Жека Калинин
Такой цветок – Мия

Самые теплые обнимашки моим помощникам-редакторам: маме – Вере Викторовне и любимой феечке – Нелли.

Часть первая

1. Начало

– Шон Карник! Шон Карник! – звонко заголосил молодой портовый стражник, едва вскочив на крыльцо купеческого дома.

Через несколько ударов сердца, внутри за массивной дверью немалого особняка послышались шаркающие шаги.

– Шон (сэр, мистер) Карник изволит почивать. Перестань орать на всю округу! – прошипел голос слуги в едва приоткрытое смотровое окошко входной двери. – И потрудись представиться!

– Я из порта, стражник я, Мяконом зовут, там приялия (личная флотилия) вашего шона эээ… там произошло ужасное! – громко прошептал вопрошающий. – А над всей приялией шона Карника засияло “зловещим сиянием"! Мы не знаем, как поступить.

– Ну что там за крики? Что за шум? Амболла, кто там? – выглядывая из опочивальни, спросил шон своего слугу.

– Это вестник из порта. Доносит, что ваши каравеллы скоро накроет Тьмой из мощнейшего образования энергии нижнего мира, шон Карник, – доложил слуга, недоверчиво поглядывая на моргающий в смотровом окне глаз стража.

– Ай, не порите чушь, – зевая проговорил Карник, все же ступая вниз по ступеням, – ну хорошо, пусть войдет и объяснит, я все равно уже спускаюсь. И откуда у нас в порту какое-то "зловещее сияние".

Спустя небольшой отрезок времени шон Карник и посыльный бежали по улице к порту. В это время вся его резиденция уже не спала и была приведена в чрезвычайное положение. Его личный слуга Амболла заканчивал седлать Шузанну – кобылу шона, а рядом один из его матросов впрягал другую лошадь в коляску на случай непредвиденных обстоятельств. Все ночевавшие на постое у Карника матросы были разбужены и вооружены. До порта было далековато, и тот факт, что посыльный был без лошади, говорил об одном. Его кинули мини-телепортом, а значит, дело срочное.

– Ну, вот и готово! – открыв ворота, Амболла легонько шлепнул Шузанну по крупу, она стрелой полетела по следам своего хозяина. Эта лошадь всегда знала, где находится ее наездник благодаря магической привязке.

Пробежать шон Карник и посыльный успели немного, почти не запыхались. Конечно, резкий подрыв со сна давал о себе знать, но сердце еще не выскакивало из груди. Ночную тишину разорвал настигающий их стук копыт по мощеной улице. Купец приготовился вскочить в седло на ходу, лишь ждал, пока Шузанна поравняется с ним.

Карник был мужчиной среднего роста, тридцати с лишним лет, с короткими черными волосами и смуглой кожей, лицо имело добродушное выражение. Он выглядел медлительным, хотя в схватке с ним редко оставались живые враги.

«Ффррр, пффф», – услышал купец знакомый "привет" Шузанны. Уже через удар сердца схватил луку седла и взлетел на замедлившую бег лошадь. И оставляя посыльного стражника добираться самостоятельно, умчался в предрассветные сумерки улиц. Пол-лиги быстрой скачки и перед вылетевшим из-за здания порта купцом открылась ужасающая картина. Все четыре каравеллы его торговой приялии тихо покачивались на волнах под огромным темно-фиолетовым облаком. Тем временем лошадь промчалась по набережной, затем по грузовому причалу. Она остановилась в нескольких шагах от пришвартованных каравелл. Купец, не спешиваясь, выхватил артефакт и влил в него максимальное количество маэны (МАгическая ЭНергия). Освобожденный дух мгновенно материализовался, переливаясь светлой силой, тут же почуял темную энергию, пульсирующую внутри "зловещего сияния", и устремился к ней.

Над всей приялией повыше мачт переливалось мутное фиолетовое сияние в темно-сером облачке, под ним уже сформировалось небольшое черное пятно Тьмы, оно должно было вот-вот набрать силу и опуститься на кусок порта со всеми пришвартованными там судами. Все, что попадало в такое облако Тьмы, преобразовывалось в кусочек нижнего мира, а тела разумных занимали его обитатели, поглотив перед этим их души.

– Теперь только ждать, Шузанна, только ждать и молить богов, – он похлопал кобылу по шее и стал в нетерпении теребить ее гриву меж ушей.

– Ааээ… шон?

– Чего?! – нервно отреагировал Карник.

– Возьми артефакт, – сбоку стоял сам глава портовой таможни, – шон Фарацельс сказал, что это поможет, – протянул какой-то черный жезл.

– Блага тебе, шон Негор, – он выхватил из протянутой руки "посох телепортирующей воронки" и приготовился его активировать, но все же продолжил ждать реакции от уже призванного своим артефактом духа.

– Чего ж ты ждёшь? – удивленно уставился на него главный таможенник, – еще несколько мгновений и спасать будет нечего.

– Не стоит лишний раз мешать призванному духу, шон Негор, – отсутствующим голосом негромко молвил купец, не отрывая взгляд от темного облака. Из фиолетового сияния то здесь, то там выныривал дух какого-то древнего колдуна диких земель, чтобы сразу ворваться обратно в сгусток неконтролируемой скверны нижнего мира.

Артефакт, использованный Карником, был подарен ему несколько лет назад во время одного из торговых походов в дикие земли. Там он случайно спас сына одного из самых могущественных вождей орков от жертвенного заклания на алтаре Тьмы. Пришлось вернуть его в родное стойбище, сделав большущий крюк для этого. Тогда вождь "Парящих орлов" в благодарность купил у него все товары, а шаман его клана подарил ему этот артефакт с самым сильным духом, какой у него был. Конечно, купца с почетом приняли в племя и праздновали это событие целую десятину, созвав все родственные кланы.

Наконец это неопределенное месиво Тьмы, возникшее здесь по непонятным причинам, стало постепенно отступать, фиолетово-матовое зарево рассеивалось, таяло на глазах. Испарился и призванный дух, вдоволь насытившись темной маэной. Вслед за ним исчезло и облако тьмы, после чего старый артефакт рассыпался пылью из сжимающей ладони Карника на доски причала. Как раз к этому времени подоспел Бальтодэн. Он был главой местного магического корпуса, а заодно учителем портового мага Фарацельса и еще нескольких магов. Едва поравнявшись с Карником, он спешился.

– Отпусти кобылу, шон, – деловито осматривая место происшествия, попросил Бальтодэн, – нам все равно на борт каждой каравеллы подниматься.

Карник кивнул и спрыгнул на доски причала. Конь мага и Шузанна, потихоньку стуча подковами, самостоятельно двинули к набережной. Порт представлял собой широкую каменную набережную с тремя выступающими в бухту причалами. По обе стороны которых швартовались корабли, каравеллы, рыбацкие лодочки и остальное плавающее имущество горожан.

Тем временем маг уже сплел руны какого-то одного ему известного заклинания и осматривал каравеллы сквозь них. Карник замер в напряженном ожидании. И задумался о дальнейшей судьбе своего торгового похода. Из четырех каравелл, зашедших вчера в порт, только одна успела разгрузить товар в доки. Да и разгружать то было всего около двадцати процентов груза. Уже после этого предстояла погрузка местного товара на каравеллы и недолгое плавание в Гим, чтобы еще и там оставить часть груза. Остальные товары планировалось перегрузить на повозки и доставить в столицу через Вильниинскую пустыню караваном. Но теперь время отправления каравелл затягивается и может спутать все дальнейшие планы.

– Только ауры обычных матросов вижу, – Бальтодэн оглянулся на Карника, стал тыкать пальцем в его суда, – на этом три, на этом четыре, на этом три и на этом пять. Все верно?

– Да Хозен (аналог Дьявола) его знает, этим ведь мой прияльщик занимается, – пожал плечами Карник, – может поднимемся на борт? Сходим да глянем, на тех, кто там оставался. Заодно и узнаем, есть ли "темные" среди моих матросов. Шоссы! Я каждого своего рабочего знаю лично, если один из них одержим, как я буду это его семье объяснять?!

– Надеюсь, мы все быстро выясним, дружище, – Бальтодэн махнул рукой оцеплению порта, просигналил жестами, чтобы стражники были внимательней.

– Не похоже, чтоб туман тьмы на борт хоть одной каравеллы успел попасть, магистр, – встрял со своим наблюдением глава таможни.

– Хорошо, – купец поправил пояс с мечом и кинжалом, – исследуем сначала "Рокию".

Купец и маг направились ко второй каравелле справа, а глава таможни устремился в свой зал приемов.

Обойдя все суда, они ничего подозрительного так и не нашли. Карник сразу после осмотра приказал собрать всю приялию и отплыть за остров, торчащий посреди выхода из бухты. Там, как всегда, оставались два боевых корабля сопровождения. В порту появилась лишь часть матросов Карника, но и тех хватило, чтобы вывести все четыре каравеллы из порта.

Незаметно закончилась ночь и уже наступила вторая половина утра, каравеллы давно вышли из порта. А глава магического корпуса приказал вывести из порта суденышки, которые были пришвартованы на злополучном причале. Естественно, перед этим он их обследовал лично и ничего указывающего на Тьму не нашел.

– Теперь можно и немного передохнуть, – уставший от напряженного ожидания купец похлопал мага по плечу.

– Ага, пойдем к Негору, – Бальтодэн потер затекшую шею, – его помощница неплохой бодрящий отвар умеет готовить.

– Да ты что, перетрудился? Сегодня ж домашний день (выходной). Шона Галотта отдыхает наверно, – немного расслабившись, они шагали к портовой таможне.

– Конечно отдыхает, но отвар есть. Точно тебе говорю.

Через некоторое время магистр магического корпуса города Чуд вышел из зала приемов, где собрались все причастные к расследованию шоны, на опустевший причал. Трое его учеников, отделившись от кучки людей, что стояли рядом с конным загоном, последовали за ним.

– Интересно, что он еще может там искать. Все ведь обошлось и уже пора возобновить работу порта. Не люблю терять прибыль, – проворчал приехавший ранним утром кастор (мэр) Чуда, шон Роктор.

– Шон Бальтодэн хочет найти остаточные эманации. По ним определиться с возможными вариантами появления в нашем порту такого мощного образования темной энергии, – выдал Фарацельс на одном дыхании.

– Ты думаешь, что после этого "зловещего сияния" он может хоть что-то другое почувствовать? – Карник бросил скептический взгляд на портового мага.

– Шон Карник, вы же сами знаете о могуществе моего наставника.

Дверь открылась, ударив ручкой о стену, вокруг косяка осыпалось немного пыли. Недолго отсутствовавший шон Бальтодэн громко чихнул и извлек из-за стены босую испуганную девчонку с короткой косичкой, в грязных мокрых штанах и большой мужской рубахе неопределенного цвета. Лицо было чумазым, с синими губами, а тело сотрясалось от холода.

– Ты чего это, шон старший маг? – шон Негор даже глаза выпучил на это действо.

– Действительно, дружище, объясни нам, что происходит? – Карник тоже обратился к магу.

– Вижу, внимание я привлек, – он вытолкнул девочку на середину комнаты и прикрыл дверь, – знакомьтесь шоны, это причина проявления темной энергии в нашем порту. Поясню. Сначала я почувствовал эманации телепорта и раскинул поисковую сеть "пульс разума". Тогда нашел эту малявку, она пряталась под пирсом и доплыла уже до причала, только рученьки оказались коротковаты, чтоб на набережную вскарабкаться. Совсем бедолага замерзла, наверно в воде от нас пряталась. Вот. Достал и привел. Эманации темного портала исходят только от нее. И те незначительные. Еле заметил. Языка не понимает, сильно всего боится.

Все удивленно смотрели то на мага, то на девчонку. Никто не мог сформировать мысли, чтобы задать вопрос или произнести хоть слово. Маг же молчал и улыбаясь рассматривал собравшихся. Ситуацию разрешила виновница всеобщего ступора. Пролепетала в сторону что-то на непонятном языке, обняв себя за плечи, сгорбилась и затряслась еще сильнее.

– Дежурка! – крикнул в открытое окно шон Негор.

В зал приемов влетел и замер с вопросительным выражением тот самый молодой стражник, что известил Карника о происшествии в порту.

– Немедля найти сухую одежду для ребёнка. Первого встречного стражника отправь в магический корпус за дюжиной полных кристаллов души с обучающим массивом. Бегом пшел! – начальник порта шлепнул по столу для пущего эффекта.

Дежурка, образовав завихрения воздуха, устремился выполнять поручение.

Карник смотрел на девочку совсем по другому. В изможденном чумазом лице он увидел знакомые черты. Аэльфеаль – вот кого напомнила ему эта детская мордашка. Воспоминания волной быстрых образов увлекли его в прошлое, однако он смог подойти к шкафу, извлечь из него походное одеяло, валяное из шерсти жура. Распахнув его, подошёл к девочке и накинул ей на плечи. Она дернулась от неожиданного действия и одеяло упало на гладкие доски вымытого недавно пола. Купец хмыкнул, опустился на одно колено, поднял одеяло и закутал замерзшую испуганную девчонку.

– Не бойся дочка, здесь тебя не обидят, – участливо сказал кастор и улыбнулся.

Шон Бальтодэн подвел девчушку к креслу, усадил ее с ногами, подоткнув одеяло.

– Подытожим, шоны, – произнес кастор, привлекая внимание, – теперь можно предположить, что образование темной энергии появилось в порту в результате телепортации этого ребенка. Я правильно делаю предположение, шон Бальтодэн?

– В самой девочке нет такой мощной магической силы, я четырьмя заклинаниями это подтвердил. Хоть это видно с первого взгляда не только мне, но думаю и всем присутствующим. Здесь все обладают "магическим взором". Думаю, что ее к нам отправил более сильный маг, а эманации подтверждают, что телепорт был создан при помощи тёмной магии. Но предлагаю дождаться кристаллов и внести стандартный учебный массив в разум девочки.

– Но усвоит она его только через три-четыре дня, – возразил шон Негор.

– Конечно, для более обстоятельной беседы потребуется время, – взял слово Фарацельс, – однако простой крестьянский набор слов она должна усвоить довольно быстро, шоны. Остальной массив знаний магистр или я заблокируем на некоторое время.

– Точно, я и забыл о такой возможности, шоны, – глава порта плюхнулся в кресло рядом с девочкой и принялся ее разглядывать.

Дверь распахнулась, на пороге замер стражник-дежурка и вытянул руку с мешком в сторону своего начальника. Сам был весь мокрый и тяжело дышал.

– Чего так долго, Мякон? Заскочил в таверну на кружечку яги? – язвительно прошипел маг порта.

– Я бежал… со всей… растор…опностью, дядя Фар, – между вздохами обиженно ответил парень.

– Хватит цепляться к государственному подчиненному, сейчас он не твой племянник, а служащий в городской страже салага (рядовой) Мякон, – сделал замечание глава магического корпуса и принял мешок у дежурки, – пусть его шон Негор отчитывает, если он провинился.

– А вы, учитель, конечно же не упустите возможность отчитать своего ученика, – улыбаясь своей шпильке в адрес учителя, промямлил "дядя Фар".

– Разрешите? – громко произнес выпрыгнувший из-за дежурки-племянника десятник, – доставил кристаллы по вашему распоряжению, шон командующий.

– Проходи, Цавр, – разрешил начальник порта, назвав десятника по имени, тем самым переходя на неформальное общение.

Карник подошел к мешку с одеждой, принялся по очереди извлекать и демонстрировать ее девчонке. Та смотрела на купца и боялась пошевелиться. Он улыбался и кивал то на штаны, то на рубаху, то на платье.

– Не торопись, шон Карник, она уже согрелась и не дрожит. Проведем сеанс магического внедрения, может, когда ей станет хоть что-то понятно, она перестанет бояться нас. А может и объяснит, что-либо о происшествии в нашем порту.

Фарацельс уже приготовил один из кристаллов, изъятых у десятника, встал рядом с креслом девочки.

– Думаю, ее лучше усыпить на время внедрения, – с ним рядом встал учитель и запустил руну, которая растворилась, едва коснувшись головы ребенка.

Она тут же отрубилась, расслабив мышцы, растеклась по креслу. Ученик кинул руну, та замерла перед девочкой, на нее тут же вторую, поверх третью и так продолжил образовывать настолько сложную вязь из рун, что все кроме магов перестали понимать хоть что-то. Когда ученик закончил, то поднес на открытой ладони кристалл, одновременно напитывая маэной рунный узор. Все молча наблюдали, не отрывая взгляда от диковинного действа. Такими способностями обладали редкие маги. Тонкий лучик ярко-зеленого света из кристалла пронзил руны в центре и уперся в лоб девочки. Так продолжалось некоторое время, в итоге яркость кристалла начала исходить на нет, Фарацельс остановил процесс и быстрым движением сменил кристалл на следующий, немедленно продолжил внедрение дальше. Так повторилось еще три раза. На последнем маг прервался раньше, луч так и не потерял своей яркости. Закрепив результат последней руной, Фарацельс утомленно дошел до кресла, плюхнулся в него и шумно выдохнул.

– Всего пять кристаллов. Видимо из знати девчушка-то, – пробормотал кастор.

– Определенно, какое-то образование она получила, причем схожее с нашим.

– Тогда почему общий язык не знает?

– Может она с островов или земель заморья?

– А что, у них там вполне может орудовать темная братия.

– На континенте Шессель такие же темные последователи, как и на нашем. Там их также преследуют, карают и казнят. А вот по островам бы я рейд устроил.

Карник уже не слушал всеобщий галдеж городских вельмож и присел на пол у кресла, где потихоньку зашевелилась девочка. Он поудобней расположил ее, подозвал к себе десятника, что принес кристаллы. Узнал, что у того бы домашний день, заплатил за услугу серебряной монетой (хватало на вечер в трактире) и отправил за своей служанкой Мартой, наказав ей выезжать на коляске да поскорей. Увидев, что девочка открывает глаза, взял ее на руки, сгреб мешок с одеждой и вышел на набережную. Девочка сначала задрожала, но, когда вышли на свежий воздух под теплое летнее солнце, зажмурилась и уткнулась в плечо купца.

– Ну вот и не надо бояться, – тихо пробормотал Карник.

Ребенок с удивлением посмотрел на него, немного отстранившись.

– Понимаешь?

Девчонка нахмурила брови, соображая, что происходит и кивнула.

