Джейн Корос
Любовь и ненависть – Фавн. Роман в рассказах

Серия «Книжки в книжке»

© КнигИздат, 2022

© Джейн Корос, 2022

Предисловие

Что такое предательство? Как описать его с точки зрения морали и нравственности? Эти вопросы я стала задавать, когда меня предали самые близкие люди после смерти моей любимой мамы. Это, прежде всего, все мои родственники и так называемые друзья. Именно это обстоятельство побудило написать этот роман и донести всем свое видение мира. Все пытались меня раздавить, уничтожить во мне все человеческое и доброе, искалечить мою душу и перекроить ее под свою гнусную систему координат. Но я еще жива и пытаюсь, как-то выжить в этом безумном мире. Эта история, которую я собираюсь поведать вам, мои дорогие читатели, не обо мне, а дружбе двух друзей, еще с раннего детства, и как эта дружба превратилась в ненависть и предательство. Мне все говорят о каких-то вечных истинах, и всю жизнь я слышала ложь от тех людей, которых я почитала и считала своими. Мне лгали и врали насчет счастливой жизни, беря от меня все и ничего не предлагая взамен. Я стала как колодец, из которого только пьют, но я решила сломать этот порочный круг своих взаимоотношений с этими людьми, которые только брали и много обещали, а на самом деле оказались самыми настоящими предателями. Я их простила, хотя в моей душе поселилось отчаянье. Я могла бы их всех придушить за то, что они сделали со мной, но я вовремя остановилась и подумала, что сама жизнь отплатит им за это предательство и ложь. Я обратилась к Богу и всех простила. Я отпустила ту боль, которая сидела во мне, и теперь я по-настоящему счастлива. Я счастлива, что могу писать и, наконец, обрела себя в этом прекрасном мире, так как изучила самую магическую тайну нашего бытия – это всеобщее прощение тех, кто так вероломно поступил со мной еще с раннего детства. Любите жизнь, какой бы трудной она ни была, и прощайте друг друга. Как говорил великий философ Бальтассар Грассиан, «Люди, живущие в стеклянных домиках, не должны кидаться камнями друг в друга».

Рассказ 1
Машенька

Нет ничего лучше, чем утро в русской деревне! Как поднимается дымка в небо, а в травинках сверкает утренняя роса. В каждой капельке отражаются солнечные лучи, и они рассеиваются повсюду В паутинках попались комары, которые пищали от радости жизни. Вот и зеленый листок, по которому ползет божья коровка. Он неспешно продолжает свое сказочное путешествие в мир, где царят чудеса. На траве лежит симпатичный мальчишка и во рту держит травинку. Он смотрит на небо и представляет себя летчиком-космонавтом, он мечтает отправиться в какую-нибудь галактику и совершить космическое путешествие. Это был Олег Званцов, сын деревенского слесаря Ивана Званцова, который часто прикладывался к бутылке и любил поскандалить на всю округу. Олегу Званцову было семь лет, и он только что узнал, что его записали в местную школу, и теперь пребывал в мечтах о дальних путешествиях в иные миры.

Это был белокурый мальчик с голубыми глазами, и он ловил на себя взгляды деревенских девчонок, но ему нравилась маленькая Оленька Захарова, с ней он строил замки из песка, и они играли в прятки. Да, веселое было детство у Олега Званцова. Он носился с деревенскими мальчугашками, и все в деревне называли их малолетней шпаной. Ох, не было сладу с этими ребятишками. То они разобьют окно у Васильевых, то потихоньку прокрадутся в сад к Черниковым и нарвут себе яблок. Олег был центром внимания всех ребят в деревне. Он умел дружить даже со взрослыми мальчишками, и он был свой в любой компании, особенно ему нравилось озорничать с Андреем Черниковым, темноволосым пацаном, который был одного возраста с Олегом Званцовым. Это была два сапога пара. Они вместе бегали, играли и много времени проводили вместе.

– Где этот несносный мальчишка? Олег! Олег! – Кричала на всю деревню Мария Званцова, мать Олега. Это была очень красивая женщина с белокурыми волосами и румянцем на лице. Она стояла в переднике и звала своего сына на обед. Это была роскошная 25-летняя женщина. Мальчик вздрогнул, услышав, как мать его надрывается. Он встал и побежал домой со всех ног.

– Я здесь, мама, – воскликнул Олег, подбежав к матери, которая стояла и смотрела на сына любовью.

– Ты неблагодарный мальчик, ну где тебя носит? – тихо сердилась Мария на сына, а затем добавила: – Где ты шляешься все утро, Олежек?

– Мама, я был на поле и лежал в траве, – попытался оправдаться мальчик, видя неподдельную ярость в глазах матери.

– Ты мокрый весь, как мне надоело постоянно стирать на всех вас. Марш домой, и без разговоров, а то все расскажу деду, и он не станет с тобой разговаривать.

– Мамочка, не надо. Пожалуйста, не надо, – взмолился Олег. Он знал, что когда дед чем-то недоволен, то дед Акиндин с ним не разговаривал. Это было страшное наказание для мальчика. Олега никогда не били, а только стращали для дисциплины. Иван Званцов был грубым и невежественным мужчиной двадцати восьми лет. Его ум проявлялся только тогда, когда он выпьет водку и затем начинает рассуждать о смысле жизни. Хотя временами говорил он очень коряво и иногда невнятно, но его все понимали и жалели. Он сядет на скамью и начинает разглагольствовать о том, о чем не имел ни малейшего представления. Его жена Мария была снова на сносях, и она еле передвигалась по деревне. «Скоро рожать, а этот мальчишка совсем меня не жалеет», – думала про себя Мария, когда они подошли к дому. Семья Званцовых жила в большом деревянном доме, который построил свекор Марии, дед Акиндин, про которого говорили, что он оприходовал половину деревни по части женского пола. Да, Акиндин Званцов не пропускал ни одной юбки и даже в сорок шесть лет был как юнец. Он очень любил женщин. Он их просто обожал, как мальчик мороженное. Все женщины обходили стороной дом Званцовых. Это было понятно, так как семья Званцовых происходила от староверов-чернокнижников. Жители сторонились этого дома. Особенно боялись Акиндина Званцова. Это был очень крепкий мужчина, с черными волосами и, как у колдуна, зелено-серыми глазами. Он действовал на всех магнетически, и никто на пушечный выстрел не подходил к дому Званцова, если только ребятишки забегут за Олегом, внуком Акиндина, и позовут гулять или играть. «Как бы не попасться на глаза Акиндину Званцову», – говорили деревенские жители. Этот очень высокий и сильный мужчина был невероятно активным человеком и презирал своего сына Ивана за его скудоумие и пьянство.

Да это немудрено. Жена Акиндина, Аннушка, была недалекая женщина, которая окончила только 8 классов и работала в колхозе на ферме. Но здоровьем не блистала. Ее выдали замуж за Акиндина Званцова, который, на удивление всем, полюбил свою жену. Ему было около 18 лет, когда родился Иван. Это был ранний брак. Но Аннушка – его ровесница – постоянно болела и была слабенькая здоровьем.

Она еле родила сына Ивана, который унаследовал плохое здоровье от матери. Акиндин был в отчаянье, что его дом превратился в лазарет. То Анна сляжет, то Иван занеможет. Аннушка рано умерла, оставив малолетнего сына, и все внимание Акиндина сосредоточилось на сыне Иване, которому исполнился 21 год. Пришло время его женить. Акиндин так и не смог обзавестись семьей, а находил себе женщин для легкого времяпрепровождения. По деревне ходили слухи, что Олег не сын Ивана, а незаконнорожденный сын самого Акиндина Званцова. Но, как говорится в поговорке: «Собака лает – ветер носит». Мария ходила на последнем месяце беременности, и в деревне снова пополз слух, что это очередной ребенок от Акиндина Званцова. Дед Акиндин души не чаял в своем внуке Олеге. Он учил, как обращаться с инструментами для работы по дереву, и всячески поощрял внука к стремлению получать знания в строительном деле. Он занимался с ним математикой и грамотой, и уже в 5 лет Олег мог бегло читать, благодаря деду Акиндину, который поощрял внука к учению.

– Вот, наконец, пришли, – ворчала Мария, войдя в дом, – иди, переодевайся и теперь сам будешь стирать свою одежду.

– Что с тобой, Машенька? – спокойно обратился Акиндин, сидя за столом и попивая чай с баранками.

– Нет сладу с Олежкой, он такой непослушный, – стала объяснять Мария, пройдя тяжёлой походкой к плите.

– Опять придется все снова разогревать, – сердилась она, ставя кастрюлю на конфорку. Дед Акиндин посмотрел с обожанием на Марию и, поставив чашку на стол, легонько погладил ее по пышному заду.

– Не надо, Олежка может увидеть, – взмолилась Мария.

– Ты такая хорошенькая, Машенька, я сожалею, что мой непутевый сын стал твоим мужем. Ну, моя прелесть, когда ты придешь ко мне? – тихо и ласково спросил Акиндин, вглядываясь в лицо Марии, которое сделалось пунцовым.

– Акиндин, я же скоро рожу, – проговорила Мария, покрываясь пятнами.

– Ты мое счастье, Машенька. Вот поэтому я хочу, чтобы ты вечером опять пришла сегодня на сеновал.

– Ты просто неугомонный. Ладно, приду, только тихо, сюда идет Олежка, он не должен ничего знать.

– Рано или поздно он все узнает, – отозвался Акиндин Званцов.

– Всему свое время. Все, Олежка идет, – заметила Мария.

– Мама, я все сам постирал, – воскликнул мальчик, входя в просторную горницу, где на стенах висели ковры, а в середине стоял стол с самоваром. Мария поставила на стол тарелку с борщом, приправленным сметаной, и от него исходил такой запах, что слюнки текли. Акиндин подошел к Олегу и погладил по голове.

– После обеда приходи в мастерскую, будем с тобой вырезать фигурки из дерева. Внучек, перестань доводить свою матушку. Я обижусь на тебя и больше не стану приглашать тебя в мастерскую. Ты пойми, мой дорогой, она ведь женщина и ее надо любить, очень любить, – как-то странно произнес дед Акиндин, смотря на Марию, которая села на диван и пыталась восстановить самообладание.

– Я хочу сделать мишку для Олечки, – воскликнул Олег.

– Опять эта Захарова, – воскликнула Мария, – тебе о школе надо думать, а он постоянно говорит об этой неказистой девчонке, что ты в ней нашел? – сокрушалась Мария.

– Она особенная и самая лучшая. Когда я вырасту и стану большим, то женюсь на ней.

– Нет, вы только посмотрите на него, только что из пеленок вышел, а все мысли об этой девчонке.

– Мама, почему она тебе не нравится? – обиженно спросил мальчик, на глазах которого навернулись слезы.

– Ну, не нравится мне эта семейка Захаровых, вот и все, от них можно ждать всего что угодно, – сказала Мария, вставая с дивана. – Эти Захаровы такие высокомерные и всех всегда осуждают. Они так похожи на мою мать. Не люблю я их.

– Остынь, Машенька. Путь Олег ходит куда хочет, лишь бы ума набраться, а не как мой дурень, сын. За что мне такие муки? Ладно, пошел в мастерскую. Олежек, я тебя жду. Только одно условие: слушайся и почитай свою матушку с детства. Ты должен боготворить ее. Акиндин встал и направился из дома. Олег заканчивал с обедом, как в дом ворвался Андрюшка Черников.

– Мне еще и Черниковых в доме не хватало, – развела руками Мария, – что тебе надо?

– Теть Маш, а можно Олега взять с нами на рыбалку? Брат собирается вечером пойти на речку, а я хочу, чтобы и Олег пошел с нами.

– Он должен помочь мне по хозяйству, если управится, то пойдет, – качая головой, проговорила Мария.

– Ура! – закричал Андрюшка. – Я зайду за тобой, и прихвати удочку. – С этим словами Андрюшка Черников с озорной улыбкой убежал обратно в деревню.

– Мамочка, я тебе помогу, – сказал Олежка, подбежал к ней и обнял ее за талию.

– Ты очень хороший сынок, и я просто не переживу, если что-то с тобой случится. Всегда боюсь тебя отпускать. Ты наша надежда.

– Мамочка, когда я вырасту, то всегда буду заботиться о тебе и о том ребеночке, который у тебя в животике.

– Ты у меня замечательный сынок, и я тебя люблю.

– А ты самая лучшая мама в мире, – и Олежек, привстав на носочки, крепко поцеловал свою матушку в носик.

«Весь в отца, такой же страстный и очень заботливый», – подумала Мария, глядя на сына.

Эта была самая обыкновенная деревня Калиновка в Сибири. В ней жили простые деревенские люди, которые работали в колхозе «Заря Ильича», где председателем был отец Андрюшки Черникова Виктор Степанович. Его жена Ирина была бухгалтером колхоза. Колхоз был прибыльным. Это был поистине огромный комплекс, где выращивали коров, свиней, а также располагались небольшая птицефабрика и завод по переработке леса. Всем этим хозяйством руководил Виктор Степанович Черников. Все жители не могли не нарадоваться такому директору. Да, строг, но в меру. Он редко повышал голос, но если видел разгильдяйство, то немедленно увольнял без угрызений совести. Виктору Степановичу было около сорока лет, и это был статный мужчина, и его волосы стали покрываться сединой. Его отец Степан Гаврилович был ветераном Великой Отечественной войны, и в деревне его все уважали. Он был полковником и боролся с преступностью после войны. Сейчас Степан Гаврилович Черников был уже на пенсии и сидел дома. Он был вдовец и часто вспоминал свою жену Прасковью Павловну. Ох и натерпелась эта женщина!.. Сначала гибель младшего сына Александра, который разбился на мосту, а затем и первый инфаркт мужа, Степана Гавриловича.

Сын Сашка был бедовым малым. Он часто бахвалился перед сверстниками и совершал ужасные поступки, доводя родителей до белого каления. Однажды на спор прыгнул с моста в реку и свернул себе шею. Он умер мгновенно.

В деревне поговаривали, что на семью Черниковых кто-то навел порчу. Это была настоящая трагедия в семье Черниковых. Ох, как убивалась Прасковья Павловна над гробом, где лежал такой молодой Сашка. Он был как живой в гробу. Прасковью Павловну еле оттащили от гроба, она рыдала, и ее крики сотрясали небо. Дело в том, что Сашка был ее любимчиком, и ему мать позволяла делать все что угодно, зато отец Степан Гаврилович порол Сашку безмерно. Сладу не было с Сашкой, но его не стало, когда он только что вернулся из армии и дома вытворял такое, что страшно сказать, пил, курил и сильно начал приударять за местными девчонками. И вот такая нелепая смерть на реке… После гибели Сашки Прасковья Павловна стала угасать. Старший сын Виктор был полной противоположностью Сашки. Он с детства увлекался животноводством и еще пацаном пас коров и мечтал стать ветеринаром. В райцентре Виктор купил себе учебники по химии и биологии и начал усиленно готовиться поступать в ветеринарию академию в Москве. Сашка издевался над ним, говоря, что Виктор со своей ученостью совсем отстал от жизни. Виктор был примерным сыном, но Сашка был центром вселенной. После гибели Сашки Виктор стал единственным сыном, но Прасковья Павловна не слишком жаловала его. Теперь Виктор Степанович – директор колхоза, который с отличием окончил ветеринарную академию и вернулся в деревню продолжать свое дело зоотехника. А затем ему предложили возглавить колхоз «Заря Ильича» и на партийном собрании выбрали его. Затем Виктор Степанович женился на местной девушке Иринке-картинке, как ее называли в деревне. Теперь уже подрастали их сыновья – Андрюшка, который по характеру походил на своего покойного дядю Сашу, и старший Петр, который и организовал вечернюю рыбалку и собирал компанию.

Вечером этого дня пришел домой Иван Званцов. Целый день он чинил тракторы и готовил их к сбору урожая. Он был высокого роста, как его отец Акиндин, и выглядел ужасно. Он работал без передышки и очень устал. Весь грязный, в засаленной одежде, он плюхнулся на диван в общей комнате и уснул мертвым сном. Увидев это, Мария всплеснула руками. Она уже еле ходила и стала сокрушаться, за что ей бог послал такого мужа. Дело в том, что этот брак был не по любви. Мать Марии Аграфена Кирилловна была властной женщиной и не допускала возражений. Она была вдова с дочерью на руках и работала дояркой в колхозе. Аграфену Кирилловну не любили в деревне за ее злой язык. Она не пропускала никого, давая всем обидные прозвища, и не гнушалась осудить любого в деревне. Она постоянно всем делала замечания. Все ее ненавидели и презирали. Люди ее сторонились, и никто не хотел породниться с этой семьей. У Аграфены Кирилловны подрастала единственная дочь Маша Хлебникова, которую она держала в ежовых рукавицах.

Девочка с ранних лет была обделена лаской, и часто соседи приглашали ее в гости на чай из милости. Аграфена Кирилловна иногда нещадно колотила дочь за каждую провинность, поэтому Машенька Хлебникова боялась матери как огня.

Маша Хлебникова была с рождения полненькой девочкой, и ее дразнили «Машка-толстушка», и из-за этого у нее появились различные комплексы. Он стала редко выходить на улицу, оставаясь во дворе, и у нее не было подруг.

Единственным утешением была учеба, которую Машенька очень любила. Она часто сидела с книгой у окна, но, завидя проходящего Акиндина Назаровича Званцова, со страхом убегала.

Аграфена Кирилловна решила пристроить дочь в «хорошую семью», и она выбрала Званцовых. У Акиндина Званцова как раз для таких целей был сын Ванька. Вроде бы нормальный парень с виду, а иногда говорит как-то непонятно и странный какой-то… Ходит всегда понурый и никогда не улыбается. Ванька, когда надо, говорил прилично, а иногда его совсем было трудно понять. Ни одна семья не соглашалась отдать дочь в дом Званцовых.

Девчонки побаивались Ивана, и никто не желал связывать с ним жизнь. Вот и подвернулся случай женить Ваньку на Машке. Это была настоящая трагедия для этой девушки. Она по уши любила Сашку Черникова, и когда тот проходил мимо ее дома, томно вздыхала. Но Сашка гордо шел по улице, держа в руках подаренный родителями радиоприёмник «Спидола». За Сашкой шли целой вереницей местные девчонки, а Мария выглядывала в щелочку забора и млела от одного вида Сашки. Но когда Сашка погиб, то Мария полностью погрузилась в себя и потеряла вкус к жизни. Она так и не объяснилась ему в любви и часто корила себя за это. Акиндин Званцов обрадовался, когда к нему в гости зашла Аграфена Кирилловна. Он знал, для каких целей был устроен этот визит. Они сели за стол и стали толковать насчет будущего своих детей. Акиндин кивал головой в знак согласия на брак Марии с Иваном. Целый час они сидели, и когда дело было улажено, то они, как говорится в народе, хлопнули по рукам. Акиндин был на седьмом небе от счастья. «Наконец-то, Машенька будет наша», – улыбнулся он какой-то нехорошей улыбкой. «Время работает на меня», – прибавил он про себя. Аграфена пришла домой и гордо сообщила:

– Машка, я, наконец, пристроила тебя, радуйся, – обратилась она к дочери, которая на коленях драила деревянный пол.

– Мама, я не понимаю, – ответила Мария, вытирая пот с лица.

– Ты выходишь замуж, – отрапортовала Аграфена.

– За кого, мама? – удивилась Мария.

– За Ваньку Званцова.

– Нет, только не это, мама, – запричитала Мария и выронила тряпку из рук.

– А тебя никто не спрашивает, будешь делать то, что я тебе прикажу.

– Мама, пожалей меня, он разговаривать толком не умеет и странный какой-то. А еще я очень боюсь Акиндина Назаровича. Мама, пожалуйста, не надо так со мной поступать.

– Нечего бояться. Ванька женится и поумнеет. Все решено. Завтра мы все уезжаем в районный центр подавать документы для регистрации вашего брака.

– Нет, нет! – закричала Мария. – Я не выйду замуж за него.

– Кого интересует твое мнение? – зло проговорила Аграфена. – Будешь подчиняться мне. Точка. Нечего строить из себя недотрогу. Как скажу, так и будет. Некогда мне разговаривать с тобой. Иди в огород и начинай пропалывать грядки. Не согласишься выйти замуж, тогда будешь сидеть в погребе, поняла?

– Да, поняла.

Мария стояла как вкопанная. Она не ожидала такой жестокости от матери, но, обливаясь слезами, домыла пол и отправилась в огород. Мария очень боялась матери, а после такого известия возненавидела ее. Мария пришла в ужас от того, что станет жить под одной крышей с самим Акиндином Званцовым, которого дико боялась еще с раннего детства.

Она его дичилась и даже пряталась в кустах, когда он проходил мимо ее дома. Это был ужас. Ее трясло от одного только его вида, а жить под одной крышей с ним было выше ее сил. Мария ничего не могла поделать, а войти в дом к этим старообрядцам просто не могла. Она ненавидела мать за ее деспотизм, за то, что постоянно Аграфена издевалась над ней. «Лучше уйти из этого дома и никогда не видеть мать», – подумала Мария про себя.

«Как мне преодолеть страх перед Акиндином Назаровичем Званцовым? Боже как же я его боюсь!..» – вертелось в голове у Марии.

Эту свадьбу Мария не забудет никогда. Она стояла в белом платье рядом с Ванькой, которого одели по последней моде в районном ЗАГСе.

Акиндин специально купил себе и сыну черный костюм и белую рубашку на свадьбу, а в душе подумал: «Наконец-то свершилось. Машенька станет моей и только моей. Попалась пташка в клетку. Я долго это ждал. Я ее никому не отдам. Это девочка только моя. Я сделаю все возможное и даже невозможное, чтобы Машенька меня полюбила».

Акиндин давно мечтал об этом юном теле, и его желание исполнялось. Этот тридцатидевятилетний мужчина долго смотрел на Марию с обожанием. Мария станет жить в его доме. Он ликовал и был счастлив, хотя виду не показал. Он видел, какая это была добрая и отзывчивая девочка. Она всегда помогала людям и никогда никого не обижала. Она была тихой и застенчивой девочкой, забитой собственной матерью. Акиндин замечал, как она помогала с маленькими детьми. Он увидел в ней душу и способность к состраданию. Его притягивала ее природная доброта, и он сам без памяти влюбился в эту несчастную девочку. Марию иногда просили приглядеть за детьми, когда взрослые, куда-то уходили. Он также видел, как Мария заботится и о стариках. Она часто помогала дойти до дома какой-нибудь старушке, и все ее в деревне любили. Она приносила молоко и продукты больным соседям. Часто Мария сидела с детьми, когда ее об этом просили. Аграфена Кирилловна ругала ее за это. Но она продолжала помогать людям. Акиндину импонировала эта светлая и добрая душа. Он мечтал о том, чтобы Мария была его собственностью, и вот подвернулся удобный случай. Марии было почти 18 лет, и она еще не вкусила радостей в жизни, и вот теперь брак с Ванькой. Акиндин видел, как она часто сидела на подоконнике и читала книгу. Она была кроткая и очень добрая девочка, которую он заприметил с самого детства, еще будучи женатым. Но он был расстроен тем, что она, увидев его, убегала и всячески его сторонилась. Он вызывал у нее неподдельный страх. Это была наивная и испуганная девочка, которая мечтала уехать из родного дома и больше в него не возвращаться. Она не хотела видеть мать. Она только что окончила школу и мечтала поступить в медучилище. Это было ее первое лето, когда не надо было думать о школе и все мысли были устремлены на медицинское училище в райцентре Орехово. Мария великолепно сдала выпускные экзамены и получила великолепные документы, а также грамоты за успеваемость. Она была гордостью школы, но Аграфена Кирилловна отнеслась к этому событию равнодушно и старалась показать, что ее дочь – полнейшее ничтожество. Это было настоящее предательство по отношению к дочери, и вот еще одно преступление со стороны матери – это брак с Иваном Званцовым. Какая несчастная судьба была у этой бедной, затравленной собственной матерью девочки.

Она так надеялась, что поступит в медучилище без труда, а там, смотришь, и медицинский институт в г. Москве, о котором она бредила, когда была маленькой девочкой. Еще с самого детства Мария представляла себя врачом. Ей нравилось ухаживать за больными людьми в деревне. Но все планы провалились.

Это был настоящий кошмар и подлый удар со стороны матери. Зато Аграфена Кирилловна стояла, высоко подняв голову. Она, наконец, пристроила дочь, которая с этого дня возненавидела мать еще сильнее. Мария решила больше не ходить к матери и проклинала ее всякими словами. Для нее все было кончено, конец мечтам. О поступлении в медицинский институт можно было забыть. Все мечты рухнули как карточный домик.

Ванька Званцов еле закончил ПТУ, хотя был умелым техником по тракторам. Руки у него были как у отца, мастеровые. Он начал работать в колхозе и пользовался почетом у работников, но всегда ходил хмурый как бирюк и очень любил выпить. Мария посмотрела на своего уже мужа и увидела, что Ванька взял и как-то по-детски ее поцеловал, а затем смущенно отвернулся. Он вел себя странно и на свадьбе, которая состоялась в местном деревенском клубе. Вся деревня сочувствовала Марии, но никто не смог произнести то, что каждый думал про себя. Иван ни разу не произнес слова, улыбался во весь рот и все время хотел сбежать. Ванька был диковат и часто сторонился людей, убегая в лес. Для всех это была загадка, почему Иван так себя ведет.

Ванька начал сильно налегать на спиртное и к концу свадебного торжества еле держался на ногах. Его отвели в спальню, которую специально подготовила Аграфена Кирилловна в доме Званцовых, и он заснул беспробудным сном. Вечером туда со страхом пришла Мария и, увидев спящего Ваньку, тихо легла на кровать. Она завернулась пледом, который нашла на спинке кровати.

Мать дала ей последние наставления и радостно ушла. Дело было сделано, и теперь она сбыла дочь с рук. Мария посмотрела на потолок, и из глаз полились слезы. Ничего себе первая брачная ночь…

Ни ласк, ни слов любви, а в соседней комнате самая страшная причина ее кошмаров – Акиндин Званцов, который во время свадьбы не сводил с нее глаз. Он смотрел на Машеньку с интересом, а иногда пожирал ее взглядом, когда никто не видел. Акиндин гордо сидел и любовался этой доброй девочкой, которая вошла в их семью.

Он решил не спешить, а действовать очень осторожно. Мария лежала как мертвая. Она была раздавлена. Как жить в этом доме? В душе она возненавидела своего мужа, который стал ей просто противен. Ванька лежал в свадебном костюме и храпел. Он него несло алкоголем.

Утром Иван проснулся и увидел рядом спящую Марию в свадебном платье. Он нахмурился и вышел из спальни. Отец начал поздравлять его с женитьбой, а он оттолкнул его и выбежал из дома. Акиндин посмотрел как-то странно на Марию за завтраком, который сам приготовил для молодых, и сказал, что ему надо идти на работу. Мария сидела за завтраком, опустив голову. Она еле дышала. Акиндин предложил Марии осмотреться и познакомиться с хозяйством, с домом, а заодно перевезти какие-нибудь личные вещи. Остальные он сам привезет. Он ушел, а Мария одна осталась в доме и стала все изучать, а заодно приводить все в порядок. Целый день прошел в трудах. Ванька пришел только вечером. Он сел за стол и увидел Марию, которая приготовила первый ужин в доме Званцовых. Запеченный картофель в кожуре, необыкновенной вкусноты щи, не говоря уже о жареной курице. Все это она нашла в холодильнике, который был забит до предела всевозможными продуктами. У них в доме такого не было и в помине. Аграфена Кирилловна всегда была экономной. Мария удивилась, кто мог так прекрасно все купить. Она поразилась такому изобилию. Акиндин удивился ее умению так вкусно готовить и не жалел слов для похвалы.

– Это просто объедение, Машенька. Очень вкусно, пальчики оближешь. Давно у нас не было такого ужина. Спасибо тебе, лапонька. Моя красивая девочка.

Мария остолбенела, услышав такие слова. Ее еще ни разу не называли красивой девочкой. Она тихо ответила:

– Пожалуйста, – и быстро ушла мыть посуду.

Он покачал головой, как же к ней подойти и сделать задуманное? Она к себе его не подпускает и постоянно находится в комнате, когда он дома. Акиндин был на грани отчаянья. Это была большая проблема, но он решил идти до конца. Он должен завоевать эту девочку в кратчайшие сроки, уничтожить этот страх к себе и сделать так, чтобы она его полюбила. Акиндин помог ей собрать посуду и убрать стол. Мария почувствовала озноб, когда он к ней приближался, ее всю трясло, и она чуть не выронила тарелку из рук.

– Осторожно, моя красивая девочка, ты не поранилась? – ласково проговорил Акиндин, подхватывая тарелку. Он ей ласково улыбнулся.

– Нет, – тихо ответила Мария, которая просто мечтала скрыться от этого человека.

Домыв посуду, она убежала в комнату и, прислонившись спиной к двери, пыталась восстановить дыхание. Акиндин был в расстроенных чувствах. Она опять убежала от него. Что же делать?

Мать ее никогда не хвалила, а только унижала ее достоинство. Мария не знала, почему так скверно к ней относиться мать. Девочка была хозяйственная и все умела делать по дому. Недаром ее Аграфена заставляла все делать.

Мария с раннего утра начала убираться в доме, приготовила завтрак для всех. Вкусная пшенная каша была пределом мечтаний. Акиндин с Иваном удивились, когда сели за стол. Они увидели чистую скатерть на столе и вкусный горячий завтрак. Машенька рано встала и занялась хозяйством. Она занялась делами, чтобы не думать об Акиндине Назаровиче.

Она снова спала одна, так как Иван, прядя домой, пьяный завалился на диване в гостиной. Днем Мария ушла к себе домой и собрала чемодан. Мать была на работе, и это обстоятельство ее обрадовало.

Акиндин все время наблюдал за ней все утро. «Чудо, как хороша. Это самая красивая девочка, которую я когда-то видел в своей жизни. Она станет моей и только моей. Моя Машенька, и только моя». Мария испытала шок, когда Ванька, поев, удалился из дома.

– Дорогая Машенька, он ушел на работу. Вот такой он у нас, совсем дикий», – ласково обратился к ней Акиндин.

– Да? – испуганно ответила.

– Не беспокойся за него, он вернется и привыкнет к тому, что ты здесь, – ответил спокойно Акиндин.

– Хорошо, – сказала Мария и быстро ушла в комнату. Акиндин снова расстроился, но сегодня ночью он примет все меры, чтобы Мария стала его. Сегодня решалась судьба семьи Званцовых. Арсенал средств у него был безграничен. Он пойдет на все, даже на преступление, но добьется своего.

– Спасибо, солнышко, ты превосходная хозяйка. Нам с Ванькой очень повезло, – похвалил ее Акиндин, а в душе подумал: «Сегодня ночью все решится. Я должен воплотить свой план по спасению семьи, иначе род наш прекратится».

Наступил вечер, и она снова осталась наедине с Акиндином Назаровичем. Ванька убежал к дружкам в мастерскую. Акиндин сидел за столом и пил чай с баранками, погруженный в свои мысли. Он ласково посмотрел на Марию, а глаза у него блестели от неприкрытого желания. Мария вся тряслась от ужаса пребывания с Акиндином в доме. Она боялась этого человека, смертельно боялась. Сколько раз она пряталась от него. Когда она готовила ужин, он пришел в дом и натолкнулся на сына, который убегал из дома.

– Ванька опять убежал, ну что с ним такое? – тихо, запинаясь, проговорила Мария.

– Он просто не может привыкнуть, что ты теперь живешь у нас. Ничего страшного, девочка, он переночует в мастерской. Иди и присядь рядом со мной, лапушка, – нежно сказал Акиндин, приглашая присесть рядом за столом.

Он пил чай и мысленно проигрывал план обольщения и завоевания Марии. Она должна его полюбить так же, как он обожал ее. Да, он с ума сходил по этой девочке и любил ее до безумия. Она боялась даже подойти к нему, а рядом сидеть с ним было выше ее сил.

– Посиди со мной, Машенька. Пожалуйста, моя милая девочка, – ласково сказал он ей.

Мария решила не злить этого опасного человека и со страхом присела рядом. Она нервно взяла баранку и стал вертеть ее вокруг пальца. Он заметил ее беспокойство и обратился к ней. Надо как-то начать разговор с этой испуганной девочкой.

– Успокойся, милая Машенька. Мой сын просто несчастный парень. За него не пошла бы не одна девушка в деревне. Я так жалею тебя, моя хорошая, что у тебя такой муж. – И Акиндин подвинулся ближе и внезапно обнял Марию.

Он осторожно притянул ее и ласково, чуть касаясь, провел по голове. Мария была потрясена и задрожала от страха. Она никак не ожидала, что останется одна с ним. Мария так надеялась, что Ванька будет всегда дома, и вот она одна с Акиндином, и ей стало очень страшно. Она еще с детства избегала общаться с ним и панически его боялась.

– Успокойся, Машенька, ты же моя хорошая, да? – ласково обратился к ней Акиндин.

– Ванька куда-то убежал, может, мне пойти его поискать? – постаралась Мария отвлечь свекра, который начал нежно гладить ее по голове. Он чуть касался волос, проводя нежно по голове.

– Я думаю, что не стоит. Путь бегает по лесам, ты просто посиди со мной, Машенька, моя красавица. Все будет хорошо. Ты такая красивая девочка, что дух захватывает. Успокойся, милая, все будет хорошо, просто доверься мне. – И Мария увидела странный блеск в глазах Акиндина, который с жадностью начал всматриваться в лицо Марии. За этим блеском в глазах разгоралась буря страстей. Он снял баранку с ее пальца и положил на тарелку, удерживая ее другой рукой за талию. Затем нежно провел пальцем по ее губкам. Он как-то отрешенно смотрел на нее, что у Марии все задрожало от страха и беспомощности перед этим сильным человеком. Он осторожно взял ее длинную и тяжелую косу и медленно распустил ее. Он смотрел, как длинные белокурые волосы упали роскошной волной по плечам.

– Ты такая хорошенькая, Машенька, просто прелесть, – говорил Акиндин, беря прядь волос и любуясь, как волосы Марии падают на плечи. Он с замиранием сердца следил за этим восхитительным зрелищем.

– Машенька, ты очень красивая девочка. Самая красивая. Такая добрая и нежная девочка, и вот живешь с нами. Нам тебя бог послал.

Он прикоснулся к спине Марии и провел снова рукой по телу юной девушке.

– Красавица, дивная и такая замечательная девочка. Настоящий бриллиант. Ты моя красавица, моя лапонька, радость моя, – повторял он вновь и вновь, перебирая тяжелые пряди волос. Акиндин околдовывал Марию такими словами. Он начал постепенно осуществлять свой план.

– Боже, как ты прекрасна, мой маленький бутончик счастья. Ты редкое сокровище и принадлежишь нашей семье. Какое это счастье, милая моя, ты себе не представляешь.

Он пропускал волосы сквозь пальцы, любуясь ими. Он смотрел как завороженный на русые волосы с золотым оттенком.

– Это просто бесподобно, я еще ни разу не видел такой дивной красоты, моя красивая девочка. Впервые вижу такой великолепный оттенок. Ты настоящее сокровище.

Акиндин осторожно привлек Марию к себе и нежно поцеловал в губы. Она была потрясена и испытывала неведомый страх. Ее еще никто не целовал, и она потеряла дар речи.

Еще никогда к ней так не обращались. Она даже никогда не представляла, что с ней так могут себя вести. Акиндин Званцов был очень красивым мужчиной, и он продолжал ласкать Марию. Он начал гладить ее вначале по спине, медленно проводя ладонью по позвоночнику, а затем прикоснулся к коленям. Девушка вся затрепетала и захотела убежать из дома. Она быстро встала и побежала к двери, но Акиндин вскочил со стола и поймал ее. Он схватил Марию на руки, перебросил через плечо и понес в свою комнату. Он нес ее как завоеванный трофей. Мария начала отбиваться что есть мочи.

Она стала кричать и сопротивляться, но Акиндин, опустив ее, закрыл ей рот рукой и прошептал:

– Тише, моя красавица, тише. Успокойся и послушай меня. Мой сын больной человек и он никогда не сделает тебя женщиной. Я помогу тебе, а ты только слушайся меня во всем. Этот брак был заключен только по одной причине. У Ваньки не может быть детей. Он в детстве переболел страшной болезнью, и с ним приключился ужасный случай в лесу. Я тебе потом все расскажу, Машенька. Поэтому род Званцовых не может прерваться. Покорись мне, девочка, и роди от меня нормального сына. Я тебя умоляю. Стань моей сейчас. Я тебя прошу, девочка. Очень прошу.

Он освободил ее рот, чтобы она могла говорить.

– А почему вы сами не женились? В деревне-то полно женщин. Почему именно я? – воскликнула в сердцах Мария, зажатая крепко руками Акиндина. Она с ужасом посмотрела на него.

– Потому что я обещал своей покойной жене, что больше не женюсь. Я сдержу слово, которое я дал моей Аннушке на ее смертном одре. Машенька, пожалуйте, пожалей нас. Ты такая молоденькая и еще сможешь родить. Роди мне ребеночка, девочка. Нельзя допустить, чтобы род Званцовых оборвался из-за Вани. Вот почему ты здесь, маленькая моя. Если бы ты знала, сколько поставлено на карту… Помоги мне деточка, спаси меня, – начал уговаривать Марию Акиндин, ласково гладя ее по голове.

– Это просто невозможно, я вас боюсь, – выдохнула она, трясясь от страха.

Боже, ну почему она должна отдаться этому страшному человеку, от которого постоянно бежала, и вот попала в капкан.

– Я прошу тебя не бояться меня. Успокойся, моя хорошая, и подари мне счастье.

– Это невозможно, как вы можете предлагать мне такое? – повторила Мария, надеясь, что ее отпустят.

– Я могу все, и ты это знаешь. Все возможно, моя красивая девочка, ты просто уступи мне, и давай мы это сделаем прямо сейчас.

Мария, услышав такое признание, была потрясена. Теперь Мария поняла, почему она здесь. Ее заманил сюда сам Акиндин, расставив хитрую ловушку. Акиндин начал осторожно раздевать Марию, которая плакала от ужаса, что ей предстоит пережить. Он снял с нее платок, который был накинут на ситцевое платьице. Затем остановился. Акиндин не хотел спешить, а все делал медленно и методично. Она не хотела стать любовницей Акиндина. Сопротивляться такому сильному мужчине было бы ошибкой. За что ей такое? То, что сейчас творилось в комнате, было настоящим кошмаром для Марии.

Почему она была лишена возможности нормальной жизни и сейчас должна была отдаться этому мужчине, которого не любила и который ей в отцы годился? Мария всегда бегала от него, а он все-таки поймал ее.

Она всю жизнь убегала от него и вот попалась в его сети. Эта была катастрофа. Она знала, что теперь ей не выпутаться их этих сетей, которые мастерски расставил Акиндин.

«Что же делать?» – спрашивала себя Мария, когда Акиндин пошел и запер дверь в комнате. Он незаметно спрятал ключ от комнаты, и теперь Мария не могла убежать. Все пути для отступления были закрыты. Он снова подошел к ней и, взяв за подбородок, снова нежно поцеловал ее в губы.

– Давай просто поговорим, моя красавица, – нежно обратился он к Марии, которая дрожала как осиновый лист.

– Это ужасно, что вы мне предлагаете, это так мерзко и непристойно. Вы страшный человек, Акиндин Назарович, – тихо повторила Мария, которая стояла и вся тряслась от страха.

– Согласен, но выбора у меня нет.

Акиндин подошел к ней и снова взял ее на руки и, сев на кровать, посадил ее к себе на колени. Она была ужасе от происходящего вокруг.

– Я хочу знать правду, Машенька.

– Какую правду? – спросила она, испытывая нечеловеческие мучения.

– Почему ты меня так боишься? Что я такое сделал тебе, что ты избегаешь меня? Я все время видел, как ты еще маленькой девочкой постоянно скрывалась от меня. Машенька, я жду объяснений. Немедленно.

– Я не знаю, пожалуйста, отпустите меня, пожалуйста! – Ее сковал животный страх.

– Нет, я тебя не отпущу, пока мы не договоримся.

– О чем? – спросила Мария, и на глазах стали наворачиваться слезы.

– Я всегда задумывался, почему такая добрая и отзывчивая девочка, как ты, сторонится меня. Я намерен все-таки выяснить причину твоего страха ко мне.

– Вы такой… – и она осеклась.

– Какой, Машенька? Открой мне свое сердечко, моя радость.

– Очень большой и…

– И что? – спросил он ее с улыбкой, нежно вытирая слезы с ее лица.

– Я боюсь, что вы, что-то сделаете страшное со мной…

– И что же я сделаю с тобой, мое солнышко? – он посмотрел на нее с улыбкой, продолжая ласкать ее по лицу.

– Вы всегда на меня смотрели как-то странно, и это пугало меня. Про вас в деревне говорят, что вы колдун, и вы намного старше меня.

– А ты не задавала себе вопрос, что я по уши влюбился в тебя и ты для меня – все. Да, у нас большая разница в годах, ну и что?

– Вы мне предложили стать вашей любовницей. Это так ужасно.

– Машенька, моя Машенька, – вздохнул Акиндин и покачал головой, продолжая нежно прикасаться к ней.

– Я боюсь вас, – сказала Мария.

– Почему, моя красавица?

– Вы такой большой, а я еще маленькая, и я боюсь, что вы меня убьете. Вы владеете магией и колдовством.

– Боже, какая глупость, девочка, кто внушил тебе такие чудовищные мысли? – снова покачал головой Акиндин, который начал осторожно гладить ее по спине. Он смотрел на нее с обожанием.

– Может быть, и глупость, но то, что вы предлагаете мне, очень скверно. Я много слышала о вас и поэтому сторонилась вас, как могла. Я теперь вы хотите, чтобы я стала вашей любовницей.

– Да, я согласен с тобой. Ты права. А что мне остается? Смотреть, как гибнет мой род? Ты себе не можешь представить, что я испытываю. Да, я хочу, чтобы ты мне родила здорового ребенка, и что тут такого?

– Но я не могу!

– Почему, лапушка? – ласково спросил он ее.

– Я замужем за Ваней, и что люди подумают? Это будет скандал на всю деревню, вы опозорите меня, – возмутилась Мария.

– А мне плевать на людское мнение. Если бы Иван не женился, то его бы считали неполноценным человеком и просто затравили все в округе. Он и так больной с детства, а он у меня единственный сын, у которого не может быть детей. У меня никогда не будет внуков. Мы скрывали его болезнь от всех. Только от тебя теперь зависит наша судьба. Судьба семьи Званцовых. Никто не узнает, что ты моя любимая женщина.

– Вы бы могли найти какую-нибудь женщину, и она бы родила бы вам ребенка. Почему именно я?

