Владимир Виноградов
Зося – Фея прямых дорог

Глава 1 ПОХИЩЕНИЕ

К сожалению, а может быть и наоборот к лучшему, я еще не разобрался, люди не живут вечно и жизнь их конечна. Вот и у моего друга, Сереги ушла в лучший мир бабушка. На самом деле бабушка была не его, а еще его отца, поэтому женщиной была очень старой.

Пока баба Клава была жива, мы с Серегой иногда к ней заходили. Жила она в небольшом домике на окраине, всего две комнаты, в одной телевизор, в другой спальня. И небольшая кухня прихожая и раздевалка в одном флаконе.

Теперь все родственники дружно решили, что в доме должен жить именно Серега, как любимый правнук и человек, наиболее нуждающийся в отдельной жилплощади.

В общем, позвал меня Серега разгребать имущество прабабушки, сортируя, что оставить для жизни, а что перенести на чердак, там решено устроить небольшой склад. Выход на чердак, или на заброшенную мансарду был в сенях. Широкая лестница упиралась в крепкую, может быть даже и дубовую дверь.

Мы как раз перебрали шифоньер, увязав вещи в три больших баула, когда Сереге позвонила мама и срочно вызвала его домой.

–Туша, ты здесь потусуйся, а я туда и обратно. Интернет на чердаке должен лучше ловить – подмигнул мне Серега – пойдешь туда, баул захвати.

–А вы, батенька, хам! – процитировал я персонажа из одного мультика.

Но на Серегу мои слова уже не возымели никакого действия, глянув в окно на дорогу, и увидев там приближающийся автобус, он подхватил сумку и выскочил из дома.

Туша, это я. Еще меня Тучей зовут, но реже, Туша мне нравится больше, это как в том кино, про Безумного Макса. На самом деле, я не толстый и даже не упитанный, скорее даже худой. Но, по паспорту, я – Витя, Виктор. Однажды, классе в четвертом, мама при всех назвала меня Витюшей, так и понеслось: Туша – Витюша, имя потом отсеялось, а Туша осталась.

Баул я выбрал самый маленький, не, а что он хотел! Дружба дружбой, а тяжелые баулы вдвоем перетащим! Наверху, за дверью, обнаружилась большая комната, большая, во весь первый этаж размером. Возле дальнего окна стоял круглый стол на толстых ножках, возле него массивное кресло, в углу старинный шифоньер. Еще были две большие тумбы, старый телевизор, сейчас такие только в музее увидеть можно, на ножках еще.

В шкафу зашуршало, может быть, мыши.

Немножко повернув кресло, чтобы солнечные лучи не падали на экран телефона, я хотел сесть, но потом вспомнил про оставшиеся внизу чипсы, решил сходить за ними. Это была Серегина оплошность, он оставил меня и чипсы в одном помещении, вот теперь пусть сам и страдает! А с чипсами я не пропаду!

Едва я уселся в кресло, в шкафу опять зашуршало и, как будто кто-то вздохнул, печально так и грустно. Я прислушался, но звуки стихли. Звуки то стихли, а вот тревога на душе осталась, было в этом вздохе что-то мистическое. Закинув в рот еще одну чипсу, я решил во всем разобраться. Не, а чего они вздыхают у меня за спиной, в шифоньере.

Резко открыв сдвоенную полированную дверь я просто обомлел от увиденного. На перекладине, куда обычно вешают плечики с верхней одеждой, подвешенная за крюк, висела клетка, размером с трехлитровую банку, а в ней, как мне сначала показалось, большой мотылек.

– Вот это моль тут водится! – вслух проговорил я

– Сам ты моль! – «моль» подняла голову и на меня посмотрели два больших голубых глаза.

В клетке, обняв колени и почти полностью укрывшись крыльями, сидела миниатюрная девушка, размером со сказочную Дюймовочку, только крылатую.

– Ты кто? – наклонившись поближе, спросил я

– Моль! – огрызнулась девушка – Видишь, шубы все съела, теперь голодаю.

