Василиса Кириллова
Жених с подвохом

Глава 1

– Александра, Саша! – кто-то громко меня окликнул.

Я просто брела по вечернему городу, машины проносились со свистом, а то и с гулом мимо меня. Фонари давно уже зажглись, освещая серые безликие многоэтажки. Мне было тоскливо, и казалось, что пустоту, которая возникала в моменты одиночества, уже ничем не перекрыть: ни музыкой в наушниках, ни шумом живого города. А тут звонкий пронзительный голос:

– Александра, Саша!

Я обернулась, мой взгляд пробежал по фигуре человека. Это был мужчина, ни мальчик, ни парень, а именно мужчина: широкий разворот плеч, очертания сильных рук проглядывались через одежду, уверенная стойка.

Чёрт, – подумалось мне, и тут же вспомнились слова бабушки: «Зря не чертыхайся». От этого ещё раз захотелось чертыхнуться, но я сдержалась и стала быстро соображать, что это за тип, и что ему нужно.

Мужчина неспешно подошел, у него были широкие скулы, которые обрамляли и без того красивое лицо, мягкий, красиво очерченный рот, широко распахнутые глаза. Я бы чертыхнулась ещё раз, так как внутри что-то затрепетало и румянец предательски пополз по щекам. Это ещё что такое? Я впервые этого мужчину вижу! – возмущенно проговорила у себя в голове. И потянулась руками к щекам, чтобы скрыть этот конфуз от незнакомца.

Мужчина подошел ближе и продолжил:

– Добрый вечер, Александра. Извините, что пришлось вас окликнуть, но из-за шума автомобилей вы меня явно не услышали бы.

Кто это еще такой, препод что ли? Я вроде всё сдала, зачем же ему меня искать? Знакомых с такой внешностью тоже не припоминаю.

– Здравствуйте, – сказала я робко.

– Саша, я понимаю, что мы с вами близко незнакомы, но не уделите ли вы мне немного времени? – продолжил он.

Я молчала, обдумывая его предложение, а потом ответила:

– Да.

– Тогда пройдемте со мной? – как-то подозрительно продолжил он.

Нет, нет… Я с тобой, то есть с вами никуда не пойду, бабушка не зря меня учила с незнакомыми не разговаривать, – быстро пронеслось в моей голове.

– Нет, вы правильно сказали, мы незнакомы. Я с вами никуда не пойду, – твердо отрезала я.

– И вы будете совершенно правы, но позвольте мне всё объяснить, – парировал он. И потянулся к моей руке.

– Это ещё что такое? – возмущенно буркнула я. Негодование и паника поглотили меня. Решение нашлось само собой! Пора бежать, чем быстрее, тем лучше! Вывернулась из рук незнакомца и побежала куда глаза глядят.

В спину я услышала:

– Саша, постойте! Дайте мне всё объяснить!

Наверное, стоило выслушать объяснения, но я ещё прибавила ходу. Скакала по улице, как сумасшедшая, вскидывала руки и выкрикивала что-то неразборчивое. От этого прохожие разбегались и вжимались в стены домов, а этот непонятный тип не отставал ни на шаг и продолжал меня звать. Мне это очень не нравилось. И сумка, которая болталась у меня за спиной, постоянно хлестала по ногам, отчего хотелось её выбросить.

 Точно! Выбросить. Это я и сделала. Сняла с плеча толстый вязанный ремень и швырнула сумку в сторону догонявшего. Не знаю, дало ли мне это время, но вбежать в подъезд старого двухэтажного дома, где раньше жила моя бабушка, и подняться на чердак, где я пряталась в детстве, позволило.

Я часто прогуливалась вечером в этом районе, чтобы обязательно пройти мимо этого дома. Мне всегда было хорошо в квартире бабушки, это было небольшое уютное гнездышко. Когда я была маленькой, бабушка укладывала меня рядом с собой на диване, а когда я подросла, бабуля раскладывала мне раскладушку на кухне. Лучшего собеседника, чем моя бабушка было не найти. С ней можно было поговорить на любую тему. Казалось, что она знает обо всём, хотя была обычным рабочим на заводе, пекла хлеб. Когда завод закрыли, она была уже на пенсии, но все равно переживала за своё дело, за людей, оставшихся без работы.

Почти год назад её не стало, не стало части меня. Боль не ушла, а только стала сильнее. Сейчас я понимаю, что больше её нет, что она не уехала в другой город, что она никогда уже не даст мне совет и не ответит на мои вопросы.

***

Я влетела на чердак, было темно, дала время глазам, чтобы привыкнуть, прошла вглубь, туда, где обычно хранился хлам – то, что не влезало в квартиры жильцов. Многие из них переезжали, умирали, а хлам оставался здесь, о нём забывали. В полумраке, который давало чердачное окно, можно было разглядеть густо покрытый пылью разобранный рояль, раньше звуки этого инструмента доносились от соседей сверху, их внук учился в музыкальной школе. И каждый четверг, и вторник он безжалостно стучал по клавишам так, что хотелось прищемить крышкой этого же рояля его пальцы. Рядом с роялем лежали картонные коробки с книгами. Эти коробки появились здесь достаточно давно. Так давно, что из листов этих книг мы складывали самолетики, выпускали их через чердачное окно и смотрели у кого улетит дальше. Однажды за такую проделку бабушка меня серьезно наказала.

Ещё с соседскими ребятами мы любили играть в прятки, и обязательно кто-нибудь прятался на этом чердаке, было весело. Иногда я пряталась за входной дверью с небольшой щелью, в которую наблюдала за всем происходящим на чердаке. И меня особенно веселило, когда водящий пытался найти кого-нибудь, вбегал на чердак и, не подавая вида, что ничего не видит, говорил:

– Стуки-стуки, вижу. Некоторые ребята поддавались на этот блеф и выбегали. А я сидела до последнего. Как-то раз, мы играли с мальчишкой из соседнего двора, его мы не знали, но приняли в игру. Меня он нашел сразу, и казалось, что он прекрасно видит в темноте. Что это за мальчик до сих пор остается загадкой. Он так же быстро исчез, как и появился.

***

Вдруг что-то заскрипело. Я вздрогнула. Затрещало, грохнуло и пронеслось мимо меня. Я глубоко втянула воздух, напряглась… Потом прислушалась, протяжно заорал кот. Я выдохнула:

– Вот зараза!

– Согласен! – насмешливым тоном произнес кто-то в тёмном углу. Сердце застучало, отдаваясь в висках. Бежать было бесполезно, если он сюда добрался незамеченным, значит нагнать меня на лестнице не будет проблемой. Если только применить обманный манёвр. Точно! Я всегда брала с собой фонарик, но была только одна загвоздка – сумку я уже выкинула. Провела рукой по плечу, будто искала злосчастный предмет. Фигура начала двигаться в мою сторону и спросила:

– Не это ищете?

 Вот чёрт! И сумку поднять успел, а может быть поймал! – быстро пролетело в моей голове. Что же ему от меня нужно? Надо бы спросить. Но страх перед мужчиной не отступал, и я решила ни в коем случае не показывать, что я его боюсь. Лучшая зашита – нападение. Сейчас что-нибудь ляпну, может подумает, что я больная на голову и отвяжется.

– Спасибо! Это я и ищу, мы с вами знакомы? Что вы так бежали за мной? – рявкнула я.

– А зачем же вы бежали? Подождали бы, и я всё вам объяснил, – спокойно с едва заметной ухмылкой произнес он.

– А я с незнакомыми не общаюсь, и …

Никак не могла подобрать нужные слова, чтобы продолжить свои мысли, но мой собеседник не остался в стороне и продолжил за меня.

– Да, вы не общаетесь, вы сразу бежите, так сказать, нагоняете аппетит перед беседой или просто спортом занимаетесь? – уже с нескрываемой иронией произнес он.

Меня это задело, какой-то непонятный тип иронизирует надо мной. Я хотела выдернуть сумку и с гордо поднятой головой удалиться с чердака, чтобы он понял, насколько мне не приятен этот разговор. Но вместо этого взвизгнула:

– А вот вы только этим и занимаетесь! На большее-то не способны!

– Ого! Я, видимо, чем-то сильно провинился, смотрите не взорвитесь! –  с откровенным сарказмом парировал он.

Это окончательно меня взбесило! Я выдернула сумку из его рук, та не выдержала и порвалась, всё содержимое оказалось на полу.

– Вот чёрт! – я громко произнесла это вслух! Присела на корточки и стала перебирать руками по полу в поисках фонарика.

В двух шагах от меня раздался хлопок, что-то с цоканьем приземлилось на пол.

Мой собеседник прошептал:

– Этого ещё не хватало! И двинулся в ту сторону, где что-то приземлилось! Стали слышны звуки какой-то возни.

Я, наконец-то, нащупала фонарик и включила его, передо мной развернулась невероятная картина. Этот малознакомый мужчина оседлал какую-то собаку, прижимая мордой к полу. При этом собака явно была непородистая, потому что её морда напоминала смесь борзой и мопса. А на месте ушей показались маленькие рожки. Вероятность того, что это была собака, стремилась к нулю, так как ещё это подвывающее существо упиралось копытами в пол.

– Мама, – вымолвила я.

– Правильно, с этого надо было начинать, – немного переведя дух, сообщил мне мужчина.