– Гулящую и пьющую, или женщину, у которой нет мозгов? Нет, спасибо, я навидался их вдоволь. Когда я увидел, как ты расцвела, то подумал, какие бы у нас были бы красивые и здоровые дети. Я еще был женат, когда замечал, как ты сидишь с книгой на подоконнике дома. Это так обрадовало меня. Вот девочка, которая занимается самообразованием. Умная вырастет женщина. С ней можно обо всем поговорить. Ты, увидев меня, уходила обратно. Я стал задавать себе вопросы, почему ты так себя ведешь по отношению ко мне? Может, все-таки объяснишь мне?

– Может быть…

– Скажи мне, я хоть немножечко тебе нравлюсь? Я что, такое чудовище, что меня нельзя даже полюбить?

– Нет, просто…

– Просто что?

– Я уже не знаю, но я думала, что вы можете меня убить и сделать несчастной.

– Это черт знает что, Машенька! – воскликнул Акиндин в ярости.

– Нельзя так поступать со мной. Вы такой сильный и…

– И что в этом плохого? Да, я сильный и здоровый мужчина, у которого больной сын. Жена умерла, а я остался один с ним. Я живу как в аду. Ты знаешь, на что ты меня толкаешь?

– Нет, не знаю, – ответила Мария, которая стала привыкать к нему. Он обращался с ней так нежно и трепетно, что в ее душе стало что-то перестраиваться.

– На самоубийство, девочка. Что мне делать – отравиться, повеситься, как моя мать, или застрелиться, чтобы покончить с этими мучениями? Мне остается только покончить с собой, зная, что род Званцовых закончится на Ваньке, а ты меня ненавидишь и так презираешь.

Акиндин решил применить одно средство, которое может подействовать на Марию. Это страхом уничтожить страх, как говорится, «клин клином вышибить». Он посадил ее на кровать, пошел и открыл дверь. Мария открыла рот от удивления. Она была потрясена.

– Можешь идти, я отпускаю тебя. Живи с Ванькой, а я больше не могу так мучиться. Иди, ты свободна от моего присутствия.

С этим словами он открыл большой дубовый шкаф в комнате и вытащил ружье. Мария была в ужасе от того, что Акиндин собирался сделать.

– Что вы собираетесь сделать? – спросила с ужасом Мария, широко открыв свои потрясенные голубые глаза.

– Уйду с лес и застрелюсь, к чертовой матери. Можешь спокойно ходить по деревне, ты меня больше не увидишь. Можешь меня не бояться. Ты добилась, чего хотела. Иди и радуйся, что я больше не стану маячить у тебя перед глазами. Тебе больше некого бояться в этом доме и в деревне. Ты абсолютно свободна. Можешь радоваться, что с мой смертью род Званцовых погибнет навсегда. Я ухожу из твоей жизни.

– Нет, не надо, пожалуйста, – проговорила Мария и внезапно бросилась сама к нему. Она стала вырывать у него ружье, которое, к счастью, было не заряжено. Акиндин все предусмотрел.

– Отпусти меня, Мария. Пожалуйста, отпусти. Я больше не хочу так жить. Скоро мои мучения закончатся. Ты меня больше никогда не увидишь. Тебе больше некого бояться.

– Я не хочу, чтобы так кончилось.

– А как ты хочешь? Ты замучила меня своим презрением. Ты постоянно убегаешь от меня. Я устал терпеть это все долгие годы. Ты же сама не хочешь меня видеть. Это страшное наказание для меня. Ты разрываешь мне сердце, когда вечно прячешься от меня. Со мной можно так поступать? Можно постоянно убегать от меня, показывая таким образом ненависть, презрение и страх ко мне? Я так жить не хочу и ухожу от тебя навсегда, только прошу тебя, позаботься о Ваньке. То, что говорят обо мне в деревне – клевета.

– Я не могу отпустить вас, пожалуйста, не надо, – начала плакать Мария и впервые в жизни сама обняла его за мощный торс. Она вся прижалась к нему. Ее всю трясло от возбуждения. Акиндин внезапно выронил ружье и остолбенел. Ружье упало со стуком на пол. Она обняла его еще крепче и поняла, что не может быть причиной его гибели. Мария вся дрожала от страха смерти Акиндина. Она не могла этого допустить. Это была настоящая битва чувств. Акиндин видел, какая мука была отражена на ее лице и какое отчаянье поселилось у нее в душе. Он видел настоящую борьбу этих чувств в ее глазах. Она начала бороться сама с собой и своими страхами. В ней, что-то щелкнуло, сознание очистилось, и она сама взяла его за руку и посадила на кровать. Мария посмотрела на него, а он ответил ей страдальческим взглядом.

– Делайте со мной что хотите, Акиндин Назарович, только не уходите в лес.

Она впервые в жизни назвала его по имени.

– Не понял? – спросил потрясенно Акиндин, у которого уже кружилась голова. Он уничтожил ее страх к себе.

– Я согласна на все, чтобы вы жили, пожалуйста, не убивайте себя, я вас умоляю.

Мария стала сама гладить его по голове. Это была победа. Он уничтожил ее страх к себе. Он был счастлив. Он сидел, наклонив голову.

– Я не насильник и не убийца, Машенька, каким ты меня себе представила. Я не страшный колдун, как обо мне говорят, я просто мужчина со своими слабостями и человеческими желаниями.

– Да, я теперь знаю и согласна родить вам ребенка, – просто сказала она, испытывая новые чувства к нему. Она сама не понимала, что с ней происходит. Это ее удивило.

– Я не ослышался? – спросил Акиндин, чувствуя накатившее на него счастье. Он добился, наконец, что Мария перестала его бояться. В душе он благодарил отца Назара за то, что он научил его манипулировать сознанием людей и подчинять их своей воле. Он нежно обхватил ее за талию и прижался к ней.

В этом Назар Олегович был непревзойденным мастером и блестящим психологом. Он даже написал несколько работ на эту тему. Назар Олегович Званцов вообще был легендой, и все трепетали перед ним.

– Машенька, я сам боюсь тебя и не знаю, как начать, – ласково признался Акиндин, и это была истинная правда. Он хотел, чтобы она сама проявила инициативу. Она подняла его за руки и, когда он встал, начала его сама ласкать. Он стоял, не дыша, позволяя ей делать с собой все что угодно. Акиндин нежно поднял ее подбородок и посмотрел ей в глаза.

– Ты такая красивая девочка, что я даже не могу дышать.

Акиндин взял и нежно поцеловал. Он провел по ее губам пальцем.

– Машенька, как же я тебя люблю, моя девочка. Я боюсь к тебе даже прикоснуться. Ты понимаешь это?

Она подвела его кровати и сказала:

– Я готова для вас. Просто не знаю, как себя вести.

– Успокойся, солнышко, – сказал Акиндин. Он ласково провел по ее волосам.

Он начал осторожно ее раздевать, и она не противилась. Ей понравилось, что он такой нежный и ласковый мужчина. Он начал медленно расстегивать пуговицы на платьице своими шершавыми руками. Мария гладила его по голове, и в душе у нее прокралась мысль, что Акиндин в действительности был не такой, каким она его представляла. Он был ручной, совсем беззащитный, такой домашний, который вот так стоит перед ней и нежно прикасается к ее телу. Платье сползло на пол, Акиндин остановился. Он знал, что она еще девочка и это ее первый раз, и он должен был сделать так, чтобы этот первый раз был потрясающим. Он попросил Марию повернуться, чтобы расстегнуть лифчик. Она сделала так, как он просил. Затем он бережно перевернул ее к себе лицом и поцеловал ее, а она обняла его за голову и вдруг прижала ее к своей груди. Он тяжело вздохнул.

– Машенька, у тебя роскошное тело, – вдруг тихо сказал он. Акиндин начал целовать ее шею, а затем осторожно прикоснулся губами к плечу.

– А я считала себя толстушкой, поэтому, может быть, пряталась от всех, – призналась она ему. Она тяжело вздохнула.

– Ах, вот в чем дело? Запомни только одно, что ты самая красивая девочка, которую я видел. Да, самая красивая, самая желанная и самая любимая. Акиндин ласково поцеловал ее щеку, а затем прошептал:

– Милая моя, ты самая прекрасная.

– Я не знала, – покачала головой Мария, которая стояла почти обнаженная перед этим сильным мужчиной, который сам был сражен этой доброй девочкой.

– Что ты не знала, что у тебя великолепное тело, которое хочется постоянно ласкать?

Акиндин осторожно положил ее на кровать и стал любоваться этим дивным телом.

– Я всегда считала себя некрасивой, и у меня появились страхи, что я такая и останусь. А вы такой красивый, что я боялась на вас посмотреть. Я думала, что умру, когда видела вас. Вы самый красивый мужчина в деревне.

– Да неужели? – усмехнулся он и покачал головой.

– Да, а я такая некрасивая, и поэтому знала, что вы смотрите на меня из жалости.

– Какая ложь! Я видел и знал много женщин. Да, я не святой, но посмотри на себя. Ты прекрасна, и я еще такой красивой девочки никогда не видел. Вот почему я тебя заметил еще с раннего детства. Я ждал только тебя.

Он начал снимать свою одежду, и Мария увидела его всей его красе. Он был бесподобен. Мария чуть в обморок не упала от вида такого красавца.

Акиндин Назарович был настолько великолепен, что Мария потеряла дар речи. Он выглядел потрясающе. Высокий, сильный с накачанными мускулами и мощным торсом. Он был настоящим богатырем из русских былин.

Мария широко открыла глаза. Она ни разу не видела голого мужчину, и это ее потрясло. Она покрылась краской. Акиндин осторожно поднял ее и положил на кровать.

Он лег рядом с ней и повернулся набок, нежно лаская ее тело. Он медленно провел по ее телу, любуясь ее наготой.

– Ты прекрасна, мое солнышко, – сказал он, чуть прикасаясь к груди этой девочки.

Он хотел продлить это волнующее знакомство с ней. Мария была парализована этим взглядом и, наконец, поняла, почему она избегала его.

Она любила его, конечно, не так, как Сашку Черникова, который погиб, так и не узнав ее чувства к нему. Акиндин начал стягивать с нее трусики. Акиндин не спешил, хотя вся его душа рвалась к ней.

– Просто хочу видеть тебя всю, – спокойно сказал он, бросая ее предмет одежды на платье, которое лежало на полу.

– Боже, как ты прекрасна! Машенька, доверься мне. Я знаю, что в первый раз будет очень больно.

– Я потерплю.

Он покачал головой и начал ее целовать. Он снова легко поцеловал вначале ее шею, затем ложбинку между грудей.

– Тебе приятно, моя девочка? – ласково обратился он к ней.

– Да.

Акиндин нежно провел по груди и нежно припал к ней губами. Он осторожно прикоснулся к ее розовому сосочку и начал медленно втягивать его в рот. Он смаковал ее тело, как изысканный десерт. Затем переключился на другой. Это было великолепно, и Марии это очень понравилось. Она обхватила его за голову, приподняв, погладила его по лицу. Акиндин был потрясен. Он осторожно просунул руку между ее ног и почувствовал трепещущую расщелину.

– Маленькая моя, ты просто сокровище. Ты мне доверяешь?

– Да.

– Тогда я должен подготовить тебя.

– Делайте, как хотите, мне все равно, лишь бы сделать вас счастливым. Я не хочу, чтобы вы умерли.

– Нет, нет, так не пойдет. Я мечтаю сделать тебя счастливой и богатой женщиной, Машенька. Я еще раз напоминаю, что я не насильник, но придется потерпеть.

– Я согласна на всё, чтобы вам было хорошо.

– А я не согласен. Я хочу, чтобы именно тебе было хорошо, маленькая моя.

Он покачал головой:

– Я брошу весь мир к твоим восхитительным ножкам.

– Тогда у людей ничего не останется, – искренне проговорила Мария с улыбкой, впервые осознавая, что к ней так прекрасно относятся. Ее уважали и старались сделать приятное. Акиндин перестал пугать ее. Он был нежен к ней и сейчас просто ласкал ее лицо и тело, еле прикасаясь к нему, и не мог наглядеться. Его взгляд обжигал Марию.

– Ну и пусть. Машенька, моя родная, я должен сейчас попросить тебя раздвинуть твои красивые ножки.

Она сделала, как он хотел. Мария с трепетом раздвинула ноги. Акиндин начал покрывать поцелуями ее ножки. Он начал целовать все ее тело, легко, как пушинку. Затем Акиндин оказался между ног Марии. Он осторожно раскрыл ее и посмотрел на ее плоть, а затем начал нежно ласкать ее там губами. Затем покрыл легкими поцелуями ее живот. Мария была потрясена от такого прикосновения. Он умело владел ее телом, нежно прикасался к ней, как к сокровищу.

– Ты самая красивая девочка, Машенька. Ты самое дорогое, что у меня есть, – со страстью говорил он, покрывая легкими поцелуями все тело, которое он обожал. Он не спешил, хотя все его естество стремилось к ней.

Он посмотрел на нее с таким восторгом, чтобыли сожжены все мосты для них. Все в одночасье рухнуло. Все преграды были устранены.

Мария впервые улыбнулась, хотя была шокирована, что с ней делал Акиндин. Он не делал ничего такого, что могло ее испугать. Она расслабилась и позволяла делать все с ее телом.

– Машенька, моя красивая девочка, я должен почувствовать, какая ты там внутри. Ты мне позволишь это сделать? – ласково попросил Акиндин

– Да.

Акиндин осторожно ввел свой палец вовнутрь тела Марии, глубоко и очень осторожно проник в него. Затем вытащил его и уже ввел медленно два пальца.

– Ой, мне больно, – сказала Мария, ощущая сильное давление.

– Это только в первый раз, девочка, прости меня, любимая, – ласково произнес он.

Акиндин проник еще глубже и, наконец, натолкнулся на преграду ее девственности.

– Ты еще девочка, и поэтому тебе больно. Если хочешь, мы на этом остановимся и продолжим на следующий день. Я не хочу пугать тебя и делать несчастной. Я еще раз повторяю, что я не насильник, не монстр и тем более не страшный колдун, каким ты меня представляла. Я просто люблю и предлагаю тебе остановиться на этом. Ты должна привыкнуть ко мне и к моим ласкам.

– Нет. Я же сказала, что потерплю, – настойчиво повторила Мария, испытывая странное желание.

– Мой маленький бутончик счастья, ты хочешь пойти до конца? – спросил он потрясенно, отстраняясь от Марии.

– Да, – ответила Мария.

– Может быть, в следующий раз, моя маленькая?

– Нет, сегодня и сейчас.

– Не беспокойся, я все хорошо сделаю, моя радость. Доверься мне, моя хорошая.

Он еще раз нежно проник в нее и понял, что она готова. Он аккуратно навалился на нее и сказал:

– Машенька, согни свои коленочки и подними эти восхитительные ножки высоко.

Она сделала так, как он сказал. Он начал медленно входить в ее тело и остановился.

– Я страшно боюсь, моя Машенька, но будет очень больно, поэтому предлагаю остановиться, – произнес он со страхом.

– Я же сказала, что потреплю, – снова храбро ответила она.

– Ты осознаешь, на что ты меня толкаешь?

– Да, Акиндин Назарович.

– Тогда тебе придется потерпеть. Машенька, любовь моя, прости.

Он сделал первый яростный удар в ней, и она почувствовала, как внутри что-то разорвалось с невероятной болью. Он снова остановился.

– Как ты, лапонька, все ли хорошо? – испуганно спросил Акиндин, проклиная себя за то, что сотворил с этой невинной девочкой. В душе он почувствовал себя негодяем и подлым человеком.

– Ужасно больно, но я буду терпеть, – сказала Мария, морщась от боли. По лицу невольно сползла слеза.

– Господи, прости меня, – прошептал Акиндин, целуя ее лицо. Он с ужасом посмотрел на Марию, которая лежала в его объятьях и не могла перевести дух.

– Все хорошо, что с вами? – спросила Мария, чувствуя, что Акиндин замер.

– Я не должен был так поступать с тобой. Прости меня, Машенька.

– Ничего страшного. Вы любите меня?

– Да, моя родная, как никого в жизни. Ты все, что у меня есть, моя красивая девочка.

– Я счастлива, – просто сказала Мария, проведя своей ладошкой по лицу Акиндина. Он был потрясен.

Она даже не вскрикнула, когда он впервые овладел ею, и это его удивило. Он осторожно вошел в нее полностью. Все, она стала его. Акиндин ликовал. Он, наконец, завоевал ее. Всего за один день, вернее будет сказано, за один вечер. Мария начала чувствовать, что боль потихоньку проходит, и удивилась, как она смогла принять такой большой мужской орган в себя.

– Боже… Какая же ты красивая, девочка, и вся моя. Ты моя! – крикнул он ей в лицо.

– Да, Акиндин Назарович. Я ваша, и навсегда. Как же мне хорошо с вами!

– Что ты сказала, моя радость? – спросил он ее потрясенно, оставаясь в ее теле

– Я ваша навсегда, – с улыбкой ответила Мария.

Акиндин начал осторожно и легко двигаться в ней. Он уже не сдерживался и с жарким желанием овладел Марией. Она лежала под ним и была счастлива. Он был не такой, каким она его представляла. Нежный трепетный, внимательный, добрый и самый лучший.

Он подарил ей настоящую любовь. Акиндин любил ее до потери пульса. Он брал ее с пьянящей силой и с таким восторгом, что не мог остановиться. Он вновь и вновь брал ее и полностью потерял контроль. Она была счастлива и стала гладить ее по голове. Она стала нежно прикасаться к его щеке. Боль постепенно прошла, хотя она чувствовала небольшое жжение между ног. Он улыбнулся и мощно погрузился в нее еще раз. Она обхватила его руками и стала поглаживать сначала его лицо, а затем и спину.

– Ты само совершенство, моя Машенька. Спасибо тебе, девочка, за эту сказочную ночь. Ты мой самый дорогой подарок, который мне преподнесла судьба. Теперь у меня есть ради кого жить. Я убью любого, кто сумеет посмотреть на тебя или унизить. Ты все, что есть у меня, и мой сын. Если ты родишь ребеночка, то это будет счастье. Ты все, что у меня есть. Ты моя самая большая любовь, малышка. Нужно только родить ребеночка, и тогда мы победим.

– Я постараюсь, – с улыбкой победительницы ответила Мария. Она победила сама себя и была счастлива оттого, что Акиндин Назарович так прекрасно с ней обошелся и подарил ей любовь. Эту первую ночь она не забудет никогда.

– Машенька, ты просто чудо. Я не сделал тебе больно, я же не монстр, какой-то? Как бы я хотел взять твою боль, почувствовать ее.

– Нет, мне уже лучше. Все хорошо, я уже вам говорила об этом.

– Я самый счастливый человек.

– Спасибо, – ответила она.

– Нет, моя радость. Это я должен выразить тебе благодарность за то, что ты отдалась мне.

Он снова начал двигаться в ней. Он не мог остановиться.

– Не могу насытиться тобой, моя Машенька, не могу, – говорил он радостно Марии и с гордостью послал ей свой страстный взгляд, полный любви и обожания. Она улыбнулась ему в ответ.

– Не останавливайтесь, Акиндин Назарович. Прошу.

Акиндин был потрясен, услышав это желание. Он еще раз осторожно сделал несколько движений.

Он весь покрылся потом и еле дышал. Акиндин неохотно вышел из нее и удивился, как такая девочка приняла его с такой легкостью. Акиндин увидел, как из его мужского достоинства капает кровь этой девочки. Мария подарила ему девственность, и он был ее первым мужчиной. Акиндин был счастлив, как никогда в жизни.

Акиндин снова осторожно раскрыл Марию и увидел, что из ее прохода течет струйка крови. Он встал и бережно накрыл ее одеялом. Он вышел из комнаты, оставив потрясенную Марию, которая лежала без сил и еле дышала. Она улыбалась. Он принес стерильную марлевую салфетку и начал нежно вытирать кровь с прохода и с внутренних бедер. Акиндин снова оставил Марию для того, чтобы приготовить целебный отвар, для того чтобы остановить кровь. Она лежала без сил и не могла даже говорить, насколько сильным было потрясение. Он пришел, неся тазик с теплой водой и бутылочку с целебным средством.

– Откройся мне пошире, Машенька, я должен обработать твою рану там, внутри.

Он вял чистую марлю и окунул ее в таз, а затем протер все внутри. Затем ввел тампон с целебным отваром и сказал:

– Машенька, это для того, чтобы у тебя все быстро прошло. Прости меня за то, что сделал тебе больно.

– Я чувствую себя немного лучше, было очень больно, но постепенно все прошло.

– Нам надо повторить все это только через три или четыре дня, чтобы у тебя все зажило. Я думаю, что мы это сделаем еще раз в бане, как ты к этому относишься?

– Я не возражаю. Если это будет так, как сейчас. Мне было очень хорошо, я думала, что просто умру от страха. А так будет всегда?

– Будет еще лучше, моя любовь. Я не переживу, если с тобой что-то случится.

– А мне не будет больно?

– Это только в первый раз, Машенька. Как ужасно устроена природа, и всем девушкам приходится нелегко в первый раз, не говоря уже о том, чтобы выносить и родить ребенка. Пойди ко мне снова в объятья, моя девочка, но я тебя не буду трогать. Тебе и так сегодня досталось, бедняжка.

Мария крепко обняла его, и Акиндин был просто потрясен. Она обнимала его, гладя по волосам. Он сам попал в сети, которые сам расставил. Они не спали всю ночь, и Акиндин обнимал и целовал Марию. Мария смотрела на Акиндина с восхищением. Он был самым лучшим мужчиной на земле. Она сама стала целовать его, и он был просто потрясен. Он рассказывал ей удивительные истории. Они не могли наговориться. Они понимали друг друга с полуслова. Они дышали одним воздухом. Они любили друг друга. Это была магия любви двух человек, которые шли друг к другу очень трудным путем. Это уже были две половинки одного целого.

Ему было так хорошо с этой маленькой девочкой, которая околдовала его. Акиндин ушел утром на работу счастливый, как никогда в жизни. Он приготовил завтрак для себя, Марии и Ивана. Мария крепко спала, и он посмотрел на нее. Она была его. Она ему сама отдалась без сопротивления, и это было прекрасно. Ночь была сказочна. Эта девочка просто фантастична. У него было много женщин, но то, что он пережил с Марией этой ночью, не шло ни в какое сравнение. У него почва ушла из-под ног от такого открытия. Это был эффект, как будто Акиндина сильно приложили обухом по голове. Это был настоящий праздник. Мария встала и обнаружила, что Акиндин ушел. Он ночью поменял белье. На простыне была кровь и поэтому, чтобы не пугать девочку, быстро снял и отнес простыню с глаз долой. Он запер в сундук, как доказательство ее непорочности. Это была традиция у отца в поселении, которое сгорело после погрома.

Мария еле ходила после первой ночи, проведенной с таким зрелым мужчиной, и все удивлялась, как она могла так себя вести с Акиндином. Она поискала его во всем большом доме, но его нигде не было. Ей стало грустно. Она нашла записку на столе, где было написано следующее: «Моя дорогая и самая любимая Машенька. Ты мое счастье и радость на земле. Мне надо на работу. Я приготовил завтрак. Если он будет холодный, то разогрей его, пожалуйста. Ничего сегодня не делай. Отдыхай. Я тебя люблю. Целую тебя. Твой Акиндин». Она прижала этот лист бумаги к себе и не могла поверить своему счастью. Ее впервые любили и не унижали.

В середине дня явился Ванька, и она стала его кормить.

– Как жизнь? – спросил он ее.

– Все хорошо, Ваня, ты вчера ушел на целую ночь, и я очень волновалась,

– Был в лесу, а затем пошел в мастерскую. Мы с ребятами напились.

– Пить очень плохо Ваня, – тихо сказала Мария.

– А что тебе до меня, ты что, мне мать? – зло огрызнулся Иван.

– Нет, просто желаю тебе счастья. Ты же мне муж.

– Какой я тебе муж? Я муж только на бумаге для отвода глаз. Ну что, мой отец уже переспал с тобой?

– Я не хочу отвечать на это вопрос. Если бы я знала, то не согласилась на этот брак.

– Тебя же привели в этот дом для моего отца. Ты что, не знала? Он уже оприходовал тебя. Я уже это вижу. Вон, какая бледная стоишь и еле ходишь.

– Да и что такого, Ваня? – удивилась Мария.

– Почему ты так говоришь?

– Твой отец вчера ночью овладел мною. Я так противилась этому и хотела убежать, но обстоятельства изменились, – воскликнула Мария с улыбкой. Она уже знала, что такое лежать в объятиях этого красивого мужчины, чувствовать его божественные прикосновения и слышать его страстные слова любви.

– Я не могу вмешиваться в это дело. Отец знает, как ублажить любую девку. Он настоящий мастер в любовном деле. Тебе очень повезло. Наши парни не идут ни в какое сравнение с моим отцом. Машка, ты только слушайся его во всем, он страшный человек. Я сам его ужасно боюсь. Он может быть очень жесток и даже страшен. Поэтому подчиняйся ему во всем, как это делаю я.

– Я не думаю, что он страшный человек. Ты ошибаешься. Иван, ты сейчас так грамотно говоришь, я удивлена.

– У меня бывают периоды, что язык мой не слушается, и я лежу совсем больной. Ну ладно, не будем об этом. Спасибо, очень вкусно, мне пора уходить, так как я не дочинил старый трактор. Ты, кстати, очень вкусно готовишь. Я рад, что ты теперь с нами.

– Это не я, а твой отец все приготовил. Я вам еще такой вкусный обед приготовлю, что вы все пальчики оближете.

– Это хорошо. Всё, я ушел. Удачи с отцом, и не перечь ему. Слушайся его во всем, и тогда нам будет всем хорошо.

Половину дня Мария ходила как сонная. Она с восторгом вспоминала вчерашнюю ночь.

Мария приступила к хозяйству. Целых три дня она занималась домом. Она перемыла всю посуду, разложила белье по полочкам, накрыла стол скатертью.

Акиндин не трогал ее в течение двух дней, а только легко целовал и не мог наглядеться. Он подарил ей золотое колечко с крупным бриллиантом на следующий день после первой ночи. Мария была потрясена такому дорогому подарку и отказывалась его принимать.

Акиндин сказал ей, что станет несчастным, если она не примет его подарок. «Откуда такое богатство у Званцовых?» – задавала себе вопрос Мария, глядя на это дорогое кольцо. Ему очень понравилось, как она ведет хозяйство, и сам стал помогать ей. Акиндин не скупился на слова и постоянно хвалил ее. Он долго мечтал о такой женщине, и вот Мария здесь.

Прошел еще один день, и Акиндин решил продолжить обучение любви Марии. Он сказал ей, что сегодня ночью он придет к ней. Она была рада. За эти два дня она переменила к нему отношение. Он нравился ей, и впервые в жизни в этом доме ее не унижали, как это делала ее мать, Аграфена Кирилловна. Она была настоящей хозяйкой большого великолепного дома, который построил сам Акиндин Назарович, и любимой женщиной. Впервые в жизни ее уважали и любили. Даже Иван перестал грубить ей, а стал делать ей комплименты.

Ночью Акиндин пришел к ней. Марии была выделена специальная комната, где Акиндин смог запереться с ней для отвода глаз.

Он вошел в комнату и, отбросив одеяло, посмотрел на обнаженное тело Марии. Он попросил ее ждать полностью раздетой в его комнате. Она была невероятно красива и сказочна. Мария лежала и с радостью его ждала. Он лег и начал гладить ее роскошное тело. Акиндин разработал целую систему обольщения Марии. Постепенно, шаг за шагом, он начал осуществлять свой план. Но его план провалился, она полюбила его, по-настоящему полюбила.

Он опять начал ласкать ее тело сначала рукой, проводя нежно по телу Он привстал и начал ласкать ее ножки. Акиндин подложил подушку под ягодицы Марии, и тело высоко поднялось.

– Раздвинь ножки, моя девочка, я только хочу посмотреть, все ли у тебя зажило после потери девственности, – заботливо попросил он. Акиндин снова расположился между ее ног и стал нежно целовать ее. Мария вспомнила предостережения Ивана и решила слушаться Акиндина, хотя она его еще немножко боялась. Он обрадовался, что Мария так широко раскрыта. Он убедился, что все хорошо, и стал покрывать поцелуями ее пухлые ножки. Она должна привыкнуть к его присутствию, к его прикосновениям и к его ласкам. Он обнял ее. Она его тоже. Они были как две половинки одного целого.

– Все великолепно, моя радость. Спи, мое солнышко, – говорил он ей, положив ее голову к себе на грудь. Он нежно гладил ее, перебирая волосы. Он убаюкивал ее, как маленького ребенка.

– Я сегодня не стану к тебе приставать, хотя безумно хочу тебя. Пусть у тебя все пройдет. Спи, моя Машенька. Спи, моя родная.

Она уснула, а он обнял ее и прижался к ней. Он гладил ее по волосам. «Она совершенство и моя. Хорошо бы, что она еще родила бы и дочку, похожую на мою матушку. Я хочу много детей от этой красивой девочки». Акиндин крепко прижал ее к себе и провалился в сон. Мария проснулась поздней ночью и посмотрела на Акиндина, который лежал на спине.

Он был невероятно красив, и она поразилась этому открытию. Акиндин Званцов был самым красивым мужчиной в деревне. Это была убийственная красота. Черные, как смоль волосы, зеленые с серым оттенком глаза, прямой нос и чувственные губы. Все женщины в деревне в тайне сходили по нему с ума и умирали по нему от страсти. Она пережила самые волнующие моменты и удивилась тому, почему избегала встреч с ним. Он был очень добр с ней и невероятно нежен и в эту ночь. Она вспомнила, как он ласкал ее сегодня ночью и не принуждал делать то, что ей не нравилось.

Утром Акиндин встал и начал любоваться снова Марией. Она открыла глаза и с трепетной улыбкой посмотрела на него. Она медленно потянулась в постели.

– Доброе утро, моя любовь. Ты так похожа на маленького котенка, которого хочется приласкать. Сегодня ночью ты так сладко спала, малышка. Я приготовлю всем завтрак и отправлюсь на работу. Сегодня отдыхай, набирайся сил, моя хорошая, – сказал Акиндин, озорно подмигнув Марии глазом. Он нежно поцеловал ее в губы.

– Через два дня мы попробуем опять заняться любовью, моя девочка. Мы это сделаем в бане, как в старые времена моих прародителей. Это будет что-то. Это станет таинственным обрядом посвящения в мир любви. Ты испытаешь то, чего не испытывала ни одна женщина.

– А что? – испуганно спросила Мария.

– Это большой секрет, маленькая моя.

– Это нечестно, – сказала Мария, надув губки.

– Согласен, но я хочу приготовить тебе сюрприз. Все я ухожу.

– Останьтесь со мной еще минутку, прошу, – молила Мария.

– Нет, мое сокровище, а то опоздаю на работу, – и, чмокнув в щечку, скрылся в дверях. Акиндин был счастлив.

Он почувствовал, что Мария стала тянуться к нему, и этот факт подтолкнет ее к тому, чтобы осуществить задуманное. Он сломал ее сопротивление без боя и вызвал доверие. Она уже не могла жить без него, как и он без нее.

Мария была потрясена. Акиндин выражался очень красиво. Откуда у него такие манеры? Почему он так красиво выражается? Какие тайны хранит эта семья?

Мария вначале захотела сбежать от этого страшного человека, но куда бежать? От этой любви, невероятной заботы и постоянного внимания? У нее нет родных и друзей, а мать чудовищно к ней относилась. Акиндин вначале был одержим ею. Вот почему некоторые женщины убегали от Акиндина. Они страшились его огненной страсти и его дикого и адского желания.

Она вспомнила, как он часто заглядывался на нее и иногда ласково к ней обращался. Акиндин еще с детства выбрал ее для себя, хотя был еще женат и его жена умирала.

Это был полный кошмар. Он часто приходил к ним домой и ласково прикасался к Марии, гладя по щекам, приговаривая: «Хорошая вышла малышка. Настоящая красавица. Скоро совсем созреет для семейного счастья и для меня. Я дождусь ее. Она станет моей и только моей». Мария убегала в свою комнату и ждала, когда Акиндин уйдет домой. Ее всю трясло, когда она видела его. Она его постоянно сторонилась, а завидя его, быстро переходила улицу или шла домой окружной дорогой. Все говорили Аграфене, зачем Акиндин приходит к ним домой, а она отвечала, что просто заходит в гости, и все. Люди говорили, как бы что ни приключилось с Марией, а Аграфена только махала рукой и уходила от ответа. Были и женщины, которые охотно пускали Акиндина к себе домой, и он приходил для удовлетворения своих потребностей. Они его пускали, чтобы получить от него какой-нибудь дорогой подарок, на который он не скупился. За то он с ними хорошо расплачивался. Люди в деревне интересовались, откуда у простого распиловщика дерева такие деньги.

Акиндин радостно ушел на кухню готовить завтрак, и Мария поразилась его телу. Оно был без единого жирка, как у атлета. Сильное, с накачанными мускулами, как у молодого юноши. Акиндин был очень высокого роста и невероятно красив. Самый красивый. У него была какая-то дикая красота и взгляд, который пронизывал душу.

Казалось, он читает мысли на расстоянии и очень хорошо знает людскую природу. Его красота убивала и поражала всех вокруг.

Ванька пришел только вечером, и он не испытывал к Марии никаких чувств. Он сказал, что снова пойдет в мастерскую к дружкам. Он доволен жизнью, так как обрел свободу и может делать, что хочет, так как у него не было настоящих супружеских обязанностей.

Он выполнил свой долг только на бумаге.

Она целый день пребывала в разобранных чувствах после первой близости с Акиндином. Она страшилась идти в баню. Это неудивительно. Быть в бане снова с мужчиной? Что там затеял Акиндин? Что он собирается сделать с ней там? Когда ему удалось подчинить ее волю и свободно владеть ее трепещущим телом, он испытал настоящее счастье. Какой обряд он собирался провести? Ей стало не по себе.

Мария была в замешательстве от первой ночи, проведенной с ним. Мария была потрясена, что Акиндин овладел ею сразу на следующий день после свадьбы. Ей не хотелось принадлежать Акиндину. Она его очень боялась с раннего детства, как и все в деревне. Поговаривали, что он родом из семьи староверов-чернокнижников. Его отец Назар Олегович Званцов был основателем поселения староверов в лесном поселке и имел много женщин. Он называл их своими женами, а одна из них – Малуша – родила Акиндина, который стал гордостью отца и единственным сыном. Назар Званцов больше не желал иметь детей. Он боготворил Акиндина. Всем другим женщинам он приказал давать отвар для предотвращения беременности. Вот почему Акиндин стал его единственным сыном. Назар не желал, чтобы у Акиндина были соперники на наследство. Акиндин же терпеть не мог своего сына, который был больным человеком. Он с ним намаялся долгое время. Он сделает Марию своей любовницей, главной наложницей, как это приято в секте, а Ваньке разрешит только сидеть рядом с ней за столом во время трапезы и на празднике. Мария станет его тайной женой. Он будет хозяином ее жизни и ее роскошного тела. Он станет проводить все ночи напролет вместе с ней. Казалось, что у Акиндина наступила вторая молодость. Акиндин заболел ею, так как у него была какая-то маниакальная страсть к этой несчастной девочке. Он все идеально рассчитал.

У Хлебниковых не было родственников и друзей. Поэтому за Марию было некому заступиться. Люди его боятся и не станут вмешиваться в их отношении с Марией. Акиндин решил, что Мария станет самой лучшей любовницей для него. Он все сделает для этого, как он мастерски взял Марию в первый раз. Его никто не узнавал, так как он выглядел потрясающе.

Ванька все узнал от Марии и был рад, что будет мужем только на бумаге, и стал сильно пить. Акиндин пригрозил сыну, что если он развяжет язык, то ему конец. Он его уничтожит. Ванька тоже смертельно боялся отца и поэтому согласился сохранять молчание. Это обрадовало Акиндина, так как он мечтал о новой семье. Он мечтал о юном теле, которое будет удовлетворять его потребности в постели, и вот в доме появилась маленькая Машенька. Он был вдовцом и обещал своей жене позаботиться о сыне, но мечтал о свободной любви, как в секте отца, где у предводителя было несколько женщин. Акиндин решил ночью заняться любовью с Марией прямо в бане. Он был одержим Марией и решил постоянно держать ее у себя, не допуская никого к ней, если только ее матери. Он потребует, чтобы Мария не работала, а сидела дома.

С утра он принес много дров для растопки. Мария стала избегать встреч с матерью, которая пришла через два дня в гости после свадьбы.

Мария выразила свою ненависть к ней. Она не стала рассказывать, что у нее произошло с Акиндином Назаровичем. Это была ее тайна.

– Затем пришла? – жестко спросила Мария мать.

– Как это зачем? – удивилась Аграфена. – Я хочу узнать, как ты устроилась. Как ведешь хозяйство. Может быть, тебе, что-то посоветовать, ты же у меня совсем дурочка.

– Интересно, – покачала головой Мария. – Выдала меня замуж за урода, а теперь спрашиваешь, как дела. Я не хочу тебя видеть совсем. Убирайся из моего дома, ты не мать, а настоящая стерва. Пошла отсюда вон. Я ненавижу тебя, поняла? Я никогда не переступлю порог твоего дома! – закричала Мария.

– Ну-ну… – зло прошептала Аграфена и вышла из дома.

Больше Аграфена не приходила в дом к Званцовым, даже когда родился внук Олег. Она жила одна, и к ней никто не приходил. Это было на руку Акиндину, и он обрадовался, что теперь он единоличный хозяин такой красивый девушки, как Мария, которая стала испытывать радость от общения с ним. Он устранил всех на своем пути, даже мать Марии. Путь был свободный. Это был хорошо продуманный план. Олег родился после того, как Мария забеременела тогда в бане. Он решил всерьез заняться Марией и ее обустройством в своей семье. Акиндин станет заниматься любовью с Марией постоянно. Он видел, как его отец занимается любовью с юными девочками, которых привозили к нему из разных мест. Назар Званцов любил демонстрировать свою власть над женщинами. Он любил лишать невинности девушек, укрощать их дух, подчиняя их дух своим желаниям. Он делал это идеально и хорошо научил своего сына Акиндина, как подчинять себе людей и их волю. Назар Званцов влюбился в 15-летнюю Оксану Колесниченко, и она ему родила сына в 16 лет. После рождения Оксану, или Ксюшеньку, начали называть Малуша. Она родила прекрасного и здорового сына. Это был Акиндин. В секте были разнообразные приемы подчинения воли человека, и Акиндин все знал, так как его научил отец.

Отец передал своему сыну все свои знания, а также открыл секрет, что Акиндин – самый богатый человек, и показал ему несметные сокровища.

В бане и был зачат Олег.

Акиндин растопил баню, и уже когда стемнело, позвал туда Марию. Была весна, и Мария, укутавшись в свое пальтишко, направилась в баню.

Он был счастлив, как никогда в жизни. Он ждал ее, предвкушая небывалое наслаждение. Мария опять станет его. Она отдаст свое роскошное тело опять без сопротивления. Молодая женщина пришла туда с интересом. Ее трясло от возбуждения. Она немного боялась его. Мария не смогла забыть тот первый раз, когда она потеряла волю и свободно отдалась Акиндину.

– Какая прелесть! Моя девочка. Пришла ко мне. Не бойся меня, ты мое солнышко, я тебя не обижу. Все опять будет хорошо, моя любимая. Раздевайся, лапонька, я тебя попарю хорошенько. Это будет посвящение в тайны любви. Я очищу твое тело и сознание для счастья. Ты моя любовь и отрада в жизни. Раздевайся, моя девочка. Ты моя красавица, мое сокровище.

Акиндин помог ей снять пальто и увидел, что Мария надела халат и сорочку.

Он помог положить вещи в предбанник и, открыв дверь, впустил Марию в помещение, где повсюду поднимался пар.

– Скинь халатик и сорочку, моя радость, – нежно прошептал Акиндин ей в ухо.

Мария трясущимися от возбуждения руками сбросила одежду и положила на маленькую тумбочку. Акиндин подхватил Марию на руки и бережно положил ее на лавку, и стал легко шлепать берёзовым веником ее тело.

Он стоял совершенно раздетый, и Мария поразилась его могучему телу.

– Красавица, моя красавица, моя дивная девочка, – шептал он ей снова в ухо. Он делал это осторожно, а затем поднял кувшин и стал обливать ее горячей водой. Он начал мыть ее волосы. Акиндин нежно проводил руками по голове, делая невероятный массаж. Он ополоснул ее из кувшина. Мария стояла не шевелясь. Она его очень боялась, но решила, что сопротивляться не стоит, так можно сохранить свою жизнь. Он намылил ее все тело и стал делать снова массаж. Мария расслабилась и посмотрела на деревянный потолок. Акиндин нежно водил по ее телу, порытому пеной. Он намылил ее ножки и стал тереть их губкой. Затем мыльной рукой полностью раскрыл ее и промыл между ног, делая нежный эротический массаж, о котором Мария не знала. Он не торопился заканчивать это занятие, когда услышал легкий стон наслаждения Марии. Акиндин снова всю ее ополоснул. Он зачерпнул теплую воду из бака в кувшин и стал обливать ее. Акиндин как заворожённый смотрел, как вода смывает пену, и улыбнулся.

– Умница, девочка. Хорошая моя, самая любимая.

Он попросил ее лечь на живот, а затем начал легко похлопывать по пышным ягодицам березовым веником.

– Вот так, моя хорошая, вот так, моя любимая. Боже, какое у тебя роскошное тело, моя девочка. Тебе нравится, что я делаю, лапонька? Я хочу, чтобы ты была счастлива, любовь моя.

– Да, – выдохнула Мария, чувствуя потрясение.

– А теперь, Машенька, ложись на стол, моя хорошая. Мы проведем обряд посвящение в любви, и ты станешь моей вечной женой. Ложись, моя красавица. Не бойся, девочка.

– Хорошо, но все-таки я побаиваюсь.

– Все будет хорошо, моя любимая. Ты моя самая любимая девочка. Моя радость и отрада в жизни.

Мария стала походить на живое существо для жертвоприношения языческим богам. Мария легла на стол, и Акиндин стал смывать последние остатки пены с тела, дотрагиваясь до грудей, до сосков. Он долго гладил ее. Он провел

всей ладонью между ног Марии. Он начал делать ей массаж всего тела. Он нежно притрагивался к ее телу, и она полностью расслабилась. Он делал ей массаж и шептал страстные слова любви.

– Теперь ты моя вечная жена. Вот ты посвящена в великую тайну любви. Ты только моя. Я люблю тебя, Машенька.

Она вздрогнула от неожиданности, когда Акиндин попросил, чтобы она его попарила. Она неохотно встала со стола и стала легко хлестать Акиндина веником, он страстно прошептал:

– Хорошо, лапонька, очень хорошо. Скоро ты отдашься мне прямо здесь на столе. Не бойся меня. Ты моя красивая девочка и только моя. Ты помнишь, как это было, маленькая моя? – спросил Акиндин, лежа на скамейке.

