Александра Ибис
Хорошая иномирянка, плохая иномирянка

Глава 1. Поступление

Юлия Кузьминых

– Ещё водички? – мягко поинтересовалась женщина средних лет в жёлтой мантии, вручив мне стакан. Отказываться не стала – выпила залпом и отставила на стол. Происходящее по-прежнему казалось странным сном, только вот проснуться никак не получалось.

– Так, давайте проясним, – я тряхнула головой, нервно заправила выбившуюся из хвоста светлую прядку за ухо и, пощипывая себя за руку, попыталась подвести итог всему услышанному. – Я с Земли, мира, где магия была позабыта, так как люди пошли по пути технического прогресса. Несмотря на это, на Земле продолжают рождаться маги, – подняла глаза на свою собеседницу. Она сидела за своим письменным столом, сложив ручки домиком, и внимательно за мной наблюдала. Ей-то её же собственные слова в моём пересказе бредом не казались, в отличие от меня. – И этим магам необходимо обучаться, в противном случае природный дар обернётся проклятием и, сжигая одарённого, превратится в смертельную болезнь. То есть, если я сейчас откажусь от всего этого, то мне суждено умереть молодой?

Азалия Торштен, а именно так звали сию доброжелательную слегка полноватую даму, снова кивнула. У меня по спине холодок пробежал. Картина вырисовывалась скверная.

– Поскольку на Земле про реальность магии забыли и настоящих магических академий у нас уже давно не водится, маги вашего мира, Презира, если я правильно запомнила, сплели какие-то там волшебные сети, соединяющие ваши учебные заведения с нашими, и эти сети реагируют на одарённых землян, преступающих пороги земных заведений, и переносят в ваши, презирские? И из этого выходит, что и я, и Люда – маги, и если хотим выжить, обязаны пройти ваши вступительные испытания и обучаться здесь, – я закончила подводить итоги и скривилась. За восемнадцать лет своей жизни мне довелось прочесть немало фэнтезийных романчиков, но ни я, ни уж тем более моя лучшая подруга Люська, с которой сейчас разговаривали в другом кабинете, не горели желанием оказаться в таком.

– Именно так, Юлия, – припечатала Азалия. Нет, говорила женщина всё так же спокойно, терпеливо нянькалась со мной, хотя наверняка не испытывала от этого большого удовольствия, но в голосе прорезались стальные нотки. – Всё не так плохо, как вам кажется. И вам, и вашей подруге будут предоставлены комнаты в общежитии, вас будут кормить завтраками, обедами и ужинами, ежемесячно вы будете получать стипендию, сможете приобретать необходимые вам вещи, ходить гулять с другими студентами. Уверена, что вы сможете освоиться и найти друзей, в конце концов, вы – магичка, а маги с магами всегда найдут общий язык.

– А что насчет моих вещей? Семьи? – по-хорошему, можно было бы и за Люську спросить, но за неё, наверное, не следует беспокоиться. Она всегда была решительнее и сильнее меня, наверняка уже выяснила всё у того мужика в такой же жёлтой, как у моей собеседницы, мантии, который её увёл.

– Ваши вещи будут доставлены сюда, как только вы пройдёте вступительные испытания. Ваших родителей уведомят о вашем поступлении и, уж поверьте, они не будут возражать: маги умеют быть убедительными, – Азалия усмехнулась, и усмешка её мне совсем не понравилась.

– Вы же не собираетесь воздействовать магией на моих родителей? – попыталась произнести грозно, но наверняка выглядела жалкой.

– Это будет абсолютно безобидное заклинание убеждения, Юлия. Им оно не навредит, а вашему будущему, поверьте мне на слово, пойдет на пользу, – кажется, даже спокойной Торштен наш разговор уже порядком надоел.

Я вздохнула. Нравится мне это или не нравится, но выбора у меня нет. Сколько я себя ни щипала, проснуться не получалось, да и сама неохотно признавала, что всё же не сплю. Женщина вполне ясно дала мне понять, что без обучения здесь долгая и счастливая жизнь дома мне не грозит. К тому же, если отбросить тот факт, что меня фактически похитили из моего мира, то всё не так уж плохо. Буду обучаться на бюджете. Что, по сути, сильно изменилось? Ну, вместо филологии буду изучать какую-нибудь магическую специальность. Неприятно, конечно, ведь на филолога я поступала добровольно и действительно хотела сегодня приступить к учебе, да только вот не дошла до корпуса, шагнула на университетскую территорию, в глазах помутилось, и я уже тут, в каменном коридорчике, завожусь в кабинетик для беседы. Ладно, идем дальше. Люська, подружка моя любимая, с которой я так хотела обучаться в одном универе, будет учиться со мной, так как и самой не повезло одарённой уродиться. С подругой куда проще и веселее, чем одной. Правда, жить буду в общаге, а не дома с родителями, видеть их буду редко, но ведь буду? Буду же, да?

– Я смогу навещать родных на каникулах? Они же у вас есть, да? – с надеждой спросила Азалию. Видимо, она видела, что я уже почти со всем смирилась, так как вновь заговорила со мной очень мягко:

– Разумеется, Юлия. В Академии работают порталы.

Так, ну, когда-нибудь мне бы всё равно пришлось от них съехать. Просто это произошло на несколько лет раньше, чем планировала. Что ж…

– Хорошо. Я готова пройти ваши испытания, – решилась я и встала с кресла, чтобы почувствовать под ногами опору и на мгновение стать выше этой Азалии. Для того чтобы почувствовать себя увереннее.

– Чудесно, тогда мы можем пройти в Зал Потоков. Мне как раз поступило сообщение о том, что ваша подруга уже прошла испытание и зачислена на факультет воды, – женщина тоже встала и жестом велела следовать за ней.

Мы двинулись по коридорам. Она шла чуть впереди, а я пялилась на пучок её тёмных волос, из которого ни одна волосинка не выбилась, просто потому, что мне нужно было на чём-то сфокусировать внимание. Сейчас не время оглядываться по сторонам.

– В нашей академии есть семь факультетов, из которых четыре стихийных, то есть земли, воды, огня и воздуха. Помимо них мы выпускаем целителей, некромантов и универсалов. Каждому факультету соответствует свой цвет, какой какому вы и сами сейчас поймете. Вступительные испытания помогут нам определить ваш природный дар и отправить на нужный факультет.

– То есть выбирать нельзя? – не удержалась от вопроса я.

– Боюсь, что нет, – Азалия обернулась и окинула меня таким взглядом, словно я сущую глупость сморозила. – Дар отражает вашу суть, а её, как известно, не выбирают.

Я замолчала, к тому же, мы, кажется, добрались до нужного зала. Торштен остановилась у высоких железных двустворчатых дверей, испещренных сетью мелких линий, переливающихся белым светом. Я осторожно прикоснулась к ним пальцами. Щекотно.

– Магическая защита, – пояснила женщина, заметив мой интерес. – Не позволяет неконтролируемым заклинаниям поступающих воздействовать за пределами зала. Что ж, проходите, Юлия. Вас ждут.

– Эм… – имени отца Азалии я не знала, потому по имени и отчеству обратиться не могла, – мисс Торштен, а вы со всеми так, кхм, нянькаетесь? И испытания все персонально проходят?

Она усмехнулась. Интересно, я сильно её достала?

– Первое касается только иномирцев. Вы, знаете ли, уж больно нервные. А вот испытания все проходят по отдельности, это верно. Так безопаснее.

– Но разве это не отнимает слишком много времени? – кажется, я уже начинаю не просто смиряться, но и интересовать своей новой жизнью.

– Не лучше ли вам выяснить это самой? – Торштен подхватила меня под локоток и слегка подтолкнула к двери. Всё-таки достала, значит.

Итак, вдох-выдох. Входим. Не забываем дышать и делать вид, что всё абсолютно нормально. ЕГЭ сдала? Сдала. И испытания пройдем, что бы они собой не представляли.

В зале оказалось абсолютно темно. Ни странных светильников, вроде замеченных мною в кабинете Азалии Торштен, ни свечей, ни факелов, раз уж в фэнтези очутилась. Ничего. Беспросветная мгла, в которой даже очертания предметов не угадывались. Обернулась к двери, но та вдруг захлопнулась, оставив меня наедине с царящим в комнате мраком, который казался почти осязаемым. Попыталась закричать, но из горла не вырвалось ни звука. Ох, а это точно не сон? Если сон, то я очень хочу проснуться, ужастики мне никогда не нравились.

Я прошла чуть вперед, но даже звука своих шагов не слышала, хотя в коридоре мои невысокие каблучки постукивали по каменным плитам. Мною медленно начинала завладевать паника, но что-то внутри меня, едва знакомое, но кажущееся таким родным, заглушило её. Я села на пол и попыталась расслабиться. Почувствовать, услышать хоть что-то.

Какое-то время ничего не происходило. Исчезли абсолютно все звуки, я даже своего дыхания не слышала, хотя чувствовала, что дышу. Но потом тьма вокруг вдруг оживилась. Она медленно поползла по моим ногам, оставляя за собой тягучие неприятные следы. Всё внутри меня как будто бы забурлило, жаждало избавиться от этой тёмной гадости. Пальцы рук закололо, словно их все одновременно иголками проткнули, а потом появилось пламя. Во мне, подобно бомбе, вдруг разом всё взорвалось, и тьму прорезало яркими огненными всполохами. Они мощными потоками срывались с моих пальцев, при этом огонь охватил мои руки по плечи, но боли не было. Только сила, которую я была не в силах остановить.

Хлопок, и всё вдруг озарилось ярким светом. Я зажмурилась от неожиданности, меня на мгновение обдало ледяным ветром. Открыв глаза, я обнаружила, что пламя исчезло и лишь покалывание в пальцах напоминало о том, что оно вообще было.

Теперь, когда тьмы больше не было, я могла рассмотреть Зал Потоков. Это оказалось огромное прямоугольное помещение, почти пустое, залитое светом из высоких окон с правой стороны. Солнце светило ярко и стояло довольно высоко: должно быть, время уже к обеду. Сразу за окнами виднелась зеленая лужайка, кустарники и высокие, неизвестные мне разноцветные деревья. Значит, это первый этаж.

