Макки Ри
Почему истории заканчиваются

========== Часть 1 ==========

Она шла в полном одиночестве по лесу, у которого нет названия в мире людей. День был в полном разгаре. Небо ласково синело, сосны пытались достать ветками до облаков, – в общем, жизнь кипела.

Она шла, любуясь всем этим. В её глазах горела любовь к миру. Она улыбалась.

Решив остановиться в месте с хорошим видом, она села на траву, прислонившись спиной к толстой сосне.

В её наушниках играла музыка, но она хотела насладиться звуками мира. Она сделала глоток из фляги. Горло обожгло, но она заулыбалась.

Она достала из рюкзака бутылку воды и пузырёк с таблетками. Насыпав горсть в ладонь, она закинула её в рот и запила водой.

Сделала глоток из фляги. Повторила, пока пузырёк не опустел.

Она вставила один наушник в ухо. Песня, которую она слушала с 15 лет. В памяти возник образ. Она сидит в своей комнате и слушает её. Дом. Вереница воспоминаний. Но всё это уже позади. Теперь она тут, в лесу. И её сердце…

– Оно бьётся. Очень слабо, но бьётся. Она будет жить.

Она открыла глаза, приподнялась на кровати. Она была в крохотной хлипкой избушке, в которой только и были, что кровать, если её можно так назвать, да стол, уставленный разными вещами.

У потолка висели травы.

"Что случилось? Разве я не…"

– Ты не умерла. – её мысли прервал хриплый голос старушки, неожиданно оказавшейся в избушке.

– Не понимаю… почему…

– Всё не так просто. Нельзя вот так выбрасывать свою жизнь. Если она не нужна тебе, ей обязательно воспользуется кто-то другой. – говорила старушка, перебирая что-то на столе.

– Так я не умерла… Но… я хотела…

– Не волнуйся, ты умрёшь. Но сначала дождись моего внука. Он увезёт тебя и принесёт в жертву.

Она вскочила с кровати:

– Что? В жертву? Я не хочу!

Старушка медленно подошла к ней, взяла за руки, усадила на кровать и, нежно поглаживая по плечу, начала успокаивать:

– Прости, дорогая, но сама вселенная послала мне тебя. Никто раньше не приходил умирать в этот лес. Но ты пришла именно тогда, когда мы так в тебе нуждались. Скажи мне, как тебя зовут?

Слегка замешкавшись, она ответила:

– Пиам.

– Хорошее имя. – старушка улыбнулась. – А меня зовут Ватолин. Прости, что знакомимся при таких обстоятельствах, но ты мне очень нужна. У меня есть внук. Его зовут Аяма. Один тёмный маг хочет забрать его жизнь. Но если он отдаст чью-то добровольную жизнь вместо своей, то маг уже не посмеет убить его.

– Вы хотите отдать магу мою жизнь…

– Прости меня. Но тебе ведь всё равно не нужна твоя жизнь… прошу тебя, спаси моего внука. Он единственный, кто у меня есть. Я умоляю тебя.

Пиам понимала, что по сути разницы нет, ведь она всё равно умрёт. Да, она хотела уйти спокойно, в летнем лесу, но спасти чью-то жизнь своей смертью тоже неплохо.

Она накрыла ладони Ватолин своими и кивнула:

– Я помогу вам.

Прибыл Аяма. Выглядел он очень недовольным, несмотря на вот-вот спасённую жизнь.

Ватолин обняла его, и при этом его лицо стало сиять теплом и любовью.

– Это Пиам. – оторвавшись от внука, старушка указала рукой на девушку.

Суровое выражение лица вернулось к нему. Ватолин вышла из избы. Пиам напряжённо смотрела на Аяму.

Он сделал шаг в её сторону:

– Я тебе очень благодарен за помощь, но мне противны такие люди как ты. Выкидывающие свою жизнь так просто.

– Если бы таких людей не было, ты был бы мёртв. Так что держи свою неприязнь внутри, пока я ещё жива. Выскажешь всё моему трупу.

Аяма нахмурился, но ничего не ответил. Он отвернулся и хотел было выйти, как вдруг поднялся ветер невероятной силы. Хлипкая избушка дребезжала.

Ребята еле успели выбежать, и она рухнула.

Посреди леса стояла Ватолин, за ней Пиам и Аяма, а перед ними какой-то мужчина.

– Давно не виделись, дорогая. – сказал он, глядя на Ватолин.

– Что ты здесь делаешь, Кои? – спросила Ватолин таким грозным тоном, что у Пиам внутри всё сжалось.

– Я пришёл забрать долг.

– Мы не здесь договорились встретиться.

– О, я прекрасно помню. Но как только я почувствовал, что ты хочешь смухлевать, решил, что надо придти пораньше и прямо к твоему любимому месту. Мне нужна жизнь самого дорого тебе человека и никакие замены не принимаются. Аяма должен умереть сегодня.

Вокруг Кои начала сгущаться магия.

– Аяма, беги! Забери с собой Пиам. – крикнула Ватолин.

– Но, бабушка… – Аяма сделал шаг к ней.

– Беги!

Пиам схватила Аяму за руку и рванула. Вокруг Ватолин тоже начала сгущаться магия. Она рванула в сторону Кои, он ей навстречу.

Удар. Ветер. Пиам и Аяма упали. Их раскидало в разные стороны.

Ватолин и Кои сносили деревья в своей борьбе, словно не замечая ничего вокруг, сосредоточившись друг на друге.

Когда Пиам встала и окинула взглядом местность, увидела Аяму, лежащего на земле с веткой в груди.

В тот же миг, уже почти без сил, Ватолин и Кои оттолкнули друг друга с невероятной мощью.

Ватолин поднялась и было хотела напасть на Кои снова, но Пиам крикнула:

– Ватолин! Аяма! – и указала в его направлении.

Ватолин вскрикнула от ужаса и побежала к внуку.

Кои еле поднялся, но Пиам уже подбежала к нему:

– Пожалуйста, оставьте их.

– Почему я должен тебя слушать?

– Вы хотели, чтобы они страдали, – они страдают. Аяма умирает, тоже как вы хотели.

– Что ж, верно. Но я уверен, что Ватолин спасёт его.

– Правда? Она может?

– Может. Как и все маги. Она отдаст ему свою силу ценой жизни. Но тогда ты умрёшь тоже. Она не сможет поддерживать тебя больше.

– Но вы тоже умираете.

– Да. Я устал жить. Устал ненавидеть её. Ведь я любил её. Когда-то давно.

Пиам взяла Кои за руку:

– Достаточно страданий в этом мире. Хватит с вас. Со всех нас.

– А ты правда хочешь умереть?

– Я, скорее, не хочу бороться за жизнь. У меня нет на это сил.

– Тогда я дам их тебе. Но помни, они поддерживают твою жизнь. Как только ты используешь магию, твоя жизнь сокращается. Живи, пока.

Ком схватил Пиам за голову. Мощный импульс. Боль.

Кои мёртв.

– Значит, я буду жить…

Она закрыла Кои глаза и пошла к Аяме.

Он сидел живой и здоровый, обнимая тело Ватолин.

– Она отдала тебе свою силу, чтобы ты жил.

Он повернул к ней лицо и с ненавистью зыркнул:

– Ты должна была сегодня умереть, а не она!

"Это правда." Он поднялся, схватил её за плечи, начал трясти и кричать.

Пиам оттолкнула его и ударила по щеке:

– Просто прими её жертву, а не ищи виновных.

========== Часть 2 ==========

Наконец выбравшись из леса, Пиам оказалась в небольшом посёлке. Она шла, осматриваясь. Классическое сочетание города и деревни. Низкие деревянные домики соседствуют с многоэтажками (если принимать 4 за много), бабушки в забавных аляпистых одеждах проходят мимо стильных молодых людей, машины пропускают коров. Но смотрится это довольно гармонично, но немного сказочно, учитывая яркие летние краски.