—… Карник, – он потыкал себя в грудь пальцем.

– Кха… кахри… – девчонка попыталась повторить.

Мужчина посадил ее на одну из многочисленных лавок. Набережная возле таможенного дома, где принимал сам начальник порта, была уставлена клумбами с различными цветами и заморскими деревьями, через каждые двадцать шагов располагался питьевой фонтанчик с чистой холодной водой и лавочка рядом.

Девочка уже не столько боялась, сколько интересовалась.

– Кар… ник, – повторил купец.

– Кхар… них.

– Карник, – он довольно кивнул и снова ткнул себя пальцем, – имя. Карник.

– Имя. Кар-ник, – она даже немного улыбнулась.

– Имя? – он показал пальцем на девчонку, – имя?

– Мия, – девочка кивнула и ткнула пальцем себе в грудь, – Мия!

– Имя, – он снова ткнул себя, – Карник. Имя? – Показал на нее.

– Имя, – детская ручка похлопала купца по груди, – Кар-ник. Имя, – положила руку себе на грудь, – Мия!

– Я Карник. А ты Мия?

– Знакомы. Мия и Карник, – девочка уже смелее улыбнулась и протянула ему руку.

– Ого! Ты быстро усваиваешь, – пожал маленькую ручку купец.

– Старайся говорить одним-двумя словами, она так быстрее научится, – сзади раздался голос Бальтодэна.

Он протянул девчонке кружку с теплым отваром. Девочка сжалась и снова схватила Карника за руку. Маг поставил кружку рядом с девчонкой, протянул мужчине смоченный в фонтанчике платок. Сделал знак, чтобы тот вытер грязь с лица девочки.

– Друг, – маг положил ладонь себе на грудь, – Баль.

– Знакомы, – купец похлопал себя, – Карник. Друг, – затем похлопал девочку по плечу, – Мия. Друг, – затем похлопал мага по плечу, – Баль. Друг.

– Хороший, хороший, хороший, – Бальтодэн по очереди возложил руку на каждого собеседника и присел рядом.

– Хороший, хороший, хорошая! – поправила его девочка, повторив жесты мага.

– Ты убегала? – спросил маг.

– Да, убегала.

– Тебя обидели? – уже Карник спросил.

– Да.

– Кто? – маг с интересом уставился на ребёнка.

– Злой человек ааэээ… злой, – она растерялась, не найдя слов, обратила взор на Карника.

– Я купец. Он маг, – ответил он ей, – ты девочка.

– Да, я девочка. Ты купишь и продаешь. А он кто?

– Я маг, колдун, чародей, – Бальтодэн кинул руну вверх и показал пальцем, чтобы Мия проследила за происходящим, – смотри, магия!

Она задрала голову, над ними материализовался шар синего цвета, несколько раз изменил цвет и превратился в огромную огненную птицу, которая, помахивая крыльями и кружа над тремя собеседниками, стала подниматься вверх.

– Волшебник! – воскликнула Мия, – ты волшебник!

– Добрый волшебник, – кивнул маг, – ты от кого убегала?

– Он злой, он кидает молнии. Он убил моего друга. Мой друг Сэм, он умер, – в глазах заблестели слезы, – всех убил. Всех в деревне убил. Все умерли. Я и Сэм спрятались. Он нашел. Мы убегали. Он нашел. Убил Сэма. Молния по голове. Сэм умер. Меня тоже. Молния по голове… эээ… я не умерла. Убежала. Поймал меня. Завязал руки. Завязал ноги. Бросил в телегу. Я развязала… убежала. Ночью догнал. Я побежала. Он нашел. Их стало два. Другой сделал круг. Поймал меня. Кинул в круг. Я в воде. Он в воде. Я поплыла. Громко звенит вокруг. Он пропал. Потом тихо и свет. Страшно. Спряталась. Ты нашел. Ты поймал, – вытирая слезы, подсела ближе к Карнику. Он прижал девочку к себе и пригладил ей волосы.

– Ты молодец, ты убежала, – маг положил ладонь на детское плечо, – мы тебя защитим. Мы друзья.

– Карник первый друг, – пролепетала девчонка, – Баль тоже друг. А Карник первый.

– Хорошо, пусть Карник первый, – маг показал ему на подъехавшую коляску с Мартой, – думаю, ей лучше будет пожить у тебя, дружище.

Купец взял одежду, затем поднял девчонку и направился к коляске. По дороге свистнул Шузанне, кобыла радостно заржала, клацнула зубами перед лицом стражника, пытавшегося удержать ее около коновязи, через пять ударов сердца замерла у коляски.

– Вечером загляну, сниму блок Фарацельса с обучающих заклинаний, – топая за купцом, сообщил Бальтодэн, – а сейчас попробую найти того выкидыша дикого жура, который издевался над ребенком. И смотри за ней внимательно, черные ее не смогли убить, судя по ее рассказу. А после того, как не смогли, пытались куда-то доставить. Видимо не умеют телепортами управлять достаточно хорошо и попали к нам.

– Все будет в порядке, Баль, – Карник посадил девочку рядом с Мартой и забрался в коляску сам, – я еще и защиту особняка активирую по полной, как ее пройти ты знаешь, сам устанавливал. Жду вечером, друг.

– Темные могут попытаться найти её, – предостерег маг и произнес напоследок, – Мия. Так эльфы называют цветок Древа Жизни. М-да, забавно.

Коляска понеслась по улицам к дому, а купец думал только о кровати и кружке яги перед продолжением прерванного сна. Такой необычный и такой выматывающий день давно не выпадал из мешка судьбы.

По приезду в дом Карник лично уложил Мию спать в гостевой. Перед этим объяснил, что это его дом, здесь безопасно и здесь все друзья. Добрел до своей кровати, забыв про кружку душистой хмельной яги, уснул прямо в одежде.

Вечером, как обещал, пришёл Бальтодэн, не стал будить ребенка, запустил обучающую магию. Сказал, что скорее всего она проспит пару дней, после этого медленно, но уверенно, начнет нормально общаться. А во время процесса магического обучения нужно почаще давать тот отвар, что он оставил в комнате рядом с кроватью девочки.

Магистр Чуда все же нашел эманации второго портала, по которому ушел маг тьмы. Провел сложнейший ритуал со всеми своими учениками, чтобы определить примерное местоположение, в которое переместился искомый темный.

Бальтодэн был на редкость зол: "Этот выкидыш дикого жура, любящий использовать Тьму для перемещений и малолеток для своих ритуалов, заплатит за свои увлечения!" – прошипел маг.

Еще он поведал, что нашел ближайший к тому месту аванпост королевской магической академии. И отослал им подробный доклад о происшествии с просьбой, чтобы на допросе мага Тьмы коллеги расспросили того о девочке с именем Мия, созвучным названию редкого цветка эльфов.

Купец попросил Марту поспать с девочкой в одной комнате и присмотреть за ней. А сам засел в кабинете продумывать новый план торгового похода к столице.

Проснувшись следующим утром, взял под личный контроль запоздавшие погрузочно-разгрузочные работы. Отпустил прияльщика побыть с семьей до вечера. Матросы, отдохнув лишний день, были довольны, и работа спорилась. Сам же Карник стал готовиться к отплытию и ждать, когда Мия придет в норму, чтобы поговорить с ней и отдать на попечение Бальтодэну.

2. Ведет судьба

Девочка эти дни провалялась в кровати с редкими пробуждениями на питье отвара и туалет.

– Доброе утро, Карник, – девчонка впервые встала с кровати и спустилась из гостевой на завтрак.

Купец отметил, что девочка только кажется малявкой, ее тело уже вовсю формировали женские гормоны. Выглядела она, конечно, мелкой, но с возрастом он явно ошибся, когда увидел ее на причале. Да и не удивительно, тогда на ней были нелепые штаны и огромная мужская рубаха. Зато сейчас, в дорожном костюме, она была похожа на невысокого тощего подростка. Платье она отказалась надевать наотрез, потребовала принести ей свои вещи. Лишь когда Марта раздобыла костюм для верховой езды, принадлежащий племяннице одного из матросов, Мия согласилась в него облачиться. Теперь она сидела напротив, через стол, и выглядела словно ребенок, желающий выглядеть взрослым человеком. Лицо девчонки и ее движения показывали привитые с младенчества манеры. А чистое лицо выглядело очень симпатичным в ореоле торчащих рыжих кудряшек.

– В приличном обществе, к взрослым мужчинам принято обращаться не просто по имени, а уважительно – шон. Например, к хозяину этого гостеприимного дома нужно обращаться – шон Карник. Ну и к остальным мужчинам, с которыми будет общаться наш шон тоже придерживайся подобного обращения, – напутствовала Марта, наливая горячий бодрящий отвар своему любимому работодателю.

– Не думаю, что магия внедрения знаний оставила хоть малейшее место для такой ерунды в разуме бедной девочки, Марта, – приопустив одну бровь покосился он на служанку, – она научится всему постепенно.

– Нет, что вы, шон Карник! А мне очень интересно и нравится уважительное общение между друзьями, – Мия довольно изысканно поглощала утреннюю кашу, запивая ее молоком домашней журы.

– Как ты прекрасно усвоила язык. Ты можешь рассказать, откуда ты переместилась?

– Да, шон. Я жила в городе Тавния, в стране, видимо, по-вашему, в королевстве, но это скорее содружество княжеств, оно так и называется "Коалиция княжеств и баронств".

– Никогда о таком не слышал, видимо это в заморье на континенте Шессель? Наш-то континент я изъездил вдоль и поперек.

– Никогда не слышала о континентах, это большие острова или что?

– Ты знаешь науку о поверхности планеты?

– Да, шон, – она руками изобразила шар и начала объяснять, – поверхность нашей планеты представлена твердой и жидкой средой обитания, жидкая среда это два огромных моря, твердая – кольцом охватывает полюсы, южный – "Низ кольца", северный – "Верх кольца", экватор в двух противоположных местах планеты. Кольцо образовано двумя гигантскими морями, восточное поменьше и западное более крупное, – она отвлеклась от рассказа и обратила внимание на выпученные глаза Карника, – что-то не так?

– Но… но на нашей планете три материка в огромном Многоименном море. Материк – это огромный, очень огромный остров. Их на планете три. Один наш – Часкей, второй – Шессель и третий – Северный материк, там никто не живет, очень холодно. И плыть от одного материка до другого три цикла. А это сто двадцать дней примерно. Пересечь наш материк в самом узком месте два цикла, это восемьдесят дней.

– Ну что ты говоришь, оба наших моря можно пересечь за сто пятьдесят дней, если считать пеший переход по Ингорскому перешейку между морей, а это четыре дня на борсах (борсы – ездовые крупные кошачьи, полтора метра высотой, с густой белой шерстью, магически усовершенствованы).

– Такое ощущение, будто мы говорим о разных картах… о! – он осекся и выпученные глаза чуть не вылезли наружу.

– Ха-аха-ха! Скажешь тоже, шон Карник! Разные карты. Ты что-то путаешь, наверное. Я только в прошлом году закончила изучать малые науки, должна была отправиться в княжество Остбер и продолжить обучение… – глаза девочки мгновенно наполнились слезами, она, уронив ложку, спрятала свое лицо в ладони, – мы с мамой и папой поехали в… этот Остбер и на нас напали… Они нас ограбили и убили папу. Маму и меня посадили в клетку с другими женщинами и девочками. Мы несколько дней ехали на юг, потом мама договорилась с одним из этих убийц, и… он меня стукнул по голове. Когда я очнулась, то была в каком-то доме в небольшой деревне. Меня подобрал Сэм, он кузнец. Он не отпустил меня догонять маму и около цикла (в году три цикла, состоящие из трех частей по сорок дней) присматривал за мной. Потом местные мальчишки рассказали, что всех женщин и девочек приносят в жертву для призыва каких-то демонов. Через несколько дней я попала сюда, убегая от чернокнижника и демонопоклонника. Этот самый демонопоклонник меня и переместил… в этот город.

Она уже не плакала, а купец, не веря своим ушам, слушал и все больше верил, что Мия не обманывает и не тронулась умом, она действительно из другого мира. Купец не мог ошибаться, ведь любая образовательная программа на Маасту, имеет аксиому – другая обитаемая планета может находится только в другом мире.

– Сколько тебе лет?

– Тринадцать, в последней части цикла исполнится четырнадцать. Только в моей стране больше дней в году, чем в вашей, не знаю, почему. Может маг Баль лучше тебя знает, как мне добраться до дома? Там, дома есть старший брат, он уже взрослый и сможет позаботиться обо мне. И я очень скучаю по нему, кроме брата никого не осталось.

Мия не плакала, но в ее глазах мужчина увидел страдание и боль. Еще в детском взгляде был отчетливо виден блеск ненависти и жажда мести.

– К шону Бальтодэну мы отправимся после завтрака. А пока расскажи, какие созвездия ты знаешь, – решил добить свои сомнения купец, – можешь нарисовать парочку?

– Я знаю стрелу, корону, медузу, борса, топор, петля Стогана. Остальные вспомню, когда рассмотрю их в небе.

– Пошли в мой кабинет, там есть доска для чертежей, нарисуешь, что вспомнишь. А сколько дней в году у вас?

– У нас принято считать, что их четыреста тридцать восемь. Но у вас все по-другому. Меня не так учили. Ладно, пошли в кабинет, – грустно согласилась девчонка, – а потом сходим к шону Балю?

– Обязательно сходим. Он как раз занят поисками того гада, который тебя к нам закинул через телепорт.

Как и предполагал купец, ни одного знакомого созвездия Мия не изобразила. Поэтому он быстро собрался и потащил ее в магический корпус. Пошли пешком, было не далеко и хотелось немного подумать. Оставив девчонку наблюдать за тренировками магов через окно третьего этажа, купец зашел в кабинет Бальтодэна, он и не думал, что вынесет из этого разговора. Друг практически сразу согласился с выводами Карника и сказал, что уезжает в первой половине дня на помощь в поимке того самого демонопоклонника. Естественно, он никак не мог присмотреть за Мией и оставлять ее одну тоже запретил. Вызвал своего ученика из боевых магов и отрядил его в телохранители купца и Мии. Выдал им по три защитных артефакта и жутко мощный боевой жезл своему ученику. На этом попрощались и отправились по домам собираться в дорогу.

Карник заново перепланировал торговый поход, отправил каравеллы под командованием обоих своих прияльщиков Жубара и его брата Губара. Обычно они ходили с купцом по очереди, но в этот раз согласились пойти над приялией вместе, без лишних уговоров.

3. Баалор

В конце второго дня пути Баалор нашел первое зеленое растение. Это было дерево. Небольшой высоты и толщиной в пять-шесть обхватов. Из объемного ствола росли небольшие ветви, лишь на самом верху разрослась скудная крона.

Выбившийся из сил путник еле залез на первую, самую низкую ветвь. Дрожащими руками сорвал с нее два одиноких листочка и сунул в пересохший рот. Продолжая подъем к лысеющей кроне, он так и не увлажнил пересохшего рта, то, что было языком, увязало в вяжущей каше из пережеванных листьев, до которых он смог дотянуться. А когда оказался на вершине, чуть не умер от счастья. Дерево оказалось полым внутри и там, в этой полости плескалась вроде как ВОДА. До нее было не достать, а внутренняя часть дерева казалась отполированной изнутри. Ввиду этого обстоятельства он побоялся спуститься внутрь, а ну как останется там навсегда. Баалор оглянулся, вокруг дерева не было НИЧЕГО кроме песка. Лишь одинокая полоска следов его собственных ног тянулась со стороны почти достигшего края пустыни солнца. Немного подумав, снял с себя рубаху и ремень. Извлек из завязок сапогов шнурки и связал все вместе. На конец шнурка привязал рубаху и опустил ее внутрь дерева. Лишь самый край окунулся в воду, а на вид это была именно вода. Приняв устойчивое положение, свесился еще и на целую ладонь ниже опустил ткань в воду. Вытащил свое изобретение назад, едва схватил влажную ткань, немедля ни мгновения выдавил влагу себе в рот. Никаких вкусовых ощущений и утоления жажды он не ощутил. Лишь на четвертый раз, когда к длине двух шнурков и ремня добавил оба оторванных рукава, смог опустить почти всю рубаху по самый ворот. Выжав ее в рот, наконец почувствовал увлажнение и смог пошевелить треснувшим от жажды кончиком языка.

Опуская рубаху вновь и вновь, вспоминал, как брел по пустыне, утопая в этом песке, карабкаясь вверх по барханам и падая с них вниз. Отвратительно сухой постоянный ветер менял только направление и ни разу не стих за все время пути, закидывая песок в рот, нос и глаза.

Теперь-то он будет пить столько, сколько в него влезет и ничто ему не помешает.

Вспомнил, как угодил сюда. Проклятье! Эта мелкая девка! Этот Родан! Этот дубина, не смог ее нормально связать. Видите ли побоялся товар попортить. Вот чернокнижник малохольный! Проклятье! Сам-то тоже хорош, захотел выпендриться и отправить ее телепортом сразу в ледовый замок. Девчонка была ценна, ее без сомнений можно было преподнести лично верховному. Тех, кого не берет темная сила, было очень мало и верховный его обязательно должен был вознаградить. Однако демон, которого всегда вызывал Баалор, не откликнулся на зов. Пришлось самостоятельно выходить на поиски более слабого в астрал, но он смог поймать лишь младшего демона. Этот оказался послабее и гораздо глупее, чем ожидалось. Когда девку уже зажали в клещи и думать не оставалось времени, Баалор сжал медальон в ладони, призвал демона, тот пришел мгновенно. Сразу напитал клубами чернейшей магии круг телепорта. Да так напитал, что Баалор еще в жизни не видел такой концентрированной тьмы, они легко поймали девчонку и зашвырнули ее мелкое тощее тельце в телепорт. Сразу же, только чуть примерившись, следом за ней прыгнул Баалор. Ничего не поняв, вместо ледового замка, оказался под водой. А пока разобрался, где поверхность, а где дно, чуть не утонул. Испугался до помутнения рассудка и сыпал, сыпал заклинаниями и призывами, не разбирая какой призыв нужен, а какое заклинание лучше не вспоминать в данной ситуации. Однако после телепортации, все, что он творил лишь скапливалось внутри него самого. Когда вынырнул на поверхность, вместе с ворвавшимся в легкие воздухом, из Баалора вырвались все накопленные внутри заклинания и призывы. Все, что он вспомнил под водой. Темные заклинания, находясь вместе, образовали невообразимую структуру, смешались в чистую силу Тьмы. Увидев непонятную фиолетовую беспорядочную структуру в небе, демонопоклонник испугался пуще прежнего. Его темной магической силы уже не оставалось, даже ресурсы собственного организма были на грани. Он быстро создал телепорт из остатков силы, подплыл к нему, снова призвал мелкого демона, тот напитал телепорт тьмой и демонопоклонник ввалился в темный круг.