– Чипсы будешь? – мне совсем не было страшно. Любопытно было, интересно, а вот страх. Да и как бояться девушку размером с Дюймовочку и с такими красивыми, хоть и заплаканными, глазами.

– Угу! – не поднимая головы, кивнула девушка.

– А можно я вас из шкафа достану и на стол поставлю? – на всякий случай спросил я

– Кого это «Вас»? – девушка подняла голову и, потешно нахмурив бровки, посмотрела по сторонам.

– А, вежливость – вздохнула девушка – ладно, несите, уже.

Я аккуратно взял за крючок клетку и перенес на стол. Девушка подняла голову, прикрыла глаза, видимо давно не видела солнечный свет, потом медленно их открыла и внимательно посмотрела на меня. Я человек понятливый, поэтому сразу же дал ей чипсу, не всю конечно, отломил половину, но у нее на виду, чтобы не подумала, что объедками ее кормлю.

– Химия? – понюхав кусочек, уточнила девушка

– Говорят, что натуральный продукт – пожал я плечами

– Врут – вздохнула девушка.

***

Ела девушка аккуратно, откусывая небольшие кусочки и тщательно их пережевывая. Она то и дело поглядывала на свои руки, как будто переживала, что испачкала их и теперь они будут жирными. Я посмотрел по сторонам, рядом ничего подходящего не было. Но я вспомнил, что Серега брал с собой влажные салфетки, поэтому быстро спустился вниз и взял сразу всю упаковку. Когда поднимался по лестнице вверх, в комнате что-то упало.

Клетка лежала на полу, а девушка потирала большую ссадину на коленке и все ее руки были испачканы о давно не мытый пол.

– Вы как там? – спросил я, поднимая клетку обратно на стол

– Ударилась и испачкалась – вздохнула девушка.

– Ничего, я вот салфетки принес, вы не большая, можно всю одной обтереть – протянул я уголок салфетки девушке.

Она подошла и понюхала салфетку. Было странно, что девушка постоянно все нюхает, но каждый живет по-своему и не мне ее осуждать. После тщательного осмотра, обнюхивания и ощупывания салфетки, девушка взялась тщательно вытирать все оголенные участки тела, а я смог, наконец-то ее рассмотреть.

Знаете, если бы ее увеличить, раз так в несколько, она была бы вполне симпатичной и даже красивой девушкой с правильными чертами лица, большими глазами и стройной фигурой. Только вот тогда увеличатся и крылья, а далеко не каждый в нашем мире нормально отнесется к девушке с крыльями.

– Вы кто? – спросил я, когда она закончила процедуры, от которых даже тщательно протертые крылья заблестели как новые.

– Давай на «ты», хорошо? – вместо ответа предложила девушка – а то я каждый раз вздрагиваю.

– Давай – согласился я, и повторил вопрос уже по новому – ты кто?

– Фея, разве не видно? – удивилась, оказывается, фея.

– Фея-крестная? – я немного засомневался, стоит ли фее задавать подобные вопросы, хотя кто их, фей этих знает, какие они еще бывают?

– Фу-фу-фу! – фея подпрыгнула и сделала движения, как будто что-то сбрасывает с себя, крутясь вокруг своей оси – Чур, меня, чур!

Наконец она остановилась, посмотрела на меня снизу вверх, но как будто свысока и, поправив кудряшки над ухом, торжественно объявила:

– Я – Фея прямых дорог! Покровительница путешественников и первооткрывателей! Муза пилигримов и бардов! Защитница бродячих артистов и циркачей!

Перечисляя все свои титулы и звания, фея стала даже немножко выше, во всяком случае, мне так показалось.

– А в клетке ты что делаешь? – спросил я

– Живу, – грустно пожала плечами фея – разрабатываю план побега, мечтаю.

– Погоди! – наконец то дошло до меня – ты пленница что ли? Тебя поймали и удерживают? Давно?