Пиам прошла по улицам. Ближе к центру деревня уступала городу.

За её спиной раздался звук удара.

Она обернулась и увидела, что на дороге лежит парень в чёрном костюме со светло-русыми волосами, раскидавшимися вокруг головы.

Неподалёку стояла машина. Водитель выскочил из неё, схватился за голову, подбежал к лежащему парню и с ужасом выкрикнул:

– Что же делать?!

Пиам рванула к ним:

– Звоните в скорую!

Найдя кровоточащую рану на боку парня, Пиам прижала её, чтобы кровь не вытекала так быстро.

"Если б я только могла воспользоваться магией и спасти его… но я совершенно эту магию не чувствую, не знаю, как ей воспользоваться."

За несколько минут вокруг них собралась толпа. Все что-то говорили, но никто не собирался помочь. Хорошо, что уже слышались звуки сирен.

Из скорой выскочили трое. Парень и две девушки.

Парень присел рядом с Пиам:

– Продолжайте прижимать рану. У вас хорошо получается.

И вместе с девушкой он осматривал парня. Пиам смотрела на врача.

Его тёмные волосы были растрёпаны и мокрые от пота пряди скомкались на лбу. И тут Пиам заметила, что врач похож на парня, крови котрого она сейчас пытается на дать вытечь.

– Можно везти. – спокойно сказал врач.

Каталка была уже готова.

Парня подняли, уложили и завезли в машину скорой.

Тем временем полиция уже разбиралась с водителем и собиралась добраться до Пиам, но врач сказал, что ей нужно поехать с ними в больницу, когда та говорила полицейскому, что не видела сам момент аварии.

В скорой они сидели вчетвером, не считая девушки за рулём: пострадавший, врач, вторая девушка и Пиам.

– Зачем мне ехать с вами? – наконец спросила Пиам.

– Вы неважно выглядите. Нужно вас осмотреть на всякий случай. А ещё я хочу отблагодарить вас чашкой кофе, если вы не против. – ответил врач.

Приборы запищали, прервав беседу. Показатели падали. Врач подскочил к нему, начал делать массаж сердца. Девушка связалась с больницей, предупредила о срочной реанимации и спросила о готовности операционной.

Благо, они уже приехали в больницу.

Двери скорой распахнулись, все оперативно выкатили парня и увезли.

Пиам побежала за всеми, но дальше холла её не пустили. Дальше вход только для врачей. Когда двери перестали мотаться, Пиам заметила, что на них нарисованы ангелы.

Она стояла вся в крови, разглядывая этих прекрасных существ. Только что она пыталась спасти человеческую жизнь, но что ей делать со своей собственной, от которой она отказалась, но которую ей в итоге вернули?

Двери снова дёрнулись. Вышел врач и произнёс только три слова:

– Он не выжил.

И прошёл мимо.

Пиам осталась стоять, глядя на двери, на ангелов, изображённых на них. Из раздумий её выдернула женщина с шикарными крашеными рыжими волосами. Она была накрашена, хорошо, но вычурно, одета.

– Дорогая, я слышала ты зажимала рану моего сына. Я так тебе благодарна. Мы с Адфавом приглашаем тебя в дом на ужин. Иди же умойся, мы будем тут. Уборная вооон там.

Кровь смывалась плохо, но всё же смылась. Только футболку застирывать не было смысла.

Женщина и врач правда ждали её. Вместе они вышли из больницы. Солнце уже село. Женщина вернулась за какой-то забытой вещью, и Пиам с врачом остались у машины вдвоём.

– Кстати, меня зовут Адфав. – он попытался улыбнуться.

– Пиам. Извини, но всё так странно. У вас умер член семьи, а вы хотите меня ужином накормить… И твоя мама так энергична… то есть, это, наверное, хорошо…

Адфав закинул голову назад, положил руку на лоб и прикрыл глаза на пару секунд:

– Просто каждый из нас справляется по-своему. Она делает вид, будто ничего не произошло, пока не осознаёт, не хочет осознавать. И пытается перевести всё внимание на тебя, как и я. Просто позволь нам. Или уйди сейчас. Я маме сам всё объясню.

Сердце Пиам сжалось:

– На самом деле мне некуда идти. И мне правда хочется есть… и попросить какую-нибудь футболку.

Адфав даже немного просиял:

– Ты можешь даже пожить у нас! Останься. Прими душ. Я тебе свою футболку дам, мама не носит. Поешь, переночуешь. Если захочешь остаться в городе, можешь мне в больнице помогать!..

Пиам не знала, что на это ответить, но к этому моменту вернулась мама, и они поехали домой.

После душа, сменив футболку, Пиам вышла на кухню, где сын с матерью уже накрыли на стол.

За едой, что было немного странно, мать говорила только об умершем сыне, хвалила его, начала сравнивать с Адфавом.

Тот напрягся, ведь во всём был хуже брата в глазах матери.

Что-то в её голосе изменилось, стало походить на истерику. Она начала обвинять Адфава в смерти брата, говорила, что лучше бы умер он.

Пиам не выдержала:

– Пожалуйста, перестаньте! Сейчас, в трудное время, разве не лучше поддерживать друг друга? Зачем так поступать с Адфавом, ему ведь тоже больно!

Мать разозлилась ещё сильнее:

– Замолчи! Ты ничего не знаешь о нашей семье, и даёшь советы? Пошла вон из моего дома!

– Спасибо за гостеприимство. – Пиам встала из-за стола.

Мать продолжала что-то кричать, Адфав сказал, что не надо уходить, а Пиам заверяла, что всё в порядке.

Быстро обувшись, Пиам ушла от ссорящихся. На улице уже была ночь. Сделав несколько быстрых шагов, Пиам замедлилась. Идти то некуда.

Из кустов вылез белый котик. Пиам села на корточки. Котик подошёл и начал ласкаться. Она улыбнулась:

– А тебе, котик, есть куда идти?

Сзади послышались шаги.

– Пиам!

Она обернулась. Это был Адфав:

– Ты прости за всё это. Сама понимаешь, она не в себе. У меня есть своя квартирка наподалёку. Лучше остаться там, чем на улице. Понимаю, это будет неловко, но я только хочу помочь. Оставаться с мамой нам не вариант…

– Наконец, я тебя нашёл. – раздался знакомый голос.

Пиам повернула голову в сторону голоса. Адфав тоже. Аяма стоял на дороге:

– Ты правда пойдёшь домой к этому типу?

– Я знаю его на несколько минут дольше, чем тебя. – хмыкнула Пиам.

– Кто этот парень? – спросил Адфав как бы между прочим.

Аяма шагнул ближе к ним:

– Я её друг. Кстати, твои вещи. – он протянул рюкзак Пиам. – Что уцелело.

– Это хорошо. – Пиам обрадовалась хоть чему-то. – Но… друг? Ты же меня ненавидишь.

– Ну что ты! Какая ненависть? Я так, был зол. Но понял, что остался один, как и ты. – он подошёл к Пиам очень близко и шепнул на ухо, – А двум одиноким магам лучше держаться вместе.

========== Часть 3 ==========

– Какой, однако, заботливый молодой человек. – ехидно заметил Аяма.

Но Пиам не ответила. Она вообще была полностью погружена в свои мысли. Только что она могла решить начать новую спокойную жизнь, приняв помощь Адфава. Но Аяма прав, теперь она обладает магией, и сначала нужно разобраться с этим.

– Слушай. – она резко остановилась.

Аяма остановился на шаг позже и обернулся.

– Неужели тебе серьёзно не к кому было пойти? И ты правда хочешь скитаться со мной по миру?

Аяма усмехнулся:

– Скитаться… ну ты и сказанула. Бабушка рассказывала, что этот мир намного необычнее, чем люди привыкли думать. Я многого не знаю и хотел бы выяснить. Тем более, мы маги. Перед нами невероятные возможности. А ты хотела зависнуть тут с этим доктором? Если так хочешь, возвращайся.