Весь мокрый упал на песок с другой стороны телепорта. Здесь было уже раннее утро, песок еще не успел нагреться, да и воздух тоже был не горячим. Немного отдышался, полежал, собираясь с силами. Когда решил призвать демона, не смог даже самое паршивое призывающее заклинание напитать. И тут до него дошло – перегорел со страху. В нем не работает ни один канал темной силы, он не чувствует ни грана маэны в окружающем мире. Долго дрыгал ногами и колотил руками по песку, скрежетал зубами, орал диким борсом в небо, потом забылся и уснул.

Проснулся с перегоревшими магическими каналами во всем организме! И без капли магии! А на множество перестрелов (Лиг – десять перестрелов. Перестрел – десять сапов. Сап – 30 шагов. Шаг – 0,7 метра) вокруг ни одной живой души. Черный призывающий знал, что каналы начнут восстанавливаться через дюжину-две дней, возможно даже через целый цикл. Но они точно восстановятся. Осмотрелся еще раз, ничего нового, то есть абсолютно ни-че-го. Мысленно сплюнул и пошел в сторону восхода. Мантию призывающих пришлось скинуть, когда пытался выплыть и выжить, тогда же потерял кинжал и амулет демонопоклонников. Призванный вместо знакомого демона молодой житель нижнего мира явно поиздевался над Баалором, забросив сначала в море, затем в пустыню. Демонопоклонник шел, кляня себя за трусость с паникой и демонов за их смертоносные шутки. Но уже ничего невозможно было изменить, только идти, надеясь выжить в этой пустыне.

Теперь же, сидя на ветвях странного дерева посреди пустыни, в который раз высасывал влагу из рубахи и думал, как запасти воду для дальнейшего пути и на ум ничего не приходило. Решил в конце концов заночевать прямо на дереве, где сейчас и сидел, поглощая влагу. Живот ужасно болел и начинало тошнить. Поэтому человек решил привязать себя к ветвям и попытаться уснуть.

Так он провел несколько дней. Сколько точно – два, три или пять, он не знал. Постоянно тошнило, постоянно болел живот, вода с полупереваренными листьями и корой вылетала из него не только через вход, но и через выход организма. Когда он немного привык к такому питанию и почувствовал, что сможет идти, он залил в себя воды как в бурдюк и медленно поплелся к занимающейся заре.

4. Начало пути

Мия очень обрадовалась, когда узнала, что Карник ее не оставит в городе, как планировал на попечении шона Бальтодэна, а возьмет с собой в столицу. Там должны быть сильные и мудрые волшебники, которые смогут помочь ей отправиться домой. Купец не стал ей сразу рассказывать о том, что она из другого мира, оставил на ночной привал, когда будут видны звезды.

Девчонка уверила Карника, что умеет ездить верхом. Ей действительно было не сложно сидеть на коне, ведь дома она носилась на своем борсе по скалам и лесам так резво, что конь казался огромной улиткой. Она легко вскочила в седло и спросила, как управлять. После небольшого заезда сдавила бока пятками и с веселым улюлюканьем пронеслась по улицам во весь опор. Когда вернулась во двор особняка, молодой конь радостно фыркал и перебирал копытами. Мия спрыгнула и посетовала на непонятливость животного и трудности в управлении.

Также оказалось, что малявка стреляет из лука намного лучше самого Карника. Пришлось сводить ее не только за походной одеждой и принадлежностями гигиены, но и в оружейную лавку за луком и к Фарацельсу для магической привязки коня к молодой наезднице.

– Так намного легче ехать на коне, он теперь понимает меня почти как мой Ручеек. Это моего борса так зовут. А почему вы борсов не разводите?

– Увы, я не знаю, кто такие борсы, – ответил ей Фарацельс.

– Это большие кошачьи, у них белая шерсть и высотой они с коня, только крупнее и мощнее. У вас же обычные кошки водятся?

– Обычные водятся, есть еще серки эти размером в три раза меньше коня, серая шерсть, очень распространены на обитаемых континентах ввиду чрезвычайной плодовитости, живут прайдами в любой местности. В степи есть мохнаги, они как раз с коня, но силой с трех, их покрывает рыжая густая длинная шерсть, живут одиночками. А коня сожрать могут вместе с всадником в доспехах. Только на них никак не поездишь, очень агрессивные.

– Нам пора, Мия. Обещаю по дороге рассказать тебе обо всей живности на нашем континенте. Даже о морских обитателях поведать могу немного, – взмолился купец.

– Про морских как раз шон Морт много знает, тот маг, что будет вас сопровождать, – улыбнулся портовый маг, – ну, что ж, ярких звезд и легкой дороги вам.

– И тебе Светлых дней, – ответил Карник и хлопнул мага по плечу.

– Благодарю, шон Фарацельс, Свет с тобой, – по-своему попрощалась Мия, – и еще благодарю за Родика.

– Кого? – не понял маг.

– Это он, – девчушка показала на коня, тот довольно заржал и стукнул копытами о мостовую.

– Во благо, – ответил маг, вошел в башню-маяк и убежал вверх по лестнице.

– Нам пора, дочка… прости, я не хотел…

– Можешь называть меня дочкой, мне приятно, – Мия запрыгнула на Родика, купец последовал примеру, и они двинули к дому, – я своего отца только два раза видела. Первый раз мы ужинали всей семьей, когда он выздоровел в нашем доме после ранения в военном походе, прямо перед его отъездом. Второй раз, когда он умер, защищая нас перед каретой. Он ехал с одной войны на другую и его путь совпадал с нашим, но ехал он впереди своего войска вдали от нашей кареты.

– Мне очень жаль, что тебя пришлось пережить потерю родителей. Я сам рос сиротой.

– Ты мне даже ближе, чем отец теперь, – девчонка действительно смотрела на Карника с уважением, – он со мной лишь парой слов однажды на ужине перекинулся. Зато с братом я часто общалась. Мы охотились вместе, на озеро часто с собой брал меня. И жена у него хорошая, Миката. Она должна уже родить наверно пару десятин назад, срок подходил.

– У меня семьи не было никогда, только Марта да Амболла меня ждут всегда.

– Теперь еще я, пока не уеду домой.

– Да… – задумчиво буркнул Карник.

– Сколько тебе лет, эээ… батя? – весело спросила девчонка, – буду батей звать тебя, раз ты дочкой меня называешь.

– Тридцать семь, доченька, – улыбнулся Карник и соскочил с Шузанны, так как они уже приехали, – в следующем цикле будет тридцать восемь.

Их молча встретил Амболла, принял лошадей и увел в конюшню.

– Правда? А в какой десятине? Какой день? – после того как спешилась и прошла в дом, поинтересовалась Мия.

– Четвертой десятине, третий день.

– Ого! И у меня так же! Здорово, правда?

– Действительно, – купец был озадачен и, сам того не замечая, пытался закончить беседу, – ладно, пошли перекусим и в путь.

После ужина сходили ополоснуться и переодеться, затем встретились во дворе, их уже ждал молодой мужчина в легком кожаном доспехе, который представился Мортом. Похож этот парень был на волка. Выше Карника, жилистый и подвижный. Черные растрепанные волосы, худое заостренное лицо, серые глаза наполнены мудростью не по годам.

Кони и кобылы были запряжены, вьючные нагружены припасами. Все запрыгнули в седла и выехали через ворота. Марта всплакнула, осенила их Светом из ладони, Амболла повторил за ней, только без слез (любой истинно верующий Светлому может призывать Свет на ладони и освящать таким образом различные мероприятия или просто подсветить себе ночью).

Когда выбрались из города через охраняемый пост, маг попросил отдать ему все стрелы и принялся, не прекращая ехать на своем коне, рисовать на них руны и вливать понемногу маэны. Карник рассказывал о предстоящем пути и перечислял, подробно описывая всех животных, птиц, насекомых и гадов, которых они должны встретить во время поездки. Мия, имея феноменальную память, все запоминала, постоянно задавая уточняющие вопросы. Ехали долго, до сумерек, пока не увидели пару костров сбоку дороги.

Оказалось, что это рыбацкая артель, а возвращались рыбаки в Чуд с большой реки Вайтук, где удачно нарыбачили полные живники (магически усовершенствованные ящики для хранения) рыбы и ракушниц.

Мини-караван встал рядом и принялся готовиться к позднему ужину и сну. Но подошедший артак (наниматель) этой артели пригласил их разделить трапезу с ними. Карник не стал отказывать, лишь прихватил мех с ягой и все трое проследовали к костру с огромным чаном, в котором варились раки с пряными травами. Гостям выдали по широкой доске, на которой лежал огромный рак и маленькая плошка с соусом. Также вручили по кружке и разлили принесенную ягу всем, кто был у костра, лишь девочка получила прохладный ягодно-травяной отвар, подслащенный медом.

Пока ужинали, Мия наслушалась рыбацких баек и выучила множество нецензурных выражений, уснула прямо у костра жутко довольной такому жизненному повороту.

Морт перенес юное уставшее тулово на свою стоянку и аккуратно впихнул ее в меховой спальный мешок, сам же улегся неподалеку. Карник вернулся немногим позже и тоже уснул, решив обойтись без всяких дозоров, он знал артака и нескольких рыбаков, потому и не было повода опасаться за имущество и безопасность.

Разбудили их соседи по стоянке. Уж больно громко собирались по утренней зорьке, громыхали посудой и громко хохотали.

Троица умылась, поздоровалась с соседями и разбежалась по кустам. А через полчаши (чаша – девяносто чарок. Чарка – девяносто ударов сердца) уже скакала на северо-восток, в сторону великой Вильниинской пустыни. Мия распросила Карника обо всем пути и узнала многое.

По дороге они должны были остановиться в двух крупных городах – Ёр и Мушог. В Ёре жила сестра Морта, а в Мушоге они должны перехватить собственный караван и уже с ним прибыть в Вильвиль, столицу этого континента-государства. Между Ёром и пустыней проходила высокая горная гряда "Синие клыки". Сам город был расположен в предгорьях на немалой высоте, поэтому там был субтропический климат и густые леса с огромными деревьями. Мушог располагался в сердце пустыни на пересечении трех торговых дорог и был намного богаче столицы. В самом городе было множество красивейших зданий, древнейших учебных заведений и невероятный магический портал "Звездный". Из него можно попасть в несколько крупных городов Часкейского королевства. Еще в столицу Шессельского Эльфийского королевства Нилианополь и в аванпост магической академии, расположенный на северном континенте. Естественно, в сердце пустыни Карник собирался отправиться порталом. Переход через "Синие клыки" считался трудным и чрезвычайно опасным.

Время совсем не тянулось, как бывает в походах, Мия с интересом разглядывала поля и рощи, небольшие деревеньки, запряженных в повозки и пасущихся журов. Два раза к ним пристраивались попутчики и девочка с удовольствием с ними беседовала. От Морта узнала, что эта ночь обещает пройти спокойно, а вот следующая ночевка должна была состояться за пределами княжества Кей, на территории которого располагался Чуд. Там уже не патрулировали отряды князя Кейского, другие князья тоже не претендовали на отрезок дороги протяженностью почти в тысячу лиг с окрестными лесами, а хозяйничали разбойничьи вольницы, постоянно отвоевывая друг у друга небольшие участки дороги, и на каждой границе этих вольниц приходилось оплачивать безопасный проезд. Заканчивалась вольная дорога Ёрским таможенным городком Ялица. По последним известиям шона Карника дорогу разделили четыре сильных главаря и тщательно следили за безопасностью своих гостей, предоставляя комфортабельную стоянку в любом месте, где захочется встать оплатившим проезд путникам. За отдельную плату ставились шатры и готовились такие изысканные блюда, что и в Вильвильском дворце не пробовали. Совсем щедрым путникам можно было посмотреть гладиаторские бои, поучаствовать в оргиях, поохотиться на различных зверей и даже выпущенных в лес приговоренных главарями смертников. Естественно, имея такой разнообразный запас развлечений, разбойничьи отряды на протяжении всего подконтрольного пути не отставали от путников, предлагая свои услуги с невероятной настойчивостью и частотой. Отказаться от такой навязчивости можно было за отдельную плату, практически равной оплате проезда.

Тем временем солнце начало неумолимо приближаться к верхушкам деревьев. Морт беспокойно оглядывал видящиеся впереди полянки на предмет ночной стоянки. А Карник, спокойно покачиваясь в седле, был погружен в воспоминания счастливой молодости, счастливых времен выпуска из королевского учебного центра "Песчаных серков".

Закончив с последним экзаменом позже всех, Карник вышел на парадное крыльцо школы песчаников, именно так называли это заведение в народе, стал осматривать кучки молодых людей, скопившихся у скромного фонтана на небольшой площади.

Молодой человек искал глазами своих товарищей по учебе, чтобы уже вместе отправиться в излюбленный кабак и отметить, как следует, конец изматывающего периода экзаменов.

Однако никаких одногруппников он не увидел, только одна очень симпатичная эльфийка уверенно шагала в его направлении. Она остановилась рядом и стала рассматривать его, молча оценивая.

– Чем-то могу помочь? – приосанился выпускник.

Парень был польщен довольно редким явлением, ведь на человеческого мужчину обратила внимание эльфийка… Естественно он не хотел упустить шанс познакомиться с экзотической красоткой.

– Карник! – утвердительно кивнула ему красавица, – может и поможешь. За мной!

Девушка грациозно развернулась и пошла прочь. Мозг молодого песчаника завис на несколько ударов сердца.

– За …э.. тобой? – стройная фигурка в обтягивающем дорожном костюме удалялась в сторону зеленого квартала, где и проживали эльфы, приезжающие в столицу, – я уже иду! Или бегу…

– Пошустрей, салага!

– Кто ты такая? – несколькими огромными прыжками Карник сократил дистанцию до разговорной, – имя есть?

– Аэльфеаль. Запомнишь? – она скептически вскинула бровь, повернувшись к парню.

– Зачем? – улыбнулся Карник, – буду звать тебя Фея!

В тот вечер он попал в одно из убежищ клана Дракона, где состоялась первая и решающая его судьбу беседа со старшим Драконом. После недолгих раздумий свежеиспеченный выпускник согласился на новое обучение. Он не верил своей удаче, когда узнал, с кем ему придется служить. О вступлении в этот клан только шептались его друзья по учебе, а когда он узнал, кто станет наставником, его улыбка сдвинула уши на затылок. С таким выражением лица его и встретил новый учитель – Аэльфеаль. От души посмеявшись неуместному счастью свежего салаги, эльфийка поведала ему, что о прошедших спокойных временах в "песочнице" он может забыть. После чего без всяких условностей взяла его под руку, как обычная знакомая девушка, повела его по эльфийским дорожкам зеленого квартала. Предвкушая скорые муки подопечного, наставница знакомила его с новым расписанием на следующие дни и злорадно поглядывала на его счастливое лицо. Однако парень не обращал внимания на соркастические подколки и насмешливый взгляд эльфийки. В тот вечер он понял, что навеки потерял весь смысл жизни без этой рыжеволосой эльфийки с бездонными зелеными глазами.

За полгода обучения всем премудростям он стал новым молодым драконом, как он тогда считал, равным своей возлюбленной. Это его воодушевило на новые попытки покорить сердце девушки.

Только подступившая ночь и попавшаяся подходящая полянка в стороне от дороги прервала эти сладкие воспоминания. Карник, как самый опытный путешественник среди участников этого каравана, состоящего из девочки-подростка и городского мага, объявил привал на ночевку и отправил мага за дровами. Мия получила задание по устройству стоянки. Сам великий путешественник тщательно осмотрел коней и кобыл, расседлал и разгрузил их всех, стреножил, отведя к высокой сочной траве. Вернувшийся маг укладывал принесенные при помощи магии ветки и сухие деревья в стороне от места определенного Мией для ночлега.

– Ты зачем пять деревьев припер, шон Морт? – удивился Карник такой исполнительности.

– Так может кому после нас пригодится, не все же магии обучены, – обламывая ветки для костра, пояснил заботливый маг.

– А ты можешь научить магии меня? Заезжие волшебники говорили, что у меня есть небольшие зачатки к этому, – Мия, скинув сапоги, лежала на животе, подперев голову руками, и болтала тощими ножками.

– После ужина начну учить – пообещал Морт – меня и учитель просил помочь тебе с этим.

– Тогда по-быстрому разводим костер и ставим воду, а пока ужинаем свежими пирогами от Марты и зеленью, – Карник извлек из переметной сумки три ларца и сверток зелени, – в ларцах по два пирога, можно пока отвар не приготовится, нам с шоном Мортом запивать ягой, а тебе придется воду попить.

– Не придется, – Морт подмигнул девчонке, – достань из моей маленькой сумки флягу, Мия, там компот из сушеных ягод живолиста. Тебе должно понравиться.

– Как же ты эти ягоды раздобыл? Живолист ведь только в диких землях растет, – удивился купец.

– Не только у шона Карника есть друзья в свободных племенах, – засветился, улыбаясь, маг, – иногда товарные телепорты устраиваем с другом, а с той стороны наш аванпост имеется.

– Понятненько, наверно орки вокруг него уже рынок организовали? А сам, без друга не сможешь организовать такой транс-телепорт?

– Смогу, но много не передам, меня хватает на пару порций не больше. (Порция – пять мер. Мера – пять унт. Унта – пять рис. Риса – пять монет. Монета 16 грамм).

– Пирог даже горячий еще? О, с капустой! Это я люблю, – Мия слушала их внимательно, однако не забывала утолять голод и бесцеремонно перебивать старших в это время, – шон Морт, я такой напиток никогда не пробовала. Он будто мятный, но не противно, как от лечебной мяты и кисленький, и сладкий немного. Это… это так вкусно! Жалко, что фляжечка малюсенькая.