– Я не могу больше это слушать, – выразила протест Мария, ощущая желание, которое в ней разжег Акиндин.

– Почему, лапонька, ты же моя красавица. Моя спелая ягодка. Мой маленький сладкий бутончик счастья, который разжег во мне пламя любви. Это удалось только тебе, моя красивая девочка. Я поражен, любимая моя.

– Нет, я просто не вынесу это, – прошептала Мария, впервые почувствовав снова странное возбуждение. Акиндин встал и поднял Марию на руки.

– Машенька, намыль меня, пожалуйста. Это несправедливо, что я только мою тебя.

– Хорошо, – и Мария взяла мыло и начала мыть его.

– Спасибо, моя родная. У тебя такие добрые маленькие ручки. Помой меня, пожалуйста, солнышко мое.

Акиндин решил вызвать желание у Марии ухаживать за ним, и это ему удалось. Он хотел, чтобы она сама прикасалась к нему и снова победила свой страх от общения с ним. Она уже сделала это в первый раз, и он хотел продолжения.

– Ты такая красивая девочка. Ты моя красавица, потри мне спинку вот той мочалкой на крючке. Мария, взяв мочалку, начала тереть его.

– Ох, как хорошо, а то после работы все мое тело болит. Спасибо, девочка, спасибо тебе, милая.

Акиндин наслаждался прикосновением Марии. Она успокоилась и начала мыть его большие и мощные ноги. Он знал, как она любит помогать больным людям, и намеренно использовал это в своих целях.

– Великолепно, малышка, а сейчас ополосни меня, пожалуйста. Мария зачерпнула кувшин и обильно стала обливать Акиндина водой. Ей понравилось это занятие.

– Милая Машенька, ты не могла бы помыть мне и голову? – спросил снова Акиндин.

– Хорошо, с удовольствием.

Мария намылила голову Акиндину и хорошо ее промыла, а затем ополоснула теплой водой. Она нежно делала это и с большим желанием. Акиндин встал со скамьи и протянул руки Марии.

– Иди ко мне, моя радость. Машенька, ты самая красивая. Знаешь, Боже, как ты прекрасна… – проговорил Акиндин, вглядываясь в лицо потрясённой Марии.

– Посиди у меня на коленочках, любимая моя девочка. Ты как богиня плодородия, и я надеюсь сделать тебе ребеночка. Так и хочется тебя съесть целиком.

– Не надо, – испугалась Мария, когда он нежно подхватил ее и посадил на колени.

– Я просто пошутил, моя девочка. Я не стану принуждать тебя. Я прошу прощения за ту первую ночь. Милая Машенька, обними меня, пожалуйста. Я истосковался по женской ласке, и, может быть, немного одичал и вел так грубо вначале с тобой.

Мария обняла его за голову, тяжело вздохнув. Он прижался к ней, как ребенок, и стал такой беззащитный, почти ручной.

Нет, не для того он организовал весь этот фиктивный брак. Он это сделал для себя. Он станет полноправным хозяином жизни Марии и ее тела. Акиндину была нужна постоянно женщина для любовных утех, и в качестве таковой он выбрал маленькую Машеньку. Он больше не станет посещать других женщин. Мария станет для него единственной женщиной. Акиндин гладил Марию по волосам и снова обратился к ней.

– Девочка моя, вот такая у меня ужасная жизнь. Сначала расстреляли отца, моя мать повесилась на дереве в лесу, затем умерла жена, а сын у меня вон какой. За что мне это, Машенька? За что? Как же мне плохо… – тяжело вздохнул он.

Мария была потрясена, что Акиндин так просто с ней разговаривает. Он жаловался на свою судьбу, и его рассказ растопил вконец сердце Марии. Она почувствовала к нему сострадание и стала нежно гладить по его лицу.

– Если бы ты знала, Машенька, как мне трудно жить. Случись что с Ванькой, и тогда весь род Званцовых погибнет. Я в отчаяньи, моя хорошая. Как же мне плохо… Мне даже хочется умереть.

Мария вдруг взяла его лицо и осторожно поцеловала. Она стала всматриваться в его лицо.

Она прочитала такую боль в глазах Акиндина, что в ней что-то перестроилось. Акиндин сидел неподвижно около большого очага, на дубовой скамейке, где пылало большое полено.

– Это просто ужасно, что у вас такая жизнь. Я совсем не знала, что вы несчастны.

– Милая моя. Я так страдаю, что иногда мне не хочется жить. Я даже хотел покончить счеты с жизнью. Когда я тебя впервые увидел в доме Аграфены Кирилловны, то прочитал в твоих глазах такую доброту, что мне стало плохо. У меня в то время сильно болела жена и уже не вставала с кровати. Она умирала, а я не смог спасти ее.

– Мне очень жаль вас, – проговорила Мария, и у нее начало сжиматься сердце, а на глазах начали наворачиваться слезы.

– Я годами мечтал, чтобы ты была со мной, и вот ты здесь, рядом. Ты, наверное, очень испугалась, когда я впервые овладел тобой. Я просто негодяй, Машенька. Теперь все будет по-другому, маленькая моя. Прости меня, я вел себя как настоящий садист и подонок. Я так испугал тебя. Мне нет прощения.

– Все хорошо, не надо так переживать, той ночью было все прекрасно, и я счастлива, – проговорила Мария, снова гладя по его красивому лицу. Он испытывала новые для нее чувства к этому человеку.

Удивительное дело, но страх прошел, и она уже сама испытывала интерес к этому мужчине, который держал ее на коленках и изливал свою душу.

– Да, я думал, что ты возненавидишь меня за то, что я сделал с тобой в ту первую ночь.

– Я уже не знаю, что со мной происходит, – проговорила Мария.

Она подняла свои глаза, полные слез и сострадания, и увидела, что этот мужчина такой несчастный. Акиндин нежно погладил ее по голове. Он начал ласкать ее совсем иначе. Он снова стал таким добрым, внимательным и отзывчивым, что это потрясло Марию. Акиндин нежно поцеловал ее в губы, а она перестала отталкивать его и сама обняла его за голову и прижала его к своей груди, гладя по волосам. Она прониклась к этому мужчине и решила помочь ему. Она посмотрела на него и вдруг произнесла то, чего он так долго ждал.

– Вы хотите, чтобы я родила вам сына? – взволнованно прошептала она.

– Да, и я уже не знаю, что мне делать. Я живу как в аду.

Мария тяжело вздохнула и поняла, что она должна спасти его. Она взяла его лицо и посмотрела на него. Акиндин замер. Она всматривалась в его лицо, и ее сердце сжалось от тоски, которую она прочитала в его глазах.

– Машенька, что же мне делать? – спросил Акиндин в сердцах. – Как мне жить, я же совсем один?

– Теперь уже нет, у вас теперь есть я, – ответила Мария, она решилась на отважный шаг и обратилась к Акиндину, немного отстраняясь от него.

– Это очень хорошо, – ответил Акиндин с грустью в голосе.

– Тогда делайте со мной всё, что хотите. Я не хочу, чтобы вы страдали. Я вам помогу.

– Что ты сказала? – спросил Акиндин потрясенно, моргая глазами от изумления.

– Я согласна родить вам сына и поэтому должна вам помочь.

– Я не верю своим ушам, девочка, неужели ты мне это говоришь, я вел себя ужасно с тобой, а ты говоришь мне такие слова? – обрадовался Акиндин.

В душе он ликовал. Всё. Это была победа. Он, наконец, завоевал ее всего за четыре дня. Он был поражен. Это было невероятное открытие и для самого Акиндина Званцова.

– Возьмите меня прямо здесь, и я больше не стану сопротивляться вам.

Акиндин сидел как громом пораженный. Это была полная капитуляция этой маленькой девочки перед его силой и его желаниями.

Она сама попросила заняться с ним любовью и выразила желание родить ему ребенка. Акиндин применил еще один способ подчинения его желаниям. Это вызвать сострадание к себе.

Он использовал ее главную слабость – это ее стремление помочь любому человеку. Он добился полной свободой действий и неограниченного доступа к ее телу.

В эту ночь все было по-другому. Акиндин любил ее как пушинку. Он нежно притрагивался к ней и, положив на стол, посмотрел на нее.

– Да, – тихо произнесла Мария.

Акиндин медленно ласкал ее тело. Он делал это настолько нежно, что Мария удивилась. Он покрывал ее тело легкими поцелуями. Он прикасался к ней как к драгоценному сосуду. Было ощущение, что он сам боялся причинить ей боль и спросил:

– Я хочу тебя, но боюсь сделать тебе больно. Ты такая красивая, Машенька. Мария сама открылась для него и произнесла, то, чего он ждал так давно.

– Возьмите меня, пожалуйста, – проговорила она, дотрагиваясь до его лица.

– Не может быть. Я не верю. Ущипните меня, может быть, это сон, – пробормотал Акиндин и очень нежно вошел в нее. Он любил ее и осторожно проникал в нее, боясь сделать ей больно. Это было ощущение, когда вытаскиваешь чеку из гранаты.

– Машенька, тебе хорошо? Как ты чувствуешь себя, моя любовь? – заботливо спросил Акиндин, снова медленно и не спеша погружаясь в нее.

– Все хорошо. Мне уже не так больно, просто непривычно.

– Я все понимаю и сделаю так, как тебе нравится.

Он начал спрашивать, как доставить ей удовольствие.

Это поможет ему управлять Марией, которая сейчас полностью отдавалась ему. Он должен узнать ее и то, что ей нравится. В эту ночь он был снова заботливым и очень нежным.

Мария была потрясена, когда почувствовала, как неизвестное наслаждение окатило ее и внутри стало все пульсировать. Она задрожала, и внутри она почувствовала сильную пульсацию.

Акиндин тоже это ощутил и понял, что это первый оргазм, который он подарил Марии, и его соки прорвались и потекли в ее тело. Это была победа духа над плотью. Акиндин был счастлив, что эта девочка снова подарила ему волшебную ночь. Теперь он знал, как надо обращаться с ней. Они получили одновременно оргазм, и это было впервые у Акиндина. Их тела сотрясались в огне страсти. С другими женщинами ему это не удавалось вообще это сделать. Но с Марией? Он получил ключ к ее телу, к ее душе. Мария обняла его и подарила поцелуй. Она удивилась, что смогла укротить такого страшного человека, о котором ходили легенды в деревне и которого боялась всю жизнь. Он посмотрел на нее и сказал:

– У тебя самое роскошное тело, моя девочка. Ты всё, что у меня есть.

– Я не знала, – ответила смущенно Мария.

– Что ты не знала, моя любовь? – ласково спросил он, нежно всматриваясь в ее лицо.

– Что у меня такое тело, – попыталась ответить Мария, хотя язык ее не слушался.

– У тебя божественное тело, моя Машенька, и я люблю тебя, люблю! – закричал он от счастья, оставаясь в ее разгоряченном теле. Они занимались любовью всю ночь. Мария сама не отпускала его от себя. Она по-настоящему влюбилась в Акиндина.

В эту ночь и был зачат Олег. В последующие дни Мария ходила счастливая. Она в буквальном смысле летала. Ее еще никто так не любил. Акиндин окружил ее таким вниманием, что она была поражена. Он боготворил Марию и не мог оторваться от нее. Он шептал ей в ухо страстные слова любви, даже когда она занималась хозяйством.

Он часто усаживал Марию к себе на колени и, расстегнув кофточку, ласкал ее пышные груди. Она позволяла делать с ней все, что он хотел. Акиндин не мог наглядеться на нее.

Однажды он принес много мяса и сам начал лепить сибирские пельмени. Она вошла в большую комнату с тазом чистого белья и удивилась. Эта комната служила и столовой, и кухней. Она увидела, как на столе лежат противни, все наполненные пельменями. Мария захотела тоже лепить пельмени и попросила ее научить.

Акиндин с радостью стал объяснять, как заворачивать фарш в тесто. Он увидел, как мука попала на нос Марии, и нежно смахнул ее. Она громко засмеялась. Впервые в жизни ей было так хорошо. Ее любили, и она была настоящей хозяйкой этого дома. Она чувствовала себя свободно в доме Званцовых.

– Какая же ты все-таки девочка!.. – улыбнулся Акиндин.

– Это что, плохо? – обиделась она.

– Нет, просто чудесно, и всегда оставайся такой, моя милая, добрая и самая лучшая девочка.

Мария улыбнулась и кинула в него кусочек теста.

– Да ты еще и маленькая проказница. Ну всё, теперь я тебе задам, – проговорил он грозным тоном, вставая из-за стола. Мария с криком выбежала из комнаты, а Акиндин поймал ее и понес обратно. Он поставил ее на пол и просто поцеловал.

– Ты мое счастье, Машенька, и все еще маленький ребенок. Я не хочу, чтобы ты быстро повзрослела. Оставайся такой всегда, а сейчас надо закончить нашу работу.

– Что вы имеете в виду?

– Пельмени, моя девочка, пельмени, – рассмеялся он и покачал головой.

Ему самому стало очень смешно, и он расхохотался на весь дом. Он сидел и смеялся так громко, что чуть не выронил миску с мясом.

Мария залилась краской стыда, так как она выдала ему свое тайное желание, и он был счастлив. Она сама стала громко смеяться. Наконец-то в доме поселилась радость.

Ванька тоже стал изменяться, когда Мария, вся в слезах, стала умолять его не пить. Он согласился и уходил из дома в мастерскую или в баню только ночью, чтобы не мешать им с отцом. Его никто не выгонял из дома, просто он понимал, что отцу лучше не мешать.

Когда Акиндин уходил на работу, то она скучала по нему. Она выходила в большой сад и ждала его там. Она поняла, что влюбилась в него, без памяти и навсегда.

Это просто глубоко в ней сидело, и она поняла, почему избегала встреч с ним. Это были совсем другие чувства. Он это знал. Акиндин добился любви этой девочки, и теперь ему море по колено. Однажды Мария бросилась к нему на шею, когда он вернулся с работы. Она поцеловала его, и он был потрясен.

Мария после так называемого «медового месяца» вернулась в колхоз и стала работать дояркой вместе с матерью, но она не разговаривала с ней, и все доярки заметили это. Все заметили у нее круги под глазами и то, что Мария немного похудела. Все заметили, что и характер у Марии изменился. Она стала резкой и немногословной.

– Ну как замужем, Машка? – ехидно спросила Наталья Локтева, старшая сестра Ирины, жены председателя колхоза.

– Как у всех, – просто ответила Мария. Наталья работала начальницей на ферме и была строгая ко всем.

– А чего у тебя такие подглазины?

– Я не отвечаю на эти глупые вопросы.

– А что с матерью не разговариваешь? – продолжала допрос Наталья.

– Наташ, отстань от меня, пожалуйста. Она мне не мать с того момента, когда насильно отдала меня замуж за этого Ваньку.

– Да, врагу не пожелаешь, – покачала головой Наталья Локтева. – Так обращаться с дочерью…

– Это все? А то мне надо работать. Ты же сама на собрании устроишь скандал, что норму не выполняю, – зло проговорила Мария.

– Ладно, Маш, не кипятись.

С тех пор прошел ровно месяц, когда Мария поняла, что беременна. Она сообщила об этом Акиндину, и тот расплылся в улыбке.

– Какое счастье, Машенька! Молодец, девочка, мы сделали это. Ты должна снова прийти ко мне ночью в баню.

– Я же беременная, – воскликнула Мария.

– Нет, ну что ты… Мы не будем заниматься любовью, просто я тебя попарю. Мне нужно, чтобы ты нормально выносила моего ребенка, – сказал Акиндин, страстно поцеловав Марию в губы. Он попросил, чтобы Мария ушла из колхоза, и она сделала это, что вызвало порицание у деревенских жителей. Акиндин учил ее, как вести хозяйство, и был очень нежен в любви. Прошло три месяца, и Акиндин сам ушел в лес за припасами и травами. Он хотел, чтобы Мария хорошо отдохнула перед родами. Мария поняла, что полюбила Акиндина и не могла жить без него. Ванька тоже был доволен, перестал пить и начал помогать тоже по хозяйству. Все были счастливы. Все в деревне говорили, что с приходом Марии в дом Акиндина все изменилось. Ванька перестал болеть и ходил всегда чистый и опрятный. Акиндина никто не узнавал, он помолодел лет на сто. В деревне все завидовали семье Званцовых.

С рождением Олега жизнь в доме Званцовых изменилась. Акиндин помогал Марии с Олежкой. Он купал его в ванночке и помогал пеленать. Ах, как он любовался, когда Мария кормила Олежку грудью. Акиндин сидел и облизывался как кот на сметану. Он любил Марию до безумия и однажды после кормления сам пососал ее грудь, пробуя молоко на вкус.

– Ты такая сладенькая, моя Машенька, и я тебя люблю, – проговорил Акиндин, вытирая рот.

– Я люблю вас, Акиндин Назарович, очень люблю. Я не могу жить без вас, – вдруг вырвалось это признание. Акиндин был потрясен и не смог восстановить самообладание.

– Что? – воскликнул потрясенно Акиндин. – Это всё, что мне нужно. Я стал самым счастливым человеком.

– Я люблю вас, люблю, – и Мария стала покрывать его лицо жаркими поцелуями. Он этого не ожидал и растерялся.

– Я счастлив.

Он сидел как громом пораженный. Наконец-то он любим. Ему было для кого жить. Если бы не Иван, то он сам бы женился на ней, даже нарушив клятву, данную жене Аннушке.

Ванька затаил злобу на отца, но при людях говорил, что у него родился сын, чтобы не опозорить семью. Олежка стал любимцем Акиндина. Он разрешал ему всё. Олежка полностью походил на деда. Умный, смелый и очень сильный. Ванька играл с Олежкой в шашки и в карты. Он относился к нему как к младшему брату.

Вечером Олежка отравился на рыбалку вместе с Андрюшкой Черниковым и его братом Петром. Ребята забежали в дом к Званцовым и отпросили Олежку. Мария неохотно отпустила сына на рыбалку. Она тряслась над сыном.

– Если ты будешь купаться в реке, то я запру тебя в доме, понял? – строго грозила Мария, так как тряслась за сына.

– Я не буду купаться в реке, мама, – пообещал Олег матери.

– Теть Маш, я за ним пригляжу, – обратился Петр Черников к Марии.

– Ты обещаешь, Петя?

– Да, мне же уже пятнадцать лет, теть Маш.

– Ну смотри, если что случится, то пеняйте на себя, – грозно сказала Мария.

Олег с друзьями пошел на речку, довольный, что сделал деревянного мишку вместе с дедом для Олечки Захаровой, которого собирался подарить завтра утром. Акиндин работал тоже в колхозе. Он был специалистом по деревозаготовке и проводил все время на лесопилке. Он помог председателю колхоза организовать собственную лесопилку, и поэтому в колхозе имелся целый маленький деревообрабатывающий завод.

Был выходной день, Ванька, как всегда, ушел в лес по грибы. Он стал почти хроническим алкоголиком, и председатель Виктор Степанович грозился выгнать Ваньку из колхоза.

Мария отправилась на сеновал в Акиндину. Он уже лежал на стоге и ждал ее. Она еле пришла, и Акиндин поднялся и расстегнул кофточку Марии. Акиндин припал к соскам Марии и стал сосать их.

– Мы уже сделали два ребеночка, моя лапонька. Я так хочу, чтобы родилась девочка, такая же, как ты.

– Перестаньте, Акиндин Назарович, о нас уже и так ходят слухи.

– Да путь говорят, что хотят. Я плевать хотел на людское мнение. Ты всё, что мне нужно.

Мария осторожно легла на сено, а Акиндин поднял ее юбку и обнажил большой живот, в котором снова зародилась новая жизнь.

– Хорошая девочка. Моя лапонька, любовь всей моей жизни, – говорил он Марии, которая покрылась краской, дотрагиваясь до живота молодой женщины.

Он стал ласкать груди Марии, которые стали еще больше после рождения Олежки. Они налились, и соски стали очень чувствительными, даже болезненными. Акиндин стал осторожно сосать грудь Марии. Тело Марии изменилось до неузнаваемости после родов с Олежкой. Оно было идеальным. Она похудела и стала настоящей красавицей с длинной толстой косой.

На нее стали заглядываться мужчины и парни в деревне, но она знала, что ей не стоит обращать на это внимания. Все оборачивались, когда она гордо шла по деревне. Парни свистели ей в след.

– Кто бы мог подумать, что Машка так расцвела, – качали головой парни. – Вот дураки, потеряли такую кралю.

– А кто знал, что Машка самая красивая в деревне?

– Да, редкая стала красавица. Роскошная женщина.

– Ох, как она с Ванькой-то живет? – задал вопрос один из парней, который сидел на лавочке со всеми другими и любовался Марией.

– Говорят, что Ванька с ней не живет, – пояснил другой.

– Неужели Акиндин, вот беда-то…

– Да, если Акиндин живет с ней, то он убьет любого, кто к ней подойдет.

– Она самая красивая. Вот бы отбить у них Машку.

– Да, это было бы что-то, – ехидно подметил один из сидящих парней.

– Я бы сам женился на ней, – подметил его сосед.

– Ты с ума сошел, лучше оставить эту мысль в покое, иначе кого-нибудь найдут мертвым. Никто не решится пойти против самого Акиндина Званцова.

– Лично я пас. Моя жизнь дороже.

Акиндин мог убить любого, кто посягнет на его женщину. Какое счастье, что он не слышал этого. Иначе случилась бы беда.

Он гладил ее по телу и понял, что полюбил Машеньку, как никто другой. Акиндин помог встать Марии и поцеловал ее в губы.

– Ты самое дорогое, что у меня есть, Машенька. Я тебя так люблю… Ты моя радость и счастье.

Мария только что осознала, что ей стал нравиться Акиндин, который проявлял к ней нежность и невероятную заботу. Он просто дышал ею, покупал Марии всякие вещи. Он превозносил ее до небес. То золотые сережки подарит, то духи «Красная Москва» вручит, то привезет из райцентра ткани для шитья, а то и вовсе подарил роскошную шубу. «Ты моя царица, Машенька», – говорил он ей. Она тоже не оставалась в долгу и баловала его всякими вкусностями и следила за его одеждой. Особенно его радовало, что она часто занималась с ним любовью. Мария подходила к Акиндину и гладила его по голове, а нагнувшись, целовала его в щечку. Однажды Акиндин преподнес Марии золотые сережки с бриллиантами.

– Это за то, что ты подарила мне нормального сына, девочка.

– Спасибо вам, Акиндин Назарович, – ответила Мария потрясенно, уставившись на очень дороги сережки.

– Это я должен тебя благодарить. Я брошу весь мир к твоим ногам, девочка. Я прошу тебя: называй меня просто Акиндин, и нам пора перейти на «ты». Согласна?

– Да. Я готова на все ради тебя. Боже, я снова хочу тебя. Это, какое-то помешательство.

– Нет, моя радость, это любовь. – Акиндин повел ее в свою комнату, и они начали предаваться страстной любви.

Ванька озлобился на эту сладкую парочку. Он ходил туча тучей и мысленно мечтал уничтожить отца, который расцвел как майский цветок. Он завидовал собственному отцу, его крепкому здоровью и тому, что он снова стал отцом. Акиндин побрился, следил за одеждой. Все люди в деревне говорили, что это неспроста.

Олег с друзьями пошел на речку рыбачить. Петька Черников стал разводить костер и принес картошку, чтобы запечь ее там. Ребята расположились на берегу, и каждый забросил удочки в речку. Андрюшка Черников начал свистеть, но его брат остановил его.

– Перестань, Андрюха, всех рыб испугаешь, – ругался Петька.

– Ой, я и забыл, что надо тихо себя вести на реке, – отозвался Андрей.

– Лучше следи за поплавком, болтун, – снова выразил свое возмущение Петька. – Смотри, у Олежки уже клюет.

– Подумаешь… – вздохнул Андрюшка и забросил снова удочку. Рядом с мальчишками лежали банки с червяками, которых накопал Петр для сегодняшней рыбалки.

Олег, увидев, что поплавок дернулся, быстро вытащил удочку из воды, и, к его великой радости, он увидел большую рыбу на крючке. Он схватил леску с крючком, осторожно снял рыбу и положил в ведро, которое прихватил из дома. Затем Олежка нацепил червяка на крючок и снова закинул удочку в речку. Андрея всего трясло от зависти к другу. Он ведь еще не наловил ни одной рыбы. Он сидел и ждал, когда дернется поплавок и, наконец, удача повернулась к нему лицом. Андрей тоже выловил большую рыбу и стал хвалиться:

– Вот какую рыбу я выловил, посмотрите, – сказал Андрюшка, демонстрируя свой улов.

– Да, очень хорошо, а Олежка, почему-то не хвастается, как ты, – прошептал Пашка Пегов.

– Это он умничает, – проговорил с обидой Андрюшка Черников. Как он походил в этот момент на своего дядю Сашку, который любил вот так бахвалиться перед всеми!

– Андрюшка, молодец, – похвалил Олег своего друга, прощая ему обидные замечания. Олег Званцов вообще ни на кого не обижался. Вот почему с ним дружили даже старшие ребята. Олежка был немногословен и много слушал. Не прошло и двух часов, как ведро у Олежки было полностью заполнено рыбой. Петр с удовольствием пек картофель на костре, а затем предложил пожарить еще рыбу, и Олежка вытащил самую большую и отдал ее Петру.

– Спасибо, Олежка, – выразил благодарность Петька Черников и, насадив рыбу на палку, стал жарить ее.

Когда она была готова, то Петька попросил своего друга Пашку Пегова расстелить газету, тот сделал, что его просили. Петька вытащил нож и отрезал всем по кусочку только что зажаренной рыбы. Как было вкусно и сытно! Ребята сидели и просто наслаждались жизнью. Андрюшка начал хныкать, так как не мог очистить картошку от черной кожуры. Олег взял у него клубень и помог справиться с этой проблемой.

– Олег, ты такой хороший, – проговорил Андрюшка, заискивая перед другом.

– Спасибо, – ответил немногосложно мальчик, который взял еще один клубень и почистил его уже для себя. Он уплетал за обе щеки картошку с рыбой и вдыхал аромат костра. Несмотря на свой возраст, Олежка был «маленьким взрослым».

Костер начал постепенно потухать, и ребята решили вернуться в деревню. Пашка Пегов был сыном местного зоотехника Михаила Пегова. Он был ровесником Петьки Черникова и охотно пошел с ребятами на рыбалку. Его тоже все уважали, так как он был добрым и отзывчивым мальчиком.

Рассказ 2
Детство Олега и Андрея

Прошел месяц, и наступил сентябрь, когда все дети пошли в деревенскую школу

Мария родила дочь, и ее назвали Анастасией. Она рожала опять дома, так как, по убеждениям Акиндина, он сам должен приять роды. Это было и правило в секте отца.

Он вспомнил, как сам принял Олежку. Этот день был незабываемым. Был ноябрь, и Мария почувствовала, как начались схватки. Она попросила вызвать врача. Акиндин сказал, что сам будет принимать роды. Мария испугалась и заплакала. Она была потрясена. Она сказала, что боится умереть. Акиндин ответил, что все сам сделает хорошо. Акиндин сам вскипятил воду и постелил чистую простыню на стол. Затем заставил Марию ходить по дому. Она, в белой ночной сорочке с большим выпирающим животом, еле ходила по дому. Акиндин ходил вместе с ней и нежно успокаивал ее. Это продолжалось весь день. Акиндин все заранее приготовил для родов и жал того момента, когда он станет сам принимать сына. Он следил за частотой схваток и затем помог взобраться на стол и подложил подушку под голову Марии. Он попросил широко развести ноги и сам встал между ними. Он следил за тем, как выходила головка, и давал указания тужиться.

– Давай, девочка, потужься ещё, моя радость. Мы всё прекрасно сделаем сами.

– Мне больно, я не могу, – начала тихо стонать Мария, обливаясь потом.

– Можешь, моя радость, тужься, моя лапонька, изо всех сил. Старайся толкать его из себя. Толкай, толкай, моя Машенька.

Мария стала делать, как ей говорил Акиндин. Она следовала всем его указаниям. Он стоял и смотрел между ног Марии и следил, как постепенно выходил из тела ребенок. Тело Марии раздалось, и Мария расширилась для того, чтобы подарить Акиндину желанного сына. Это был их первый ребенок. Она тужилась изо всех сил и почувствовала, как ребенок выскользнул из нее. Акиндин взял мальчика на руки, и тот закричал. Он с улыбкой положил сыночка на живот Марии, накрыл трепещущего ребеночка теплым одеяльцем и сказал, что она родила мальчика.

– Хорошая девочка, радость моя, ты родила прекрасного мальчика. Ты самая лучшая, Машенька. Ты такая храбрая, моя девочка, ни разу не закричала. Вытолкни послед, моя радость. Потужься еще раз моя, хорошая. Я сейчас приму его.

– Счастье мое, как ты прекрасно родила! Мы великолепно справились, моя Машенька, и ты просто умница, – и Акиндин поцеловал Марию, которая был потрясена, что так легко родила и стала матерью.

Скоро вышел послед, и Акиндин положил его на салфетку и наблюдал, как кровь перетекает в тельце малыша. Затем стал вытирать Марию между ног от крови. Мария с любовью посмотрела на сына и осторожно погладила его. Акиндин наблюдал, как кровь из пуповины перетекает в тело ребенка, и только после этого перерезал ее.

Затем он вызвал врача, и Марию с ребенком увезли в больницу в райцентр для наблюдения. Он объяснил, что по его законам он сам должен был принять ребенка.

Врач выразил возмущение и начал кричать, что ребенок мог умереть или его мать. Акиндин сказал, что не допустил бы этого, так как владеет врачеванием. Все чернокнижники в секте получили медицинское образование. Акиндин выучился на фельдшера, но так и не стал работать по специальности.

В больнице отметили, что роды прошли идеально, и пронаблюдали за Марией и ее сыном еще четыре дня. Мальчик родился здоровеньким и очень крепким, что очень обрадовало Акиндина.

– Только такая девочка смогла так хорошо справиться, – радостно проговорил Акиндин, встречая Марию с сыном из роддома.

Теперь Акиндин снова принимал роды сам, и все прошло благополучно, как в прошлый раз.

– Ты создана для того, чтобы рожать, ты опять не кричала, а была умничкой, – прошептал Акиндин в ухо Марии и поцеловал ее в губы.

– Спасибо, ты такой внимательный, – впервые в жизни Мария выразила благодарность.

– Я никому не позволю принимать у тебя роды, лапонька, все сделаю сам, – проговорил Акиндин.

– Я полностью на тебя полагаюсь, – одобрила его Мария с улыбкой.

– Наконец-то ты признала меня своим хозяином, моя красавица, и ты поняла, что мне нельзя противиться.

– Да, я все буду делать, так как ты хочешь,

– Ты позволишь мне и дальше любить тебя, моя девочка?

– Да, Акиндин, я только твоя.

– Повтори, моя девочка, что-только ты сказала, – возбужденно проговорил Акиндин, чувствуя опять вожделение в Марии.

– Я только твоя, Акиндин, и люблю тебя как никого другого, – ласково сказал Мария.

– Ты услышал меня, мой Бог! Лапонька, как только ты восстановишься после родов, мы будем любить друг друга, как никогда в жизни.

– Да, Акиндин.

– Я хочу, чтобы ты любила меня.

– Да, Акиндин, с радостью, – снова повторила Мария. Она был счастлива, так как в 25 лет был матерью уже двух детей. Акиндин настоял, чтобы Мария ушла с фермы, так как ей было невыносимо находиться с матерью.

Акиндин ходил гордый, что он уже отец троих детей и обладатель самого роскошного тела, но виду не подавал. Он не хотел слухов. Ванька не мог слышать детский плач и все время находился в сарае или в мастерской в колхозе. Он был мрачным и стал какой-то нелюдимый, часто убегал в лес, где собирал ведрами грибы.

Ванька иногда плохо говорил, шепелявил и иногда картавил. Вот почему он мало говорил или вообще молчал. Все обнаружили, что Ванька Званцов стал на себя не похож.

– Маш, а чего с Ваней-то? – спросила как-то Галина Захарова, стоя у прилавка в магазине. Он стояла позади Марии и все думала, как задать вопрос своей соседке.

– А что с ним такое, Галина?

– Он какой-то странный у вас. Зарос и постоянно болтается в лесу.

– Ну и что? Он всегда был такой, я привыкла, – равнодушно ответила Мария, пожав плечами.

– Нет, просто страшно на него смотреть, – горько произнесла Галина.

– Да, Галка права, – сказала продавщица Клавдия, взвешивая сахар на весах. – Ты бы лучше приглядывала за Ваней, а то вон как расцвел Кеша. Так его называли в деревне. «Акиндин» было сложное имя, поэтому все его называли Кешей.

– У Вани сложный характер, и ему трудно, что-то сказать. Он все равно настоит на своем, – начала оправдываться Мария.

– Да, Мария, что-то у вас не так в семье, – покачала головой Клавдия, протягивая Марии мешок с сахаром.

– У меня и так дел невпроворот, Олежка завтра в школу пойдет. Нужно приготовить ему праздник. Форму уже купили, ранец тоже, да еще Настеньку надо поднять.

– Дети у тебя-то хорошие, но в деревне слухи ходят про тебя и Кешу, – заметила Клавдия.

– Ну и что? Мне наплевать, что о нас говорят. Я думаю, это все от безделья, – зло ответила Мария, выходя из магазина.

– Зуб даю, что это дети Акиндина, – прошипела Клавдия, кинув в сторону уходящей Марии.

– Да все может быть. Жалко Машку. Ей еще с детства не повезло. Попасть в такую семью… Да еще жить с Акиндином под одной крышей.

– Да, Галка, с такой-то матерью… Она что, не могла подобрать кого-нибудь получше? Отдала девчонку в эту порочную семейку. Как она могла так безбожно поступить, а попробуй скажи, так Аграфена всех изматерит своим злым языком, – стала комментировать Клавдия, которая часто приглашала к себе Машку на чай.

Это была женщина сорока лет, и она была добросердечной женщиной, которая спасла свою дочь Веру от домогательств Акиндина Званцова, пригрозив ему милицией. Больше Акиндин не подходил к Верочке, а все свое внимание сосредоточил на Марии Хлебниковой, и вот подвернулся случай, когда Аграфена пришла сватать дочь за Ивана Званцова. Он получил, что хотел, и теперь был счастлив.

Олег пошел в школу, и его провожали Мария, Иван и дед Акиндин. Ивана нарядили в приличный костюм.

– Я не хочу идти с вами, – начал протестовать Иван.

– Дурень, ты должен показать, что твой сын идет в школу.

– Это не мой сын, а ваш, батенька.

– Ты хочешь навлечь позор на нашу семью?

– Ладно, так и быть, пойду, а затем в лес убегу. Там свобода от тебя, батенька.

– Делай, как хочешь, только не порть праздник Олежке, – проговорил Акиндин.

– Ладно, так и быть, пойду.

Они все отправились в деревенскую школу на линейку. Олег шел с букетом цветов, которые выросли в саду. Он сам их сажал и поливал. Акиндин мечтал только об одном: открыть внуку правду о его рождении и научить его всему, а также передать тайные книги из секты расстрелянного отца Назара, которого нашли в лесу, и уничтожили всю секту. Отца Назара схватили и посадили в тюрьму, а через неделю расстреляли за организацию секты чернокнижников и многоженство. Его мать повесилась в тот же день. Все члены секты постарались сбежать кто куда, женщины подались в близлежащие деревни, а мужчины разъехались по городам. Книги и все ценности были переданы Акиндину для хранения. Акиндин Званцов был умным мужчиной и в лесу организовал тайник с сокровищами секты и книгами. Все это он мечтал передать Олегу, сыну. Олег был тайной гордостью Акиндина Званцова, который с ранних лет учил мальчика чтению и ремеслу по дереву. Со временем Олег станет очень богатым человеком, так как кроме ценностей в секте хранилось много золота, которое добывалось на приисках в Сибири. Все это Акиндин спрятал от советской власти в надежном месте и был уверен, что его богатства некто не найдет. Никто, кроме его любимого сына Олега. Олег должен встать во главе новой секты, которую он мечтал возродить. Акиндин обожал свою дочку Настеньку и мечтал еще об одном ребенке. Он хотел возродить былое величие секты чернокнижников, установить свои законы и втайне мечтал построить дом далеко в лесу, чтобы перевезти Машеньку с детьми туда. Он уже присмотрел соответствующую площадку для строительства.

Он был против школы, но пришлось соблюдать приличия. И вот первого сентября они все пошли в школу.

Олег увидел Андрюшку Черникова, который стоял рядом с отцом Виктором Степановичем. Сам председатель колхоза открывал учебный год. Это был такой праздник для всех. Акиндин смотрел на Виктора Степановича с таким презрением, в душе ненавидел эту семейку Черниковых и втайне мечтал их уничтожить, стереть с лица земли. Он стоял рядом с Марией, дочкой Настенькой и Иваном, а сам смотрел с ненавистью на председателя колхоза. Олежек стоял вместе с другими учениками и первой учительницей Александрой Ивановной, женщиной средних лет, которая пользовалась уважениям у деревенских жителей. Она опять набрала ребятишек в первый класс и стояла вместе с родителями на площадке перед школой.

– Смотрите, вся семья Званцовых здесь, – шептались деревенские жители.

– Да, кто бы мог подумать, что эта семейка так разрастется, – отвечали другие.

– А Машка как похорошела, и уже с двумя детьми. Представляете, сам Акиндин Назарович принимал у Машки роды. Храбрая девчонка.

– Он же из староверов, и у них другие обычаи. Говорят, что он владеет какой-то магией.

– Это все болтовня.

– А может, это и правда.

Слово взял Виктор Степанович, который стоял на ступеньках лестницы школы, а рядом стояла директор школы Варвара Федоровна, дородная женщина с властным характером.

Виктор Степанович откашлялся и сказал:

– Дорогие ребята, родители и учителя! Я поздравляю вас с началом учебного года. Это радостное событие для нашей страны. Коммунистическая партия Советского Союза создает хорошие условия для всестороннего развития личности. Мы должны способствовать победе коммунизма. Дорогие ученики! Я хочу обратиться к вам с просьбой хорошо учиться, как завещал великий Ленин. Мы должны следовать его учениям и стремиться к высоким идеалам, к которым нас ведет коммунистическая партия. Учитесь хорошо, проявляйтесь смелость и решительность, помогайте младшим и уважайте старших. Занимайтесь спортом, так как в этом году прошли олимпийские игры в Москве, и это великое событие для нашей страны. Это стало победой нашего олимпийского движения во всем мире.

Акиндин Званцов слушал Виктора Степановича с раздражением. Он все сделает, чтобы извести это проклятую семейку. Один уже свернул себе шею с моста. Его ненависть к этой семье была страшная. Акиндин все делал методично и теперь вынашивал план уничтожения всего семейства Черниковых. Он не показывал виду, что ненавидит их, а всё скрывал внутри себя. Он сметет их с лица земли.

Все захлопали, когда Виктор Степанович сказал, что ждет первоклассников на экскурсию в колхоз и дал слово директору школы Варваре Федоровне. Она поздравила всех с новым учебным годом и пригласила Петра Черникова, который был с Ульяной Васильевой, первоклассницей, и они обежали вместе вокруг собравшихся с колокольчиком, звоня на всю деревню. Варвара Федоровна пригласила детей в школу. Олег с гордостью пошел в класс вместе с Акиндином Назаровичем и Иваном.

Мария сказала, что зайдет позже. Олегу было приятно, что он идёт с Иваном и дедом вместе за руку в класс. Мария шла следом, везя коляску с маленькой Настенькой, которая родилась совсем недавно, в конце августа 1980 года. Когда в класс вошел Акиндин Званцов вместе с Иваном и Олегом, то все замерли. Александра Ивановна пригласила Олежку сесть за парту. Акиндин Назарович поздоровался со всеми и сказал Олежке:

– Учись хорошо, Олежек, на тебя вся моя надежда.

– Дедушка, я тебя не подведу, – с гордостью ответил мальчик.

– Александра Ивановна, надо позвать Марию в класс, а я должен выйти погулять с внучкой Настенькой, – сказал он Александре Ивановне.

– Хорошо, Акиндин Назарович. У нас только сегодня первый урок, а дальше будет концерт нашей деревенской самодеятельности.

– Спасибо за приглашение, а во сколько состоится концерт?

– В десять часов, приходите все. Будем рады видеть вас.

– Еще раз спасибо, но в доме маленький ребенок, но, может быть, кто-нибудь из нас придет. Мы еще не знаем. Иван, пошли. – С этими словами они покинули класс, а через несколько минут туда пришла Мария в красивом ситцевом платье в мелкий горошек. Все посмотрели на нее с интересом. Она села позади детей вместе с другими родителями и стала слушать Александру Ивановну с большим интересом. Дело в том, что Александра Ивановна была ее первой учительницей, и вот она уже привела своего сына учиться в тот же класс. Как быстро летит время, вот только вчера она была школьницей, а сейчас она мама двоих детей и счастливая женщина. Александра Ивановна еще раз поздравила всех с новым учебным годом и дала совет по организации учебного процесса.

– Ну, Машка, вон какой у тебя сын, и уже школьник, – прошептала Надюха Васильева, мама Ульяны, которая сегодня звонила в колокольчик.

– Да, время бежит незаметно.

– Как тебе живется в доме Званцовых? – начала допытываться Надежда.

– Все хорошо.

– Я бы не смогла, – ответила Надежда. Мария лишь пожала плечами.

– Там, наверное, страшно?

– Это почему? – удивилась Мария.

– Это семья староверцев-чернокнижников. Все боятся Акиндина Назаровича, так как он владеет колдовством.

– Это ложь. Я там живу и ничего не вижу. Я все расскажу о нашем разговоре Акиндину Назаровичу, путь наведет порядок в деревне, наконец.

– Вот-вот, а то, что ваш дом обходят стороной и многие побаиваются Акиндина Назаровича.

– Глупости какие! Сама приходи к нам, и все увидишь. Надюшка, давай лучше послушаем Александру Ивановну. Я не хочу обсуждать мою семью.

– Нет, я к вам не приду.

– Ну как хочешь, – и она стала внимательно слушать Александру Ивановну.

Александра Ивановна еще долго говорила о школе и ее роли в жизни каждого советского ученика, а затем попросила родителей покинуть класс для проведения первого урока.

– Мам, я сам приду из школы, – тихо сказал Олег на ухо Марии.

– Обещаешь хорошо себя вести?

– Да, я должен быть хорошим мальчиком, – важно произнес Олежка.

Мария вышла из класса последней, и уже в дверях к ней подошла Александра Ивановна.

– Машенька, рада тебя видеть. Как у тебя дела?

– Все хорошо, Александра Ивановна. Я так рада, что Олежка будет учиться у вас.

– Да, когда-то ты была гордостью во всей школе. Машенька, ты приходи к нам, мы всегда рады тебя видеть.