Глава 2

Мама…свою маму я плохо помню, мне было около трех лет, когда она заболела и умерла. Отец недолго горевал, женился через несколько месяцев, чтобы дочку без присмотра не оставлять. Поэтому в жены он взял вдову с двумя детьми. Видимо, чтобы лучше присматривала. Она никогда не просила называть её мамой, а только Зоей Петровной, мы с бабушкой между собой называли – Змея Петровна. Наверное, мачеха действительно всю душу в меня вложила, как она говорила моему отцу. Но с каким-то уважением о ней не хотелось и никогда не захочется говорить.

Строгость в её понимании представляла из себя кнут, и чем сильнее кнут, тем лучше. В такие моменты я просто уходила из дома к бабушке. Когда закончила школу, перебралась в общежитие, так как квартиру бабушки отец продал.

Комнату общежития мы делили втроём: девчонки старшекурсницы и я. Первый месяц было очень сложно, поговорить было не с кем. Со старшекурсницами мы обменивались парой фраз. В университете однокурсники перезнакомились на практике, и в начале семестра уже разбились на группы по интересам. Были, конечно, такие же как я – одиночки, к которым подходить было страшно, так как они представляли из себя комок нервов. Но когда старший курс отправили на практику, мне стало полегче, я как-то обжилась в их отсутствие.

Сегодня я сдала последний экзамен, напряжение ушло, и тоска накатила, если бы бабушка была жива, мы бы устроили праздник, она испекла бы мой любимый пирог, чай с вареньем и безмерное веселье, для нас это было уже традицией!

***

На чердаке было всё так же темно, и только мой фонарь освещал малоизвестное животное и мужчину.

Я осторожно спросила:

– Это же… Но не смогла договорить, захватила воздух ртом и произнесла немного сдавленно, – это же он?

Мой собеседник с нескрываем восторгом и улыбкой спокойно произнес:

– Нет.

Этой фразой он окончательно ввел меня в ступор. И я попыталась разъяснить, что имела ввиду:

– А кто? Это же чёрт! Что вы мне сказки рассказываете? Или как там его ещё называют.

– Это не он, а она, – всё с той же усмешкой сказал незнакомец и продолжил, но уже более серьезным тоном:

– Особь женского пола семейства Infernum. Самка ещё не достигла половой зрелости, об этом свидетельствует её запах и окрас шерсти, а также роговидные отростки.

– Ээээ…что? Какие отростки? Вы кто? Это нормально? – уже окончательно, потеряв связь с реальностью, спросила я.

– Роговидные отростки. Видите, рожки не достигли и трех сантиметров, и для самочки это абсолютно нормально, – ничуть не смущаясь, ответил он и добавил:

– Доктор Велесов, будем знакомы.

Знакомиться мне как-то не очень хотелось, но ситуация была странная, и наверное, из-за бабушкиного воспитания, я сказала:

– Очень приятно познакомиться.

– Хм… Интересная вы особа. Ну что же? Помогите мне вернуть создание обратно в среду его непосредственного прибывания, чтобы минимизировать стресс от встречи с новым местом и, конечно же, со мной и вами.

Я немного опешила от услышанного и хотела согласиться…Но к чему это может привести? Зачем мне это всё? Мне хотелось покинуть этот дом, как никогда прежде, и не возвращаться. Я выпалила:

– С чего вы решили, что я буду вам помогать? Я не умею и не хочу.

Лицо доктора приобрело суровые черты, до этого улыбающийся рот сжался в тугую нитку. Мне стало не по себе, мурашки побежали по телу, во рту появился привкус металла. Чертиха или как там её правильно называть, завизжала ещё истошнее. Доктор процедил сквозь зубы:

– Подойдите ближе и держите за загривок, чтобы самка не вырвалась и не начала брыкаться, а я свяжусь с коллегой. Только выключите фонарь, он изрядно раздражает.

Я нажала на кнопку выключения и на негнущихся ногах подошла, присела рядом с доктором. Он осторожно взял мою руку, от прикосновения по телу побежали мурашки. Да что это со мной такое? Соберись, Саша. Хватит, – начала я себя успокаивать. Мужчина перехватил свободной рукой моё запястье и положил на загривок, сверху покрывая ладонью мои пальцы.

Шерсть оказалась мягкой, даже шелковистой, и в нос ударил запах морского прибоя. Как это странно! Наверное, это сон, но доктор выдернул меня из моих размышлений своим строгим тоном:

– Вот так держите! Сильнее! Можете двумя руками для верности.

Затем отпустил мои руки, приподнялся и подошел ближе к чердачному окну, аккуратно снял куртку и положил рядом, теперь можно было разглядеть, что на поясе висели ножны. Что за маньяк мне попался? При этом очень привлекательный, – пронеслось в моей голове.

Мужчина, не обращая на меня никого внимания, стал расстегивать манжеты рубашки, под которой проглядывался рельеф мышц. Я подумала: интересно, как он собирается связываться с коллегой? Зачем растягивать рукава?

Затем он вынул кинжал с необычной рукоятью. И прежде, чем он успел что-то сделать. Я истерично, но старалась, как можно грознее провопила:

– Предупреждаю, я буду кричать и сопротивляться, соседи услышат и вызовут органы!

– Вы что там себе напридумывали? Я же сказал, что мне нужно связать с коллегой, чтобы переместить особь в зону её обитания, которую вы так любезно призвали!

– Я призвала? Вы в своем уме? Я отродясь этого делать не умела и не умею! – гневно прошипела я.

– Если вы немного подождете, то я вам все объясню. А пока нельзя терять время. Иначе транквилизатор, которым я ослабил сознание особи, потеряет своё действие, – уже немного раздраженно проговорил он.

Затем он аккуратно сделал разрез на пальце и провел по запястью левой руки, на которой, как мне показалось, были какие-то письмена в виде татуировок.

Та самая особь, о которой так неистово говорил этот ненормальный тип, зашевелилась, дернулась, я вцепилась в загривок сильнее, но это мадам, явно была с характером. Она приподнялась, шерсть вздыбилась…

От увиденного я еще раз пролепетала:

– Мама… и посмотрела испуганно, ища взглядом доктора.

В этот момент гражданин Велесов начал что-то бормотал себе под нос, какие-то цифры или заклинания.

Вот же меня занесло…Что делать? Что делать?

– Эй! Доктор! – истошно проорала я.

Он увидел, что ситуация выходит из-под моего контроля… И двинулся в нашем направлении. Руки у меня взмокли, и очередная попытка «милой дамы» высвободится из них, увенчалась успехом. Буквально в доли секунды мадам завертелась на одном месте, обернулась в сизого голубя и, не прощаясь, пулей вылетела в окно. Никогда до этого не видела, чтобы голуби так быстро перемещались.

Доктор лишь всплеснул руками и проговорил:

– Вот этого я и боялся…Ни на одну минуту нельзя вас оставить, – с малой долей сарказма произнес он.

Глава 3

– Меня? Меня можно было в это и не втягивать! – с явным недовольством произнесла я.

Через мгновенье на чердаке стал подниматься смог, мне стало сложно дышать, я закашлялась. В проёме чердачной двери появилась девушка, невысокого роста, в темном длинном плаще.

– День добрый! Что тут у нас? – произнесла сиплым голосом она.

– У нас тут метаморф семейства Infernum, – быстро перехватил беседу доктор.

Девушка с особым интересом посмотрела на меня и произнесла:

– Хм… Вы чем его накачали, что он у вас стоит так неподвижно?

– Ааа… это? – начал было доктор, но девушка его прервала:

– Подождите-подождите, сейчас сама догадаюсь! Сон-трава? Одолень-трава? – начала с интересом перечислять она.

– Нет, это… – продолжил доктор.

– Стойте! Конечно же! Плакун! – с невозмутимым видом произнесла девушка.

– А где же сам профессор? – решил прервать её размышления Велесов.

– Он немного занят, птенцам алконоста делает вакцинацию.

– То есть он вас отправил? – с определенным удивлением добавил доктор.

– Да, меня. Какое удивительное перевоплощение, совершенно не вижу иллюзии. Глаза точная копия Homo sapiens. Ну надо же! Как вы думаете сколько ей лет? – с нескрываемым интересом заявила она.

– Я думаю, что ближе к двадцати! – поддержал доктор.

– Вы думаете, в таком юном возрасте особи способны к такой искусной трансформации?

– Если мы говорим о самке семейства Infernum, то нет. А если о самке Homo sapiens, то к этому возрасту их тело достигает и не такой трансформации. Если вы понимаете, о чем я, – едва сдерживая смех, проговорил доктор.

– Что?! – уже не выдержав такого предельного внимания, выкрикнула я.

Девушка очень недоуменно посмотрела сначала на меня, потом на доктора.

Затем совершенно серьезно произнесла:

– У нас ложный вызов, доктор? Оформлять как будем?

– Постойте-постойте, не стоит так сердиться, я пытался объяснить, но вы так увлеклись, что это было невозможно сделать. У нас неложный вызов, особь действительно была. Есть свидетель – Александра. Она может подтвердить.

Воркования доктора с этой девушкой вызвали во мне волну негодования. Будто бы желанную конфетку отдавали другому ребенку. И когда Велесов обратился ко мне со словами:

– Александра, сможете подтвердить?

Я совершенно спокойно ответила:

– О чём это вы? Первый раз слышу.

