Ольга Левонович
Забайкальская весна

«В моей задумчивой Отчизне …»

Я знаю поэта Ольгу Левонович ещё со времён её проживания в Забайкалье, и горжусь знакомством с нею. Именно она была первым рецензентом моей зыбкой ещё прозы, и подсказала много важных вещей, о которых я и понятия не имела. А она уже тогда радовала своих читателей, в первую очередь земляков, проникновенными строчками, наполненными любовью к своей малой родине – Забайкалью.

Ведь она переехала с родителями из Тюменской области в Забайкалье, когда ей был всего год. И край наш не просто стал родным, он буквально врос в сердце начинающей поэтессы. Потому так трепетны и узнаваемы её детские воспоминания:

Тальниковые кусты…

Воды синие – густы…

Речки тихий разговор…

В берегах – туннельки нор.

Писк стрижей над водной гладью…

Гальки мелкие оладьи…

Камни солнышком прогреты.

Детство… Вечное, как лето…

Кажется, что автор боится расплескать эту детскую память, и восемь коротких строк не выросли в нечто весомое только потому, что ей не хочется с этим детским сокровищем расстаться, пусть лучше лежит там, где положено – в самых тайниках души.

«Стихи начала писать в школе. В 1993 вышла первая книжка стихотворений «И крылья вознесут…». Далее – публикации в различных изданиях, учёба в Литературном институте им. Горького в Москве, издание поэтических книг «Огонь и вешняя трава», «Ангеле мой светлый». В апреле 2001 года была принята в Союз писателей России. Издано более десяти книг стихотворений и прозы» – рассказывает она о себе на одном из порталов. В Забайкалье прошли школьные и студенческие годы… «Было замужество, и рождение троих детей… Работала в школе, учителем начальных классов, позже – вела кружки в Доме детского творчества, полтора десятка лет была журналистом районной газеты» – тоже рассказ Ольги.

С февраля 2011 года она живёт в городе Дмитрове Московской области. Но душой, конечно, осталась дома, в Забайкалье. И бьёт забайкальский ключик из самого сердца, рождая новые строчки. В руках у меня её новый сборник, о котором можно сказать: «мал золотник, да дорог». Порадуйте себя, откройте самые первые строфы:

В ресничках, распустился робкий

Подснежник. В душу заглянул.

Цветёт по забайкальским сопкам

Лилово-розовый багул.

Пылает, в трепетных соцветьях,

Восторг переполняет – ах!

Один такой, на всей планете.

Навек останется в сердцах.

Представляю, как вздрогнут руки любого читателя, кто волею судьбы тоже оказался вдали от багуловых весенних всполохов по сопкам: вот оно, родное, на страницах этого сборника. Кажется, – забылось, и тут уже прижился, и вдруг – как весной пахнуло, нанесло прелым листом, просыпающимся тополовым духом, жаворонковой трелью… И с любым птичьим клином хочется рвануть за Байкал, домой.

Сборник её весь пронизан Пасхальной радостью, хотя об этом празднике впрямую и не сказано не слова. Автор просто делится радостью пробуждения весны, радостью Светлого воскресенья, которое придет за первыми теплыми порывами забайкальских ветров.

Неслышные, бегут, ликуя, соки

По жилам тальников, ольхи, осоки.

В листах упругих весело снуют,

И о своём – поют, поют, поют!

Удивительно чудо рождения стиха. Кажется – обыденные слова «тишь», «ласковость», «холода» и вдруг они слагаются в тонкую вязь и сочетания, и приход весны напрямую связывается с Пасхой:

…Тишь, ласковость… Не верится,

Что грянут холода.

Снег саваном расстелется.

Застынет жизнь-вода.

Но чудо Воскресения

Нам явится весной. …

Тепло моё, осеннее,

Не уходи, постой!

Те, кто знаком с православием, конечно же знают, что синий цвет – цвет Богородицы, золотой и красный – Христа. Думаю, не случайно в стихах Ольги Левонович встречается абсолютно иконная и Богородичная цветопись:

«На поле, за деревней снег – морем голубым».