– Спасибо, Александра Ивановна. Обязательно приду. Надо сейчас помочь Олежке наладить школьную жизнь.

Мария обняла свою учительницу. Она любила ее с самого детства, и Александра Ивановна иногда заменяла ей мать. Мария делилась своим секретами только со своей учительницей, так как ей полностью доверяла. «Боже, что с ней сделала Аграфена!.. Погубить жизнь такой талантливой девочки… Она просто зверь», – подумала Александра Ивановна, когда за Марией закрылась дверь.

В коридоре школы все стояли и ждали своих детей после первого урока. Все смотрели, как Мария гордо вышла из класса и направилась к выходу из школы. «Как она живет у Званцовых? Одна с двумя здоровыми мужиками в одном доме. Это просто кошмар, какой-то», – шептались ей вслед. Мария спешила к дочери, которая мирно спала в коляске. Акиндин стоял и качал коляску. Он увидел Марию, и в нем всё от радости закипело. Она была прекрасна.

– Ну как там Олежка? – поинтересовался с улыбкой Акиндин.

– Он сказал, что сам придет из школы. Такой самостоятельный стал.

– Отец я вам еще нужен? – спросил Иван.

– Дойдешь до дома вместе с нами, а там делай, что хочешь. Не позорь семью.

Прошло уже четыре часа, и в дом прибежал запыхавшийся Олежка. Он был возбужден от сегодняшнего дня. Иван опять ушел в лес по грибы, Акиндин остался дома, он взял отгул по случаю первого дня Олежки в школе.

– Мамочка, в школе так здорово! Мы сегодня рисовали картинки о лете и рассказывали, как нам понравилось в школе.

– А что ты нарисовал, Олежка? – спросила Мария, укладывая Настеньку в кроватку.

– Я нарисовал нашу семью около дома.

– Прекрасно, сыночек.

– Вечером устроим праздник, ты у нас молодец. Всегда почитай семью. В ней вся сила человеческая. Без семьи человеку нельзя жить, – проговорил Акиндин, улыбаясь.

Он смотрел на свою семью и радовался. Он отец двух детей, и фамилия Званцовых не умрет вместе с ним. Олег продолжит его дело по части староверцев. Он научит его всему, и тогда это станет вторым рождением семьи Званцовых. Олег станет его гордостью.

Мальчик всё рассказывал о школе, как его посадили с Ульяной Васильевой за одну парту

– Мама завтра нам дадут учебники, и мы начнем заниматься.

– Я приду и помогу тебе их принести домой, – сказала Мария, которая накрывала праздничный стол.

– Машенька, ты возьми большую кожаную сумку и сложи Олежкины книжки в нее. Ее можно поставить под коляску и все привезти домой. Я бы помог, но завтра надо идти на работу.

– Хорошо, Акиндин Назарович. Я так и поступлю. – Мария даже при внуке обращалась к нему на «вы». Олег подрастал, и они начали скрывать от него свои отношения. Акиндина это раздражало, и он задумывался, как исправить это положение.

– Ты такая хорошая, Машенька.

– Спасибо, Акиндин Назарович.

– У меня самая лучшая мама, – воскликнул Олежка.

– Да, ты прав: она у нас самая лучшая.

Так начались школьные годы Олега Званцова, главного героя этого романа. Олег учился с жадностью. Александра Ивановна постоянно хвалила его и поражалась, что этот мальчик все схватывал на лету. Да, Олег был весь в отца, Акиндина Назаровича, который ему помогал делать уроки по вечерам. Они вместе решали задачки, читали букварь, хотя Олег научился читать еще в 5 лет. Александра Ивановна посоветовала Марии взять учебник «Родное слово» из библиотеки и начать читать его дополнительно, так как Олежке скучно на уроках чтения. Он очень хорошо читал, что вызывало зависть у класса. Акиндин обращал внимание и на это чтение. Он решил, что когда Олежка будет в 4-м классе, то постепенно он станет вводить его в свой мир. В мир староверцев-чернокнижников. Иван часто уходил в лес, и это озадачило Марию. Что он там делает?

Андрей же Черников совсем не любил учебу, и в доме с ним мучились. Его брат Петр помогал ему с математикой, чтением и письмом. Андрей был шалопай, как его погибший дядя Сашка. Он так и мечтал вырваться из дома и побегать с ребятами на улице. Виктор Степанович часто брал ремень и лупил Андрюшку за двойки в школе. Домашние с ним мучились.

Прошло полгода, и Олежка стал любимцем в классе. Отличник и хороший товарищ для ребят. Он очень полюбил учебу, как его мать Мария. Александра Ивановна всегда ставила его в пример одноклассниками и на родительском собрании. Она говорила о нем как-то особенно. Деревенские жители завидовали семье Званцовых.

Еще бы!.. Мария ходит в самой лучшей одежде, Олежка – отличник, в семье достаток. Это вызывало лютую злобу у всех. Эту семью ненавидели еще и потому, что Акиндин Назарович стал директором деревообрабатывающего завода в колхозе «Заря Ильича». Старый директор Борис Николаевич Кравцов ушел на пенсию, и место освободилось. Виктор Степанович решил, что лучше Акиндина быть не может, и на колхозном собрании было решено назначить Акиндина Назаровича Званцова директором завода. А кого еще? Многие работники были в годах, а другие любили выпить. Один Званцов не прикладывался к алкоголю. Поэтому был адекватен и смог принимать волевые решения. Это было везением или опять мистическим предзнаменованием. Теперь у Акиндина была собственная контора, где он руководил заводом. Все работники его уважали, так как он установил дисциплину, которая царила у его отца в секте. Он не жалел никого и сеял страх и подчинение. Работники его боялись как огня. Он был очень жесток и требователен к ним. Иногда говорил он с людьми так, что земля уходила из-под ног. Он решил, что, может быть, купит этот завод и станет его собственником. Но сделать это было нельзя, так как все предприятия были государственными. Акиндин Назарович стал получать хорошую зарплату директора завода, и все было хорошо, пока не случилась трагедия в семье Черниковых. Пропал Пётр Черников, старший брат Андрюшки. Его искали всей деревней, но так и не нашли. Виктор Степанович потерял покой и сон, а его отца Степана Гавриловича хватил удар, и он лежал почти мертвый. Никто не знал, что происходит в семье Черниковых. Одна беда за бедой… Сначала Сашка, затем Прасковья Павловна, а сейчас Петька Черников пропал, а его дед уже считает часы своей жизни. Ирина Черникова плакала так, что все слышали в деревне.

– Где Петенька, где? Его надо найти! – кричала Ирина.

В деревню приехала милиция из районного центра Орехово. Они опросили всех, и была организована целая команда из военных гарнизона, который находился в двух километрах от районного центра. Они искали Петра целый месяц, но так и не нашли. Виктор Степанович весь поседел и ходил весь черный от горя.

Через месяц не стало и Степана Гавриловича. Акиндин Званцов был рад этому обстоятельству. Один за другим уходили члены семьи Черниковых. Его магические обряды начинали действовать. В деревне начали поговаривать, что это дело темных сил. Кто-то навел порчу на эту семью. Андрюшка часто бывал у Званцовых. Мария помогала ему с уроками, так как Ирина, мать Андрюшки, была невменяемой от горя. Она лежала, и все слышали, как она кричала от горя.

Поэтому Андрюшка приходил с Олегом домой к Званцовым и, сделав уроки, уходил к себе. Он буквально поселился у Званцовых. Акиндин был рад, что Андрей был у них. Это для отвода глаз. Никто не должен был догадаться, что задумал Акиндин. Он уже предпринял несколько мер против семьи Черниковых и ждал следующего момента, чтобы нанести очередной удар. Он опять все просчитал.

Иван все больше проводил время в лесу, хотя была зима.

Олежка стоил крепость из снега, а рядом с ним была Оленька Захарова. Закончилась очередная четверть, и все были на каникулах. В школе отменили елку из-за траура в семье Черниковых. Андрюшка с ребятами тоже помогали ему в этом деле.

Оленька лепила снежную бабу, и ей нравился Олег. Они вместе играли, и Олег любил эту девочку. Он мечтал, что вырастет и женится на ней. Новогодний праздник прошел без веселья. Все в деревне были грустными, и это неудивительно. Пропал сын председателя колхоза, и умер его отец. Поэтому всей деревней решили отменить народные гулянья. Деревенский клуб был закрыт. Андрей не смог скатать шар из снега для крепости, и Олег ему помог. Он всегда помогал всем, и это ему передалось от матери Марии Званцовой. Пашка Пегов носил шары и складывал в стену. Он тоже скучал по Петру, которого так не хватало. Петр был душой компании и заводилой. Он организовывал рыбалку летом, а зимой участвовал в народных гуляньях, и вот его нет. Ребята ходили как в воду опущенные. Без Петра жизнь в деревне стала другая. В семье Виктора Степановича царила угнетающая обстановка. Один за другим уходили члены семьи. Вскоре заболела Ирина – жена председателя колхоза. Он лежала в горячке, и ее увезли в Орехово в больницу. Виктор Степанович остался один с сыном Андрюшкой. Поэтому Андрюшка часто находился в доме Званцовых. Они стали ему второй семьей, и уже никто не говорил про Званцовых плохо. Однажды Андрюшка отпросил Олежку к себе домой переночевать. Дело в том, что Виктор Степанович купил цветной телевизор «Рубин -714», еще перед Новым годом, когда ездил в Москву с отчетом о работе в колхозе, и привез его, чтобы дети смотрели передачи в цвете. Сейчас в доме никто не смотрел телевизор, но были каникулы, и ребятам было скучно. Елка в школе отменилась, народные гулянья тоже. В деревне был траур, а еще Ирину Черникову увезли с нервной горячкой в районный центр. Поэтому Андрюшке было позволено пригласить Олега, чтобы хоть детишки посмотрели новогодние передачи, и, чтобы поздно не возвращаться, было решено оставить Олега у Черниковых. Акиндин Назарович неохотно отпустил Олежку к Черниковым. Он не любил эту семью. Поэтому сам пошел к Черниковым и там встретил Виктора Степановича, который был рад, что у сына такая хорошая компания. Они поговорили, и Виктор Степанович пообещал, что присмотрит за детьми. Ему было очень одиноко в доме, и поэтому присутствие даже детей было ему утешением, а еще к ним заглянул и Пашка Пегов, который тоже остался на ночь у Черниковых смотреть телевизор.

Акиндин вернулся домой и увидел Машеньку. Она радостно посмотрела на него.

– Ну как там, у Черниковых? – спросила взволнованная Мария.

– Там собралась целая компания, даже Паша Пегов пришел к ним на ночь.

– Олежек впервые не ночует дома, и это плохо, я буду переживать за него.

– Не надо так переживать, Машенька. Он должен быть самостоятельным и иногда отрываться от материнской юбки. Пойми, моя любимая. Он должен вырасти настоящим мужиком. Вот Настенька у нас просто прелесть. Она девочка, и очень хорошо, если она подольше поживет с семьей. Олега надо постепенно отпускать. В выходные я возьму его в лес. Пусть со мной походит по лесным дорожкам. Пора ему получить настоящее мужское воспитание. Я должен его всему научить, лапонька.

– Хорошо, Акиндин. Но все же, может, мне зайти и посмотреть, как он там?

– Я думаю, что не стоит. Он сейчас с ребятами, и ему там хорошо. А мы чем займемся? – спросил Акиндин, и в глазах заплясали искры.

– Как ты хочешь, я так и сделаю.

– Мне нравится, что ты покорна моим желаниям. Может, я баньку истоплю?

– Нет, я не могу оставить Настеньку одну.

– Да, я не подумал, тогда ночью я сам приду.

– Я буду ждать тебя.

– Я люблю тебя, Машенька, и мы опять будем сегодня вместе.

– Я рада, Акиндин, очень рада. – Она его любила, как никого в жизни, и он это знал.

Эта ночь была незабываемая. Они опять любили друг друга. Марии нравилось заниматься любовью с Акиндином, но из-за детей это редко удавалось. Иногда Мария украдкой приходила к Акиндину, и они предавались любви. Они не могли позволить, чтобы Олежка узнал об их связи. Мария обожала Акиндина и уже не могла без него жить.

Утром прибежал Олежка и сообщил, что прекрасно переночевал у Черниковых. Мария была счастлива, так как половину ночи была с Акиндином. Увидев сына, она пригласила его на завтрак. Скоро к ним присоединился Иван. Он был мрачнее тучи, и язык его не слушался. Он за завтраком не произнес ни слова.

– Ваня что с тобой? – спросила Мария.

Он махнул рукой и, поев, пошел в свою комнату.

– А что с папой? – задал вопрос Олежка.

– Как всегда. Наверное, устал.

Зимой трактористы мало работали, а приводили машины в порядок к весеннему севу. Иван был мастером по ремонту машин, и его попросили починить старый грузовик, который понадобится для того, чтобы привозить из районного центра продукты и вещи для деревенского магазина. В районный центр Орехово можно было добраться на автобусе за полчаса. Это был небольшой город в Сибири, с магазинами, больницей, клубом и многими другим социальными объектами. Поэтому было бы удобно привозить товар в деревенский магазин на грузовике. Иван проводил в мастерской при гараже все время. Сегодня был выходной день, и он отлеживался в своей комнате.

Акиндин увидел, что Маша смотрит в направлении комнаты Ивана.

– Машенька, что с тобой?

– Я никак в толк не возьму. Что за болезнь у Вани такая? Он иногда прячется, а месяц назад лежал пластом. Еле мы его выходили.

– Когда вернусь с Олежкой из леса, то все тебе расскажу, моя лапонька. Я не могу забыть вчерашнюю ночь, – прошептал он ей тихо в ухо. – Ты была великолепна. Спасибо тебе, моя малышка. Я тебя люблю.

Акиндин громко сказал:

– Олежек, собирайся, в лес пойдем.

– Дед, а что мы будем там делать?

– Увидишь, тебя ждет сюрприз.

– А мы кого-нибудь возьмем?

– Нет, отправимся вдвоем. Я покажу тебя тайные места и много тебе расскажу.

Мария одела Олежку потеплее, чтобы он не простудился, и он отправился с дедом в лес.

Спустя многие годы Олег Званцов вспоминал эту прогулку как самый лучший период в жизни. Уже став зрелым мужчиной, он часто сидел перед большим камином и вспоминал свои детские годы. Он сидел на кожаном диване в дорогом элитном особняке и вспоминал деда Акиндина, как тот водил его в лес, посвятил его в тайну его рода и открыл ему староверческие принципы, которые он воплотил в настоящее время. Он сделал то, что завещал ему дед. Но вернемся в прошлое.

Мария опять забеременела. Это обрадовало Акиндина. Он был счастлив, когда узнал, что снова станет отцом. Он подумал, что вот и разрастается семейный клан Званцовых и недаром он заманил эту нежную девочку, которая опять была на сносях.

Вечером Акиндин посадил Марию за стол и стал рассказывать про Ивана.

– Машенька, мы с Олежкой так прекрасно провели время в лесу!

– Я рада, что моему дорогому мальчику так понравилось. Он целый вечер говорил об этом, а сейчас спит без задних ног.

– Я хочу рассказать тебе об Иване. Все не было времени на это, мое солнышко. Акиндин взял нежно Марию за руки и начал свое повествование.

Ванечка родился недоношенным. Анечка была очень слаба здоровьем и не могла родить нормального ребенка, вот почему я тогда не решился сам принять сына и отправил Аню в роддом в Орехово. Мы еле ее привезли, так как она потеряла сознание. Она не доходила месяц, и роды внезапно начались. Во время родов оказалось, что мальчик не мог сам дышать, и поэтому ему помогли, но произошло изменение в мозговой деятельности, и у него с детства начались припадки. Я тогда с ума сходил, что же делать? Ты знаешь, Машенька, я по специальности фельдшер и всю жизнь изучал народные средства лечения.

Когда я пришел со святым отцом Григорием из секты отца в эту деревню, то еще не знал, что у меня не будет работы по специальности, и вот пошел работать на лесопилку. Спасибо Борису Николаевичу Кравцову за то, что он приютил меня и помог выделить маленький домик для нас с отцом Григорием. Этот я сам построил, когда научился работать с деревом. Я стал ходить в лес и собирать травы для Ванечки и начал лечить, как у отца в секте, народными средствами. Я обрадовался, что болезнь начинает отступать, и придумал способ, чтобы люди не увидели Ваню в таком состоянии. Я уносил его в лес, где мы вместе дышали свежим воздухом во время припадков. Дело в том, что у Вани эпилепсия, и вот почему он уходит в лес, для того чтобы подышать воздухом. Он садится около дерева, берет палку в рот и так сидит во время приступа. Теперь ты понимаешь, как мы жили все это время. Прошло время, травы и лес очень помогли Ване, пока не случился еще одни кошмар в жизни Вани. Когда ему было 18 лет, то он, как обычно, пошел в лес для лечения. Я его не смог тогда сопровождать, и он отправился туда один. Когда он остался у дерева, которое мы присмотрели еще с самого детства, то услышал рычание. Ваня тогда подумал, что это прибежала собака из деревни, и не обратил на это внимания. Он сидел и не подозревал, что к нему направляется огромный бурый медведь. Этот лесной житель направился прямо на Ваню. Когда он его увидел, то выронил палку и остолбенел. Если бы он закричал и оказал сопротивление, то все было бы кончено. Ваня сидел как мертвый, и поэтому медведь увидел, что тело словно мертвое, ушел от этого места. Ваня так просидел около трех часов и еле вернулся домой. С этого момента он не может иногда нормально говорить. Я совсем замучился. У меня дом стал как больница. То Анечка прихворнет, то Ванька бьется в эпилепсии. Я устал от такой жизни и «пошел налево». Я стал заводить себе любовниц, чтобы как-то отвлечься от грустных мыслей. Я тогда проигрывал план самоубийства, и вот бог мне посла тебя. Анечка умерла от пневмонии. Она часто простуживалась и вот подцепила болезнь на ферме. Она там тоже работала дояркой, как твоя мать.

– Я не хочу говорить о ней, – произнесла Мария.

– Я понимаю, и сам не раз слышал, как она орет на тебя в доме. Но теперь никто не посмеет на тебя даже голос поднять. Я придушу любого, кто тебя обидит, моя маленькая.

– Спасибо тебе, Акиндин, за такую заботу. Ты знаешь, я хочу тебе признаться. Я люблю тебя без памяти. Я не могу без тебя жить.

– Боже, Машенька, ты сделала меня самым счастливым человеком, и у нас опять будет ребеночек. – С этими словами Акиндин встал и посадил Марию на колени.

– Ты мое солнышко, мое счастье, – прошептал со страстью Акиндин, гладя по волосам Марии.

– Я рада, что ты мне все рассказал про Ваню, и теперь я стану внимательнее к нему относиться.

– Ты представляешь, теперь у нас большая семья.

– Я жалею только об одном, – проговорила грустно Мария.

– О чем?

– О том, что ты мне не муж.

– Я тоже, но я не хотел, чтобы репутация Ивана пострадала.

– Я понимаю.

– Поэтому пришлось устроить этот брак, если его можно так называть. Слава богу, никто не знает о Ванькиной болезни, а то бы мы подверглись гонению из деревни. Он даже убегает в лес из мастерской, когда почувствует приближение приступа.

– Как это несправедливо к этому молодому человеку, – вздохнула Мария, поглядывая на кроватку, где спала Настенька.

– Скоро мы положим еще одного ребенка в другую кроватку

– Да, Акиндин, и я счастлива тебе рожать детей.

– Ты идеальная женщина, Машенька.

Он погладил ее по груди и, расстегнув пуговицы, начал ласкать ее. Он нежно водил по ее телу, по груди и воскликнул:

– Божественная женщина! Ты моя роскошная и самая красивая женщина!

– Я вся твоя, Акиндин, мой любимый и самый дорогой. Ты моя единственная любовь.

Так прошел вечер, а утром Мария, накормив всех, решила повесить белье на улице. Она вышла с тазом и была поражена. Акиндин стоял голый в трусах и обливал себя водой из ведра. На дворе стояла морозная погода. Было очень холодно, почти минус 20 градусов. Мария выронила таз от неожиданности. Таз упал на снег, а Мария залюбовалась этим сильным телом. Акиндин повернулся к ней лицом и улыбнулся.

– Акиндин, ты можешь простудиться, – воскликнула Мария, в глазах которой вспыхнуло желание.

– Нет, моя радость, я этим занимаюсь с самого детства. Так меня закалял мой отец. Я думаю, что с весны стану приучать Олежку к этому. Оставь таз, я сам повешу белье. Тебе нельзя это делать.

– Хорошо, Акиндин, – согласилась Мария. Она еще долго стояла в шубе из волчьей шкуры, которую ей купил Акиндин. У нее уже была одна шуба, а эту он подарил для повседневной носки. Она смотрела на это тело, и у нее пробудилось желание ласкать его, трогать его. Она вдруг осознала, что хочет его. Он прочитал это в ее глазах и улыбнулся. Мария ушла в дом, и весь день у нее стоял образ обнаженного Акиндина, обливающего себя водой.

Так прошла зима и наступила весна. Петра Черникова так и не нашли, и его мать Ирина еле пришла в себя и была уже другим человеком. Она перестала вообще улыбаться и стала очень злой. Она часто срывалась на Андрюшку и не стеснялась делать замечания своему мужу Виктору Степановичу. Все говорили, что у нее от горя «поехала крыша».

В семье Званцовых в конце лета родилась еще одна девочка, и ее назвали Александрой, в честь учительницы Марии. Акиндин Званцов был счастлив. Теперь Мария воспитывала уже трёх детей. Олег помогал матери с сестрами Настей и Сашенькой. Сашенька была точной копией отца и впоследствии стала редкой красавицей, но об этом позже.

Проходили дни и годы, и вот уже Олег в седьмом классе. Он учился блестяще, и ему очень легко давалась учеба.

– Олег, Олег! – кричал Андрюшка Черников в окно Званцовым.

– Ну, что тебе? – спросила Мария.

– Теть Маш, а где Олег?

– Как где? Геометрию учит.

– Теть Маш, можно к вам геометрию и алгебру списать?

– Андрюшка, а самому постараться выучить все хорошо?.. – укорила она его.

– Ну теть Маш?.. – взмолился Андрей.

– Что с тобой делать, малахольный, иди, только тихо. Олежка уроки учит.

Андрей с радостью побежал к ним. Олег – уже такой рослый мальчик – сидел и учил наизусть теорему. Он делал рисунки в черновиках, а рядом лежал лист с задачами, которые он разбирал с дедом Акиндином. Олег с жадностью учился, и в дневнике были почти все пятерки, что вызывало гордость у Акиндина и Марии.

– О, у тебя даже все задачки решены, – стал завидовать Андрей.

– Андрюшка, не надейся, не дам, – строго сказал Олег, которому надоело помогать своему другу.

– А я пришел спросить: не дашь ты мне списать?

– Не дам, я могу тебе все объяснить, и ты решишь все сам. Давай присаживайся, а эти листы я спрячу.

Олег стал объяснять Андрею, как решать задачи. Андрей еле справился с задачами и в душе затаил злобу на Олега. Впервые в жизни он не помог ему. Это его удивило. Олегу надоело делать за него уроки все семь лет и помогать ему на контрольных.

С этого дня между друзьями пробилась первая брешь в отношениях. Андрей стал завидовать Олегу во всем: как он учился, как относились к нему друзья и какой он был пионер. Он даже завидовал, как Олег дружил с Оленькой Захаровой. В школе Олег перестал помогать Андрюшке, и это ему внушил сделать дед Акиндин, когда провел так называемую «воспитательную» работу. Однажды Акиндин прочитал ему рассказ Оскара Уайльда «Преданный друг», который потряс Олега, и с этого дня он стал думать о своем собственном развитии. Акиндин Званцов обожал чтение и решил создать для детей великолепную библиотеку. Он ездил в райцентр в книжный магазин и привозил великолепные книги. Акиндин решил воспитать вкус у внука и часто сам читал ему вслух Пушкина, Баратынского и других знаменитых писателей. Когда Акиндин узнал, что Олег не помогает Андрюшке с уроками, то в душе обрадовался. Это был первый раскол, который он посеял между друзьями. Да, ему было противно видеть почти каждый день Андрея Черникова. Он просто поселился у них, и Олег помогал ему делать домашние задания. Мария рассказала, как Олег впервые отказал Андрею и сам заставил его самостоятельно решать задачи по геометрии и алгебре. Акиндин был счастлив, услышав это.

С этого момента Андрей Черников возненавидел Олега. В школе он старался сказать о нем что-то обидное, и даже унизить перед одноклассниками. Олег не замечал этого, а дома все подробно рассказал деду Акиндину и матери. Акиндин дал ему совет не обращать на это внимания, на это глупое поведение его так называемого товарища, которого он всегда выручал. Акиндин обратился к внуку:

– Видишь, Олежка, какова расплата за твою доброту? Ты столько сделал этому мальчишке, и вот черная неблагодарность. Это в природе людей. Они ненавидят успешных и умных людей.

– Дед, а мне что делать, я стал посмешищем в школе?

– Не волнуйся, Олежек. Я думаю, что тебя надо перевести в район, чтобы подготовиться поступить в среднюю школу. Придется ездить каждый день на автобусе. Мы всем скажем, что перевели тебя по причине дальнейшего обучения в школе. Тебе надо получить полное среднее образование. А там и поступление в институт. Решено, так и поступим.

Акиндин все объяснил Марии, и она отправилась в школу за документами. Директор школы Варвара Федоровна была крайне удивлена. Мария все ей объяснила, так как в деревенской школе обучались дети только до девятого класса. Это была восьмилетняя школа. Дальше родители и дети сами решали, кто поедет в район получать полное среднее образование, а кто поступит в техникум или училище. Варвара Фёдоровна была опечалена, но все-таки написала великолепную характеристику Олегу и выдала документы для районной школы.

Теперь Олег ездил на автобусе в районную школу, где его радушно встретили. Он быстро влился в новый коллектив и стал душой класса.

Андрюшка Черников потерял покой и сон, когда узнал, что Олег не будет учиться в школе. Он понял, что потерял лучшего друга. В школе с ним все замучились. Андрея Черникова все жалели, так как он был сыном председателя колхоза. Учился он плохо и часто прогуливал занятия. Однажды его нашел у речки сам Виктор Степанович и при всех выпорол, да так, что он неделю сидеть не мог. Петра так и не нашли, и все говорили, что это неспроста. Виктор Степанович так жалел, что именно Петра не стало, так как он был гордостью семьи.

Акиндин Назарович видел, как все страдают из-за Андрюшки, и про себя говорил, что эта семья проклята. Как скрывалась секта в лесу. Все члены секты староверцев жили тихо и обособленно. Отец Виктора Степановича случайно натолкнулся на это тайное поселение в лесу и донес в соответствующие органы. Ночью состоялась облава, и многих членов секты забрали в тюрьму. Дома все сожгли, а предводителя секты Назара Олеговича приговорили к расстрелу, предварительно истязав его в карцере. Его жена Малуша, как ее называли в секте из-за того, что она единственная родила сына и была первой женой предводителя, спряталась с сыном и отцом Григорием в лесу. Они сидели в темной яме, прикрытой еловыми ветками. Акиндину тогда было десять лет, и он помнил все. Утром он не нашел свою мать. Они вместе с отцом Григорием пошли ее искать и увидели, что на дереве в петле весит Малуша, или в миру Оксана. Ее платье было разорвано, а сама она была вся в крови. Отец Григорий повел мальчика в бункер, и они там сидели целый месяц, прячась от людей. Это было потрясением для мальчика, и вот через несколько лет стало сбываться великое проклятие староверцев. Один за другим стали уходить члены семьи Черниковых.

Ирина Черникова стала потихоньку выпивать, и ее никто не узнавал. Как с ней мучилась ее сестра Наталья!.. Он была замужем, и ее муж Василий Локтев ругал ее за то, что она постоянно проводит время у Черниковых. Наталья постоянно бывала там, чтобы присмотреть за Ириной и Андрюшкой, который вообще от рук отбился. Он еле учился, а когда Олега перевели в другую школу, совсем забросил школу. Его переводили из класса в класс из милости, так как его отец был председателем колхоза и все боялись за свое место. Олег ездил в районную школу на автобусе и уже оканчивал седьмой класс, когда пришло известие, что Олег получил почетную грамоту за примерное поведение и успехи в учебе. Как он обрадовался, когда ему вручили ее на последнем уроке! Акиндин Назарович был поражен, что Олежка в новой школе так преуспел. Мария была счастлива, что у нее такой прекрасный сын.

Вот уже и лето наступило, и надо было готовить Настеньку в школу. В семье подрастала первоклассница. Мария начала шить ей школьное платье и белый фартук для такого праздника. Она достала машинку и принялась за работу, а рядом сидели две очаровательные девчушки. Старшая – Анастасия – была похожа на Марию, те же светлые волосы с золотым оттенком были убраны в две косички, а Сашенька была точной копией Акиндина Назаровича. Эта девочка пяти с половиной лет сидела за столом и наблюдала за шитьем. Александра была очень красивым ребенком, и на нее смотрели соседские мальчишки. Она не обращала на них внимания и помогала матери по хозяйству вместе с сестрой. Вообще сестры с детства дружили друг с другом. В будущем эта дружба выросла в крепкую любовь и поддержку. Настенька помогала вдевать нитки в иголки, а Сашенька подавала ножницы и кружева на воротник для Насти. Сашенька была счастлива, что Настя идет в этом году в школу. Она с любопытством заглядывала в портфель и спрашивала:

– Настя, а ты ничего не забыла положить в портфель?

– Нет, Сашенька, все собрано, – успокаивала сестру Настенька.

– Давай посмотрим, – предложила Сашенька.

И они снова проверяли вместе, все ли там в порядке, за этим занятием их и застал Олег, который проводил летние каникулы вместе с Пашкой Пеговым, который стал заводилой вместо Петра Черникова. Андрюшка Черников часто к ним присоединялся, но ребята его не любили. Они не могли простить ему предательства по отношению к Олегу, которого ребята уважали и ценили за его независимый характер. Именно из-за Андрюшки Олега перевели в районную школу, и ребята остались без своего лучшего друга.

– Ну и чем вы занимаетесь? – спросил Олежка, высокий и статный мальчик, который перешел в восьмой класс. Он сел за стол и увидел, как мать шьет школьную форму Насте, а рядом сидит Сашенька.

– Мамочка шьет школьное платье Настеньке, – гордо сказала маленькая Сашенька.

– Олежек, ты уже пришел? – спросила Мария, пришивая рукав к платью. – Сейчас скоро будем обедать

– Мамочка, ты не волнуйся, я тебе помогу, – с этими словами Олег пошел на кухню и стал сам разогревать обед. Он стал накрывать стол и вдруг заметил около себя Сашеньку.

– Я тоже хочу накрывать на стол, – сказала она ему.

– Сашенька, тогда клади ложки, вилки на стол, а тарелки я сам положу, они тяжелые и ты их можешь разбить, сестренка, – ласково потрепал Олег свою сестру за темные волосы.

– Ладно, Олежек, – деловито ответила Сашенька.

– Вот и хорошо.

И Олег направился на кухню. Он осторожно протянул девочке вилки и ложки. Сашенька с удовольствием помогала старшему брату.

– Олежек, а я вымою посуду, – предложила Настенька.

– Вы у меня такие хорошие дети, – похвалила Мария, заканчивая шитье.

– А когда придет папа? – спросила Настенька.

– Он с дедушкой придет только к вечеру, а у нас все должно быть готово к их приходу.

– Мама, а почему папа не любит нас? – с грустью произнесла Настя.

– Нет, он любит вас, просто такой характер, – попыталась объяснить дочери Мария.

– Дедушка хороший. Он добрый, а папа плохой, – отозвалась Сашенька.

– Чтобы я не слышала от вас, что папа плохой, – стала ругать детей Мария.

– Он много работает и сильно устает. Вы должны были видеть, какой он приходит работы.

– Он грязный и вонючий, – опять не унималась Сашенька.

– Сашка, перестань так говорить об отце, – крикнул Олег на сестру. – Все скажу деду, и он тебя накажет.

– А вот и нет, он меня любит, – и девочка показала язык своему брату.

– Мама, с ней нет сладу. Она такая непослушная, я не знаю, что с ней делать? – вскликнул Олег.

– Да, она такая у нас. Сашенька, ты хочешь, чтобы тебя я любила?

– Да, мамочка.

– Тогда больше не говори плохо об отце. Я перестану тебя уважать, и если ты еще раз покажешь брату язык, то я не буду разговаривать с тобой. Лучше бери пример с Настеньки. Она такая послушная девочка и в этом году идет в школу.

– А я пойду в школу? – спросила девочка.

– Да, ты тоже пойдёшь в школу, но туда принимают хороших детей, которые не говорят о родителях плохо и уважают своих старших братьев.

– Я больше так не буду, – попросила прощения Сашенька.

– Мамочка, мы завтра дошьем платье, а сейчас я тоже стану помогать Олежке с обедом, – проговорила Настенька, которая была очень тихой и трудолюбивой девочкой. – После обеда я помогу тебе и со стиркой.

– А я развешу белье, – добавил Олег.

– Какие у меня замечательные помощники, – воскликнула Мария.

– Мамочка, ты у нас одна, а нас вон сколько, и тебе трудно, – проговорил Олег, неся кастрюлю с супом. Он поставил ее на подставку. Олег помог унести швейную машинку, которую подарил Акиндин Назарович Марии, и все сели обедать.

Вот в такой радостной обстановке жил Олег Званцов.

Вечером пришли с работы Иван и Акиндин Назарович. Акиндин Назарович покачал головой.

– Машенька, солнышко, сколько раз я тебе говорил не вешать белье. Это очень опасно для тебя, – с укором проговорил он, видя веревки с бельем на дворе около дома.

– Это все Олежка сам повесил. Он такой помощник, что диву даешься. Сегодня сам мне помог накормить девочек и учил их накрывать на стол и мыть посуду. Ужин тоже Олежка помог приготовить. Вон как почистил картофель и сам его зажарил!

– Я рад, что он у нас такой самостоятельный. В жизни пригодится. Прости, что накинулся на тебя. Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится, моя Машенька.

– Ничего страшного, Акиндин. Все хорошо, и не стоит так волноваться за меня.

– Нет, стоит, и сама это знаешь. Ты мое сокровище. Я люблю тебя, – прошептал он на ухо Марии, которая его сильно любила. – Так-так, что же Олежек приготовил? А где ребята?

– Олег после ужина пошел с Пашкой Пеговым на рыбалку, а девочки играют в комнате.

– Замечательно. Иван, иди ужинать, – крикнул Акиндин своему сыну, который пошел переодеваться в свою комнату.

Дом был большой и просторный с двумя этажами.

Иван вышел из комнаты и уселся за стол. Он был грустный, и весь его вид выражал страдания. Его одолевала болезнь, и он часто находился в лесу, когда чувствовал приближение припадка. Сегодня он убежал в лес и там прятался от всех, скрывая свою болезнь от всех. Мария увидела бледность на лице Ивана и подошла к нему. Она погладила его по голове и сказала:

– Ванечка, опять было плохо, да?

– А ты откуда знаешь?

– Вид у тебя больной и измученный. После ужина тебе надо лечь в кровать и лежать до утра, а я заварю тебе травки.

– Ладно, лечи, – проговорил Иван, обрадованный таким вниманием. Мария была очень заботливой хозяйкой и часто поила Ивана всякими травами. Она видела, как Иван страдает, и старалась окружить его вниманием и заботой. Акиндин вышел из комнаты и присоединился к сыну. Он заметил, что Ивану плохо, и решил сегодня не трогать его.

– Да, Олежек молодец, такую картошку приготовить, а мясо просто великолепное.

– Мы так старались для вас, – сказала Мария, и вдруг послышались голоса.

– Деда пришел, наш деда, – проговорила Сашенька, открывая дверь. Она выбежала и бросилась в объятья к Акиндину, а следом и Настенька. Девочки облепили его со всех сторон.

– Дедушка, я так скучала по тебе, – сказала Настенька, забираясь к нему на руки. Настенька поцеловала его в щеку, и Акиндин улыбнулся во весь рот.

– Я тоже скучала, это мой деда, – проговорила Сашенька.

– Нет, мой, – ответила Настенька.

– Он мой, – топнула ножкой Сашенька.

– Девочки, он ваш общий дедушка, – стала объяснять Мария девочкам, которые начали ссориться из-за Акиндина, – оставьте его в покое и дайте ему поесть, если вы его любите.

– Мамочка, а кого дедушка больше любит? – спросила Настенька.

– Спросите у него, – ответила Мария.

– Дедушка, а какого ты больше всех любишь? – снова спросила Настенька.

– Девочки, не ссорьтесь. Я вас всех люблю, но больше всего я люблю вашу матушку. Она самая лучшая.

– Почему? – обиженно произнесла Сашенька.

– Потому что она не задает глупых вопросов. Она никогда не устраивает ссор и самая замечательная женщина во всем мире. А вы постоянно ругаетесь, и это мне не нравится. В нашей семье должен быть мир. Запомните, мои милый девчушки, я вас всех люблю, а также внучка Олежку и сына Ванечку. Вы для меня всё, понятно? А сейчас я бы хотел поужинать.

Настенька и Саша слезли с его колен. Акиндин всех поцеловал и отпустил. Девочки посмотрели на него с уважением и пошли играть в свою комнату. Иван закончил есть и отправился к себе.

– Ванечка, я принесу тебе травки, ложись в кровать и больше не вставай, – сказала Мария ему в след. Он помахал ей рукой и скрылся.

– Пойди ко мне, Машенька, – сказал Акиндин.

Она подошла к нему, радостно улыбаясь.

– Мой маленький бутончик счастья. Спасибо тебе, лапонька, за то, что взвалила на свои хрупкие плечи заботу о таком большом семействе, как наша, – проговорил он, усаживая Марию к себе на колени. Он гладил ее по голове. Он не мог наглядеться на нее. – Ты самая красивая, самая желанная, сама любимая, которая подарила мне таких прекрасных детей.

– Акиндин, дети могут увидеть. Я сегодня приду к тебе снова ночью, – проговорила Мария, вставая и направляясь на кухню готовить травы для Вани.

– Я мечтаю, чтобы это скоро кончилось. Я постоянно думаю о тебе и рад, что ты единственная моя женщина. Машенька, я тебя буду ждать и люблю тебя до безумия.

– Я тоже, но все-таки мы должны быть очень осторожными.

– Согласен с тобой, мое солнышко, а ужин сегодня – просто объедение. Надо Олежке сказать об этом.

А Олег тем временем сидел с удочкой на реке и с удовольствием наблюдал за поплавком. Они сидели вдвоём с Павлом и вспоминали Петра Черникова. Ребята очень жалели, что его нет с ними. Он пропал как-то странно. Пошел за елкой в лес зимой и не вернулся. Его искали даже весной, но следов так и не нашли. Это было очень странно.

Вдруг раздался треск кустов, и ребята обернулись. На небольшом холмике стоял Андрюшка, и он смотрел, как ребята удят рыбу.

– А, Андрюшка, – воскликнул Пашка.

– Вы рыбу ловите? – спросил он, спускаясь со склона.

– Да, а ты что, удочку не принес? – поинтересовался Пашка.

– Просто гулял и решил подойти к реке, а тут вы сидите. Олег, ты не хочешь говорить со мной? – задал вопрос Андрей.

– Нет, просто не хочу упустить рыбу. Хочешь, присоединяйся к нам, – ответил Олег, продолжая свое дело.

Андрей наблюдал за ребятами, которые уже наловили целые ведра рыбы. Пашка развел костер и стал жарить рыбу. Как уплетал Андрей только что пожаренную на костре рыбу! Олег поделился с ним своей рыбой, как и Павел. Он не испытывал к нему никаких чувств, но виду не показал. Этому его учил дед Акиндин Назарович. Он учил внука искусству владеть собой. Как эта школа жизни помогла Олежке в будущей жизни! Ребята прекрасно провели весь вечер на речке, а Андрей впервые сказал Олегу:

– Олежка, как плохо без тебя в школе, может, вернешься?

– Нет, я не могу. В новой школе очень сильные учителя по математике, физике и химии. Да и в классе у меня появилось много друзей. Этот год будет особенным. Нужно хорошо сдать экзамены и поступить в девятый класс.

– Вот бы ты был в школе и помог мне с экзаменами, – вздохнул Андрей.

– Ты сам виноват, Андрюшка, что Олег ушел из школы, – начал Пашка.

– Да, и я очень жалею об этом.

– Никто не заставлял тебе делать ему пакости и разносить сплетни по всей деревне. Так что получай, что заслужил, – проговорил Пашка, которого осенью забирали в армию.

– Я все понял, – проговорил Андрей.

– Ты бы попросил прощения у Олега, он столько тебе хорошего сделал, а ты повел себя как неблагодарная свинья, – крикнул в сердцах Пашка Пегов.

– Олег, прости меня, пожалуйста, – вдруг обратился к Званцову Андрюшка Черников.

– Да ладно, – махнул рукой Олежка, но в душе он его так и не простил. Олежка направился к дому и все рассказал матери и деду.

– Очень хорошо, Олежка. Ты поступил мудро, но помни, что эта семейка подлая и лицемерная. Этот Андрюшка опять станет упрашивать тебя помочь ему с экзаменами, но я тебе советую не делать этого. Он опять попользуется тобой, а когда все будет кончено, вытрет об тебя ноги.

– Хорошо, дед, я поступлю так, как ты мне говоришь, – ответил Олег.

– Я не хочу, чтобы низкие люди пользовались твоей добротой и использовали твое чистое сердце в своих корыстных целях. Смотри сам. Кстати, спасибо за картошку. Вкуснятина.

– Дедушка, я еще пожарю, а сейчас смотри, сколько я принес карасей. – Олег поставил целое ведро рыбы на пол.

– Ну и помощник. Олежек, ты самый лучший, – проговорил Акиндин.

– А где мама? – спросил Олег.

– Укладывает девочек.

– Пойду к ним.

Олежка вошел в комнату, где на деревянных кроватках лежали сестры. Они, увидев его, вскочили и подбежали к нему. Они облепили его со всех сторон.

– Наш Олежка пришел, – радостно проговорила Настенька, целуя брата в щеку.

– Олежка хороший и самый лучший, правда, мамочка? – спросила Сашенька.

– Да, он у нас самый лучший, – проговорила Мария, обнимая сына. Она сидела на стуле и читала девочками сказки братьев Гримм. – А сейчас надо ложиться спать, вы же не хотите расстроить брата своим плохим поведением, да?

– Я пойду спать, – сказала Настенька и отправилась в кровать.

– Я тоже. Мамочка, а ты дочитаешь нам сказку? – спросила Сашенька.

– Конечно, только Олежку надо накормить. Может быть, завтра почитаем?

– Нет, сегодня, – начала протестовать Саша.

– Тогда твой брат останется голодным, ты так его любишь? – спросила Мария.

