрис.

Ее голос вдруг огрубел, стал напоминать мужской, интонация исчезла, а воздух наполнился серным дымом. Фрол поднял голову. Ложка с супом выпала из руки и стукнула об пол. Зрачки расширились, дыхание перехватил страх. Он не верил глазам. Былая девушка исчезла, оставив лишь ее образ. Но красота, красота как минимум возросла вдвое. И все же… перед ним стоял вампир, девушка – вампир. За краткий миг юноша вспомнил всю свою прошедшую жизнь: родителей, их смерть, долгое скитание, встреча с Диной, любовь и смерть той, без которой не была смысла его жизни. А теперь пришел его черед, тот момент, которого ждут старики в глубокие седые годы. «Но ведь я молод, мне всего двадцать лет… а Дина… встреча с ней. Умереть? Сейчас? Проклятый вампир. Вот кто истинный порождение ада!» Последнее, что пришло к нему на ум, когда он выплескивал содержимое плошки ей в лицо: «Откуда в Сарраксе вампиры? Откуда они? Это миф!»

Отпружинив от пола, он оттолкнулся от стены и, сделав сальто, оказался за спиной ночной убийцы. Размахнувшись, Фрол хотел ударить ее в голову, но девушка, чья сила увеличилась в десятки раз, легко перехватила его ногу, рванула ее на себя и впилась зубами в шею.

Мир вспыхнул и рассыпался радугой осколков. Теплая кровь потекла по телу, которое расслабилось и превратилось в вату. Он чувствовал, как жизнь уходит из него. Он знал, что не справится с ней. Он отдался судьбе, закрыв на все глаза. Странное чувство рождалось в нем. Юноша обнял вампира и прижал ее к себе. Брызги света разлетелись в его мыслях. Пробуждалось что-то страшное, пугающее, то, что когда-то уже было и то, чего никогда ни с кем не происходило. Обрывки фраз заполнили его сущность.

«Ты стар… ты уже не можешь, как прежде, полновластно владеть… Все мы когда-нибудь уходим в тень».

Голова зашумела, пространство поплыло, наступал глубокий транс.

«Я – вымысел, тот, кого давно не существует. Меня прокляли и обрекли на страдания, но я выжил, смог победить раздирающую внутри боль и… что бы жить… судьба».

Постепенно голос становился четче, яснее, врезался в мозг, словно острый кинжал…

«Да много ли ты знаешь… ты спятил… ты сам сотворил это… жалкое ничтожество. Ты заплатишь за свои слова кровью!»

Голос нарастал, разносился, словно колокольный звон, до боли разрывал слух.

«Тьма трепетала перед моим вздохом. Ад раскрывался передо мной».

«Тебе не следовало появляться!»

«У него темная душа».

Боль сковала тело Фрола. Он уже не чувствовал вампира, который продолжал сосать кровь, совершенно не подозревая о бушующих переменах.

«Тебе не удастся захватить замок!»

«Уходите! Уходите!.. забирай… и уходи…»

«Он не может сражаться в одиночку».

«Он погибнет – это его судьба!»

Юноша закричал и отстранил голову девушки от своей шеи. Вялые руки еле слушались хозяина, но вампир был в удивлении. Его сила не действовала на этого юнца. Она заскрежетала зубами и притянула его обратно.

«Я отдал ее в монастырь, на территории Арийской империи. Должен хоть кто-то остаться… Я помню ее, ту, которая когда-то была… Ты мой сын, сын Лазаря, последнего защитника замка в битве при Горном Королевстве. С рождением, МАГ!

… найди ее…»

Крик усилился. Воздух сгустился. Пламя свечей погасло. Пол под ногами растворился и образовал черную бездонную воронку. Она завертелась, стала сужаться и вырвалась из недр земли. Ужас застыл в глазах вампира. Волна подняла девушку в воздух и выкинула из комнаты. Та проломала бревенчатую стену и шлепнулась прямо в грязь, в нескольких ярдах от дома. Ливень стал уменьшаться. Попав в мир, воронка вдруг поменяла свой цвет на ярко белый и куполом накрыла Фрола. Крик прекратился. Воронка стала сужаться и обрела форму его тела. Слившись воедино, она медленно угасала и вскоре совсем растворилась. Черная дыра затянулась, сжалась в шар и вспыхнула искрой. Юноша лежал на спине и полубессознательно осматривал прогнувшийся потолок, с которого местами свисала солома и мох. Блуждающий взгляд стал затуманиваться, расплываться и вскоре реальность потеряла для него смысл.

Зрение восстановилось самым последним. Все тело болело как никогда ранее. Такое чувство, что пытали палачи всей Арии. Мышц и суставов не ощущалось, а любое их движение вырывало крик боли. Холод усиливался. Дрожь стала пробивать всю сущность. Еще мгновение и плоть превратится в лед. «Откуда такой холод? Что происходит?» Кто-то склонился и посмотрел в глаза. Бледная пелена спала, и пламя стоящих вокруг свечей ударило в очи, чуть не ослепив своим светом.

– Что со мной? Кто ты?

Фрол посмотрел на вампира и обошел, остановившись у ног.

Девушка дернулась, но тотчас скорчилась от боли. Руки и ноги были крепко привязаны к кровати, и даже сила вампира не могла разорвать путы. Здесь явно не обошлось без магии. Она приподняла голову. Обнаженное загорелое тело слабо блестело от падающего пламени. Аэрис дернулась еще раз. Сдавленный хрип вырвался из ее горла и она, в обречении, уронила голову на кучу одежды, заменяющей подушку. Длинные вампирские зубы превратились в человеческие, а из глаз потекли слезы.

– Что ты хочешь со мной сотворить, проклятый колдун?