Или ещё:

«Глядится небо в синь промытых окон. Свет золотой не сходит со двора…»;

«Золотой деревенский закат…»;

«Вечер – в длинных тенях, светло-синих…»;

«Средь зелени сверкает позолота…»;

«Через край, в золотую солому…»;

«Рубиново-ярко горит краснотал…»;

«Вечер полог синий бросит…»;

«Очи прозрачной осенней реки, синие от потемневшего неба…».

А два последних стихотворения сборника, о разрушенной церквушке и об Атамановском монастыре, напрямую ведут читателя в мир православия, зовут исповедаться и покаяться.

Здесь рай душа почувствует до срока,

Увидит язвы страшные свои,

И не уйдет отсюда без уроков

Смирения, надежды и любви.

Перелистываю страницы, читаю и перечитываю особо понравившиеся строки, а кажется, – рассматриваю талантливые акварели – нежные, полупрозрачные, насыщенные тонами и полутонами. К слову сказать, Ольга давно уже пробует силы в живописи, сама иллюстрирует свои книги, ваяет непостижимой красоты цветы, делает фотографии, поскольку искра Божья, дарованная ей, не вписывается только в рамки поэзии.

Конечно, её новый сборник – это не только поэтический взгляд на свою родину, но и подарок в первую очередь землякам-забайкальцам. О них она вспоминает с уважением:

Живут, работают, о детях беспокоятся.

Над ними небо серое покоится.

Храм деревянный – среди камня островок,

Средь суеты – спокойствия мирок.

Светлеют лица, изменяются,

Когда над вечною иконой наклоняются.

И, тоскуя об оставленном вдали крае, точно подмечает разницу между родными местами и московскими краями:

Время в Москве суетилось,

Давило, свивалось.

Ветер читинский обрушился,

Выгнав усталость!

Я абсолютно точно знаю, что как только потеплеет, она снова приедет к нам в Забайкалье, погостить. Потому что это место для неё сакрально, она верит в него и его всепобеждающую силу:

И мир, чарующий, убогий,

Настолько свеж и полон жизни,

Что явственно дыханье Бога

В моей задумчивой Отчизне…

Елена Чубенко, председатель правления

Забайкальского регионального отделения

Союза писателей России.

Багуловый край

В ресничках, распустился робкий

Подснежник. В душу заглянул.

Цветёт по забайкальским сопкам

Лилово-розовый багул.

Пылает, в трепетных соцветьях,

Восторг переполняет – ах!

Один такой, на всей планете.

Навек останется в сердцах.

О, Забайкалье! Сосны, ветер…

Небесный купол. Даль – чиста.

Сверкают реки, солнце светит.

Лесов просторных красота.

Степей бескрайних переливы.

И так же души широки,

И так же солнечны, красивы!

Уедешь – не избыть тоски.

Забайкальская весна

Забайкальская весна… Седые шубы

Ковыля, и грязный снег в полях.

Ветер сумасшедший, пыльный, шумный,

С посвистом качается в ветвях.

Белые берёзы – словно кости

Светятся на чёрном полотне.

Запах гари, обжигов коросты…

В озерках – мальки снуют на дне…

По степям гуляют табунами

Кони с шерстью выцветше-густой,

Жеребята с тонкими ногами…

Мир раздольный, жёсткий и простой…

У кочевников – обветренные лица.

Жизнь в седле проводят степняки…

Под молитвы ветра мирно спится

Детям в белых юртах у реки…

Степняки

Среди степей, где дышат травы,

Седые волны льёт ковыль,

Журчат ручьи на переправах,

Одно село – на много миль.

Вокруг желтеют шапки сопок

В мехах зелёных сосняка.

Промчатся кони, стихнет топот,

Поёт-журчит Онон-река.

Хранит традиции и песни

Народ степной, что гостю рад.

Его обычай – интересен,

Причудлив праздничный наряд.

Завоевать его непросто.