У дальней стены напротив меня стояло семь столов, за которыми расположилась семёрка магов. За спиной каждого мага висел цветной флаг.

– Здравствуйте, Юлия, – поприветствовал меня один из семёрки, мужчина в красной мантии. Он жестом подозвал меня вперёд, и я неуверенно двинулась в сторону столов. Лишь когда я остановилась напротив стола под красным флагом, мужчина продолжил. – Поздравляю вас с поступление на факультет огня. Я ваш декан, магистр Иолай Ротремус. Прошу вас расписаться вот здесь, – он пододвинул мне какую-то бумагу и перо, и я, поняв, что абсолютно не понимаю, что на данном мне документе написано, с недоверием уставилась на магистра. – Ах да, вы же иномирянка, а, значит, язык пока только на слух воспринимаете. Симус, услужи, – магистр обратился к мужчине в белой мантии под белым флагом.

Я молча переводила взгляд с одного на другого. Говорить я пока была не в состоянии. Когда Симус поравнялся с магистром, подивилась тому, какие они разные. Мой декан был высок и довольно молод, не старше тридцати, его огненно-рыжие волосы были собраны в высокий хвост, а янтарные глаза глядели на меня с удовлетворением и интересом. Хорош, с такими вот деканами обычно фэнтези-героини в романах про академии отношения строят. Симус же был на две головы ниже, старше, его тёмные волосы уже тронула седина, а серые глаза словно плёнкой подёрнулись. Брр…

– Что вы?! – вскрикнула я, когда он вдруг приблизился, но договорить не успела: мне накрыли ладонью рот, губы и язык онемели. От ладони мага исходило слабое белое сияние. Когда он закончил, мне протянули уже знакомую бумагу, и, надо же, с пониманием не возникло никаких проблем!

– Вау… – на большее меня не хватило.

– Для универсала заклинания подобного рода не составляют большого труда, – пояснил за Симуса Иолай. – Но у вас, Юлия, огненный дар, причём удивительно высокий. Несколько печально, что он напрочь вытесняет все остальные, но это лишь означает, что у вас истинно пламенная натура. Далеко пойдёте.

– Если будете хорошо учиться, разумеется, – едко прокомментировал Симус, вернувшись за свой стол.

– Иолай, вынуждена не согласиться, – раздался женский голос, и я повернулась к столу под жёлтым флагом.– Девочка твоя, с этим не поспоришь, но у неё есть небольшая предрасположенность к исцелению. Я внимательно за ней наблюдала, волну паники в ней подавил именно целительский дар. Недостаточный, чтобы принять её на мой факультет, но обязывающий пройти базовый курс.

Ага, значит, желтые – это целители. Их что, как самых спокойных, иномирянками заниматься обязали? Азалия и тот мужчина, что Люську увёл, желтые мантии носили.

– Разумеется, это будет учтено, Лукреция, – отмахнулся мой декан. – Юлия, вы прочли? Подписывайте уже скорее.

– Ах, да!

Ага, прочла. Конечно. Я тут по-прежнему немного в прострации, уважаемый, и чувствую себя скорее сторонним наблюдателем.

Быстро пробежав глазами бумагу и не найдя в ней ничего, что обещало бы мне какую-нибудь скорую гадость, расписалась пером, которое скорее на нашу ручку походило: выглядело, как перо для письма, только вот в чернилах не нуждалась, словно там внутри стержень был. Хотя, если начинать думать по законам этого мира, то без магии тут не обошлось.

– Что ж, ещё раз поздравляю с поступлением, Юлия, – декан, не скрывая довольной улыбки, забрал у меня бумагу. – Вы последний экзаменуемый на сегодня и как раз поспеваете к обеду. Столовая на этом же этаже, найдёте без труда. Всё остальное узнаете после обеда. Хорошего вам дня.

Я спешно покинула Зал Потоков. Впечатлений было более чем достаточно.

Глава 2. Хлеба и зрелищ

Людмила Мельникова

Голубые легкие джинсы в обтяжку и белая свободная футболка на фоне длинных платьев да разноцветных мантий смотрелись более чем странно. Не могу сказать, что меня так сильно волновало, что обо мне думали все эти презирцы, на чужое мнение я уже давно научилась не обращать внимание. Проблема была в Юле, которую было не так уж трудно задеть. Вот ей уж точно не понравится, как на её лосины и клетчатую рубашку глазеть будут. Здешние студенты, в отличие от преподавателей, к иномирянкам, судя по взглядам, не слишком привычные.

Подруга едва ли не вылетела из Зала Потоков и с облегчением выдохнула, прислонившись к каменной стене у дверей. Меня она ожидаемо не заметила.

– Ну, ты как, героиня? – я отлепилась от противоположной стены, на которую облокачивалась, пока ждала Юляшку. Она дёрнулась и подняла на меня удивлённые глаза. – Ты чего? Не привидение же увидела.

– Знаешь, после всего этого, – Юля неопределённо махнула рукой, после чего запустила её в волосы и стянула резинку, позволив светлым завитым на концах волосам свободно рассыпаться по плечам, – я бы уже и ему не удивилась.

– И не надо. У них тут факультет некромантии имеется, чёрные мантии носят. Пересеклась с парочкой в коридоре, жуткие типы, и декан у них жуткий. Разглядел во мне способности к некромантии, повезло ещё, что к стихии воды я тянусь больше. Не хотела бы я среди этих жуткариков учиться, – поведала я, а Юляшка, кажется, слегка побледнела. Но не плакала, следов слёз не видно. И то чудесно, успокаивать её, конечно, умела, но проблем и без того хватало. – Тебя кстати куда отправили?

– На факультет огня. Меня правда ещё декан целителей отметила.

Я подхватила подругу под локоток, ведя в сторону столовой, которую нашла минут двадцать назад. Помня о топографическом кретинизме Юли, предпочла дождаться её и привести куда надо, а то с неё сталось бы заблудиться и найти неприятности на своё мягкое место.

– Да ну? Так ты у меня, оказывается, боевая? То-то меня твоя счастливая улыбка при избиении лучшей подруги подушкой смутила… – дар Юляшки меня удивил, но от подколки удержаться не смогла.

– Всего один раз было. И ты тогда заслужила, – Юля насупилась, и я легонько щёлкнула её по носу.

Народу в столовой за время моего отсутствия значительно прибавилось, и нам почти удалось не привлечь к себе слишком много внимания. Многие студенты уже сидели за столами и разговаривали, перекрикивая друг друга. Другие стояли в очереди, набирая еды на железные подносы.

– Пластик у них явно не в почёте, – прокомментировала Юляша, встав в очередь впереди меня. Наблюдая за тем, как она сосредоточенно выбирает салатик, порадовалась обжорству моей маленькой подруги, так как нас заметили. Нет, разумеется, все разговоры разом не стихли. Большая часть так и занималась своими делами, просто близстоящие и сидящие обратили внимание и начали шептаться да поглядывать.

Мы благополучно забили подносы едой, Юля даже умудрилась последнюю шоколадку утащить, после чего обнаружилось, что заговорить с кем-то из здешних студентов нам придётся, причем прямо сейчас, так как столы здесь были большие, рассчитанные на немалое количество студентов и ни одного столика, где кто-нибудь бы ни сидел, просто не осталось. Побродив среди столов, мы решили подсесть к компании из двух парней, один из которых был в синей мантии, а другой в черной рубашке и брюках, и девчонки в воздушном фиолетовом платьице. Кстати, интересно, а почему часть студентов в мантиях, а кто-то в обычной одежде? Ну, для этого мира обычной.

– Привет, – с улыбкой протянула я и поставила свой поднос на стол, жестом велев Юльке поступить так же. А то ведь ещё замнётся: она неплохо умела знакомиться с людьми и сама, но, когда я была рядом, временами терялась. Говорила, что моего общества ей хватает. – Вы не возражаете, если мы к вам присоединимся?

– Против компании таких красавиц и возражать грешно, – усмехнулся тот, что без мантии. Выглядел он, как типичный бабник, что в который раз заставило меня подумать о том, что парни везде одинаковые. Красивый, подтянутый, тёмные волосы коротко и стильно подстрижены. И лишь глаза… Глаза были странные. Настолько тёмные, что радужка почти сливалась со зрачком. – Я Глен, а это Рози.

– Виэрнес, – поздоровался мой коллега по факультету.

– Люда, Юля, – показала на себя и на пристроившуюся рядом со мной подругу.

– Рады знакомству, – губы Глена растянулись в широченной улыбке.

– Вы иномирянки? – неуверенно подала голос Рози. Если я когда-либо в мыслях называла Юляшку мышкой, то беру свои слова назад. Можно сказать, что до Рози я мышек не видела.

– Верно, – не стала отпираться Юля и присоединилась к беседе. – А почему часть студентов уже в факультетских мантиях, в то время как другая в обычной одежде?

Вот именно поэтому она была моей лучшей подругой. Как будто мысли мои читала.

– Да по разным причинам. Первокурсники, как вы и Розетта, ещё форму одежды не получили. Кто-то, как я, к примеру, просто мантию забыл, – ответил Глен, откинувшись на спинку стула.

– Или просто не счёл необходимым надевать, – хмыкнул Виэрнес.

– А даже если и так, что с того? – отмахнулся «типичный бабник».

Что ж, пока создавалось впечатление, что перед нами обычные люди, не слишком-то отличающиеся от землян. И даже если такие, как я с Юлей, здесь не частые гости, гонению нас подвергать не собирались. А то помню я ряд романов, что мне Юлька пересказывала, там отношение к иномирцам было просто бесчеловечным.

Общаться с ребятами было не трудно. В ходе беседы выяснили, что девочка-мышка поступила на факультет универсальной магии, а Глен оказался третьекурсником-некромантом, совсем не таким пугающим, как виденные мною ранее в коридорах, так что я даже не поверила ему сначала. Разговаривать с Гленом было приятно, он не пытался залезть в наши жизни и головы, даже если его и интересовали иномирцы, больше рассказывал о Презире и предстоящей учёбе. Помимо магических дисциплин наших факультетов, нам предстояло изучать ряд общих наук, в том числе предполагались пары здешнего языка. Читать и говорить нас магически обучили, а вот руку письменами набивать, наверное, придется самостоятельно. К моему величайшему огорчению, присутствовали здесь и физические занятия, однако оба парня заверили, что это будут едва ли не самые увлекательные наши часы в академии, так как там нам вдоволь удастся помагичить. Обещали практику реального боя, магические соревнования между факультетами, в общем, законный мордобой. Мда, что ещё нужно парням для счастья?