Аяма сделал недовольное выражение лица, скрестил руки на груди и отвернулся.

– Я спросила, почему ты ко мне пришёл.

Он снова обернулся:

– О. Ты мне не доверяешь. Это вполне понятно. Отвечая на твой вопрос… – он замялся, отвёл взгляд и будто бы даже смутился. Потом сел на корточки, закрыл лицо руками и продолжил. – Это бабушка меня попросила. Она сказала перед смертью, чтобы я тебя не бросал. Сначала я был зол на тебя, но потом понял, что тебе тоже пришлось тяжко. И это мы втянули тебя во всё это. И мне на самом деле некуда было пойти. Я думал, тебе тоже. Я не доверяю этому доктору, но если доверяешь ты, то…

Пиам тоже опустилась на корточки напротив него. Он убрал руки с лица.

– А ты, оказывается, можешь быть милашкой.

– Ты! – Аяма сделал вид, что рассердился.

Пиам улыбнулась.

Только она стала подниматься на ноги, как, непонятно откуда, резко в неё влетела девушка. Пиам еле удержалась и удержала её. Та выглядела измученной и дрожала.

Ничего не успев сказать, девушка повалилась без сознания, а Пиам пронзила ужасная боль. Но не физическая. Она чувствовала душевную боль, проникающую в сердце и рвущую его на части, и адскую усталость от этого.

Аяма подбежал к ней, прикоснулся. И снова. Боль. от потери близкого человека, от одиночества. Пиам отодвинулась от него.

– Что случилось? – спросил Аяма.

– Не подходи! Не прикасайся! – еле выдавила из себя Пиам сквозь слёзы.

Боль улеглась быстро, но оставила тяжёлый осадок.

– Дай телефон. – попросила Пиам.

– Зачем?

– Позвоню Адфаву. Этой девушке определённо нужно в больницу.

Взяв у Аямы телефон максимально осторожно, без прикосновений, Пиам достала из кармана бумажку, на которой перед уходом Адфав написал свой номер, набрала нужные цифры и позвонила. Дальше передала трубку Аяме, чтобы тот назвал адрес и обрисовал ситуацию.

– Скоро приедет. А с тобой то что?

– Не знаю как, но я словно почувствовала твою боль. А это этого – её. Но для неё одной этого слишком много. Это моя магия? Я волшебный эмпат?

Аяма нахмурился:

– Никогда о таком не слышал. Хотя силы бывают самые разные.

Адфав примчался со скоростью света.

Между прочим, девушка как упала, так и осталась лежать, никто к ней не прикоснулся. Только сейчас Адфав поднял её и уложил на заднее сидение.

Они все вместе поехали в больницу.

– Её зовут Биби. – объявил Адфав Пиам и Аяме, сидящим в палате. – Её организм истощён, на руках порезы, видимо, от множества попыток суицида.

Пиам нервно сглотнула.

– Родственников нет. В графе "опекун" указан детский дом. – отложив её карту, Адфав взглянул на Пиам. – Теперь ты выглядишь ещё хуже. Всё же стоит сдать анализы. – бросив взгляд на царапину на ладони Пиам, полученную при столкновении с Биби, потянулся к ней. – Нужно обработать.

Он уже почти взял её за руку, но Аяма резко, но несильно оттолкнул его назад:

– Не трогай её.

Но лёгкое касание всё же произошло. Пиам на мгновение ощутила боль от потери близкого, от ненависти матери, одиночество.

– То есть, всё в порядке. Я сама обработаю, просто покажи чем. Аяма, будь спокойнее.

В этот момент Биби очнулась, резко вскочила. Адфав ринулся к ней, но та завопила, чтобы он к ней приближался, схватилась за голову и вжалась в спинку кровати.

Но вскоре опомнилась и подняла голову, осматривая свои руки, а потом всех присутствующих:

– Её нет! Я её не чувствую!

– Чего не чувствуешь? – спросил Адфав.

– Боли! Я не чувствую боли!

– Что ж, это прекрасно.

Аяма резко сорвался с места, подошёл к девушке и схватил её за руку. Та сначала забрыкалась и завизжала, но потом успокоилась и радостно воскликнула:

– Даже так не чувствую!

Всё ещё держа Биби за руку, Аяма посмотрел на Пиам. Она тоже поняла.

Выйдя из палаты Биби, Пиам села на скамью. Аяма рядом, но на расстоянии.

– Учитывая всё, что я почувствовала, когда прикоснулась к ней… я не выдержу. Учитывая, в каком она была состоянии…

– Я что-нибудь придумаю. Обязательно.

Адфав тоже вышел.

– Мы ведь можем с ней поговорить? – вскочил Аяма.

– Если объясните мне, ребята, что происходит.

Аяма хлопнул его по плечу, заходя в палату:

– Конечно расскажем. Твоя помощь ещё понадобится.

Пиам вошла в палату осторожно, стараясь не задеть Адфава:

– Спасибо. Снова.

Несмотря на поздний час и события на улицу, Биби была полна энергии и встретила ребят с улыбкой:

– Вы вернулись! Спасибо, что помогли, не бросили на улице ночью одну.

– А теперь нам нужна твоя помощь. – сказал Аяма, разворачивая стул и садясь на него верхом. – Расскажи всё о том, что с тобой произошло.

– Вы имеете в виду…

– Всё! Когда ты начала чувствовать чужую боль, каким образом и всё в том духе.

Биби насторожилась:

– Вы в это верите? Верите мне?

– Ещё бы нам не верить… – буркнула Пиам себе под нос.

– Конечно верим. В этом мире есть много невероятного. Так что, пожалуйста, расскажи! – более настойчиво, но подключив свой шарм, произнёс Аяма.

Биби задумалась, словно отправившись в глубины своей памяти:

– Я выросла в детдоме. Хоть там была тяжёлая атмосфера, и дети совершали жестокие поступки, я всегда могла понять всё. Потому что знала, как им больно. Месяц назад к нам пришла женщина с двумя своим помощницами. Точнее, с подчинёнными. Она оказалась очень богатой, принесла большое пожертвование и забрала меня. Без оформления. Временно. На пробу, так сказать. Когда я пришла к ней в дом, начался ад. Она мучала меня и тех женщин. Била, запирала, морила голодом, спрашивала разные странные вещи. Тем женщинам нравилось, что она делала. Видимо, она их уже сломала. Спустя неделю что-то сломалось и во мне. Поток боли был слишком огромен, что во мне что-то не выдержало. Я начала чувствовать боль от их прикосновений, начала чувствовать склизкую тьму внутри них. Это было невыносимо. Я металась по своей каморке, как ненормальная. После этого она вернула меня в детдом. Но там было слишком много людей, слишком много боли, что мне уже не нужно было касаться их. Боль была в воздухе, и я дышала ей. Я сбежала оттуда и последние несколько дней скиталась и пряталась где только могла, где не было людей. И сегодня я искала еду, но рядом оказались люди. Мне снова стало плохо, я бежала. И вот…

Пиам сидела, закрыв рот ладонью и смотря в никуда. Аяма, облокотившись на спинку стула смотрел на шрамы Биби. Потом резко встал, чуть не уронив стул, и вышел из палаты.

– Но теперь всё хорошо! Я ничего не чувствую и могу вернуться в детдом!

Только сейчас Пиам взглянула на Биби:

– Я рада, что для тебя всё закончилось. Отдохни сейчас.

Пиам тоже вышла и вновь села на ту же лавочку, закрывая лицо ладонями. В голове возились разные мысли. Их было так много, что голова норовила разорваться.

Неизвестно как долго она так сидела, но наконец рядом оказался Адфав:

– Аяма всё мне рассказал.

Аяма выезжал на автобусе из города. Он мог попросить помощи в этой ситуации лишь у одного человека. Но это будет непросто.

Такие люди всегда что-то просят взамен. И это не какой-то пустяк.