– Эх…Саша. С огнем играете! – с небольшой досадой ответил доктор и продолжил, – можете проверить мой рунный след, он не должен рассеяться за такое короткое время.

– Хорошо, обязательно проверим. А теперь проследуйте за мной, – процедила она.

Девушка вытащила из кармана плаща небольшой сверкающий камень. Бросила себе под ноги и сказала:

– Прошу!

Мужчина, немного колеблясь, поднял свою куртку и подошел к камню, его тут же охватил туман, и он исчез.

Конечно, мне хотелось отвязаться от доктора, но его исчезновение немного огорчило.

Затем девушка перевела взгляд на меня и добавила:

– Вам особое приглашение требуется?

– Мне? Я никуда не собираюсь идти. Я ничего не видела и не знаю, – как можно убедительнее стала отнекиваться.

Девушка внезапно стала выше ростом, а глаза приобрели металлические отблески, внутри у меня все сжалось, и захотелось спрятаться.

– Подойдите ближе и не тратьте моё время, и не советую играть в игры, для тебя милочка, это может плохо кончиться.

– Да что ж это такое?! Все так и норовят руководить! А если я не пойду? Просто не хочу! – неожиданно для себя выпалила это вслух.

Через мгновение передо мной стояла уже не девушка, а хищник готовый напасть на свою жертву, от одного взгляда на которого бросало в дрожь. Зря я, наверное, это вслух сказала, всё-таки иногда стоит слушать, что тебе говорят.

Она схватила меня за воротник куртки и одним движением бросила в сторону камня и добавила:

– Приятного полета!

Глава 4

 В нос ударило сыростью и свежескошенной травой. Только что я стояла на тёмном чердаке, а теперь передо мной открывался природный простор. Солнце садилось за горизонт. Теплый ветер обдувал моё лицо, расправляя упавшие пряди волос. Где это я? Не в городе, это точно. Куда же я попала?

За своей спиной я услышала знакомый голос:

– Как ваш первый полет, Александра?

Сразу как-то спокойнее стало. Но события, которые тут творятся, требовали разъяснений. Я развернулась лицом к своему собеседнику и сказала:

– Немедленно объясните, что тут происходит!

– А я думал, что уже не попросите! Так долго пытался с вами поговорить, а вы то бежите, то самопризывом занимаетесь, – со смехом в голосе проговорил он.

– Я внимательно вас слушаю, – произнесла немного с волнением.

– Мы обязательно поговорим, но сейчас не стоит здесь оставаться, я направил портальный переход по ложной траектории, поэтому у нас есть немного времени, чтобы убраться как можно быстрее отсюда.

– А разве это не ваша коллега? – с небольшим удивлением произнесла я.

– Нет. Это точно не он! Я подавал сигнал профессору Вольговичу, но, видимо, его перехватила химера.

– Химера? Чудовище из древнегреческих мифов? – с нескрываемым испугом переспросила я.

– Нет. Не та химера, хотя я бы понаблюдал за этой особью. Я думаю, будет лучше, если мы пойдем в сторону реки, наберём воды. Пойдемте, по пути введу вас в курс дела.

Я неспешно пошла рядом с доктором, стараясь не отставать от него.

– Мы называем химерой организм, состоящих из разных мутагенных клеток. Конечно, это нетрадиционная биоинженерия, так как используются особые мутагены, малоизученные человечеством, – продолжил Велесов.

– Ааа… только и смогла ответить я, так как ничего не поняла, генетику мы изучали только в школе, а на историческом факультете её изучение вообще предполагается? – возник вопрос у меня в голове.

– Я вижу вас не впечатлило моё объяснение. Недостаточно информации? – с нескрываемой насмешкой начал он.

Я хотела было признаться, что ни слова не поняла, но мой кроссовок зацепился за торчащую корягу. Я пыталась его высвободить, но только с диким воплем полетела на встречу к земле. Еще немного и синяков, и ссадин было бы не избежать, если бы не теплые руки, которые перехватили меня у самой земли.

Мужчина помог мне подняться и сказал с нескрываемой иронией:

– Саша-Саша, будьте осторожнее. Всё-таки природная зона, не город.

Я хотела было возразить, что можно было и не ловить. Но странное чувство возникло от его прикосновений, щеки опять стали наливаться краской. Да что это такое? Никогда такого не было и вот опять.

Видимо, мое замешательство и молчание вынудили продолжить доктора объяснения:

– Что вы знаете о скрещивании, Александра?

– Скрещивании? – с удивлением спросила. Я точно помнила, что это из курса школьной биологии, но мой мозг подкидывал разную информацию, не связанную со скрещиванием, или отдалено с ним связанную. Мне представлялись губы доктора, которые были так близко, его теплый медовый запах.

– Хорошо, я понял. Это не входит в ваш круг интересов. Но про оплодотворение вы должны были что-то слышать? – чуть ли не с хохотом произнес он.

Я чуть воздухом не поперхнулась. В голове всплыли воспоминания о пестиках и тычинках. И я ответила:

– Про оплодотворение что-то слышала!

– Серьёзно? Я уже начал думать, что вас в капусте нашли.

В капусте или нет я не знаю. Но что к общению с парнями я не стремилась, это точно. В девятом классе мне нравился один мальчик, он несколько раз провожал меня до дома. Даже пригласил в кинотеатр. Тогда я дружила с одноклассницей. Мы с ней были неразлучны с детского сада, вместе ходили в школу, за одной партой сидели, в соседних домах жили. Когда новенький мальчик появился в нашем классе, все девчонки пытались привлечь его внимание. Поэтому мы с подружкой постоянно обсуждали его, как посмотрел, что сказал. А однажды, после школы он предложил проводить нас до дома. Школа располагалась в пятнадцати минутах пешком от дома. И всю дорогу мы смеялись, мальчишка очень весело рассказывал истории, казалось, что он много где побывал и много чего видел.

После сдачи экзамена по истории, мальчик выловил меня в коридоре, пока подружка была на консультации по биологии, и предложил сходить в кино. Я смутно припоминаю на какой фильм мы ходили, это было и неважно, просто я была на седьмом небе от счастья.

На выпускном вечере я ждала, когда он пригласит меня на танец. Даже помню, когда он подошел к нам с подружкой, только пригласил не меня, а её. С тех самых пор ни парней, ни подруг.

Доктор резко остановился, схватил меня за плечи и повернул к себе лицом, затем долго вглядывался в мои глаза и спросил:

– Вас кто-то обидел?

Его слова пролетели мимо моих ушей, потому что я только сейчас увидела, насколько бездонные у него глаза, будто морская пучина. Он явно был обеспокоен чем-то, небольшая складка пролегла между его темными бровями.

Он немного сильнее сжал мои плечи и повторил:

– Саша, вас кто-то обидел?

– Конечно, нет! О чём вы? И не надо так меня держать. Зачем так беспокоится из-за капусты! – решила отшутиться я.

 Мужчина ослабил хватку, опустил мои плечи, задумчиво улыбнулся и спокойно произнес:

– Согласен.

– Ну так, что там со скрещиванием? – уже с небольшой долей иронии произнесла я.

– Про скрещивание сейчас объясню, но сначала спустимся в овраг, там должна быть река рядом, слышите шум воды?

Действительно, теперь среди лесных звуков: ветра, шелеста травы, стрекотания сверчков и комариного писка, я услышала отдаленный плеск воды. Мы стали спускаться вниз по оврагу, то и дело приходилось отбиваться от назойливых насекомых. А доктора никто не трогал, шел себе как ни в чем не бывало. К проблеме с комарами добавились корни, растущие по краям оврага, которые так и норовили опутать кроссовки. Даже включённый фонарик не помогал. Велесов неоднократно предлагал свою помощь, но я отказывалась. Конечно, мне нравились его прикосновения, они будили во мне неиспытанные ранее чувства, но всё-таки мы были едва знакомы. Поговорить так и не успели, я не получила ответы на предыдущие вопросы, как назревали новые. Этот мужчина был сплошной загадкой.

– Саша, вы так сильно сопротивляетесь моей помощи, будто бы я полоз какой-то, кстати, будьте осторожны, здесь немало змей! – с привычной ухмылкой сказал Велесов.

Встреча со змеями действительно была бы неприятной, тем более я видела их только по телевизору. Но и этой информации было достаточно, чтобы понять всю опасность подобной встречи. А сказки про полоза мне рассказывала бабушка. Она родилась и выросла в деревне, летом они часто с подружками ходили за ягодами, поэтому, когда были змеиные свадьбы, детей пугали змеиным царём.

Я стала более тщательнее освещать себе спуск к реке, обращая внимания на любой треск. И чтобы у Велесова не осталось сомнений в том, что я справлюсь без его помощи, сказала:

– Если я правильно помню, то сейчас не сезон змеиных свадеб, не так ли, доктор?

– Совершенно верно, уже поздно. Но не стоит недооценивать полоза. Система иерархических отношений внутри вида является отличительной чертой от других групп этого семейства – lacerta. У каждого полоза может быть несколько жён, но руководить, так сказать, гаремом может только одна. Сами понимаете, каждая хочет иметь такую власть, а ухищрённые женские умы способны чинить козни друг другу в борьбе за неё. Поэтому каждое лето, полоз или его сыновья выбирают себе невесту для дальнейшего продолжения рода. А приглядеть себе невесту ничего не мешает. Может, все-таки возьмете мою руку?