Вдруг Виэрнес оживился. Отложил пирожок с яблоками, который до этого с удовольствием жевал, и уставился куда-то мне за спину. Я обернулась, краем глаза заметив, что моя любопытная подруга тоже заинтересовалась тем, что так привлекло вниманием блондинистого мага воды.

В столовой появились новые лица, и теперь я видела, что не один лишь Виэрнес проявил к ним нездоровый интерес. Разговоры чуть стихли, благо, не все, народ активно зашептался. Словно знаменитостей каких-то увидели, казалось, дай им разрешение, рванут на ребяток и на сувениры разберут. А это были именно ребята, компания из двух парней и девушки, примечательная, но не настолько, чтобы почти вся столовка на них так пялилась. Но обычными они действительно не были: все трое высокие, красивые с удивительно яркими глазами. У одного парня и девушки было налицо семейное сходство: черноволосые, утонченные, с правильными чертами лица и глазами цвета золота. Их приятель казался более ярким из-за рыжих, почти красных волос, но глаза у него были темнее, оттенка янтаря.

– Они…

Я обернулась, услышав испуганный шепот Юльки. Подруга уставилась на незнакомцев, как завороженная, кожа её слегка побледнела, радужка окрасились в янтарный. Она словно узнала вошедших, чего быть никак не могло, учитывая то, что мы их впервые видим.

– Юль, – схватила подругу за плечо и слегка тряхнула. Так, моргать начала. Тряхнула ещё разок.

– Люсь, ты что творишь? – возмутилась подруга, и в заполненной лишь шепотками столовой её голос прозвучал уж слишком громко. Юля и сама это поняла и смутилась, отвернувшись и уставившись в почти пустую тарелку из-под жаркого. Взгляд у неё просветлел, радужка вновь была серой. И что это только что, спрашивается, было?!

– Надо же, какие гости пожаловали, – вдруг насмешливо заговорил Виэрнес. Вот уж кто похоже очень хорошо знал прибывших. – Принцесса Клемайни Дарнейская собственной персоной. Помнится, вы говорили, что ни за что не станете учиться вместе с водниками.

Черноволосая красавица резко обернулась к блондину. Причем, смотрела на него так, что если бы взглядом можно было убивать, то от моего софакультетника бы и мокрого места не осталось.

– Обстоятельства изменились, – она едва ли не шипела, я видела, как девушка вцепилась пальцами в красную юбку платья, видимо, чтобы не выцарапать этими самыми пальчиками глаза Виэрнеса. – Вот уж не думала, что вас тогда так задели мои слова. Только вот, что забавно: вы сейчас ведёте себя, как типичный описанный мною водник.

– Стараюсь соответствовать вашим ожиданиям, принцесса, – нагло улыбнулся Виэрнес.

– И это печально, – хмыкнула Клемайни, присела в реверансе, в столовой академии выглядящем не совсем уместно, и обернулась к своим спутникам. На этом можно было бы закончить, но мой софакультетник этого явно не желал:

– Ваше Королевское Высочество, вы меня разочаровываете. У вас такая неприязнь к магам воды, но при этом вы поворачиваетесь к воднику спиной.

Принцесса замерла. Тот парень, что был похож на неё, держал её за руку, наверняка пытаясь удержать от глупостей, но Виэрнес ведь откровенно провоцировал девушку и вёл себя, как откровенный урод.

– Если вы продолжите в том же духе, то спровоцируете дипломатический скандал, лорд Сейрён, – перепоручив девушку рыжему, заговорил с Виэрнесом парень, похожий на Клемайни. – Даления – государство людей, и вы, и мы в ней гости. Должно ли правнуку короля морских змеев дразнить драконицу? Мне казалось, и Морения, и Дарнея радеют за мир.

– Так и есть, Ваше Королевское Высочество, но конфликт между мной и вашей сестрой – это конфликт магов, а не представителей королевских семей. А у магов несколько иные границы между запрещённым и дозволенным. Сейчас мы на магической территории, и всё, здесь происходящее, касается лишь магического сообщества. Вы и сами это знаете, принц Дамьен.

Похоже, инстинкт самосохранения у блондина отсутствовал полностью. Чего он добивался-то?!

– Они злятся, – вдруг шепнула мне на ушко Юлька.

– Кто? – затормозила я.

– Эти, – она осторожно кивнула на троицу, с появление которой и начался весь сыр-бор. – И… я вместе с ними. И многие другие, вроде вон той девушки в красной мантии.

– И с чего такие выводы? – мне следует начать волноваться за подругу или не стоит?

– Не знаю. Это странно, но я просто чувствую, – подруга передёрнула плечами, и я обняла её и прижала к себе. А ведь ещё утром, когда выходила из дома и забыла взять с собой наушники, поняла, что день будет паршивым. И ведь не прогадала: вляпались мы с Юляшенькой по-крупному, с ней и вовсе какая-то чертовщина происходить начала.

Понятия не имею, что такого могло произойти за ту минуту, в течение которой мы с подругой отвлеклись, но, когда я обернулась, с пальчиков Клемайни сорвался… клочок пламени. Он быстро приближался к нашему столу и врезался в голубую мантию Виэрнеса, заставив ту загореться. Да только вот блондин рассерженным не казался. Он выругался, взмахнул рукой над подожжённым местом, потушив пламя, и бросил в принцессу водяной шар, угодивший ей прямо в голову. Волосы намокли, по лицу стекала вода, капели срывались с носа, подбородка, щек, падали на платье. И тут весь зал, как с цепи сорвался.

Кто-то выбежал из зала, кто-то расступился по углам, освобождая место, и заинтересованно наблюдал за происходящим. Кто-то запрыгнул на стол, кто-то резко поднялся со стула, и через весь зал полетели огненные клочки, водные шары, в чьих-то руках образовались полыхающие цепи, к кому-то по полу поползли змейки из воды, они опутывали ноги и явно раздражали огненных магов. Ой-ой-ой, извините, но магический мордобой – это уже слишком. У меня, конечно, куда менее нежная психика в сравнении с Юлей, но и я не железная. Если честно, я уже потерялась во всём этом театре абсурда, странных названиях и обращениях. Надо отсюда сматываться!

– Юля! – а у подруги опять радужка в янтарный окрасилась, а стоило мне взять её за руку, как меня больно обожгло. Опустила глаза: между пальчиков подруги плясали искорки. – Юлия Кузьминых, если ты сейчас же не очнёшься, то мы рискуем тут либо утонуть, либо поджариться, либо покалечиться!!! Ты меня слышишь?!

И я оттащила её за локоть к стенке. Она отчаянно промаргивалась.

– А у твоей подруги драконы в родне, похоже, числятся, – хмыкнул один из студентов, за спину которого я спряталась вместе с Юлей.

– Это с чего такие выводы? Нет у неё в родне никаких драконов! – я придерживала одурманенную подругу. Может, в неё заклинание какое попало, а я и не заметила?

– Да? А чего радужка тогда цвет меняет? – хмыкнул парень. – Впрочем, разбирайтесь сами.

Обязательно, придурок! Боже, куда нас занесло?! Маги, принцы и принцессы, лорды, драконы, морские змеи.…Верните нас с Юлькой назад в Москву, я всё больше сомневаюсь в том, что нам удастся прижиться среди этих чокнутых!

А чокнутые и не думали останавливаться. Что мои софакультетники, что Юлины, швырялись друг в друга заклинаниями, рычали, злились, некоторые улыбались и откровенно наслаждались дракой. Другие студенты и не думали пытаться их остановить: глазели, кричали, кого-то подбадривали. Похоже, что на Земле, что в Презире народу только хлеба и зрелищ подавай.

Вдруг что-то хлопнуло, зал озарило яркой белой вспышкой, и в столовой, рядом с центральными столами появился старик с длинной седой бородой и заплетенными в косы седыми волосами. Облачён он был в белую мантию, на морщинистом лице легко различались злость и недовольство.

– Тихо!!! – прогремело под сводами столовой. Все разом смолкли, борющиеся стороны опустили руки. Ох, важная шишка пожаловала. – Что вы тут устроили?! Учёба не успела начаться, а я уже застаю студентов за дракой в неположенном месте в целях выяснения личных отношений.

– Но ректор… – попыталась сказать что-то Клемайни.

– Тихо! Я попрошу зачинщиков драки выйти вперёд, с ними состоится отдельный разговор. С остальными разберутся ваши деканы.

Ох, а мне нравится этот дедуля! Хотя бы у взрослых представителей Презира мозги на месте.

Клемайни и Виэрнес подошли к ректору. При этом драконице, кажется, было очень стыдно, в то время как мой софакультетник лишь пытался изобразить раскаивающуюся мину. Через мгновение все трое исчезли во вспышке белого света.

Юля за моей спиной с облегчением выдохнула.

– Напряжение спало, – пояснила она.

Я хотела помочь подруге и расспросить её подробнее о том, что с ней творилось всё это время, но тут под сводами столовой раздался строгий мужской голос, призывающий всех водников пройти в Зал Потоков, а всех огневиков – на тренировочное поле. Что ж, похоже, придётся получать на орехи, даже если конкретно мы с Юлей ко всему произошедшему никакого отношения не имеем.

Глава 3. Драконов лучше лишний раз не трогать

Юлия Кузьминых

Мой первый день на Презире не нравился мне всё больше и больше. Всё происходило как-то слишком быстро, наваливалось, словно имея цель придавить. Я не успевала усваивать поступающую информацию, кроме того, ситуация откровенно пугала.

Уж не знаю, что за чертовщина творилась в столовой, но в этом определённо замешаны принц и принцесса. И дело вовсе не в магической драке, а в том, как моё тело реагировало на них. Что-то внутри меня узнало их, едва увидев, да не просто узнало: признало и возжелало принудить меня склониться в почтительном поклоне и пообещать пламя своей души им в услужение. И откуда только таким мыслям в моей голове взяться? А ещё я реагировала на их эмоции. Ощущала раздражение, гнев, азарт драки… и желала присоединиться к ним, хотя дома драться мне никогда не доводилось. Не знаю, что случилось бы, не будь рядом Люськи, которая, в отличие от меня, и рассудок сохраняла, и новый мир лучше принимала.