Также его мучала ещё одна мысль. Почему он так рвётся помощь Пиам? Они же на самом деле знакомы всего ничего. Ему её жаль? Он считает их похожими? Кто знает…

Спустя пять часов поездки, Аяма вышел у мрачноватого леса над которым то и дело летали и каркали вороны. В лес вела одна единственная тропа, у которой стоял указатель с надписью "Дом Овада Бива".

И правда, немного пройдя по тропе и свернув за высокий холм, Аяма увидел большой деревянный двухэтажный дом. А прямо перед ним из земли торчала огромная верхняя часть скелета. Народ думал, что это высококачественная скульптура, но маги знали, что это настоящий скелет великана ве, которого Овад Бив убил много лет назад.

Пройдя мимо скелета, Аяма встал у крыльца. Ничего не изменилось с тех пор, как они с бабушкой сюда приезжали.

Он поднялся на крыльцо и постучал в дверь. В то же мгновение дверь открыла молодая девушка, уронив свою сумку.

– Аяма! – вскикнула она и обняла его.

– Валентина!

– Надеюсь, ты останешься у нас на какое-то время! Я опаздываю в универ. Кстати, учусь на дизайнера! До встречи! – уже убегая кричала она.

Аяма ошарашенный стоял на крыльце, глядя ей вслед.

– Господин Аяма. – раздался голос за его спиной.

Аяма вздрогнул и медленно повернулся.

На пороге стоял лысый человек с фигурной щетиной в чёрном костюме с тонкими белыми линиями.

– Проходите. Господин Овад Бив ждёт вас.

Помещение походило на магазин одежды. Манекены, вешалки, подсветка и мрачные тона.

– Сюда, пожалуйста. – указал он на лестницу слева от входа.

Поднявшись наверх, Аяма увидел всё ту же серую гостиную с диванами, мягкими стульями и затейливыми люстрами.

На диване сидел он.

Толстенький мужчина с бледной кожей в чёрном цилиндре листал журнал.

Не отрывая от журнала глаз, он сказал:

– Аяма! Каким судьбами? – и наконец подняла на парня глаза. – Слышал, Ватолин умерла.

Аяма сжал кулаки:

– Говорите с таким видом, будто вам на неё не плевать… Но это неважно. Я по делу.

– Не думай обо мне слишком плохо, мальчик. Садись, рассказывай.

– Вот значит как. Интересный случай. Но легко исправимый. Хотя, для неё, может быть, не так и просто…

– Скажите же!

– Есть одно место, куда ходят многие маги, чтобы разобраться в себе, в своих силах, подзарядиться или… избавиться от сил.

Аяма был поражён и уже собирался сказать, как Овад Бив продолжил:

– Но мало, кто знает, где оно находится. Тебе повезло, что я знаю. Теперь об оплате.

Аяма напрягся. Кто знает, что попросит этот старик. Может, стоит попытаться найти это место самостоятельно? Но выдержит ли Пиам это время?..

– Что вы хотите?

– Для начала, должок Ватолин! – с этими словами он кинул в Аяму порошок.

Через мгновение на месте Аямы оказался большой и пушистый белый пёсик.

Валентина вернулась домой к вечеру:

– Паап. Аяма ещё не ушёл?

– Нет, дорогая. – донёсся ответ со второго этажа. – он у нас немного погостит.

Быстро вбежав наверх, Валентина увидела отца, как всегда сидящего с журналом, а у его ног пушистое белое облачко.

– Пёёёсик! – протянула она и бросилась его тискать. – Откуда пёс? И где Аяма?

– Это он и есть. – спокойно ответил Овад Бив, не отрываясь от журнала.

Валентина уставилась на отца:

– Ты ведь шутишь?

– Я абсолютно серьёзно.

Аяма открыл глаза. Он был в комнате, завешенной рисунками. Сначала он лежал и разглядывал их. Рисунки совершенно разные. Портреты, пейзажи, натюрморты, костюмы.

Вдруг что-то резко на него приземлилось. Это оказалась рука. Он поднял её с себя и наконец вспомнил, где находится. Он лежал на кровати, а рядом спала Валентина. Осознав ситуацию, он вскрикнул, отшатнулся и упал на пол. Валентина проснулась:

– О, ты снова стал человеком…

И тут он вспомнил всё. Как Овад Бив кинул в него порошком, как Валентина играла с ним, купала в ванне, как они вместе спали.

Он схватился за голову и издал пронзительный громкий крик.

Овад Бив и Валентина сидели на кухне и ели фрукты. Злой Аяма сидел с ними, скрестив руки на груди. Он не мог поверить, что всё это время был псом. Кстати да, время!

– Как долго я тут находился?

– 4 дня. – наливая морс в стаканы, ответила Валентина.

Аяма вскочил:

– 4 дня?! 4 дня?! Как вы могли так поступить со мной? С пиам! Кто знает, что могло с ней стать за это время!

– Успокойся и сядь. – спокойно сказал Овад Бив, как обычно, даже не поднимая глаз. – Твоя бабушка не заплатила мне тогда, а я всегда беру плату.

Аяма сел:

– Что такого она попросила, что должна была 4 дня щеголять в обличии собаки?

Валентила чуть не поперхнулась морсом от смеха.

– Это неважно. Но по старой дружбе, я позволил тебе отплатить таким простым способом. Но теперь переходим к твоей просьбе. За неё должна будет расплатиться сама Пиам. Выезжаем после завтрака!

На машине они добрались гораздо быстрее. Вбежав в холл больницы, Аяма сразу жк увидел Адфава:

– Ну что? Как она?

– Идём.

Показав жестом Оваду Биву, чтобы тот поторапливался, Аяма пошёл за врачом. Они спустились на подвальный этаж и пошли в самую глубь коридора. Зайдя в одну дверь, потом ещё в одну, они оказались в большой комнате, в конце которой был небольшой стеклянный отсек. Там сидела Пиам на каком-то подобии кровати, вокруг стопками лежали бумажки. За волосами не было видно её лица, но при взгляде на эту картину внутри Аяма всё сжималось.

Никто не решался подходить ближе.

Адфав заговорил:

Сначала она могла спокойно сидеть в палате, но два дня назад начала чувствовать боль даже сквозь стены. Я хотел отвезти её домой, но боялся, что дороги она не выдержит. Пришлось поместить её сюда. Но это же больница. Тут полно боли. Вопрос времени, когда она доберётся до неё и тут. Но ты вернулся, значит, нашёл решение?!

Аяма повернулся в Оваду Биву:

– Ну и что тебе от неё нужно?

От шагнул в её направлении, но Аяма крепко схватил его за руку. Овад Бив ухмыльнулся:

– На что ты готов ради неё?

Аяма молчал. Он правда не знал, что сказать. Эта девчёнка была ему никем. Он её помогает лишь по просьбе бабушки. Или уже нет?

– Я передумал брать плату с неё, больно она жалкая. По старой дружбе позволю тебе расплатиться за неё. Ты нравишься Валентине. Поживи у нас какое-то время. Не волнуйся, не в облике пса.

– Просто пожить? И сколько по времени? Что за мутное предложение…

– Нет, так нет. – Овад Бив вырвал руку и сделал ещё один шаг.

– Я согласен.

По щелчку пальцев старика рядом с Пиам появилась Валентина, схватила её за руку и также быстро исчезла вместе с ней.

– Что? – не успел и произнести Аяма толком, как оказался в доме Овада Бива с ним самим.

Пиам словно очнулась от долгого тяжёлого сна, когда почувствовала боль от резкого прикосновения и очутилась на поляне, усеянной жёлтыми цветами. Вокруг были горы. Дул приятный ветерок. На небе ни облачка. Может, тут стоит умереть?

– Эй, ты как? – голос Валентины вырвал Пиам из раздумий.

– Хорошо. Но кто ты?

– Я Валентина. Давай по-быстрому. Аяма просил помочь. Это место сможет вытянуть из тебя эмпатическую силу. Сейчас я помогу этому случиться. После этого живи своей жизнью и не ищи Аяму, поняла? Я о нём позабочусь!