– С одна тысяча девятьсот сорок первого года, с зимы – грустно вздохнула Фея

Я прикинул, сколько же лет она так просидела, и невольно поёжился от всей той прорвы лет, которые бедная девушка провела в заточении. Я смотрел на нее, а она на меня и мы оба молчали.

– И ты все эти годы, в клетке, не выходя наружу? – мозг отказывался верить в услышанное – А как же…

– Ты что, псих? – сурово посмотрела на меня маленькая девушка, уперев руки в бока – Что не знаешь, что ли? Феи не какают!

– Ух ты! – честно растерялся я – вообще то я про волшебство спросить хотел, ну там, палочку волшебную достала, трахтибидохнула и все. А для чего вы тогда кушаете, раз не какаете?

– Забудь – покраснела фея

– Ладно – я решительно поднялся из кресла и достал телефон – с этим надо что-то решать!

Бросить в плену девушку, которая просидела в заточении столько лет я не мог. Даже если она вселенское зло, на подобии Кощея, то даже тогда я ее не брошу! Все, решено!

Сереге не понравилось, что я тоже побежал домой. Но такова селяви, я же тоже живой человек, у меня свои планы есть, свои родители. Меня тоже могут срочно выдернуть!

Оставив фею обдумывать план побега, я быстро спустился вниз и нашел там спортивную сумку, не пойми какого года выпуска, но более или менее целую. Поднявшись наверх, я начал аккуратно упаковывать клетку в сумку.

– Это, парень, – заволновалась фея, когда поняла, что я ее просто ворую – ты чего это придумал?

– Мы едем ко мне – решительно заявил я – будешь у меня жить

– Ты только учти. Я не птица диковинная, я из клетки тебе петь не стану!

– Ты лучше – подмигнул я в уже почти закрытую сумку – ты не какаешь!

– Ах ты, хам! – возмущенно закричала девушка – фея, но я уже не слушал, а закрыв сумку и аккуратно повесив ее на плечо, спешил к выходу.

Да, вот такой я. Если есть возможность кого то подколоть, то я точно не промолчу!

Глава 2 ПЕРЕСЕЛЕНИЕ

Ехать предстояло далеко. Шутка сказать с одного конца нашего уездного города на другой, из частного сектора, столпившегося в излучине реки, в спальный район, который притулился к забору комбината. Получалось, что через центр, вдоль комбината, потом еще три остановки. Радовало одно, что ехать можно без пересадки.

Я занял сидение и аккуратно поставил сумку на колени. Кто их, этих фей, знает, вдруг ее укачает, ведь она еще и жирного поела на голодный желудок. Через две остановки напротив меня села мамаша с дочкой. Маленькая девчушка, лет пяти, играла с куклой, усаживая себе на колени, сделанную в стране с самым большим населением, Барби.

Меня осенило! Дело в том, что свою комнату, в нашей трехкомнатной квартире, до недавнего времени я делил с сестренкой. А у нее небольшой бзик по куклам Барби и на противоположной от моей кровати стене устроены полки с куклами, домиками и кроватями. Я пригляделся к куколке в детских ручках. Размер немного не тот, конечно, Фея компактнее будет, но идея хорошая. Отвернувшись в окно, я начал додумывать детали будущего дома для феи.

Двор встретил нас детским смехом и суетой. Быстро пройдя до своего подъезда, чтобы ни с кем не встретиться, я поднялся на наш седьмой этаж и зашел в прохладу квартиры, прикрыв за собой дверь. Дома никого не было, родители с работы еще не пришли, Олька уже уехала заселяться в общежитие своего медицинского института. Но это далеко, в далеком и сыром Петербурге, где солнце светит раз в неделю, отражаясь от кораблика на шпиле Петровского адмиралтейства.

– Потерпи еще немного – наклонившись к сумке, проговорил я – мы уже приехали.

Быстро пройдя в комнату, я аккуратно достал из сумки… пустую клетку.

– А чего тогда из дома не улетела – проворчал я, наклоняя клетку, чтобы рассмотреть ее подробнее.

Дверцы у клетки не было, совсем. Значит, выпускать фею никто не планировал. Днище клетки – круг из толстого дерева, сквозные дыры, через которые проходили прутья, загибаясь под днищем.