Пребывать в неведении я не желала: воображение у меня богатое, могу сама себе много чего занимательного придумать и прийти к убийственным выводам. Люда вот считала, что мне самой надо было писать романы, сродни тем, что я читала, чтобы отвлечься от всяких гадостных мыслей и посмеяться. Только вот самой быть на месте попаданки что-то не весело. Тем более что я терпеть не могу чего-то не понимать…

Итак, что я имела: себя в роли иномирянки со странными помутнениями в рассудке и «истинно пламенной натурой», вспоминая слова декана, принца и принцессу драконов, судя по тому, что я разобрала из беседы Виэрнеса с расчудесной компанией, и толпу магов огня, часть из которых тоже каким-то образом ощущала. И вот как через всю эту толпу людей и, как выяснилось, не только людей, многие из которых были довольно высокими, низенькой и ничего не знающей попаданочке подобраться к Дамьену Дарнейскому? А расспрашивать я намеревалась его или его сестру, потому что ещё большие странности, чем все до этого, со мной стали происходить с их появлением. Не спрашивать же всех подряд: «Извините, а вы не знаете, почему при появлении королевских драконов во мне вдруг проснулось какое-то чутьё, подобострастие и несвойственная мне жажда крови?» Хотя, прежде чем думать, как подобраться к моей проблеме, проблему надо найти. Ну, или хотя бы её рыжего спутника, который уж точно найдет необходимый мне субъект.

В конце концов, меня с моим ростом от горшка два вершка всё же толкнули в толпе, я споткнулась и, рефлекторно защищая себя от падения и превращения в лепёшку под кучей ног, вцепилась в какого-то студента мёртвой хваткой. Моя невольная жертва недовольно зашипела и оттащила в сторонку, выволочив из потока огневиков.

– Извини, пожалуйста, – я мгновенно отцепилась и отскочила. Было стыдно, так как бессовестно повисла на ком-то, потому голову опустила, в глаза не смотрела. – Меня просто толкнули и…

– В глаза посмотри, – приказал мужской голос, и я, если честно, даже о стыде позабыла от такой наглости. Потому что меня действительно не просили, а приказывали. – Девушка, я к тебе обращаюсь, – раздражённо добавил этот индивид.

– Ещё раз извини, – подняв взгляд, сказала я и замерла, позабыв о том, что вообще-то планировала скрыться от парня в толпе студентов: передо мной был тот самый рыжий спутник драконов.

– Ты иномирянка? – парень удивлённо оглядел меня с ног до головы. Ну да, одежда для местных у меня слишком примечательная.

– Юля, – представилась, передёрнув плечами. Мне снова было нехорошо. Вернее, не то, чтобы нехорошо, просто ощущения странные, как будто у меня в голове кто-то рылся. Захотелось порыться в ответ, но едва я об этом подумала, как в висках остро кольнуло.

– У меня ментальная защита, солнце, – хмыкнул рыжий, приблизившись ко мне едва ли не вплотную. Я отступила назад: нехорошо как-то у него глаза полыхали. – А вот у тебя её нет, драконочка. Соответственно ты абсолютно беззащитна перед более сильными. И надо же тебе было так неосторожно вцепиться именно в меня!

– Драконочка? – уцепилась за слово я, а парень хищно оскалился, как-то незаметно притеснив меня к близстоящему дереву. Эх, а ведь тут, наверное, довольно красиво, раз всё завязано на магии, а не электричестве, только вот мне сейчас не до того, чтобы по сторонам смотреть. Софакультетники всё отдалялись, оставляя меня наедине с этим… неприятным типом.

– Да, иномирянка, драконочка, – парень осторожно заправил мне прядь волос за ушко, что в сочетании с его улыбкой выглядело жутко. Я сглотнула. – Ты сейчас волнуешься, и у тебя радужка цвет меняет, из серого в янтарный и обратно. Чтобы ты понимала: янтарные глаза свидетельствуют о наличие драконьей крови.

– А золотые? – икнула, попытавшись бочком выбраться из ловушки, но парень вдруг вскинул руку и за плечо прижал меня к дереву. Больно прижал.

– А золотые, солнце, выдают принадлежность к королевской семье, – невозмутимо ответил он, но, заметив, как я поморщилась от удара, руку убрал. – Прости, силу не рассчитал. От дракона в тебе ведь пока только одно название.

– Уважаемый, ничего во мне от дракона нет! – нервы уже сдавали. Плохо, очень плохо. Меня же сейчас унесёт… – Я уже извинилась за то, что так в тебя вцепилась, чего тебе ещё надо?!

– Есть, Юля, есть, – рыжий отошёл на пару шагов назад, как бы давая мне возможность уйти, хотя отчего-то ясно понимала, что пока он не захочет закончить разговор, уйти не смогу. – Иначе привязка бы не состоялась.

– Привязка? – готовящаяся прорваться наружу истерика замедлила ход под влиянием любопытства.

– Да, – вздохнул он, глядя на меня с какой-то обречённостью. – Когда тебя толкнули и ты начала падать, то испугалась, на какое-то мгновение тобой завладели инстинкты. И ты полностью открылась. Будь на тебе ментальная защита, всё бы обошлось, но её нет. В то мгновение, что ты была открыта, ты вцепилась в меня, я не был к этому готов и не успел предотвратить, так что между нами образовалась связь, солнце. И ты теперь, можно сказать, моя маленькая подчинённая.

Я медленно сползла по стволу, сев на зелёную траву у корней. Разумеется, мне было неизвестно, в какого масштаба неприятности я угодила, но тон парня показывал, что в серьёзные. И за что мне всё это?!

– И прости, что так разговор начал, – рыжий вдруг присел рядом со мной и накрыл мою лежащую на траве руку своей. – Просто все драконы ментальную защиту ежегодно обновляют, а если того не делают, то они полные кретины, и мне сначала подумалось, что ты из тех. А потом обратил внимание на одежду, на то, что ты совершенно не понимаешь, что произошло, и не сдержался. Драконы, видишь ли, любят играть, – он улыбнулся, но уже не хищно. Почти ласково. – Свалилась же ты мне на голову.

– Я, правда, не понимаю, что происходит… – отчего-то призналась вслух, и слёзы всё же прорвались, как бы их не сдерживала. – Что ж за день-то такой идиотский!

Что было силы ударила кулаком свободной руки в землю. И, чёрт возьми, там ямка осталась. Вскрикнула и слёзы уже сдерживать не стала.

– Юля…

На голос нового знакомого не обращала внимания. Плакала. Навзрыд, уткнувшись лицом в колени, обнимая руками ноги.

Я не любила перемены. В моей жизни их было слишком много, и многие из них приносили мне скорее боль, чем радость. Так, я сменила пять школ, постоянно куда-то переезжая по разным обстоятельствам: то папе предложат более высокую должность в другом городе, то они с мамой разведутся, а мама найдёт хорошее рабочее место на другом конце Подмосковья, то ещё какая-нибудь неприятность… Мне отчаянно хотелось стабильности. Друзей с детства. Места, к которому я была бы привязана. У меня ведь и подруга-то всего одна, Люська, мы с ней в четвертой для меня школе познакомились и, когда я переехала в Москву и доучивалась выпускные классы там, то очень по ней тосковала. Потому и была так рада, что мы с Людой в один университет в Москве поступили. И что в итоге? Всё пошло куда-то не туда в итоге! Другой мир, магические испытания, драка, странные реакции на драконов, а теперь ещё и какая-то привязка и всё в один день! В один миг моя реальность рассыпалась в прах, сказка стала реальностью, а всё привычное осталось за спиной. Что мне со всем этим делать?

– Юля, успокойся! – меня вдруг неласково тряхнули за плечи, заставив обратить внимание на того, кто решился прервать мою истерику. – Тише. Всё хорошо будет, слышишь? Я тебя не брошу. Раз уж ты теперь со мной связана, то точно не брошу. Всё объясню, расскажу, покажу, научу. Драконочка, всё будет нормально. Прекрати истерить!

И я прекратила. Вот взяла и прекратила. Плакать расхотелось, слёзы закончились, где-то в глубине души даже вспыхнула надежда на то, что всё действительно будет хорошо. Что перемены в моей жизни к лучшему.

– Правда, не бросишь? – тихо спросила я.

– Правда, – кивнул рыжий. – Привязка, кстати, уже действует, – вдруг довольно хмыкнул он. – Не удивилась, что так резко успокоилась?

Я замерла. Это что же…

– Судя по выражению твоего лица, мысли идут в верном направлении, солнце, – и вновь у него на губах проскочила та нехорошая улыбка, которую он мне в самом начале разговора продемонстрировал. – Привязка слабого и сильного обязывает первого во всем слушаться второго. Так что нам с тобой будет очень весело.

Не сомневалась.

– Ах да, совсем забыл, – опомнился рыжий. – Я Даниэль Кейран. Но ты можешь звать просто Даном, раз уж мы с тобой так занимательно начали наше близкое общение.

Глава 4. Сильт и слана

Юлия Кузьминых

Когда мы с Даном добрались до тренировочного поля, все уже расселись по трибунам. Поскольку мы задержались, а пропускать «головомойку» от декана было делом нежелательным, то дракон, схватив меня за руку, практически протащил до самого поля. К концу пути, поднимаясь за уверенно следующим куда-то Даном по лестнице, я выдохлась и мысленно крыла парня выразительными русскими конструкциями, которые вслух бы произносить ни за что не стала: образ приличной девочки и всё такое.

Тем не менее, даже по тому, как долго мы бежали, по размеру тренировочного поля, которое, пожалуй, было раз в пять больше спортивного зала в моей Московской школе, где помещение было довольно приличных размеров…. В общем, территория у Даленской Академии Магии была отнюдь не маленькая. Обширная. И мне хотелось её исследовать. Истерику претерпела, теперь искала плюсы и новые интересы.