Пиам не успела и рот открыть, как Валентина схватила её за голову. Резкая боль. Но потом… Что-то уходит из неё.

Вытекает, выливаясь наружу. Невероятная лёгкость и ощущение свободы, словно после этого всего Пиам вот-вот сможет взлететь.

– Вот и всё. Прощай.

– Подожди минутку. – переводя дыхание остановила её Пиам. – Передай Аяме, что я ему очень благодарна за всё. И что он выполнил просьбу бабушки, так что всё в порядке.

После этих слов Пиам оказалась снова в больнице.

Адфав сразу подошёл к ней, начал заваливать вопросами.

Пиам лишь сказала:

– Всё хорошо.

========== Часть 4 ==========

Лето подходило к концу. От Аямы так и не было вестей, но Пиам и не ждала. Она почему то верила той девушке и знала, что я Аямой всё в порядке.

Пиам гуляла по полю, усеянному цветами, зная, что скоро со всем этим придётся попрощаться.

Она присела на траву и достала телефон.

Рядом сел Адфав:

– Всё же решилась?

– Да! – решительно кивнула Пиам. – Пора возвращаться домой.

Она включила телефон. Незамедлительно последовали оповещения о пропущенных звонках и сообщениях.

– Что ж, удачи! – Адфав похлопал Пиам по плечу и отправился в город.

Телефон зазвонил. Пиам сразу же ответила:

– Да… Да, прости, так вышло… Да. Всё хорошо, правда, хорошо. Я отдохнула. Скоро вернусь домой. Да.

Наступила осень. Пиам вернулась домой, рассказав о том, что было как о замечательной поездке, в которой она хотела побыть наедине с собой и разобраться в себе.

Впереди был последний учебный год в универе.

Первый учебный день последнего года. Пары закончились. Одногруппницы, с которыми Пиам близко общалась, сегодня не приехали, поэтому она решила немного прогуляться.

Зайдя в небольшой лесок за жилыми домами недалеко от общежития, Пиам села на упавшее дерево.

Зелёные деревья задумчиво покачивались, но становилось прохладно. Ветер подул сильнее, небо затянуло тёмными тучами. Будет дождь.

Пиам вернулась на тропинку, собираясь уходить, но кто-то её окликнул.

Обернувшись, она увидела двух, бегущих к ней, парней. Один пробежал мимо, лишь помахав рукой, а другой остановился. Это был Гасай. Второкурсник, с которым её познакомила соседка по комнате. Хороший парень, но довольно сложный, порой, в общении. Но несмотря на это и совсем малый срок знакомства, она успели неплохо подружиться.

– У тебя всё хорошо? – спросил Гасай. – Летом ты совсем пропала.

Пиам загадочно улыбнулась:

– Это было то ещё приключеньице… Лучше расскажи, как твои дела.

– У меня всё хорошо. Летом ничего особенного не происходило. – равнодушно и отстранённо ответил парень.

– Правда что ли…

– Надо торопиться. Скоро дождь будет, да и Пассар меня заждался. Увидимся. – он махнул рукой и побежал.

Придя в комнату, Пиам застала свою соседку Ос, раскладывающую на подоконнике мокрые книги.

– Пиааам! – кинулась она с объятьями, но быстро отшатнулась. – Тоже попала под дождь?

– Ага. – Пиам улыбнулась, снимая мокрые вещи. – Сначала хотела переждать в лесочке, но поняла, что дело это гиблое.

Когда обе высушились, напились чаю и наболтались о проведённом лете, Пиам спросила:

– Я сегодня Гасая встретила. Что с ним? Он… будто какой-то равнодушный что ли…

Ос кивнула. Она общается с ним и его друзьями. Она лучше знает, наверное:

– С ним правда что-то не так. Но он ничего об этом не говорит. Ни мне, ни друзьям.

Прошло две недели. За это время Пиам пыталась разговорить Гасая, но не давила, пыталась вытащить его на прогулку, но он лишь постоянно говорил, что не может. Пиам не хотела сдаваться, не хотела, чтобы её друг выбирал равнодушие. Или хотела хотя бы знать причину и попытаться помочь.

Однажды утром Пиам позвонил Адфав. Ещё валяясь в кровати, та неспеша взяла трубку:

– Пиам на связи.

Но с другого конца послышались крики, ругань и наконец:

– Пиам! Пиам, слышишь? – тревожно говорил Адфав.

– Да, слышу. Что случилось?

– Нужна помощь! Срочно! Я… – шум, стук и звонок прервался.

Пиам набрала снова. Не берёт. Снова. Снова. Ответа всё нет. Ближайший поезд только завтра вечером. Телепортироваться она, конечно, не могла. Собрала рюкзак. Села на кровать. Тревога и ожидание рвали её на части, но сейчас она не могла ничего сделать. Лучше пойти на учёбу и отвлечься, если это возможно.

Если бы можно было связаться с Аямой… Но, увы, они номерами не обменялись.

День подходил к концу. Пиам шла с вечерних пар уже на закате. И снова встретила Гасая. Он стоял у булочной. Один. Смотрел на поток машин, на закат.

Пиам тихонько подошла. Он попытался улыбнуться.

– Хороший вечер. – сказала Пиам, глядя на небо.

– И правда хороший.

– Я уезжаю.

– Вот как…

– А мы так и не погуляли.

– Думаю, ещё будет возможность.

– Я могу не вернуться.

– Как это? – удивление у него всё равно не вышло.

– Могу захотеть остаться там или… мало ли что.

– Оу… понятно.

Оторвав взгляд от неба, Пиам уставилась на Гасая:

– Это, может быть, наша последняя встреча, но если тебе всё равно, ничего не поделать, прощай.

Пиам направилась домой. Гасай остался стоять, так ничего и не сказав.

Наступил новый день. Пиам провела его с Ос. Крепко обняв её напоследок, Пиам поехала на вокзал.

Солнце снова клонилось к западу. Ехать 2 дня. Что же случилось? Что там ждёт её?

– Пиам!

Она обернулась.

Перед ней стоял Гасай, пытаясь отдышаться:

– Успел… Ос сказала время.

Пиам изумлённо смотрела.

– Вчера я прочёл все твои стихи. С самого мрачного начала до этого светлого конца, который, надеюсь, всё же не конец. Но я понял, какой путь ты прошла. И понял, что хочу чувствовать эту жизнь.

Они неистово болтали 20 минут до завершения посадки. Пиам так крепко обняла его, словно правда прощалась с ним навсегда. Хотя, это действительно могла быть их последняя встреча. А, может, она видела в Гасае себя и прощалась с прежней собой, уже прошедшей этот путь. Теперь она совсем другая, а прежняя Пиам умерла в лесу этим летом, наевшись таблеток.

– Обязательно будь счастлив!

========== Часть 5 ==========

Пиам как обычно проснулась рано без будильника. До школы оставалось 3 часа, поэтому она не спеша помыла голову, погрела себе молока и села смотреть фильм.

Родители ушли на работу, а спустя некоторое время и пару мелких дел, в школу пошла и Пиам.

Солнце тёплое, небо восхитительно голубое, а деревья зелёно-красно-оранжево- жёлтые. Не сразу, конечно. Какое как.

Пиам шла, слушала музыку. До школы было близко, и она успевала послушать 1.5 – 2 песни.

– Пиам! – она не услышала. – Пиам! – сопроводив крик шлепком по плечу, позвали вновь.

Пиам обернулась и сняла наушники:

– Линтин! Зачем бить то?

– Да просто так. – улыбнулась Линтин, собирая густые рыжие волосы в хвост. – Жду не дождусь!

– Чего?

– Как чего?! Ты опять забыла про практиканта!?

Пиам всё также непонимающе смотрела на подругу.