– Компот из этих ягод, собранных в правильный период созревания, обостряет восприятие всех органов чувств и усиливает ощущение течений силы в самом организме, – поучительно воздел палец вверх сильнейший маг этого маленького каравана, – так что после ужина займешься изучением собственного организма. А фляжечка, хоть и малюсенькая, но с подпространственным карманом, пей сколько захочется, там около трех порций этого компота, я его туда всю первую половину утра наливал через это тонкое горлышко.

– Каким, каким карманом? – девчушка задрала одну бровь, опустив другую и уставилась на мага, выпятив скривленные губешки.

Тот не выдержал взгляд такой умильной моськи и заржал, чем привлек внимание купца. И Карник проследив за его взглядом, тоже немного похохотал.

– А я-то думала, что с серьезными людьми путешествую… шон Морт, три порции это много?

– Если этот котелок наполнять, то раз семь-восемь получится, – отсмеявшись, пояснил вместо мага Карник.

– Здорово! – Мия немедленно отвинтила крышку и сделала пару больших глотков, – все равно поберегу, очень уж вкусно. Да и не одна я все-таки. А транс-телепорт – это как?

– Обычным телепортом можно переместить человека на короткое расстояние, самый сильный маг может около четырёх-пяти лиг осилить для пары человек. Средний маг может на две лиги перебросить тоже количество человек. Есть телепортационные порталы, соединяются они астральными арками, – маг пустился в подробности, – которые построены из специальных материалов и покрыты множеством рун, такие могут перебрасывать сколько угодно людей и грузов лишь определенное время, но на любые расстояния в этом мире, обычно пяти чарок хватает для любых целей. Есть транспортные телепорты, они передают только неживое. Например, мешок ягоды, могут передать кусок свежего мяса, да хоть человека, но мертвого. Эти транс-телепорты требуют меньше магических сил, их может создавать даже ученик. Чем сильнее маг, тем дальше может перемещать нужные ему предметы. Для любого телепорта нужны координаты астральной привязки, этому учат на первом году обучения в любой школе магии. Понятно объяснил?

– Да вроде не сложно. Спасибо, Морт.

Когда все подкрепились и попили горячего отвара, разлеглись вокруг костра. Карник объяснил систему мер и весов, принятую на всей Маасту, а заодно напомнил временные нормы. Морт объяснил, как нужно настроиться на ощущения внутри себя. Мия слушала очень внимательно и честно пыталась все сделать, как ей говорили. Карник же умел это делать с детства, потому слушать про азы магии не стал, а собрал накопленную маэну в один сгусток и стал с силой продавливать ее по магическим каналам. Такое упражнение позволяло медленным и безболезненным способом развить свой источник магии. Девочка же лежала на спальном мешке и пыталась почувствовать хоть что-то в своем теле и ничего не получалось. Она упорно этим занималась почти до первой половины ночи и наконец прекратила попытки. Встала, немного размялась и села возле Карника.

– Мне нужно сказать тебе плохую новость, Мия, – не глядя на нее, молвил купец, – запомни дочка, я тебя не брошу. Никогда.

– Ты пугаешь таким началом разговора, батя, – попыталась отшутиться девочка, – говори уже.

– Посмотри на звезды и найди хоть одно знакомое созвездие, – сказал и сам уставился на россыпь сияющих в небе самоцветов.

– Не понимаю, здесь должна быть звезда Низ кольца, и от нее расходится Пояс Стогана, а чуть левее должна быть Стрела… ее нет… нету. Эээ… шон Карник, не видно мне ни одного созвездия. В чем дело? Что это значит?

– Теперь вглядись в Салиту, раньше ты ее разглядывала? Она такая же была?

– Да она почти в два раза больше! Ого! И не видно двух колодцев на ней! Это не наша Шейна! Это другая! Ты мне голову морочишь?! – Мия со злостью уставилась в глаза Карнику, – шутки такие? Или что это значит? Иллюзии?

– Это значит, что в этом мире нет тех звезд и той Шейны, которые ты помнишь дочка. Ты в моем, другом мире, это совсем другая планета, другое солнце освещает тебе путь и другой спутник создает приливы в морях. Тот демонопоклонник закинул тебя в наш мир и это – мир Маасту.

– Как он так смог? Я не смогу вернуться к брату? – девочка не стала истерить и плакать, наоборот глаза выражали решимость, – А этого жителя подхвостых отверстий можно найти? Может он сможет меня домой перенести, если ему кой-чего оторвать?

– Если ты про демонопоклонника говоришь, то его скоро найдет шон Бальтодэн, он уже наверно с отрядом магов рыщет по пустыне в его поисках, – вмешался Морт.

– Значит, он тоже здесь. Значит, он меня сюда зачем-то отправил и не вернулся в мой мир, а остался здесь. Зачем ему так поступать? Что ему от меня нужно?

– Да Хозен его поймет, он же марионетка брохов, то есть демонов, по-твоему. Нам с Балем кажется, что эти брохи затеяли какие-то игры в нашем мире.

– Но почему он забрал меня с собой? Я же обычная девочка… Может для телепорта в этот мир нужна именно девочка, а тут попалась я?

– Этого мы не знаем, но знаем, что ты не совсем обычная девочка. Один из них пытался тебя убить темной магией и не смог. Ты сама рассказала это. Помнишь?

– Да, точно! Он кинул серую такую молнию в Сэма и сразу в меня. Сэм обгорел по пояс и умер, а я нет. Но он точно в меня попал! Когда я убегала, он еще по мне попадал, было больно, но я терпела и бежала дальше. Потом поймал меня и связал. Пока ехали куда-то, я снова убежала и спряталась до темноты, а как стемнело, он пришел с другим, тот был главнее и командовал первым, кричал на него. Он такой страшный был и злой. Ну и поймали они меня, бросили в блестящий чернотой круг. Я так ничего и не поняла. Дальше вы знаете.

– Тогда тебе стоит как можно скорее обучиться азам магии, – Морт потрепал ее волосы, – каждое свободное мгновение пытайся найти свою суть, силу, потоки магии. Когда хоть что-то почувствуешь, сразу рассказывай нам, а мы постараемся направить твои мысли к твоему источнику магической силы.

– Можно попробовать после столицы свозить ее к шаманам свободного народа, – Карник встал и направился к своему спальнику, – и я рад, что ты не испугалась, когда все поняла. Мы придумаем, как тебе помочь. Давайте спать, друзья.

Следующий день прошел аналогично предыдущему, только попутчиков не было совсем. Мия добросовестно искала в себе что-то похожее на магию, постоянно озвучивала свои ощущения. И к вечеру вроде бы что-то где-то, наверное, почувствовала, или ей просто так показалось. Маг посоветовал не обращать внимания на все окружающее и сосредоточиться на этом новом ощущении. Долго сосредотачиваться не удалось, через перестрелов двадцать появилась застава на дороге.

5. Вольная дорога

– Добрый вечер, гости дорогие! – выскочил из небольшого домика невысокий пухлый дядечка с широкой улыбкой, – добро пожаловать на нашу веселую дорогу! К вашим услугам имеется множество развлечений. Как изволите оплатить проезд?

– Проезд без сопровождения и любых дополнительных услуг, – ответил купец, – как платных, так и бесплатных.

– Изволите пройти в таможенный дом? Или пригласить таможенного представителя сюда?

– Пошли в караулку, – Карник спрыгнул с Шузанны, – а вы посидите на том бревне. И чтоб за границу на полстопы не заступать! Я серьезно. Ясно?

– Да, шон главнокомандующий! – Мия со строгим лицом приложила к груди кулак и склонила голову.

– Да, шон главнокомандующий! – подхватил шутку Морт, повторяя движения.

– Балагурки, – пробормотал купец и пошел в деревянный домик у дороги.

Присели на указанное бревно только после того, как отвели лошадей к ручейку, что журчал вдоль дороги.

Девочка повертела головой и увидела дикую яблоню с малюсенькими золотистыми яблочками. Поинтересовалась у мага об их съедобности и нахождении дерева с разрешенной стороны границы. И получив одобрение, пошла их собирать. Набрав полную конскую поилку (кожаное складное ведро), принялась кормить заводных лошадей, Родика, Шузанну и Мута (так звали коня мага). Карник вышел как раз, когда закончилось лошадиное угощение. Сказал, что все в порядке и запрыгнул в седло. Спутники последовали его примеру и проскакали за поднятый шлагбаум, увешанный цветастыми вывесками с описанием платных развлечений.

Проскакали много лиг на приличной скорости, поэтому все немного устали. Купец так уверенно задавал ритм, видимо знал, где остановиться и его никто не отрывал от собственных мыслей, спутники погрузились в свои думы. Во вторую половину вечера добрались до какой-то поляны и свернули с дороги.

Только успели расседлать четвероногих помощников и запалить костер, как со встречного направления послышался стук копыт. Вскоре появились и сами копытные с всадниками. Два огромных орка скакали на жеребцах намного массивней, чем Мут, а он был выше, шире и мускулистей, чем Родик с Шузанной. Девочка завороженно смотрела, как они приближаются, ведь она впервые увидела живых орков. Мощные, высокие, с двумя клыками, торчащими из нижней челюсти, и грубой зелено-коричневой кожей. Голова в нижней части больше верхней в два раза. Черепушка покрыта короткими жесткими волосами, как на лошадиной гриве.

– Свежего ветра, путники, – громогласно грохнул один из орков.

– Добрых духов, путники, – поддержал грохочущим голосом второй, – кем являетесь и куда путь держите?

– Вольной степи, воины, – произнес Карник и расстегнув верхние застежки ворота, показал татуировку парящего орла.

– Свет с вами, – тихо сказала Мия.

– Светлой благости, воины, – серьезно произнес маг, скрестив запястья и немного склонив голову.

– Ты случайно не купец Карник? – разглядев татуировку клана орлов, спросил второй орк и обнажил свой знак клана на аналогичном месте, им оказался снежный серк.

– Он самый, – купец поднялся и шагнул навстречу оркам.

– Я Донту, это мой сын Диро, – оба огромных воина спешились и подошли к Карнику, – рад встрече, брат!

– Давно хотел тебя встретить, брат, – сказал Диро и сграбастал купца ручищами, сжимая в дружеских объятьях, начиная ритуальное приветствие родственных орков.

Оба похлопали друг друга по спине, приподнимая по очереди, затем процедуру пришлось повторить и с Донту. Хотя, приподнимая орков, купец и выглядел нелепо, но сделал это не особенно напрягаясь, словно муравей поднимал осу.

– Рад, вам, братья! Знакомьтесь, это мои спутники, маг-воин Морт и моя приемная дочь Мия.

– Диро, скачи назад и скажи княжне, что путь безопасен, маг не ошибался, – сам же отец сел, скрестив ноги, – так куда ты направляешь свою лошадь, брат?

– В столицу, брат. Дела торговые, – протянул ему ларец с пирогами, – угощайся, сейчас дочка нальет попить.

– Душевно, – вскрывая печать на ларце, достал пирог, казавшийся небольшим пирожком в его лапище, – дочка пекла?

– Нет, моя гулинэ (кормилица на орочьем), Марта. Она без дюжины таких ларцов меня не отпускала еще ни разу, – купец светился, будто встретил старых знакомых, а не познакомился с орками только что.

– Прошу, шон Донту, – Мия протянула самую глубокую миску, которую нашла, орк взял ее аккуратно.

Девочка хотела налить ему яги из меха, но Карник остановил ее жестом. Маг протянул ей свою фляжку, а орк, заметив ее размер, скептически сдвинул брови. Но эти брови поползли вверх, когда глубокая миска большим объемом наполнилась прохладным и ароматным напитком до краев.

– Душевно, дочка, – он с удовольствием отпил половину и блаженно закрыл глаза, – откуда живика?

– Из одного западного ущелья, Донту. Готовила моя матушка, – ответил маг.

– Передавай мое глубочайшее уважение ее кухонному колдовству. А ты, дочка не зови орков на ваш манер шонами, нам это без надобности. Тем более ты семья, – и опрокинул в рот остатки компота.

– Благодарна за науку, Донту. Я этого не знала, – многозначительно посмотрела на Карника, – мой батя не все мне рассказывает.

– Кого вы сопровождаете, брат? – Карник наполнил две кружки ягой и протянул одну Морту.

– С князем Ёрским заключил сделку тан Ханударс (вождь Ханударс – именно его сына спас Карник). В результате две дюжины снежных серков перешли под его командование на время договора. Нас с сыном отрядили сопроводить княжну в Кей, у них там политика какая-то, Диро знает больше, а мне плевать.

– Я так понимаю, вы пройдете мимо, брат? – Карник кивком попросил Мию наполнить кружку орка снова.

– Душевно, Мия, – кивнул он девочке, – да брат, княжна спешит, а дорога долгая.

Орк дожевал второй пирог и допил компот. Хлопнул себя по груди, поклонился каждому и встал.

– Ты уже уходишь, Донту? – Мия удивилась, – разве эта княжна не здесь будет проезжать?

– Конечно проедет здесь, но они уже близко и мне пора прощаться. Честная служба – мой долг клану, кому бы не пришлось служить при этом. Проводи меня до коня, дочка.

– Конечно, Донту, с радостью, – она пошла с орком к огромному коню, с любопытством рассматривая огромного скакуна, тугие мышцы играли на его мощном стане, пока он беспокойно перебирал копытами.

– Ты примешь мой дар? – он ловко извлек из переметной сумки сверток и развернул, – тебе должны быть по руке.

– Ох! Конечно, приму! Обожаю подарочки! А как их одеть? – Мия уставилась на два странных наплечника, – ты покажешь?

– Конечно, Мия, – орк улыбнулся, показав все свои зубы и обнажив клыки полностью, если бы не веселый взгляд, можно было подумать, что он сейчас ногу ей откусит, – так, это вроде правый, повернись. Вот так, ага, точно! А этот на другую руку. Молодец!

– Понятно, Донту, я сама застегну, у тебя пальцы огромные и не подходящие. Видишь, вот так!

– Теперь положи руки вот сюда, – орк помог правильно расположить руки на нижней половине доспехов, – так удобно?

– Ага, вроде удобно.

– Теперь подумай о ком-то плохом, прям с ненавистью подумай и дергай вот эти штуки.

– Эти? – девочка нащупала выступающие продолговатые прямоугольники, орк кивнул, – плохого говоришь? С ненавистью…

Она представила мерзкую рожу чернокнижника, вспомнила, как он убил Сэма, ненависть мгновенно взбудоражила юную путешественницу. Стиснула прямоугольные ручки и с силой рванула вниз, они тут же отделились от наплечников и превратились в удобные рукояти длинных кинжалов в локоть длинной и матовыми темно-серыми лезвиями.

– Ни-че-го себе! Мохнаги нетраханые! – глаза Мии округлились и рассматривали кинжалы, – вот это спасибо, Донту. Я сейчас как серк перед случкой! И видимо совсем не контролирую свою речь.

Оторвав взгляд от клинков, девчонка уставилась теперь на согнутого пополам орка. Он беззвучно дергался в приступах смеха и вытирал слезы на глазах. Ведь когда орки смеялись от души, они сильно вываливали свой язык так, что он свисал между клыков. Девчонка этого не знала и видела впервые. Поэтому, глядя на такого нелепого орка, тоже засмеялась в голос. На смех подошли спутники и даже обернулись кони с кобылами. Морт и Карник тихо хихикали, глядя как Донту пытается остановить свой смех.

– Вы чего? – купец переводил взгляд с Донту на девочку и обратно, – нам бы тоже рассказали, посмеялись бы вместе.

– Прости, батя, момент упущен. Смотри, что мне подарил дядя Донту, – она не без гордости протянула один кинжал купцу, другой магу, – такие красивые…

Купец и маг некоторое время разглядывали клинки и щупали наплечники на ней.

– Они не только красивые, они из гномской сумрачной стали и еще со старинными рунами, – ученик Бальтодэна завороженно осматривал кинжал.

– Да, это работа мастера Лорта-механика. Я прав, брат? – Карник посмотрел на орка.

– Совершенно прав, брат. Мне приятно порадовать твою дочь. А продать их у меня бы кошель не развязался. Пусть служат на благо твоему ребенку, брат. Ох и озорная девица будет, я тебе соболезную, хах. Но и завидую.

– Я очень сильно порадовалась и до сих пор рада и еще долго буду радоваться. И тебя никогда не забуду, дядя Донту!

– Ну и слава вольным духам. Прощайте, други! – он взлетел в седло, словно не весил под две дюжины порций, и направился к дороге, еще мгновение и орочий всадник растворился во тьме.

Через несколько мгновений по дороге пронеслась карета в сопровождении нескольких рыцарей и одного орка, который крикнул "хай-йя!" и улетел вперед, догоняя отца.

– Ну вот, как их теперь назад впихнуть? – Мия растерянно примерила кинжал, явно в четыре раза длинней, чем обозначенные узором ножны на плече, – наверно тоже с твоими "про-сранными" карманами.

– Дай-ка, гляну, – маг взял клинок и прислонил острие к узору, – смотри, ты должна это делать так, видишь, вот сюда прикладывай и как в обычные ножны засовывай.

– Давай сюда, так что ли? Не получается!

– Так ты не привязала доспех к себе?

– Не знаю, а как привязывать?

– Уколи себя лезвием, чтобы кровь появилась и нанеси ее на кинжал, только пошли к костру.

– Это можно, – Мия подошла к спальнику и остановилась, слегка ткнула себя в ладонь, появившейся кровью мазанула по кинжалу, вытерла о наплечник. Кровь сразу впиталась в металл, а рана зачесалась и затянулась.

– Попробуй снова, – с азартом сказал маг.

– Ох ты ж! Зайкины яйки! – девочка с восхищением посмотрела на наплечник, из него торчала рукоять кинжала, плотно прижатая к доспеху, отобрала у Карника второй кинжал и проделала ту же операцию еще раз, – так рукоятки похожи на узоры, даже и не понять, что там кинжалы. Я обожаю волшебство! Надо скорее научиться и тогда они у меня вот где все будут, – девочка сунула свой мелкий кулачок под нос магу.

– Кто эти они? – Морт взял ее за плечо и усадил рядом.

– Как кто? Чернокнижники и демонопоклонники. Там еще демонологи есть, рыцари тьмы, князья тьмы и еще какие-то выкидыши тьмы. Всех к ногтю! Как клопов! Но первый, это тот, который меня сюда телепортировал.