Мы поднялись всего на несколько рядов, пока не добрались до того, что был почти полностью свободен. Куча следующих за ним верхних рядов были забиты огневиками, пройденная нами парочка нижних тоже, а вот на третьем ряду было более чем достаточно свободных мест. Даниэль уверенно повёл меня левее от лестницы, проходя мимо свободных сидений. Наконец, он затормозил, добравшись до сидящих в загадочном ряду огневиков. Увидев одного из них, я поняла, что ничего такого уж загадочного в выбранном моим знакомым ряде не было: здесь сидел Дамьен Дарнейский и ещё несколько студентов, глядя на которых, чётко поняла: драконы. Янтарноглазые, красивые, сильные. Я такой совсем не была.

– Дан, учёба ещё не успел начаться, а ты уже нашёл себе подружку? – усмехнулся принц, уже не такой строгий, показательно вежливый и подавляющий своей энергией. Почти обычный. Насколько вообще мог быть обычным принц, красавец и дракон в придачу.

– Уж лучше бы подружку, Мьен, – на мгновение скривился рыжий, а потом вдруг дёрнул стоящую чуть в сторонке меня за руку, притягивая и демонстрируя драконам. – Знакомьтесь, Юля. Моя слана.

– Эм, привет, – махнула рукой, смотря при этом куда-то в сторону. Не слишком вежливо, да, но ничего с собой поделать не могу: внутри снова все полыхало, в голове всплыл странный, но откуда-то известный изящный поклон, при котором между пальчиков рук, приложенных к груди, плясали ярко-оранжевые искры. Кланялась светловолосая девушка, которая, подняв голову, оказалась мной, но куда более уверенной в себе. И глаза у нее были тёплые, янтарные, яркие.

– Слана?! – Дамьен даже голос повысил, привлекая к нам излишнее вниманием. Дальше говорил тише. – Дан, ты, конечно, настоящий дракон, ничего не скажешь, но заключать привязку слабого и сильного с едва знакомой тебе девчонкой – это слишком. Если, конечно, вы с ней не давние друзья…

– Мы с Юлей знакомы уже больше двадцати минут, так что мы с ней о-о-очень давние друзья, – с наигранным весельем поведал Даниэль, резко опустившись на сиденье рядом с Дамьеном и заставив меня сесть на соседнее. Спорить не стала, совсем не женственно плюхнулась, так как усаживали меня, резко дёргая за руку.

– Тогда не понимаю, какого чёрта ты творишь, – спокойно выдал принц. Спокойно, наверное, только потому, что вокруг было слишком много студентов.

– Да ничего я не творю. Случайно это вышло.

– Это как? – нахмурился Дамьен.

– А ты к девчонке-то присмотрись, – посоветовал Даниэль, откинувшись на спинку сиденья и предоставив другу обзор на «девчонку».

Мы встретились взглядами. И, чёрт побери, какие же у него были красивые глаза! Словно жидкое золото, обжигающе прекрасное, смертельно опасное для врагов и тёплое, гарантирующее защиту для тех, кто ему дорог. Для меня в тот миг весь мир на его глазах сошёлся.

– О пламя! – выдохнул принц, и я очнулась, с удивлением обнаружив, что в сидячем положении умудрилась выполнить облегчённую версию виденного мною поклона: руки у меня были прижаты к груди, искры поспешно гасли. – Где её ментальная защита?

– Там же, где и знания о привязках, драконах и вообще Презире, – съязвил Даниэль. А он, похоже, очень сильный и невероятно близок к принцу, раз может позволить себе так с ним разговаривать. – Одежда внимания совсем не привлекает?

– У девочек меняются вкусовые предпочтения по семь раз на дню, может, она просто вводит какую-то новую моду, – недовольно сказал Дамьен, окинув меня с ног до головы внимательным взглядом. – Иномирянка? Но откуда в ней тогда драконья кровь?

– Ну, наконец, мы подошли к тому, что действительно важно, – одобрительно протянул Дан и прищурился. – Вот и мне тоже интересно. Девочке ещё повезло, что она встретила меня: она ж вообще ничего не знает, привязалась бы случайно к какому уроду и потеряли бы мы драконочку.

– Это да, – кивнул принц. – Благородством бы не всякий отличился. Значит, будешь заботиться? Учить? А не наскучит? Всё же, если уж решил взвалить на себя такую ответственность, то девчонку бросать даже не думай.

– Мьен, не учи меня, а? Разберёмся. И я надеялся, что ты и сам мне в этом поможешь. Разве не интересно, кто из наших так… – рыжий посмотрел на меня, подбирая слова, – развлёкся?

Я недовольно поджала губу.

– Мальчики, прекратите уже девочку при ней же обсуждать, – вдруг вмешалась драконица, сидевшая рядом с Дамьеном. – Ты ведь Юля, да? – обратилась она ко мне. – Я Сирена, со второго курса.

– Приятно познакомиться, – благодарно ей улыбнулась.

– Взаимно, – драконица вдруг встала и пересела ко мне. Придирчиво осмотрела, тряхнула тёмными кудрями и одобрительно кивнула. – А ты хорошенькая. Тебя бы приодеть нормально, а то ты сейчас уж больно заметная.

Я обиделась. Может, хватит меня уже оценивать, оглядывать, ставить перед фактами? Надоело!

– Боюсь, в моём гардеробе не найдётся вещей, что вас бы устроили, – процедила я. – У нас несколько разные понятия нормальности.

А ведь и правда не найдётся. Презирские девушки, как я смотрю, в основном платья или длинные юбки с блузками носят. Я же, если честно, юбки терпеть не могла и искренне считала, что мне они не идут, так как ростом не вышла. И, как бы мама не возмущалась, стараясь сделать меня женственнее, в шкафу у меня обретали исключительно брючки, лосины, рубашечки да футболки.

– Знаешь, янтарный тебе больше идёт, – заключила Сирена, проигнорировав мой не слишком-то дружелюбный тон.

– А? – я даже обижаться перестала.

– Гляди, – она всунула мне в ручку карманное зеркальце. – У тебя меняется настроение, и это сказывается на цвете глаз. Показатель того, что ты дракон-полукровка.

Увидев непривычно яркие глаза в отражении, невольно вскрикнула и отбросила зеркало. Одно дело просто знать, что у тебя радужка без твоего ведома перекрашивается, или увидеть это у себя в голове, совсем другое – наблюдать в действительности.

Сирена поймала зеркало на лету и убрала в карман кремовых широких брюк, которые я ошибочно сначала приняла за юбку.

– Осторожней. Что же ты всего пугаешься?

– Для одного дня слишком много впечатлений, – буркнула я.

Драконица удивлённо приоткрыла рот и осторожно положила руку мне на плечо. Погладила, успокаивая. А я в который раз уже подумала, что, наверное, зря жалуюсь. Драконы вроде адекватные и от людей не слишком-то отличаются.

***

– Юля, вставай! У нас сегодня первая пара у декана, опоздаем – отправит помогать некромантам в сожжении бесполезных трупов. Хотя, то, что сжигается, обычно и трупами назвать с натяжкой можно…

– Умеешь поднять настроение с утра пораньше, – неохотно покинула тёплую постельку, смерив Клемайни недовольным взглядом.

– Действительно умею, раз уж ты из лежачего положения перешла в стоячее, – хмыкнула принцесса, вручив полотенце и косметичку. – Беги, пока в купальне народу ещё не так много.

– Постой, только не говори, что я могла бы ещё поспать…

– Не могла бы! Ты хочешь вымыться и пойти со мной нормально позавтракать, – драконица тряхнула влажными волосами и подтолкнула меня к двери из нашей комнаты.

– А что ещё я хочу? – усмехнулась я. И кто бы мог подумать, что принцесса окажется такой бойкой и славной девчонкой.

– Я ещё не придумала, – вытолкнула меня Клемайни и захлопнула дверь перед носом. Оставалось идти в женскую купальню на первом этаже, раз уж все равно разбудили.

С тех пор, как я очутилась в Даленской Академии Магии, прошло несколько дней. Адаптационных, скажем так. Даниэль, как и обещал, действительно помогал, причем очень настойчиво и без моих просьб. Мне показали карту Презира и месторасположение на ней Далении, населённой и возглавляемой, в основном, людьми, и наиболее толерантной к представителям других народов стране, Дарнеи, родины моих новых знакомых и какого-то моего человеколюбивого предка, и Морении, царства морских змеев, откуда в Академию поступил Виэрнес. Помимо них на Презире имелась Лесифания, страна эльфов, и Когея, именуемая Даном каменной красавицей орков. Орки жили в горах и, по словам моего сильта, были прекрасными архитекторами, ювелирами и кузнецами. Когейские горы граничили с Лесифанской долиной, и эльфы и орки активно торговали и контактировали друг с другом, что меня немало удивило.

А ещё мне теперь много рассказывали. Приходилось учиться быть драконом, хотя Клемайни моя формулировка отчего-то не нравилась. Она постоянно поправляла меня, что я учусь быть не просто драконом, я учусь быть той, кто я есть. Однако пока мне сложно было воспринимать себя, как одну из них.

Привязка слабого и сильного оказалась ужасно серьёзной штукой, которой драконы уже долгое время не пользовались. Работает она следующим образом: между двумя драконами заключается прочная, почти нерушимая ментальная связь. Сильт, он же сильный, обязывается заботиться о слане, слабом, беречь его жизнь и здоровье, обучать, помогать. Слан же при этом обязан безукоризненно подчиняться своему сильту. В идеале через какое-то время слан сам становится сильтом и привязка спадает. Но бывали и случаи, когда привязки заключались, а сильт просто использовал своего слана, морально подавлял и приводил к гибели. Потому что, вот незадача, сильный вполне может нарушить условия привязки, единственным последствием для него будет испорченная репутация, если о факте существования связи станет кому-то известно. А вот слабый действительно обязан слушаться своего сильта.

Дан объяснил, что драконы выше всех прочих благ ценили честь и достоинство, потому сильные, в большинстве своём, не злоупотребляли полномочиями, но подонки, к сожалению, и среди них встречались. А в последние столетия они встречались всё чаще, оттого и привязок было всё меньше и меньше.