– Ну даёшь… – разочарованно протянула Линтин. – В медпункт приедет практикант. Говорят, ему около 20. Надеюсь, симпатичный!

Пиам скучающе отвернулась от подруги, устремив взгляд в небо:

– И чего тут делать студенту-медику… Какая в школьном медпункте может быть практика?

– Может, он хочет работать именно в школе.

– Может быть…

Так, Линтин болтая о практиканте, а Пиам благополучно пропуская мимо ушей её слова, дошли до школы.

Раздеваться было не нужно, поэтому Пиам направилась прямиком в правое крыло, но Линтин схватила её за рюкзак:

– Ты куда?

– В зал, куда же ещё. Физра ведь.

– Времени ещё много, переодеться 22 раза успеем. А там открыта дверь в медпункт. – Линтин указала в сторону левого крыла. – Одним глазком хотя бы. А бассейн никуда не денется.

– Это практикант твой никуда не денется, а Сафина нас сгрызёт за опоздание. – Пиам сопротивлялась толчкам в спину.

– Говорю, есть время! Да хватит сопротивляться уже! Так только сама тянешь время.

Пиам резко расслабилась, чтобы правда не тратить время и добровольно пойти, но Линтин, не уловив момент, толкнула её с большей силой.

Успев выставить руки вперёд, Пиам уберегла лицо от встречи с бетонным полом. Колени же ощутили всю прелесть знакомства с ним. Глаза закатились от боли. Из горла вылетел глухой крик.

Но всё это случилось как раз перед открытой дверью в медпункт.

Линтин сразу же опустилась к подруге:

– Прости! Прости! Вот я дура!

– Что случилось? – спросил мужской голос.

– Я… – начала Линтин.

– Я просто упала. – выдавила Пиам.

Парень в белом халате тоже присел:

– Где болит?

Пиам задрала штанину, затем другую. Обе коленки в крови.

Парень взял Пиам на руки, занёс в медпункт и посадил на кушетку.

Зазвенел звонок и Линтин забегала из стороны в сторону.

– Иди на урок. Скажи Сафине про меня. Всё нормально, не волнуйся. С кем не бывает. – Пиам улыбнулась.

– Хорошо! Я сразу же после урока вернусь! – сказала Линтин виновато и убежала.

– Что у вас за урок? – спросил парень, стирая кровь с колен Пиам.

– Физ-ра. Плавание.

– Сейчас тебе там точно нечего делать. А так, ничего серьёзного. Сейчас обработаю. Посиди тут до конца урока, а потом можешь идти.

Она встретились глазами, когда он наконец поднял голову. Что-то непонятно знакомое было в его лице.

– Вы тот самый практикант?

Он улыбнулся:

– Тот самый?

– Моя подруга очень хотела на вас посмотреть. Ой… Только ей не говорите.

Он рассмеялся.

Неожиданно из смежного кабинета, гремя склянками, вышла главная медсестра:

– Что тут у вас за веселье?

– Здравствуйте! – посерьёзнела Пиам.

– Да вот, ушибы обработал.

Медсестра посмотрела на коленки Пиам и одобрительно кивнула:

– Поздравляю с первым пациентом.

Она положила ящик со склянками в шкаф и вернулась в своё кабинет.

– И правда! Первый пациент. Не думал, что прям вот так, с утра… Как тебя зовут?

– Пиам.

– Меня Адфав.

Пиам прострелило от услышанного.

– Что такое? – спросил Адфав, увидев выражение её лица.

– Нет, ничего. – замотала она головой. – Интересно только, почему вы выбрали для практики школу?

– Люблю школьные столовые! – как-то странно резко и весело выпалил он. – У вас тут кексы вкусные. Я уже купил несколько. Хочешь?

– Нет… спасибо.

Но чай он всё-таки ей налил. И всё оставшееся время она пила его, глядя в окно, а Адфав заполнял бумаги.

Вдруг он резко хлопнул по столу и посмотрел на неё. Она вздрогнула.

– И всё же я не могу отделать от чувства, что мы с тобой уже встречались.

И звенит звонок, а в медпункт влетают Линтин и Сафина:

– Как ты? Всё хорошо? Покажи ушибы. – галдели то одна, то другая.

Вечером Пиам сидела дома на подоконнике и смотрела на закатное небо(любимое её занятие).

Зазвонил телефон.

– Пиам.

– Пиааам. – протянула Линтин в трубку.

– Что?

– Тя правда на меня не сердишься?

Пиам вздохнула:

– Десятый раз тебе отвечаю – не сержусь! Честно! Правда! Успокойся.

– Ну хорошо, хорошо. Тогда расскажи о практиканте.

– Да сколько можно? Я рассказала тебе всё на каждой из четырёх перемен и по дороге домой!

– Нууу… Ты была с ним наедине весь урок. Неужели ничего интересного не произошло?

– Знаешь, у меня такое чувство, будто я его знаю.

– Ооо, вы успели так близко познакомиться?

Пиам проигнорировала шутку:

– Но самое странное, что у него такое же чувство…

– Что?..

– Он сам сказал.

– Что именно?

– Ему кажется, что мы встречались раньше.

– Тогда так и есть! – уверенно заявила Линтин. – Если обоим кажется, что они уже встречались, то так и есть.

Пиам задумалась:

– Но я не могу вспомнить…

А ночью ей приснился сон.

Она заходит в какую-то очень знакомую квартиру, кладёт рюкзак у двери, зовёт… Адфава! Никто не откликается. Заходит в спальню. Он лежит без сознания. Практикант. Но какой-то другой. Она делает шаг к нему и… тьма.

Пиам проснулась. Как всегда рано. После сна осталось странное чувство. Но это не было редкостью. Довольно часто сны не отпускали её на протяжении всего дня. Или она не отпускала их…

После стандартного утра и интересного завтрака, тарталеток с ягодами, Пиам пошла в школу.

– Слушай, толкни меня тоже! – попросила Линтин вместо приветствия.

– Если ты не перестанешь, я ведь правда толкну.

Небо было хмурым, затянутым тёмными тучами, которые не мгновения отодвигались друг от друга, позволяя солнцу дотронуться лучами до земли.

Начался ливень.

Девчёнки рванули к школе, но на ближайшем повороте Пиам поскользнулась… но не упала!

– Хватит с тебя падений. – мягко сказал Адфав, успевший схватить Пиам за руку.

– Да, пожалуй. Спасибо! – ответила Пиам, восстанавливая равновесие.

– Ты в порядке? – спросил звонкий голос, принадлежащий юноше, стоящему рядом с Адфавом, на которого Пиам ещё не успела обратить внимание.

– Это Фузейн, мой младший брат и причина моей практики в этой школе. А это Пиам, моя первая пациентка.

После первого урока Пиам пошла в школьную библиотеку на третьем этаже правого крыла. Что она хотела почитать? Не школьную программу по литературе, это точно. Что-нибудь про волшебные миры, после погружения в которые хочется верить в чудеса.

Напротив входа находилась стойка библиотекаря, у которой стоял некто в белом халате. Хотя сразу понятно кто, главная медсестра почему-то сюда не ходит.

Адфав обернулся на шаги:

– Пиам.

– Может, лучше она вам что-то посоветует. – сказала библиотекарь.

– И правда.

Он подошёл ближе.

– Нечем заняться, а медицинские книжки читать надоело? – спросила Пиам.

– Всё так.

Они прошли чуть вглубь одного из книжных рядов. Пиам остановилась и положила руку на несколько книг с обложками в одном стиле:

– Если вы тут надолго, то лучше запастись! 10 томов Аива Ликка. Серия книг "Кремер в магической академии". Но это лично мой вкус. Хотите ли вы читать подобное?

Адфав взял первую книгу:

– Никогда пободного не читал, но попробую.

Они вышли из библиотеки вместе. Пиам так ничего и не взяла.

– Какой у тебя сейчас урок? – спросил Адфав.

– Литература.

– О! Мне нравилось читать классику.