– Молодец! Мне нравится твой решительный настрой, но, пожалуй, зря мы ужинали у рыбацкого костра, – Карник обнял Мию за плечи, – не злишься на меня за то, что дочкой назвал?

– Ну, раз надо было, то я не против. Просто не видела острой необходимости, – девчонка заглянула в глаза купцу, – если только ты сам этого хотел…эээ… батя? Расскажешь? – Мия присела рядом и толкнула Карника плечом, – расскажи уже что-нибудь о себе. Где ты учился, например?

– Учился я, как ни странно, совсем не торговым наукам. Купечество было неплохим прикрытием для настоящей работы в королевской гвардии. Это сейчас я обычный купец, – он хитро подмигнул девчонке и улыбнулся, – почти…

Карник поведал Мие и подсевшему Морту историю своего знакомства с Аэльфеаль, опустив ненужные детали, которые в основном были связаны с тем, что он состоит в клане Дракона. Древний клан не состоял на службе ни у королевства Часкей, ни у одного из родов эльфийского Шесселя, но был образован именно ими. Драконы, так называли этих клановцев, успешно истребляли силы тьмы в этом мире вот уже на протяжении семи столетий.

Девчонка и маг слушали не перебивая, история оказалась невероятно романтичной, да и Карник был прекрасным повествователем…

– Конечно, первое время я постоянно получал лещей от Феи за все мои попытки добиться ее как женщины, – купец поправлял веточкой на песке одному ему понятные узоры, улыбаясь воспоминаниям, – но вскоре после получения мной равного ей звания, она сдалась. Нашему начальству понравилось, как мы выполнили тестовое задание, и они оставили Фею уже в качестве моего напарника. Это произошло на четвертом задании, точнее после его выполнения. Мы возвращались в столицу через Дригольс и… в общем мы провели одиннадцать прекрасных дней и ночей в гномской столице.

– Сколько вы были вместе? – осторожно спросила Мия, видя с каким трепетом и сожалением купец вспоминает эти события.

– Четыре года с небольшим – лицо мужчины из задумчиво-сожалеющего превратилось в каменную маску – ее убили на тысячу пятьсот четвертый день нашего знакомства. Она была на четвертом месяце.

– О! Свет! Как же это ужасно! – глаза девочки заблестели, от этого пламя костра отразилось в них слишком ярко – как же мне неприятно это слышать!

Морт слушал молча, он был немного наслышан об этой истории. Пару лет назад Карник вызвал на дуэль действующего начальника городской охраны Чуда и отрубил тому ногу в первые мгновения их схватки. Весь спор крутился вокруг эльфиек и их интимных связях с людьми. Уже позже, он объяснил свой зверский поступок Бальтодэну за кружкой яги, рассказав вкратце эту историю.

– После выполнения того задания мы хотели поехать в Шессель к дереву ее рода, там бы она родила нашу прекрасную дочь – Карник взглянул на девочку, своими отражающими огромную дыру в его душе глазами – теперь это пережито – вздох после сказаного говорил об обратном – мстить за это уже некому. Всех отправил обратно Хозену. Только вот дочка сейчас была бы примерно одного возраста с тобой.

– Теперь понимаю, – Мия взяла в руки сжатый кулак купца, тот слегка дернулся, но все же расслабил руку – и принимаю твое предложение.

Баалор.

Второй день перевалил за вторую половину и солнце, уже долгое время, светило не в глаза, а в затылок. Механически переставляя ноги, поклонник Тьмы отрешился от действительности и погрузился в воспоминания. Вспоминал, как был еще учеником волшебника в старом городишке. Как нашел у него в библиотеке скрытую комнату с книгой Тьмы и еще кое-какой запрещенной литературой. Еще много чего вспоминал, но всегда мысли скатывались к мелкой сучке, из-за которой началась эта беда, и к неудачнику чернокнижнику. Хотя из них двоих именно его Баалора стоит считать настоящим неудачником. Ведь тот малохольный сейчас небось разворотил очередную деревню и перетрахал там всех баб, которые ему понравились, теперь сидит в комфорте и пьет вкуснейшее из награбленного вино. Ах, только бы вернуть силу поскорей, он ему такое устроит и эту мелкую сучку наконец-то найдет и прибьет. Будет издеваться над ней медленно и кроваво. Выпытает имена всех близких и их тоже запытает насмерть. Наслаждаясь воображаемыми издевательствами над теми, кому мечтает отомстить, бедолага брел и брел по нескончаемому песку пустыни.

К концу второй ночи снова появилось дерево. Сначала это была просто точка на песке в стороне от осветившего далекое небо, но еще прячущегося за горизонтом солнца. Однако полуживой бродяга сразу понял, что это и подкорректировал направление, вскоре точка превратилась в мелкое далекое дерево.

Да-да! Дерево! Оно отличалось от предыдущего не только внешне, но и компанией из трех всадников и небольшой крытой кареты с кучером. Один поил коней, другой что-то готовил на походной жаровне, а кучер с третьим всадником ковырялись в карете.

У Баалора не было никакого выбора, он снова умирал от жажды. Добираясь до дерева, он периодически поднимался и падал, пытался позвать людей на помощь, но изо рта слышался только хрип да шипение. А люди у дерева словно не видели, не слышали его и не спешили ему помогать. Трое в широких белых штанах и туниках подошли к нему только тогда, когда он присел на задницу, облокотившись на ствол дерева.

Говорили между собой на незнакомом языке и наконец один из них соизволил отстегнуть от пояса флягу и влить ему в рот немного воды. Баалор вцепился в емкость костлявыми пальцами и с жадностью осушил ее в одно мгновение. После этого, задыхаясь, потерял сознание.

– Я же говорил, что он сам дойдет, – проворчал старый маг в белой одежде и сферой магического фильтра вокруг головы, – и он таки дошел.

– Шон Кильпер, в твоей компетентности никто не сомневался. Однако спор есть спор, твой ученик проиграл и теперь побежит целый десяток лиг босиком за каретой, – Бальтодэн толкнул бессознательное тело ногой в бок, и оно перекатилось на носилки, которые уже принес ученик Кильпера.

Рядом с деревом слегка дымились угли в маленькой жаровне. Пенепяк постоянно отвлекался на сочные кусочки мяса, переворачивая их при помощи своей магии.

– Мартуз, прошу, помоги погрузить это недоразумение к тебе в каталажку, – произнес тот же ученик, самый молодой из всех присутствующих.

– Да, шон Пенепяк, уже все готово, осталось только посадить его в кресло, – кучер тюремной кареты поспешил к носилкам.

Вдвоем они отнесли арестанта к повозке, потом затащили его внутрь и усадили в одно из четырех кресел. Пенепяк открутил крышку с фляги и облил голову пойманного преступника. Затем соорудил невообразимый узор из рун, достал горсть кристаллов и приступил к внедрению учебного массива.

– Надеюсь, он сможет разговаривать к нашему возвращению, – ворчал Кильпер, поворачиваясь к Бальтодэну, – а этот столичный выскочка, провозгласивший себя главой академии, не станет задерживаться ни на одно лишнее мгновение. Уж я-то его знаю еще по академии.

– Да, мне тоже не особо нравится Хесус, однако без него мы не сможем убедить короля, что дело серьезное, – Бальтодэн перевел взгляд на подошедшего молодого мага, – сколько кристаллов понадобилось?

– На третьем я остановился, думаю, поговорить сможет, не впихивать же в него весь массив обучения. А насчет короля… мне кажется, что мы и без эльфов можем справиться, – ответил ученик Кильпера, – зачем убеждать его высочество идти на невыгодное соглашение с ними из-за такого несложного дела, а шоны?

– Не стоит недооценивать посланника Тьмы, мы обозначим сложность этого дела и степень угрозы только после допроса, шон Пенепяк, – Бальтодэн смотрел на молодого со злорадным предвкушением, уже представляя его бегущим босыми ногами по раскаленному песку, и двух седовласых магов, покатывающихся со смеху, скачущих за ним на конях.

– Действительно, ученик, пока ведь еще не решено, как мы поступим. Мы обсуждаем лишь самый худший вариант развития ситуации. А у тебя все готово?

– Конечно, можете располагаться, уже постелил кошму в тени дерева. Присаживайтесь. Сейчас подам свое знаменитое мясо, которое мечтал приготовить весь последний курс. А какое вино я к нему приберег! Уже пару лет его храню для подобного случая.

– И не думай, что после твоих кулинарных подвигов я прощу тебе спор, мальчишка, – делано злым взглядом смерил его маг Чуда.

– Говорила же кормилица "не спорь со старшими", чего не послушал-то, – Пенепяк бормоча отправился за вином.

Карник, Мия, Морт.

Всю вольную дорогу ехали без обещанного балагана, Карник не пожалел денег на проезд без дополнительных услуг. До самой Ялицы они доскакали без приключений за семь дней.

Маг навязывал девочке вечные поиски магических сил на протяжении всего пути, пока она ехала верхом. Появилось еще одно постоянное занятие, которое стало сюрпризом от купца уже на следующее утро после знакомства с дядей Донту.

На следующее утро после официального обретения Мией самопровозглашенного отца по оркским обычаям, разбудили ее холодной водой в лицо и оба спутника заявили, что с сегодняшнего дня начинаются тренировки с кинжалами и гимнастика три раза в день. Морт выстругал деревянные копии ее кинжалов, себе двуручный меч и саблю с кинжалом Карнику. Все тренировочное оружие было скопировано с того, что они носили при себе постоянно. Не забыл наложить руны на все деревянные изделия, чтоб это все не сломалось и не пришлось его изготавливать снова. Сначала два заботливых садиста гоняли ее по лесу, изображая побег от превосходящего противника по пересеченной местности. Затем заставили растянуть свои мышцы и сухожилия во всех вообразимых и совершенно невообразимых позах. Потом дали выпить большую кружку живики и приступили к избиению ребенка по очереди.

Полноценного избиения, конечно, не получилось, девочку неплохо тренировали в родном поместье. Брат нанимал для нее старого учителя по фехтованию, но она училась орудовать одним тонким прямым мечом. За пару циклов до отъезда на учебу, учитель предложил использовать кинжал вместе с мечом, после побега от демонологов она каждый вечер упражнялась с Сэмом. Еще девочка постоянно помогала ему в кузне, поэтому имела неплохую физическую подготовку, хотя на вид была очень худенькой.

Как следствие, в начале первого спарринга она настучала Морту по бокам и разок заехала по горлу, да так, что бедолага долго откашливался, а дальше спарринговать и вовсе отказался. Карник оказался намного шустрее и опытнее. В начале он показывал грязные приемы, останавливал бой и тщательно объяснял, как провести такой прием, как уйти или блокировать его. Потом отрабатывали классический бой или, как называл это Морт, – академическая рубка.

На все это действо уходило по чаше (4 чаши составляют одно время суток – утро, вечер, ночь, или день, в чаше 90 чарок, это 90 ударов сердца = 1 минута) перед сном и после пробуждения, лишь на дневной остановке она отделывалась непродолжительной гимнастикой. После перекуса она обливала Родика водой, затем протирала пучком сухой травы и наблюдала, как батя учит Морта грязным приемам. Уж очень ему этого не хватало в арсенале боевого мага. А девочка смотрела со стороны, запоминала и анализировала. Иногда демонстрировала что-то из свежепридуманных финтов, даже получала похвалу от своих наставников. За два дня, до конца вольной дороги, во время очередной попытки найти в себе магию, Мия почувствовала у себя в животе пульсацию чего-то нового и в тоже время родного. Она понимала, что это ощущение знакомо ей с детства. Наставники обрадовались такой новости и наперебой стали объяснять, как перемещать эту пульсацию по организму, как выпускать ее из себя, как накопить ее побольше. Ввиду того, что каждый подходил к первым течениям маэны индивидуально, они зачастую противоречили друг другу. Понять их можно, ведь это был второй сложнейший этап постижения новых возможностей организма, после нахождения источника. Теперь ей пришлось снова набраться терпения и учить руны, приемы их накачки маэной, вместе с этим запоминать правила использования всего этого.

6. Ялица

Город встретил их бесплатным въездом, веселыми криками зазывал на рыночной площади, где они проходили за купцом почти всю вторую половину дня. Тот, конечно, изучал цены и спрос на товары. Морт следил за безопасностью, а Мия разглядывала все, что ее окружало. Беззастенчиво хватала и поглощала все, что казалось ей вкусным, Карник с довольной улыбкой расплачивался, гордо озираясь на торговцев, прижимал чавкающую девчонку и трепал ее рыжие кудри.

Сама рыночная площадь была расположена сразу за внутренними воротами. От них до внешних ворот вел проход между двух трехэтажных казарм справа и слева, образуя захаб на полперестрела. Приезжие подвергались таможенному осмотру караулом у здания кордегардии, расположенной перед воротами прямо на рыночной площади. Далее приезжих со всех сторон одолевали перекупщики, постепенно уступая их торговцам и трактирным зазывалам. По центру площади располагался фонтан с большим трех-ярусным бассейном, где путники могли утолить жажду, пополнить запасы воды, напоить лошадей и других животных. Окружал этот бассейн ряд торговых лотков, образуя кольцо. За ним второй и третий ряды охватывали кольцом предыдущий. Эти три кольца находились внутри витрин всевозможных лавок и небольших конторок с различными услугами. На рынок выходили четыре улицы, две из которых удалялись в противоположные стороны вдоль городской стены, остальные две вели к центру города.

Стоял обычный рыночный шум. Суетились посыльные, детвора, возле фонтана носилась стайка милых маленьких щенков, весело повизгивая и прихватывая друг друга острыми щенячьими зубками.

– Обмен лошадей и журов! Лучшие цены на всем Часкее! – орали охрипшим голосом.

– Купите девочке сладости! Самые вкусные фруктовые конфеты! – Мия с интересом повернулась на кричавшего, перевела взгляд на Морта, но тот лишь отрицательно мотнул головой.

– Это не вкусно, – поддержал мага Карник, – я сам тебе сейчас выберу что-нибудь приличное.

Немного взлохматил ей волосы и подтолкнул вперед.

– Пироги… полезные артефакты… дорожные ножи… ковры… седло на вашу лошадь… – разные предложения вырывались из общего рыночного шума.

Наконец Карник вручил девчонке фруктовый снег, уложенный оранжевой горкой на хрустящем печенье, завернутые в листья горячие булочки, от которых исходил приятный запах сдобы и каких-то специй.

К началу вечера наконец-таки попали в трактир, оказавшийся не очень дорогим, но с идеальной чистотой и быстрыми подавальщицами. Вышибалы, одетые в одинаковые длиннополые рубахи, приветливо улыбались и объясняли гостям куда пройти, чтобы занять свободный стол или снять комнату. Сам трактирщик оказался темноволосым курчавым смуглым мужчиной небольшого роста с сильно выраженным горбатым носом. После того, как девушка в скромном платье быстро выставила на стол легкие закуски и приняла заказ, хозяин лично принес бутыль арконского вина и посидел с ними немного. Оор-сит, так он сам представился, давно дружил с Карником. Купец принял у него письмо для родителей в Мушоге, на этом трактирщик откланялся, сославшись на дела. После ужина Морт сообщил, что ему необходимо отлучиться, чтобы отметиться в местном корпусе магов и узнать новости от Бальтодэна.

Домовой (портье) проводил путешественников в комнату, выдал каждому ключ от двери с небольшим простейшим артефактом на веревочке для вызова прислуги, после чего сразу попрощался и вышел. Морт запечатал все окна охранными рунами, а выйдя за дверь, запечатал и ее. Комната оказалась с двумя кроватями и отдельной малюсенькой комнатой для прислуги, куда и поселили Мию. Обстановка оказалась простой: стол, стул, сундук и кровать, точно такая же, как у мужчин, проход вдоль стены не шире шага. Однако Мия была довольна отдельной комнаткой.

Сделав перед сном усиленный гимнастический комплекс вместе с Карником, они попадали на кровати в большой комнате.

– Расскажи про деньги, – попросила Мия.

– Что ты хочешь знать?

– Ну, сколько серебра в одном золотом. Что можно купить на самую мелкую монету.

– Самая мелкая – медяк, сто медяков – серебруха, десять серебрух – золотой, пять золотых – золотая риса – это монета с малым бриллиантом, пять рис – золотая унта, это монета со средним бриллиантом, – купец выложил из кошеля шесть разных монет, – золотая мера с полным бриллиантом, золотая порция с кристаллом душ. Такую монету я с собой не ношу обычно, это примерная прибыль с одного каравана.

– А ты богатенький папашка, – Мия подмигнула ему, – спасибо за науку, а то дочь купца и не знает элементарных вещей.

– Медяк и серебруху делят на пятки. Золото не делится. Видишь эти канавки для деления? Можно каждую разделить на пять частей, рубанув любой острой железякой. При желании можно и руками обойтись, – достал медяк и, несколько раз согнув, отломил два пятки от трех.

– Сколько стоит фруктовый снег?

– Два или три шарика на медную пятку. Раз у тебя проснулась тяга к знаниям, вот тебе задание.

Купец достал из заплечной сумки книгу с историей Часкейского королевства и наказал прочитать хоть пару страниц. Девчонка взяла книгу и пошла в свою комнатушку.

Сначала было ничего не понятно, пыталась найти знакомые буквы закатного языка, в ее мире Кольца широко распространены два общих языка – Лорный и Закатный. Уже через дюжину чарок девочка потихоньку стала "вспоминать" буквы и цифры из внедренных знаний местной грамоты и дело пошло. В итоге одолела пять начальных страниц из общей истории и отключилась до утра прямо лицом на открытой книге.

Из-за такой импровизированной жесткой подушки проснулась раньше всех. Подумала немного и соорудила над дверью в свою комнату "водопад мести" из таза для умывания, втиснутого в косяк засапожного ножа и шнурка. Пусть первый, кто сунется будить несчастного ребенка с традиционной кружкой холодной воды, испытает истинное наслаждение от ее мокрого гостеприимства.

Села на табурет, открыла книгу и принялась изучать историю, поджидая утреннего гостя. Им оказался, несомненно, самый подлый человек этого мира – Карник. Как и предполагалось, он с кружкой, наполненной водой до краев, стараясь не пролить ни капли, тихонько толкая дверь спиной, почти успел войти полностью и внезапно для себя научил Мию двум новым грязным выражениям.

– Водопад мести! – воскликнула радостно девчонка.