После таких аргументов ничего не оставалось, как взять руку Велесова. Ладонь на удивление была мягкой, теплой, приятной на ощупь. У моего отца ладони всегда были шершавыми от постоянной работы на заводе, да и перчатки он забывал надевать, за это Зоя Петровна его часто ругала, да и бабушка говорила: «Мозолистые руки не знают скуки».

Доктор улыбнулся, чем смутил меня еще больше, взял меня за руку, ещё и доволен, как кот, объевшийся сметаны. Я почувствовала, как кровь снова стала приливать к щекам. Но решила вида не подавать, поэтому отвела глаза от его притягивающей улыбки и стала тщательно смотреть под ноги, чтобы не упасть. Конечно, интересного моему взору открывалось мало: трава, которая постепенно поднималась все выше и выше. Однозначно здесь не ступала нога человека. Идти было все труднее.

Глава 5

– Саша, что вы так тщательно разглядываете? Может быть, я смогу помочь в ваших поисках? – с обычной иронией произнес Велесов.

Ещё и издевается, завел меня в глушь непросветную, ничего не объяснил, так еще и …

Я не успела закончить свои мысли. Как Велесов скомандовал:

– Стойте! Не шевелитесь.

Я остановилась, в метре от меня послышался шум травы, и перед моим взором предстало скручивающиеся в гигантские кольца тело змеи, переливающиеся в лунном цвете иссиня-черным блеском. У меня перехватило дух. Восхищение и страх сейчас боролись в моей голове. И страх однозначно побеждал. Когда я так успела проникнутся этой природной красотой? Удивилась я сама себе.

После недолгой паузы Велесов продолжил:

– Завораживающая красота, не правда ли?

– Да-а, – едва не запинаясь, произнесла я.

– Испугались? – уже с определенным трепетом спросил доктор.

– Нет. Просто не ожидала, – честно пыталась ответить я.

Доктор, уже не скрывая смеха в голосе, добавил:

– А ваша рука говорит об обратном. Если вам потренироваться, выбраться из ваших рук будет непросто.

Теперь я заметила, что очень сильно сжала руку Велесову, можно сказать, мертвой хваткой.

– Ой, я не заметила, простите. И уже про себя подумала, – и зачем это я вцепилась в него, – аккуратно освободила его ладонь из своей.

Он с удивлением посмотрел на меня и добавил:

– Саша, я рад, что вы не побежали или того хуже упали бы в обморок. А то, что вы так справлялись со страхом, это нормально. Я специально для этого дал вам руку, чтобы поддержать вас. Я рядом. И протянул мне руку снова.

Поддержать… Я рядом… Посмеялся над моей хваткой. Всё хватит с меня…Да ещё и эти проклятые комары!

Я отмахнулась от его руки и заявила:

– Знаете, что? Вы притащили меня за тридевять земель, ничего не объяснив, и еще и смеетесь над моим страхом? Всё! Или вы сейчас же мне всё объясняете, или я ухожу куда глаза глядят!

– Я уже было подумал, что вы обладаете хоть какой-то выдержкой, но я явно ошибся в своих убеждениях, – уже с нескрываемой досадой произнес доктор.

– Что? Выдержкой? – вскипела я и продолжила:

– Вы ненормальный! Какой такой выдержкой я должна обладать! Когда я не понимаю, где нахожусь и с кем нахожусь!

– Я понял. Хорошо, – ответил доктор. И совершенно игнорируя происходящее, продолжил свой путь.

– Вы куда? – с огромным недоумением произнесла я.

– За водой, – ответил он.

– За водой? Вы что оставите меня здесь? Одну?! – пыхтела я.

– Ну вы же хотели идти куда глаза глядят! – иронизировал он.

– Ах, вы негодяй! То есть объяснять, вы мне ничего не собираетесь? Уже догоняя доктора, спросила я.

Он остановился, повернулся ко мне лицом и абсолютно серьезным тоном заявил:

– Попрошу без оскорблений! Это ясно?

Стыд, волна негодования, чувство вины сейчас обрушились на меня. Действительно, оскорблять не стоило. Это неприятно.

– Простите, – выдавила я из себя.

– Извинения приняты. Идите вслед в след за мной, вправо-влево топь.

Я шла, как мышка, ступая вслед в след, как и было сказано. Мужчина шел уверенно впереди, его походка определенно говорила о том, что он злится. Но Велесов молчал. Я тоже не стремилась к разговору. Вскоре я уже отчетливо слышала шум воды, протяжное лягушачье кваканье, шелест камышей.

 Через мгновение мой фонарик поймал отблеск волн быстрой полноводной реки. Речная гладь была неспокойна, волны то и дело накатывали друг на друга, то разгоняя, то снова соединяя блестящие искорки. Но мне было спокойно, я любовалась этим зрелищем. Велесов расстегнул карман куртки и достал из него небольшой сосуд, чем-то напоминающий армейскую фляжку, у отца такая была, осталась как трофей после армейской службы. Затем подошел ближе к кромке воды и окунул сосуд в реку. Вода быстро заполнила фляжку. Он поднял её, закрутил крышку и сказал:

– Саша, вы вправе требовать объяснений! И да, я виноват в том, что теперь мы здесь застряли. Но сейчас у нас не так много вариантов. Нам нужно продолжать путь. Можете освежиться возле воды, и двинемся дальше.

– Варианты? Хорошо, что вы в целом признаете свою вину, это уже радует, – пробухтела я.

– Ну, хоть чем-то я вас порадовал! – заключил он.

Я двинулась к воде, нагнулась, зачерпнула ладонью несколько капель и умыла себя. Вода была прохладная, но не ледяная. Лицо обдало холодом, разум очистился, стало легче дышать, зачерпнула снова, чтобы попить, так как после пробежек по городу и пеших прогулок по лесам в горле изрядно пересохло.

Вдруг услышала шорох и шипение:

– Сэлашшшшш сишас улдасссссс….

Что это, черт возьми?! Я быстро повернулась к доктору, он стоял ко мне спиной, а перед ним вытанцовывала, та сама змея, которую мы видели по дороге сюда. Доктор немного наклонил голову и прошипел:

– Сэлашш сашис патшэ сатур Таниш….

Он со змеями разговаривает, что ли? Я сидела, не шевелясь, однозначно происходящее меня пугало, но и любопытство не отступало, всё вслушивалась в их шипение, пытаясь понять в чем же дело.

Змея остановилась, будто решила присмотреться и продолжила:

– Ишшш… сиршэ… иршэм..

Вдруг, мне показалось, что я разобрала часть фразы:

– Пришла помочь….

В смысле пришла помочь? Что опять происходит?

Велесов ответил:

– Рэхшэш..

Походу поблагодарил, или мне показалось.

Но змея не унималась и продолжила:

– Ишш сишшшу ушшш исе…

В моей голове отчётливо прозвучало: Я чувствую её запах.

Запах? Конечно, ты чувствуешь мой запах, я же бежала, ходила-бродила! И, естественно, не благоухаю!

Было видно, что Велесов напрягся, как-то выпрямился в струну и прошипел:

– Ушшш шисешш…..

Она моя, – пронеслось в моей голове. Что значит моя? Я с ним еще поговорю об этом.

Змея приподнялась словно перед прыжком и произнесла:

– Этишш бэсээ бэра аршассс  ушшш…..

Отец идет за ней, – пробежало у меня в голове.

Велесову это не понравилось, он потянулся за кинжалом, но вовремя себя остановил, собрался и со всем почтением прошипел:

– Рэхшэш….Сэраш сашис патшэ сатур Таниш, бэршше ашшыт…

Змея прошипела в ответ:

– Иэсэшшшу……. Ишш шэту….

 Велесов быстро развернулся ко мне, лицо его было напряжено, он подошел ближе и процедил сквозь зубы:

– Нам пора уходить…

Конечно, пора! Только было большое «но», которое маячило за спиной доктора и уползать не собиралось.

Я выпрямилась, мы встретились взглядами, мой испуганный и негодующий и его бесстрашный и решительный. Он вытащил свой кинжал, подошел ко мне и сказал:

– Мне нужно спрятать твой запах, поэтому я нанесу руны на твою шею и запястья. Для этого мне нужно твоё согласие. Ты согласна?

Да что с моим запахом? Но говорить в слух ничего не стала, лишь податливо мотнула головой. Велесов сделал небольшой надрез на пальце, засунул кинжал в ножны, обхватил мою шею свободной рукой так, что множество мелких иголочек вонзились в кожу, от чего меня просто бросило в жар. Мужчина сглотнул и прохрипел:

– Саша, успокойся… Мы закроем твой запах, на некоторое время он смешается с моим, Таниша не тронет нас, у нас с ней уговор.

Затем нанес одному ему известные знаки на моей коже, это были нежные прикосновения, которые не располагали к спокойствию… Новая волна жара прокатилась по телу…

– Ты даешь мне своё согласие? – бархатным голосом повторил Велесов.

– Да, я же уже отвечала на этот вопрос.

– Тогда мне нужна твоя кровь.

Нет- нет. Мы так не договаривались. Какая такая кровь? Он что вампир?