– Слушайте… насчёт вашего брата…

Она остановилась и Адфав последовал её примеру.

– Он тоже кажется мне очень знакомым. Из какой школы он перевёлся?

Адфав нахмурился:

– …Пиам, он всю жизнь учился здесь.

– Чего? – Пиам усмехнулась. – Он же в 11 классе. Точно не мой одноклассник, а из параллели я знаю всех в лицо.

Адфав молчал. На его лице застыло странное выражение.

Прозвенел звонок. Пиам рванула на урок, не прощаясь. Заскочив в кабинет, села на последнюю парту третьего ряда к Линтин.

– Слушай. – начала она шёпотом. – Ты ведь помнишь брата практиканта?

– Фузейна то? – тоже шёпотом уточнила Линтин.

– Да, его. Представляешь, Адфав сказал, что он тут с первого класса учится. В нашей школе. – интонация Пиам указывала на абсурдность его слов.

Но вот Линтин посмотрела на неё очень странно.

– Ты чего? – не ожидала Пиам.

– Это ты чего! Хватит, лучше сосредоточься на уроке.

Но Пиам не могла. Она всё думала, всё пыталась вспомнить, где встречала этих братьев.

Когда урок закончился она вновь обратилась к Линтин:

– Так что с Фузейном то?

– Да ты серьёзно что ли? Издеваешься надо мной?

– Почему издеваюсь?

– Да потому что он учится тут всю жизнь в параллельном классе!

Пиам выдержала паузу:

– Так. С Адфавом вы не успели так хорошо познакомится, чтобы подшучивать надо мной. Или успели?

Перемена была длинной, и Пиам решила сходить в столовую. Как ни странно, ближе к кассе сидели Адфав и Фузейн и уплетали кексы за обе щёки.

Пиам тоже взяла два кекса и чай и подсела к ним, сверля Фузейна взглядом с первой секунды:

– Ты ведь в этой школе с первого класса учишься?

С трудом проглотив кусок и запив его чаем, он ответил:

– Да. А что такое?

– Опять ты за своё… – заворчал Адфав.

– А меня ты знаешь? – продолжала она.

– Ты Пиам из праллельного.

– А какую-нибудь ситуацию, связанную со мной, помнишь?

– Ну хватит! – прикрикнул Адфав.

– Ситуацию? Например?

– Ну, я тоже лично из вашего класса никого не знаю, но, например, помню, как Лука пытался подглядеть за девчёнками в раздевалке, но его заметили и отметелили… знаю, что Моямм лучший в баскетболе, у Оппипс звание девушки с красивейшими волосами в школе из-за её густых кудряшек. Ну не знаю, какие-то детали просто…

Фузейн задумался. Пиам сделала торопоивый глоток чая и укусила кекс. Перемена всё же не резиновая.

– О! – воскликнул Фузейн. – Ты кормила по утрам котов около почты. В начальной школе. Я постоянно тебя видел.

– А откуда ты шёл? Где вы живёте?

– Это уже слишком! – Адфав встал. – Скоро звонок, так что пойдём. А ты, Пиам, перестань!

Еле-еле Пиам сделала все домашние задания. Мысли не хотели приходить в порядок, голова начала болеть. Так, за столом с книжками она и уснула.

И ей приснился сон.

Дорога. Парень лежит без сознания. Кровь. Она зажимает рану и наконец узнаёт его лицо. Это Фузейн. Приезжает скорая.

Адфав забирает их в больницу. Но Фузейн умирает. Всё равно умирает…

Проснулась Пиам совсем не отдохнувшей и вновь никак не могла отделаться от странного чувства. А ведь ей редко снятся сны про знакомых людей, да ещё и такие реальные.

Она приняла душ, привела себя в порядок, собрала в контейнер испечённые мамой вчера печеньки, воспользовалась духами впервые за много месяцев. Выйдя из дома пораньше, она пошла в другую сторону, в своё любимое место – небольшой холм у дороги, за которым простирался лес. Из-за леса выплывали яркие, окрашенные розовыми лучами, облака.

"Эти два дня невероятно вымотали меня. Но я больше не хочу так. Не хочу копаться во всём этом. Хочу просто жить! Ходить в школу, гулять, готовиться к экзаменам."

Полная энергии и решимости она собралась отправиться в школу, готовая обнять этот учебный день и насладиться им, но…

"Пиам" – раздался голос. Знакомый.

Она обернулась, осмотрелась вокруг, даже посмотрела вверх, но никого не нашла.

"Пиам, проснись."

– Да кто это говорит? – вскрикнула Пиам, зажала уши руками и со всех сил рванула в школу.

И снова она наткнулась на Адфава и Фузейна. С ними шла и Линтин.

– Пиам!

Та, всё ещё закрывая уши, уставилась на Фузейна. Она вспомнила сон. Там точно был он в крови, но старше. Она попятилась от них и побежала прочь.

– Идите на уроки, а я за ней. – скомандовал Адфав.

Недалеко от холма было небольшое поле с подкошенной сочной зелёной травой. Там она и остановилась, выбившись из сил, и упала на колени. Через минуту Адфав добежал до неё и остановился позади. Присел рядом.

– Пиам…

– Я не знаю, что происходит. Две ночи подряд мне снятся страшные очень реальные сны про вас с Фузейном, но вы выглядите старше, и Фузейн умер. И хоть тресни, но не помню я его на протяжении всех 11 лет, ну не помню! Хоть и Линтин уверяет меня, что знала его всегда. А теперь ещё и этот голос…

Пиам снова взялась за голову.

– Какой голос? – осторожно спросил Адфав, протягиваю руку к её плечу.

Но она резко повернулась к нему:

– Сейчас его нет. Но совсем недавно он позвал меня по имени и сказал…

– Что он сказал?

Лицо Пиам прояснилась и она поднялась:

– Он сказал мне проснуться.

– Тебе нужно успокоиться. Всё это результат стресса.

– Эй, голос! – крикнула Пиам.

Адфав схватил её за плечи, косясь на прохожих:

– Что ты делаешь?

Но Пиам оттолкнула его и отошла:

– Голос! Скажи, как мне проснуться?

"Пиам."

– Вы слышали это? – она посмотрела на Адфава.

Тот испуганно смотрел на неё и молчал.

"Я могу связаться только с тобой. Адфав меня не слышит."

– Ты знаешь Адфава? Он тебя тоже знает, представляешь!

"Открой мне свой разум и сможешь меня увидеть. Но лучше без Адфава. Он пока не поймёт."

– Я, пожалуй, правда пойду домой и отдохну. Напишите мне освобождение?

Она сделала вид, что идёт домой, но направилась в лес. Дома была бабушка, а ей лучше не знать, что её внучка не в школе, даже если всё это сон. Без посторонних всё равно удобнее.

Она встала посреди леса.

– Так. А как открыт разум?

"Закрой глаза. Сконцентрируйся на моём голосе. Он ведь кажется тебе знакомым?"

– Да.

"Меня зовут Аяма. Мы с тобой познакомились этим летом. Может, мы были не слишком дружны всё это время, но я искренне хочу тебе помочь."

– Аяма…

И он появился перед ней. Какой-то полупрозрачный и очень знакомый, принеся с собой некоторые обрывки воспоминаний:

– У тебя получилось!

– Это магия?

– А… да! Но сейчас для этого не время. Чтобы не пугать тебя подробностями, скажу лишь, что ваши с Адфавом сознания переплетены. Нужно найти нечто важное, за что в этом сне сделана зацепка и тогда вы сможете проснуться. Полагаю, зацепка связаны с ним, а не с тобой. Ты магически сильнее, да и меня впустила в разум, значит, уже справилась со своим прошлым, а вот он…

– Но что же делать? Он ведь не будет меня слушать!

– У тебя нет идей, что может его здесь держать?

– Нуу… вообще, это мои воспоминания, моё прошлое. Почему не наоборот?

– Ты магически сильнее, повторюсь.