– Хорошо, завтра дочитаем. Олежек, иди в столовую, а я скоро приду.

– Не волнуйся, мамочка, а вы слушайтесь. Если вы не уснете, то я не буду вашим хорошим братом.

– Мы будем слушаться, Олежка, – проговорила Настенька.

Олег подошел к каждой сестре и поцеловал в щечку, а затем бережно нарыл девочек одеялом. Девочки успокоились и постепенно уснули. Олег был авторитетом для сестер. Они слушались его во всем. Олег, уставший от такого суматошного дня, ушел спать. Он помог матери убраться со стола и сам перемыл посуду, а затем оправился мыться. Он всегда мылся перед сном. Акиндин начал его закалять еще с детства. Они зимой обливались водой, поражая всех вокруг. Марии все говорили, что не ровен час, и Олежка простудится, но, к счастью, эти процедуры дали свои плоды. Это воспитание несокрушимой воли и терпения. Олежка обладал недюжинным здоровьем, как его дед Акиндин, который не жалел времени на внука. В этот вечер Олежка решил лечь пораньше, так как рано утром он условился с Пашкой Пеговым отправиться на речку.

В доме стало тихо, и Мария вышла из комнаты, где спала вместе с девочками. Убедившись, что все спят, она тихо направилась в комнату к Акиндину. Он не спал, а ждал ее.

– Наконец-то, – прошептал Акиндин, раскрывая одеяло.

– Да, все спят, я дождалась, когда на будильнике будет 12 часов ночи и незаметно вышла из комнаты, – проговорила Мария, быстро забираясь в кровать к своему любимому мужчине.

– Ты такая славная, Машенька, что я так боюсь тебя потерять, – проговорил Акиндин, снимая с нее сорочку. Мария с радостью отдавалась ему и любила его, так что всегда беспокоилась, когда он задерживался на работе.

Акиндин стал покрывать поцелуями это роскошное тело, которое он благотворил.

– Самая красивая женщина на земле, – проговорил он, целуя Марию в губы.

– А ты самый красивый мужчина, мой Акиндин, – отвечала Мария на эти поцелуи и сама сказала: – Акиндин, возьми меня, не могу больше ждать. Уже месяц я без тебя.

– Ты хочешь меня, моя лапонька? – удивился Акиндин.

– Да, очень хочу.

Они снова начали заниматься любовью, когда Мария услышала странный стон. Акиндин замер. Мария привела себя в порядок и тихо покинула комнату. Она посмотрела на девочек, которые мирно спали, там было все хорошо. Мария побежала к Олежке, но тот спал беспробудным сном. Мария услышала, как стон повторился. Она накинула халат и вместе с Акиндином ворвались в комнату Вани, где тот лежал, и его всего свело судорогой. Он выпучил глаза, и весь его рот был наполнен пеной. Это был приступ эпилепсии. Ваня бился по всей кровати и затем внезапно затих. Акиндин быстро подошел к сыну и попробовал сделать ему искусственное дыхание, но безрезультатно. Акиндин стал делать ему прямой массаж сердца, но оно остановилось. Ваня умер, захлебнувшись собственной пеной, и теперь лежал бездыханный. Акиндин оделся и пошел вызывать скорую помощь и милицию для составления актов смерти. Через час в доме было вверх дном. Мария рассказала, что была с девочками ночью, а Акиндин объяснил, что спал в своей комнате и услышал стон сына, а когда пришел, было уже поздно. Врачи подтвердили, что смерть наступила от того, что Ваня сам захлебнулся, а милиционер написал, что смерть наступила от несчастного случая, и не стал открывать уголовное дело.

Милиционер выдал ему справку, а врач – медицинское свидетельство. Все уехали, а в доме поселился траур. Дети проснулись и хотели выйти из комнаты, но Мария попросила Олежку посидеть с сестрами. Мария сказала сыну, что в эту ночь умер их отец Иван. Мальчик был в шоке и выразил желание помочь семье. Он остался с девочками и не разрешил им выходить из комнаты. Всю ночь в доме никто не спал, а девочки заснули только под утро. Акиндин начал заниматься похоронами, и вся деревня была в шоке от того, что Вани не стало. Многие приходили в дом к Званцовым, чтобы помочь с детьми и с организацией поминок. Марии совсем не хотелось, чтобы кто-нибудь приходил к ним в дом, так как справлялась сама. Ей стала помогать Наталья Локтева, которая, придя в дом к Званцовым, удивилась идеальному порядку в доме. На кроватях – чистое белье, на столе – такая же белоснежная скатерть. В доме все лежит на своих местах, а также Наталья поразилась, как было организован учебный уголок Олежки. Письменный стол, над которым висели полки с учебниками. Это все сделал сам Акиндин Назарович собственными руками.

Все говорило о том, что в семье Званцовых было все хорошо. На кухне – чистая посуда, и все дышало настоящим русским домом. В комнате девочек стоял дубовый шкаф, где вся одежда аккуратно лежала на полках.

– Да, Мария. У тебя в доме такой порядок, что позавидуешь, – проговорила Наталья после проведенной по дому «экскурсии».

– Наташ, что опять не так? – спросила Мария, на голову которой был надет траурный платок.

– Нет, просто нашим бабам надо у тебя поучиться. Ты такая молоденькая, и уже у тебя трое детей, а так справляться с хозяйством умеет не каждая.

– Да, радости мало. Ваня умер, и это так плохо.

– Маш, а ты его любила?

– Да, он был хорошим мужем и всегда мне помогал по хозяйству.

– Маш, а как ты теперь будешь жить без Вани-то? – спросила Наталья, которая сидела на кухне и чистила картошку для поминок.

– Как жила, так и буду жить, и хватит об этом. Сегодня нужно столько сделать… Акиндин Назарович решил, что сам организует похороны, а мне надо приготовить поминальный стол для всей деревни.

– Да, дел у нас с тобой много, – проговорила Наталья Локтева.

В середине дня впервые к дочери пришла Аграфена Кирилловна. Она встала на пороге и увидела двух женщин, который готовили на кухне.

– Мария, я к тебе зашла для того, чтобы забрать внучек к себе, – сказала она с порога.

– А кто тебе их отдаст? – воскликнула Мария.

– Так будет удобно для тебя, – решительно произнесла Аграфена Кирилловна.

– Я никогда не отдам своих детей тебе. Ты помнишь, как обращалась со мной?

– Тогда я могу помочь тебе на кухне, завтра похороны Вани.

– Ну, что стоишь, иди и помогай, – строго сказала Мария матери. Аграфена Кирилловна была потрясена резкостью дочери.

Весь день в доме готовилось, жарилось и парилось. Настенька и Сашенька старались помочь матери, как и Олежка, который отменил рыбалку. Аграфена Кирилловна, увидев внучек, была поражена, как они воспитаны, и когда хотела сделать им замечание, то Мария резко пресекла это.

– Если я услышу что-то плохое в адрес моих детей, то собственноручно вышвырну тебя из дома, мамуля, – предостерегла Мария ее.

– Хорошо, я только…

– Все хватит, делай свое дело и помалкивай.

– Мамочка, а почему ты так говоришь с этой женщиной? – спросила Настенька, которая искоса смотрела на Аграфену Кирилловну.

– Когда вырастешь, моя любимая доченька, я тебе все расскажу, а сейчас принеси мне яйца, которые лежат в корзинке.

– Хорошо, мамочка, я сейчас все принесу, – с этими словами девочка отправилась выполнять поручение.

– Машка, а ты хорошо воспитываешь своих детей, – заметила Наталья.

– Они все любимы и обласканы. Никто еще с пеленок не слышал грубого слова, как я. Это стало примером для меня. Детей надо уважать, а то они будут, как я, ненавидеть собственную мать.

– Я делала для тебя все, что могла.

– Нет, мамуля. Ты разрушила мою жизнь, а теперь пытаешься оправдаться. Сиди и молчи. Не тебе сейчас говорить о моей семье. Если пришла, так помогай, а не трепи языком.

– Маш, остынь, – ласково обратилась к ней Наталья Локтева. – Я бы Вам, Аграфена Кирилловна, порекомендовала сейчас не лезть к Машке. Она и так несчастна с детства и вышла замуж не по любви. Она осталась без мужа, а завтра похороны. Будет лучше, если бы вы вообще молчали. Вы и так натворили много бед, и Машка от вас натерпелась.

– Хорошо, – ответила Аграфена Кирилловна. Она была на грани отчаянья, так как внуки не знали ее с раннего детства, и теперь она была совсем чужая в доме Званцовых. Ее единственная дочь ненавидела ее. Она добилась, чего хотела. Аграфена Кирилловна пробыла весь день в доме дочери и боялась произнести хоть слово. Она только спрашивала, что делать, и, когда вся еда была приготовлена, тихо ушла. Придя в дом, Аграфена Кирилловна впервые расплакалась. Она поняла, что сотворила с дочерью. Она видела, как внуки любят и почитают ее дочь, как слушаются ее с полуслова. В доме дочери не было криков, все делалось спокойно, и дети были послушными. Только никто их них не обратился к ней со словом «Бабушка». Мария воспитывала детей одна и не подпустила к ним Аграфену Кирилловну, даже когда они родились. Мария попросила Акиндина Назаровича не пускать Аграфену Кирилловну к детям. Он строго-настрого приказал Аграфене Кирилловне не приходить к ним в дом никогда. Это было желание Марии. Поэтому дети не знали, что в деревне у них живет родная бабушка.

Утром состоялись похороны Вани на деревенском кладбище. Детям объяснили, что стало с их отцом. Они остались с Натальей Локтевой, которая пришла рано утром для организации поминок. Мария стояла над гробом Вани и плакала. Она плакала от того, что ей было жалко этого бедного парня, который был красив, как его отец. Ваня лежал в гробу как живой.

Акиндин Назарович был бледен и с тоской смотрел на своего сына. «Эх, Ванечка, если бы ты был здоров, какая у тебя была жизнь», – думал он про себя. «Какое счастье, что у меня еще есть дети. Я все правильно сделал. Ванечка, сынок, прости меня». Он подошел к сыну поцеловал его в лоб. Он осенил его крестным знамением. Все заметили, что Акиндин Назарович просто убивается из-за потери сына. Это была правда. Он любил Ваню и сам лечил его. Деревенские жители по одному подходили к гробу и прощались с Иваном. Затем его накрыли крышкой и, прибив ее, начали опускать в могилу. Теперь от Вани остался лишь холм присыпанной земли.

Деревенские жители боялись идти в дом к Званцовым, но все-таки пошли на поминки, одни хотели выпить, другие из чистого любопытства. Все были потрясены образцовым порядком в доме. Многие перешептывались за столом.

– Ну и порядок в доме, во как живут, – говорили одни, кивая удивленно.

– И совсем не похоже, что здесь занимаются колдовством, – говорили другие, качая головой.

– Да сплетни все это. Нормальная советская семья. Вон даже портрет маленького Ленина висит над письменным столом Олежки, а еще и грамоты Олежки за отличную учебу из районной школы. Вон их сколько на стене, сами посмотрите, – проговорила Наталья Локтева, которая гордилась тем, что стала подругой Марии. Между женщинами действительно завязалась дружба.

– Да, мы должны изменить свое мнение об этой семье, – проговорила Клавдия, продавщица деревенского магазина.

Слово взял председатель колхоза Виктор Степанович Черников, который не смог присутствовать на похоронах, так как сам похоронил в этом году своего отца. Ему было тяжело, и он решил не ходить на кладбище. Виктор Степанович пришел только на поминки.

– Давайте выпьем за прекрасного моториста – колхозника Ивана Акиндиновича Званцова. Это был замечательный труженик, и теперь без него нам будет очень трудно. Иван всегда выручал нас, даже когда требовалось выйти на работу в выходные. Он был добрым и ответственным человеком, и давайте помянем его.

– Спасибо, Виктор Степанович, за добрые слова в честь Ванечки, – ответил Акиндин Назарович.

– Это вам спасибо за то, что воспитали такого сына, Акиндин Назарович.

Все говорили о Ване и о его заслугах. Виктор Степанович вручил Акиндину Назаровичу посмертную грамоту о трудовых заслугах Ивана Званцова в колхозе и деньги на потраченные похоронные расходы. Он попросил ее поместить в рамочку и повесить на стену в доме.

Поздно вечером все было убрано. Все ушли, и Акиндин был счастлив, что, может быть, слухи прекратятся и он станет жить спокойно в деревне. Мария села за стол, грустная. К ней подошел Акиндин,

– Жаль Ваню, но что поделаешь, лапушка. Спасибо тебе за детей. Вот видишь, как я правильно все сделал. Чтобы стало со мной, если бы вас не было со мной?

– Да, но я испытываю чувство, что я предала Ваню. Я должна была лучше присматривать за ним.

– Нет, милая. Ты и так сделала невозможное. Ты готовила еду и стирала ему белье. Ванечка был ухоженным благодаря тебе, моя лапонька. Ты моя спасительница, и, знаешь, что мы сделаем?

– Через полгода я женюсь сам на тебе. Ты согласна стать моей женой, Машенька? Настоящей женой, моя красивая девочка.

– Дорогой Акиндин, а как же слово, которое ты дал своей покойной жене?

– Я думал сегодня, когда мы хоронили Ваню. Мы должны все рассказать детям и открыть им правду. Я хочу переоформить детей на себя. Они должны носить мое отчество. Я признаю их своими родными детьми, а ты станешь моей женой. Дети не должна страдать от того, что у них нет отца. У них есть законный отец, и теперь, как только траур закончится, мы сделаем это.

– Это правда? – воскликнула в слезах Мария, которая бросилась к Акиндину.

– Да, это правда. Так ты мне не ответила на мой вопрос. Ты согласна стать моей женой, лапонька? – спросил он ее, подняв подбородок. Он пожирал ее глазами.

– Да, Акиндин, да.

– Всё. Я счастлив как никогда в жизни, и мне плевать на мнение людей. – Акиндин поцеловал ее и начал успокаивать.

– Все будет хорошо, Машенька. Моя Машенька и только моя. Наши дети будут самыми счастливыми.

Наступил сентябрь, и в семье Званцовых были уже два ученика. Олег пошел в восьмой класс, а Настенька – в первый. В семье возникла одна трудность. Дело в том, что Олег ездил в районную школу, а Настенька пошла в деревенскую. Перед началом учебного года Акиндин Назарович поехал в районную школу и отпросил Олега у директора и классного руководителя.

Он объяснил, что сестренка Олега идет в первый класс, а так как их отец умер, то было бы прекрасно, если старший брат поведет сестру в школу. Директор школы не стал возражать и сообщил об этом классному руководителю Олежки Лидии Семеновне. Она преподавала математику в старших классах и была очень сильным педагогом. Все ее ученики поступали с легкостью в институты. Лидия Семеновна была женщиной средних лет, высокого роста, с волевым лицом. Она поняла проблему и сказала, что ждет Олежку на следующий день, и дала расписание уроков. Акиндин Назарович привез из района учебники, которые выдали Олежке в школе на этот учебный год.

Впервые в жизни Олег вел свою сестру в первый класс. Этот день хорошо запомнился Олегу. Он был одет в праздничный костюм, а рядом с ним шли мама, дед Акиндин и две сестренки. Сашеньку одели в красивое зеленое ситцевое платье, и она шла, держась за руку Насти. Сашенька с утра сама проверила портфель сестры.

– Настенька ничего не забыла, – сказала она.

– Да, Сашенька, я ничего не забыла, – ответила Настя с улыбкой.

– У Настеньки сегодня праздник. Она в школу идет, – продолжала комментировать Сашенька.

– Да, Сашенька, а скоро и ты в школу пойдешь, – сказал Олег.

– А у меня будут такие же тетрадки и книжки? – спросила Сашенька.

– У тебя будут и тетрадки, и книжки, – объяснил Олег своей младшей сестре.

Олег пришел в школу, и его заметили бывшие одноклассники. Они были рады увидеть снова Олежку. Ребята помахали ему рукой, и он ответил тем же. После торжественной линейки дети отправились в класс. Олег вместе с мамой и дедом проследовал в класс сестры. Маленькая Сашенька тоже пошла с ними. Она была рада, что стала участником этого знаменательного события.

Олега пригласили на урок с одноклассниками, и он пошел в класс, оставив сестер, маму и деда. Они разрешили ему побывать на уроках и стали ждать праздничного концерта в школе.

Все ребята обрадовались, когда Олежка вошел в класс. Одноклассники облепили его со всех сторон, только Андрюшка Черников к нему не подошел. Он сидел за партой и был мрачен. «Пришел подразнить меня. Мне уже никто не поможет, а ведь экзамены на носу. Вон, стоит и чувствует себя героем. Подумаешь, не велика птица», – думал про себя Андрюшка Черников, испытывая к другу черную зависть. Ребята и учителя обрадовались, когда Олежка остался на уроках.

Ему дали листы и ручку, и он стал заниматься вместе со всеми, а завтра он вернется в свою школу. Там его ждали, и он уже скучал по своему новому классу. Его приняли в комсомол раньше всех, и Олег был гордостью школы. Все его бывшие одноклассники смотрели на комсомольский значок Олега, который он с гордостью носил. Его вызвали к доске, и он с удовольствием стал объяснять решение задач по алгебре, которые он решал с легкостью. Это было повторение материала, который он изучал в 7-м классе в районной школе. Учительница математики Тамара Сергеевна была просто потрясена его знаниями. Она похвалила Олежку и сказала, что вот так нужно учиться. Олег с удовольствием остался и на следующие занятия и попросил только составить отчет для районной школы. Он переписал все задания, которые он решил по алгебре и физике, а учителя расписались в этом отчете. Учителя были расстроены, что Олежка только сегодня был в школе, а завтра уедет в район. Андрей Черников не мог простить Олегу, что-тот ушел из школы. Он сидел за партой и с черной завистью смотрел, как Олег легко справляется с такими сложными предметами, как алгебра и физика. Он начал мечтать, как сотрет с лица земли этого Олега Званцова. В школе Олег встретил Оленьку Захарову, и он очень обрадовался, когда увидел ее, стоящую возле окна. Она увидела его и улыбнулась. Это была красивая девочка с длинной русой косой, как у матери Олега Марии. У Оленьки были голубые глаза, и весь ее вид говорил о том, что она еще расцветет. Она училась в 6-м классе и, когда увидела Олежку, то очень удивилась.

– Олежка, это ты? – спросила застенчиво Оленька Захарова.

– Да, я сегодня провожал в первый класс Настеньку и решил остаться на уроках в своем бывшем классе. Сколько у тебя уроков?

– Сегодня у нас пять уроков, – ответила Оленька.

– Хорошо, тогда я тебя провожу домой, идет?

– Да, это было бы хорошо, а как же твоя сестра?

– Она остается на концерте в школе, и ее встретят мама с Сашенькой. Настенька будет читать стихотворение Агнии Барто «В школе». Я сам удивлен, как она смогла выучить такое длинное стихотворение. Она учила его весь август с мамой, а вчера нам его прочитала с выражением.

– Да, она у тебя хорошая. Настенька умная девочка. Ты не останешься на концерт? Я думаю, что Настенька обидится, если ты не придешь в зал.

– Ты будешь на концерте, Оля?

– Да. Мы с девочками исполняем народный танец.

– Тогда я приду, а после концерта тебя провожу.

– Ладно, Олежка, всё, звенит звонок, мне пора.

– Увидимся, Оленька, – прошептал он ей в ухо и побежал на урок географии.

Это была его первая любовь.

Олег сидел в своем роскошном особняке на Рублевке и вспоминал давно ушедшие годы и то, что он потерял Ольгу навсегда. Она теперь замужем за другим человеком и, наверное, забыла его. Сердце сжималось от этой боли, как она могла так с ним поступить? Этот сильный и мощный человек сидел у камина и вспоминал свои детские годы. Вдруг раздался звонок на сотовый, он поднял трубку.

– Олег Акиндинович, билеты в Америку куплены. Документацию мы переслали в головной офис в Нью-Йорке, какие будут еще распоряжения?

– Все отлично, Стив. Ты прекрасно все организовал. Ты не забыл подготовить все документы для покупки нового американского холдинга?

– Да, разумеется. Мы еще поместили все необходимое в ноутбук и сделали резервные копии, которые возьмете тоже с собой.

– Прекрасно, Стив. Мы вместе летим в Нью-Йорк. Я рад.

– Окей, шеф, что-нибудь еще?

– Нет, отдыхай. У нас в Америке будет много работы.

– Да, поэтому отдых мне не помешает.

– До встречи на борту самолета, Стив. – С этими словами Олег Званцов закончил разговор и опять углубился в воспоминания.

Он вспомнил, как увидел Оленьку в нарядном костюме на сцене деревенской школы. Нарядный сарафан был надет на белоснежную кофточку, а на ее голове был повязан красивый павловопосадский платок. Она была прекрасна и танцевала для него. Он полюбил ее еще больше и мечтал проводить ее домой. После выступления Оленька села в зале, и все стали слушать Настеньку Званцову. Она стояла в праздничной школьной одежде и стала читать стихотворение Агнии Барто. После ее выступления зал зааплодировал, и она вежливо поклонилась, как ее научили дома. Акиндин Назарович гордился дочерью, а Мария даже всплакнула. Олежке понравилось выступление сестры, и он был счастлив. Сашенька сидела рядом с родными людьми и прошептала на ухо маме:

– Настенька у нас самая лучшая.

– Да, Сашенька, как и ты. Вы у меня самые лучшие.

– Мамочка, ты у нас самая красивая, – сказала Сашенька, чем удивила Марию. Она слышала такие слова от Акиндина, но это признание просто выбило ее из колеи.

– Спасибо, доченька. Ты просто мое солнышко.

– А деда самый красивый у нас? – спросила Сашенька.

– Да. Вы все у меня замечательные. Иди и встречай Настеньку. Вон она уже идет к нам.

Сашенька бросилась к сестре, которая шла к своей семье. Сашенька взяла ее за руку и сказала:

– Настенька, ты лучше всех выступала сегодня.

– Спасибо, Сашенька.

– Да, Настенька, ты просто прекрасно справилась со стихотворением, – похвалил ее Акиндин Назарович.

– Мне понравилось выступать, – ответила Настя.

Концерт прошел просто великолепно, а после него Олег сказал, что собирается проводить домой Олю Захарову.

– Отлично, Олежек, но только недолго. Завтра надо тебе возвращаться в школу, – сказал Акиндин.

– А мы пошли домой, отмечать первый день Настеньки в школе. Олежек, не опаздывай на праздник, – дала наставление Мария своему сыну.

– Хорошо, мамочка, – сказал Олег и крепко поцеловал Марию в щеку. Глаза у мальчика загорелись озорным огоньком. «Боже, он такой же страстный, как Акиндин. Он уже со школьной скамьи тянется к девочкам. Что же будет, когда он подрастет и станет настоящим мужчиной?» – подумала про себя Мария.

Они ушли домой, а Олег стал ждать Оленьку Захарову, которая быстро переоделась и, взяв портфель, вышла на улицу. Там ее поджидал Олег. Он подошел к ней и взял портфель.

Они шли и весело говорили о сегодняшнем дне. Олег не забудет, как он шел с Оленькой по дороге, как они смеялись. Олег рассказывал о своей школе и о том, как его приняли в комсомол.

Девочка слушала его, затаив дыхание. Скоро они подошли к дому Захаровых, и у колодца Олег сказал, что в выходные они могут вместе погулять, если в школе не будет много домашних заданий. Он неохотно отдал Оле портфель, и они расстались. Олег побежал домой к сестрам. Все это видел Андрюшка Черников, который шел незаметно за ними и прислушивался к их разговору.

Рассказ 3
Большие изменения в жизни Олега и Андрея

Прошло полгода, и Акиндин Назарович решился на отчаянный поступок. Он решил узаконить свои отношения с Марией, переписать детей на себя и дать им свое отчество. Акиндин Назарович сел вечером и стал разговаривать с Марией. Дети спали, и в доме было тихо.

– Машенька, я долго думал и, наконец, решился. Дорогая и бесценная моя Машенька. Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.

– Ты это серьезно говоришь? – спросила потрясенная Мария.

– Серьезнее не бывает, так ты не ответила мне. Ты согласна стать моей законной женой?

– Да, Акиндин, я согласна стать твоей женой.

– Завтра поедем в район подавать документы, а мне надо поговорить с Олегом. Я ему все расскажу о нас и о том, что именно я его законный отец. Пора открыть ему правду.

– Я согласна, но только это надо сделать очень осторожно, – проговорила счастливая Мария.

– Я рад, что у нас будет полноценная семья.

Этот день Олег Званцов не забудет никогда. Акиндин с Марией и Сашенькой уехали в районный центр подавать документы на регистрацию брака. Они уехали вместе с Олегом, у которого этот день был последним в школе, так как у него начинались зимние каникулы. В загсе у них приняли документы и сообщили, что через два месяца назначена свадьба. Это была настоящая свадьба Марии. Она часто ходила на могилу к Ване и просила прощения за то, что так мало уделяла ему времени.

Вечером Акиндин пригласил Олежку в свою комнату для очень важного разговора.

– Олежек, входи нам нужно серьезно поговорить, – начал Акиндин.

– Что случилось, дед? – удивился Олег, садясь на стул.

– Во-первых, мы сегодня подали документы в загс.

– Кто это «мы»?

– Это я и твоя мама, – ответил взволнованно Акиндин.

– Вы что, женитесь? – воскликнул Олег.

– Да, и я не могу скрыть, что всегда любил Марию. Ты не одобряешь мой поступок?

– Нет, это как-то неожиданно. Ты и моя мама.

– Мы любим друг друга уже давно. Я не могу жить без Марии, понимаешь?

– Да понимаю, я рад за вас.

– А теперь я должен открыть тебе одну тайну и надеюсь на твое понимание. Я знаю, что ты испытаешь шок от того, что я тебе сейчас расскажу. Но у меня нет выбора. Дело в том, что ты мне не совсем внук.

– Это как, дед?

– Ты мой сын, а я твой настоящий отец, Олежка. Мария родила трех детей от меня. Настенька и Сашенька тоже мои дети, – и Акиндин рассказал Олежке историю его рождения, а также появление Настеньки и Саши.

– Я всегда догадывался, что ты ко мне относился как-то по-особенному. Я все думал, почему так. Я видел, как мой так называемый отец совсем не уделял мне внимания. Он был как чужой. Он никогда играл со мной, только в шашки и карты, но не делал уроки. Он не сказал мне ни одного ласкового слова. Так ты мой отец?

– Да, и можешь ненавидеть меня. Это твой выбор. Я знаю, что достоин презрения, но я не мог допустить, чтобы род Званцовых прервался из-за Вани. Можешь делать, что хочешь, но моя совесть чиста и… – Акиндин не успел договорить, как Олег бросился обнимать его.

– Я счастлив, что ты мой истинный отец. Отец, ты мой отец, – говорил Олег, на глазах которого навернулись слезы и читалась гордость.

– Прости меня, сынок, за то, что я скрывал от тебя правду много лет. Какой камень у меня свалился с души! – говорил он своему уже сыну, обнимая его и нежно хлопая по спине. – Я хочу постепенно вводить тебя в мои дела. Ты должен много знать, а также овладеть некоторыми навыками и тайными знаниями. Пока никому не говори, что я твой отец. Я хочу переписать ваши документы и дать вам свое отчество. Как только документы будут готовы, тогда нам всем будет нестрашно. Скоро свадьба, а затем я усыновлю вас всех. Я не позволю вам расти без отца. У вас будет полноценная семья.

– Дед, ой, отец, а ты любишь мою маму?

– Да, я ее обожаю с самого детства, и именно ее я выбрал единственной моей женщиной. Олежка, ты даешь нам свое разрешение?

– Да, я хочу, чтобы мама была счастлива. Я так счастлив, что именно ты мой отец. Мне было как-то неудобно, что мой так называемый отец такой странный. Теперь я знаю, что он мне был братом. Я никому не скажу.

– Даже сестрам. Пусть подрастут, и тогда они узнают правду, а ты им поможешь принять эту истину. При них называй меня пока дедом.

– Я все сделаю так, как ты говоришь, мой отец. Ты все в моей жизни, – сказал Олег, вставая со стула. Он подошел к двери и прошептал:

– Мой самый любимый папа, самый-самый… – сказал он и скрылся в дверях, оставив потрясенного Акиндина. Он выполнил свой долг и утром все рассказал Марии, когда дети ушли гулять.

– Он так и сказал: «самый-самый»? – удивилась Мария.

– Да, так и сказал, а перед этим бросился ко мне на шею и поцеловал меня, – добавил Акиндин.

– Я так боялась, что он возненавидит всех нас, но он оказался мудрее всех нас. Он такой добрый мальчик.

– Он весь в тебя, моя Машенька. Скоро ты станешь моей официальной женой.

Акиндин преподнес ей золотое кольцо с крупным рубином.

– Это все тебе, мое солнышко. Это кольцо для помолвки. Возьми его, Машенька.

– Спасибо, Акиндин. Ты моя единственная любовь.

Прошло два месяца, и в деревне случился переполох. Был март. Вся деревня стояла на ушах. Это была свадьба Акиндина Назаровича Званцова с Марией. Все женщины в деревне только говорили о свадьбе Марии и Акиндина Званцова. Акиндин Назарович решил сыграть свадьбу с размахом. Ему не нечего было стесняться.

Из района он заказал три украшенные цветами машины, а в деревне в клубе были расставлены огромные ряды столов с вкусной едой. Мария в красивом и дорогом свадебном платье стояла рядом с Акиндином Званцовым и отвечала на вопросы в районном загсе.

– Согласны ли вы, Акиндин Назарович, взять в жены Марию Федоровну?

– Да, согласен, так как я ее люблю больше жизни.

– Согласны вы, Мария Федоровна, взять в мужья Акиндина Назаровича?

– Да, согласна, – и она посмотрела на своего жениха с обожанием, а затем добавила: – Я люблю его. Очень люблю.

Акиндин стоял в строгом черном костюме и не мог поверить своим ушам. Это публичное объяснение в любви выбило у него почву из-под ног.

– Тогда именем Советского Союза я объявляю вас мужем и женой. Желаю вам счастья в личной жизни. А сейчас обменяйтесь кольцами.

Акиндин Назарович снял кольцо, которое было надето Иваном, и надел свое. Это кольцо было очень дорогое и отличалось от первого. Оно было очень толстым и стоило приличных денег. Кольцо Ивана было надето на левую руку Марии. Мария взяла еще одно кольцо с тарелочки и надела его на палец Акиндина. Он посмотрел на него с гордостью. Теперь он был законным мужем Марии и мог свободно делить с ней постель и смело ходить по деревне. Осталось еще дать настоящее отцовство детям, и тогда можно жить припеваючи. В зале было немного народу. В качестве свидетелей были выбраны Наталья Локтева и Николай Захаров, отец Оленьки. Вот и все. Акиндин Назарович и Мария поставили подпись и сотрудница загса, которая проводила это мероприятие, удивилась, что фамилии у молодоженов были одинаковые. Им выдали свидетельство о заключении брака, и они поехали на машинах в деревню, где их ждало торжество. Мария не пригласила свою мать Аграфену Кирилловну, которая, узнав о свадьбе дочери, закатила скандал на всю деревню. Ее даже не пустили в деревенский клуб отмечать это событие, и она пришла и стала орать в окна. Дети Марии тоже поехали с ними в загс и были рады оттого, что их мама выходит замуж за деда. Они еще не знали, что Акиндин Назарович их настоящий отец. Только Олег владел этой тайной. Мальчик стоял и годился своими родителями. Акиндин Назарович в свадебном костюме выглядел бесподобно. Все женщины за столом не могли отвести от него взгляд. Секретарша загса потеряла дар речи, когда увидела жениха.

– Да, Акиндин удивил всех. Взял и женился на Машке, – говорила Клавдия.

– Вот такие дела. Он самый красивый мужчина. Ох, и повезло Машке. Отхватила такого мужика. Кто бы мог подумать?

– Да, несмотря на большую разницу в годах.

– Ну и что, Клавдия, – проворила Галина Захарова, – они счастли, вы и это главное.

– А Аграфена, вон какой шум поняла.

– Это ей не Машкой командовать. Все, ее власть, наконец, закончилась. Теперь Акиндин Назарович наведет порядок.

Олежка видел, как его мама счастлива, и стал танцевать с Оленькой Захаровой.

– Не пройдут и годы, как мы будем праздновать еще одну свадьбу. Вон как Олежка с Ольгой отплясывает, – проговорила Клавдия.

– Да, этому мальчику нравится моя дочь, – грустно проворила Галина Захарова.

– А чего так печально, Галка?

– Я бы хотела, чтобы Ольга вышла замуж за престижного парня.

– Это ты о чем? – спросила Наталья Локтева, которая подошла к подругам.

– Я хочу пристроить Ольгу в другую семью. Я считаю, что Званцовы слишком, ну как это сказать, низкого положения в обществе. Они из староверцев, а я мечтаю, чтобы Ольга вышла замуж за парня, проживающего в Москве. Это должна быть семья дипломатов или торговых работников. Семья из высшего общества.

– Ну, ты, Галка, и хватила, ничего себе барские замашки, – покачала головой Наталья Локтева. – Галка, не ломай судьбу дочери. Ты как эта Аграфена Кирилловна. Мало, что ли, тебе примеров?

– Ты, Наташка, еще не мать. Вон уже сорок шесть лет, а детей так и нет. Это нам решать судьбу Ольги.

– Ну и что? Это не дает тебе права унижать всех. Сегодня свадьба Акиндина Назаровича, и нечего портить всем настроение.

– А ты так подружилась с этой Машкой? – съязвила Галина.

– Да, и считаю, что лучше этой семье нет в деревне. Дети прекрасно учатся. Олег недавно снова грамоту получил из самого районного горкома партии за участие в комсомольском слете. Акиндин Назарович стал директором деревоперерабатывающего завода, и в доме достаток. Смотри, Галина, как бы этого парня, я имею в виду Олега, не увела какая-нибудь девушка. Такими ребятами не разбрасываются. Он вон какой стал красавец. Девчонки в деревне уже ходят за ним по пятам. Как говорится, в русской пословице: «Лучше синица в руке, чем журавль в небе».

– Да, Наташа права, – согласилась Клавдия.

Дети танцевали, а взрослые уже порядком напились. Наступил поздний вечер, и Наталья Локтева предложила забрать детей к себе, чтобы Мария смогла спокойно провести брачную ночь. Дети обрадовались. Они любили бывать у тети Наташи. Наталья Локтева жила одна, так как у нее умерли родители, и она стала заботиться об Ирине, младшей сестре. Ирина рано вышла замуж за Виктора Степановича Черникова и сразу родила своего первого сына Петра. Через несколько лет родился и Андрей. Наталья стала помогать ей с племянниками. Поэтому в доме Натальи нашлись места для ночлега. Дети Марии очень любили тетю Наташу и поэтому с радостью согласились переночевать у нее. Мария собрала еду со стола, и, сложив ее в пакеты, отдала Наталье.

– Мария, не беспокойся. Дети будут под присмотром. Я еще и Андрюшку заберу к себе. Пусть они с Олежкой в шахматы или в шашки поиграют. Девочкам я дам листы бумаги. Они станут рисовать. Поэтому детям скучно не будет.

– Спасибо тебе, Наташенька, – проговорил Акиндин Назарович. – Мы завтра рано утром их заберем.

– Нет, пусть поспят подольше. Завтра воскресение. Они придут только к обеду. Ребята все равно долго не уснут. Уже 12 часов ночи, и они должны успокоиться. Вон как резвятся!

Дети носились по залу как угорелые. Они были счастливы, что их не отправили рано домой. Они были вместе со всеми и принимали непосредственное участие в этом празднике. Виктор Степанович подарил Акиндину Назаровичу и Марии цветной телевизор «Рубин» от имени колхоза и сказал, что в понедельник им его настроят. Этого подарка никто не ожидал, но Акиндин поблагодарил председателя колхоза за такой ценный подарок. Детей собрали и отвели к Наталье Локтевой. Цветной телевизор в коробке помогли доставить в дом Званцовых и поставили его в гостиную. Все быстро удалились из дома. Акиндин Назарович остался с Марией.

– Вот ты и стала моей женой, Машенька, – ласково сказал Акиндин.

– Ты рад?

– Да, мое солнышко, моя радость в жизни. На следующей неделе я возьму отгул, и мы с тобой поедем оформлять детей. Это надо сделать срочно, чтобы они были законными детьми. Это так унизительно, что у них нет настоящего отца. Вот и наступило подходящее время.

– Это было бы прекрасно.

– Как мы проведем нашу брачную ночь, Машенька?

– Ты не устал? – заботливо проговорила Мария.

– Немного, так как проснулся рано утром. Я все переживал, как все пройдет. Так как мы проведем нашу ночь, моя самая красивая женщина мира? А, Машенька?

– Я бы предпочла заняться с тобой любовью прямо сейчас.

– Это как-то банально и совсем неромантично. У меня есть другой план. Может быть, затопим баньку и там устроим себе праздник.

– Ничего себе, праздник ночью, – удивилась Мария.

– Ты против, моя радость?

– Нет, это просто прекрасно, что ты предложил.

– Ну, тогда я переодеваюсь. Я пойду и займусь баней, а ты просто отдыхай, моя любовь. Я еще не вручил тебе своего свадебного подарка.

– Это что? – спросила нетерпеливо Мария.

– В бане увидишь. Все, я ухожу, – и, подмигнув ей глазом, Акиндин удалился.

Акиндин вышел из дома и пошел готовить баню. Он прихватил с собой вельветовую коробочку, где лежал сюрприз для Марии. Мария разделась и повесила это кружевное белое свадебное платье в шкаф. Она облачилась в сорочку и завернулась в теплый халат. Она с нетерпением ждала Акиндина. Он не заставил себя ждать. Он пришел в дом и направился к Марии. Акиндин бережно завернул ее, как ребенка, в большую волчью шубу и понес ее в баню на руках. Она обняла его за шею и старалась поцеловать его в нос. Он увертывался.

– Машуня, не шали. Не хватало нам еще свалиться в день нашей свадьбы. Вот будет потеха.

– Я хочу тебя, – прошептала она.

– Ты обязательно меня получишь, но сначала надо попариться.

– О, сколько формальностей, – обиделась Мария.

– Не сердись, моя хорошая. Я приготовил тебе сюрприз.

– Самый лучший подарок для меня – это ты, – вырвалось вдруг это внезапное признание у Марии.

– Да, если меня завернуть в подарочную упаковку, то получится что надо. Всё, мы пришли.

Он открыл дверь в бане, и оттуда повали дым. Он осторожно раздел Марию, а затем сам освободился от одежды. Он положил Марию на стол лицом вниз и начал легко шлепать ее березовым веником.

– Ты прекрасна, мой бутончик счастья.

– О, перестань мучить меня такими словами.

– Обожаю тебя, Машенька. Моя жена. Законная жена.

Он попарил ее, а затем начал мыть Марию. Он намылил все ее тело, которое после трех родов стало еще красивее. Оно налилось и стало чувственным. Акиндин начал делать невероятный массаж тела Марии. Она расслабилась и получала удовольствие. Он ополоснул ее, а затем попросил его попарить. Мария сделала, как он просил. Затем он встал и вытащил из кармана пиджака коробочку и протянул ее Марии. Она посмотрела на нее и, открыв ее, просто потеряла дар речи. В коробочке лежало бриллиантовое ожерелье. Это был самый дорогой подарок. Камни стоили миллионы рублей.

– Я же сказал, что приготовил тебе сюрприз.

– Акиндин, откуда у тебя такое богатство?

– Всему свое время, солнышко. Ты все узнаешь. Я скоро открою тебе и Олегу все тайны рода Званцовых. Теперь вы моя настоящая семья. Иди ко мне, моя радость.

Мария с удовольствием подошла к Акиндину и поцеловала его. Он начал нежно гладить ее тело, которое все трепетало. Он положил ее на стол, и она с радостью обняла его. Он стал целовать каждый миллиметр ее тела. Акиндин нежно овладел Марией, и она была на седьмом небе. Они страстно любили друг друга в эту ночь. Они вышли из бани счастливые, как никогда в жизни. Было уже четыре часа ночи, когда они вернулись домой.

– Ты выжала из меня все соки, Машенька, – жаловался Акиндин.

– Ничего страшного, это надо повторить еще раз. Боже мой, как мне нравится заниматься любовью с тобой, мой Акиндин, и теперь навеки мой.

– Да, твой, и я готов выполнить любую твою просьбу, лишь бы ты была счастлива, моя любимая, моя красивая девочка. Может, все-таки поспим, а то уже скоро пора вставать?

– Это как поспим?

– Ну, я имела ввиду… – запнулась Мария.

– Ох, какая же ты проказница, Машуня, – и Акиндин засмеялся.

– Ладно, пойдем спать, а то мы проспим тот момент, когда дети вернутся.

– А ты бы хотела еще детей, Машенька?

– Да, у нас получаются великолепные дети. Ты мастер своего дела.

– Машенька, ты у меня прелесть. Надо же так сказать, – и Акиндин покачал головой.

Они легли в кровать и быстро заснули, утомленные этим прекрасным мартовским днем. Они проснулись только в 11 часов и быстро начали готовиться встречать детей. Акиндин сам отправился к Наталье за ними, а Мария занялась приготовлением еды. Она была счастлива. Она поняла, что полюбила Акиндина всем сердцем, и он стал единственной ее любовью в целом мире. Ночь была сказочная, не говоря уже о дорогом подарке на свадьбу. Она все вспоминала эту ночь в бане и решила, что лучшего мужа ей не найти. Это было настоящей правдой. Эту любовь Мария пронесла через свою жизнь, и она доказал себе, что счастье не нужно искать, оно само найдет того человека, который уже отчаялся его получить. Этим счастьем был Акиндин Назарович для Марии. Дети пришли в дом и сразу стали рассказывать, как провели вечер в доме Натальи Локтевой. Олег смотрел на маму с удивлением.

– Мама, ты счастлива?

– Да, Олежка. Теперь у нас будет настоящая семья.

– Я вас с отцом не поведу, – прошептал он ей в ухо, сохраняя доверенную ему тайну семьи.

– Я знаю, Олежек, на тебя у меня одна надежда. Ты должен продолжить дело отца. Ты рад, что он у тебя есть?

– Да, я горжусь этим.

– Прости, что не сказала раньше об этом. Я очень боялась, что ты, узнав правду, возненавидишь нас.

– Нет, я просто был шокирован, но, когда узнал все, то мне стало как-то спокойно. Я горжусь своим отцом, мамочка, – тихо проговорил Олежка.

– Спасибо, сынок.

Вечером семья Званцовых устроила настоящий пир в доме.

Целую неделю Акиндин Назарович собирал документы на усыновление детей и отвез их в район.