– Не знал, что в мире существуют Ночные Жители. Ты на многое мне открыла глаза. Я узнал… что-то странное… кто я, кем был мой настоящий отец и кем стал теперь я. Да, благодаря тебе я стал магом, но мне еще предстоит долго искать себя, чтобы полностью понять свое предназначение, но… ты пыталась убить меня и заразила своим ядом. Конечно же, я смогу от него избавиться, но не сейчас. Столько всего произошло за одно мгновение…

– Ты собрался опорочить меня? – зашипела девушка.

– Зачем мне это делать? Ты уже опорочена, с того самого момента, когда зараза поразила твою душу. Позволь спросить: когда это произошло?

– Пошел к черту! Со слугами дьявола я не разговариваю, – она сплюнула, целясь ему в лицо, но промахнулась, и слюна попала ей на ноги. – Мразь!

Фрол развел руками в знак сожаления и вздохнул.

– Ну что ж, это твой выбор. В одном мы с тобой схожи – можем жить вечно, – он вновь обошел кровать, остановившись, на сей раз у головы. – Но в отличие от меня, тебя легко убить, намного легче, чем земляного червя.

– Так всади мне кол в сердце! Чего медлишь?

– Не спеши, еще рановато.

Магия рождалась сама. Не приходилось даже задумываться над чем-то особенным, нужно было только пожелать и… вспомнить?

Он поднял руки к потолку и медленно развел их в стороны. Бревна крыши зашевелились и бесшумно разъехались в стороны. Дождь давно прекратился, и голубое безоблачное небо готовилось к рассвету.

Глаза девушки расширились, дыхание перехватило, она задрожала и тихим срывающимся голосом прошептала:

– Нет!

– Да. Мы не бессмертны, а убить тебя, что может быть проще?

Казалось, сердце стучало в висках. Реальное ощущение близкой смерти не только пугало, но заставляло прикладывать все силы, только чтобы вырваться из связывающих пут. Бледный желтоватый край диска вяло выплыл из-за горизонта. Аэрис завыла, замотала головой, но освободиться так и не удалось. На теле моментально выступил пот. Убогая одежда на постели за считанные минуты пропиталась влагой вампира. Нечеловеческие зубы то удлинялись, то вновь становились прежними. Глаза помутнели и не походили на те серые, которые были ранее.

– Нет!

– Да, – прошептал юноша, почти вплотную наклонившись к ее лицу.

Диск солнца уже наполовину озарил Сарракс. Из носа, глаз, ушей вампира потекла кровь. Она стала захлебываться, судорожно глотая воздух. Тело трясло, и готово было разорваться на части, обагрив фонтаном крови стены и пол лачуги. Фрол неподвижно стоял у ее головы и смотрел вдаль, туда, где зарождалась заря. Девушка пыталась молить о помощи, жалости, снисхождении, предлагала свое тело в обмен на жизнь, но понимала, что это ему не нужно. Из горла стала отхаркиваться кровь и вылетать какие-то жалкие, бессвязанные фразы, даже не фразы, буквы, больше напоминающие лягушачье кваканье. Солнце вышло из-за горизонта и озарило город. Его свет проникал во все мрачные места Сарракса. Почти ничего не было быстрее света, дающего жизнь всему живому и только мысль обгоняла его и не оставляла никаких шансов. Большего здесь и не требовалось.

Фрол только повел взглядом, как над вампиром моментально возник полупрозрачный купол, защищающий от столь губительного солнечного света. Девушка не сразу поняла, что произошло, продолжая биться в агонии, заливаясь потом и кровью. Когда же солнце бледно осветило ее тело, кровь перестала течь из ушей, глаз… а смерть не забрала ее исковерканную жизнь. Аэрис немного успокоилась и, продолжая всхлипывать, посмотрела на юношу. Тот мрачным взглядом проникал в ее глаза, в ее душу, читая ее как открытую книгу. Поняв все, что он от нее хотел, девушка закрыла очи и заскулила, даже не пытаясь сдержать рвущиеся слезы. Они текли, как совсем недавно кровь. Предназначение понятно. Оно пугающе, отвратительно и не достойно человека, стоящего перед ней. Что-то теплое опустилось ей на голову, окутало мягкостью и утонуло в ее разуме. Мысли исчезли, все затуманилось, и тело провалилось в бездну. «Проклятый маг. Ненавижу, ненавижу тебя!»

Резко открыв глаза и сморщившись как от удара, Аэрис поняла, что с ней ничего не произошло, она по-прежнему жива и сидит за столом, напротив мага. Рядом стояли всевозможные кушанья, одно из которых около нее и несравненным ароматом заставляло ощутить всю сладость вкуса. Фрол оторвался от своей плошки и посмотрел на девушку. Та опустила взгляд и осмотрела новую чистую одежду, «неизвестно» как появившуюся на ее теле.

– Ты пожалел меня? Зачем? – тихий голос не выражал никаких эмоций.

– Брось, ты все прекрасно знаешь.

Девушка зашипела, но быстро подавила свой гнев.

– Ты хочешь, чтобы я помогла тебе выбраться из города!

– Правильно, но я ухожу, чтобы вернуться.

Она удивленно вскинула брови.

– Зачем?

В голове моментально закружились картинки: балаган, площадь, Дина, Астрал, смерть любимой, обещание вернуться…

– Ты глупец! Даже будучи магом, ты не в силах справиться с Сарраксом. Ты один. Нужна армия.

– Нет, достаточно убить епископа.

– Одному никогда не удастся этого сделать.

– Не забывай, что у меня появилась ты…

Вампир отвела голову в сторону и еле сумела сдержать гнев и жажду броситься на него и разорвать горло.

– Ты сама знаешь, что этого никогда не сделаешь. Смерть придет быстрее, чем сможешь даже присесть для прыжка.

– Ты думаешь только о мести. Это убьет тебя.

– Кто-то когда-то уже говорил подобное.