Даленская Академия Магии, как я и предполагала, оказалась просто огромной. Это был величественный красивый замок с семью башнями под разноцветными крышами – там располагались общежития факультетов. В основном же здании находились учебные аудитории, залы, библиотека и прочие помещения, предназначенные для общественного пользования. К замку прилегали обширные территории, включающие в себя парк, тренировочное поле, а также лес и кладбище, отделявшие нас от ближайшего города. Причем, в учебную программу посещения кладбища и леса входили. Некроманты и вовсе туда едва ли не ежедневно наведываются. Мне такого счастья пока не перепало, слава программе обучения факультета огня.

Люсю я за прошедшие четыре дня не видела: меня везде за собой таскал Дан. Пару раз мною были предприняты попытки поискать Люду среди водников в столовой, но мне просто не давали этого сделать: усаживали за стол к огневикам, напоминая, что мне ещё так много надо узнать, нечего отвлекаться и всё такое. На деле, просто не пускали к водникам. При всей своей адекватности, моё новое постоянное окружение их просто терпеть не могло, считало заносчивыми, наглыми и далее по списку. А ещё, что немаловажно, они просто были полными противоположностями друг друга. Тем не менее, прерывать из-за их давней вражды общения с Людой я не собиралась. У нас сегодня, наконец, должна была быть общая пара с водниками по истории, и я намеревалась подсесть к ней и поговорить, и никто мне ничего не сделает. А если сделает, то это повод взбунтоваться. Пока я старалась с драконами не ссориться: всё же, меня очень хорошо приняли и помогали.

Так, принц поговорил с деканом и меня поселили в одну комнату с Клемайни, оказавшейся хоть и несколько властной, но довольно легко идущей на контакт девушкой. Любопытной и любящей рассказывать. Они с Дамьеном были близнецами, а Даниэль их давним и близким другом из старого драконьего рода. Его предок вместе с предком королевских деток закладывал фундамент Дарнейского Дворца. Знакомым моим было по девяносто лет, что в пересчете на человеческий возраст равнялось как раз восемнадцати годам. То есть пять драконьих лет на один человеческих год. Мне, наверное, такое долголетие не светит.

А ещё мне поставили ментальную защиту! И именно по этой причине я больше не благоговела перед Дамьеном и Клемайни. Драконы на генетическом уровне подвержены ментальному воздействию своих предводителей, и когда-то это их свойство широко использовалось, так как делало прекрасными преданными солдатами, безоговорочно выполняющими всякие, даже самые отвратительные, приказы, но в последние века до войн не доходило, и необходимость в таком слепом подчинении отпала и стала считаться пережитком прошлого. Свобода воли ценилась, и королевская семья не желала лишать своих подданных этой ценности.

В общем, моя жизнь на Презире была чрезвычайно насыщенной, особенно если сравнивать с тем, как я жила дома. Учеба-дом, учеба-дом, иногда в кино сходить могла…. И большую часть времени была наедине с собой, из-за чего тосковала. Здесь же мне, напротив, с трудом удавалось остаться одной хотя бы на час. То Дан с его гиперопекой, начинавшей откровенно настораживать, то Клем, которая, будучи принцессой, в отличие от брата, не дружила с кем-то так близко и теперь проводила время со мной, как с той, кто находилась полностью под контролем Дана, а, значит, была… безопасна, то занятия и общение с огневиками, среди которых не все были драконами, зато почти все – на голову отбитыми. Мне нужна была моя родная Люська. И хотя бы пару часов в день без высшего драконьего общества, в которое я по своей глупости угодила. Была надежда на пары по целительству: базовый курс входил в программу первокурсников и в моём расписании присутствовала одна пара по субботам. То есть уже завтра. Никогда не рассматривала медицину, как возможную специальность, но если наличие пар по ней дарует мне возможность собраться с мыслями, то я готова возлюбить её со всей страстью!

– Ты долго, – встретила меня в комнате недовольно Клемайни, когда я вернулась из купальни. Уж не знаю, сколько времени я там провела, нежась в тёплой водичке бассейна и размышляя, но, судя по тому, что девчонок в купальне за время моего там присутствия пришло немало, Клем хмурилась не без оснований.

– Ты можешь стукнуть меня подушкой, – покладисто сказала я, пройдя к шкафу. Вещи я носила свои, несмотря на слова Сирены. Может, и выделялась, но хоть в чём-то себе не изменяла. К тому же, кому какая разница, что я ношу под форменной мантией?

– Могу, – кивнула принцесса, – но не буду. Одевайся быстрее, я есть хочу.

А вот, пожалуй, и главная причина нашего с Клем мирного сосуществования. Она, как я, любила покушать!

***

Магистр Иолай Ротремус преподавал основную факультетскую дисциплину – практическую магию огня. Именно на его парах нам предстояло изучать различные магические схемы, символы, словесные и бессловесные заклинания, а так же демонстрировать всю эту прелесть на практике. Две пары в пятницу, две пары в субботу. Самые сложные и самые непривычные для меня.

На этой неделе у меня уже были пары по дарнейскому языку, который я, как студенты-не драконы, изучала с нуля, менталистике, общественным отношениям, даленскому языку, что на Презире был аналогом английского, и медитации. Ни одна из прошедших пар не требовала того, чтобы я магичила по специальности, скажем так. Менталистика у нас была пока исключительно теоретической, а медитация не требовала использования заклинаний, она требовала самоконтроль и чувство собственной стихии. Так что, сегодня я впервые со дня испытания буду магичить. А со следующей недели у нас ещё и пары по практике реального боя должны начаться, которые будут проходить на том самом тренировочном поле, где меньше недели назад магистр Иолай Ротремус проходился по нашему неподобающему поведению или, если быть точнее, попрекал, что не в том месте и не в то время мы водников решили размазать. Как мне показалось, саму драку он не осуждал, что неудивительно: магистр – дракон.

Мы с Клем, Дамьеном и Даном пристроились на третьем ряду огромной аудитории за пять минут до начала пары. Раньше прийти не удалось, так как в купальне я изрядно задержалась, но нам придержали места несколько драконов. Не могу сказать, что они были друзьями королевских отпрысков. Больше на свиту походили.

– Доброго вам утра, студенты, и сразу приступим к делу, – вошёл в аудиторию декан, придя на пять минут позже. Кстати, на наше психологическое избиение на тренировочном поле он тоже опоздал. – Для начала, я бы хотел ещё раз оценить магический потенциал каждого из вас. От этого будут зависеть мои дальнейшие к вам требования. Надеюсь, вы не против, если сегодня нам на занятии поможет эльф?

Словно по команде, в аудиторию вошёл он. Некто, при одном взгляде на которого хотелось убивать. Облачённый в чёрные одежды, с тёмными волосами, собранными в высокий хвост, с острыми чертами лица и заостренными кончиками ушей, бледной кожей и фиолетовыми глазами мужчина. Опасный. Жуткий. Сильный.

– Кто-нибудь уже догадался, кто нас сегодня посетил? – спросил невозмутимый декан. Остальные же в аудитории замерли, некоторые, в том числе и я, шипели. Ой, мамочки!

– Воин-некромант, – старясь не шипеть, ответил Дамьен. – Эльфы, обучаясь некромантии, становятся сильнейшими и опаснейшими бойцами, вызывающими неконтролируемую ненависть у своих противников.

– И почему же так происходит, Дамьен? – спросил магистр Ротремус, прищурив глаза.

– Потому что эльфы от природы идеальны во всём. Они притягивают к себе взгляды. Те, кто идут по пути магии жизни, вызывают чувство любви и привязанности. По пути смерти – ненависти, – принц стоял, и я видела, что ему тяжело говорить, не срываясь на шипение. Мне уже довелось понять, что драконы чрезвычайно эмоциональны, и ощутить это прямо сейчас на собственной шкуре.

– И последний вопрос: чем же так опасно то, что они вызывают у противников ненависть? – декан поставил локти на стол и опёрся подбородком на сцепленные пальцы.

– Ненависть застилает рассудок. Эмоции владеют телом. Теряется инстинкт самосохранения и трезвая оценка своих сил. Перестаёт ощущаться боль. Можно даже не заметить, как умрёшь, – интересно, он специально такими рублеными предложениями говорил? Дыхание переводил, чтобы сдерживать себя и не терять маску сильного принца на людях?

– Верно, Дамьен, – Иолай удовлетворённо кивнул и поднялся из-за стола. – Джениан – мой старый знакомый, и он любезно согласился мне помочь. Сейчас вы будете на него нападать. Выпускать своё пламя, не сдерживаясь, потому что, как вам должно быть ясно из слов вашего однокурсника, сдерживаться будет стоить вам больших усилий. Так что каждый покажет мне, чего стоит. Итак, начнём.

И мы начали. Аудитория была круглая, большая, и мне казалось, что я наблюдаю гладиаторские бои в Колизее. Студенты нападали, пламя разлеталось в разные стороны, разбиваясь о магическую защиту перед сидящими, оно полыхало разными оттенками, от лилового и голубого до золотисто-оранжевого, прекрасное, опасное… и эльф почти без труда ускользал от него. Его атаковали, а он и звука ни проронил, молчал, оказывался у студентов за спинами и обездвиживал. Им оставалось только биться в слепой ненависти. Задеть Джениана удалось лишь десятку огневиков.

Дамьен, Даниэль и Клемайни сумели не только задеть, но и слегка обжечь эльфа, что в очередной раз напомнило мне об их опыте в заклинаниях, полученном ещё до Академии, и уровне силы. Силы, которой они уже владели, и той, что им только предстояло в себе открыть.

Когда очередь дошла до меня, я еле поднялась на ноги. Спустилась по лестнице, вышла на «арену». Близость эльфа опьяняла, глаза затягивало янтарной дымкой ненависти. И, если тогда в столовой я себе воли не дала, то тут полыхнула. Дракон во мне полыхнул.

Когда тело словно льдом сковало, я обессилено упала на колени. Подняла глаза и посмотрела снизу вверх на стоящего рядом эльфа. Полы его чёрного плаща дымились, что означало, что выпущенный мной поток пламени его задел. Был настолько сильным, что он не сразу успел увернуться. То есть… я хороша?

Удивлённо выдохнула. Откуда такой потенциал? Даже вызываемая Дженианом ненависть притупилась, позволив принять протянутую мужчиной руку и подняться. С трудом дойдя до своего места, я поняла, что встану в следующий раз с трудом. Ноги едва держали.