Сгорбившись как мокрая кошка, отирая с лица воду, Карник похвалил Мию за заботу, пригласил спускаться на тренировку во двор позади таверны и фыркая удалился.

Маг проснулся от громкого детского хохота и упоминания всуе имени верховного архидемона, подвергнутого сексуальному насилию дохлым вонючим мохнагой. А также мелкого шосса, которого купец лично вывернет наизнанку, используя не самое широкое отверстие в его организме, за несанкционированное откровение одной молодой особе хитро-подлого устройства "водопада мести".

– Постарайся не вспоминать эти откровения в приличном обществе, Мия, – попросил Морт, когда закрылась дверь за батей.

– Не могу дать полную гарантию, но постараюсь, – согласилась девчонка, – …наверное.

– У-у-у! Оторва мелкая. Ладно, я умоюсь и за "батей" на тренировку, – маг подошел к кадке с водой и кинул на нее руну охлаждения, – у меня хорошие новости, того темного мага поймали, теперь везут в Мушог. Оказалось, что он себе все каналы спалил, пока телепорты и зловещее сияние творил. Не такой уж и могучий оказался этот шоссов прислужник.

– Если он будет в Мушоге, как и мы, я смогу его увидеть? У меня есть к нему вопросы, – Мия закончила надевать наплечники и проверила, удобно ли в них двигаться, – когда он будет там? Это шон Бальтодэн его поймал?

– Сколько много вопросов, мелкая, я все тебе расскажу, секретов нет. А пока пошли на задний двор, "батя" заждался.

– Пошли, – Мия не выдержала и обнажила кинжалы, очень она их полюбила, сделала пару грязных связок из последних уроков, – рассказывай, прошу тебя, не томи.

– Взяли они его пять дней назад, в захвате участвовали три мага, один из них Бальтодэн, – маг шел позади девочки, приглядываясь к окружающей обстановке, неся бремя охранника, ему приходилось практически непрерывно отслеживать магический фон, чтобы не попасть к какому-нибудь темному магу в ловушку. Конечно, при этом приходилось стараться не попасть в обычную засаду, – доставили в небольшой городок поблизости, там на скорую допросили в присутствии верховного мага и решили везти его в академию. В Мушог прибудут через три-четыре дня, нам до него столько же, если все прибудут ко времени, то появится возможность задать арестанту твои вопросы.

– Спасибо, шон Морт, – девочка остановилась и повернувшись обняла его, – ты добрый и честный, ты настоящий друг.

– Знаешь, мне бы хотелось, чтобы ты называла меня просто, Морт, – он потрепал ее волосы, – а не то я тоже буду называть тебя "шона Мия", ведь теперь ты официальная дочь шона.

– Прям уж и официальная? – бубнила девчонка под нос.

– Вчера твой "батя" наказал оформить все бумаги в местном магическом корпусе, – поведал маг.

Тем временем они уже встали на свои места перед купцом и приступили к гимнастике. Разогрелись и растянулись хорошенько, после чего начали новый вид тренировки, Мия вела бой с двумя противниками. Сначала решили не нагружать и спарринг с пояснениями прошел в стиле очень замедленной академической рубки. Потом маг достал несколько серебряных перстней и, выбрав один, надел на палец девчонки.

– Пора учиться использовать артефакты, – сказал ученик Бальтодэна, – если нажать пальцем на внутреннюю часть кольца, а камень направить на мишень, то вылетит малый солнечный шар. Приготовься, он очень яркий.

– Мишень, вон те мешки, – купец указал на развешанные выше забора мешки с землей, – постарайся не промахнуться, дочка.

– Прицелилась, так, нажимаю! – Со звуком "шшшаньььь!" ярко желтый шар мгновенно образовался перед вытянутой рукой Мии, резко метнулся к выбранному ей мешку и разнес его в пыль, – надо через бутылочное стекло смотреть, куда попадаешь этим шариком. Жуть как слепит.

– Научишься управлять своей маэной и сможешь защищать глаза от этого, – напутствовал маг, – а теперь еще четыре мешка и четыре шара у тебя осталось. Вперед!

Мия с удовольствием расстреляла остальные мишени. Потом набросилась с тренировочными кинжалами на Карника. Пришлось ему отбиваться от маленькой рыжей фурии.

После тренировки Морт достал из кармана серебряный браслет с каким-то рельефным узором и попросил подойти обоих спутников.

– Если вы не передумали, прошу засвидетельствовать свою волю на этом артефакте, – маг протянул руку с ним, – дотроньтесь по очереди вот здесь.

– Мия. Я называю тебя своей дочерью и наследницей. Клянусь защищать твою жизнь, честь нашей семьи, да соединятся наши души! – произнес Карник, дотронулся до артефакта и слегка поморщился от укола.

– Карник. Я называю тебя своим отцом и подчиняюсь твоей воле. Клянусь защищать твою жизнь, честь нашей семьи, да соединятся наши души! – дотронулась до артефакта, который уколол ее и тут же распался на две части.

Это оказались два браслета в виде драконов, с красными глазами из крови новоявленных родственников. Эту кровь выпил браслет в момент прикосновения. Два артефакта опоясали запястья купца и девочки на три четверти круга, плотно сев на руки обоих.

– Сегодня на второй день первой десятины месяца дракона, в год дракона, вы стали отцом и дочерью. Ваши клятвы приняты богами, души соединены и освящены Светлым. Обряд окончен, – Морт шагнул вперед и обнял сразу обоих, – поздравляю, друзья!

После тренировки и обряда посетили сауны, пригласили туда куаферов и впервые с тех пор, как появилась в этом мире, Мия увидела себя в зеркале. Она не узнала себя прежнюю, а увидела молодую девицу с темно-рыжими кудрями и карими глазами с тонким зеленым ободком. Странно, этого зеленого ореола не было раньше, она точно помнила. Лицо прилично загорело на этой жаре и отличалось от всего остального кожного покрова. "Надо попросить Морта подровнять цвет кожи", – подумала девочка. Куафер долго уговаривал непослушную девчонку отрастить волосы, но, услышав одно из самых заковыристых выражений из рыбацких запасов, покраснел и подстриг коротко, как велела заказчица.

Также Мия рассмотрела свое тело и заметила, что с прошлого раза, когда она видела себя в зеркале, ее фигура слегка округлилась и приобрела немного мускулатуры. Конечно, больше всего ей понравилось, что появилась хоть и едва заметная, но грудь. Так что она не выходила из саун, а выплывала, вышагивая как принцесса на выданье.

Когда доплыла таким образом до Карника, стоявшего у входа в трапезный зал таверны, схлопотала легкий подзатыльник и дальше уже пошла, надув губы, обычным шагом.

– Не обижайся на него, да и смешно ты выглядишь, не доросла еще немножко до такой походки, – попытался привести ее дрожащие губы в обычное состояние маг, – вот через пару годочков станешь очень красивой и стройной девушкой, а пока не думай об этом, тренируйся и занимайся магией.

– Просто я себя давно в зеркале не видела и мне показалось, что я повзрослела с тех пор.

– Ты после парной да куафера очень изменилась, дочка, хорошо хоть не додумалась притирками лицо размалевать, – Карник обнял ее по-отечески и усадил за стол, – вот я всего несколько дней как отцом стал, а уже боюсь, что повзрослеешь быстро. Не сердись на меня.

– Ладно, батя. Но за это, закажи мне все сладости, которые есть в этом трактире, – оттолкнув тарелку с какой-то кашей подняла сердитый взгляд на Карника.

– Фи! Я тебе куплю лучшие сладости в этом городишке, – заявил авторитетно Морт, – в трактирах такого не подают. А кашу все же поешь.

– Ты хочешь заглянуть в лавку шона Бэринета?

– А твой батя не так безнадежен, шона Мия. Предлагаю быстро покончить с завтраком и спешить к Ёру через упомянутую лавку.

– Согласен.

– Согласна.

Ер.

Путешествовать до города Ер пришлось в быстром режиме. Дороги были абсолютно безопасными и на ночевки останавливались на специально оборудованных стоянках. На каждой был водоем и два-три шатра, следил за этим всем человек, отвечающий за быт путников, и назывался просто "уютный". Они состояли на службе местного правителя и получали приличное жалование. Плюсом к этому продавали товары и продукты из ближайшей деревушки, жителями которой зачастую и являлись.

Тренировки решили проводить только утренние, а вечером и ночью копить силы для быстрой скачки. Морт отказался прекратить уроки по магии для Мии, и она весь день ехала сбоку мага, выполняя различные упражнения. Карник с Мортом иногда пренебрегали отдыхом и спарринговали вечером. На третий день пути Мия научилась переправлять пульсирующую силу в кончики пальцев. Маг научил создавать руну ветра и объяснил, как напитать эту руну маэной из кончиков пальцев.

Весь день и вечер девочка старалась провернуть этот фокус и, только проснувшись, в утренней тишине смогла сделать это.

Совершенно неожиданно с кончиков пальцев сила влилась в руну и превратилась в сильный поток воздуха.

Сразу, чтобы понять, что это не случайность, девчонка создала еще один поток ветра. Четко представила рисунок руны перед собой, провела леденящей пальцы маэной по ее линиям, впустила в рисунок энергию… Поток ветра устремился вперед, отрывая некрепкие травинки, слабые цветочки, листочки, жучков и все, что не крепко держалось на травяной поляне.

Все оказалось совсем не сложно. Просто представляешь зависшую перед собой руну, добавляешь совсем чуточку маэны и магический рисунок материализуется. Затем собираешь маэну в руке и выталкиваешь ее часть в руну. Раз! Маэна впитывается. Два! Поток ветра улетает вперед, сдувая все, что плохо держится.

Еще раз проделала этот нехитрый фокус, потом еще и еще, еще. Пока ее не схватил за плечо уютный и не позвал взрослых.

– Чего-й-то ваша девка вытворяет?! Шоны! Прошу угомонить, она шатер уронила, а мне, теперь одному весь день ставить. Шоны! Прошу вас, выходите, – взмолился уютный.

– А ну руки убери! – засапожный нож оказался у глаза уютного, – щас из самого девку сделаю! Еще и одноглазую! Мне не сложно, пару движений всего.

– Отпусти бедолагу, Мия. Видишь, как испугала? – из шатра маг вышел первым.

Перед смятым шатром стояла тяжело дышащая девчонка, держа засапожник у лица высокого упитанного мужчины, стоящего на цыпочках с растопыренными руками, а один из кинжалов поддерживал его снизу паха, предостерегая от лишних движений. Уютный боялся вздохнуть, его глазки бегали с Мии на Морта, косились на клинок у прослезившегося глаза.

– Отставить! – явился Карник, – оружие на место и объясни все это.

– Я упражнялась в магии, а этот подкрался сзади и давай голосить. Еще девкой обозвал, угомоните, мол девку. Ну и… я, я немного рассердилась, – кинжал с ножом быстро отправились на положенные им места, – ты это… как там звать тебя, не обзывайся и не хватай сзади больше. И я помогу тебе шатер назад поставить. Хорошо?

– Так. Расскажи-ка, как ты шатер свалила – Карник осматривал груду тряпья и палок.

– У меня по-лу-чи-лось! Магия заработала! Я это все сделала ветром, ветром сделала, – глаза светились, дыхание немного успокоилось, – Морт, ты понимаешь?

– Ты почему столько маэны сразу выпустила? – маг подскочил и принялся осматривать ее "взором", – слава Светлому не спалила каналы себе. Хорошо, еще осталось немного маэны в источнике. Благодари Штелька, он спас тебя от очень неприятных и продолжительных ощущений.

– Да, Штельк, поди-ка сюда, – купец достал несколько медных пяток, посмотрел на них, поразмышлял немного, убрал и достал целую серебруху, – вот, сбегай до деревни и приведи помощника для восстановления стоянки. А за дочь благодарствую. Ну, беги. Мы еще чашу здесь будем. Успеешь?

– Успею, ваш милость! Я даж пошустрей управлюсь, благодарствую за щедрость, шон! Да воздаст вам Светлый за щедрость, – три удара сердца и уютный скрылся в лесу прямо как из шатра вышел, в портках и босиком.

– Чего это ты такой добрый? Она ж его не успела оскопить, – маг уже отошел от Мии и охлаждал воду по привычке, – ему ж на месяц пьянства хватит теперь.

– Моя дочь впервые использовала магию. Она не перегорела благодаря уютному. Она перепугала здоровенного детину в шесть раз больше ее самой и поняла, что наши тренировки действуют, смотри, как эти наглые глазки горят. Теперь Мия знает, что магия опасная и нужно себя контролировать. Штельк же, получил хороший урок. Так пусть, бедолага, вспоминая нас добрыми словами и неотсеченными причиндалами, пьет добрую ягу столько, сколько захочет.

– Да, шон Карник, ты действительно мудрец. Учитель рассказывал о твоих странных, но справедливых деяниях, – маг закончил умываться, очистил воду руной, охладил второй и жестом пригласил купца, – теперь я и сам стал свидетелем.

– Да, отец, благодарю за урок, – девочка изобразила придворный поклон.

– Нет, в штанах и потной рубахе твои расшаркивания не очень эффектно выглядят, – потрепал ей волосы Карник, – выпей живики и на зарядку.

Во время спарринга Мии против двух противников, пришли трое мужчин без Штелька и принялись ставить шатер на место. Опасливо поглядывали на мечущуюся между магом и купцом тощую девицу с деревянными кинжалами, о чем-то шушукались да кивали друг дружке. Тем не менее шатер стоял, как положено уже к концу тренировки. Перед отправлением путников остановил один из мужчин.

– Тут это, уважаемый шон, брат просил передать, – бородатый детина протянул небольшой мешок, – там сыр наш домашний и колбаса из диких хряков, тоже домашняя. Не побрезгуйте, у нас вся деревня в очередь записана, все самое свежее и вкусное.

– Вот это дело! – Маг взял мешок, – благодарствуем.

– Легкой дороги, шоны и шона.

Дорога продолжалась без новых сюрпризов до следующего утра.

Карник скакал чуть впереди, перекинув ногу через шею Шузанны и положив на колено свою записную книжку. Он ушел в свои мысли, которые иногда записывал с лицом гениального и слегка сумасшедшего художника. Его кобыла постоянно косилась на него, смешно изворачивая голову. Видно, что ей неудобна поза наездника, но шевелить шеей она остерегалась, чтоб не помешать тому делать аккуратные записи в книжице на колене. Благодаря магической привязке лошадь достаточно хорошо понимала своего наездника, а долгие и частые путешествия вместе приумножили этот эффект. Шузанна была другом Карника и зачастую боевой подругой, выручая его по мере своих сил во время стычек, которые часто возникали в их путешествиях.

Мия и Морт обсуждали разновидности морских обитателей. Девчонка рассказывала об обитателях своего мира, а маг проводил аналогии с местными обитателями. Глубокие познания в этой области Морт имел неспроста, его род состоял из нескольких поколений морских охотников. Эти отважные ребята добывали экзотических морских животных, рыб, моллюсков, ракообразных и прочих видов для богатых покупателей. Им часто заказывали не только добыть редкие деликатесы, но и поймать живьем откровенных чудовищ морских. И они это делали исправно. Понятно, что молодой маг, ответвившийся от общего направления рода, не утратил тягу к изучению морских глубин. Конечно, ему было интересно послушать описания девочкой фауны другого мира.

Их увлеченную беседу прервал купец, остановивший свою лошадь.

– Я проверю дорогу впереди, что-то меня беспокоит этот участок, – он не выглядел сильно обеспокоенным, – а вы двигайтесь с прежней скоростью. Только повнимательней. Хорошо?

– Момент, – Морт создал заклинание, – на перестрел вокруг нас никого живого, крупнее лесного серка.

– Возможно, просто беспокойство, – Карник пришпорил Шузанну и быстрой рысью поскакал вперед.

– Ну, – Мия глянула на мага, – будем внимательнее, наверное.

– Ты лучше расскажи, как добывают этого морского кота? – ученик Бальтодэна продолжил прерванное обсуждение – Их же едят или дрессируют?

Дальше они и продолжили движение тише, постоянно оглядываясь по сторонам. Разговор постепенно зачах и прекратился вовсе. Проехав пол лиги, Морт стал реже бросать поисковое заклинание, Карник все равно удалился за его пределы.

– Есть один человек, – маг указал Мие направление, – может, это Карник, но он в стороне от дороги, там, в лесу.

– Поехали вперед еще немного, если там никого не будет вернемся и посмотрим, кто это. Вдруг беда.

– Ладно, Мия, – маг ускорил своего коня и кивнул девчонке, чтоб ускорилась.

Через некоторое время, так и не обнаружив купца на дороге, они вернулись к тому месту, где Морт отметил человека в лесу. Только его уже не было.

– Вот шоссы! Он больше не отслеживается, – лицо мага было озадаченным, – мы его потеряли…

Договорить он не успел. Из ближайших кустов выскочил кто-то обвешанный травой и ветками, с грязным лицом и мечом наперевес. С диким криком он бросился на Мию. Да еще и оказался на столько шустрым, что успел схватить девчонку и свалить с седла, приставил к горлу кинжал и заорал на Морта.

– Золото! Амулеты! Припасы! Вали все в кучу на обочине! – зверский оскал разбойника показался Мие очень знакомым.

– Батя?

– Карник?

– Что, салаги!? – бандюга откинул капюшон и превратился в Карника с грязным лицом. – Не готовы оказались к внезапному нападению?

– Да что тут скажешь? – промямлил Морт, – удивил, так удивил.

– От тебя болотиной воняет! – Мия бесполезно отталкивала от себя тяжелого купца, – да слезь уже с меня, вонючка!

Карник встал, снял с себя плащ, обвешанный маскирующими элементами растений, отключил артефакт, скрывающий его от поисковых заклинаний, и громко свистнул, подзывая Шузанну.

– Придется отрабатывать отражение внезапной угрозы – приняв у Морта смоченный водой платок, стал оттирать лицо, – вы у меня до приезда к порталу будете от пролетающих сквижиков шарахаться.

– Сквижиков? – Мия удивленно приподняла бровь.

– Это мелкие птички такие, – палец мага указал на ветви ближайшего дерева.

Как только Шузанна выскочила к ним из-за изгиба дороги и остановилась возле Карника, он скомандовал продолжение пути. Все время, до обеденного привала купец проводил урок по нахождению в постоянном бдении во время пути. Делился своим опытом, объясняя на примерах, как правильно реагировать на различные ситуации, к чему быть готовым, а главное, какие психологические упражнения нужно выполнять, чтобы быстро и правильно действовать в случае реальной угрозы.