Через три месяца Мария и Акиндин получили свидетельства, где было указано, что именно Акиндин Назарович отец Олега, Насти и Саши. Он всем дал свое отчество, и теперь образовалась новая ячейка советского общества – большая семья Званцовых. Акиндин был счастлив, что теперь у него полноценная семья. В деревне говорили, что это смелый поступок, и уже никто не показывал пальцем на детей, называя их незаконнорожденными. У них теперь был законный отец, а у Марии – муж.

Как изменилась Мария после свадьбы с Акиндином! Она похорошела, и все находили, что она стала настоящей красавицей. В деревне говорили, что Мария теперь жена директора деревоперерабатывающего завода. Ее уважали еще и за то, что она слухов не распускала, а занималась только своей семьей. Дети были прекрасно одеты, в доме порядок, и Мария великолепно справлялась с хозяйством. Ей очень хорошо помогали как муж, так и дети. Еще с раннего детства дети видели труд в семье и стали принимать непосредственное участие в домашних делах. Настенька мыла посуду и помогала убираться в доме, Сашенька любила складывать белье в шкаф и мыла овощи. Она еще помогала накрывать стол. Олег помогал вешать белье во дворе, сам выносил мусор и часто ходил в магазин за покупками. Все были заняты делом. Поэтому дети всё умели делать с самого детства, и это им пригодилось в будущем.

Андрюшка Черников совсем обленился. Он пошел в восьмой класс, и экзамены были на носу, но это его мало трогало. Он часто прогуливал уроки и этим вызывал страдания его матери Ирине. Эта бедная женщина совсем измучилась, видя, как Андрюшка отлынивает от уроков, да и домашний труд его тоже тяготил. Зато ему нравилось гулять по улице со старшими ребятами, а однажды впервые попробовал водку и пришел домой мертвецки пьяным. Это был скандал. Виктор Степанович был просто раздавлен. Он так хотел, чтобы кто-то из сыновей продолжил его дело, но Петя пропал, а Андрей вытворяет такие несусветные вещи. Он был на грани отчаянья. Виктор Степанович не знал, как воздействовать на сына. Андрей измучил всю семью. Однажды он пожаловался на сына самому Акиндину.

– Не знаю, что делать с Андреем. Вы представляете, Акиндин Назарович, он пришел вчера пьяный домой. Вам повезло с Олежкой.

– Да, Олежка молодец. Я могу помочь вам в этом сложном деле, но вы должны пообещать, что не станете вмешиваться в то, что я буду делать с Андреем.

– Я знаю, что вы из староверцев и владеете какой-то тайной. Помогите нам. Я уже отчаялся что-либо предпринять.

– Хорошо, я подумаю, что можно будет сделать. В понедельник я приеду в колхоз, и мы с вами потолкуем. Тем более что мне нужно забрать чистые бухгалтерские книги и ручки. Завтра мне нужно заняться квартальным отчетом, и поэтому я буду у вас.

– Это было бы прекрасно. Посылка уже доставлена, и вы сможете забрать то, что заказали. На коробке я попросил написать «Канцелярия для завода».

– Прекрасно, понедельник в 10 часов утра я буду у вас, а сегодня вечером стану думать, что сделать с Андреем. У меня есть два дня выходных, и поэтому я сам составлю план по спасению вашего сына.

Они разошлись, а Акиндин подумал, что ему представилась еще одна возможность поквитаться с Черниковыми за смерть отца и матери. Вечером он все рассказал Марии.

– Ты представляешь, солнышко, ко мне обратился с одной просьбой Виктор Степанович.

– Интересно, с какой? – спросила Мария, уложив детей спать.

– Виктор Степанович попросил меня как-то воздействовать на Андрея, чтобы привести его в чувство. Вчера он напился и пришел пьяным домой.

– Какой ужас! – воскликнула Мария. – Акиндин, и что ты намерен предпринять?

– Пока не знаю, лапонька, но я должен совершить, что-то страшное, что заставит Андрея изменить свое поведение и начать учиться.

– Это почти невозможно. Он такой же, как его покойный дядя Саша.

– А он тебе нравился, – подметил Акиндин.

– Кто? – переспросила Мария.

– Сашка Черников, – Акиндин гневно стукнул по столу и театрально зарычал.

– Не ревнуй. Скажу тебе честно. Да, он мне нравился, но ты самый лучший. Я это поняла, когда узнала тебя. Я просто дурочка, что боялась тебя. Ты был такой гордый, сильный, невероятно красивый, и в тебе была, какая-то тайна, что я боялась тебя как огня. Сашка Черников был смазливым парнем, не спорю. Он нравился всем девчонкам, но я думала, что он как-то обратит на меня взгляд. Когда он меня обозвал толстухой, то я потеряла дар речи. Я не ожидала такого унижения. Он часто подкрадывался ко мне и больно щипал. Сашка показывал мне язык и постоянно издевался надо мной. Мне нравилась его красота, но теперь я поняла, что эта красота обманчива. Сашка был как красивое дерево в лесу, а вот содержимое оказалось трухой.

– А я какой, хотелось бы мне знать? Да, да, скажи мне, Машенька, – спросил Акиндин, вглядываясь в лицо Марии. Он не мог оторвать свой взгляд от нее. Его глаза бегали по лицу Марии.

– Ты мое счастье, моя единственная радость и самая большая любовь, Акиндин Назарович. Боже, как же я тебя люблю. Люблю так, что хочется кричать от счастья на всю деревню. Скажу честно, что мне нравится заниматься с тобой любовью. Я хочу всегда дарить тебе свою любовь, мой Акиндин, и самый любимый муж. Я дам тебе все, что ты пожелаешь.

Он был потрясен, услышав такое признание. Акиндин не мог вымолвить ни слова. Он встал на колени перед Марией, взял ее руку и поцеловал. Он положил ей свою голову на ее колени. Он стала гладить его по голове.

– Родная моя Машенька, ты не представляешь, что я сейчас испытал, когда услышал такое признание. Спасибо тебе, моя девочка, что подарила мне семью. Я обожаю тебя, маленькая моя.

Он встал и снова сел рядом с Марией за стол, обнимая ее за талию.

– Вот оно, истинное счастье. Это ты и моя семья, а больше человеку и не надо.

– Завтра испеку тебе пирог с капустой, а что еще тебе приготовить, мой любимый?

– Себя, Машенька, моя самая красивая девочка. Ты всегда будешь моей красивой девочкой.

– А как я могу приготовить себя? Я же не могу намазать себя кремом и походить на торт.

– А почему бы и нет? В этой жизни все возможно, а теперь мне нужно обдумать, что сделать с этим Андреем.

– Сложную задачу тебе дал Виктор Степанович.

– Да, очень сложную. Машенька, ты иди спать. Ты уже зеваешь, устала, бедняжка, с нами. Моя прекрасная труженица. Я позже к тебе приду, а сейчас подумаю, что делать с Андреем.

– Только не задерживайся.

– Ни в коем случае, мое солнышко.

Он поцеловал ее в щечку и нежно провел по волосам. Мария ушла спать, а Акиндин Назарович отправился во двор. Он сел на скамью и стал размышлять. Какое трудное задание ему дал Виктор Степанович! Акиндин решил не спешить, а все детально продумать. Он отравился спать. Когда он вошел в комнату, Мария уже спала, и он тихо лег рядом с ней. Он боялся разбудить ее и просто смотрел на свою любимую жену. Он относился к ней как к богине. Да, он любил ее до потери пульса, и теперь Мария спала вместе с ним. Дети уже привыкли к этому, что мама и их новый папа спят вместе. У Настеньки и Саши была своя комната, и они привыкали спать без мамы. У Олега была тоже маленькая и удобная комната.

Акиндин посмотрел на Марию и улыбнулся. Он поразился, что эта девочка родила ему троих прекрасных детей. Ему было жалко Ивана, который так и не познал всех радостей жизни, и вот теперь его нет. Акиндин лег на спину и стал размышлять об Андрее Черникове. Он может покалечить ему жизнь, в отместку за своих родителей. Но оставил эту мысль. Завтра надо отрыть тайную книгу с обрядами и посмотреть, что можно сделать, а сейчас Акиндин не хотел ломать себе голову над этой проблемой. Он осторожно перевернулся и уснул.

Утром Акиндин проснулся позже, чем обычно, так как был выходной день. Мария с детьми хлопотали на кухне, готовя завтрак. Он почувствовал вкусные запахи, которые доносились с кухни, и улыбнулся. «Как это приятно, вот так просыпаться и знать, что ты любим. Машенька превзошла все мои ожидания. Она моя любимая женщина и законная жена. Какое счастье, что я женился на ней! У меня прекрасные дети. Что мне еще нужно? Ладно, нужно вставать и помочь Машеньке с хозяйством», – думал он, потягиваясь в кровати. Акиндин решил сегодня заняться уборкой дома, а вечером он решит, что делать с Андрюшкой Черниковым. Он оделся и вышел из комнаты.

– Акиндин, дорогой. Доброе утро! – приветствовала Мария мужа.

– Доброе утро, моя любовь, а что это вы все делаете?

– Деда, мы готовим завтрак, – сказала Сашенька.

– О, какая помощница у нас подрастает! Сашенька, ты молодец, – похвалил он свою дочку, нежно погладив ее по голове.

– Да, Акиндин, девочки у нас просто золотые, – ответила с гордостью Мария.

Олег пришел со двора и принес таз с чистым бельем.

– Мамочка, я снял белье. Оно совсем сухое, – проговорил Олег, ставя таз на табурет.

– Я горжусь тобой, Олежка, – проговорил Акиндин.

– Спасибо, па, ой, дедушка, – осекся Олег.

– Ничего страшного, мой мальчик, скоро все встанет на свои места, – утешил Акиндин своего сына, который догонял по росту своего отца.

Настенька взяла хлеб и стала делать бутерброды с колбасой.

– Настюша у нас настоящая хозяйка, – заметил Акиндин.

– Да, Настенька просто наше солнышко.

– Я пошел умываться, а после завтрака начну помогать тебе, Машенька, по дому. Я вчера видел, как ты устала, моя любовь.

– А как же то дело с Андреем, ты уже, чтото наметил?

– Нет, это я сделаю вечером, а сейчас мне надо привести себя в божеский вид. Я не хочу быть чучелом в огороде.

– Деда, а можно тебя переодеть чучелом? – спросила Сашенька.

– Вы же знаете, что со мной можно делать все что угодно, лишь бы вы все были счастливы, – громко засмеялся Акиндин, когда представил себя чучелом.

– Сашенька, если дедушка станет чучелом, то это будет такой позор в деревне… Этого нельзя допустить. Давай договоримся так, что когда придет зима, то мы попросим дедушку сыграть роль Деда Мороза, а вы с Настенькой будете снежинками.

– А кто будет Снегурочкой?

– Снегурочкой станет ваша мамочка, Сашенька, – объяснил Акиндин своей младшей дочери.

– А как же Олежка, ему совсем не досталась роль! – воскликнула Настенька.

– Он сыграет роль Нового года.

– Ура, у нас будет настоящий праздник, – радостно произнес Олег.

Акиндин отправился в ванную умываться и, войдя в нее, рассмеялся. Это было какое-то удивительное утро. Он заметил, как на глазах расцветала Мария, и уже не смог сдерживать себя. Он при всех называл ее «моя любовь» и «мое солнышко». Мария действительно стала первой красавицей в деревне, и много мужчин потеряли покой и сон, когда она ходила в магазин, на почту или в школу за дочкой. Мария очень любила детей и была прекрасной матерью, и все женщины стали ставить ее в пример. Много людей в деревне после похорон Ивана стали по-другому относиться к семье Званцовых. Все слухи о колдовстве и о магии прекратились. Никто не говорил о семье Званцовых плохо. Весной Акиндин Назарович вспахал большое поле за домом и посадил картошку. Все делал сам, так как Мария занималась домом. Акиндин Назарович сидел в тракторе, который одолжил в колхозе, и сам вспахал свой участок. Все люди просто открыли рот, когда увидели, как этот настоящий русский мужик сам возделывает землю. Мария носила ему питье, а он, взяв бутылочку воды, вышел из трактора и крепко ее поцеловал. Поэтому в доме был достаток. Акиндин не мог остановиться после свадьбы. Он снабдил все семью продовольствием, и в доме был порядок. Это он все делал для своей любимой жены Марии и детей. Как же они любили его!

А в семье Черниковых было совсем иначе. Ирина стала очень грубой и резкой. Она постоянно кричала на Андрея, который часто отлынивал от работы по дому и ужасно учился. Виктор Степанович совсем поседел, а в глазах поселилась невероятная тоска. Какой-то злой рок преследовал его, и он решил обратиться к Акиндину Назаровичу. Что он и сделал. Теперь вся надежда была у него на Званцовых.

Акиндин Назарович весь день провел в делах, помогая Машеньке по дому. Он вычистил ковры, сам помыл полы, поменял шторы, а Мария готовила на кухне вместе с девочками. Олег тоже не отставал от взрослых. Он вынес мусор и сходил в магазин за продуктами. Все были заняты делом. Вечером Олежка сел за уроки и стал готовить ответы на экзаменационные билеты в школе. Он решил сдать все экзамены на отличные оценки. Девочки ушли в свою комнату играть, а Акиндин Назарович достал тайную книгу староверцев и, сев за большой стол в гостиной, стал ее изучать. Он полностью погрузился в изучение, и Мария, увидев это, не стала ему мешать. Он села рядом и занялась вязанием. Акиндин Назарович медленно перелистывал страницы древнего манускрипта, где хранились секреты, как врачевания, так и способы воздействия на людей. Эта книга была похожа на руководство по управлению миром. Акиндин Назарович понял, что эта книга является настоящим сокровищем, где были скрыты тайны нашего бытия. Он натолкнулся на одну интересную главу в этой таинственной книге. Он прочитал много интересных статей из этой книги, но эта глава привлекла его особенно. Акиндин Назарович долго изучал эти материалы и теперь знал, что делать с Андреем Черниковым. Он внушит ему страх, и для этой цели ему придется завтра отправиться в лес, чтобы проникнуть в подземный бункер и там все приготовить для так называемого «похищения».

Акиндин встал очень рано в воскресенье. Он сам приготовил завтрак для семьи и написал записку Марии, в которой говорилось следующее: «Дорогая моя Машенька. Я приготовил всем завтрак и ушел в лес выполнять указание Виктора Степановича. Приду только вечером, так что не волнуйся, моя любовь. Крепко целую и нежно обнимаю. Безумно люблю. Твой Акиндин».

Акиндин отправился далеко в лес. Он долго шел по тропинке, которая углублялась в лес, и теперь нашел тайную дорогу, ведущую в бункер, о котором никто не знал в деревне. Эта была тайная дверь в земле, которая хитро открывалась. Секрет знали только отец Григорий и Акиндин. Отца Григория не было уже в живых, и только Акиндин владел этой тайной. Он просунул руку в дупло, нащупал там небольшой рычаг и, нажав его, увидел, как из-под земли открылся люк, а в нем вниз вела лестница. Акиндин обернулся и проверил, не следит за ним кто-нибудь. Он все тщательно проверил и, убедившись, что он один, стал спускаться вниз по лестнице. Акиндин был очень предусмотрительным и установил маленькую энергетическую подстанцию для освещения бункера. Это был не только бункер, но и целый подземный мир, с различными коммуникациями, помещениями, кладовыми и местом для проведения обрядов сектантского общества. В одних помещениях находились всевозможные сокровища и денежные купюры в американских долларах. На полу стояли сундуки, наполненные драгоценными камнями, которые староверы добыли как в Сибири, так и в Якутии, в других лежали ювелирные украшения из чистого золота. Каждый камень в сундуке стоил баснословных денег. В следующих коробах лежало оружие староверов и тайные книги. Это было хранилище неиссякаемых богатств, которые должны быть завещаны детям Акиндина. Вот время было непростое в деревне. Акиндина Назаровича могли убить из-за этих несметных богатств, а эти сокровища могла забрать власть. Поэтому Акиндин Назарович был очень осторожен. Он знал: случись что, его дети будут обеспечены на всю жизнь.

Он сел на дубовую скамью и вытащил мешок из небольшого сундука для того, чтобы накинуть его на голову Андрея. Акиндин решил применить страшное наказание для Андрея. Он встал и отмотал веревку, для того чтобы Андрея привязать к дереву. Когда приготовления были окончены, то Акиндин захватил золотые сережки с изумрудами для Марии. Он вышел из бункера, неся свою поклажу, а затем снова нажал на рычаг, и люка снова не было. Он был скрыт моховой шапкой. Никто не мог догадаться, что подо мхом скрывается вход в бункер. Акиндин отправился к тому месту, где мечтал построить дом для Машенька с детьми. Но эта идея не смогла воплотиться, так как наряд милиции с военной частью прочесали эти места в поисках Петра Черникова. Ему пришлось засыпать яму под фундамент камнями и положить на них ветки. После того, как поиски Петра прекратились, Акиндин построил маленький деревянный сарай, где он станет держать Андрюшку без пищи, а только станет поить его. Он наведет страх на этого безмозглого мальчишку, да так, что-тот запомнит это урок на всю жизнь. Теперь Акиндину надо было решить с собственной внешностью, чтобы Андрей не узнал его. Он решил надеть медвежью или волчью шкуру, а лицо обмотает тряпками, запачкает грязью и станет настоящим фавном, который утаскивает людей и держит их взаперти. Это будет страшное чудовище, которое поселится в лесах и наведет ужас на местное население. Иногда его предки-язычники прибегали к таким обрядам. Люди одевались в шкуры животных, чтобы показать связь человека с природой. Итак, он решил стать именно страшным фавном, диким чудовищем, чтобы внушить страх Андрею. Эта идея ему понравилась, и Акиндин решил все рассказать Марии, когда вернется из леса. Он еще долго пробыл в лесу и вернулся, когда на улице было уже темно. Хорошо, что он прихватил с собой еду из дома.

Вернувшись домой, Акиндин почувствовал невероятный запах. Это Машенька испекла обещанный пирог с капустой. Он лежал на столе на красивом полотенце, вышитом петухами. Девочки, увидев Акиндина, бросились его обнимать.

– Деда, пришел, – громко сказала Сашенька.

– Я, конечно, пришел, моя красавица, но я должен переодеться. Я же не могу ходить по дому грязный.

– Дедушка, а где ты был? – спросила Настенька.

– Я все вам расскажу, а сейчас я должен пойти в ванную и переодеться. Ох, ну и запахи в доме!.. Я как тот голодный серый волк, который хочет есть, – и Акиндин театрально зарычал.

– Ой, ой! – закричали девочки, а затем стали смеяться.

– Девочки, оставьте дедушку в покое. Он только что пришел и, конечно, уделит всем внимание, – проговорила Мария, которая стояла в переднике и смотрела на мужа с такой любовью и неприкрытым желанием, что Акиндин все прочитал на ее лице.

Акиндин быстро ушел, чтобы привести себя в божеский вид. Он смеялся. Да, идея с серым волком подтолкнет его к яростным действиям с Андреем Черниковым. Акиндин принял душ и был свеж как майский цветок. Он надел серый свитер, который ему связала Мария.

– Так, что у нас за пир такой? – спросил Акиндин.

– Любовь моя, как ты просил. Все для тебя, моя радость, – воскликнула Мария, подходя к мужу. Акиндин разрумянился от лесного воздуха.

Акиндин восхитился вкусными щами, запеченной картошкой и зажаренным мясом, не говоря уже о квашеной капусте, которую они заготовили на всю зиму. А в центре стоял роскошный пирог, который Мария с девочками испекли. Настенька училась насыпать муку и просеивать ее для пирога, а Сашенька мерила сахар в стаканах и смотрела, как Мария шинкует капусту. Эти девочки с самого детства приучались вести хозяйство. Сложился дружный трудовой коллектив в доме. Это очень радовало Акиндина Назаровича, который тоже сам подавал пример всем.

– Спасибо, Акиндин, за завтрак, – сказала Мария, целуя мужа.

– Да, деда вкусную кашу сварил. Когда я стану большая, то тоже так буду готовить, – сказала Сашенька.

– Конечно, девочка. Ты всему научишься, – сказал Акиндин и увидел, что дочка хочет сесть к нему на колени.

– Сашенька, дай дедушке поесть. Он пришел голодный и очень уставший. Он обязательно уделит вам всем внимание, – дала наставление Мария Сашеньке.

– Дорогие мои, какой прекрасный пир вы все приготовили! А пирог просто шедевр кулинарного искусства.

– Это мамочка его испекла, – проговорила Настенька. – Она у нас самая лучшая.

– Да самая лучшая на всей земле, как и вы, мои любимые, – добавил Акиндин.

Ужин завершился, и Олег помог Марии собрать посуду, а Настенька вызвалась ее помыть. Дети ушли по своим комнатам. Девочки стали играть в школу, а Олег опять отправился готовиться к экзаменам. Это был решающий год. Он решил, во чтобы то ни стало поступить в 9-й класс. Когда дети легли спать, то в комнате Акиндина состоялся важный разговор.

– Как прошел день, дорогой? – спросила Мария, которая лежала в объятьях мужа и целый день ждала вестей.

– Я придумал страшную вещь, Машенька, – ответил Акиндин.

– Это какую? – спросила Мария, поднимаясь. Она села в кровать и посмотрела на Акиндина, который произнес эту фразу как-то по-особенному.

– Не бойся, лапонька. Это касается Андрюшки Черникова. Иди ко мне, солнышко, и я тебе все расскажу, только одно «но». Никто не должен знать, что я совершу с этим распаясавшимся пацаном.

Он во всех деталях рассказал свой план, и Мария остолбенела.

– Акиндин, он еще мальчик, может, придумать что-нибудь еще? – жалобно проговорила она ему.

– Его дед Степан Гаврилович не церемонился с моим отцом. Вся наша секта была уничтожена. Отца расстреляли, а бедная матушка повесилась. Спасибо отцу Григорию, что он не выдал меня, когда мы пришли после погрома секты отца в эту деревню. Он сказал, что я приемный сын Назара Олеговича и он спас меня от секты. Черниковы не знают, что я истинный сын Назара Олеговича Званцова. Если бы все узнали, то бы меня убили.

– Боже, какой кошмар, Акиндин.

– Теперь ты понимаешь, что мне пришло время поквитаться, хотя бы косвенно, с этой семейкой.

– Я понимаю тебя, и спасибо за то, что сказал мне о своей семье.

– Это большая тайна. После того как уничтожили секту, все подумали, что настоящий сын Назара Олеговича погиб в болоте. Поэтому теперь ты одна знаешь настоящую правду.

– Я никому не скажу. Как же тебе досталось! Вот почему ты так мечтал о настоящей семье. Я тебя понимаю, родной мой.

– Теперь ты понимаешь, что я должен воплотить свой план, милая моя.

– Да, и согласна с тобой. Ты прав. Эту семью надо наказать. Но я считаю, что может это сделать как-то гуманнее.

– Ты права, Машенька, я обдумаю твои слова.

Наступил понедельник, и Акиндин отправился в контору колхоза. Он решил рассказать Виктору Степановичу кое-какие детали относительно Андрея. Он вошел в контору и увидел Ирину, жену председателя колхоза.

– Здравствуй, Ирина, – поприветствовал ее Акиндин, входя в контору.

– Доброе утро, Акиндин Назарович. Вот ваша канцелярия, как вы заказывали. Я знаю, что вы пришли к Виктору Степановичу. Он немого запаздывает и попросил меня встретить вас. Может быть, хотите чашечку чая?

– Не откажусь от этого удовольствия.

– Вот и прекрасно, – ответила Ирина, которая стала накрывать круглый стол, который стоял у окна для чаепития. Она в душе подумала: «Боже, какой мужчина!.. Мне уже плохо от одного его вида. Вот Машке повезло, отхватила такого красавца».

Скоро Акиндин пил чай и смотрел в окно, а Ирина начала печатать на машинке документацию для партийного собрания. Она заметила, что Акиндин не проявляет к ней ни малейшего интереса.

Акиндин Назарович был погружен в свои мысли о страшном ритуале, который собирался провести с Андреем. Не прошло и десяти минут, как в контору пришел сам Виктор Степанович. Он обрадовался, увидев Акиндина Назаровича.

– Доброе утро, Акиндин Назарович, вы уже получили свой заказ?

– Да, ваша жена мне его передала, как только я пришел в контору.

– Прекрасно, тогда вы бы не могли зайти ко мне в кабинет?

– Да, у меня есть соображения относительно вашего вопроса.

– Тогда проходите, пожалуйста. Ирина, не пускай никого ко мне. Я буду занять примерно час. У нас с Акиндином Назаровичем очень важное совещание.

– Хорошо, Виктор Степанович, будут еще какие-либо распоряжения?

– Да, мне нужны цифры по надою молока. Скоро партком.

– Хорошо, Виктор Степанович.

Председатель колхоза впустил Акиндина Назаровича в кабинет и, раздевшись, сел за стол.

– Виктор Степанович, вы поручили мне сложное задание насчет Андрея.

– Да, я так расстроен, что не могу никак воздействовать на сына. Я уже и бил его ремнем и грозился выгнать из дома, но все бесполезно.

– Это очень плохо, когда в семье творится такое. Я кое-что придумал, но у меня есть условие. Вы не должны вмешиваться в то, что я собираюсь делать с вашим сыном. Это будет тайна. Я не могу ее открыть, но могу только сообщить, что вашего сына не будет неделю, а может, и две в доме. Вы должны предоставить мне свободу действий.

– Да, я всецело полагаюсь на вас. Андрей – это бич божий. Мы так намучились с ним, что уже нет надежды для его возращения к реальной жизни. Вы себе представляете, что он пристрастился даже к алкоголю и стал курить.

– Да Вам не позавидуешь, – покачал головой Акиндин Назарович.

– Делайте с ним, что хотите, мы уже выбились из сил.

– Тогда я должен написать заявление об отгуле. Я буду отсутствовать долгое время, так как стану заниматься с Андреем.

– У вас и так накопилось много дней, и поэтому я вас отпускаю.

– Завтра вы должны привести Андрея в лес. Я вам скажу условленное место, а затем вы должны незаметно оставить его там. Вы не должны смотреть, что я буду делать с Андреем. Если я увижу, что все идет не так, как надо, то не стану заниматься этим делом. Вы должны уйти домой, оставив Андрея в лесу.

– Хорошо, а с ним все будет в порядке?

– Да, вы не узнаете всего сына. Он должен научиться ценить жизнь. Этому я его научу.

– Это было бы прекрасно, а то он нас замучил. Мы не можем никак найти подход к нему. Это просто ужас. Мы потеряли Петра, которой был гордостью нашей семьи. Ирина до сих пор не может прийти в себя.

– Да, потерять такого сына, как Петр, это очень печально, но я бы хотел уточнить одну деталь. Вы согласны ни во что не вмешиваться?

– Да, и как только Андрюшка будет в лесу, я постараюсь оставить его одного.

– Тогда я вам сейчас расскажу, где я буду ждать Андрея.

Акиндин Назарович стал подробно объяснять место встречи в лесу. Они еще долго разговаривали друг с другом, и Акиндин Назарович начал обсуждать квартальный отчет по лесозаготовке на партком. Прошло уже три часа, и Акиндин Назарович поехал на завод, радостный от того, что его план будет воплощен в жизни.

Он всегда добивался, чего хотел. Он устранял любые преграды для достижения своей цели. Этим секретам он мечтал научить своего сына Олежку. Он начнет с ним изучать тайны психологии человеческой личности, чтобы Олег научился управлять людьми, как животными в цирке. Он также научит его манипуляции с сознанием людей и искусству подчинять своей воле.

Наступило утро, и Акиндин отправился в лес для реализации своего плана. Он поработит Андрея. Он будет держать его как бешенного пса в клетке. Вместо клетки пригодился и новый сарай, который служил бытовкой. Он шел по лесу, а затем, войдя в бытовку, стал перевоплощаться. Это заняло не больше получаса, и Акиндина было не узнать. Это был дикий пещерный человек, облаченный в медвежью шкуру. Его лицо было испачкано грязью, голова замотана рваной тряпкой, а в глаза он капнул специальный раствор, чтобы они сверкали. Он посмотрел на себя в маленькое зеркальце, которое он одолжил у дочки Настеньки. Он сам испугался, когда увидел себя. Страшное чудовище смотрело на него в упор. Акиндин Назарович не ожидал такого эффекта и вышел наружу. Он направился туда, куда должен был привести Андрея Виктор Степанович. Акиндин спрятался за дерево и стал ждать. Через двадцать минут послышался треск сучьев и Акиндин увидел Виктора Степановича с Андреем. Какое счастье, что председателю колхоза удалось, наконец, убедить сына пойти с ним на утреннюю прогулку в лес. Андрей ворчал, зачем отец его потащил в лес.

– Отец, зачем мы сюда пришли?

– Сынок, я просто мало провожу с тобой времени, а сегодня решил отложить все дела и посвятить тебе время.

– Лучше бы дал покататься на мотоцикле. Хочу похвастаться перед девчонками в деревне. Сколько раз прошу, а ты мне отказываешь.

– Пойми, у тебя еще нет навыков вождения. Ты должен хорошо научиться управлять мотоциклом.

– Подумаешь, нет навыков вождения… Я научусь. Вот Олег Званцов обзавидуется.

– Он занят совсем другим делом. Олежка вообще мечтает поступить в 9-й класс и занят учебой.

– Этот Олег просто дурачок. Он лучше бы с нами погулял. Ребята уже смеются над ним. Вечно с книжкой сидит. Какой умник!..

– Умник не умник, а не тебе судить. Пройдет еще несколько лет, и он поступит в институт, а тобой что делать?

– Отец, ты привел меня сюда нотации читать?

– Нет, я просто стараюсь тебя понять. Просто уже нет времени на ребячество. Ты уже подумал о будущей профессии?

– Нет, я же только в 8-м классе учусь, еще много времени.

– Андрюша, я сейчас тебя оставлю. Мне надо отойти по нужде. Скоро приду, а ты никуда не уходи.

Виктор Степанович решил быстрее убраться и побежал что есть силы из леса. Он бежал, не поворачивая головы. Таково было условие Акиндина Назаровича. Он стоял за большим деревом и все слышал. Андрей в модном полушубке прохаживался по дороге в ожидании отца. Вдруг к нему сзади подошел Акиндин Назарович и схватил его за голову. Он приставил тряпку с запахом эфира, и Андрей потерял сознание. Акиндин Назарович взвалил его на спину и потащил в сарай. Он приволок его и, втащив внутрь, надел ему мешок на голову и привязал к стулу веревками. Он сделал это мастерски, так как видел, как его отец Назар Олегович укрощал тех, кого ему приводили из различных деревень. Он сел на другой стул и стал ждать пробуждения Андрея. Скоро Андрей пришел в себя и, обнаружив, что его привязали к стулу и он не может ничего видеть, закричал.

– Где я? Отпустите меня!

В ответ послышался рык. Андрей испугался до смерти и стал плакать.

– Кто здесь? – кричал он.

Акиндин не спешил снимать мешок и стал наслаждаться криками мальчика. Андрей бился на стуле, пытаясь освободиться, но сделать ему так и не удалось. Он совсем выбился из сил. Акиндин подошел к нему и снял мешок с головы Андрея. Он сел напротив него.

Когда Андрей поднял голову, то увидел страшного человека, который смотрел на него. Он так испугался, что язык прилип во рту.

– Кто вы?! Отпустите меня! – закричал в отчаянья Андрей.

– Жалкий щенок, ты сегодня умрешь, – прохрипел Акиндин.

– Я не хочу умирать, – жалобно простонал Андрей.

– А зачем тебе жизнь, грязное и ничтожное отродье?

– Не смейте оскорблять меня. Мой отец найдет меня, а вас ждет смерть.

– Это кто так говорит? Жалкий и ничтожный сынок, который довел всех до белого каления.

Акиндин взял и сильно ударил его по лицу. Он стал избивать Андрея по лицу, нанося такие удары, что следа не оставалось.

– Прекратите бить меня! – завопил Андрей.

– Я сейчас сниму с тебя кожу живьем, – снова прохрипел Акиндин, который овладел искусством менять голос до неузнаваемости. Это был уже совсем другой человек. Он вытащил хлыст и помахал им перед носом Андрея.

– Сейчас я привяжу тебя к этому крюку и стану выбивать из тебя дурь.

С этими словами он отвязал Андрея и стал его раздевать. Андрей стал сопротивляться, но Акиндин был очень сильным человеком, и ему удалось сорвать с мальчишки пальто, а затем и другие вещи. Он привязал голого Андрея к крюку и приступил к делу. Он взмахнул хлыстом и посмотрел на Андрея, который был уже невменяем от ужаса. Он впервые в жизни испытал страх. Андрей был один с этим страшным человеком и не мог выбраться. Он был как в тюрьме. Андрей закричал что есть мочи:

– Помогите, помогите!!!

– Тебе здесь никто не поможет. Ты теперь в моей власти. Покорись мне, щенок, и тогда, возможно, я тебя пощажу.

– Вас посадят в тюрьму.

– Молчать, проклятое отродье! – И Андрей почувствовал, как этот человек стал орудовать хлыстом. Андрея никогда не били, но то, что он пережил сейчас, было просто пыткой. Его сильно хлестали, и боль была невыносимая. Он заорал на весь лес. Акиндин никогда не забудет это крик. Он продолжал хлестать его до тех пор, пока Андрей весь не изошелся в истерике. Он кричал так, что содрогалось сердце. Акиндин продолжал свою экзекуцию до тех пор, пока Андрей не упал в обморок. Он снял его с крюка, затем положил на топчан и смазал его раны на спине, чтобы следов от побоев не осталось. Акиндин знал, как приготовить бальзам для этого случая. Он посмотрел на мальчика, а затем, одев его, снова привязал его к стулу. Андрей пришел в себя и застонал.

– Что вы со мной сделали?

– Еще одно слово, и ты покойник. Ты теперь здесь надолго и никогда не увидишь своих родителей.

– Я хочу домой, – жалобно сказал Андрей, чувствуя потрясение от такого зверского к себе отношения.

– Зачем?

– Меня ждут мама и папа.

– Ты их замучил, и теперь тебе придется узнать, как это сладко мучить других людей.

– Я больше не буду вести себя так. Отпустите меня.

– А где гарантия, что ты именно станешь вести себя так?

– Я клянусь. Честное слово.

– Нет, ты останешься здесь, и, возможно, мне придется тебя похоронить в лесу.

– Вы собираетесь убить меня?! – завопил Андрей.

– Да. Таким людям не место в нормальной жизни. Проклятый щенок. Баловень судьбы. Сколько детей мечтают о такой сытой жизни, как у тебя. Все у него есть, а папаша даже председатель колхоза. Все имеет, а другие дети не имеют даже возможности ездить на собственной машине. Всё, твое время кончилось. Будешь жрать баланду. Привыкай к лишениям.

– Я умру от голода, – заплакал Андрей.

– Ну и пусть. Сиди здесь, а пойду и приготовлю тебе жратву. Если не станешь есть, что я приготовлю, то волью в твою глотку насильно.

Он оставил Андрея и пошел в бункер за консервами, которые принес недавно туда.

Андрей был потрясен. Он попал к насильнику, который уже начал истязать его. Он мечтал вырваться отсюда, но противник был настолько силен, что он сидел на стуле и стал плакать. Через час Акиндин уже вошел с котелком, где кипел рыбный суп из консервов. Это чудовище поставило котелок с супом и начало кормить Андрея. Он сначала отворачивался, но Акиндин, предвидя это, взял его за голову и, зажав нос рукой, влил содержимое ложки в его рот. Андрей поперхнулся, но затем послушно съел, что ему давал это страшный человек.

– На сегодня это все. Ты больше ничего не получишь. Проклятый ублюдок, моральный урод. Хоть бы ты сдох, – прохрипел Акиндин.

Акиндин держал Андрея три дня в сарае. Он часто его избивал и постоянно унижал его достоинство. Акиндин Назарович ломал его психику, и сделал это мастерски. Шаг за шагом он превращал этого мальчишку в ничтожество. Постепенно Андрей стал понимать, что он вел себя ужасно со своими родными, и поклялся, если он выпутается из этого адского плена, то станет совсем другим.

Он изменится и станет жить по-другому. Акиндин отправился к Виктору Степановичу и сказал, что эксперимент удался. Он сможет забрать сына обратно, но при условии, что если Андрей начнет жаловаться на обращение, то следует ему сказать, что это его выдумки. Виктор Степанович согласился, и они условились о месте встречи. Акиндин Назарович снова дал Андрею понюхать тряпку с эфиром, и мальчишка отключился. Тогда Акиндин взвалил его на плечи и отнес его на место, куда скоро должен был прийти его отец. Акиндин быстро направился в бункер, и, переодевшись, вернулся домой тайной тропой. Он был счастлив и решил, что для этого слабого мальчишки это было сильное испытание.

В деревне случился переполох. Повсюду пронесся слух, что в лесу появилось страшное чудовище, похожее на фавна, которое крадет детей и издевается над ними. Андрея было не узнать. Он запомнил одну фразу, которую ему сказало чудовище.

– Если я узнаю, что ты продолжаешь так себя вести, то убью тебя при первой возможности. Проклятый щенок, ты понял меня?

– Да, я все понял и больше не буду, – заплакал Андрей.

Андрей Черников был уже другим человеком. Он пожаловался матери, что его хлестали по спине, но Ирина не обнаружила следов и сказала, что он опять все выдумывает. Андрей взялся за ум и изменился до неузнаваемости. Виктор Степанович не мог нарадоваться за сына. Он перестал выходить из дома, боясь, что его снова украдут и будут держать в страшном сарае. Он сел за книги и стал помогать всем по хозяйству. В его сознании поселился невероятный страх за свою жизнь. Его психика была сломана. Он стал тихим и все время озирался вокруг: не появится ли снова это чудовище, которое его мучило. Местные жители прочесали лес, но чудовища так и не нашли. Олег пришел домой и поделился своими впечатлениями об Андрее.

– Не могу понять, что же произошло с Андрюшкой. Он какой-то притихший, словно его что-то испугало, – сказал он, усаживаясь за стол.

– А что заметно? – спросил Акиндин с интересом.

– Да, он мне все рассказал, как его держали в деревянном сарае и били его.

– Даже били? – снова задал вопрос Акиндин.

– Да. Андрюшка сказал, что его привязали в крюку и хлестали кнутом. Если бы я увидел этого человека, то не струсил.

– А чтобы ты сделал, Олежка?

– Я бы все стерпел, но постарался победить этого преступника.

– Интересно, – прошептал Акиндин. Он обязательно посвятит своего сына в то, что сделал с Андреем. В будущем он откроет ему и всем членам семьи свои тайны, а сейчас он сидел и общался со своим сыном. Возможно, он сам проведет такой же ритуал с Олегом, чтобы убедиться в его прочности духа. Он начал подготавливать план по воспитанию духа у Олега.

Уже будучи взрослым, Олег вспоминал эти уроки, которые ему преподал отец. Это помогло ему выжить в смертельных ситуациях, где даже сильные люди ломались, как карточные домики. Акиндин начал закалять дух Олега.

Андрей Черников стал хорошо учиться в школе, и его никто не узнавал. Он боялся даже пропустить занятия, так как перед его глазами снова возник этот страшный человек. Однажды он нашел листок бумаги у ворот. Он прочитал следующее: «Если не исправишься, то я тебя снова украду».

Он показал листок родителям, которые были потрясены и сказали, что обязательно во всем разберутся. Виктор Степанович догадывался, что это намеренно сделал Акиндин Назарович, чтобы Андрей не расслаблялся. Виктор Степанович поблагодарил его за услугу, и в доме поселилось спокойствие.

Рассказ 4
Прощайте, школьные годы!. Новая жизнь Олега и Андрея

Заступил последний год обучения в школе. Олег заканчивал 10-й класс, Ли он был гордостью школы. Он начал усиленно готовиться сдать выпускные экзамены в школе. Он был звездой в классе, и много девчонок постепенно сходили от него с ума, не говоря уже о девчонках в деревне. Но он любил только одну девочку, Оленьку Захарову, которая училась в 8-м классе деревенской школы. Олег Званцов был очень высоким молодым человеком. Это был красивый парень с блондинистыми волосами, как у матери, и зелеными с поволокой глазами. Ростом он вышел в отца, и его тело стало крепким, в результате ежедневных тренировок с отцом, который стал его воспитывать, как в армии. Однажды Акиндин решил применить жестокое средство, и он сам выкрал Олега в образе чудовища. Акиндин решил проверить, как сын выдержит это страшное испытание. Олег только что перешел в 9-й класс и сдал великолепно экзамены. Его с радостью приняли в 9-й класс, и Олег был счастлив, что так успешно шла учеба.

Олег оказался в этом сарае, привязанным к стулу. Он не стал вопить, как Андрей Черников. Он сидел тихо и думал, как выбраться из этого логова зверя. Чудовище подошло к нему и сняло с него мешок с головы. Олег осмотрелся и решил, что не станет кричать, а продумает план побега. Акиндин смотрел на сына, который спокойно сидел и не предпринимал никаких действий.

– Ну и как тебе здесь, щенок? – спросил Акиндин.

– Ничего, жить можно, – ответил храбро Олег.

– Я с тебя кожу сдеру, понял? – закричал страшный человек, одетый в медвежью шкуру.

– Ты можешь делать со мной все, что ты хочешь, просто мне жаль моего замечательного отца, маму и сестер. Они так и не увидят меня живым.

– Ты любишь свою семью? – прохрипело чудовище.

– Она у меня самая лучшая. Мой отец доберется до тебя и отомстит за такую жестокость. Ты можешь избивать меня до смерти. Конечно, жаль, что теперь я не поступлю в институт и умру вот таким молодым, но как представлю, что мои дорогие родители узнают о моей смерти, то душа уходит в пятки.

Олег рассказал этому страшному человеку о своей семье и дальнейших планах, об институте и заметил, что чудовище не предпринимает никаких действий. Страшный человек сидел напротив и слушал Олега с интересом. Когда Олег закончил, то чудовище сорвало с себя тряпку, и Олег был потрясен, когда увидел своего собственного отца.

– Отец, а что происходит?

– Ты прошел обряд посвящения в мужество, сынок. Прости меня за такое страшное испытание, и я приношу свои извинения за то, что обозвал тебя щенком. – Акиндин подошел к сыну и развязал его.

– Да, отец, я не ожидал от тебя такого. Украсть собственного сына и еще напугать… Зачем ты это сделал?

– Олежек, в жизни ты можешь столкнуться с опасностями, и много людей могут принести тебе вред, поэтому с сегодняшнего дня я сам буду тебя обучать, как выжить в этом жестоком мире. Завтра я начну тебе открывать тайны мироздания и научу тебя многому, чтобы смог выжить. Спасибо тебе за то, что так лестно говорил о семье. Она у тебя самая главная. Олег, не держи на меня зла.

– Хорошо, отец, а ты именно здесь держал Андрюшку Черникова?

– Да, мне пришлось это сделать, так как он довел своего отца до белого каления. Я его привязал к тому крюку и хлестал до тех пор, пока он не потерял сознание.