– Ты только – только обрел силу, даже не знаешь, как ей воспользоваться… Святая церковь борется не только с нами – вампирами, она ищет таких как вы – маги, черные маги. Да и белых она давно забыла почитать. Вера ушла при первой войне с магами 1120 лет назад. В последний раз о них слышали многие десятилетия назад, в битве при Горном Королевстве. Но сейчас это место лежит в руинах. Ты хочешь, чтобы с тобой произошло подобное?

– Ты мне не мать.

– В каком-то смысле я тебя породила.

– Не забывай, от этого можно избавиться.

– Но ты этого не желаешь.

Она замолчала, тяжело вздохнула и спросила:

– Хочешь сказать, у меня нет выбора?

– Уже давно.

– Ты безумец!

– У каждого в сердце живет свой дьявол.

– Но я не смогу выжить днем, под лучами солнца.

– Забудь, Дитя Ночи, я сделаю твое нежное тело невосприимчивым к этому явлению, но не надейся, что моя сила безгранична. Я познал только крупицу, открыл мельчайшую часть. Все остальное придет со временем. Годы, века… познание может длиться вечность.

Она вновь замолчала, опустила голову и закрыла глаза.

– Что ж, тогда скоро выходим.

«Проклятый маг. Ненавижу, ненавижу тебя!»

На улице они появились поздно ночью, когда младенческая луна отчетливо вырисовывалась на черном фоне. Запах откуда-то появившейся гари разъедал легкие, заставляя каждый раз морщиться при вдохе. Никого не было. Жалкий район. Люди, живущие здесь, давно попрятались по избенкам, не желая встречаться со стражниками Ангела.

– Ангел является наместником Нейруса, что позволяет ему командовать войском Сарракса, но настоящую власть здесь, конечно же, представляет Астрал. Именно он и есть оплот зла в этом городе.

– Ангел… странное имя для человека.

– Да, когда я впервые появилась в этом городе, мне тоже это показалось неправдоподобным, но вскоре я поняла его предназначение в замке. Он слишком добр, слишком… для наместника. Этим-то и воспользовался Астрал. Не знаю, как, но ему удалось подчинить Ангела и взять власть в свои руки. На первый взгляд все идет так, как и должно, но лишь считанные единицы знают всю правду. Это возрождение церкви в новом обличье, страшном…

– Таких мало. Большинство придерживаются истинно святых обычаев.

– Большинство, но не все.

Одна длинная улица тянулась много кварталов. Если бы кто-то знал об их присутствии, ловушка захлопнулась, и никто не смог бы им помочь. Наконец, дошли до первого перекрестка. Запах гари усилился. Непонятное чувство тревоги возрастало. В городе явно что-то происходило, скрытое, спрятанное от чужих глаз.

Неуловимый визг повис в воздухе, и только вампир, со своим идеальным слухом первой поняла недоброе и, схватив за руку Фрола, потащила к какому-то домишке. Откуда-то появились люди, такие же оборванные, как и сам юноша. Не совсем понимая, что происходит, он последовал примеру Аэрис и попытался открыть дверь.

– Кто это?

– Подземные. Они проникают в город извне, через лабиринты. До сих пор я никогда их не видела. Даже вампиры иногда боятся! Они считаются…

Две пары рук пробили массивную дверь и затащили людей вовнутрь. Темнота окутала со всех сторон. Что-то тяжелое обрушилось на голову Фрола. На стене вспыхнул факел и озарил комнату. Уже падая, он сумел рассмотреть туманящимся взглядом троих странных существ и еще двоих, стоящих в темном углу, которые считали, что их никто не видит. Упав, он подумал о Лазаре: «Что бы он предпринял в подобной ситуации?» Заклинание рождалось само. Голова болела и не могла даже пошевелиться, зато сознание оказалось полностью восстановленным. «Странная магия. Я даже не знаю, как ей управлять. Что же мне с ней делать?»

Существа оказались невысокого роста. Самый крупный из них доходил Аэрис до плеча. Чем-то они напоминали человека, но все-таки не являлись ими на самом деле. Приземистые, сгорбленные, лысые, покрытые не то чешуей, не то шерстью… Они не имели глаз, но, тем не менее, все прекрасно видели. Говорили тихо, почти не шевеля губами и только изредка, от большого волнения, юноша понимал их фразы выкрикнутые тем или иным существом. «Аэрис наверняка знает все, о чем они шепчутся. Скорее всего, эти нелюди собираются употребить нас в пищу». Еще двоих Фрол заметил только через довольно долгое время. Те находились у него за спиной и держали за руки девушку. «По-видимому, они обладают довольно приличной силой, раз способны удержать вампира без оков, или она еще не раскрыла свою вторую сущность?»

Один из троицы закончил разговор и подошел к Аэрис. Кто-то что-то выкрикнул, но тот не обратил на это внимание. Одним движением руки он разорвал на две половинки ее длинный кожаный плащ и хлопковую рубашку, выставив на обозрение своим собратьям полуобнаженное тело вампира. Существо кивнуло головой и провело влажной липкой рукой от подбородка до живота, оставив блестящую прозрачную полосу, напоминающую желе. Изо рта высунулся длинный змееподобный язык, который лизнул оставленную жидкость. Девушка даже не отвела взгляда.

Она смотрела на существо туда, где должны были находиться глаза. Вампиру было все равно, что в данный момент случиться с телом. Рассвет далеко, а убивать ее, эти полулюди, похоже, не собирались.

Грязная рука потянулась к груди. Она наклонилась чуть вперед, улыбнулась ему и впилась в шею, откусив хороший кусок плоти. Существо завизжало, схватилось за рану и отпрыгнуло в сторону. Девушка перехватила руки своих охранников и резко вскинула вверх. Раздался хруст, и она, сжимая оторванные кисти, оказалась освобожденной. Двое ринулось было вперед, но, открыв рты, остановились. Кожа с левой стороны взбугрилась, вздулась… затрещали кости и их сердца, переваренные в кашу, брызнули из тела. Фрол тяжело вздохнул. Из носа потекла кровь, и он потерял сознание. Те, кто стояли в тени, поняли, что пришел их черед и, выхватив тяжелые ножи, ринулись на вампира. Девушка прыгнула вперед и выбила у одного оружие. Другой замахнулся, но она схватила его за локоть и вгрызлась в руку. Кровь брызнула в лицо. Существо дернулось, пытаясь высвободиться. Вампир притянула его к себе и легко сломала шею.