Последняя половина дня уже подходила к концу, солнце спряталось за высокими деревьями, когда лошади подняли путников на очередной холм, густо заросший деревьями, кустарником и высокой травой. Лес отступал дальше полутора сапов вдоль всей дороги, где зеленые растения и кусты росли очень часто, а деревья накрывали все это своими обширными кронами. Лишь над дорогой образовывался просвет, который и открывал взглядам путешественников весь Ер.

Бросался в глаза высоченный замок, имеющий белоснежные купольные крыши, роль одной стены всего замка досталась отвесной скале, ширина ее около пяти лиг, а верх терялся в тумане облаков. Также верхние части башен, машикулей, надвратной башни, зубцы бастионов и замковой стены были сияюще-белого цвета. Они торчали словно белоснежные клыки из ожерелья городской стены. Сама городская стена была совершенно неприступной, даже с холма, на котором остановились всадники, казалась неимоверно высокой. Она опоясывала немалое пятно города, раскинутого разноцветным ковром крыш, пяти-шести лиг в диаметре. На расстоянии в три лиги от стен росла только коротенькая зеленая травка, предоставляя стратегически необходимый обзор с городской стены и ее бастионов.

Спустя неполную чашу трое путешественников влились в небольшую очередь из повозок, конных и пеших путников, въючных журов, нескольких орков и даже двух эльфов. Последние очень понравились Мие, они были высокими, стройными, красивыми и длинноволосыми. В светлой легкой одежде с красивыми длинными клинками, саадаками, полными белоснежных стрел, и красивыми резными луками за спиной. Пока девчонка любовалась на эльфов, Карник заметил какого-то знакомого и ушел с ним пообщаться о торговле степными товарами. Морт внимательно следил за всей округой, иногда запуская свои заклинания, но так и не выявил потенциальных врагов до самых ворот.

– Предлагаю переночевать в Мушоге, – Морт обернулся к купцу, когда тот вернулся после делового общения, – оставим лошадей на общей конюшне, как раз там и ведет дела моя сестренка.

– Прекрасное предложение, Морт, однако мы так не поступим, – купец слегка хлопнул его по плечу, – теперь покажи десятнику свой медальон, по нему огромная скидка предоставляется и не забудь упомянуть, что мы тоже с тобой по приказу академии.

Маг задумался немного, потом кивнул и шагнул на освободившееся место досмотра гостей города.

– Прошу предъявить ваши гражданские медальоны или оплатить вход, шоны, – десятник разобрался с небольшим дилижансом и обратил внимание на троицу перед ним, – и не задерживайте остальных.

– Вот мой медальон, а этот шон и эта шона со мной по заданию академии.

– С вас три э-э-э… – не успев договорить, получил приготовленные купцом медяки, – прекрасно. Тогда возьмите у таможенного представителя временные пропуски и добро пожаловать в Ер, шоны.

Маг-таможенник провел артефактом над каждой лошадью и человеком, после выдал пропуски и продолжил прерванную беседу с коллегой стражником.

Троица проскакала по улице к площади Карберта Алого, где располагался Ерский портал. Морт первым соскочил и вбежал в конторку общей конюшни. Когда спутники настигли его, то стали свидетелями непонятного действа. Ученик Бальтодэна бегал вокруг широкого дивана, за ним, ловко отвешивая смачные пинки, носилась девушка, ростом не выше Мии, и приговаривала, – почему не предупредил!? Н-на тебе! Почему на пять минут!? Вот тебе, мелкий засранец!

– Здравствуй, шона… эээ… уважаемая сестра Морта, – Мия решила спасти своего наставника магии, – мы спутники этого мелкого засранца, а он наш телохранитель и друг.

– Ладно, телохранитель, – снисходительно обратилась к брату девушка, – представь нас. А вы присаживайтесь.

– Знакомьтесь, это моя сестра шона Морилла. Это мои друзья, шон Карник и его дочь, шона Мия. Мне выпала честь служить их охранником для сопровождения в столичный магический корпус.

– Жаль, что вы не сможете остановиться у меня, хотя бы на пару дней, я бы взяла выходной и поводила вас по самым примечательным и красивым местам этого города.

– Нам тоже жаль не удовлетворить вашего гостеприимства, – Карник был сама любезность, – надеюсь, на обратной дороге нам не придется так спешить, и мы сможем у вас погостить.

– А почему бы вам не взять тот самый выходной и не погулять со мной, только не по Еру, а по Мушогу. Эти двое утомили меня своей мужественностью, – Мия обвела задумавшихся взглядом, – что скажешь, шона Морилла?

– И правда, сегодня у меня первая смена, а шон Шользен должен мне целых три смены. Я могу так сделать. Конечно, если я окажусь не кстати в вашей компании, то… – она посмотрела на Карника, невольно стрельнув глазками.

– Это будет очень даже кстати, шона Морилла, мы там пробудем три-четыре дня, – купец даже обрадовался такому повороту, – у нас завтра есть одно совместное мероприятие, а потом мне предстоит заняться своим караваном. Дочке, конечно, будет лучше прогуляться по летающим мостам Мушога и остальным примечательностям. Окажите честь?

– С радостью. А ты чего молчишь, а братишка?

– А что тут сказать, хотел у тебя погостить на обратном пути. До самого конца каникул моих учеников в Чуде, но теперь вернемся вместе. Я рад, конечно.

– Тогда я заведу лошадиную составляющую нашего отряда, – Мия выскочила на улицу.

– Я помогу расседлать и занесу сумки, – купец скрылся следом за девчонкой.

– Эй! Перестань, Мори! – Получив еще один пинок, воскликнул маг, – чего, как маленькая.

– Ты уже обнимешь сестру? Или мне еще и подзатыльники подключить? – Улыбнулась сестра и сама обняла недоверчиво глядящего на нее брата, – а когда шон Карник успел дочкой обзавестись? В прошлом году он был одиноким завидным женихом, и я сама строила ему глазки на одном из приемов в кастории.

– Это произошло без свадебной церемонии и участия твоих соперниц. Девочка попала к нам через портал при участии магии Тьмы. Началось расследование. Пришлось поселить ее у Карника из-за первой симпатии ребенка, а потом она очаровала его, да и меня тоже. Так две родственные души обрели друг друга. В Ялице все оформили, и я провел обряд.

– Да-а-а? Интересно, может действительно стоит с ним поближе познакомиться, а братик?

– Он хороший человек, преданный друг и говорят отчаянный рубака. Я бы только порадовался за вас обоих.

– Все бы вам рубить! Да ладно, посмотрим, как дальше дело пойдет. Лошадей могу отправить в Чуд завтра. Спроси друзей. А пока давай рассказывай, как там родители поживают.

7. Мушог

Портал "Звездный" находился на высоте трех с половиной перестрелов над пустыней. Но не был самой высокой точкой. Чуть выше располагался обзорный аттик, где можно было наблюдать за окрестностями в одну из восемнадцати увеличительных труб. Окружали эту высоченную башню вторые по высоте три строения генерации маэны, местные назвали их "трезубец". Высотой чуть меньше трех перестрелов каждый. Соединял все три зубца круглый подвесной мост, его называли "парящий венец". Три округлых сегмента растягивались мостами-спицами, эти назывались "тяги". Например, первая тяга, седьмая тяга и так далее. Их было двенадцать, между "венцом" и всеми девятью башнями-бастионами на окружающей город стене. Каждая башня была высотой немногим больше перестрела. Первый, четвертый и седьмой бастионы имели мост к своему зубцу. Остальные бастионы имели тяги к сегментам парящего венца. Все мосты, бастионы, башня, трезубец были приятного светло-салатового цвета. Вид снизу на фоне безоблачного неба был просто завораживающий, не говоря уже о виде сверху. На фоне зелени парков, садов и двориков с одноцветными черепичными крышами всего города, которые отличались лишь исполнением и оттенками друг от друга, "парящий венец" с тягами над всем этим великолепием выглядел волшебным светящимся колесом с лучами, убегающими вдаль.

Мия вышла из обычного серого каменного зала, где работал постоянный портал "Звездный", в котором имелись целых двенадцать врат, они включались по очереди без единого сбоя в расписаниях с первого запуска.

Дыхание девчонки перехватило! Она напрочь забыла удивиться тому, что меньше чарки назад находилась за полторы тысячи лиг от этого чудесного города. Снаружи зала оказались три широкие и длинные лестницы, ведущие от башни магической академии к трем вершинам трезубца. Еще с уровня портала на уровень "парящего венца" можно было спуститься в просторных передвижных кабинках канатной карусели. Сначала ошалевшую девчонку купец и маг вели за обе руки, потом Карник просто подхватил ее и понес. Мия не сопротивлялась, лишь завороженно смотрела по сторонам и повторяла только одно слово – "не-ве-ро-ят-ноооо". Новоявленный отец не поленился, пронес дочку по одному отрезку "венца", только потом они спустились на землю, используя еще одно магомеханическое чудо – подъемный зал.

Только внизу Мия пришла в себя, и троица путников прошествовала быстрым шагом к месту заключения арестантов магической академии. Конечно, это было подземелье академской башни. Морт уже имел допуск к интересующему их заключенному, Бальтодэн побеспокоился об этом. Как только они оказались на этой стороне портала к ним подбежал посыльный и вручил Морту с Карником по письму. Сам глава магического корпуса Чуда был на срочном совещании глав в астральных комнатах на шестьдесят первом этаже. Всего в башне было сто пятьдесят этажей, десять из них подземные.

– Светлой благости, шон сотник. Нам нужен арестант, доставленный шоном Хесусом и шоном Бальтодэном, – Морт обратился к главе стражи, сидящего за большим столом в кабинете главы тюремной канцелярии.

– А, этот очень популярен. Вот сюда приложи свой амулет, шон приезжий маг. Сейчас вас проводят, – молодой мужчина встал и поприветствовал всех троих кивком, – эй, Логе! Позови надзирателя, как там его, этого новенького?

За дверью послышались быстро удаляющиеся шаги. В кабинете наступила неловкая тишина.

– Присаживайтесь, шоны и шона, прошу, вот диван и кресла, – сотник указал в гостевой угол кабинета, – могу предложить холодный настой гномьей мяты. Желаете?

– Было бы неплохо, – Мия в самом деле испытывала жажду.

– Извольте, – служивый не глядя достал из ящика стола четыре стакана, наполнил их из графина, который был на столе.

– Да освятит вас сам Светлый, – девочка взяла три напитка, уселась на диван и под удивленным взглядом сотника выпила один за другим.

Шаги за дверью сменились стуком в дверь. И сразу заглянула рыжая кудрявая морда.

– Разрешите?

– Входи. Где надзиратель?

– Его забрали с собой шоны из "песчаных серков", – вытянувшись шестом у двери ответил рыжий дежурка.

– А почему другого не привел?

– Виноват! Ваша милость. Я слышал, как вы разговаривали с этими шонами. Тот арестант, его забрали песчаные серки и еще новенького надзирателя с ним.

– Куда забрали, знаешь? – вмешался Морт.

– Не имею понятия, ваша милость, – дежурка тянулся макушкой в потолок с таким усердием, что Мие стало страшно за его шею.

– Ну что ж. Мы поднимемся на шестьдесят первый. Вас не затруднит прислать за нами, когда вернут этого арестанта? – Карник встал, поднял девочку за руку и кивнул Морту, – меня зовут Карник, это Мия и Морт.

– Не затруднит, шоны и шона. Пришлю незамедлительно. Меня зовут Аскаль.

– Светлой благости, – попрощался за всех Морт.

На этаж с астральными комнатами попали на подъемном луче, который поднимал небольшие платформы внутри башни. Платформами управлял дежурка-студент. Ему сообщали на какой этаж нужно, он отправлял туда платформу с пассажирами.

Поднявшись, Карник присел на скамеечку, а маг повел девчонку на поиски уборной. По возвращении застали Бальтодэна разговаривающего с купцом.

– Светлой благости.

– Добрый Свет, шон Бальтодэн.

– Рад вас видеть детишки, – старший маг сел рядом со свежеиспеченным отцом, – присядьте и вы. Карник рассказал мне о вашем визите в тюрьму академии. И я удивлен. Глава академии лично запретил пускать к этому Баалору всех, у кого нет его личного разрешения. Он сейчас подойдет сюда, и мы во всем разберемся.

– Вы узнали, зачем ему понадобилось меня отправлять сюда? – Мия не стала откладывать свои вопросы.

– Он этого не планировал, хотел доставить тебя в оплот прислужников нижнего мира, в твоем мире, который вы именуете Вингона, в переводе Кольцо. Но ошибся и попал в наш порт. Сам он предполагает, что это шутка призванного им демона. И даже не подозревает, что находится в нашем мире. Мы этого сообщать ему не стали.

– Почему он не отправился обратно, а остался здесь? – продолжила Мия.

– Он пытался, создал обратный телепорт. Но демон перенес его в эту пустыню. В твоем мире дороги телепортов создают волшебники и демонопоклонники, а для придания им силы вызывают благословение небес, либо демонов из нижнего мира.

– Ну, и зачем он хотел меня доставить куда-то там?

– Ты обладаешь удивительной способностью сопротивляться магии Тьмы. И он ожидал получить за тебя вознаграждение.

– Это моя особенность? Это ведь хорошо?

– Нет у меня ответа сейчас, – Бальтоден вздохнул, – может смогу найти что-то в библиотеке, может что-то подскажут эльфы, или гномы, или орки. А может и не найдем ничего. Ты ведь порождение другого мира, дочка. Наберись терпения.

– Тогда я выясню это сама, – Мия сама себе кивнула, – ты добр ко мне, шон Бальтодэн. Я очень ценю это. Благодарю.

– Мы с Хесусом хотели бы помочь тебе попасть домой, но и этого ответа у меня еще нет. Надеюсь привлечь к этому вопросу одного старого мага и в этом мне понадобится твоя помощь.

– И как моя дочь может помочь одному из искуснейших магов в этом мире? – Карник непроизвольно встал на защиту интересов девочки.

– Ты мне льстишь, дружище. Есть маги намного превосходящие меня в некоторых направлениях.

– Учитель. Ты хочешь научить ее использовать свой дар?

– Да, Морт. Это пойдет ей на пользу и разовьет силу. И думаю, что, увидев, как Мия противостоит магии Тьмы, Эйгарин захочет нам помочь.

– Ты неправильно сформулировал учитель. Он захочет понаблюдать и, если у него совсем совесть пропала, а мне кажется именно так с последнего нашего разговора, он может и поэкспериментировать с девочкой. Я этого не допущу.

– Кто этот Эйгарин? Чего ты его так боишься? – Мия ощутила приступ любопытства, – он знает, как вернуть меня домой?

– Он живет отшельником, на вершинах восточного поморья. Последний раз мы общались восемь лет назад, – ответил Морт, – тогда я не задумывался о межмировых телепортах. Да и был слишком молод, неопытен.

– Во всяком случае тебе стоит обучиться магии, дочка, – Карник встал и начал шагать туда-сюда – а нам нужно время на поиски нужных знаний, а тебе хороший учитель.

– Светлой благости, почтенные шоны! – Раздался густой бас идущего к ним верховного мага, – вы уже решили вопрос с обучением Мии?

– Нет еще, шон Хесус, – купец немного удивился, – а вы хотите обучать мою дочь в академии?

– Конечно хочу! Надеюсь, она тоже этого хочет. Не на обычных условиях, – многозначительно поднял палец верховный маг, – без обязательной службы после учебы, с отпусками в любое время для поиска дополнительной информации и материалов, ввиду специфической магии нашего необычного адепта.

– Что скажешь, Мия? – К ней обратился Бальтодэн, – можешь обучаться и путешествовать.

– Неожиданно как-то. Не знаю. Отец? Как быть?

– О таком обучении мечтает почти каждый подросток, причем соглашаясь с пожизненной службой в академии после обучения. Думаю, нужно соглашаться. А я разберусь с караваном и приеду к тебе. Куплю домик недалеко от "трезубца". Давно пора перебраться в Мушог, здесь мой самый крупный склад и почти без присмотра.

– Ну… если ты будешь всегда рядом… наверное, я согласна учиться в этой академии. Когда начинается обучение?

– Думаю, что план твоего обучения подготовят через пару дней. На третий можно будет приступить. А сейчас… поздравляю с поступлением в королевскую магическую академию, шона Мия, – в официальном тоне пробасил на весь этаж шон Хесус и возложил ладони на ее плечи, – погуляй по городу, осмотрись, здесь много красивых и захватывающих мест. С началом обучения личное время будет роскошью.

– А что насчет того демонопоклонника? – Спросил притихший до этого Морт, – куда его забрали?

– Кто забрал? – Глава академии резко повернулся к нему, – с чего ты так решил?

– Мы сразу пошли в тюрьму для беседы с ним, а его там не оказалось. Забрали песчаные серки, как выяснилось.

– Откуда тайная служба здесь взялась? Не понимаю, я никому кроме императора не сообщал, остальные только недавно узнали на астральном совещании, – растерянно пробубнил Хесус, – а ну, пошли в подземлье!

Никто не посмел встать на пути широко шагающего главы академии, поэтому в тюрьму спустились довольно быстро. Верховный маг без стука вошел в кабинет все того же сотника.

– Рассказывай все! Или все мозги перекопаю лично, – по мановению руки кресло подскочило под опускающийся зад Хесуса, – начинай.

– После того, как вы оставили арестованного, к нему приходил лекарь, – сотник, оставаясь невозмутимым, поворошил листки на столе, выбрал один и вчитался, – шон Котик. Это было в тридцатую чарку, первой чаши, второй половины вечера. В шестидесятую чарку первой чаши лекарь покинул наше заведение. А в десятую чарку второй половины вечера его выдали песчаным серкам. Для сопровождения они забрали надзирателя. В сороковую чарку второй половины вечера ко мне пожаловали шоны Карник и Морт с шоной Мией. В шестидесятую чарку второй половины вечера я узнал о передаче арестованного тайной службе. После этого шоны и шона покинули этот кабинет. В восьмидесятую чарку второй половины вечера мне принесли этот свиток.