– Ты себя вообще сдерживать не пыталась? – заметив моё состояние, прошипел сидящий рядом Даниэль.

– Дан, помолчи, она просто выполняла задание. Зато теперь и мы знаем, что разбавленная кровь твоей сланы – отнюдь не показатель слабого потенциала, – а это, кажется, Дамьен.

Клем лишь молча сжала мою руку, поддерживая.

– Спасибо, – слабо улыбнулась драконочке.

– Да не за что, – отмахнулась она, не сводя глаз с некроманта. Причем, как мне показалась, во взгляде у неё не только ненависть была.

Когда на Джениана напали все студенты, он сказал декану, что желает отдохнуть, и ушёл. Вся эта проверка заняла одну из двух деканских пар, и на второй у нас уже была лекция. Перерыв помог прийти в себя. Моим первым осознанным заклинанием должен был стать пламенный щит, притом, когда я срисовывала начертанную Иолаем схему с доски, у меня в тетради появлялись красные пометки, поясняющие, в какое место щита мне следует вкладывать больше сил. Подняв удивлённые глаза, встретилась взглядом с ухмыляющимся магистром. Так вот, что он имел в виду под «дальнейшими требованиями». И он каждому такие инструкции давал? Неужели всех запоминал и всё успевал? Надо будет расспросить о личности нашего декана. Его другом был опасный воин-эльф, да и сам он был какой-то…. Впрочем, нет смысла гадать, я постоянно окружена драконами, которые, наверняка, смогут мне что-нибудь поведать.

А потом пара закончилась, и мы отправились на историю. Единственную совместную пару первокурсников-огневиков и первокурсников-водников. Мне предстояло, наконец, увидеть Люсю. Уверена, что ей, как и мне, будет, о чём рассказать.

Едва мы вошли в аудиторию, я извинилась и отделилась от драконов, не обращая внимания на оклики. Уверенно двинулась в сторону студентов в синих мантиях, среди которых уже успела заприметить Люську в окружении парней. Да-а, а подруга моя, ожидаемо, пользовалась вниманием. Красивая, уверенная, сильная.

– Люсь! – махнула ей рукой, и та удивлённо подняла зелёные глаза. Что-то сказав мальчикам, встала и кинулась ко мне.

– Ты где была? Сколько раз в столовой тебя найти пыталась, всё никак! – набросилась на меня подруга, подхватив под локоток и потянув к водникам.

– Ой, мне тебе столько рассказать надо. Начну говорить, не поверишь даже, – улыбнулась я, радуясь, что Люда обо мне не забывала. – Прости, что не давала о себе знать. Я хотела, просто…

– Юля, отойди от неё, – строго произнёс голос за спиной. Вздрогнула, почувствовав, как медленно разжимаются пальчики, держащие подругу, и вцепилась в её локоть крепче. В висках закололо, но я упрямо не отпускала Люсю.

– Юляш? – обеспокоенно спросила подруга.

– Юля, отпусти её руку и подойди ко мне.

Обернулась к стоящему позади Даниэлю, мало напоминавшему того парня, что подобно старшему братику опекал меня последние дни. Лицо его было бесстрастным, а радужка глаз как будто бы вертелась по часовой стрелке. Мне стало страшно, но, тем не менее, несмотря на боль и страх, я стояла рядом с Людой.

– Зачем, Дан? Я просто хочу поговорить со своей лучшей подругой, – упрямо поджала губу.

– Сейчас же. Подойди. Ко. Мне, – процедил дракон, а я… я скривилась от боли. Не хотела выполнять этот его приказ. Вообще приказы выполнять не хотела. С какой стати я должна отказываться от подруги? Не хочу! Не позволю лишить меня Люськи!

– Юляш! Юляш! – обеспокоенный голос подруги едва слышала. В ушах звенело, внутри всё горело, ноги не хотели слушаться. Моё собственное тело предавало меня, как бы говоря, что его хозяином отныне была чужая воля, а не моя собственная. Мне во всей красе демонстрировали, во что я вляпалась!

– Она не хочет. Отцепись от неё, – вновь Люся. Её руки, придерживавшие меня за плечи, казались ужасно холодными.

– Тебя это не касается, водница, – прошипел Даниэль. Змей. Огромный, плюющийся огнём чёртов змей! – Юля – дракон и моя слана, я её сильт и имею право запретить ей общаться с теми, кто ей в друзья не годится.

– Я знаю Юлю куда дольше, чем ты, и это ей решать, кто ей друг, а кто враг. Как по мне, это ты к ней и близко подходить не должен, – ох, моя решительная Люда! Всегда удивлялась, чем такую преданную подругу заслужила. Я, слабенькая девчонка-истеричка, бравшая куда больше, чем могла дать взамен.

– Людмила, боюсь, вам действительно стоит отступить, – вдруг раздался мягкий голос Дамьена. Ласкавший слух, несмотря на боль. Интересно, почему мне нравился его голос? Ментальную защиту же мне поставили, влиять он на меня был не должен. – Юлия – юная неопытная драконица и слана наследника рода Кейранов. Для блага вас обеих, ей следует пока держаться от вас подальше. Ваша энергия… плохо на неё повлияет.

Серьёзный, безукоризненно вежливый, как и тогда в столовой с Виэрнесом. Дамьен Дарнейский, драконий принц, идол, к которому я случайно приблизилась. Словно в ловушку попала.

– Юля, прекрати упрямиться и пошли с нами, – мягко обратился он ко мне. – Чем больше ты сопротивляешься, тем больнее тебе будет.

И я сдалась. Тело само понесло меня к ним, лишь слёзы были моими. Я чувствовала себя униженной, сломленной и как никогда жалкой. И хотя после выполнения приказа боль к концу пары, наконец, меня отпустила, легче мне не стало. Вот и всё хорошее отношение.

***

На обед я не пошла, оставшись одна в комнате. Дан, кажется, пытался что-то сказать, но меня защитила Клем. Вытолкнула противного рыжего дракона из комнаты и даровала мне возможность поплакать вволю.

Я была не человеком со своими чувствами, желаниями и правом на свободу. Я была сланой, драконочкой на поводке, которой сильный и властный дракон мог вертеть, как захочет. Сегодня мне запретили общаться с моей единственной настоящей подругой. С самым близким мне человеком. А что завтра? Послезавтра? Что они со мной сделают? Сломают?

Когда Клемайни вернулась, я просто лежала на кровати, уставившись в потолок. Слёзы закончились, осталось лишь чувство опустошённости.

– Понимаю, ты очень расстроена, – вдруг начала драконочка, присев на краешек кровати. Краем глаза заметила, что она поставила на стол поднос с едой. – И имеешь право, Дан перегнул. Но ты тоже кое в чём не права, хотя сейчас, в силу своей обиды, и не попытаешься посмотреть на ситуацию с нашей стороны. Потому я лучше расскажу тебе кое-что.

Принцесса вздохнула, а я вдруг поняла, что на неё, в отличие от Даниэля и Дамьена, совсем не злюсь. В глубине души девушка мне нравилась, и мне хотелось когда-нибудь назвать её подругой. Но я даже думать об этом не решалась, боясь, что так близко меня к себе особа королевских кровей ни за что не подпустит. Посмеётся и сделает больно.

– Кейраны очень трепетно относятся к драконицам. Если кто-то каким-то образом им близок, они чрезвычайно заботливы и добры с этими девушками. Опекают, защищают, стараются выполнять все их желания и не обижать. И лишь одно может заставить их проявить к ним жестокость: угроза того, что они от них уйдут.

Сама не заметила, как повернулась на бок, заинтересованно глядя на девушку.

– Дело в том, что у отца Дана когда-то была любимая младшая сестрёнка, леди Астрид Кейран. Красивая, любознательная, боевая…. В общем, пламенная, как и большинство дракониц. Леди Астрид на всё имела своё мнение, была прекрасной охотницей и воином, хотя это и не совсем соответствовало образу высокородной девушки. Её отец пытался её несколько присмирить и захотел выдать замуж. Любимой дочери был подобран прекрасный жених, но браку свободолюбивая Астрид отчаянно воспротивилась и незадолго до свадьбы сбежала вместе со своим другом ещё со времён Академии, морским змеем. Многие считали, что у них был роман. За ними, сама понимаешь, пустились вдогонку. Того змея нагнали, но Астрид с ним уже не было. Как сквозь землю провалилась.

– Храбрая девушка, – подала голос спустя какое-то время. – Ей удалось отстоять свою свободу, чем я похвастаться не могу.

Клемайни окинула меня внимательным взглядом, а потом вдруг задумчиво протянула:

– Знаешь, а если присмотреться, то ты на неё чем-то похожа. Сейчас, погоди.

Девушка вдруг подскочила с кровати и кинулась к книжным полкам. Она привезла с собой несколько книг из королевского дворца, обосновывая это тем, что ей необходимо изучать не только магию, но и то, без чего принцессе ни за что не справиться по возвращении ко двору, и сейчас что-то среди них искала. Достав толстенную книгу, Клем положила её на стол, полистала и, видимо, открыв на нужной странице, ещё раз внимательно меня оглядела.

– А я всё думала, что кого-то ты мне напоминаешь, но списывала на типовые драконьи черты, – покачала головой принцесса. – Иди, посмотри.

Я послушно встала, так как мне уже и самой было интересно, чем же могла быть так схожа с благородной драконицей из другого мира.

Цветной портрет в книге изображал красивую молодую девушку. Её светлые слегка вьющиеся локоны ниспадали на плечи, обрамляли юное лицо. Янтарные глаза лучились светом, такие же тёплые, как были у меня в том мимолётном видении с поклоном. Чуть вздёрнутый носик, тонкие розовые губы.

И тут я вдруг поняла, что девушка с портрета мне знакома. Так выглядела мать моего отца, покинувшая мужа и сына, когда тому было четырнадцать. Ася Кузьминых.

Глава 5. Презирцы распускают лапы

Людмила Мельникова

Неделю спустя после инцидента на лекции по истории

– Презир вызывает Людмилу Мельникову, – Виэрнес щёлкнул у меня пальцами перед носом. – Так тебе нужна помощь с моренским или да?