Лезвие вошло в плечо и провернулось, разрывая мышцы. Она позабыла о все еще живом получеловеке. Он подобрал нож и целился в позвоночник, но не рассчитал скорости движения Аэрис. Она вскрикнула и повернулась. Прежде чем умереть, существо сумело полоснуть ее по спине и распласталось на полу с пробитой грудью.

В дверном проеме показался подземный лучник. Засвистела стрела… Фрол, подняв руку, отшвырнул девушку в сторону, а второй, заставил раздробиться хрящ горла нападающего. Хрипя, тот упал и затих. Юноша попытался встать, но понял, что не сможет этого сделать.

Магическая иллюзия двери моментально возникла на месте разбитой. Элементарный отвод глаз – единственное, что он смог сделать без боли. Отдышавшись, он подполз к девушке. В животе торчала стрела, странная, не похожая на людскую. С висков Аэрис текла кровь. Она была бледна и… не дышала.

Фрол взял ее за руку. Пульса не было. Что-то накатило на него и застряло в горле. Вырвался слабый стон. Он погладил ее волосы и от злости ударил кулаком об пол. Стрела разлетелась пылью, липкая жидкость поднялась прахом, тело девушки дернулось, послышался хрип, и она приподняла голову.

– Слава Всевышнему, ты жива!

– Разве ты не знаешь, вампира невозможно убить простой стрелой, только если отрубить голову или разорвать сердце.

– Не знал, извини.

– А ты ничего, – сморщившись от боли, она все же встала, – сумел их удержать. Да и отвод не плохой. Троглодиты сюда не сунутся.

– Троглодиты?

– Да, эти существа. Все их так называют.

Найдя пыльное зеркало, она провела по нему рукой, и пристально посмотрела.

– Твари. Неделя пройдет, прежде чем зарастет.

Сознание помутнелось. Мир померк и упал.

Рядом что-то звякнуло о камень, и во все стороны разлетелись искры, одна из которых коснулась щеки и заставила ее дернуться. Глаза медленно распахнулись. Расплывчатая реальность никак не могла обрести очертания, пугая своей мутной грязью. Наконец, спустя довольно продолжительное время, зрение восстановилось, и юноша смог осмотреться. Он лежал на улице, на дороге, на камнях. Холод окутал его, и дрожь стала пробирать тело. В ярде – три мертвых существа, с распоротыми животами и вывернутыми внутренностями. Мага чуть не стошнило, когда он увидел Аэрис, которая склонилась над трупами и упивалась вкусом крови.

Заметив очнувшегося балаганщика, она закончила возиться с тушей, и подошла ближе.

– Разве вампиры могут пить кровь мертвых? – с хрипом выдавил он.

– Разумеется. С одной лишь оговоркой – не человеческую. У вас, людей все намного сложнее, чем у низших падальщиков, подобно этим.

– Так почему же вы живете среди нас?

– Вы не так агрессивны и легко доступны.

Девушка, словно пушинку, вскинула его на плечо и двинулась вперед.

– Не удивляйся, – бросила она. – Я ведь вампир и сил мне даровано больше, чем любому смертному.

– Мечи! Ты забыла мечи!

– Нужны мне эти железяки! – фыркнула она.

Аэрис шла спокойно и быстро, постоянно озираясь по сторонам и прислушиваясь к шуму, доносящемуся с соседней улицы. Она что-то чувствовала, зала, но не говорила об этом юноше. Они явно пытались от чего-то убежать, спрятаться. Фрол никак не мог решиться спросить ее об этом. Он уже собрался заговорить с ней, но девушка перебила его:

– Они нашли трупы. Если не поспешим, скоро нас догонят.

– А городская стража? Разве они не…

– Стража? Очнись! Я живу здесь восемнадцать лет, и они еще ни разу не вмешались в происходящие здесь дела.

– Как могло произойти, что в Сарраксе стали твориться такие дела? Куда смотрел наместник императора, когда появились эти твари?

– Сарракс – пограничный город и если бы ангел дал отпор, война бы шла и поныне. Император Арии поступил умно, хотя и жестоко. Он создал то место, где ты нашел меня и заселил туда отбросы общества. С подземными был заключен договор, по которому они не нападали на весь Сарракс, а довольствовались только этим жалким куском. В свою очередь городская стража и воины Ангела не препятствовали троглодитам и не вступали с ними в схватку. Им досталось только это место: всеми забытое, жалкое, ничтожное. Ты, наверное, думаешь, как это могло произойти? Могло! При первом появлении в городе, их армия насчитывала более двадцати тысяч особей. Нейрус предпочел не ввязываться в войну, а обойтись дипломатией. Он не учел одного – с каждым месяцем они убивают все больше, а жители, пусть и нищие, не владеющие оружием, все же пытаются защитить себя. Дипломатия уже трещит по всем швам. Еще год – два и Сарракс вырежут как домашний скот. Они сумели прорыть ходы под городом, тянущиеся с далекого севера через исполинские горы и Великую пустыню. Завяжись война, их бы не остановил никто.

Юноша долго молчал.

– Куда ты меня несешь?

– В тоннели троглодитов. Это единственное место, через которое мы сможем выбраться из Сарракса. Стража не выпустит нас без боя. Для тебя прорыв ворот может оказаться последним, да и я изрядно пострадала. Нужно залечить раны!

– Ты хочешь спуститься в подземелье? Но это же самоубийство. Если верить твоим словам, их там насчитывается тысячи.