Бальтодэн взял из руки сотника бумагу и прочитал для всех: – Арестованный Баалор объявлен преступником имперского уровня. Судебный представитель тайной службы короля назначил день казни виновного на шестой день первой декады, второго цикла дракона, года шестьсот четвертого, одиннадцатого тысячелетия.

– Это получается он сейчас в казематах смертников, – сделал вывод Карник, – но почему не позволили исследовать его магические возможности?

– Это неважно! Я сейчас заплачу положенную сумму за смертника, так называемый вергельд, и заберу его обратно. Срочно в казематы смерти! – Хесус уже поднялся с кресла, но его остановили.

– Кхм! – Привлек внимание сотник, – я заинтересовался судьбой этого арестанта и отправил в казематы смертников рыжего, простите, дежурку Логе. Он принес это.

Бальтодэн взял вторую бумагу, протянутую сотником. И снова прочитал вслух: – Вергельд за преступника Баалора, размером в шестьдесят золотых, был уплачен в полной мере, арестованный был выпущен на попечение откупнику и выдворен из города, как предписывает закон города Мушог.

– Судя по дате, это произошло в начале этой половины, которая, кстати, подошла к концу, – добавил Бальтодэн.

– Дежурка! – рявкнул Аскаль.

Дверь распахнулась и возник молодой стражник.

– Кликни-ка рыжего.

– Сей момент, – отчеканил новый дежурка.

Мие показалось, что за сгинувшим стражником именно порыв ветра захлопнул дверь, а не сама она захлопнулась.

– Логе поговорил с надзирателем казематов, выяснил, что арестованного выкупил наш новый надзиратель. Их обоих телепортировали в Аар-тель. Можете побеседовать с ним лично, когда он появится.

– Знаете, его поиски мы доверим вам, а сейчас нам необходимо отдохнуть с дороги, – Карник указал на свернувшуюся на диване Мию, – мы отправимся в "Шатер пустынника".

– Да. Конечно. Возьми девочку на руки, я отправлю вас мини-телепортом на задний двор трактира, – неожиданно щедро предложил Хесус.

– Благодарю, шон верховный маг, сил действительно осталось мало. Морт, ты с нами?

– Нет, я взбодрюсь заклинанием и побуду здесь. Может понадобится моя помощь. Отдыхайте. Сестру направлю к вам, как только она прибудет.

Верховный маг в один удар сердца бросил невообразимый заготовленный узор из рун, в другое мгновение напитал его маэной. Узор разросся и превратился в зеркало мини-телепорта человеческого роста.

Карник кивнул магу и вошел в него с девочкой на руках.

Баалор.

– Кто ты такой? – бывший смертник смотрел на человека, стоящего перед ним.

Это был один из надзирателей, который открывал его клетку дважды за прошлый вечер. Пришедшие воины надели ему на голову мешок, заковали руки и ноги, скрепив между собой короткой цепью. В таком виде протащили по какой-то мощеной улице. Завели в сырое помещение и бросили на пол, не расковывая ни рук, ни ног, не снимая мешка с головы. Так он провел некоторое время, лежал на каменном полу и ждал своей участи. О том, чтобы использовать магию и речи быть не могло, его хоть и покормили, привели в порядок, но сгоревшие магические каналы еще не начали восстанавливаться. Он даже магию вокруг не ощущал. Но чуял, что она есть, знал, что его допрашивали сильные маги. Да они просто вывернули его голову наизнанку, посмотрели, что им было интересно и бросили в темницу. Мрачные мысли прервали вошедшие, снова его потащили по улице. На мгновение почувствовал ни с чем не сравнимую зудящую щекотку телепорта. Цепи сняли и завязали руки сзади ремнем. Еще некоторое время его тащили по песку, потом еще одна щекотка телепортации. Снова повели куда-то, в этот раз недалеко, ввели в помещение, стянули с головы мешок.

И вот он стоит со связанными руками, щурится от света из окна и спрашивает: – Кто ты?

– Человек, который тебя выкупил из казематов смерти этой ночью, – ответил на заданный вопрос надзиратель. – Казнь была назначена на сегодняшнее утро. Суд выбрал очищение костром, если тебе интересно. Ты обвинялся в оказании помощи демонам по проникновению в мир Маасту и был признан виновным.

– Тебя послали из Ледового замка? Где мы сейчас?

– Успокойся! Забудь про все свои бредовые замки и прочую ересь. Ты больше никогда не увидишь ничего, что было знакомо тебе раньше. Это другой мир! Понимаешь?

– Другой мир? Это как? Меня демон забросил в другой мир! Зачем?

– Вот и хорошо, что понял. Мне уже показалось, что ты полный придурок.

– А ты кто? Как ты узнал, кто я такой?

– Обычный простачок! Вот кто ты, – рассматривая Баалора, усмехнулся тюремный надзиратель, – демоны затеяли свою игру в твоем мире. Нашли недалекого, но сильного темного и напихали ему в уши сладких песен. Так было? Ты думал демоны служат тебе? Идиот.

– Наверно. Эта девка! Мелкая сучка! Я так хотел ее поскорее доставить к старшему. Получить награду и нежиться в роскоши, как все старшие демонологи.

– Вот про девку обязательно расскажешь, но чуть позже. Теперь ты слушаешься меня, – в углу комнаты сгустилась Тьма и из нее выступил невысокий человек в темной одежде, с накинутым на голову капюшоном, – сейчас ты получишь от меня инструкции и золото. В следующий раз встретимся через цикл. А пока, слушай внимательно…

8. Учеба Мии

Будничный день в академии практически подошел к концу. Осталось только спуститься в подземелье и потренироваться с темным магом Офиксом, так зовут мага Тьмы. Он жил в подвалах академии уже двенадцать лет. Верховный маг когда-то выкупил его из казематов в обмен на полное сотрудничество с королевским магистратом с полной ментальной привязкой. Использовали его темную магию по разному. Теперь, в дополнение к привычным обязанностям, Офикс ежедневно проводил магические поединки с Мией под присмотром лекаря и одного из учеников шона Хесуса.

Эти тренировки были любимой частью занятий Мии с самого начала. Прошло много времени с тех пор, как девчонка пришла на первый урок в академию. Подходила дата их с Карником дня рождения. А точнее она наступала уже завтра. Девочка с нетерпением ждала конца учебного дня.

Уже послезавтра начинается ее первое практическое задание. Дом, который купил Карник, уже готов к заселению. Амболла и Марта давно переехали в него и ждут возвращения купца из столицы. Вечером, во второй половине, должен прибыть батя Карник, девочка еще вчера перенесла все свои вещи из общежития академии в новую резиденцию купца. Завтра у Мии и Карника день рождения, ей четырнадцать, ему тридцать восемь.

Две декады назад продали дом в Чуде, оставив только лавку и один маленький док в порту. Все, что можно было продать оставили в нем, а ценные вещи и лошадей переправили порталами в Мушог.

Недавно Карник заключил королевский контракт, теперь будет ходить в межконтинентальные рейсы по заказам академии и королевской канцелярии. Уже шесть дней каравеллы были в пути. Приялия должна пройти вдоль всего северо-западного Часкейского побережья, прибыть в новую усадьбу и ожидать своего купца в предгорьях "Рыжих гор", в порту Уун-го. Магистр Хесус отписал Мие в бенефициальное пожалование старый порт вместе со всеми доками, зданиями и небольшой территорией. Так что прибывшим туда матросам будет чем заняться, ведь предстоит принять в пользование и обустроить целый порт. Выглядит он, конечно, совсем маленьким, всего на четыре причала, особенно по сравнению с новым портом в тридцать причалов. В старом порту вообще, все было меньше, чем в новом. Только для одной девочки даже с отцом-купцом это была огромная по площади и количеству строений собственность.

Прияльщики Жубар и Губар взяли свои семьи и планировали поселиться прямо в портовом имении. Хвала Светлому, места там очень много и хватит на всех желающих переселиться в Уун-го. Почти все матросы изъявили желание переехать вместе с купцом. Лишь немногие ушли к другим артакам в Чуде.

Когда приялия дождется Карника и Мию, каравеллы продолжат свой путь по северному побережью до восточного поморья, до самого дальнего города Ко. Там останется один купеческий боевой парусник из сопровождения, а отец и дочь попытаются найти мага-отшельника Эйгарина в Рорских вершинах. Остальная приялия в сопровождении королевских порубежных кораблей направится через восходное море, в Шессель. Так планировал начать выполнение королевского контракта шон Карник.

– Добрый вечер, шон Офикс. Ты готов показать мне "град Тьмы" или для начала поднимешь мертвеца из своих запасов?

– Душевной Тьмы, шона Мия. Думаю, сегодня подниму навью-воина. Погоняет он тебя весьма неплохо, это мой подарок ко дню рождения.

– Думаешь стоит надеть мои наплечники? Или сегодня снова "только магия", – девочка состроила пренебрежительную моську.

– Знатной шоне не пристало корчить такие сатирические гримасы, это всегда вызывает улыбки у окружающих. Думаю, что воина тебе без твоих кинжалов еще не свалить. Надень и готовься.

Двое подручных приволокли мертвое тело в легком доспехе и уложили его на алтарь. Черный взял посох и пристроился у головы трупа. Немного позавывал, махнул руками, затем легонько тюкнул труп в голову. Воин резко сел. И подручные исчезли за металлической дверью полигона. Офикс подошел к навью спереди и осмотрел его.

– Начнем! – громко рявкнул черный, указал навью-воину на стойку с оружием, а сам встал рядом с учеником Хесуса и лекарем.

– Ладненько! Иди сюда, родимый, – Мия сформировала трехшаговую водяную плеть "китовый ус".

Оживший воин резво вооружился двуручным мечом и в три прыжка оказался на расстоянии удара. Девчонка хлестнула его по голове усом, но лишь намотала его на подставленный меч. Мия рванула на себя ус, мертвяк не ослабил хватку, а шагнул на нее, изменив положение клинка, направил его в живот. Но хлопок ладони по лезвию отклонил траекторию огромного меча. Мертвец ненадолго потерял равновесие, но не растерялся, ударив локтем в лицо девчонки, кувыркнулся, заодно развеял "китовый ус".

Мия от тяжелого удара мертвеца отлетела на несколько шагов, протащившись на спине вперед головой. Едва она вскочила, как пришлось уворачиваться, отпрыгивать, отражать очень быстрые и мощные удары меча. Хорошо хоть успела кинжалы выхватить. Воин махал огромным тяжелым мечом, не забывая про свои руки и ноги. Наконец ему удалось схватить девчонку за руку с кинжалом, сразу потянул ее вокруг себя и попытался кинуть в стену. Мия извернулась, обхватила дохлую вонючую руку ногами, а свободной рукой со вторым клинком отсекла держащую ее кисть.

Навий-воин не заметил потери и попытался скинуть вцепившуюся прямо в каменный пол. Девочка соскользнула с культи, когда воин размахивался, сделала обратное сальто к стене. Сразу оттолкнулась от нее и, кувыркнувшись, вонзила оба клинка в позвоночник между нашитых металлических пластин вокруг поясницы мертвого вояки.

Он как будто сломался напополам и рухнул на пол полигона лицом вперед. Закрепить победу не удалось, дохлый непонятным движением перевернулся на спину, интенсивно замахал мечом как раз в тот момент, когда Мия кинулась к его шее. Меч ударил высоко, и она успела подставить наплечник. Снова отлетела от удара, а когда подскочила и развернулась, увидела, что, зажав меч зубами, к ней быстро, перебирая руками, опираясь на обрубок, приближается сломанный воин, волоча не работающие ноги.

Скаканув навстречу, девчонка высоко перепрыгнула его и переместилась в другой конец огромного зала. Сотворила несколько рун и кинула в спешащее к ней мертвое тело. В полете руны превратились в десять порций воды, сразу вслед за водой полетело еще две руны, превращая ее в лед. Вслед за своим заклинанием скользнула Мия, планируя расчленить застывшего во льду навья. И повезло, что сначала она перерубила тремя ударами замерзшую шею, так как руны развеялись через два удара сердца. Мокрый мертвяк лежал на полу, отделенная от него голова зло таращила глаза и скрежетала зубами.

– Светлого посмертия, воин! – произнесла Мия и вонзила кинжалы в оба виска, обрывая работу мертвого мозга насовсем.

– Какие уроки ты извлекла из поединка? – Ученик Хесуса Гло остался стоять у стены, – что будешь готовить к следующему поединку с навьями?

– Навьи быстрее других мертвяков рассеивают руны Света, – подняла руки вверх, чтобы подошедший лекарь осмотрел ее, – реакция как у человека, остальное как у остальных. Воняет так, что кажется не отмоюсь.

– Так чем же лучше его приложить, чтобы убить очень быстро?

– К следующему бою подготовлю заклинание замедления и разделаю навьев на части.

– Замедление на него действует еще хуже, ты и не заметишь, что оно сработало. Думай.

– Тогда может лужу с водорослями?

– Правильно! Навьи будут замедлены оплетающими конечности листьями, дополнительно к этому будут отвлечены избавлением от них. Но лучше обновлять руны с расстояния, так как рассеивание рун произойдет примерно за четыре-пять ударов сердца, что дает время на меткий выстрел из лука. Арбалет отпадает, если подобных противников больше трех, по понятным причинам.

– Да, перезарядить не успеешь, это точно, – девочка оглянулась на черного мага, который возился с вторично поверженным воином, – только я не смогу так быстро обновлять руны и одновременно стрелять из лука.

– Что тебе сказать, Мия. Чаще используй связки рун. На практике можешь тренировать плетение рун во время стрельбы из лука. Просто набери дешевых стрел побольше и стреляй по макушкам деревьев, творя разные заклинания.

– Благодарю за науку, шон Гло, – девочка склонила голову в знак почтения, – шон Офикс, что еще мы сегодня изучим? Может попробуем "град Тьмы" все-таки?

– Если только позволит шон Уук-э, – маг Тьмы вопросительно перевел взгляд на лекаря, – сама-то готова?

– Думаю, что такие нагрузки не лучшим образом отразятся на твоем организме, девочка. Но ты выдержишь краткую атаку средней силы. Решайте сами, а я подлечу, если что.

– Тогда разойдитесь шоны, а мы начнем! – решила Мия, настроилась на ощущение маэны в груди и впала в контролируемый транс, – нападай!

– Атакую слабой силой! – предупредил черный и кинул руны к высокому потолку.

Только Офикс успел напитать их маэной, как руны превратились в черное облачко Тьмы. Черные сгустки размером с маслины отделились от этого образования и моментально устремились в девочку. Было очень больно, но Мия стояла не шелохнувшись, пыталась понять, что происходит с ее источником. Весь этот процесс она не контролировала. Мия отметила, как маэна стала менее плотной, после чего начала собираться на всей поверхности тела, заставляя ее кожу светиться, образуя защитный покров. Все это произошло мгновенно, девочка едва уловила свои ощущения. Крупные капли Тьмы впитывались этим покровом и собирались в районе солнечного сплетения облаком Света, который, в свою очередь, подпитывал защиту девочки множеством тончайших нитей маэны. Боль отступала и по телу разлилась приятная сила и энергия.

– Средняя сила, – будто под водой услышала Мия, погруженная в транс, приглушенный вопль Офикса, и ощутила более сильные удары крупных сгустков Тьмы по образовавшейся защитной поверхности.

Теперь она уже осознанно направила к защитному слою чуть больше Света по тем самым ниточкам маэны. Как ни странно, но все получилось быстро и просто. Защитный слой стал мощнее, а "град Тьмы" еще больше наполнил ее источник Света.

– Давай на всю! – также приглушенно услышала Мия свой голос.

Ничего не произошло. Черный маг бездействовал.

– Бей со всей силы, пока я тебе ноги в задницу не затолкала! Червяк подхвостый!

Что ей ответили, она не расслышала и открыла, оказывается, закрытые глаза. С такой злостью посмотрела на троих спорящих о чем-то магов. Из резко выброшеной в их сторону руки вырвался небольшой сгусток Света и разнес кусок скалы, в которой был вырезан полигон.

– Бей во всссю сссилу! – прошипела Мия.

Перепуганный маг Тьмы начал плести руны. Теперь девочка смотрела на все, что с ней происходит не изнутри, а как обычно.

Вот сорвалось плетение заклинания под потолок, вот образовались крупные капли, величиной с кулак кузнеца, вот они срываются вниз и все до единой летят в нее. За удар сердца до соприкосновения она чуть увеличивает поток маэны к покрывшему все тело Свету. Теперь она понимает, что каждая капля "града Тьмы" растворяется на поверхности ее кожи и немного увеличивает светлое облако в солнечном сплетении. К концу "града" облако еле помещалось в грудной клетке, растекалось в шею и живот.

Постепенно успокаиваясь, девчонка отметила, как медленно уплотняется и уменьшается облако, превращаясь в большой сгусток маэны, опускаясь вниз.

Вся маэна собралась в животе через пару чарок, ее было очень много. Сила переполняла тело девчонки, ей хотелось выплеснуть энергию.

Мия сжала кулаки и, подойдя к развороченному некоторое время назад ею куску скалы, начала лупить по краям дыры. Куски камня откалывались, увеличивая яму в стене. Руки девочки защищал свет. После пятого или шестого десятка ударов Мия успокоилась и пошла к ошалевшим магам.

– Покажи руки, – лекарь первым вышел из ступора.

– Что на тебя нашло, девочка? – спросил ученик Хесуса.

– Ты меня насмерть перепугала, – немного взволнованно пробурчал Офикс, – чего так рассердилась?

– Я чувствовала, что могу выдержать больше. Нужно было проверить и проанализировать это чувство. Только избыток сил словно зуд изнутри прожигал меня и заставлял выплеснуть все лишнее из себя.

– То, что ты выплеснула, является неусвоенной маэной. Твой источник увеличился в четыре-пять раз. А это очень вредно. Сейчас поднимешься на этаж артефактчиков и зарядишь столько амулетов, чтобы маэны оставалось на донышке. Ясно?

– Да, шон Уук-э. Уже бегу. Благодарю всех за науку, шоны. Встретимся после моего практического задания. Прощайте.

В новую резиденцию Мия попала к концу второй половины вечера. Карник уже был там, девочка это знала и спешила домой. Пока они не виделись, стало понятно, что ей очень не хватает его добрых слов, мудрых наставлений, иногда просто хотелось оказаться под его отеческой защитой, вспоминала, как он часто трепал ее рыжие непослушные кудри.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.