Олег встал и начал прохаживаться по деревянному сараю.

– Отец, а что это за место?

– Олежек, я мечтаю построить здесь большой дом в лесу. Это небольшая бытовка для ночлега в лесу. Здесь все есть. Видишь, здесь есть топчан для сна и стол. Может быть, отобедаем здесь, а затем я покажу тебе тайную тропу сюда.

– Тогда я помогу тебе. А ты не станешь избивать меня?

– Боже упаси, сынок. Я просто решил проверить, как ты выживешь с этой нестандартной ситуации, как ты себя поведешь.

– Ну и как, эксперимент удался?

– Ты превзошел все мои ожидания. Первый урок мужества и выдержки прошел великолепно. Если Мария узнает, что я сделал с тобой, тогда мне не жить.

– Мамочка не узнает об этом. Я ей ничего не скажу. Ты можешь мне верить, отец.

– Тогда, может быть, займемся лесным обедом? Олег, я должен открыть тебе один секрет. Ни одна мышь не должна знать об этом.

– Какой секрет?

– Пойдем со мной, сынок.

Акиндин Назарович повел Олега в бункер. Когда они подошли к нему, то Олег был потрясен, что внезапно открылась дверь, то Акиндин повел своего сына вовнутрь бункера.

– Отец, а где это мы?

– Ты находишься там, где скрыты сокровища нашей секты. Посмотри, это все принадлежит нашей семье. Олежек, ты несметно богат, мой мальчик, как и твои сестры. Если кто-нибудь узнает об этом богатстве, то власть все заберет себе, а нас всех убьют. Поэтому теперь ты владеешь этой информацией об этом. Даже твои друзья не должны знать об этом. Когда ты подрастешь, я научу, как сбывать эти драгоценные камни и получать за это хорошие деньги. Посмотри, здесь имеется и оружие. Я сам научу тебя стрелять, и ты станешь непревзойденным стрелком.

Олег стоял как громом пораженный. Он не мог поверить своим глазам, когда увидел несметные богатства отца.

– Одно только слово, и мы лишимся всего.

– Я понял, отец, и хочу научиться всему, что ты знаешь.

– Даже твоя будущая любимая девушка не должна знать об этом, сынок. Иначе нас всех ждет смерть.

– Отец, я клянусь, что этот секрет останется между нами, а мама знает об этом?

– Нет, но я хочу ввести в курс и ее, не дай бог, что случится. Времена меняются. Видишь, что творится в стране.

Да наступали лихие 90-е годы, когда страну трясло от перемен.

С этого дня Акиндин начал усиленно заниматься с сыном борьбой, и Олег многому научился у отца. Он стал постигать основы управления людьми. Акиндин читал ему работы деда Назара Олеговича.

Они вернулись в деревянный сарай и приготовили суп из рыбных консервов. Они великолепно провели весь день в лесу. Олег стал по-другому воспринимать жизнь.

Уже взрослым он благодарил отца за такие суровые уроки жизни. Акиндин Назарович стал его учить всему, что сам знал. Он обливал его водой в суровые зимы, научил его драться и защищаться. Он заставлял Олега бегать на длинные расстояния, и сам принимал в этом участие. Он научил его отжиматься по многу раз, и тело Олега начало изменяться. Оно стало сильным, как у отца, с накачанными мускулами. Акиндин Назарович начал его вводить в мир староверцев и посвятил его во все тайны. Олег был не такой, как прежде. Он стал совсем другим. Сдержанным, внимательным к деталям и очень осторожным в общении с людьми. Акиндин открыл ему тайны людской психологии и научил его многочисленным приемам общения с людьми. Это манипулирование сознанием и подчинение своей воле. Олег гордился отцом, который стал для него центром жизни и постижения мироздания. Акиндин Назарович показал все тайные тропы в лесу, и Олег знал лес наизусть, как поэму. Он часто ходил в лес один и мечтал помочь отцу построить великолепную усадьбу в этих непроходимых дебрях.

Наступили лихие 90-е годы, и в колхозе стало очень трудно. Все менялось в одночасье. Великая страна рушилась под вихрем перемен. Республики стали отпочковываться от Советского Союза, оплота мира и порядка.

Акиндин Назарович увидел в этом нехороший знак. Он смотрел телевизор и качал головой. Он недоумевал, как так, все жили мирно и дружно, а теперь Прибалтика вышла из состава Советского Союза. В колхозе «Заря Ильича» было тоже неспокойно. В правлении все обсуждали перемены, происходящие в стране.

Однажды Виктор Степанович Черников на очередном собрании сообщил о путче и что в Москве ездят танки и в стране объявлено чрезвычайное положение.

– Виктор Степанович, а что, война началась? – спросила Наталья Локтева.

– Я сам не знаю, но то, что теперь нет нашей Коммунистической партии, и в Москве танки, я знаю точно. Я видел, как они разъезжают по улицам Москвы. Это просто неслыханно. Сейчас надо понять, что происходит в стране, и тогда можно дать оценку.

– А что будет с нами? – воскликнула Галина Захарова.

– Сейчас смутные времена, и еще ничего неизвестно.

Все ушли, и каждый думал о том, что же делать?

Олег уже ходил в 10-й класс, и то был последний год в школе. Это был решающий год, когда надо было постараться из всех сил, чтобы получить прекрасный аттестат, чтобы ехать в Москву поступать в строительный институт. У Олега прекрасно получалось с черчением и вычислениями, и он решил стать инженером-строителем. В душе он уже проектировал свой первый дом, который построит для родителей в лесной глуши. Он решил исполнить мечту отца о доме в лесу, и поэтому часто рисовал многочисленные проекты на листах альбома. Учился он прекрасно и сейчас готовился сдать выпускные экзамены на отлично. Это стало его смыслом жизни. Поэтому Олега редко видели на улице и всегда интересовались, где он. Акиндин Назарович и Мария отвечали, что наступил выпускной год и Олег корпит над книгами и тетрадками. Все понимающе кивали головой, что Олег поступает правильно. В этом году пошла в первый класс и Сашенька, и теперь в доме Званцовых была настоящая домашняя школа. Настенька училась уже во втором классе, и она помогала делать сестре уроки. Когда Настенке не было и полгода, Мария снова забеременела, и вот появилась Сашенька. Поэтому разница в годах между сестрами не была такая большая. У каждой был письменный стол, но девочки любили делать уроки за круглым столом в большой гостиной. Они сидели вместе с Марией и выполняли домашние задания. Акиндин с любовью смотрел на них и думал, как ему повезло. Все любили учиться, и в школах детей хвалили.

Олег полностью сосредоточился на учебе и сидел с утра до ночи, готовясь к выпускным экзаменам.

Андрей Черников тоже времени не терял. Он поступил в торговое училище в Орехове. Он мечтал стать хорошим управленцем и теперь вместе с Олегом Званцовым ездил на местном автобусе в райцентр.

Виктор Степанович решил пристроить Андрея в Москве и даже сделал медсправку, чтобы его сын не попал в армию. Поэтому Андрею была предоставлена прекрасная возможность попасть в Москву в торгпредство, где у Виктора Степановича были связи по партийной линии. Виктор Степанович решил, что как только Андрюшка окончит училище, то немедленно отвезет его в Москву работать в торговом представительстве, где его сыну было заранее приготовлено хлебное место. Олегу же придется самому пробивать себе дорогу в жизни без протекции, так как знал, что-только упорным трудом можно чего-то добиться. Вот почему он сидел и усиленно занимался. Этот год был решающим для Олега. Олегу было в два раза тяжелее, так как у него не было протекции и покровителей. Вот поэтому он занимался с удвоенной силой.

Наступил конец учебного года и Олегу предстояло сдать выпускные экзамены. Все в семье за него переживали, так как Олег весь год учился как каторжный. Начался экзаменационный период. Олег великолепно сдал выпускные экзамены, и все на отлично. Он с легкостью сдавал экзамены. Его одноклассники были поражены такими результатами, не говоря уже об учителях, которые очень сожалели о том, что у них больше не будет такого талантливого ученика, как Олег Званцов.

Акиндин Назарович поехал в райцентр Орехово и в библиотеке отыскал сведения о Московском инженерном строительном институте им. В. В. Куйбышева, куда Олег так стремился поступить. Он был одержим идеей научиться строить и проектировать дома, а также различные учреждения. В доме накопилось немало эскизов домов, которые он мечтал построить. Олег часто показывал свои эскизы Акиндину Назаровичу, который приходил в восторг от набросков, которые были нарисованы на простом альбомном листе. Акиндин Назарович одобрил выбор Олега, и в районной библиотеке он нашел информацию об этом институте в г. Москве. Акиндин Назарович позвонил в институт, чтобы узнать об условиях приема и какие экзамены Олегу придется еще раз сдать, на всякий случай. Когда Акиндин Назарович все узнал, то все методично записал в тетрадь и уехал домой в радостных чувствах. Акиндин Назарович недавно купил автомобиль «Жигули» и уже сносно ездил по дорогам. Он ехал на собственном автомобиле и напевал русскую народную песню «Вдоль по Питерской». Скоро он уже подъезжал к дому, где его все ждали с новостями. Акиндин Назарович выгрузил автомобиль, который был набит продуктами и подарками для детей. Акиндин Назарович старался обеспечить семью, так как узнал, что много регионов в России перешли на карточки. Как было прекрасно, что у него был собственный огород, где был собран неплохой урожай овощей. Акиндин Назарович решил, что неплохо было бы и развести живность. Он мечтал о собственной ферме и уйти из колхоза, который стал разваливаться по частям.

Олег же сидел на лавочке около дома Захаровых и беседовал с Оленькой. Эта девочка стала настоящей красавицей. Она была так похожа на мать Олега, Марию. Такая же голубоглазая с блондинистыми волосами, которые были уложены в косу. Оленька училась в восьмом классе, и Олег помогал ей с экзаменами. Она смотрела на Олежку с нежностью. Экзамены были позади, и Олег готовился к выпускному вечеру в школе, а также к церемонии вручения свидетельства об окончании полного среднего образования. Олег рассказывал Оленьке, как сдавал экзамены.

– Олежка, трудно было на экзаменах? – спросила Оленька.

– Да. Но я справился, хотя не думал, что все сдам на отлично.

– А что дальше ты собираешься делать?

– Поеду в Москву поступать в институт. Не скажу в какой, чтобы не сглазить.

– Я понимаю. Будет грустно без тебя.

– Оленька, ты просто учись хорошо и постарайся поступить в 9-й класс. Ты меня будешь ждать?

– Да, Олежка.

– Запомни, Олечка, только одно. Я тебя люблю, – прошептал он эти слова в ухо Оленьке Захаровой, которая, услышав такое признание, покраснела до корней волос.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала Оля, потрясенная таким признанием в любви.

– Может, пройдемся по полю и прогуляемся?

– Да.

Олег с Оленькой отправились на дальнее поле, где редко можно было встретить кого-либо. Это поле заросло, и его никто не возделывал.

Олег медленно шел с Оленькой, которая была на седьмом небе от счастья. Они шли и не могли насмотреться друг на друга, и Олег решился на дерзкий поступок. Он остановился. Оленька еле дышала. Олег взял за подбородок Оленьку и в первый раз поцеловал ее в щеку.

– Олежек, ты меня поцеловал? – воскликнула Оля.

– Да и что такого, – ответил он низким голосом, который изменился.

– А вдруг кто-нибудь увидит?

– А мне наплевать. Мои чувства к тебе настоящие. Ты еще маленькая, и я не хочу сделать тебе больно. Можно еще раз тебя поцеловать?

– Да, Олежек, – произнесла Оленька с волнением.

Он нежно прикоснулся к губам девочки и поцеловал ее со всей страстью.

– Это твой первый поцелуй, моя Оленька, а когда ты вырастешь, я подарю тебе счастье, маленькая моя.

– Где ты так научился вести себя с девушками?

– Это большой секрет, малышка, – и Олег подмигнул ей глазом.

– Я не малышка, – обиделась Оленька и надула губки, которые прикрывала ладошкой.

– Хорошо, большая девочка. Так идет?

– Да, я большая уже, – с гордостью произнесла Оленька.

– Ты уже все экзамены сдала?

– Да. Я так волновалась, что вся тряслась. У меня две четверки. По математике и устному русскому языку. Остальное я сдала на отлично.

– С такими хорошими оценками можно ехать в Орехово. Поздравляю тебя, Олечка, – и Олег снова поцеловал ее в кончик носа. – Ты самая красивая девочка в деревне, нет, во всей вселенной.

– А ты, Олежек, самый замечательный. Я очень буду скучать по тебе.

– Если все сложится прекрасно, то я стану приезжать на каникулы, и мы будем видеться. Ты просто дождись меня, пока я не окончу институт. Может быть, устроюсь на хорошую работу, и тогда мы поженимся.

– Ты действительно этого хочешь?

– Да.

– Ты выйдешь за меня замуж, Оленька?

– Да, Олежек, конечно, выйду

– Теперь ты моя нареченная невеста.

– Я самый счастливый человек на этой земле.

Олег по-настоящему любил эту девочку, которая стояла в ситцевом платье в зеленый горошек. Олег стал собирать полевые цветы и из них спел веночек. Он надел его на голову Оленьки.

– Это посвящение тебя в мою невесту, – сказал Олег, надевая веночек на голову Оленьки. Она стояла и улыбалась этому влюбленному юноше. Олег унаследовал страстность отца и в будущем даже превзошел его.

– Олежек, ты самый лучший, и я тоже тебя люблю.

– Вот и хорошо. Твоя любовь поможет справиться с трудностями в Москве.

– Это так далеко от нас, – вздохнула Оля.

– Мы с тобой все преодолеем, моя любовь, а сейчас надо возвращаться. Скоро приедет дед, и ему надо помочь с делами.

– Так неохота уходить, – начала протестовать Оля.

– Что делать, я не могу подвести семью, – с этими словами он обнял Оленьку, и они отправились назад.

В доме Акиндина Назаровича Званцова был устроен праздничный вечер по случаю сдачи экзаменов в школе, и теперь все готовились к выпускному вечеру. Олег решил пригласить Оленьку Захарову на вечер вместе со своими родителями и сестрами.

Наступил один из самых счастливых дней в жизни Олежки Званцова. Это выпускной вечер в районной школе. Тем более что родители Оленьки Захаровой дали разрешение на поездку в Орехово. Олег думал про себя, что станет танцевать только с Оленькой, хотя все девчонки в школе сходили по нему с ума. Все мечтали танцевать вместе с ним и не догадывались, что с ним приедет какая-то неизвестная девчонка. Да, Олег гордился тем, что с ним на машине едут не только вся семья, но и его любимая девочка, Оленька Захарова. Во время пути все только и говорили и предстоящем торжестве. Это, прежде всего, вручение аттестата о полном среднем образовании, а затем и выпускной вечер в школе. Олег помогал украшать актовый зал для такого важного мероприятия. Он надувал шары и помогал делать большой стенд из ватмана. Ему было приятно, что его труды увидит Оленька, и очень ждал выпускного вечера.

Девочки в машине не переставая обсуждали сегодняшнее событие и были рады, что их взяли собой на вечер.

– Мамочка, а правда хорошо, что мы будем с Олежкой? – спросила Настенька.

– Конечно, доченька. Он у нас самый лучший и достоин того, чтобы мы были все вместе с ним в этот праздничный день.

– Олежка хороший, – прошептала Сашенька.

– Вот увидите, что он нам еще и славу принесет, – пророчески произнес Акиндин Назарович, а затем добавил: – Я верю в тебя, Олежка и знаю, что ты справишься с любыми трудностями, которые тебе преподнесет судьба.

– Спасибо вам всем за добрые слова, я постараюсь оправдать ваше доверие.

Машина подъехала к школе, и все вышли на улицу. Около школы уже собрались ребята и их родители в праздничных одеждах. Девчонки, увидев Олега, чуть шею не свернули. Все были потрясены его видом. Этот молодой человек произвел эффект разорвавшейся бомбы. В сером костюме Олег был великолепен. Все стали перешептываться.

– Ой, Олег Званцов приехал, – проговорила его одноклассница Дашка Смирнова, девочка с темными волосами.

– Да, ты права, – ответила Светка Воробьева, тоже выпускница из класса Олега.

– Сегодня он у меня не отвертится. Все танцы мои, – продолжала Дашка.

– А кто это рядом с ним? Даша, посмотри. Он приехал не один.

– Я не знаю. У него две сестры, а эту девчонку я не знаю и вижу в первый раз, – ответила Дашка.

– Интересно, – ответила Светка.

– Я только знаю одно, что буду бороться за Олега сегодня вечером, – решительно произнесла Дашка Смирнова, одна из красавиц в классе.

– Дерзай, подруга, – ответила со смешком Светлана.

– Можешь смеяться, сколько хочешь, но я все равно буду танцевать с Олегом.

– Мне так не терпится это увидеть, – мечтательно произнесла Света.

Олег повел своих гостей в школу, где всех ждала классная руководительница Нина Константиновна Петровская, преподаватель математики. Это была женщина средних лет, волосы постепенно покрывались сединой, она, увидев Олега с семьей, улыбнулась очень тепло.

– Олег, как я рада тебя видеть! – приветствовала Нина Константиновна.

– Доброе утро, Нина Константиновна. Я сегодня не один. Моих дорогих родных вы уже знаете, а это моя подружка из деревенской школы, Оленька Захарова. Я ее пригласил на свой праздник.

– Это очень хорошо, я рада видеть вас, Акиндин Назарович и Мария Федоровна. Я так жалею, что больше у меня не будет такого талантливого ученика. Но что поделаешь, дети растут и улетают из гнезда.

– Да, это самое трудное для нас. Олег собирается поехать в Москву поступать в институт, и нам его будет не хватать, – проворил Акиндин Назарович.

– У меня сердце слезами обливается, – призналась Мария Званцова, вытирая украдкой лицо.

– Не надо о грустном, а нам пора отправляться в актовый зал. Между прочим, Олег нам очень помог с оформлением зала. Вы все должны увидеть сами, – воскликнула Нина Константиновна.

– Как приятно слышать, сынок, что ты помог всем, – радостно произнесла Мария.

Все отправились в актовый зал, где постепенно собирались родители и выпускники школы.

Зал был украшен превосходно. Везде были развешаны разноцветные шары, которые Олег с удовольствием надувал накануне праздника. На сцене висел плакат «Выпускник 1990 года». В центре сцены стоял стол, где лежали букеты цветов, а рядом была поставлена импровизированная кафедра, для выступления.

Одноклассники, увидев Олега, пошли встречать его. Парни здоровались с ним за руку, а девчонки с гордостью смотрели на него. Акиндин Назарович отметил, что Олега в классе уважают не только учителя, но и одноклассники. Его уроки жизни пошли впрок. Олег был немногословен. Он гордо стоял и казался таким взрослым и даже отстраненным.

Все собрались в зале, и началось самое главное действие. Это вручение аттестатов о полном среднем образовании. Директор школы Наталья Михайловна Резникова, высокая и худая женщина, поздравила выпускников школы с окончанием учебы. Она выразила благодарность родителям и дала напутствие в будущую жизнь. Она рассказала также небольшую историю школы и о достижениях бывших учеников. Далее стали выступать ветераны Великой Отечественной войны, которых пригласили на такой торжественный день. После выступления ветеранов войны на сцене стали читать стихотворения о школе ученики младших классов. Дети читали с таким выражением, что зал взорвался от аплодисментов, что малыши совсем не ожидали такой бурной реакции. Дети младших классов вручили цветы ветеранам, которые были очень тронуты вниманием.

Наступил торжественный момент вручения аттестата. Когда вызвали Олега, то Мария затаила дыхание. Олег получал золотую медаль и аттестат, где были только отличные отметки. Это был беспрецедентный случай в школе. Впервые в школе ученик получал золотую медаль и такой великолепный аттестат. Олег пошел на сцену гордой походкой, высоко держа голову.

Этот день он не забудет никогда. Олегу директор школы сама вручила медаль, повесив ее на шею Олега, и аттестат. Но это было еще не все. Директор вручила ему еще несколько грамот за выдающиеся заслуги в учебе и благодарственное письмо родителям Олега. Затем вынесли подарок. Это была Большая советская энциклопедия в 24 томах. О таком подарке было можно только мечтать. Все в зале затаили дыхание, когда слушали об успехах Олега в учебе. Девчонки из класса уже строили планы по танцам с ним. Акиндин Назарович был счастлив за успехи сына. Он знал, что его сын не подведет его. Он его учил, как выживать в жизни и как преодолевать трудности. Эти уроки жизни навсегда врезались в память Олегу, когда он вспоминал о своем счастливом детстве, где не было места предательству и разочарованиям.

После чествования Олега и других выпускников начался концерт школьной самодеятельности, где участвовали и сестры Олега. Девочки выучили наизусть стихотворения о школе и прекрасно выступили на сцене, что вызвало овацию зрителей. Все это было заранее подготовлено и одобрено классной руководительницей Олега, Ниной Константиновной. Сестры Олега любили принимать участие самодеятельности и теперь составили великолепный маленький творческий коллектив. Олег смотрел на сестер с обожанием, когда они читали стихи советских поэтов на сцене его школы. Он был горд и счастлив, что они стали частью его праздника. Он любил свою семью до потери пульса. Мария была рада за девочек, которые так старались выступить хорошо. Машенька целый месяц с ними репетировала дома и, убедившись, что все хорошо, заранее отправилась с ними в районную школу для проведения генеральной репетиции при участии Нины Константиновны, которая помогла подобрать девочкам хороший репертуар. Итак, девочки выступили на ура. Впервые в жизни они испытали триумф от выступления. Два выпускника из класса Олега вручили им маленькие букетики цветов, и девочки почувствовали себя маленькими звездочками. Они откланялись и вернулись к родителям вместе с цветами, которые немедленно отдали Марии.

– Вы выступили прекрасно, – проговорила Мария дочерям.

– Мы с Сашенькой старались для тебя и дедушкой, – гордо ответила Настенька.

– Мы вас любим, – добавила Сашенька.

– Я вами горжусь, мои обожаемые девочки, – тихо произнес Акиндин Назарович. – Поэтому завтра я поеду и привезу всем подарки за такое прекрасное выступление.

– Акиндин, ты их испортишь, и они станут плохо себя вести, – укорила мужа Мария.

– Нет. Они не могут плохо вести себя. Я буду сильно разочарован, если они это сделают, и они это знают.

– Деда, мы будем вести себя хорошо, – хитро произнесла Сашенька.

– Ох, ты и маленькая хитрюшка, – улыбнулся Акиндин, – но что с вами поделаешь?

– Давайте лучше смотреть концерт, – наставительно произнесла Мария.

Концерт прошел великолепно, и после этого замечательного события все отправились в классы готовиться к выпускному вечеру, который был организован в школьной столовой.

Этот вечер Олег не забудет никогда. Столовая преобразилась до неузнаваемости. В школу был приглашен местный вокальный ансамбль «Сирень», который пользовался большим успехом в Сибири. Везде в столовой была размещена цветомузыка для проведения дискотеки. На столах лежали вкусные блюда, а после выпускного ужина ожидалась дискотека, которую все ждали с нетерпением. Родители Олежки уехали с девочками домой, захватив с собой золотую медаль, аттестат и подарки, и оставили только Оленьку Захарову. Акиндин Назарович сказал, что после выпускного вечера сам заедет в Орехово и отвезет Олега с Ольгой обратно.

То, что случилось на выпускном вечере, Олег будет помнить всю жизнь. Дашка Смирнова чуть не устроила скандал из-за того, что Олег отказался танцевать с ней. Олег объяснил всем, что сегодня танцует только с Оленькой Захаровой и что она его девушка. Девчонки просто все изошлись от злобы и ревности. Они так надеялись танцевать с Олегом… Многие даже не спали ночью, представляя, как они танцуют с этим красивым парнем. Сколько было разбито сердец в этот вечер! Как девчонки смотрели на эту парочку… Даша Смирнова подошла к Олегу и попросила хотя бы одни танец с ним. На помощь пришел Глеб Пелых, одноклассник Олега, и он предложил потанцевать с Ольгой. Он пообещал Олегу, что Оленька будет рядом с ними. Олег неохотно согласился и стал танцевать с Дашей, хотя одним глазом смотрел на Оленьку с Глебом.

– Олег, Глеб не съест твою подружку, – иронично заметила Дашка.

– Я в этом уверен. А что тебя это так волнует?

– Нет, я просто удивлена, что ты обратил внимание на эту девчонку.

– Я хочу, чтобы ты уяснила одну вещь. Оля не просто моя девушка, она моя невеста, и я ее люблю.

– Да неужели?

– Можешь пускать яд, сколько тебе заблагорассудится, но я не откажусь от нее. Я сделал тебе одолжение, танцуя с тобой. Поэтому будь так любезна, наслаждайся моментом. Ты хочешь, чтобы я прервал танец с тобой?

– Нет, я больше не скажу ни слова. Прости меня, пожалуйста.

– Вот и молодец. Я рад, что мы пришли с тобой к общему пониманию.

– Олег, ты так красиво говоришь, что я готова тебя слушать всю жизнь.

– Я понимаю, что ты хочешь танцевать со мной еще раз, но это одноразовое представление, не более того.

– Я не только хочу танцевать с тобой, – тихо произнесла Даша, прижимаясь к его плечу.

– Что же ты хочешь? – равнодушно спросил Олег, поднимая ее голову и немного отстраняясь от Даши.

– Я хочу тебя, – тихо произнесла Дашка.

– Я понимаю тебя, но я не пойду на это, и ты это прекрасно знаешь. Я однолюб, и точка. Давай потанцуем и закончим с этим. Я больше не собираюсь обсуждать такие вещи с тобой, и вообще выброси из головы всякие глупости.

– Это не глупости, Олежек. Я действительно люблю тебя, запомни это.

– Мне очень жаль, что я не могу быть с тобой. Я хочу донести до тебя, что я уже сделал свой выбор. Скоро музыка кончится, и мы расстанемся.

– Может быть, еще один танец?

– Нет, это исключено. Ты получила, что хотела. Лучше потанцуй с Глебом. Он хороший парень.

– Ты самый лучший, Олежек. Разве ты не видел, как я к тебе относилась во время учебы?

– Даша, пойми. Ты хороший друг, но я не испытываю к тебе никаких чувств. Поэтому лучше сказать тебе правду. Музыка кончилась, спасибо за танец, Даша, – с этими словами Олег подвел потрясенную Дашку к Глебу и забрал Оленьку назад.

– О чем вы говорили с этой красивой девушкой? – спросила Оленька.

– Да, так ни о чем. Вспоминали свои школьные годы. Давай потанцуем, малышка. Моя малышка, – сказал Олег Оленьке в ухо.

– Да, только твоя, Олежек.

– Ты сегодня самая красивая и самая желанная. Вот встану на ноги, и тогда все у нас с тобой будет прекрасно.

Олег нежно прижал Оленьку к себе и начал медленный танец. Он мечтал утащить ее в лес и заняться с ней любовью в подземном бункере или на цветочном поле. В голове стали возникать эротические картинки. Олег мечтал, как станет целовать эту девочку, но ему предстояло стать взрослым и получить образование. Теперь время работало на него.

Дашка танцевала с Глебом, и у нее разрывалось сердце при виде этой сладкой парочки.

Весь вечер Олег не отходил от Оленьки ни на шаг. Они обнимались в перерывах между танцами. Олег приносил напитки Оленьке, и они стояли около окна и не могли наговориться. Светка Воробьева решила присоединиться к ним. Она подошла со стаканом апельсинового сока и как бы случайно уронила его на платье Оленьки. Это было сделано намеренно.

– Ой, прости меня, пожалуйста, – начала оправдывается Светка.

– Ничего страшного. Мы сейчас возьмем салфетку и все вытрем, – спокойно произнес Олег. Он знал, что это была провокация со стороны Светки. Он принес целую кучу салфеток и начал оттирать сок с платья Оленьки, которая стояла и смотрела с ужасом на платье, которое было очень дорогое.

– Оленька, не переживай. Моя мама мастер выводить пятна на одежде. Поэтому сейчас, когда сок высохнет, мы снова станем танцевать. Тебе же, Светлана, советую крепче держаться на ногах. Я бы тебе не рекомендовал носить такие туфли на слишком высоких каблуках. Ты еле на них передвигаешься. Нужна практика.

– Ишь, умник нашелся. Я эти туфли сама выбрала. Ну да, я споткнулась, и что такое?

– Просто я жалею тебя. Светусь, может, ты оставишь нас?

– Всё, я ушла и еще раз прошу прошения за испорченное платье.

– Нет, оно просто все в пятнах, но мы исправим эту оплошность, а ты осторожно с этими каблуками, – спокойно ответил Олег. Он знал, что надо выйти сухим из воды на устроенную Воробьевой провокацию с апельсиновым соком. Поэтому Светка поняла, что не добилась желаемого результата, удалилась на своих высоких каблуках, терпя поражение.

– У вас все такие девчонки злые? – спросила Оленька.

– Нет, они просто решили, что могут танцевать сегодня со мной. Но они не ожидали, что я пригласил тебя на этот праздник. Вот поэтому они делают все возможное, чтобы привлечь мое внимание к ним. Оленька, моя любовь. Не обращая внимания на них. Пусть привыкают к твоему присутствию.

Он привлек Оленьку к себе и сказал:

– Ты всё в моей жизни. Сейчас надо поступить в институт, а там время пройдет незаметно. Появится работа, и тогда мы с тобой поженимся. Ты только дождись меня.

– Хорошо, но мне буде плохо без тебя. Ты скоро уезжаешь в Москву. Неужели нет института у нас в Свердловске?

– Такого уровня, как в Москве, к сожалению, нет. В Москве больше возможностей хорошо устроиться. Я все просчитал, моя радость.

– Это так далеко от нас, – тихо сказала Оленька.

– Да, очень далеко. Мой дедушка предлагает лететь туда самолетом. Поэтому через два дня я, наверное, полечу в Москву, а если не будет билетов, то поеду поездом.

– Ты отправляешься в Москву сам? – удивилась Оленька.

– Да. Я пускаюсь в самостоятельное плаванье. Это, конечно, трудно, но другого пути нет. Конечно, если я не поступлю в Москве, то вернусь сюда и попробую поступить в аналогичный институт в Свердловске, но попробовать надо.

– Конечно, Олежка. Ты поезжай, а тебя буду ждать.

– Пойдем и потанцуем. У нас сегодня вся ночь впереди. Я бы хотел подольше побыть с тобой.

Эта сцена надолго врезалась в память Олега. Он вспоминал, как трогательно они танцевали в тот вечер. Казалось, время остановилось для них, и каждая клеточка тела вибрировала в такт танцу. Они не видели никого вокруг. Весь мир принадлежал только им. Все не могли оторвать взгляд от них. Дискотека закончилась только к 4 утра, и все отправились на улицу гулять. Это было последнее время детства, когда одноклассники были вместе. Птенцы вылетают из гнезда. Школа была позади. Акиндин Назарович провел почти всю ночь в машине у школы. Он увидел, как из школы с небольшими сумочками выходят выпускники, и заметил Олежку в окружении одноклассников, которые решили отправиться гулять по городу. Олег отказался и решил вернуться домой с Оленькой. Одноклассники попрощались с Олегом. Если бы можно было видеть Дашу Смирнову!.. На ней лица не было, когда она увидела, как Олег с вещами направляется к машине. Она его по-настоящему любила, а он уходил из ее жизни. По ее лицу текли слезы. Даша Смирнова была красивой девушкой с длинным черными волосами, пухленькими губками и прямым носом. Она была первой красавицей в классе и много парней увивались за ней. Но она любила Олега, который был равнодушен к ней. Он помогал ей с уроками, но держал дистанцию, и вот он обнимает эту маленькую Оленьку и смотрит на нее влюбленными глазами. Это было выше ее сил. На глазах у всех разыгрывалась настоящая драма. Олег помог сесть Оленьке в машину, помахал всем рукой и исчезал навсегда.

– Дашка, пойдем гулять по городу, – предложил Глеб.

– А ну вас всех к черту, – крикнула Даша и убежала назад в школу.

– Глеб, иди за ней, не хватало, чтобы она, что-нибудь сделала с собой, – крикнула Светка Воробьева.

– Да, Света. Ты права.

Олег же ехал и не мог насмотреться на Оленьку, которая мирно спала на заднем сидении, прислонившись к его плечу. Да, вот так все закончилось. Итак, наступал новый этап в жизни Олега: это город Москва и строительный институт. Олег тоже уснул, а Акиндин Назарович смотрел на них с улыбкой.

– Хорошая выйдет пара для моего сына. Вот так бы эта Захарова любила моего сына, как я люблю мою Машеньку. Может, что и получится, но я не уверен в чувствах этой девчонки. Ладно, не стану вмешиваться в дела влюбленных. Время все расставит на свои места.

Они приехали и завезли Оленьку домой. Ее уже ждали и все волновались за нее. Галина, увидев запачканное платье, начала качать головой.

– Ольга, как ты так испачкалась? – стала ругать дочь Галка.

– Теть Галь, это я случайно споткнулся и вылил стакан сока на платье Оленьки. Вы отдайте это платье нам, и мама выведет пятна. Пожалуйста, я обещал Оленьке, что все будет хорошо.

– Ладно, Олежка. Какой вырос заступник… Мы принесем тебе платье завтра, а сейчас надо немного поспать. Вы же целую ночь гуляли в Орехове. Ольга, домой, отдыхать. Спасибо вам, Акиндин Назарович, что привезли дочку.

– Это я сделал для Олега. Ты же знаешь, какие чувства он испытывает к твоей дочери?

– Ну, какие могут быть чувства? Они же еще дети. Ольге надо еще школу закончить, и много воды еще утечет.

– Галина, ты ошибаешься, то, что Олег чувствует к Оле, это серьезно.

– А я считаю, что это просто детский каприз.

– Ты делаешь поспешные выводы, Галина. Не ломай жизнь дочери. Предоставь ей самой сделать выбор.

– Она еще слишком мала, чтобы принимать самостоятельные решения.

– Я не могу понять, а почему ты так настроена против моего сына?

– Да, нет, Акиндин Назарович, вы ошибаетесь. Просто у него нет специальности и работы.

– Да. Олег скоро уезжает в Москву, и надо отдать ему должное. Он окончил школу с золотой медалью. Хотел бы я посмотреть, как другие молодые люди способны так успешно учиться.

– Я вас всех поздравляю. Это, конечно, престижно – так учиться, но время покажет. Не будем торопить события.

С этими словами Галина попрощалась с Акиндином Назаровичем и пошла в дом. Акиндин Назарович все прочитал в алчных глазах Галины Захаровой. Она мечтала о другом зяте. Не раз он слышал в магазине о том, чтобы пристроить Оленьку в престижную московскую семью. А что Олег? Этот юноша звезд с неба не хватал и сам решил пробивать дорогу в жизнь. Это было очень трудно, особенно пробиться без связей и поддержки в элитный столичный круг. Вот Галина и услышала в магазине, как Наталья Локтева проговорилась однажды, что ее племянника Андрея Черникова забирают после торгового училища в Москву на работу в Министерство внешней торговли, в торговое представительство. Еще бы, сын председателя колхоза, да еще и со связями в Москве, а вдобавок было приготовлено и хлебное место в столице. План созрел молниеносно. Надо во чтобы то ни стало женить Андрея Черникова на Ольге. Это стало смыслом жизни для Галины Захаровой. Она-то постарается воплотить замысел в жизнь и не позволит Ольге выйти замуж за Олега. До Акиндина Назаровича дошли эти слухи, и он увидел, с каким презрением эта семейка относится к его сыну. Как помочь сыну справиться с этим? Он всю дорогу домой думал об этом. Сейчас надо отправить Олежку в Москву в институт, а там – кто знает?..

Рассказ 5
Время перемен

Прошло полгода, и Олег теперь – студент первого курса Московского инженерного строительного института.

Он вспоминал, как впервые приехал в Москву. Это был совсем иной мир, отличный от его лесного мира. Большие дома потрясали его. Он был потрясен московским метро, и у него шла кругом голова. Да, это город придется ему покорить. Он должен выжить в новых для него условиях. Этому искусству выживания его научит его отец, который стал для него легендой во всех смыслах. Акиндин Назарович преподал Олегу настоящую школу выживания и научил, как манипулировать сознанием людей. Теперь же в Москве Олег остался один на один с этой новой для него реальностью. Он добрался до института с одним чемоданом в руке. Олег спросил, где находится приемная комиссия, и его направили туда. Он вошел в помещение и увидел сидящую женщину, которая принимала документы. Олег спросил, как можно подать документы. Женщина смерила его равнодушным взглядом. Он увидел брезгливое отношение этой высокомерной женщине к его вопросу.

– Ну, положите пакет с документами сюда, – сказала она, не выражая интереса.

– Хорошо, – ответил Олег, вынимая аттестат и золотую медаль, а также грамоты за отличную учебу.

– Что это? – удивленно произнесла женщина.

– Золотая медаль за учебу в школе и аттестат о полном среднем образовании. Я еще взял с собой грамоты, вдруг понадобятся.

– Да? – ехидно ответила женщина уже предпенсионного возраста.

– А что тут такого странного? – переспросил Олег.

– Нет, ничего. Вот что нам с вами, медалистами, делать? А ты откуда?

– Я приехал из Свердловской области.

– Из Сибири, что ли? – брезгливо спросила женщина.

– Да, у нас великолепные места.

– Так-так… Сейчас посмотрим все документы. Свидетельство о рождении есть, аттестат есть, да еще и медаль в придачу. Конечно, есть положение принимать медалистов без экзаменов. Но ты с периферии, поэтому я не знаю, что с вами делать, – раздраженно произнесла женщина.

– Я могу сдать все экзамены повторно, – спокойным тоном ответил Олег, испытывая ненависть к этой ничтожной женщине. Он стоял перед ней, как провинившиеся ребенок, которому читают лекции о поведении.

Вдруг дверь открылась, и в комнату вошел мужчина, одетый с иголочки. Это был высокий и красивый мужчина пятидесяти лет.

– Что-то случилось, Маргарита Вячеславовна?

– Да вот, Игорь Евгеньевич. Прибыл юноша из Свердловской области и привез золотую медаль за учебу. Вон, посмотрите, и аттестат у него великолепный. Но он не из Москвы. Вы же знаете, какие у нас распоряжения насчет людей с периферии.

– Сейчас я сам посмотрю документы.

Он сел рядом с Маргаритой Вячеславовной и стал детально изучать документы Олега.

– Ты присядь, паренек, – предложил мужчина Олегу.

– Так, алгебра – пять, геометрия – пять, физика тоже пять. Да у этого парня все пятерки по всем учебным дисциплинам. Да еще и золотая медаль. Маргарита Вячеславовна, а сколько у нас медалистов, которые подали документы на прием?

– Сейчас принесу список, – и женщина неохотно покинула помещение.

– Сам учился или кто-то помог? – спросил мужчина, смерив Олега с ног до головы скептическим взглядом.

– Я не понимаю, – ответил Олег.

– Много абитуриентов приезжают сюда с так называемыми липовыми медалями и аттестатами. Поэтому я и задаю тебе такой вопрос.

– Я могу ответить, что учился сам. Если возникнет необходимость, то я готов сдавать экзамены на общих основаниях, как все остальные, – твердо и с маленьким оттенком раздражения ответил Олег.

«А у парня есть характер, и мне это нравится», – пронеслось в голове у Игоря Евгеньевича Колесникова. Он был председателем приемной комиссии, а также преподавал высшую математику у первокурсников в этом году. Он набирал курс и поэтому был придирчив к поступающим.

– Спокойно, а как тебя зовут?

– Меня зовут Олег Званцов.

– Рад с тобой познакомиться. Меня зовут Игорь Евгеньевич Колесников. Я председатель приемной комиссии, и мне интересно иногда заглядывать в приемную для того, чтобы хотя бы взглянуть, кто же будет учиться у нас.

Скоро пришла Маргарита Вячеславовна. Она принесла листок со списком.

– Вот список медалистов, которые поступают к нам на этот год, – деловито сказала женщина, протягивая листок Игорю Евгеньевичу. Он взял его и стал методично просматривать.

– Не густо, только пять человек имеют серебряную медаль. Этот молодой человек имеет только одну золотую. Ты где остановился? – вдруг спросил Игорь Евгеньевич у Олега.

– Пока нигде. У меня в Москве нет никого, даже родственников. Я сейчас хочу остановиться в недорогой гостинице или, если вы разрешите, то в студенческом общежитии, если есть такая возможность.

– Поступим так. У меня уехала теща на дачу и оставила квартиру для того, чтобы поливать цветы.

– Игорь Евгеньевич, вы что, решили пустить этого незнакомого юношу к себе? Вы совершаете ошибку, а вдруг он что-нибудь украдет из квартиры? – возмутилась Маргарита Вячеславовна.

– Я решил, что этого молодого человека я пристрою сам. Так, теперь насчет поступления. Я даю тебе три дня, и ты мне сдашь просто собеседование по математике. Я должен проверить твои знания. Если ты мне понравишься, то поступишь в институт вне конкурса. Понятно?

– Да, а теперь что мне делать?

– Ждать меня внизу. Я отвезу тебя на квартиру, а вечером привезу тебе учебники и задачники. Готовься к испытанию. Документы мы принимаем. Маргарита Вячеславовна, сделайте копии документов, а оригинал отдайте обратно этому молодому человеку. Как только получишь документы, то спускайся вниз и жди меня.

– Хорошо, – и Олег стал ждать свои документы. Маргарита Вячеславовна сделала копии документов и уже заботливо отдала их обратно.

– Надо же, сам профессор Колесников обратил на тебя внимание. Это так странно. Да, это просто удивительно.

– Я рад, а теперь мне надо уходить. Я должен соблюдать правила.

– Да, не подведи Игоря Евгеньевича. Занимайся хорошо.

– Спасибо, Маргарита Вячеславовна, – просто сказал Олег.

– Подумать только, запомнил мое имя, – удивилась женщина в приемной, и она покачала головой. – На всякий случай стану заводить твое личное дело и персональную карточку. Иди, а то тебя могут не найти.

Олег спустился вниз и сел на лавку, обдумывая сегодняшнее происшествие в институте. Прошло около часа, и Олег увидел профессора Колесникова.

– Извини меня. Просто так много дел в деканате. Ну что, поехали?

– Да, – кратко ответил Олег.

Они ехали в «Жигулях» и беседовали о жизни. Игорь Евгеньевич стал задавать вопросы о родителях, и Олег рассказал, что его отец – директор деревоперерабатывающего завода, а мама – домохозяйка. Олег стал рассказывать и о своих сестрах.

Наконец, они приехали, и Олег попал в маленькую однокомнатную квартиру. Ему было выделено постельное белье и полотенце. Олег увидел, что квартира нуждается в ремонте, и он решил, что если поступит, то сам сделает ремонт в квартире бесплатно. Но эту мысль он скрыл от профессора.