Юноша явно оказался в растерянности. Не нужно было смотреть ему в глаза, чтобы догадаться о его состоянии – голос говорил за хозяина сам.

Опусти меня на землю! Я пойду сам.

– С твоим ослабевшим организмом мы будем добираться неделю. Я донесу тебя до входа в пещеру, а там… посмотрим.

Она перешла не бег и, пропетляв между домами с четверть часа, направилась к одному из них. Выбив плечом старую слабую дверь, Аэрис просто влетела в обветшалый домишко.

– Где-то здесь должен быть…

Гнилая солома трухой рассыпалась под ногами, обнажив черную бездну, и они полетели вниз. Падение длилось недолго. Всего каких-то десять ярдов было до пещер троглодитов. Фрол упал удачно, не повредив практически ничего, если не считать растяжение связок, а вот вампиру повезло меньше. Она не только сломала себе ногу, но и распорола острым камнем бок.

Выругавшись сквозь зубы, она перекатилась на спину, и устремила взгляд в пустоту провала, откуда еще продолжала сыпаться солома. На лбу девушки выступила испарина. Капли пота катились от висков к ушам и впитывались в пыльную каменную дорогу.

– Теперь нам точно не выбраться из лабиринта, – девушка делала над собой огромные усилия, чтобы не завыть. Даже будучи вампиром, она продолжала чувствовать боль во всех ее проявлениях.

Юноша поднялся, держась за грубую влажную стену и медленно, осторожно подошел к Аэрис.

– Я вижу твое плачевое состояние, но нам не следует здесь задерживаться. Настала моя очередь нести тебя, – горло моментально пересохло, и он закашлял. – По-видимому, это оживленная дорога. Она истоптана следами, ведущими как в одну, так и в другую сторону. Похоже это копейщики – маленькое круглое древко на песке. Вопросом остается только одно: где выход?

Он немного отдышался и присел около девушки.

– Тебе придется одному выбираться из пещер. Я уже не пригодна для перехода, а спрятаться и переждать здесь негде. Это чужой мир и здесь мы только гости, – она приподнялась на дрожащей руке и, закрыв глаза, попыталась унять боль. – Ступай. Что же ты стоишь, глупец? Ступай!

Свист спущенной тетивы заглушил ее тихий голос, и стрела пробила позвоночник, выйдя из грудной клетки двойным наконечником. Кровь струйкой вырвалась изо рта и слилась с грудной. Застывшим взглядом она посмотрела на рану и вновь упала не песок, устремив пустые глаза к своду пещеры. На сей раз навсегда… навсегда… «Проклятый маг. Ненавижу, ненавижу тебя!»

Стрелявший не знал, кто перед ним находится. Тот видел только человека, грубо переступившего порог его дома и осквернившего жилище. Он должен быть немедленно убит, а пепел, в дань богам, развеян прахом.

Юноша сложил вместе руки. Из носа струйкой потекла кровь. Раздался визг, и тело троглодита разорвало как глиняный кувшин, упавший на пол. «Черт бы его побрал, теперь нам точно не выбраться отсюда!» Он опустился на колени рядом с девушкой. Кровь еще больше избороздила его лицо. «Почему именно сейчас? Почему ты не помог нам, Господи?» Фрол ударил кулаком о камень и стрела, засветившись бледно-желтым цветом, разлетелась пылью, осыпав тело Аэрис. Он тяжело вздохнул и разорвал тишину глубоким кашлем. «Нужно убираться… нужно убираться! Ты сможешь! Сможешь!» Одним резким движением он встал с колен и поднял на руки девушку. Юноша не слышал ее дыхание, только кровь, одна сплошная кровь, пропитавшая всю одежду.

«Мечи…еще и мечи».

Выбрав наугад маршрут движения, Фрол стал спускаться во тьму подземелья. Пока что никого не было видно, но это пока. Он знал, что вот-вот должны появиться новые твари и тогда они просто задавят численностью. «Нужно убираться… нужно убираться!» Мысли раскалывали мозг, отчего никак не могло прийти решение выхода из этого места.

Где-то через милю, он не выдержал и опустился на камни. Ноша, казалось, налилась свинцом и уже не была такой легкой как раньше.

Шаги! Сотни, десятки сотен! Фрол кое-как отполз за громадный валун и с замиранием сердца стал ждать. Скоро показались первые воины – троглодиты. Они не бежали гурьбой, как дикари, на пленение чужака. Напротив, они шли так медленно, как будто ничего не произошло и все идет в русле их повседневной жизни. Когда последний из тварей миновал укрывшегося мага, тот осторожно выполз из-за камня и, осмотревшись, продолжил путь вниз. Какое-то внутреннее чувство подсказывало, что эта та самая, нужная для спасения, дорога.

Прошло довольно-таки долгое время, прежде чем он осознал что-то нехорошее в происходящем. Его никто не преследовал и не искал. Тяжело дыша, обливаясь потом и кровью, он старался замечать все, на что падал его взгляд. Не могло такого быть, чтобы его отпустили безнаказанным, и вскоре Фрол в этом убедился.

Озеро! Он спустился почти на дно пещеры и только вдалеке, на противоположном берегу, виднелась небольшая узкая тропинка, по которой, как показалось юноше, никто не ходил. «Странно, что бы это все значило?»

Две стрелы. Они пролетели всего в каких-нибудь нескольких ярдов от него. Ловушка захлопнулась! С большим опозданием к нему пришло понимание того, что это не вода, а кровь. Самая настоящая кровь! И она была живой!

Он бережно опустил девушку и повернулся в сторону напавших. «Два десятка. Они осознанно загнали меня сюда. Когда же появятся остальные?» Руки сложились в молитве. Левая ладонь поднялась вверх и сжалась в кулак. Старое, не раз испытанное Лазарем заклинание. Послышался хруст ломающихся ребер и двадцать сердец, как песок, прошли сквозь пальцы мага.