– Не тряси! – Раздался недовольный голос феи – Так рассмотреть не можешь, обязательно переворачивать?

– Я думал, ты сбежала! – я, наверное, даже обрадовался ее появлению.

– Не могу я сбежать – вздохнула фея – только невидимой могу стать.

– Ты не расстраивайся, я сейчас клетку разберу и тебя выпущу – постарался я ободрить фею – сейчас, только пойму что прутья держит.

– Надпись на ободке – подсказала Фея.

Я невольно замер. Получается, что магия есть и на ободке клетки написано могучее, запирающее заклинание! А может быть его и читать опасно? Или не читаемое оно вовсе.

Я внимательно присмотрелся к дну клетки. И в самом деле, по кругу бежали затертые буквы. Фея, с нескрываемым любопытством следила за моими действиями. Я же присел ниже и повернул клетку к окну, чтобы лучше видеть.

К моему удивлению, первое, что я разглядел, это был православный крестик. Потом стояла жирная точка и дальше, вращая клетку по часовой стрелке, я смог прочитать: «Спаси, Сохрани, Помилуй». Потом опять была точка и снова крестик. Между крестиками были еще какие то знаки, но это было уже не важно.

– И что, это держит? – спросил я перебирающую ногами, чтобы остаться лицом ко мне, фею

– Нет – вздохнула маленькая вредина – это я так, к примеру, просто спросить хотела, а дальше что?

– Не знаю – честно признался я – выпущу тебя из клетки, а там разберемся.

Разговор особо не клеился, поэтому я молча поднялся и пошел за инструментами, по пути навестив холодильник, на предмет чего-нибудь перекусить. Из инструментов взял с собой отвертку и плоскогубцы, на борьбу с прутьями должно было хватить. А в холодильнике был борщ, колбаса и сало. Посмотрев на все это разнообразие, я закрыл холодильник.

Ну да, жующую сало фею я себе представить не смог. Ладно, фрукты, яблоки там разные, но не колбаса же! Тут сначала спрашивать надо, а то принесешь, а она будет плакать над кусочком колбасы, корову жалеть. Или из кого сейчас колбасу делают?

В больших синих глазах, смотрящих на подходящего меня, была такая смесь любопытства и надежды, что я готов был разорвать клетку голыми руками. Но сделать это, даже плоскогубцами удалось не сразу, слишком прочным был металл, как будто не маленькую фею удержать хотели, а слона небольших размеров.

Наконец, один пруток поддался моим издевательствам и отломился у самого низа клетки. Раскачав соседний, я раздвинул два прутка на такое расстояние, через которое могла бы выйти фея, и поставил клетку подальше от края стола.

– Знаешь – фея подняла на меня глаза полные слез – я так долго мечтала выйти из клетки и вот теперь мне страшно.

– Погоди, я камеру включу, первый шаг на волю, как-никак – я потянулся за телефоном

– Меня ваши камеры не видят – продолжая разглядывать стол за прутьями, проговорила фея – только кисть художника может поймать фею.

– Жаль – я отложил телефон. Фея так и переминалась с ноги на ногу возле раздвинутых прутьев и я предложил – Давай я тебя подстрахую. Вот, держись за руку.

Опираясь о мой палец, фея аккуратно шагнула наружу, зажмурив при этом глаза. На руку как будто села большая босоногая бабочка. Она замерла, медленно открыла глаза и, обернувшись, пнула ножкой клетку.

Я аккуратно ссадил миниатюрную девушку на стол.

– Спасибо – выдохнула фея – спасибо тебе, мальчик, что освободил меня, я полетела.

– Виктор – представился я – Меня Витя зовут.

Было немножко грустно, что она вот так, едва краешком крыла, коснулась моей жизни и уже улетает. Хотя, с другой стороны, ее же где то ждут, ведь столько лет прошло. А где-то должны быть ее близкие, семья. Стало совсем грустно, я представил себе фея-старичка, сидящего где-то на увядающем цветке и с тоской смотрящего в каплю росы.