Занимательная постановка вопроса. И, к сожалению, чертовски точная: дурацкий язык морских змеев, на котором произносилось большинство из словесных заклинаний водных магов и который этим самым магам просто необходимо знать, если они хотят найти себе работу в Морении, виделся мне пока пугающим скоплением каракуль и закорючек. А водники, как я успела понять, работу в Морении хотят: там они наиболее востребованы, высокооплачиваемы и вообще… перспективно.

– Или, – буркнула я, цепляя на вилку огурчик из салата. – И зачем нужен международный даленский, если в итоге всё равно приходится чужие языки учить? Вот почему нельзя ещё раз привлечь какого-нибудь универсала, колдонуть и – бах! – ты свободно владеешь моренским?

– Как у тебя всё просто и без усилий, – хмыкнул Нес, который, в отличие от меня, сытно ужинал куриными ножками. Конечно, он-то морской змей, мужик и третьекурсник с уже немалым опытом боевых тренировок, а я девушка-первокурсница, человек, который легко может располнеть, если будет столько на ночь жрать! – Да только вот запрещено это, Люсь. С даленским вам магически помогли и это не проблема, так как он международный и самый молодой из существующих языков. Языки колдовских народов же довольно древние, трудно изучаемые. Такие магически в голову вложить, конечно, можно, но отнюдь не просто и весьма не желательно.

– Это почему? – удивилась я, отставляя опустевшую тарелку с салатом. Эх, может, стащить с подноса Неса вон ту аппетитную булочку с клубникой?

– Ну, у тебя может поехать крыша, – водник доел последнюю ножку и проследил за моим взглядом. Вытер руки салфеткой и протянул мне завёрнутую в бумагу булочку, с которой ещё и пудра сыпалась. Ммм, вкуснятина!

– Не понимаю, почему не взять себе нормальный ужин сразу, а не клевать как птичка, а потом с завистью смотреть на общедоступные булочки? – с искренним недоумением протянул Сейрён, наблюдая за тем, с какой жадностью я ем внеплановый десерт.

– Потому что тогда булка потеряет свою ценность: смогу взять, сколько захочу, а потом буду винить себя, что наелась, как поросёнок, и потолстела. А так, булка всего одна, к тому же, вручённая мне симпатичным парнем. Как я могла отказаться? Так что, вина за то, что я её съела, на твоих плечах, а не на моих, – разъясняла я воднику, как маленькому.

– Вот ты вроде из другого мира к нам прибыла, а логика всё равно типично женская, – закатил глаза Виэрнес, а потом вдруг резко вернулся к теме изучения моренского. – Значит, так, начиная с сегодняшнего дня, будешь приходить ко мне вечером, часиков в восемь, и постигать с носителем восхитительный язык морских змеев.

Я чуть булочкой не подавилась.

– Носитель восхитительного, а ты не охренел?! – возмутилась, запивая остатки булочки яблочным соком, чтобы не гнать на водника с набитым ртом.

– И что же тебя смущает? – невозмутимо спросил Нес, но при этом в голубых глазах у него черти плясали. Да не просто плясали, а строили рожицы и размахивали волосатыми хвостами.

– Дай-ка подумать, – приложила палец к губам, заодно вытирая остатки пудры. – Парень приглашает девушку к себе комнату на ежедневные занятия в вечернее время. При этом парень этот лорд, шишка значимая, отдельную комнату себе выбившая. Я что, по-твоему, настолько наивна?

– Люся, милая, у тебя мысли куда-то не туда идут, – нагло улыбнулся блондин. – Я ей бесплатные занятия предлагаю, а она о постели думает.

– Заметь, про постель не я, а ты сказал, – хмыкнула и встала из-за стола, всем своим видом показывая сей мужской особи, что принимать предложения подобного рода не собираюсь.

– А ты всё же подумай, Люсь, – не отвязался Сейрён, подхватывая свой поднос и следуя за мной. – К тому же, ты ведь хочешь узнать, как освободить свою подругу от привязки с драконом.

Вот ведь… змей. Искуситель.

– Вижу, ты уже не так категорично настроена, – Виэрнес поставил свой поднос в окошко, забрал у меня из рук мой, при этом проведя по запястьям и кистям прохладными пальцами. – В восемь, Люся. Пятый этаж, пятьсот седьмая.

А после этот гад вышел из столовой, оставив меня одну с мыслями о Юляшке.

Мне нравилось в Даленской Академии. Всё казалось новым и необычным, учёба вызывала неподдельный интерес. Словно в сказке очутилась. И хотя я по-прежнему находила это место странным, а обитателей чокнутыми, с каждым днём всё больше привыкала. Лишь одно омрачало мою жизнь и не давало погрузиться с головой в студенческие будни и магический мир: отсутствие рядом моей маленькой Юли.

Я видела её сегодня на паре по истории и, если честно, увиденное мне по нраву не пришлось. Нет, выглядела она, вроде, нормально, даже слегка похорошела: из-под форменной красной мантии виднелось беленькое платьице с юбкой-плиссе, которое ей очень шло, светлые волосы были заплетены в два колоска. Юляшка казалась невиннее, женственнее и почти не отличалась от презирцев, даже чертами лица чем-то на них походила. Однако я заметила, как она порывалась подойти ко мне, а её одёрнули за локоть и увели. Всю пару Юля сидела, зажатая между драконьим принцем и тем рыжим уродом и поглядывала на меня. Извинялась и сожалела. После пары её слишком быстро увели, я даже приблизиться не успела.

В общем, было понятно, что подругу надо освобождать, а то где это видано, чтобы какие-то драконы мою Юляшку свободы воли лишали? Это пусть они со своими презирскими дамами так играют, а на нормальных русских девушек лапы не распускают! Впрочем, распускали лапы, похоже, не только они.

Я целую неделю уже билась, пытаясь выяснить, что приключилось с Юлькой и есть ли способ ей помочь, и всю неделю получала от Неса ответ, что привязка сильта и слана нерушима, что Юля – драконица, а потому забота Дарнеи, а не его или моя, и вообще мне лучше во всё это не соваться. А тут вдруг он заявил, что способ помочь Юльке всё-таки есть. Однако бескорыстно не помогаем, ожидаемо. С какого перепугу только такое навязчивое желание затащить меня к себе в комнату взялось?

Раздумывая о том, почему иномирянкам ни в книгах, ни в реальности спокойно жить не полагается, сама не заметила, как дошла до парка.

А парк при Академии был просто восхитительный! Я вот нисколько не ценитель, дома меня погулять на природу было вытащить крайне сложно, но здесь, на Презире, всё казалось иным. Ощущалось не так, как прежде. К примеру, за прошедшие две недели, у меня ни разу не возникло желания достать телефон и полистать ленту «ВКонтакте». И дело не столько в том, что мне это здесь недоступно, сколько в том, что просто не хотелось. Зато пробудились желания иного толка: я облюбовала здешний парк. Приходила сюда по вечерам и бродила среди розовых деревьев, раскинувшихся вдоль дорожек, доходила до берега широкого пруда, окруженного удивительными ивами с красными стволами и ветвями, покрытыми голубыми листочками, что, касаясь водной глади, создавали чуть искрящиеся водяные круги, и сидела на причале, сняв обувь и опустив ноги в воду. Любовалась. Поднимала глаза к синему небу и глядела на звёзды, яркие, блестящие и такие непривычные для глаз городской жительницы. В этом мире темнело рано, потому, несмотря на сентябрь, в шесть часов вечера небо уже заливалось тёмной краской.

Однако сегодня дойти до любимого места в парке мне не грозило.

– Дамьен, у меня не получится, – услышала я голос Юли на берегу и спряталась за ближайшей ивой. Подруга сидела ко мне спиной в позе лотоса, в накинутом на плечи красном пиджаке, явно с мужского плеча, а перед ней сидел, видимо, обладатель пиджака, Дамьен Дарнейский.

– У тебя получилось связаться с Даном. В твоих глазах то и дело вспыхивает драконий огонь. А ещё ты полукровка благородных кровей, – Дамьен, сидевший ко мне лицом, положил руки ей на плечи. – Учитывая всё это, почему у тебя не должно получиться обратиться в драконицу? Это твоя суть. И, к твоему сведению, тебе никогда не избавиться от привязки, если ты не примешь себя такой, какая ты есть.

Подруга громко выдохнула. Чему он там её учит? И откуда взялось это «полукровка благородных кровей»? Было странно не знать чего-то о Юле, которая в последние годы нашей дружбы делилась со мной практически всем.

Погрузиться в мысли мне не дало внезапное потепление воздуха. Я неотрывно наблюдала из своего укрытия за тем, как подруга поднималась всё выше над землёй, а воздушные потоки опутывали её тело. Выше, выше. Хлопок. От кокона Юляшки разлетелись ярко-оранжевые искры, а сам кокон опутало дымкой. Когда она развеялась, моему взору предстал небольшой кремовый дракон с вытянутой шеей. Он неуверенно взмахнул крыльями, но не смог удержаться и стремительно полетел вниз, на ходу обратившись в Юльку. Встретиться с землёй подруге не дал принц, поймавший бессознательную подругу на руки. Потом он вдруг резко повернулся и посмотрел мне прямо в глаза. Я даже спрятаться от неожиданности не успела.

«Видишь, водница? Юлия – наша. И отдавать её мы не собираемся. Ей нужна чистая огненная энергия, чтобы полностью раскрыться, а твоя, водная, будет её способности ослаблять. Так что, держись от неё подальше», – раздался у меня в голове строгий голос Дамьена. Ни следа той мягкости, с которой он разговаривал с Юлей.

Ничего больше не добавив, он прошёл мимо меня, унеся подругу с собой. А мне оставалось только стоять и пытаться переварить очередной абсолютно ненормальный факт. Моя лучшая подруга – настоящая драконица. Я только что видела, чёрт возьми, как человек обратился в дракона и обратно! Интересно, а Нес так же обращается в змея? И существует ли вероятность, что если я не отступлюсь от Юльки, драконы меня сожрут?

Когда шок отпустил, на его место пришла злость. Да с чего бы это Юляшка была их?! Я что-то не заметила за ней великого желания пробуждать драконьи силы и счастья от пребывания в огненной компании. Они просто подавляли мою маленькую подружку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.