Хитёр узор его одежд.

Задаст он несколько вопросов,

И… не оставит вам надежд.

Он недоверчив, и не сразу

Себя откроет, не спеша.

Не подчиняется приказам

Его свободная душа.

Здесь встретят чужака, проводят,

Плохого слова не пошлют…

Чтоб частью стать степного рода,

Родиться, видно, нужно тут.

Ветры гулкие

Ветры гулкие – крыльев мощен взмах,

Встречь весне на юг полетели

Стаял снег, и холм чабрецом пропах…

Эту зиму мы одолели!

На окраине, где сквозной лесок,

Запах прелых трав, горьковатых хвой…

Ожил, ожил лес, тихо копит сок,

Машет ветками – я живой!

Весне не до уюта

Весне не до уюта:

Распахнуто, продуто.

Качают ветки почки -

Баюкают листочки.

Восторженный апрель

Восторженный апрель

Разводит акварель.

Рисует он легко

Блеск вербных облаков.

Лиловые цветы,

Прозрачные кусты,

Как плещется вода,

Сломив оковы льда.

И лед вдоль берегов –

Осколки облаков…

Ранняя весна

Склон, порыжевший от старых хвоинок и листьев.

Солнце купается в пенистой зелени сосен.

Над перелеском берёзовым, белым и чистым,

Сквозь розоватые ветки – небесная просинь.

На берегу потемневшей, недвижной протоки,

Где тальники в серебристо-сиреневой дымке,

Ветер лениво качает сухую осоку,

Тронь – на стеклянные иглы раскрошатся льдинки.

Скоро лето

Меж серых туч звезда блестит.

Почти как в Рождество – лучиста.

Сырой весенний воздух спит.

Черёмуха – в комочках листьев.

Пахучие, в резных кульках.

Денёк-другой, и развернутся.

Ночами холодно пока,

Никак лягушкам не проснуться.

А как накопится тепло –

Хор грянет, и наступит лето!

… Морозцем бы не обожгло

Черёмух скорые соцветья!

Дорога домой

Зеленой дымкой вдоль дороги

Клубятся майские кусты…

Пружинят влажные мосты…

Вдоль сопок, вдоль холмов пологих,

Лилово-черных болотин,

Где озерко, осоки клин

Да чей-то ветхий стан покосный,

То степью, то под сенью сосен,

Вдоль сёл – домой!

… Остановись –

И время перестанет биться,

Затихнет, как ручная птица,

Но – в путь! –

И снова взмоет ввысь!

Так просто

Так просто: вдруг поводья отпустить.

Туман. Река. Коня глухая поступь.

Жемчужная дрожит на ветке нить.

Берёз таинственных серебряные косы…

И – запах прели, скошенной травы,

Особый, пряный, сладкий до истомы…

И шляпу тихо снимешь с головы,

И каждой клеточкой почувствуешь: ты – дома.

В деревне

Золотой деревенский закат…

Теплый воздух свернулся в лощинах.

Дремлет в яблочном облаке сад,

Вечер – в длинных тенях, светло-синих…

Тихо стадо бредёт на покой,

В рыжеватой пыли, словно в дымке.

Пахнет травами и молоком

Моя Зорька с лоснящейся спинкой.

Я дою, прижимаясь щекой,

К боку Зорьки. Подойник – в колени.

Струи-стрелы летят под рукой,

Тяжелеет ведро постепенно.

Начинает уж пена стекать

Через край, в золотую солому…

И несу я, боясь расплескать,

Молоко к деревянному дому…

Погостила

Лавочка, зелёные ворота.

На душе спокойная отрада.

Рядышком со мной шагает кто-то

Каменистой длинною оградой.

В тепляке – побеленная печка,

В баньке – бак, наполненный водою.

Дом закрыт. А ключик – под крылечком.

Мама – где? Корову в стайке доит?

Огород картофельный – без края.

Копошатся пёстрые несушки.

Скачут в клетках кролики в сарае.

В баночках – вода, овёс – в кормушках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.