– Спасибо тебе, мальчик Витя – фея присела в поклоне, если мне память не изменяет, то он называется реверанс, – я тебя никогда не забуду.

– Прилетай, если что – улыбнулся я, на душе вдруг стало светло и легко – буду рад.

– Хорошо! – маленькие ножки разбежались по столу, оттолкнулись от края. Крылышки затрепетали и… Фея бы точно упала на пол, но я успел подставить ладони и поймал падающее тельце.

– Мои крылышки – на моих ладонях лежала и плакала фея – они больше не держат меня! Я разучилась летать!

– Тебе просто нужно окрепнуть – попытался я утешить девушку – нужно тренировать крылышки и они снова научатся, вот увидишь! Тебе же в клетке тесно было, ты столько лет их не расправляла! Все получится!

– Правда? – на меня с такой надеждой посмотрели заплаканные брызги синих глаз, что самому захотелось заплакать.

Я аккуратно вернул фею на стол. Она продолжала с надеждой смотреть мне в глаза, от этого взгляда становилось не хорошо, хотелось вот прямо сейчас встать и пойти искать тренера для восстановления феиных крылышек. Я потряс головой, отгоняя морок, и посмотрел на стенку с куклами.

– А ты пока у меня поживи – наконец проговорил я – пойдем, я тебе кое-что покажу.

Я аккуратно перенес фею на полку с куклами и стал наблюдать за ее реакцией. Сначала фея внимательно посмотрела на кукол, потом аккуратно перешагнула через одну, через другую и села в промежуток между ними, потешно разведя в стороны руки. Потом встала и, развернувшись, забавно поклонилась им, согнувшись в поясе и слегка расправив крылышки, при этом плавно, как это делают балерины, разведя руки в стороны.

Я как завороженный смотрел на это босоногое чудо в коротком платьице и с крылышками за спиной. Перед расставленной кукольной мебелью фея замерла, постояла, разглядывая стоящие на столике приборы и, хихикнув, открыла дверцу шкафа. С обратной стороны на дверце было зеркало, и маленькая девушка замерла, разглядывая свое отражение.

– Это какая я запущенная – грустно сказала фея – не удивительно, что крылья отказались нести такое… Такое безобразие.

Закрыв дверцу, девушка грустно повесив голову зашла в кукольную спальню и потрогав кроватку и матрасик, обернулась ко мне.

– Ты предлагаешь мне пожить в кукольном домике? – фея заглянула мне в глаза, я не нашел ничего лучше, чем просто кивнуть в ответ.

– Это так унизительно – вздохнула фея – чувствую себя грязной куклой.

– Но это же лучше, чем в клетке – возразил я – и там ванночка есть, за перегородкой, как положено, я тебе воды и шампуня принесу, ты сможешь помыться. А хочешь, мы для тебя платье выберем, куклам то без разницы, а тебе обновка.

– Странное у вас отношение к куклам, мальчик Витя, то ты говоришь, что им без разницы, то мягкие матрасики им на кроватки стелешь. Зачем, если они даже не фарфоровые?

– Это не я – почему то смутился я – это сестренки куклы, только она уехала в Питер, будет на врача учиться.

– Ах, Санкт Петербург – фея забавно свела ладошки и прижала их к щеке – поэты и балы, красавицы и дуэли! Это так романтично!

Фея закрыла глаза и закружилась по кукольной комнате в красивом вальсе, под слышимую только ей музыку. Я опять залюбовался, даже кажется, дышать боялся, чтобы не потревожить, не помешать сказке.

– Давай чего-нибудь съедим – резко остановившись, спросила фея – у нас же не трехразовое питание, когда понедельник, среда и пятница?

– Нет, конечно – оживился я – есть борщ, сало и колбаса. И лимонад к этому всему.

– Есть кастрюля запаренных овощей, кусочки поросенка и молотая корова – задумчиво перевела меню на свой лад Фея – может быть, фрукты есть? Маракуйя, папайя, абрикос, на худой конец.