Я замотала головой, но видимо, отнекиваться было уже поздно. Он снова достал кинжал и изобразил затейливый узор на своем запястье, кровь будто застыла, даже не вытекала из раны. Велесов нежно обхватил моё запястье, трепетно провел пальцем, будто рисовал подобный знак, что был на его руке, а затем… Я даже сообразить ничего успела, внезапно острая боль пронзила мою правую руку, мне захотелось выдернуть её из горячих рук мужчины, но он не дал. Кровь ни струилась, ни капала, она словно замерла в месте пореза, как краска на холсте. Боль так же быстро ушла, как и появилась. Я стояла в недоумении. Что он сделал, черт возьми?!

У Велесова на мгновение помутился взгляд, он притянул меня ближе к себе, его губы поравнялись с моими, горячее дыхание опалило кожу, он жадно посмотрел на меня, затем резко выдохнул, отстранился и проговорил:

– Прости, этого больше не повторится…Я не совладал с собой.

Совладал, не совладал… Что это было?

Внезапно змея дернулась в сторону и прошипела:

– Асар асышшшш…улдассс…

Они близко, – будто переводчик заговорил в моей голове.

Велесов перевел взгляд на меня и произнес:

– Саша, я попытаюсь дать сигнал Вольговичу, но надеюсь, что химера снова перехватит его и переместится сюда, это наш единственный шанс выбраться. Если же нет, то беги, как можно дальше от реки.

Доктор нарисовал затейливый узор у себя на руке и пробормотал какие-то непонятные слова.

Через мгновение стал подниматься туман… Вскоре можно было разобрать контуры женской фигуры. Девушка вынырнула из темного марева, увидела змею, выругалась на одном богом известном ей языке. Велесов не медлил, подскочил к незнакомке и приказал:

– Открывай портал, здесь небезопасно.

Девушка повиновалась, бросила камень. Но отправиться в портал одной, он ей не дал. Схватил крепко за руку, подтащил ко мне. Взял мою руку и снова вернулся к порталу. Непроглядный смог захватил нас в свои объятья.

Уходя, Велесов произнес:

– Рэхшэш….Сэраш сашис патшэ сатур Таниш, утыш сушэс….

Твой долг уплачен…  уловила расплывающимся сознанием.

Глава 6

Глаза пришлось открыть быстро. Ветер пронизывал с головы до пят. Было раннее утро, морской воздух бил в нос, во рту появился привкус соли. Велесов уже отпустил мою руку и оглядывался по сторонам. Девушка держалась за запястье, потирая его от боли, где несколько мгновений назад были пальцы мужчины. Внезапно перед глазами посыпались мелкие искорки, а затем всё поплыло, ноги согнулись в коленях, и как-то отдаленно, словно сквозь вату, послышалось:

– Саша, Саша!!

***

Не знаю сколько прошло времени, но очнулась я от сильной жажды. Провела языком по сухим губам, с трудом открыла глаза, осмотрелась, было темно. Кто-то опять забыл оставить свет. Надо сходить попить, в холодильнике должна быть бутылка воды… Где же выключатель… Я подошла к стене, или то, что мне казалось стеной, пошарила по ней в поисках выключателя, его не было…Что за черт? Где же он? Еще раз пошарила…Пригляделась. Не было окна, которое было рядом с кроватью. Внутри что-то с огромной силой натянулось и понеслось вниз, словно в пропасть. Паника охватила меня. Значит не сон… А где тогда, Велесов? Или нет, может быть, я в больнице, гуляла вечером, стало плохо, напридумывала себе всё…Сейчас придет медсестра и успокоит меня… Значит нужно её позвать.

– Сестра, сестра! – как можно громче пыталась крикнуть я, но выходил очень сиплый, малознакомый голос.

Никто не откликнулся…Где-то должна быть дверь, почему же так темно, ничего не могу разобрать… Что это за больница такая, где нет не единой лампочки?

Снова собралась с силами и прокричала, что есть мочи:

– Сесстрааааа!

Что-то позади меня затрещало, я обернулась, но ничего не происходило. Затем небольшой луч света начал пробивать себе дорогу через появившуюся щель в стене. Я двинулась вперед. Дверь распахнулась, и меня ослепил дневной свет, сначала я плохо разобрала фигуру человека, проморгалась и увидела, ту самую девушку, которая так безжалостно бросила меня в портал и начала мои мытарства.

– Очнулась? – произнесла она грубо.

– Где Велесов? – вопросом на вопрос ответила я.

– Ушёл, оставив тебя на моё попечение.

Ушёл? Быть такого не может, как он мог меня оставить, так ещё и непонятно с кем. Найду и точно собственными руками придушу его.

– Пойдём, мне нужна помощь, – всё так же бесцеремонно произнесла она.

Я вышла за порог, дверь открывалась прямо на улицу, солнце светило высоко, на небе ни облачка, слышался шум прибоя, под ногами был каменистый грунт, я обернулась. Открытая дверь была частью скалы.

 Девушка начала спуск по каменистой дорожке, я стояла, оглядывая всё вокруг. Она обернулась и скомандовала:

– Идём!

– Я хочу пить, – на её выпад ответила со сдерживаемой злостью.

– Спустимся, попьешь, – раздраженно выдавила она.

Я была в отчаянии, подчиняться не было никого желания, мысли лихорадочно скакали, мне хотелось выбраться отсюда, но как? Нужно попытаться, как-то разговорить её.

– Нет, я не пойду. Пока не попью.

Девушка подошла ближе, схватила меня за предплечье и толкнула вперед, тем самым показывая, что разговор на этом закончен.

Было больно, силой она меня превосходила. Досадно было и от того, что моя попытка узнать хоть что-нибудь о месте своего пребывания тоже провалилась. Оставалась лишь наблюдательность. Но и это мало что давало. Горы виднелись вдали, камни лежали под ногами, вокруг росла скудная растительность. Что-то мои познания в географии ничего не подсказывали. Лишь какие-то отрывки всплывали в памяти: широта…долгота… экватор…лесные массивы… Эх…нужно было географию лучше учить! А не орудия труда древнего человека изучать.

Поступить на исторический факультет было несложно, меня всегда интересовало происхождение человека, каким образом он познавал и изучал мир. В особенности мне нравились орудия труда, созданные ремесленниками. Но не копья с луками и прочий комплект любого уважающего себя мужчины средних веков, а изделия быта, те, что помогали хозяйкам в готовке, в уборке. И, конечно, те изделия, которые служили для украшения дома и самой хозяйки. Первый курс университета был обзорным, и включал мало дисциплин, интересовавших меня, но для общего развития, как говорила моя бабушка, пригодятся. Но знание английского языка как-то сейчас не помогало.

Мы постепенно стали спускаться, растительность стала более насыщенной и ярко-зеленой, воздух приобрел солоноватый привкус, а море, которое до этого я только слышала, теперь простиралось перед моими глазами. Какая-то сила исходила от него, с виду спокойная гладь с золотыми жилами, как бы играла с волнами, разбивая их о скалы.

Внизу, рядом с морем нас ждали пещеры, я, кстати, никогда не думала, что в скалах могут быть такие углубления, и что они вполне пригодны для обитания.

Обитания? Что это со мной? – удивилась я сама себе. Понабралась всяких слов от этого Велесова. Вот где этот чудоисследователь? Бросил меня одну, и что теперь делать? Откуда-то возник в моей жизни, и тут же исчез, не помахав ручкой. И где-то далеко на краешке сознания, я начала тосковать по нему. И даже очень в нем нуждалась.

Моё внимание привлекло из неоткуда появившиеся темное пятно, оно постепенно росло и росло. Я с интересом наблюдала, через какое-то время уже смогла разглядеть размах крыльев, достаточно больших размеров. Это был точно ни воробей, синица и ни голубь, и на ворону мало походило. Других птиц я видела только по иллюстрациям в книгах или по телеканалу «Природа». Так что оценить в натуральную величину всех живущих, вне городской среды, пернатых я не могла.

Я что реально сейчас про городскую среду подумала? Велесов мне вместе с кровью и мозг что ли передал?

Пока я удивлялась новообретенным знаниям, птичка становилась ну просто гигантской. Моя провожатая тоже наблюдала за этой картиной. Я ощущала спиной, что она не дремлет, а как хищник, готовый к броску таится до подходящего момента.

Птица приближалась, её пестрое оперение отражалось в морской глади, крючкообразный нос, едва взъерошенный хохолок, сильные когтистые лапы, на мощной груди виднелись пояски кожаной сумки, закрепленной на спине.

Девушка прошипела:

– Зайди за мою спину, так мне будет легче обороняться.

– Обороняться? – переспросила я.

– Быстро! – скомандовала она.

Её слова меня испугали, внутри что-то натянулось и задрожало. Я не стала спорить, лучше послушаться доброго совета, попыталась сдержать свои эмоции, и, насколько это было возможно, медленно обошла её фигуру.

Птица находилась в трех метрах от нас, обвела своим хищным взглядом, издала дикий крик и бросилась в воду.

Я вздрогнула, то ли от испуга, то ли от удивления. Незнакомка была поражена увиденным. Она застыла. Затем оглянулась, посмотрела на меня и сказала:

– На месте стой! Я сейчас вернусь! И отправилась к воде.