Пикинеры. Они вернулись! Появились изогнутые в неправильную форму, луки…

«Почему все это происходит со мной?» – голова упала к груди и не хотела смотреть в глаза смерти.

«Потому, что ты мой сын! Как же ты этого не поймешь?»

«Мне не нужен такой отец!»

Крик боли вырвался из груди юноши. Он поднял руки высоко вверх, развел в стороны, запрокинул голову и забормотал что-то непонятное

Даже для него самого. Заклинание рождалось как выученные строки священного писания. Из одной ладони в другую ударила молния и стала набирать свою губительную, для всего живого, силу. Он скомкал энергию в шар и, убрав левую ладонь, вогнал его в камни. Узкая тропинка пошла трещинами, а в некоторых местах провалилась, распахнув пугающую бездну. Камни крошились и разлетались как стекло. Многих тварей поглотили недра, испугавшись своего покоя и открыв двери в святилище. Других просто размазывало о камни, стирая даже память об их существовании. Третьи, будто повинуясь магу, сами рассыпались прахом вместе с оружием и доспехами.

«Мечи… их нужно оставить! Я не смогу их нести!»

Голодная смерть не долго странствовала по подземелью. Скоро настал и ее час уходить в свой мир. Дикие голоса умирающих утихли, и тишина вновь окутала пространство. Кровь уже текла из ушей и готова была вот-вот вырваться из глаз. Из последних сил, он поднял девушку и, шатаясь, шагнул в озеро.

Вспышка. Еще одна… Кто-то очень древний жил здесь и не желал присутствие никого другого. Взору Фрола моментально предстали десятки картин пыток и казней – самых зверских и мучительных. Кто-то как будто говорил, что произойдет, если он не уберется из этого места.

Глаза. Они появились, словно из ниоткуда и только магическое зрение мага могло видеть и наблюдать за их перемещением. Сюда никогда не ступала нога никого из живых. Вспышка. Он понимал, что может умереть, но позади вновь послышался топот десятков ног и он решился, но прежде…

Фрол закрыл глаза и, переводя дыхание, сел на колени, все еще продолжая бережно держать девушку. Когда первый порыв тошноты прошел, и кровь перестала капать из носа, юноша встал и, собравшись с духом, шагнул в алое озерцо, которое никак не могло просочиться сквозь камни к недрам земли. Идя по щиколотку в крови, он чувствовал ту боль, которую пережили троглодиты перед смертью, она как будто принадлежала ему. Маг видел пустые бездонные глаза, смотрящие извне. Они непонимающе рассматривали его сущность, будто спрашивая: «Как ты выжил? Почему не умер вместе с ними?» Глаза не понимали, что этот именно он, маг, сотворил хаос, одним взмахом руки прервав жизни десятков душ. Да, тела, возможно и являлись отбросами, предназначались сеять страх, разорение и смерть, но души… они всегда остаются данными свыше, независимыми ни от кого.

Плечо дернулось от жгучей боли, но разум был еще полностью занят глазами. «Кто они? Чего хотят?» Мир вспыхнул яркими огнями и растворился, явив взору ужасную реальность.

Озеро крови осталось позади. Юноша вздохнул и повернулся. Мучение десятков душ навсегда врезались в память и уже никогда не забудутся, даже если его разум покинет это тело.

Стрела! Взмах рукой. Ничего! Время остановилось и растянулось до бесконечности. Магия. Она исчезла! Фрол сглотнул подкативший комок и с ужасом взирал на медленно приближающийся тройной наконечник. Быстрое, резкое, в стиле уличного акробата, отклонение в сторону. Стрела царапнула щеку, но прошла мимо. Юноша переложил тело вампира на плечо и скрылся за поворотом.

Выход. Он белел спасительным светом, что придало сил магу, и тот несколько ускорил свой бег. Десять ярдов. Сто. Пятьсот… Теплый ветер близящегося к вечеру дня, ударил в лицо и заставил глубоко вздохнуть. Далекое пение птиц приковывало слух, но сейчас главным было подальше отойти от пещеры.

Подняв глаза на небольшой склон, через который следует пройти, юноша только здесь заметил торчащую в правом плече стрелу. Останавливаться из-за этого сейчас было бы чистым самоубийством, и он поднялся на пригорок. Положив вампира у раскинувшего ветви многовекового дерева, Фрол взялся за стрелу, и сломал наконечник. Вырвав древко и отбросив в сторону, он поднял глаза.

Трое. Они стояли невдалеке, держа длинные двуручные мечи. Юноша обернулся к входу в пещеру. Погони не наблюдалось, да и вряд ли она появится. Озеро крови не пропустит через себя ни одного живого. Еще неизвестно как сам маг прошел его. «Значит, эти трое охраняют вход. Дозорные? Непохоже. Что-то их очень мало. Охрана? Да нет же!»

Фрол откинул в сторону рваную грязную ткань и поднял мечи. Троглодиты стали подходить, начиная медленно раскручивать клинки. «Как долго я не держал их в руках». Первый выпад. Стражник махнул мечом на уровне головы, со свистом разрезая воздух. Юноша еле увернулся от столь быстрого нападения, закрываясь от правого клинка. Третий троглодит крутанул мечом, опуская его на голову. Защита. Взмах. Уклонение в сторону. Воин пещер опустил меч вниз, намереваясь разрубить плоть по диагонали от ребра. Клинки столкнулись, рассыпая сноп искр. Второй меч взметнулся вверх. Фрол обернулся вокруг себя. Сталь разрубили шейный позвоночник, и слепая чешуйчатая голова упала к ногам. Двое оставшихся напали одновременно. Сверкающие мечи, как мельницы, запорхали, затанцевали почти у самого лица и, наращивая темп, стали приближаться. Выпад. Два. Юноша закружился, отбивая сыпавшиеся удары, ища слабое место, пытаясь предугадать движение противника, оказаться первым. «Магия! Почему она исчезла? Что с ней случилось? Где она?» Удар. Еще. Первый меч сделал полный круг. Второй опустился на голову. Защита. Попытка пробить снизу. Ничего. Четыре клинка столкнулись, разошлись… Вновь нападение. Дугообразное движение. Укол. Защита. Полный оборот. Темная кровь брызнула в лицо. Воин взвизгнул, дернулся и рухнул на девственную траву.