– Майонез есть к борщу – осадил я фею.

– Это полностью меняет дело – вздохнула фея – два кусочка колбаски тогда, и майонез.

– Ты, прямо, как студент меню выбрала – мне стало весело от ее выбора – а то придумала, маракую ей подавай.

Чтобы мы кушали как будто за одним столом, я перенес на свой письменный стол кукольный столик со стулом и набор посуды. Только вот колбаски я отрезал как себе, поэтому получил взгляд, полный укоризны и пришлось крошить угощение, отделяя маленькие полоски от ломтика.

– Фея, а как тебя зовут – обратился я к девушке, принюхивающейся к кружке лимонада

– Фея – пожала плечами девушка, делая небольшой глоток – Что я тебе, кошка что ли, чтобы кличку носить.

– Но вот меня зовут Витя – начал объяснять я – и это удобно. Можно позвать ВИТЯ и из нескольких человек обернусь именно я. А тебя, позову, ФЕЯ и что? Все окрестные феи обернутся?

Фея встала изо стола и нахмурив брови осмотрела комнату. Потом села обратно на свой стульчик и объявила:

– Нет здесь больше никого, ни одной феи, кроме меня!

– Я так, образно – признался я – но имя все равно надо.

– Давай выберу, раз надо – пожала плечами маленькая девушка – диктуй имена.

– Аля, Аня, Валя, Галя, Даша – начал перечислять я

– На букву «Б» забыл – поправила меня фея и как то странно хихикнула.

– Белла – вернулся я и продолжил – Женя, Зоя…

– Зося! – прервала меня фея, и встав ногами на стул и гордо подняв голову объявила – Зося, Фея прямых дорог!

Я хотел сказать, что это как то по-кошачьи, но передумал, и лишь кивнул.

Глава 3. ЗНАКОМСТВО

Родители редко заходят в мою комнату. Точнее, мама заходит редко, а отец еще реже, почти никогда. Вот так, если начать вспоминать, то и не вспомнишь, когда он в прошлый раз заходил. Считается, что я человек взрослый, на третий курс политехнического университета перешел, поэтому должен учиться самостоятельности.

Родители, это вообще отдельный подвид человечества. Причем не мои конкретные, а вообще все. Существа, скажу я вам, весьма противоречивые. Вот взять ту же самостоятельность, привыкать я к ней должен, а квартиру снимать нечего! Уметь все должен, а в гараж без отца не ходи. Хорошо, что компьютер нужен для учебы, а то так бы и сидел в старинном ноутбуке, на который даже простой автокад не встает.

Мы сидели с Зосей за компьютером и разглядывали карту мира. Это была ее просьба, после водных процедур и переделки спортивного костюма одной из кукол под одну крылатую фею.

– А вот здесь увеличь – Зося указала пальчиком на фрагмент карты – этот остров тоже нашли.

Я так понял, фея искала темные пятна на карте мира, вспоминая те места, которые еще небыли открыты на момент ее заточения.

– Вот и получается – Зося присела на клавиатуру – все открыли и исследовали. А зачем тогда Фея прямых дорог? Бесполезное крылатое существо, получается.

– А разве просто так путешествовать нельзя? – я попытался отвлечь маленькую девушку от грустных мыслей, а то мне как раз депрессивной феи в комнате не хватало – я тебе сейчас одного человека покажу, так он из путешествий и не возвращается почти.

– И куда он путешествует? – спросила Зося

– Сейчас посмотрим – я ввел в строку поиска фамилию "Конюхов" – вот, смотри. На северный полюс ездил. В лодке Атлантику пересекал. Кругосветное путешествие совершал. Здесь истории есть, карты, видео путешествий.

– Да он сам себе странствующая фея – проворчала Зося – только с бородой.

От такого заявления я невольно улыбнулся, а воображение живо подрисовало путешественнику крылышки в заплатках и с карбоновыми наконечниками. Нет, я не знаю, как выглядит этот самый карбон, но в то, что это именно он, поверил сразу.