Меня так и подмывало сказать: «На месте стой, раз, два…» Но я промолчала. Если бы я не была чёрт-те где, то подумала бы, что это местная физручка. Такая же подтянутая, быстрая, ловкая. Волосы затянуты в тугой конский хвост, который спадает до самых плеч. Кстати, сама я похвастаться достижениями в физкультуре не могла. Медленно бегала, недалеко прыгала, про козла я вообще молчу. Я не только перепрыгнуть его не могла, даже оседлать не получалось. Но приходилось и прыгать, и бегать, так как освобождения от физкультуры мне не давали. Если у меня была простуда, то бабушка лечила меня дома. В больницу мы редко ходили. А про таблетки я узнала только в школе, когда у меня заболел живот и медсестра дала мне активированный уголь. Не знаю, как точно он мне мог помочь, при первой менструации, но выпить пришлось.

Прошло десять минут, а никого не было. Идти в пещеры одной? Нет, вариант так себе. Еще неизвестно, что там внутри. Может, она меня скормить кому-то хотела. Подниматься обратно, тоже было плохим вариантом, так как кроме скал там ничего меня не ждало. Оставаться здесь и ждать? Нет. Очень хотелось пить. Я готова была прополоскать рот соленой водой. И вдруг ей нужна моя помощь? Может, я спасу её, а она мне поможет выбраться отсюда. Я решила идти к воде, в ту же сторону, куда отправилась химера.

Берега долго не было видно, только каменистый грунт трещал под ногами. Затем я увидела, что моя незнакомка разговаривает с мужчиной, по пояс стоящим в воде. А где же птица? И откуда взялся мужик? Пока в моей голове не связывались эти две вещи.

Я подошла ближе, чем привлекла внимание. Химера резко повернулась в мою сторону и процедила:

– Я же сказала, стоять на месте! Почему ты ослушалась?!

Вот и думай о благородных намерениях, когда на тебя так рычат. Мне совершенно не понравился её тон, поэтому я решила не оставлять этого без внимания и парировала:

– Я не твоя собака, чтобы ты мне приказывала. Это раз. О правилах хорошего тона не слышала? Это два. И я не просила меня сюда тащить. Это три.

Мой ответ пришелся явно не по вкусу незнакомке. Но она сдержалась. Выпрямилась в струнку. И с гордо поднятой головой пошла в сторону пещер, оставляя меня, между прочим, с совершенно голым мужчиной. Вода хоть и скрывала его по пояс, но разглядеть очевидное было несложно. Честно говоря, я даже думать об этом стыдилась, а тут, пожалуйста, смотрите на здоровье. И вот что это за нездоровый интерес во мне проснулся? Ни стыда, ни совести… И пить уже перехотелось. Мои размышления прервал мелодичный мужской голос.

– Александра, я прошу прошения, но долго вы еще разглядывать будете? Я, конечно, не против научного интереса, но мне следует приступить к выполнению своих обязанностей.

– Да я и не смотрела… Что я там не видела, – пролепетала, густо покрываясь краской. Что я говорю, конечно, не видела, где я могла такое видеть?

– Тогда, последуйте за госпожой Кхирой, пока я, с вашего позволения, приведу себя в порядок.

– Госпожой? – переспросила. Я бы назвала её командиром в юбке, в данном случае в плаще, но никак не госпожой.

– Да, именно так, вы все верно поняли, продолжил мужчина и начал выходить из воды…

Ой, мамочки… отвернулась и побежала за девушкой, которая начала скрываться из виду.

Глава 7

Это какие-то испытания, то Велесов от которого меня просто бросает в жар, то голый мужик, от вида которого можно со стыда сгореть. А про место своего прибывания и говорить не хочется. Саша… Саша… куда ты вляпалась?

Однозначно мужчина выглядел старше Велесова. Он превосходил его ростом и телосложением, и накаченный торс у него имелся, можно было сказать, что он сошел с обложки журнала. Конечно, такой литературы дома, а тем более у бабушки не было. Но зато она была в печатных киосках по дороге в магазин, за стеклами которых виднелись сексапильные красавицы и красавцы, расположившиеся среди раскрасок для детей, фломастеров, заколок и прочей мелочевки.

Увидеть в натуральную величину такого мужчину было зрелищно. Боже… о чем я думаю. Соберись, тряпка! Нужно думать, как отсюда выбраться, а не о мужиках всяких. Нужно было налаживать контакт с Киркой, или как там её …Кхирой… Что за имя? Кто так называет детей?

Я не заметила, как догнала девушку. Она стояла возле прохода в одну из пещер, лицо было напряжено. Я решила брать быка за рога.

– Кто это такой? – спросила с вызовом.

– Дружок твоего женишка, – с особым ехидством произнесла она и добавила:

– Не познакомил?

Я, честно говоря, была ошеломлена такими известиями. И лишь пробормотала:

– Какого женишка?

– Ну, что дурочкой-то прикидываешься? От тебя разит его запахом, брачная руна у тебя на руке.

Только сейчас я обратила внимание на место пореза, где действительно была руна, теперь она представляла собой едва заметную маленькую звездочку.

– Какая- какая руна? – переспросила её.

Кхира посмотрела на меня с определённой долей презрения и хотела что-то произнести. Но её опередили:

– Руна первого круга или связывающая руна.

Я обернулась, мужчина уже успел переодеться в василькового цвета рубаху, которая подчеркивала голубизну его глаз и свободного кроя брюки, из-под полы которых, виднелись сандалии, чем-то напоминающие обувь римских легионеров.

– Что это все значит?! – потребовала объяснений от мужчины.

Его взгляд ничуть не изменился, и словно профессор в лектории, он продолжил:

– Связующая руна – первая в цикле брачного обряда. Она связывает мужчину и женщину. Помогает им понять, насколько они подходят друг другу. Если партнёры выбраны правильно, то руну обновляют и добавляют клятвенные руны, а затем всё зависит от отношений. Если же жених и невеста захотят стать мужем и женой, то им нужно лишь провести обряд инициации.

– А если не захотят? – тут же спросила я.

– А если не захотят, то …– начал было свои объяснения мужчина.

Но его перебила Кхира:

– Лекции свои будешь в семинарии читать, а у нас тут дело, не требующее отлагательств, забыл?

– Кхира Бертрамовна, – нисколько не смущаясь такой дерзости, продолжил профессор, – во-первых, не помню, чтобы мы переходили на ты. А во-вторых, позвольте вам напомнить, что это вы пригласили меня, а не я к вам в гости напросился.

Такой ответ с кого угодно собьет спесь, я даже открыла бы рот от удивления, если бы проклятая жажда, не заставляла сглатывать постоянно набирающуюся слюну.

Бертрамовна? Не удивительно, что родители так её назвали. Хм… значит эти двое уже знакомы.

Кхира Бертрамовна набрала воздух в легкие, потихоньку выдохнула и продолжила:

– Ермил Финистович, прошу, – и протянула руку в сторону входа в центральную пещеру.

Ну точно знакомы! Ермил Финистович? Вот это имена, я же просто Александра Олеговна, ничего особенного. Интересно, а как же зовут Велесова?

Глава 8

Мы вошли в свод центральной пещеры. Воздух здесь был тяжелый, пропитанный сыростью. Я даже поморщила нос. Кхира Бертрамовна взяла факел, вручила профессору такой же и подожгла. Стены тут же приковали моё внимание. На них была представлена наскальная живопись, только сюжеты мне были незнакомы. Изображения представляли собой определенную систему: Солнце, Луна, Земля, много различных писаний на разных языках, человек, напоминающий Витрувианцкого, какие-то непонятные метаморфозы, и я бы задержалась их рассмотреть, но только госпожа Бертрамовна, постоянно меня одергивала и торопила.

Мы остановились, перед нами открывались два прохода. Профессор спросил:

– Где вы его оставили?

Химера показала на правый проход.

– Ждите здесь. Если нужна будет помощь, я позову, – приказным тоном сообщил профессор и отправился в проход.

Через несколько минут, мы перестали слышать шаги. Жажда мучала ужасно, какое-то время я терпела, но теперь чувствовала, где-то рядом вода. И прямо спросила у Бертрамовны:

– Где же обещанное питье?

Химера покосилась на меня и прошипела:

– Иди прямо, не сворачивая, и увидишь озеро. Попьешь и мигом назад, я не буду тебя по всем тоннелям искать, понятно?

– Тоннелям? – переспросила я.

– Ты поняла меня? – рыкнула на меня химера.

– Понятно, – удрученно промычала я.

Я уже собралась идти, но поняла, что без факела будет сложно, повернулась к Бертрамовне и спросила:

– А факел?

– Держи! – всучила мне химера, как бы отмахиваясь.

Я побрела по пещерной тропинке, она вся состояла из каких-то окаменелостей, возможно здесь раньше протекала река. Слева и справа снова появились проходы, я шла прямо. Затем увидела небольшие сталактиты, они свисали с потолка пещеры, можно было подумать, что я блуждаю во рту какого-нибудь зубастого монстра. Постепенно пасть стала раскрываться, показывая, что впереди что-то поблескивает. Я ускорилась, сталактиты становились длиннее, приходилось пригибаться, чтобы не задеть головой. И вот, наконец-то, выбралась!

Солнечный свет, пробиваясь через разломы пещеры, освещал небольшую тропинку к небесно-голубому озеру. Я положила факел на землю и бросилась к нему, подставляя свои руки. Вода была ледяная, но я хлебала и хлебала, в какой-то момент закашлялась, сильный спазм свел моё горло, слезы выступили из глаз, перевела дыхание и снова принялась пить, только небольшими глоточками. Когда же жажда была утолена, я увидела, что с другой стороны озера за мной наблюдает ворон. Только не тот которого можно было увидеть в городской черте. А достаточно больших размеров, я бы сказала, очень больших для этой птички.