Последний троглодит прыгнул вперед, пытаясь разрубить голову. Быстрая защита. Рука дернулась. Мышцы напряглись и чуть не порвались от вложенной силы. Сталь не выдержала и рассыпалась острыми осколками. Троглодит поднял морщинистое лицо, оскалил зубы и прыгнул. Меч сверкнул в бледном закате и по самую рукоятку вошел в плоть воина. Слабеющие руки схватили Фрола. Выдохнув зловонием, подземный медленно осел на землю.

Юноша вытер пот, осмотрел оставленные кровоподтеки, отбросил обломанный эфес и направился к Аэрис. Высоко в небе раздались раскаты грома. Девушка, все еще без сознания, по-прежнему сидела у дерева, уронив голову на грудь. Проведя пальцами по щеке, он уже собрался взять ее на руки, как услышал странный шум.

Пещера. Она как будто ожила. Троглодиты! Их было, не пять и не десять. Сотни! Они выбегали из пещеры и направлялись прямо к магу. «Нет! Господи, почему? За что?» – закричал он, упав на колени и склонив голову.

Раскат грома повторился, но с удвоенной силой. Молния ударила рядом с Фролом и окутала белой переливающийся сетью. Земля вздрогнула, приподнялась и волной поплыла к входу в пещеру. Взрыв потряс округу. Громадные камни, как солома, крошились и превращались в пыль. Обвал похоронил всех, минувших озеро смерти. Новые, метающиеся в агонии души, забрали себе глаза. Они вновь устремили свой взор на теперь уже лежащего на траве юношу.

Глубокой ночью, мутные, кровоточащие глаза открылись и посмотрели на окружающий мир. «Нужно идти. Нужно обязательно идти! Не следует оставаться у логова подземных. Завал остановит их только на время. Месть только усилилась». Он попытался встать, но ноги плохо слушались хозяина. Шатаясь, полусогнувшись, юноша сделал несколько шагов к девушке, упал на колени и взял на руки. Болезненно сморщившись и заставляя себя не упасть, он медленно побрел прочь, с безразличием относясь к тому, куда придет. Виднеющийся впереди лес мог бы послужить неплохой защитой, однако сил, чтобы дойти до него потребовалось гораздо больше. Только к утру, он нашел подходящее место для отдыха.

Они расположились на небольшой полянке, с журчащим чистым ручьем, в тени высоких, раскачивающихся от летнего ветерка, деревьев.

– Тогда я считал, что ты уже никогда не откроешь глаза. Признаюсь честно, о вампирах я мало что знаю. В основном, это детские мечтания и грезы о приключениях. Я очень испугался, когда ты перестала дышать. В тот момент я забыл, что ты вампир и тебе требуется лишь время, для того, чтобы прийти в себя. Сама говорила: «Вампиров не так-то просто убить!» Но мы прошли все это. Ты жива. Жизнь не закончена, она только начинается.

Под большим деревом, в тени, было достаточно прохладно, чтобы вести непринужденную беседу и, выслушивая друг друга, отдыхать. Раны более- менее затянулись, тело окрепло, но пережитый кошмар надолго осядет в памяти.

Девушка опустила голову.

– Твой рассказ заставляет содрогаться, и я бы никогда в него не поверила, если была бы обычной смертной и не знала что ты маг. Но ты – МАГ. Я чувствую боль земли, ее недр… Это ужасные известия, Фрол. Тем не менее, ты перевязал мои раны! – она немного приподнялась. – Чистая одежда… Где? – в ее глазах застыло удивление.

– Я наткнулся на покинутый лагерь, когда мы добирались до этого места. У меня возникло чувство, что лагерь был брошен совсем недавно… из-за костра… он был потушен, но теплые угли говорили, что с этого места ушли совсем недавно. Разбросанные вещи, оружие… они собирались в спешке. Трупов не было, значит, это не набег. Многочисленные следы от колес, вот, что я там увидел. Кто бы там ни был, но они бежали, бежали все, а лагерь, хочу сказать, не маленький.

– Дай мне свою руку! – не поднимая головы, попросила она.

– Что?

Аэрис взяла его за кисть, поднесла к губам и поцеловала.

– Спасибо!

Юноша медленно отстранился и повернулся к девушке спиной.

– Я просил тебя провести меня только за стены замка, но теперь не смогу отпустить, даже если бы захотел. Ты слаба и наиболее уязвима! Я привык к твоему присутствию. Ты ранена и пока не поправишься, я не оставлю тебя!

– Я не понимаю твоего изменения ко мне. При первой встрече с настоящей мной, ты хотел убить, но добиться своей цели. Что произошло? Почему такие резкие изменения?

– Лазарь! Он мой отец. Вся его злоба, месть, ненависть к этому миру выплеснулась наружу и закралась в мою душу. Он был Черным Магом, но я не буду придерживаться его взглядов. Мне предстоит многое сделать, чтобы очиститься от Его зла. Меня вдруг захватила черная бездна смерти. Прежняя жизнь умерла с гибелью балагана… Дины… но и тьма не сможет окутать плащом. Я буду бороться с наследием Лазаря и если не сумею изменить сторону зла на добро, придется покончить с жизнью, потому, что такая страшная сила не должна ворваться в мир, в наш общий мир!

– Нет! – вскрикнула Аэрис, поднимая голову, – Только не смерть! Ты… так много сделал для меня. Я стала почти… человеком, – она попыталась встать, но боль во всем теле швырнула ее обратно, – Ты заботился о моем теле, умыл, перевязал раны… Никто никогда в жизни не делал и малой части того, что пришлось тебе. Мне нечем отблагодарить тебя, разве что…

– Нет!