– А как ты попала в клетку – задал я Зосе давно мучивший меня вопрос.

– О, это печальная история – вздохнула Фея и бодрым голосом заявила – сейчас расскажу.

– Один очень талантливый поэт попал служить в армию – фея протяжно выдохнула и, собрав ладошки у груди, закатила глаза – Боже, какие он стихи писал! Какой слог, какие краски…

Фея посидела несколько секунд, вспоминая, и начала декламировать:

– Фрау, Фрау ихт нибин Абель нау!

От неожиданности, я даже потерял дар речи и во все глаза уставился на крылатое чудо в салатовом спортивном костюме. Чудо выдохнуло и продолжило:

– Талду, Фрау, талду и либен Альбек хау!

– Погоди, он что, фашистом был? – понял я глубинный смысл сказанного.

– Ты вообще меня слушаешь? – фея повернула на меня очаровательную головку, промытые и высушенные феном волосы метнулись следом, создавая эффект размытой картинки – он был ПОЭТОМ. Понимаешь?

– Одно другому не мешает – нахмурился я.

А чего она их защищает? Может быть этот "поэт" моего прадеда убил?

– Да не успел он никем стать – фея соскочила и топнула ножкой – и убить никого не успел. Он на фронт прибыл и погиб в первом же бою. Все, совсем.

Фея уселась на край клавиатуры и, скрестив руки на груди, уставилась в монитор. По розовым щечкам стекали две отсвечивающие карту дорожки слез.

– Как я плакала тогда, как мне его жалко было – фея утерла слезы кулачком – А мимо Клавка ваша ползла. Молоденькая, девчушка совсем, на спине катушка поскрипывает, провод разматывается, в руке винтовка.

Фея печально смотрела в монитор и молчала. Мне тоже совсем не хотелось ее торопить.

– Я то плакала и не видела – продолжила Зося – да и бдительность потеряла, видимой стала. Вот она меня проволокой обманула и за пазуху убрала, мол, потом разберемся. А потом всем показывала, да только я невидимой становилась. А она потом и клетку справила. Так я и стала ее «нечистью».

– Почему именно «нечистью»? – переспросил я.

– Не знаю – пожала плечиками Зося – она меня так звала. Попам показывала, то есть пыталась, святой водой поливала.

– И как? – спросил я

– Мокро – вздохнула фея.

Было очень интересно узнать подробности, но на личико феи легла тень переживаний и тяжелых воспоминаний, поэтому я промолчал. Но один вопрос меня все таки мучал.

– И за столько лет тебя никто не видел? – не удержался я

– Видел – довольно улыбнулась фея – двое. Муж Клавы, Павел. Но он был пьян, а я сделала злую мордашку, и он подумал, что допился до чертиков. Потом меня нашел ее правнук, Сережа. Мелкому лет шесть было. Но мы, феи умеем пугать детей. Ой, ну не надо так смотреть! Если бы мы их не пугали, они бы нас всех давно переловили и замучили.

– Погоди – недоверчиво посмотрел я на Зосю – Серега, он же мой друг и я ничего такого от него не слышал.

– А стрекоз он боится? – озорно улыбнулась фея

Серега и в самом деле боялся стрекоз. Одно время, в детстве, при виде стрекозы он впадал в истерику и кричал, что она его съест. Над ним смеялся весь двор, даже я. Он и сейчас их боится, но до нашего дома они почти не долетают.

– А ты еще с кем-нибудь путешествовала? – сменил я тему разговора.

– Конечно – гордо вскинула головку фея – со многими.

– Ну, с кем, например? – мне и в самом деле было интересно.

– Например, с юношей одним, Парисом. Он тогда девушку полюбил, в странствии, мучился, страдал. Я даже переживать за него начала! Потом я ему нашептала, что влюбленные должны быть вместе. Разве не так?

– Все верно – я решил вбить в Яндекс имя этого самого Париса, чтобы узнать, был ли такой персонаж и просто опешил от увиденного, но Зосе ничего не сказал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.