Я могла бы испугаться и стоять, как вкопанная…Но куда уж там! Мне буквально везло на все летающее и ползучее! Ничего лучшего, чем пятится назад, а там уж как пойдет, я не придумала. Ворон это заметил, взмахнул крылом и направился в мою сторону.

Вариантов было мало, и я рванула что есть мочи так как до зубастой пасти прохода оставалось совсем ничего. Еще мгновение, и я уже внутри, пару раз задела головой сталактиты, было больно, но стать ужином ворона не было никакого желания, и я пробиралась всё дальше внутрь пещеры… В ушах гудел шум, а руки судорожно пытались нащупать путь, так как факел остался рядом с озером.

Не знаю правильно ли продвигалась, так как была кромешная тьма, и страх меня подначивал, и путь к озеру был достаточно прост, нужно было всегда идти прямо, поэтому я слепо надеялась на то, что выскачу на химеру, и буду этому очень рада. Но не тут-то было, сильный детский крик остановил меня, я обернулась… прислушалась… плакал ребенок.

Откуда здесь может быть ребенок? Совсем с катушек съехала, либо в воде что-то было… Плач продолжался, сквозь всхлипы разобрала: не бросай меня…И снова сильный рев.

Меня буквально пригвоздило. Как я могу бросить его? Перед глаза всплывала история из моего детства. Когда мне было пять лет, мачеха взяла меня с сестрами в парк развлечений, всем купили по два стакана газировки, так как было жарко. В какой-то момент мне захотелось в туалет. На что мне сказали: «Терпи!». Я терпела, как могла. Затем терпение лопнуло, точнее то, что держалось из последних сил… И потекло по шортам. Зоя Петровна была в ярости, она сказала, что я останусь здесь, пока всё не высохнет. Оставила меня на лавочке и пошла с девочками в сторону выхода. Я заплакала, но она даже не повернулась. Девчонки стали одергивать её, но она шла, как струна, ругая их. Тогда я сорвалась с места и побежала за ними, звала их… просила не оставлять… И только бабушкина соседка, которая встретилась мне по пути, принялась меня успокаивать. Зоя Петровна увидела это, вся покраснела, схватила меня за руку и потащила домой.

Снова я услышала:

– Не бросай меня… и сильный плач.

Я развернулась и стала пристально вглядываться, кто же мог меня звать, всматривалась и всматривалась, пока не вышла на свет и не увидела мальчика лет пяти, не больше, сидячего возле зубастого рта. Он плакал, обхватив руками ноги. На нем не было одежды. Я стащила с себя куртку и хотела накинуть на него. Но увидела, что тело мальчика было нечеловеческое: левая сторона ребенка была густо покрыта черными перьями.

Я перевела дыхание, удивляться не было ни сил, ни желания. Какой бы он не был, он просил о помощи. Укрыла его худенькое тело курткой. Он поднял лицо, оно было звериным, но можно было разглядеть и человеческие черты: линяя рта плавно переходила в клюв, носа не было, но глаза, словно два уголька, жалобно смотрели на меня.

И моё сердце начало сжиматься, кто же сделал с тобой такое?

За спиной послышался шум, видимо, химера решила проверить, что со мной. Она выскочила на свет и замерла. Осмотрела нас. Затем прошептала, очень тихо:

– Отойди от него очень медленно.

Я стояла, как вкопанная. Даже не поверила, что этот тихий голос Кхиры. Почему? Это ребенок! Отходить я не планировала, мальчик просил о помощи, и сдаваться без боя не собиралась. Всё-таки дружок моего женишка должен быть где-то здесь, и нужно лишь потянуть время, попросить о встрече с Велесовым, ему вроде нравились разные особи.

Кхира, однозначно, уловила мое настроение, но ничего предпринимать не стала, а лишь проговорила очень тихо:

– Прошу, отойди от мальчика. Я хочу ему помочь.

Я ей поверила, было не похоже, что она затеяла какую-то грязную игру. Я медленно стала двигаться вперед.

Но мальчику это не понравилось. Он вскочил на ноги, и зачирикал что-то на своем языке:

– Гакрух!(Стой!)

Я замерла. Химера прокаркала что-то в ответ:

– Кух гахакур!Кху агхар!(Не бойся! Я здесь!)

Но мальчик не унимался и повторил:

– Гакрух! Гакрух! Гакрух!(Стой!)

– Да что же это? Я ничего не понимаю, – выкрикнула, хватаясь за голову.

– Стой на месте! – сказала химера.

– Арак агратак! – не унимался мальчик!

Она помочь! – пронеслось в моей голове. Ну, конечно, она поможет! Не переживай, маленький!

– Кру агратак! – произнесла химера. (Я помогу)

Малыш отрицательно замотал головой! И стал показывать на меня то ли крылом, то ли рукой!

– Арак агратак! – повторил он.

Химера удивилась, но спорить не стала. Лишь спокойно произнесла:

– Хакарак.

Согласна, – сработал мой переводчик.

Я точно не знала, как можно было помочь, ведь никаких знаний об этом мире у меня не было. Но у меня была уверенность, что я найду Велесова и всю душу из него вытрясу, пока он не найдет решение этой проблемы.

Я посмотрела на ребенка, а мальчик продолжил в ответ:

– Ру агратак! Кагар!

Ты поможешь, вылечишь! – продолжал ребенок.

– Но как?! Как я могу это сделать?! – воскликнула я.

Ребенок затряс головой, а после гримаса боли исказила его лицо. Его спина выгнулась, а ноги подкосились. Через мгновение на земле стоял уже ворон, которого я видела ранее.

– Что ты наделала?! Тахир, гакур кру! – сорвалась на крик химера.

– Я? Я ничего не делала! Вот тут сейчас стоял мальчик, а теперь – ворон! – пыталась объясниться.

–Тахир, гакур кру! – словно молясь, повторила химера.

Из неоткуда появилась сеть, которая накрыла ворона, он стал брыкаться, пытался взлететь, но все безуспешно. Профессор появился рядом и резко сказал:

– Можешь не просить! Он не услышит тебя!

Мужчина собирался поднять сеть с птицей! Но химера набросилась на него, вцепилась удлинёнными хищными когтями ему в спину.

Ермил не растерялся, а буквально одним движением отбросил её от себя, а затем заблокировал у земли, прижимая лицом вниз, и сказал:

– Успокойся! Я не враг! Я помогу! Мальчик отравлен!

Химера, сопротивлялась, упиралась! Затем закричала:

– Кто мог это сделать?!

Профессор немного ослабил хватку и проговорил:

– Подумай сама. Я не в вашей стае.

Химера еще раз дернулась и успокоилась. Профессор отпустил. Медленно отошел к сети, забросил её на плечи и сказал мне:

– Собирайся, мы уходим.

Мне начало казаться, что моё появление здесь не случайно, вопросы только появлялись, и нужен был тот, кто собирался всё объяснить.

Глава 9

(Велесов)

Время шло к вечеру, Велесов не находил себе покоя, меряя шагами кабинет Вольговича. Первую половину дня ему еще удалось занять делами, нужно было объяснить появление брачной руны, а также отсутствие семинариста. В ректорате ему вынесли предупреждение и попросили очень убедительно, чтобы такого впредь не повторялось. А вот с руной оказалось всё намного сложнее. Он не планировал связывать себя подобными обязательствами, да и с его родословной было не всё так просто. Он был приближен к великокняжескому роду по линии отца и жениться в один момент не мог, было необходимо получить одобрение рода, провести ритуалы, ввести в дом невесту. Отец уже давно настраивал его на свадебный лад, но Велесову удавалась всякий раз уходить от этой темы, связываться рунными узами из-за долга не хотелось. Вскоре и дядя подключился и на одном из пиров заявил: «Голубь без голубки гнезда не вьет, князь без княгини пути не найдет».

Видимо, нашел голубку, – подумал про себя Велесов, и легкая улыбка проявилась на его губах. Разговор с батюшкой выдался не из приятных, но сейчас это мало его беспокоило, так как он привык к вспыльчивым речам отца.

***

 Папка с делом Александры Тихомировой попала к Велесову неслучайно, как раз подходил срок набора на новый учебный год. Обычно семинаристы прибывали сами, но были случаи, когда ученик оказывался не в простой ситуации: был единственным кормильцем в семье, работал на враждебный клан, да много чего могло быть.

Обычно в делах содержались сведения о родителях, их видовых особенностях, месте прибывания или обитания, отметки об обследованиях.

У Александры в графе мать стояла пометка «тайна», а в графе отец – прочерк. Видовых особенностей прописано не было, место прибывания – Грань. За Грань уходить не многие могли, для этого нужен был специальный пропуск. Послы, в ряды которых входил и он, могли пересекать границу без дополнительных заморочек. Значит, господин ректор не просто попросил его заняться этим семинаристом.

***

Устройство семинарии было знакомо Велесову с самого детства, он часто бывал здесь вместе с отцом, который курировал одно из направлений.

 Когда он достиг половой зрелости, его пригласили в семинарию на профессиональное обучение. Учебное заведение включало несколько направлений подготовки: зоологи, ботаники, архивариусы, ратники, мастера.