Юноша повернулся и присел около девушки. Та вновь опустила голову, но он приподнял ее за подбородок и заглянул в глаза.

– Нет! Послушай меня. Я не знаю, сколько тебе было лет, когда тебя превратили в Дитя Ночи, я не знаю, сколько тебе лет сейчас, но, тем не менее, ты остаешься вампиром, а у вампира и у человека не могут быть никаких отношений.

– Но…

– Даже в виде игры. Я могу вернуть тебя в человеческую жизнь, но не в ближайшее время. У меня почти нет сил. Пещера забрала все, что могла.

– Я не хочу…

– Нужно как можно быстрее добраться до подгорного королевства Кси-Кси. В лесах много грабителей и убийц. Ты очень слаба, а моей магии не хватит на нас двоих. В любом случае кто-то пострадает.

Девушка отвела голову в сторону.

– Я не смогу идти, – тихо произнесла она, – Извини!

– Я знаю.

Они спустились вниз по склону к небольшому каньону и посмотрели по сторонам. Дорога. Она, изгибаясь, шла от Сарракса куда-то в сторону, по-видимому, к другому замку. «Глупые люди, – врезалось в голову Фрола, – неужели они не предполагают о легкой засаде, которая так удачно получится именно здесь. Астралу это не нужно. Этот фанатик живет только мыслями искоренить всех еретиков, даже если они обычные цирковые балаганщики».

Наступившее недавно утро разбудило птиц, и теперь их пение разносилось над лесом как что-то божественное, дарованное свыше. Можно было заслушаться удивительными трелями, но путники пытались как можно быстрее добраться до Кси-Кси. Девственное небо пока еще не затянуло тучами, и солнце уже стало согревать землю, заставляя все распускаться и стремиться к жизни.

Деревья, с громадными, великолепными кронами, размещали в своей листве разнообразных забавных зверушек, которые испуганными глазами провожали усталых путников, идущих, как казалось, в близлежащее королевство.

Каньон тянулся и петлял внизу, маня ровной дорогой, поросшей травой и цветами. Глядя на него сверху, создавалась иллюзия, что там многие годы никто не ходил. Ни следов ног, ни узких полосок от повозок не наблюдалось, как ни вглядывался Фрол, впервые увидев это место.

Он не стал подбирать мечи, понимая, что не сможет нести еще и их, тем более что оружию троглодитов совершенно не доверял, считая их неправильными и не имеющими никакого смысла в грядущих битвах. Юноша продолжал нести Аэрис на руках, а та, обняв его за шею и, закрыв глаза, прижималась головой к плечу, стараясь мысленно передать что-то Фролу. Он не обращал внимание. Что-то изменилось в этой девушке. Она, казалось, стала понемногу раскрывать душу и впускать в свой мир уличного акробата, случайно завернувшего в ее скромное жилище.

Ясные безоблачные дни сменялись черным покрывалом ночи, но шпили Кси-Кси так и не появлялись на горизонте. Фрол не на шутку забеспокоился, когда полторы недели перехода осталось позади.

А вокруг сплошной лес. Постоянные спуски и подъемы надолго лишали сил, и на прохождение этой местности приходилось затрачивать намного больше времени, чем было запланировано ранее. Когда же стало очевидно, что выхода из царства Леса не будет, юноша остановился и прислонился к дереву.

– Я не знаю.

Они почти полностью излечились за время долгих стоянок. Аэрис уже довольно бодро могла бегать, а Фрол, хотя полностью и не орел чувствительность к магии, но зато исцелился внешне. Раны от стрел быстро затянулись, что свидетельствовало об определенной расположенности к магии, но все равно, до полного обновления было еще далеко.

За время перехода они мало чем питались. Во-первых, у юноши не было подходящего оружия для охоты, если не считать собственных метательных ножей – последней памяти о балагане, Дине… Во-вторых, после тяжелой дороги сквозь лес, он просто опускался на землю и засыпал на голодный желудок, совершенно не заботясь о том, что утром будет страшно мутить и сжимать все внутренности. Особая радость наступала, когда они случайно натыкались на поляну с дикими ягодами. Положенное еще изначально заклятье на вампира, делала ее почти человеком, способным питаться человеческой пищей, но при этом оставаясь Дочерью Ночи. Аэрис, отвыкшая от земной еды, упивалась разнообразными вкусами, смакуя каждую ягоду.

К концу недели, когда небо затянули серые тучи, а над лесом повисла пелена тумана, он понял, что допустил ошибку. Это не был путь до Кси-Кси и впереди не лежал замок. Он не знал, что находилось впереди.

Юноша остановился и прислонился к дереву.

– Я не знаю!

Девушка взяла его руку и поднесла к губам.

– Даже если эта дорога не до подгорного королевства, мы все равно рано или поздно выйдем к какому-нибудь замку. В лучшем случае, мы встретим караван. Нам помогут! Не стоит терять последнюю надежду. Нам и так досталось в последнее время. Не разрушай сладкую мечту.

– Нам никто не поможет!

Глаза вампира расширились и изменили цвет. Лицо обрело идеальную форму, а голос огрубел до мужского.

– Здесь кто-то есть! Они наблюдают за нами!

– Подземные?

– Нет, они бы не зашли так далеко от своих пещер. Это обычная плоть: кости, мясо, кровь…

Голова Аэрис медленно повернулась в сторону.

– Они там!

Дальние кусты зашевелились, раздался треск ломающихся веток и стрелы… три…

– Как жесток этот мир. Нас как будто специально рождали для того, чтобы в последствии убивать по несколько раз в день!

Девушка сделала шаг вперед. Резкий, быстрый взмах руками… Две стрелы оказались пойманными, третья пролетела мимо, пробив насквозь и там же застряв, маленькое деревце.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.