– Ну да, ну да. Хмм… Значит, то, что мне снилось тут, были воспоминания? Я помню, как видела Адфава без сознания.

– Да, полагаю, это так.

– Значит… – она вспомнила слова Адфава:"Это Фузейн, мой брат и причина моей практики в этой школе." – Значит, Фузейн мёртв на самом деле…

– Кто такой Фузейн?

– Младший брат Адфава. Он умер в моём сне. Но здесь он жив! А я его не помню. И Адфав всячески пытался пресечь мои расспросы о нём.

– Очень вероятно, что Фузейн и есть зацепка. Нужно убедить Адфава. Ты должна это сделать. Позови меня, если что.

И он исчез. Пиам осталась одна в этой поддельной реальности с миссией вытащить отсюда того, кто вряд ли захочет уходить.

Она гуляла по городу, рассматривая мир, созданный её разумом из воспоминаний. Остаться в каком-то хорошем воспоминании навсегда… когда-то она бы сама с удовольствием осталась в таком. Но сейчас она хочет жить, в настоящем мире, с новыми возможностями. И теперь она маг, если захочет, сможет закрыться в своём сознании. Но у неё нет умершего брата, как у Адфава.

Как же отнять у него этот мир?

Пиам пошла домой примерно в то же время, как если бы она возвращалась из школы. Как она и думала, к ней зашла Линтин. Пиам обняла её, ведь в реальности они не виделись очень давно. На расспросы подруги она отмахивалась, ссылаясь на переутомление и страх перед будущим. Она просто хотела побыть школьницей.

Когда подруга ушла, Пиам посидела с бабушкой на кухне, позже провела время с родителями, сходив с ними на рынок.

Ночью, лёжа в кровати, она обратилась к Аяме шёпотом.

"Я тут."

– Что я могу предложить Адфаву? В реальности у него умер брат, мать его ненавидит, ещё и мы ему проблем доставили. А здесь он в школе с братом, он счастлив.

Аяма молчал и Пиам уже начала проваливаться в сон.

"Я не знаю. Точнее, я знаю, что ты хочешь ему предложить, но мир магии не так прост. Ты уже в этом убедилась, хоть и забыла."

– Мир магии опасен… что же я могу ему предложить…

Этой ночью ей ничего не снилось. Разум прояснился, она знала, что должна поговорить с Адфавом, а дальше будь, что будет.

– Аяма.

"Да."

– Этот мир состоит в основном из моих воспоминаний, хоть и зацеплен на Адфаве. Что будет, если меня просто выдернуть отсюда?

"Ты поняла… я мог с самого начала тебя пробудить, но этот мир бы разрушился и Адфав бы не смог вернуться. Поэтому, лучший способ вам уйти вместе. Но если он не захочет, я просто сделаю, что должен."

Утром, встретившись со всеми, Пиам увела Адфава поговорить. Они сели на лавку в ближайшем дворе.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил он, ибо Пиам всё молчала, не решаясь начать.

– Хорошо, насколько это возможно при наших обстоятельствах. Скажи, о чём ты мечтаешь?

– Ты о моих мечтах хочешь поговорить? До звонка не так много времени.

– Забудь о звонке. Это сейчас неважно.

Он встал.

– Как это неважно? Тебе нужно учиться! Да и мне тоже.

– Сядь, пожалуйста. – сказала она мягко и уверенно. – И ответь мне, прошу.

– Мечтаю… стать похожим на отца и всегда быть рядом с братом. Отец был врачом, и я иду по его стопам. Он умер 5 лет назад, а мать… когда узнала, что тоже хочу стать врачом, возненавидела меня. Только брат меня поддерживает. Он единственный, кто у меня есть…

У Пиам защемило в груди.

– Скажи, снилось ли тебе что-то странное в последние дни?

– Если честно, Пиам… когда ты рассказала мне о своих снах… мне стало страшно. Ведь мне тоже снилась смерть брата.

– А знаешь, почему? Потому что это не сон, а воспоминание, которое связало нас там, в реальности.

– Что ты несёшь?.. – сказал он тихо, закрывая глаза ладонями.

– Ты не можешь отрицать всё это. Ты считал, что мы уже встречались, я тоже. Потому что это правда!

– Перестань…

– А этот город? Он вообще тебе знаком? Это мой город, моя школа!

– Хватит…

– А сны. Адфав, Фузейн создан в этом мире только тобой. Потому что на самом деле…

– Замолчи! – он вскочил и побежал в школу.

"Вытаскивать тебя?"

– Дай ему время.

После уроков Пиам и Линтин, встретив Фузейна, спустились на первый этаж к медпункту. Адфав тоже собирался уходить. Пиам зашла к нему, попросив ребят подождать.

– Пожалуйста, уйди! – стоило ей открыть дверь, выпалил он.

– Я чувствую, что это уже не мой мир. Думаю, ты начинаешь чувствовать тоже самое. Я знаю, что брат – самый дорогой тебе человек, что его никто не заменит. Но это не значит, что ты один. Я чувствую, что мы друзья, знаю, что Аяма о тебе тоже беспокоится.

– Я даже не знаю этого Аяму и тебя толком.

– Это здесь. Но ты ведь веришь мне. Я знаю.

– Я не хочу!

– Я знаю. Но ты должен. Должен отпустить.

Она шагнула назад, открывая дверь. Там стояли Линтин и Фузейн, не понимая, что происходит.

Адфав выбежал из кабинета и обнял брата. Тот, не сразу, обнял его в ответ.

– Фузейн. Ты самый важный человек в моей жизни.

– Ты чего, брат! Я знаю это. Ты для меня тоже важнее всех. Поэтому я всегда буду с тобой, буду поддерживать тебя во всём. Так что стань замечательным врачом, как папа.

– Обязательно стану!

Пиам обняла Линтин.

– Спасибо вам, ребята, за хорошие воспоминания.

========== Часть 6 ==========

Пиам открыла глаза и сразу же поднялась на диване, осмотрелась. Она была в одной из комнат в квартире Адфава. Рядом, на кресле дремала Биби. Солнце было уже высоко.

"Я проснулась." – подумала Пиам. Странное это ощущение, почти такое же, как и когда ей снился в том мире Адфав и Фузейн. – "Адфав!"

Пиам скинула с себя одеяло, вскочила и почти рухнула на стоящий рядом с диваном столик. Биби вскочила тоже:

– Ты чего встаёшь то так резко!? 4 дня была в магическом сне! – она помогла ей снова лечь.

– 4 дня? А, ну правда… Хотя, я думала, что в реальности время будет идти иначе. Как Адфав? Он же проснулся?

– Да, не переживай. Валентина за ним присматривает.

– Точно! Аяма!

– Его нет. Сейчас позвоню ему, скажу, что ты очнулась. Выпей воды пока.

В комнату зашла Валентина с альбомом в руках. Пиам увидела рисунок:

– Это Адфав?

– А? – не поняла Валентина, но проследив за взглядом Пиам, смутилась, спрятав альбом за спину. – Это… это просто рисунок! Скучно сидеть там полдня, знаешь ли!

Биби засмеялась.

– Да я ничего такого и не сказала. Хорошо вышло.

Валентина откашлялась:

– Твой тоже есть.

Она пролистала немного и протянула ей альбом.

Рисунок был тоже в карандаше. Благоговейное улыбающееся лицо. Пиам смотрела в изумлении. Изображение одновременно было похоже на неё, но казалось каким-то нереальным.

– Это выражение лица появилось, когда Аяма связался с тобой, и ты поняла, более или менее, что происходит. – пояснила Валентина.

– На самом деле, это так удивительно! – с восторгом сказала Биби, плюхаясь на кресло. – Аяма говорил, что шансов достучаться до человека в таком состоянии очень мало. Нам повезло, что в сознании Адфава ты. Хотя всё равно удивительно, что ты так… доверилась Аяме! В смысле, так быстро и почти не зная его в той своей жизни.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.