Все программы строились на интеграции всех пяти направлений. На выходе семинарист с небольшим генетическим потенциалом имел хорошую физическую подготовку, мог приготовить элементарное зелье, разбирался в особенностях соседствующих видов и знал наизусть историю своего княжества. С таким багажом знаний провинциальные города, а тем более маленькие селения, встречали выпускников с распростёртыми объятьями.

Семинаристов с высоким генетическим потенциалом всегда ждали при дворе: целители, воины, казначеи, дипломаты, архитекторы всегда были нужны.

Основная специальность Велесова была ботаника, он прекрасно разбирался в травах, делал успехи во врачевании, но на последних курсах обучения сошелся с профессором Вольговичем, и зоология его увлекла намного больше. Даже статус целителя в лазарете при семинарии и собственная лаборатория не смогли удержать его от такого шага. Родители были очень удивлены, а при дворе и вовсе негодовали, но быстро воспользовались этим и стали отправлять его с поручениями в соседние княжества.

Велесов никогда не говорил о своем происхождении, а даже старался это скрыть по возможности. Вольгович при первой же встрече сообщил ему:

– Юноша, если ваше достижение состоит только в том, что ваши родители постарались, можете даже не собираться в экспедицию.

Это укололо, задело. Но он захотел доказать, что он тоже чего-то стоит. Так это противостояние переросло сначала в симпатию, а затем и в дружбу.

***

У Велесова не было опыта работы по набору учеников извне, поэтому он решил спросить совета у друга, перед отправкой.

Вольгович был профессионалом своего дела, неудивительно, что должность профессора досталась ему в молодом возрасте, хотя для этого нужно было показать высокие результаты по всем пяти направлениям, а также сдать экзамен. Поэтому на всю семинарию было всего три профессора. Если же лучшим ученикам предлагали место в семинарии, то они занимали должность магистра.

Со стороны казалось, что Вольгович очень грубый и жестокий человек, но эта излишняя строгость, часто принимаемая за жестокость, не раз спасала жизнь его ученикам. Поэтому Велесову нужен был этот прагматичный взгляд на ситуацию и строгие замечания, которые вразумляли, отбрасывая всё ненужное.

Он зашел в кабинет профессора, обменялся любезностями и перешел к делу.

– Ермил, наш достопочтенный Афанасий Таносович, подкинул мне одну загадку, поможешь? – сказал Велесов с определенной долей сарказма.

Вольгович знал, что ректор был очень хитро-мудро устроен, и, если он рекомендательно попросил, или даже потребовал, жди подвоха.

– И что же на этот раз придумал Кощеич? Так многие называли ректора, перефразировав фамилию Кощеев, и характеру соответствовало.

– Вот, посмотри! – сказал Велесов, протягивая папку другу.

– Так, ну что тут у нас? – начал было Вольгович, открывая папку.

– Хм… А что тебя так озаботило? Мать? Отец? Или Грань? –  со смехом в голосе продолжил он.

Велесова в целом озаботила ситуация, так как раньше он никогда не приглашал семинаристов извне. Он немного поразмышлял и сообщил профессору:

– Скорее всего Грань.

– Ох, мой дорогой друг, это меньшая из зол! – с определённой смешинкой в голосе заявил Вольгович.

Велесов удивился тону друга и спросил:

– Ты бывал за Гранью, Ермил?

Вольгович постучал по плечу друга и сказал:

– Все там были. Мой дорогой друг, адепты иногда рождаются за Гранью, иногда там остаются, но, если документы поступили в семинарию, значит готовы вернуться.

Велесов, честно говоря, о таком слышал впервые. Вольгович увидел недоумение в глазах товарища и продолжил:

– Не так давно, лет двадцать назад было противостояние соседних княжеств, ты тогда еще мальчишкой был, наверное, не помнишь, но многие бежали за Грань. В прошлом году меня не было несколько дней, а потом на потоке появился новый мальчик.

Велесов теперь припоминал, что Вольговича не было несколько дней, тот должен был быть у воронов. А затем у ратников появился очень одаренный ученик Кожемякин.

– Я его несколько дней выслеживал, вот уж и потаскал он меня тогда, но долго уговаривать не пришлось, согласился сразу, сирота, жил с теткой–пьяницей. Посмотри, какой парень стал! – продолжил профессор.

– То есть еще и уговаривать нужно? – удивился Велесов.

– Желательно, но по правилам, ты должен им предложить выбор. Конечно, если договориться не получится, Кощеич тебя по головке не погладит, но и испепелить не сможет, великокняжеских кровей всё-таки, – с определенной долей сарказма сообщил профессор.

– Понятно, – немного придя в себя от удивления, сказал Велесов.

– Я думаю, немаленький, уже руной поиска воспользовался? – спросил профессор.

– Обижаешь, – немного надувшись ответил собеседник.

– Ну, что там? Где место её прибывания? – выпытывал Вольгович.

– Город, – сухо ответил Велесов. Это его не очень радовало, так как с городом он знаком был плохо и концентрироваться на поиске было труднее.

– Ну, можно сказать, тебе очень повезло! Если она в городе, то видовые способности слабые, сам подумай, зачем им с опасным гибридом соседствовать? – с определенной радостью продолжил Вольгович.

– Согласен, – оценивая плюсы, произнес Велесов.

– Тогда оформляйся и в путь дорожку. Удачи, – протягивая руку, начал прощаться Вольгович.

– А если всё-таки что-то пойдет не по плану? – протягивая руку в ответ, спросил Велесов.

– Если совсем всё будет плохо, ты знаешь, как со мной связаться, – пожимая руку, ответил Вольгович.

– Спасибо, друг. Прощай, – ответил Велесов, выходя из кабинета.

Затем было оформление, выход к портальному камню, который находился глубоко под землей, в так называемых туннелях семинарии. Камень был здесь с момента постройки, его свойства были напрямую связаны с ландшафтом территории, поэтому семинарию выстроили вокруг него. Пользоваться порталом разрешалось крайне редко и только в определенных случаях. Он даже удивился, когда на выписном талоне значился портальный переход.

Глава 10

Портал отправил его прямиком в город, на место частого прибывания семинариста. Это было двухэтажное строение, находящиеся в небольшом дворе, здание делилось на два подъезда, возле которых стояли лавочки с расположившимися на них жильцами. Он снова использовал руну поиска, тоненькая нить указывала на окна первого этажа. Велесов направился в эту сторону. Женщины, до этого мило беседующие на скамейке, обратили на него внимание и спросили:

– Молодой человек, вы к кому пришли?

Велесов немного растерялся сначала, а затем решил это использовать:

– Я пришел к Александре Тихомировой, мне сказали, она здесь живет.

– А вы кто ей будете? – начала было одна из них. Но вторая быстро её одернула:

– Учится, наверное, вместе, чё пристала. Так, милок, съехали они, бабушка – Маргарита Львовна померла, Царствие небесное, так и съехали. Сашка-то часто сюда приходит, ты вечерком загляни.

– Спасибо, – поблагодарил Велесов и направился в сторону дороги.

Вслед он услышал:

– Зачем сказала?

– Что сказала? – недоумевала одна из них.

– Вдруг это маньяк какой-нибудь! – с восклицанием ответили ей.

– Ой, и правда! Молодой человек, молодой человек! – окрикнула его бабка.

Велесов остановился. Бабка догнала его и впопыхах сказала:

– Милок, что-то лицо мне твоё знакомо?

Велесов тоже узнал её, какое-то время они снимали у неё комнаты в квартире. Когда он был маленьким, отец с матерью отправляли его за Грань, чтобы уберечь от недоброжелателей. Жили они недолго, несколько месяцев, вместе с теткой по материнской линии и двоюродной сестрой.

– Я тоже узнал вас, Евдокия Максимовна, – с улыбкой сказал Велесов.

– Ой, каким красавцем стал! А я думала вы из города уехали. Как живете? – продолжала старушка.

– Так и есть. По работе приехал, решил студентке помочь, да, видимо, адрес не тот записал.

– Молодец! – потрепала его по щеке Евдокия Максимовна, – да, Сашке нашей помоги, милок, помоги. Она с отцом не живет. Он и бабушкину-то квартиру продал. В общежитии живет, там поспрашивай.

– Спасибо. Прощайте. – Проговорил он, направляясь в сторону автострады.

– Прощай, милок, прощай.

Велесову стало понятно, что стоит искать в другом месте. Он много раз использовал руну поиска, пока не нашел университет и общежитие, но и там Саши не было. Тогда мужчина решил вернуться назад к дому и снова воспользоваться поисковой магией. Как только он завершил начертание руны, вырвался сильный сгусток энергии, который указывал на то, что Александра где-то рядом. Велесов огляделся, вокруг было много девушек, сгусток стал истончаться и бледнеть, решение пришло само собой, он закричал:

– Александра, Саша!

Это была не лучшая идея, так как на этот зов обернулось несколько девушек. Все были разного возраста, какая из них? Девочек в семинарии принимали в возрасте от 12 до 14 лет. Но как Велесов уже понял, ему не девочку нужно было искать, а девицу на выданье. Внезапно сгусток выровнялся в тоненькую струйку и указывал на худенькую девушку с широко распахнутыми глазами. Он не стал мешкать и направился в её сторону. Внешность у девушки была нетипичной для его мест: каштановые волосы с медным отливом, едва касающиеся плеч, янтарные глаза, точёная фигура, живая мимика. Это не могло не заинтересовать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.