– Олег, а деньги у тебя есть? – спросил Игорь Евгеньевич.

– Да, у меня с этим все в порядке. Я бы хотел знать, есть ли неподалеку продовольственный магазин, и это все, что мне нужно.

– Он рядом, за углом. Ты еще что-нибудь хочешь?

– Нет. У меня нет времени на развлечения.

Игорь Евгеньевич помог Олегу освоиться на новом месте. Они купили продукты в магазине, а вечером профессор Колесников привез ему учебники и тетрадки с ручками.

Олег стал интенсивно готовиться к собеседованию. Он решил, что должен попасть в институт во чтобы то ни стало. Однажды Игорь Евгеньевич решил заглянуть к Олегу и увидел его спящего за столом, а рядом лежали листы с решениями задач. Он осторожно вытащил тетрадь и, сев в кресло, стал смотреть на решения и просто обомлел. Это была блестящая работа по решению дифференциальных уравнений.

«Почему этот парень выбрал наш институт? Ему надо срочно поступить с МГУ на механико-математический факультет. Боже, какое решение уравнений! Причем несколько вариантов решений, и какие графики… Откуда такой самородок?», – думал он, вглядываясь в работу Олега.

Олег проснулся и, увидев Игоря Евгеньевича, улыбнулся.

– Слушай, Олег, я просто удивлен.

– Что-то случилось? – спросил Олег, протирая глаза ото сна.

– Ты это сам решал?

– Да, – ответил Олег, разгибая спину.

– А почему ты выбрал наш институт, хотелось бы мне знать?

– Я всю жизнь мечтаю проектировать здания и сооружения. Я еще с самого детства рисовал дома.

– А ты не задавал себе вопрос, что у тебя дар к математике?

– Да, я обожаю математику, но еще больше – проектирование и строительство домов.

– Понятно. Может быть, сегодня вечером я проведу с тобой собеседование. Прямо здесь. А сейчас тебе надо поужинать. Ты уже весь замученный. Кстати, ты сегодня ел?

– Да, утром поел только яичницу, а затем приступил к занятиям.

– Да, это, конечно, прекрасно, но есть надо обязательно. Я завтра покажу одному профессору из МГУ твои работы, так, на всякий случай. Ты мне разрешишь это сделать?

– Да, конечно. Пойду почищу картошку.

– Нет, я все привез с собой. Моя жена хочет познакомиться с тобой. Может быть, завтра я заеду за тобой, как ты к этому относишься?

– А как же занятия? Мне же надо хорошо подготовиться к собеседованию. А еще я бы хотел позаниматься физикой и русским языком. Я не уверен, что пройду по конкурсу, поэтому придется много заниматься.

– Олег, дружище. Позволь мне кое-что сказать. Я сейчас еще раз посмотрю твои работы и решу, что с тобой делать завтра.

Игорь Евгеньевич сел за стол и взял тетради и альбомные листы с решениями и конспектами, которые Олег делал на протяжении всего дня и половины ночи. Профессор внимательно все просмотрел, не пропуская ни одной детали.

– Да, ты меня просто удивляешь, – покачал головой Игорь Евгеньевич.

– Что-то случилось?

– Да, ты меня снова поразил. Я не видел еще ни разу такой подход к уравнениям. Да. Существуют стандартные решения, но чтобы так детально все рассмотреть и исследовать на высоком профессиональном уровне… Скажи, а ты не учился в спецшколе с математическим уклоном?

– Нет, просто моя учительница Нина Константиновна была очень сильным педагогом, и я занимался с ней дополнительно. Особенно перед выпускными экзаменами.

– Да, с тобой каждый день открытие. Знаешь, что мы с тобой сделаем? Завтра я скажу, что ты сдал мне собеседование. Ты приедешь в институт и зайдешь ко мне в аудиторию, где я лично вручу тебе акт о прохождения собеседования. Затем ты отнесешь этот акт Маргарите Вячеславовне и снова придешь ко мне.

– Вы говорите, что я прошел собеседование? – удивился Олег.

– Да, прошел на высшем уровне, и я укажу это в документе.

– Может быть, мы с вами еще позанимаемся, Игорь Евгеньевич?

– Охотно. Тем более меня заинтересовала вот эта проблема в математическом исследовании этой квадратичной функции. Ты все правильно сделал, но я бы хотел послушать ход твоих рассуждений. Если ты не возражаешь, я бы хотел показать твои решения профессору Михайлову в МГУ.

– Конечно, а теперь я должен переехать в студенческое общежитие. Я сейчас начну собирать вещи, и завтра мне надо устраиваться на новом месте.

– Какие у тебя планы на лето?

– Дело в том, что я должен поступить в институт, а затем устроиться в общежитии. Я не могу вернуться домой, так как это очень дорого и поэтому, вероятно, мне придется найти временную работу, чтобы прокормить себя. Вот и все.

– Я предлагаю тебе пока остаться здесь, так как моя теща будет на даче все лето, а насчет работы я подумаю. Ты уже поступил в институт, и завтра я попрошу подготовить все документы и направлю приказ ректору о твоем зачислении. Какие у тебя планы на сегодня?

– Хочу добить еще одно уравнение и почитать учебник.

– Ты кроме занятий еще чем-то увлекаешься?

– Да. Спортом. Отец приучил меня бегать и обливаться водой в мороз. Он у нас настоящая легенда. Мой отец сильный и волевой человек, и я могу рассказывать о нем часами. Он у меня сторонник здорового образа жизни, а еще мастер на все руки.

– Да, ты меня поражаешь, и я бы хотел познакомить тебя с моим сыном Сергеем. Он мог бы многому научиться у тебя.

– С удовольствием.

– В выходные ты едешь со мной на дачу, куда приедет профессор Михайлов. Там ты познакомишься с всеми.

– Буду рад. Я бы мог помочь вам с ремонтом этой квартиры.

– Ты умеешь делать ремонт? – удивился Игорь Евгеньевич.

– Да. Я увидел, что нужно поклеить новые обои, покрасить окна и сделать очень много в доме.

– Решено. Вот это и будет твоя временная работа. Идет?

– Я не смогу брать у вас деньги. Поэтому я сам найду работу, а ремонт сделаю бесплатно и с большим удовольствием.

– Ты честный парень. Я еще тогда заметил это в приемной комиссии. Может быть, ты и Сергея возьмешь в помощники?

– Да, если вы не возражаете.

– Какое счастье, что лето он проведет с пользой.

– Какие-то проблемы с сыном?

– Да, шалопай. Хотя учится в авиационном институте на 3-м курсе, но он баловень судьбы. Совсем не приучен к труду. Это моя жена виновата. Единственный сын.

– Я вам помогу.

– Я уезжаю и жду тебя завтра в 9 утра в институте, и привези тетрадки. Да. На кухне лежит пакет с едой. Не забудь поесть хорошо.

«Вот трудяга, не парень, а клад», – покачал головой Игорь Евгеньевич, направляясь к машине.

Олег был на седьмом небе от счастья. Он поступил в институт, и теперь ему море по колено. Он выживет в этом городе и завоюет его. Он сидел за столом и не мог поверить своему везению. Фортуна была на его стороне. Недаром Акиндин Назарович провел обряд притяжения удачи перед поездкой в Москву.

На следующий день Олег уже гордо входил в институт, как в родной дом, и направился в аудиторию, где уже был Игорь Евгеньевич.

– Доброе утро, Игорь Евгеньевич.

– О, Олег. Ты вовремя пришел. Заходи. Я уже написал акт о твоем собеседовании. Посмотри сам.

В акте было написано, что абитуриент Олег Акиндинович Званцов великолепно прошел вступительное собеседование по алгебре и геометрии и его замечательные знания подходят к поступлению в институт. Далее был приложен запрос к ректору о зачислении Олега Званцова на первый курс.

– Тебе все нравится, или что-то исправить?

– Нет, я так вам благодарен…

– Таких, как ты, надо продвигать. Наша страна богата на таланты, только не каждый это понимает. А теперь иди к Маргарите Вячеславовне и оформляйся.

– А как насчет общежития?

– Мы это потом решим, после ремонта квартиры.

– Хорошо, а потом я бы хотел с вами позаниматься.

– Как только закончишь бумажную работу, то возвращайся, и я с удовольствием позанимаюсь с тобой.

«Этого парня мне послала сама судьба. Сам предложил сделать ремонт, и такой взрослый. Настоящий мужчина. Я помогу ему, может, он и Сережку спасет».

Впоследствии Олег подружился со всеми в институте.

Через месяц Олег получил студенческий билет, и он написал заявление на общежитие. Он решил жить в равных условиях, чтобы его не обвинили в протекции. Игорь Евгеньевич все понял.

Олег быстро начал осваиваться в Москве. Он познакомился с Сергеем Колесниковым, который учился на юрфаке МГУ на четвертом курсе. Олег был шокирован, что Сергей часто прикладывался к пиву и вел себя как избалованное дитя природы. Олег понял, что Москва – это не только центр культуры и искусства, а также и море соблазнов. Он видел, как молодежь проводит время в безделье. Олег решил держать себя в руках и быть подальше от этих «тусовок». Не для того он прибыл в этот город, чтобы провалить все свои планы.

Олег не забудет никогда тот день, когда он поехал с профессором Колесниковым на дачу, которая была расположена в деревне Зенькино Истринского района. Они ехали, и Олег впервые для себя открывал красоту Московской области. Он увидел поля и деревни, которые потрясали своей первозданностью. Он не мог наглядеться на леса и сравнивал их с сибирской тайгой. Олег вспоминал, как ходил в лес с отцом и там получал первые уроки жизни выживания в трудных условиях.

Они подъехали к небольшому деревянному домику профессора. Олег сразу отметил, что дача требует ремонта, как и квартира в городе Москве. «Ох, сюда бы моего отца», – пронеслось в голове у Олега, когда он выходил из машины.

– Игорь Евгеньевич, я вам помогу с вещами, – предложил Олег.

– Да, это было бы хорошо. А вот и моя жена Марина Сергеевна, смотри, она нас уже встречает.

По дорожке к калитке шла миловидная женщина в спортивном костюме. Она улыбнулась, когда увидела мужа, но была очень заинтересована молодым человеком, который выгружал продукты для воскресного пикника. Олег сам пошел в магазин и купил хорошее мясо для шашлыка, который его научил делать Акиндин Назарович. Это было подарком для семьи Колесниковых. В воскресенье должен был приехать Геннадий Леонидович Михайлов, профессор из МГУ, поэтому Олег потратил небольшую часть денег на продукты. Он не любил быть в долгу, но и сам долгов не делал. Олег просчитывал каждый шаг в новой жизни. Он должен был выжить в этой новой реальности и поэтому был немногословен, так как много слушал и взвешивал каждый шаг. Эту привычку ему привил Акиндин Назарович, который стал для Олега просто божеством. Олег обожал своих родителей и почитал их как никто другой. Он видел, как в Москве молодежь относится к своим родителям. Это его удручало.

Марина Сергеевна радостно встретила их.

– Игорь, а кто это с тобой, может, представишь нас?

– Да, Марина, это мой будущий ученик. Это Олег Званцов. Я тебе о нем рассказывал.

– Да, да, Игорь. Ты мне все уши прожужжал о нем.

– Я рад познакомиться с вами, – и Олег подошел к Марине Сергеевне и пожал ей руку, что привело женщину в изумление. Она никогда не видела такого юношу, который сразу показал всем свои хорошие манеры.

– О, это так приятно, – сказала Марина Сергеевна.

– Я бы хотел отнести все это в дом, – предложил Олег, – если вы мне скажете, куда нести, то я это сделаю с большим удовольствием.

– С радостью, – с этими словами Марина Сергеевна пошла вперед, чтобы показать кухню Олегу.

Он шел, неся тяжелые сумки с продуктами. Была пятница, и Олег решил помочь, что-то сделать на даче. Он познакомился с мамой Марины Сергеевны, Ксенией Петровной, пожилой женщиной, которая стала ахать и охать от каждого действия Олега. Он встал рано утром и занялся прополкой огорода. Олег целый день работал на земле, и ему это нравилась. Он убрал участок в шесть соток. Вскопал новые грядки и делал это с удовольствием. За один только день участок преобразился до неузнаваемости. Марина Сергеевна поразилась этому юноше. Он был крепок и не жалел себя, обливаясь холодной водой из колодца.

– Настоящий русский мужик, – заметил Игорь Евгеньевич.

– Игорь, где ты нашел этого замечательного парня?

– Он приехал из Свердловской области. Он жил в колхозе, и его отец – директор деревоперерабатывающего завода. Он просто самородок. Ты представляешь, решил те задачи по математике, которые никто до него не решал.

– Удивительно, ты только посмотри, как он вскопал грядки на участке и прополол все, что можно, за один день.

– Да, Марина. Вот бы Сергей научился у него. Как жаль, что у нас такой безалаберный сын.

– Мы его просто избаловали, а надо держать было в ежовых рукавицах. Вон какой парень, этот Олег, вырос. Все умеет делать.

– Как говорится, руки из того места выросли.

Марина Сергеевна пригласила Олега обедать и за столом не могла нарадоваться.

– Это просто мой подарок за то, что сделал ваш муж, – проговорил Олег, налегая на щи со сметаной.

– Мальчик устал, и ему требуется сон, – ворчала Ксения Петровна.

– Да, Олег, может, ты отдохнешь, а то вечером приедет Сергей, а ты будешь не форме, – предложил Игорь Евгеньевич.

– Нет. У нас в деревне целый гектар земли, а у вас только шесть соток, поэтому работа у вас в радость. Отец мой сам на тракторе пашет на нашем участке, а я работаю в огороде вместе с мамой и сестрами. У нас прекрасная семья.

– Ты скучаешь по ним? – спросила Марина Сергеевна.

– Да, но я приехал сюда, чтобы выучиться на инженера-строителя. Вот у вас покосился сарай. Надо его подправить.

– Олег, а ты всегда говоришь о делах? – спросил Игорь Евгеньевич.

– Это то, что меня привлекает на данном этапе. Это учеба. Самое главное у меня в жизни. Я еще ничего не достиг, и поэтому придется сильно потрудиться.

– Да, согласен с тобой. Ты давай ешь, а что ты собираешься сегодня еще сделать? Я бы хотел тоже принять участие, – сказал профессор Колесников.

– Я бы мог подправить забор, который вот-вот завалится. У вас есть гвозди и молоток?

– Да, после обеда посмотрим.

Половину дня Олег чинил забор. Игорь Евгеньевич сам как будто открывал для себя новый мир и трудился вместе с Олегом. В таком состоянии их нашел Сергей, который приехал на электричке. Он удивился новому гостю и немного постоял, смотря на то, как мастерки Олег работает молотком, прибивая деревянные штакетины к перекладинам.

– Мама, а кто это в саду? – спросил Сергей, входя в дом.

– Сереженька приехал, – всплеснула руками Марина Сергеевна.

– Да, приехал, но ты не ответила на вопрос,

– Это новый ученик отца. Он такое мастеровой… Почти все сделал на участке, а сейчас ремонтирует забор с отцом.

– У него есть имя? – скептически произнес Сергей.

– Да, его зовут Олег. Такой хороший парень.

– Ты в этом уверена, мамочка?

– Да. Он просто прелесть, и я бы хотела познакомить его с тобой.

– Ну-ну… Я пойду и немого отдохну. Я еще успею познакомиться с ним.

– А как же обед, сынок?

– Ничего, успею. Я устал.

Олег тем временем уже починил половину забора и пошел обливаться холодной водой. Он принес два ведра из колодца и, раздевшись до трусов, начал свою процедуру недалеко от сарая. Все это увидел Сергей, который поразился накаченным мускулам Олега и что этот парень лихо опрокидывает на себя ведро с ледяной водой. Олег взял полотенце, которое сам купил в магазине, и стал тереть свое тело до красноты. Он пошел в дом и стал переодеваться. В дверь кто-то постучал, и Олег пошел открывать дверь. Он уже стоял в свежей одежде и увидел незнакомого юношу. Это был Сергей Колесников, который решил сам познакомиться с Олегом.

– Ты Олег? – спросил Сергей, вглядываясь в Олега, который был выше его на целую голову.

– Да, а ты не сын ли профессора Колесникова?

– Конечно, я сын профессора Колесникова, – надменно произнес Сергей.

– Я рад познакомиться с тобой, – и Олег протянул ему свою крепкую руку.

– А я не рад, – ответил Сергей со злостью.

– Тогда извини. Это твои проблемы, – ответил спокойно Олег.

– Ты еще смеешь так разговаривать со мной, – раздраженно проговорил Сергей, он сказал так громко, что это услышал Игорь Евгеньевич и немедленно пошел к очагу напряжения.

– Сын, ты почему так разговариваешь с нашим гостем? – спросил Игорь Евгеньевич.

– Да потому, что я не желаю его видеть в нашем доме, – воскликнул в сердцах Сергей.

– Игорь Евгеньевич. Я понимаю Сергея. Он просто ревнует меня к вам. Но я не смогу заменить вам сына ни в каком качестве. У мне есть уже отец, и я вам рассказывал о нем. Я думаю, что мы подружимся с Сергеем. Тем более что мне нужен друг во время учебы в институте. Ну, что по рукам, Сергей? – спросил Олег, не выражая ненависти и презрения к этому напыщенному парню. Олег протянул еще раз руку Сергею, и тот неохотно пожал ее. Сергей был потрясен, что этот парень так легко вышел из воды. Олег оказался очень сильным противником. Он просто испугался Олега, который был обладателем сильного тела и несокрушимой воли. Ни один мускул его лица не дрогнул при выпаде Сергея. Он был спокоен, и это спокойствие произвело эффект разорвавшейся бомбы у Сергея. Любой конфликт был чреват опасностями. Олег это знал, когда начал изучать психологические труды Назара Званцова. Он убедился при первой встрече с Сергеем, что этот парень без тормозов и привык к излишнему вниманию. Конфликт был исчерпан и уже вечером Олег играл в шахматы с Сергеем. Он сам предложил игру. Во время игры Олег начал изучать Сергея, и он постепенно узнавал много нового о нем. Он начал складывать картинки о Сергее, как пазлы в конструкторе. Во время ужина Олег незаметно стал наблюдать за всеми членами семьи. Он был немногословен, а затем предложил прогулку по деревне. Сергей был рад, и отправился с Олегом на прогулку.

Постепенно межу молодыми людьми начали складываться прекрасные отношения. Игорь Евгеньевич был поражен, как Олег быстро нашел подход к Сергею, и с этого момента Олег стал авторитетом у Сергея, который сам стал помогать все по хозяйству. Сергей был поражен, как Олег маринует шашлык к воскресному обеду. Олег мариновал мясо по сибирскому рецепту. Он мастерки порезал лук и мясо, а затем сам установил мангал и бросил туда бревна и ветки, которые принес из леса. Олег сам развел огонь, и Сергей помогал ему с бумагой для розжига костра. Скоро приехал и Геннадий Леонидович, который уловил запах вкусного мяса еще с порога дома. Это был видный мужчина. Профессор Михайлов имел склонность к иронии, и его глаза выражали насмешку к окружающему миру. Это заметил Олег, когда незаметно стал наблюдать за ним. Он отметил, что профессор Михайлов имеет чувство превосходства над всеми, и решил пробить оборону профессора.

– Так-так… Это и есть тот молодой человек, о котором вы мне говорили? – начал профессор Михайлов.

– Да, это Олег Званцов. Я вам уже показал его работы.

– Интересно, – с сарказмом ответил профессор Михайлов.

– Где ты, Олег, учился? – спросил Геннадий Леонидович.

– В обыкновенной районной школе, – спокойно ответил Олег.

– Не может быть. Эта школа с математическим уклоном?

– Самая обыкновенная. Просто у меня была учительница математики Нина Константиновна, которая дополнительно занималась со мной и мы пошли дальше школьной программы. Вот и все.

– Это просто удивительно, – сказал Игорь Евгеньевич.

– Да, это действительно удивительно, – повторил профессор Михайлов.

– А почему ты выбрал строительный институт? – спросил Геннадий Леонидович.

– Я еще с самого детства мечтал проектировать дома и сооружения. Это так захватило меня, что еще в школе я стал усиленно заниматься черчением.

– Хорошо, что ты так относишься к делу, – сказал профессор Михайлов, – я вот что хочу предложить тебе. Послушай, Олег. У тебя блестящий талант к математике. Поэтому я предлагаю тебе после окончания строительного института поступить ко мне на кафедру прикладной математики. Можешь приходить на мои занятия в МГУ в виде свободного посещения. Я буду рад.

– Спасибо за приглашение. Я обязательно воспользуюсь им, но сейчас надо привыкнуть к студенческой жизни, освоиться и прекрасно сдать сессию. Я думаю, что когда перейду на второй курс, то стану посещать и ваши занятия, которые, безусловно, важны для моего собственного развития.

– Да, Олег, ты просто целенаправленно решил посвятить себя учебе, – констатировал профессор Михайлов.

– Я реалист и прагматик и знаю, зачем я приехал в Москву за тысячу километров от дома, где оставил своих родных и близких.

– Ты любишь свою семью? – спросил профессор Михайлов, чувствуя симпатию к этому гордому юноше с чувством собственно достоинства.

– Да, у меня легендарный отец и самая прекрасная мама. А еще и две очаровательные младшие сестренки. Это старшая Настенька и младшая Сашенька.

– Вот бы нашим детям поучиться у тебя, – заметил Игорь Евгеньевич, глядя на своего сына Сергея, который был потрясен, как Олег ведет себя с профессором Михайловым.

Этот сибирский парень не пресмыкался перед сильными мира сего. Он был независимой и это очень сильной личностью. Сергей решил непременно подружиться с ним.

Не прошло и часа, как Олег помогал накрывать на стол Марине Сергеевне, которая была так счастлива оттого, что и Сергей стал принимать участие в приготовлении праздника. Олег мастерки пожарил шашлыки, которые были пределом мечтаний. Затем запек овощи на открытом огне. Все это видел профессор Михайлов, который восторгался этим юношей. Да, постепенно Олег начал завоевывать этот новый для него мир. Олег смело готовил на открытом огне и думал об Оленьке Захаровой. Как она там в Калиновке? Его душа рвалась к этой девочке, и он не мог думать о чем-то еще, кроме Оленьки. Он весь погрузился в раздумья, смотря на седые угли в мангале. Он представил, что у него будет собственный дом, где они с Оленькой будут жить, и как в доме станет весело от детского смеха.

Праздник прошел на ура. Все были в восторге от великолепно прожаренного мяса и овощей. Марина Сергеевна то и дело выражала свое восхищение.

– Да, Игорь Евгеньевич. Я был во многих ресторанах в Москве, и не только в столице. Но то, что я сегодня попробовал, это просто сказка. Олег, а кто научил так прекрасно готовить мясо? – спросил профессор Михайлов.

– Мой отец. Мы с ним часто бывали в лесу и там жарили мясо. Отец меня многому научил. Он для меня настоящая легенда, и я преклоняюсь перед ним. Он для меня великий гуру и наставник. Он научил меня охоте в сибирской тайге, ловле рыбы. Если бы вы все побывали у нас, вы бы познакомились с моим отцом. Он достоит восхищения.

– Да, приятно слышать от такого молодого человека такие слова о родителях. Это не наша московская молодежь, – сказала Ксения Петровна.

Вечер прошел великолепно, и Олег сидел за чашкой чая и внимательно слушал взрослых. Он изучал их психологию и учился вести себя в новом обществе, куда попал по чистой случайности. Это было везение или божественное провидение? Никто не знал, но то, что жизнь Олега круто изменилась, это было каким-то таинственным вмешательством извне. Олег же постарается сделать все возможное и даже невозможное для того, чтобы воплотить его планы в будущем.

Так наступила светлая полоса Олега. Он поступил в институт и тут же, получив студенческий билет, отправился на почту послать телеграмму домой. Олег целое лето помогал Игорю Евгеньевичу с ремонтом квартиры Ксении Петровны и на даче. Он привел в порядок забор и полностью перестроил сарай по собственному проекту. Новый сарай стал гордостью семьи Колесниковых, которые не могли поверить собственным глазам: это уникальное сооружение. Сергей не отходил от него ни на шаг и тоже принял участие в строительстве. Ребята подружились, и Игорь Евгеньевич не мог нарадоваться, что Сергей стал меняться.

Прошло полгода, и Олег возвращался домой после сдачи экзаменов. Он блестяще сдал сессию, и ему нравилось жить в студенческом общежитии, где он стал авторитетом даже среди старшекурсников. Он был независимым человеком и жил в одной комнате с одним парнем из Грузии Георгием Ахвледиани. Они подружились и вместе выполняли домашние задания, так как учились на одном курсе.

Олег ехал на поезде, предвкушая встречу с Оленькой Захаровой. Он сидел у окна в плацкартном вагоне и считал дни до встречи с семьей, но особенно его радовала встреча с Оленькой Захаровой, которая училась в 9-м классе в Орехове и получала письма от Олега.

А вот и станция Орехово, куда на машине приехал отец с мамой и сестрами. Они стояли на перроне и с нетерпением ожидали прибытия поезда из Москвы.

– Боже, когда же приедет поезд с Олежкой? – волновалась Мария.

– Машенька, потерпи. Это мы приехали слишком рано. Скоро Олежка будет с нами, – успокаивал жену Акиндин Назарович.

– Если не станет проводить время с этой Захаровой, – обиженно произнесла Мария.

– Ну, это дело молодое. Пусть наслаждается жизнью, а мы не будет ему мешать. Олег уже взрослый, и пора ему устаивать свою жизнь.

– Лишь бы эта Ольга Захарова оценила этот подарок судьбы.

– Ты права, Машенька. Он действительно подарок судьбы. Ой, посмотрите, поезд прибывает.

– Ура, Олежка приезжает! – крикнула Настенька.

– Наш братик, самый лучший, – прибавила Сашенька.

– Да, идемте его встречать, – радостно проговорила Мария со слезами на глазах. Вот уже почти семь месяцев она не видела сына, и она уже не сдерживала слез. Прошло пять минут, и поезд остановился. Скоро из поезда начали выходить люди, а Олежки до сих пор не было, так как он выходил последним и выгружал чемодан и сумки с подарками для родных. Это он заработал, когда заменял слесаря сантехника Кузьмича в институте. Он скопил деньги и купил всем подарки. Вот теперь он вытаскивал одну сумку за другой вместе с чемоданом.

– Олежек, сынок! – закричала Мария.

– Мамочка, я здесь, – помахал он рукой своим родным. Девочки быстро побежали в сторону Олежки, и когда он увидел сестер, то его сердце замерло. Он увидел красивых девчушек, одетых в меховые шубки и в вязанные шапочки. Они бежали ему навстречу, а Акиндин Назарович был потрясен. Олег возмужал и стал настоящим мужчиной. Он подошел к сыну и крепко обнял его.

– Сынок, как же я рад тебя видеть, – проговорил Акиндин Назарович, обнимая сына. Он не мог наглядеться на него. На глазах навернулась невольная слеза. Но он вовремя восстановил дыхание и самообладание.

– Олежек, сынок! – воскликнула Мария.

– Мамочка, моя любимая мамочка! – крикнул Олег и сам обнял ее. Он крепко прижал Марию и долго не отпускал. Казалось, между ними воцарилась вечность. Он обожал своих родителей. Он не забудет никогда эту встречу. Рядом прижались и девочки. Он всех сгреб в охапку, что вызвало удивление у работников поезда. Вагоновожатая плакала, увидев, как Олежку встречают родные.

– Мамочка и мои дороги сестренки, я вам столько подарков привез из Москвы! Поедем домой и все привезем, как вам это? – озорно спросил Олежка.

– Да, Олежек. Мы так соскучились по тебе, что не можем шелохнуться, – призналась Настенька.

– Это просто прекрасно, дорогие мои, но мы не можем здесь заночевать, – улыбнулся Олег.

– Да, девочки. Нам пора ехать домой и помочь Олежке довезти все это, – сказал Акиндин Назарович, указывая на большие сумки.

Он помог сыну все донести до машины, и все, счастливые, поехали домой в Калиновку. Они ехали и смеялись. Это было событие перед Новым годом. Дело в том, что Олег все зачеты и экзамены сдал досрочно, так учился день и ночь.

Он постарался не пропускать ни одного занятия и ни одной лекции, и поэтому много преподавателей очень ценили тот факт, что Олег сидит на первом ряду и методично конспектирует лекции. Он записался и в библиотеку им. Ленина и там, в читальном зале, просматривал дополнительную литературу по предметам. Он обожал учебу, и даже Игорь Евгеньевич был поражен его успехам и большому рвению. Поэтому в институте весь преподавательский состав уважал Олега. Он с легкостью сдал все зачеты и экзамены и даже защитил первую свою курсовую работу. А теперь он едет на машине с родными и близкими. Казалось, что так будет вечно. Он окончит институт и увезет Оленьку Захарову в Москву, а затем перевезет и сестер.

Но как он ошибался, как были разрушены эти мечты, как карточный домик!.. Его предали так, что вырвали сердце и растоптали душу. Он увидел другую изнанку жизни и сейчас, сидя в самолете вместе с помощником американцем Стивом Фергюсоном, который ему собрал все документы в Америку, летел в Нью-Йорк, вспоминая свою семью, которая ему помогла в трудные минуты жизни. Именно семья вырвала его из ада, куда он попал. Он смотрел на облака и видел, как Стив корпит над монитором, готовя материалы для крупной международной сделки. Его теперь называли «мистер Званцов», и ему были открыты все двери в самый престижные круги мира. Он превратился в машину для добывания денег, и у него не было того чистого и открытого сердца для других. Его лицо выражало только решимость и силу, а в глазах читалась такая пустота, что хотелось рыдать. Он был человек без сердца и сострадания. Он был непреступной крепостью, как говорили много женщин, в тайне мечтающих выйти за него замуж. Ох, сколько было разбитых сердец в жизни Олега!.. Женщины сходили по нему сума. Да, Олег имел женщин на стороне и не отказывал себе ни в чем. Он окружил себя так называемыми небольшими радостями в жизни. Он заводил одну связь и через несколько недель рвал ее беспощадно, так как стал бездушным и порой страшным человеком. Его мести боялись все как огня. Он был ужасен в гневе. Олег мог ювелирно уничтожит любого, кто попадется на его пути. Он стал черным ангелом мести.

А вот и дом, где Мария приготовила заранее обед. Девочки испекли вместе с мамой пироги, и пахло борщом. Это был первый приезд Олега в родной дом после долгого отсутствия.

Прошло немного времени, и Олег уже осматривался вокруг, вспоминая родные места. Это были его первые каникулы после удачной сессии.

Девочки окружили его и в первый час не отпускали от себя. Олег начал распаковывать сумки с подарками. Он купил девочкам красивые платья и кукол, а маме он купил великолепное синее платье и белоснежный кружевной вологодский платок. Он знал размеры, которые ему выслал отец в письме. Отцу привез инструменты для вырезания по дереву и еще много всяких вещей, которые заполонили всю гостиную. Это была красивая одежда. Олег также привез и великолепные ткани для шитья. Мария диву давалась, что еще Олег привез учебники для девочек на следующий учебный год.

– Олежек, ты, наверное, разорил всю Москву, откуда у тебя деньги? – пошутил отец, открывая коробку с инструментами.

– Ты знаешь, что я немного подрабатываю в институте? Я по совместительству слесарь-сантехник. Наш местный слесарь часто пьет, и поэтому я устроился на работу. Получаю около 70 рублей. Эти деньги я кладу на сберкнижку, которую ты мне завел и перевел деньги, и вот получилась приличная сумма, которую я потратил на подарки. Я часть денег сохранил для жизни. В Москве все очень дорого. Но у меня есть работа, поэтому все хватает.

– Это очень хорошо. Машенька, ты посмотри, что мне привез Олежек, – воскликнул Акиндин Назарович, глядя на инструменты. Мария подошла и увидела это богатство.

– Сыночек, ты даже подумал об Акиндине. – Мария боялась произнести слово «отец». Она решила, что еще рано раскрывать карты.

Все три дня Олег оставался в кругу семьи, а затем отпросился навестить Оленьку Захарову. Мария поняла и отпустила сына, который тоже привез подарки свое нареченной невесте. Он бежал к дому Захаровых как сумасшедший. Его душа пела от радости, что он скоро увидит Оленьку. Он подошел к дому и не мог отдышаться. Волнение так и переполнило его душу. Он открыл калитку и позвонил в дверь. На пороге Олег увидел Галину, и она не очень обрадовалась его приходу.

– Добрый вечер, тетя Галя, а Оля дома?

– Да, ну проходи, коли пришел, – надменно произнесла Галина.

– Спасибо, тетя Галя. Я вам подарки из Москвы привез, – Олег постарался сгладить это напряжение.

– Оля, к тебе пришли, – деловито произнесла Галина.

Ольга сидела на диване и что-то вязала. Она подняла глаза и увидела Олега. Он похорошел настолько, что глаз не оторвать. Она выронила клубок и открыла рот от удивления.

– Ты меня рада видеть? – спросил Олег, глядя с нежностью на Оленьку, которая очень изменилась за эти полгода. Она встала и уже не смогла сдержаться, а подбежала к нему и обняла его.

– Оленька, моя Оленька! Какая ты красавица! Посмотри, что я вам привез.

Он вытащил целый мешок конфет «Мишки на севере» и протянул Галине, а затем вручил вологодский платок Оленьке. Он просто накинул его на плечи этой девушке, которая стояла и не могла поверить, что Олег приехал. Он также подарил тете Гале и красивую ткань на платье. Олег был очень щедрым к тем, кого любил.

– Олег, ты такой внимательный, – вдруг произнесла Галина, чувствуя неловкость от встречи с Олегом.

– Я должен научиться обеспечивать семью. Не пройдет и четыре с половиной года, как я получу работу в Москве и женюсь на Оленьке.

– Не стоит торопить события. Это очень хорошо, что ты поступил, но еще неизвестно, что будет дальше, так что не будем загадывать, – резко оборвала Олега Галина. Она уже знала, что не допустит этого брака никогда. Она помешает им и мечтала только об Андрее Черникове, который через полтора года уезжает в Москву в торговое представительство.

– Тетя Галя, а почему вы так говорите? – удивился Олег.

– Я права, Олег. Ты еще не устроился в жизни, чтобы стоить планы насчет Оли.

– Это очень просто. Я окончу институт и постараюсь найти хорошую работу. Оленька будет обеспечена. Так что надо набраться терпения.

– Вот когда устроишься, тогда и поговорим, а сейчас я вас оставлю. Вы, наверное, хотите пообщаться? – ехидно произнесла Галина и вышла с очень нехорошей улыбкой. Дяди Коли дома не было. Колхоз развалился, и Николай Захаров работал уже в Орехове, потому приехал очень поздно, когда Олег уже ушел.

А сейчас Олег разделся и сел на диван, приглашая Оленьку к себе.

– Я так скучала по тебе, Олежка, – призналась Оленька.

– Я тоже. Не могу наглядеться на тебя, мое солнышко. Ты моя красавица. Давай погуляем сегодня вечером по деревне. Я не хочу быть у тебя.

– Я согласна.

Оленька попросила разрешения у матери отправиться с Олегом на прогулку, и Галина неохотно отпустила дочь. Она с завистью смотрела на эту влюбленную парочку. Никто не знал, что Галина втайне от всех сохла по Акиндину Назаровичу, который женился на этой Машке Хлебниковой. Галина любила Акиндина Званцова до потери пульса и вышла замуж за нелюбимого Николая Захарова. Она люто ненавидела Акиндина Назаровича и его семью. Она знала, как нанести удар этой семье. Она отомстит им. Теперь она не упустит этот «счастливый случай».

А тем временем Олег шел с Оленькой в направлении большого поля. Они встали под звёздным небом и любовались красотой этого божественного мира.

– Оленька, моя Оленька, – шептал Олег этой девочки в ухо.

– Да, Олежек, я твоя. Какой ты стал красивый! Я не могу на тебя наглядеться.

– Я так жажду поцеловать тебя, моя любимая, позволь мне прикоснуться к твоим губкам.

– Да, Олежек, да, – и Оленька подняла свою голову.

Он приподнял ее голову и не мог оторвать глаз от этой красивой девочки. Он наклонился и поцеловал ее в губы.

– Моя сладкая и самая любимая девочка. Моя самая большая любовь, – шептал он Оленьке страстные слова любви.

– Олег, я так скучала по тебе, – тяжело вздохнула Оленька.

– Я не могу жить без тебя, моя маленькая, – проговорил Олег этой восторженной девочке, которая была по-настоящему счастлива.

– Я так люблю тебя, Олежек, что мне было очень трудно, когда ты уехал в Москву.

– Мне было не легче, малышка. Но у нас есть две недели, чтобы почаще встречаться. Я просто не могу понять, а почему так плохо ко мне относиться тетя Галя?

– Я сама не понимаю маму. Она все твердить о каком-то будущем.

– Я все сделаю для того, чтобы мы были счастливы. Я докажу твоей маме и всем, что я способен тебя содержать. Я стану богатым, и ты не будешь ни в чем нуждаться. Ты мои звезды, которые светят на этом небе, под которым мы стоим. Посмотри вверх. Они сияют для тебя. Я положу весь мир к твоим ногам. Ты только дождись меня.

Олег привлек Оленьку к себе и стал покрывать ее поцелуями. Он испытывал потребность увести ее куда-нибудь и заняться с ней страстной любовью, но Оленька была несовершеннолетняя, и он не смог пойти на такое преступление. Хотя он мог похитить ее и утащить в отцовский бункер, где он смог бы овладеть этой девочкой и навсегда сделать ее своей. Олег должен был соблюдать кодекс чести и порядочности и поэтому сдержался, чтобы не совершить преступление.

Он неохотно проводил Оленьку домой, хотя они гуляли почти три часа, и было уже поздно. Они договорились встречаться каждый вечер и, попрощавшись с Оленькой, Олег направился домой. В доме его ждала целая делегация. Это были Андрюшка Черников и Пашка Пегов. Он пришли лишь на третий день, чтобы дать другу побыть с родственниками. Ребята удивились, когда Олег вошел весь разгоряченный и невероятно взволнованный. Они заметили, что Олег изменился. Он вырос и стал, каким-то взрослым. Это и понятно, Олег теперь жил в другом мире.

– Олег, мы тебя заждались, – радостно встретил друга Пашка Пегов.

– Извините меня, друзья. А вы давно здесь?

– Нет, только что пришли, – начал ворчать Андрей Черников.

– Ребята я так рад, что вы пришли, – проговорил Олег, снимая теплый волчий полушубок. В нем он походил на лесного жителя фавна.

Он сел за стол, где уже пили чай его старые друзья.

– Ну, друзья, я так рад, что вижу вас, – начал Олег.

– Да, и мы тоже, Олег, – продолжил Пашка Пегов, – ты теперь у нас москвич. Как там, в столице, рассказывай.

– Да. Там все по-другому, – и Олег начал рассказывать о своей студенческой жизни. Рядом расположились и сестры Олега, которые, открыв рот, слушали рассказ брата с большим интересом, как и все присутствующие. Олег рассказывал о том, как поступил в институт и теперь собирается еще и ездить к профессору Михайлову на лекции по высшей математике.

Андрюшка Черников слушал Олега и чувствовал, как у него поднимается злость на Олега, который сам пробивался в жизни без связей и протекции. Он думал в душе, что у него в Москве сложится намного удачнее, чем у Олега. Андрюшка Черников стал завидовать Олегу по все показателям. Сам поехал в Москву и сам поступил, а когда узнал, что Олег еще работает слесарем-сантехников в институте, то усмехнулся.

– Ты что, слесарем-сантехником еще работаешь? – с иронией заметил Андрей.

– А что в этом плохого? Между прочим, у меня уже маленькая зарплата, и это еще только начало. Вот окончу институт, тогда стану зарабатывать еще больше.

– Да, сынок. Ты прав, что начал сам зарабатывать деньги. Это так важно для тебя. Ничего, что пока деньги маленькие, зато они твои, – заметила Мария, которая выразила презрение к Андрею Черникову. Он попытался унизить друга, и Мария вовремя вмешалась в разговор.

– Вот посмотрим, как ты устоишься в Москве, Андрей, – упрекнула Мария Андрюшку Черникова.

– Конечно. В этом нет сомнений. Я туда еду только через полтора года. Мне еще торговое училище надо окончить.

– Прекрасно, а теперь уже поздно, и вам следует оставить Олежку. Завтра он – к вашим услугам, – сказала Мария, когда увидела, сколько времени на часах. Было уже половина первого ночи, и все засиделись у Званцовых.

– Ой, теть Маш. Действительно поздно. Меня родители прибьют, – сказал Пашка Пегов, который стал восхищаться Олегом. Он стал для него авторитетом во всем и впоследствии стал его лучшим другом.

Ребята разошлись по домам, а Олег помог уложить сестер спать. Он прочитал им рассказы, а затем оставил их. Мария домыла посуду, а Акиндин Назарович сидел за столом и читал газеты.

– Не нравится мне этот Черников, – заметил Акиндин Назарович.

– Да, отец. Ты прав. Он мне тоже не нравится. Андрей мутный и в нем есть какая-то фальшь. Я, наверное, стану избегать встреч с ним.

– Прекрасное решение, сынок, – похвалил Акиндин Назарович Олежку.

С этого дня произошел окончательный раскол между друзьями. Олег понял, что дружба между ним и Черниковым кончилась. Это его расстроило и одновременно обрадовало. Это были двойственные чувства. Расстроило, что друг его публично высмеял, а обрадовало, что он больше его не подпустит к себе. Этот факт выбил Олега из колеи. Он был подавлен, когда проснулся рано утром.

– Олег, что-то случилось? – поинтересовался Акиндин Назарович.

– Да нет, ничего такого особенного, – произнес Олег.

– Нет, я все вижу. Что же с тобой происходит?

– Просто я не ожидал от Андрюшки, что он меня так унизит, да еще перед сестрами и мамой.

– А ты не задавал себе вопрос, что это от черной зависти? Ты знаешь, что все мерзкие поступки люди совершают по нескольким причинам. Это трусость, жадность, леность и зависть. Запомни это, сынок. Ты много встретишь таких людей, как этот Черников. Этот парень хорошо устроится в жизни. Виктор Степанович уже работает в Орехове в торговой палате, а колхоза почти нет. Осталась только лесопилка, которая приносит приличный доход. Скотину скоро пустят под нож. Выживай, как хочешь. Андрюшку пошлют в Москву, где его отец уже приготовил ему приличное место. Об этом все в деревне говорят. Ты же должен сам пробиться в этой жизни. Поэтому задача эта очень сложная. Я помогу тебе всем, чем могу, и ты знаешь, что ты несметно богат. Эти богатства, которые тебе достанутся, должны помочь тебе реализоваться в этой жизни. Именно они тебя сделают счастливым.

– А как же любовь?

– Хороший вопрос. Любовь – это тот механизм, который дает человеку чувство самосохранения, чтобы выжить в этом безумном мире.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.