Павел Цветков
Легенда

© Павел Цветков, 2022

© Интернациональный Союз писателей, 2022

Об авторе

Павел Михайлович Цветков родился 1 июня 1965 года в г. Подольске Московской области. Пишет стихи с 1996 года. Несколько раз менял концепцию творчества: от религиозной мистики к черному юмору, фантасмагории и сюрреализму. Пишет компьютерную музыку, преуспел в компьютерной графике.

Номинант премий «Поэт года» и «Русь моя» Российского союза писателей. Участвовал в «Каталоге современной русской литературы – 2018», вошел в лонг-лист V онлайнфестиваля ИСП. Лауреат Московской литературной премии-биеннале 2020–2022. Награжден юбилейной медалью имени Анны Ахматовой, орденом Святой Анны за заслуги в области литературы.

Член Российского союза писателей с 2020 года, полноправный член ИСП с 2022 года. Автор книги стихов «Плоды вдохновения», вышедшей в издательстве ИСП в 2021 году.

Город предков

Город есть, где живут мои предки,
Где театры и парки, музеи,
Где Луна по ночам по аллеям,
Есть завод, где отец – инженером…

Есть там школы и библиотеки,
Мама учит детей-пионеров,
Вместе ходят они к Мавзолею
Посмотреть на вождя – ведь там Ленин!

Но все равно там люди ходят в церковь,
На праздник зажигают люди свечи.
Конечно, этот мир иной, предвечный,
Там смотрят телевизор, видят вести!

Там бабушки судачат на скамейках
И лыжники катаются по снегу,
И каждый здесь в своем любимом деле
Всласть погружен, и Бог здесь рядом где-то!

Там во дворах играют мирно дети,
Там все свои, у всех открыты двери,
По улицам гуляет пыльный ветер,
Кругом сады, кругом густая зелень!

Там грусти нет, но нету и веселья,
Там жизнь кипит и вовсе нету смерти,
Там много света, но ведь есть и тени,
Там прошлое застыло на мгновенье!

Там вечером – с клубничным чай вареньем,
Меня там нет – живут там дружно семьи,
Там весело в снежки играют дети,
Но и бывает легких воспаленье!

Там не бывает смены поколений,
Там смерти нет, не вырастают дети.
И неизвестно, где тот Град волшебный…
Я буду там известнейшим поэтом!

* * *

Никто не знает, сколько населенья,
Есть мэр, есть городское управленье,
Есть дворник с бородой – его все ценят,
Собака у него сидит на цéпи…

Выходят там журналы и газеты,
«Машину продаю» – есть объявленье,
И даже старики здесь не стареют,
Все умерли, и даже не заметив!

Проходят здесь года, тысячелетья,
И льется лунный свет все по аллеям,
Приходят к Мавзолею так же дети,
И красный флаг над Городом все реет!

Где правда? Да она в глубинах сердца!
Обнявшись, свет и тень шагают вместе,
О, совесть! Пред тобою всякий честен;
Уже я умер, так и не заметив!

Когда светильник Разума на месте,
Тогда покой и воля дышат вместе,
Душа во тьме сияет синим светом,
Господь един – любовь, надежда, вера!

Послал я телеграмму в Город Предков:
«Осталось сорок дней, меня уж встретьте».
Начну читать стихи в библиотеке,
Журналы напечатают, газеты!

Для мамы напишу венок сонетов,
Я в Городе теперь библиотекарь,
И сказки напишу я малым детям,
И стану депутатом в горсовете!

В моей Дороге Город – пункт конечный,
Я с Предками, корнями, я на встрече.
Взошла Луна, в аллеях уже вечер,
Приходит счастье – перед нами Вечность!

Господь измерит душу, пульс сердечный, —
Конечно, лучше Бога время лечит,
Мы с мамой погуляем по аллеям,
А вечером зажжем мы дома свечи!

Город предков – 2

Жизнь делится на два слепых угла —
В одном страданье, а в другом игра,
И от угла два шага до угла:
Я поиграл, в углу я постоял!

Страданье – роль, она ведь нам дана,
Играем-то мы только для себя,
Спросил бы кто: зачем тогда страдать?
На Сцену выходи скорей играть!

О, жизнь! Ты два угла, и без окна,
Есть только дверь, и нам в нее стучать,
Есть занавес, отсутствует стена,
Наш дом – Театр, и наша жизнь – Игра!

Кто в дверь вошел и занавес поднял?
Кто наш герой, кто жизнь нам даровал?
Кто даровал нам эти два угла,
И кто же заставляет нас страдать?

Как хорошо смотреть: растет трава!
И быть собой, и вовсе не играть
И нет ни одного уже угла…
Я в дверь вошел, сначала постучал!

Увидел я тоннель, и Свет, и Мрак,
Наверно, в Город Предков я попал,
Стихи я буду маме там читать,
Там смерти нет, и нет нужды страдать!

О, как приятно мысль свою ваять!
Воображать, придумывать, играть,
О Мона Лиза, ты со мною сядь,
Свой опыт не успел я передать!

Конечно, дверь теперь не заперта,
Я снова там, где пыльных два угла,
И занавес открыт, прожекторá,
Придется мне на Сцене выступать!

* * *

Мне в жизни всё придется испытать:
Любовь, успех, предательство, провал,
Я целый день на сцене выступал —
Без Режиссера роль свою играл!

Я дверь открыл, я снова постучал,
Вошел я в Город, я не умирал —
Давно я умер, я в углу стоял,
Мне в Городе придется выступать!

В пустом углу ведь можно выступать,
В себя играть и для себя страдать,
Я в Городе уже ведь выступал,
Тоннель переходил, не умирал!

Мне пару бы себе как подобрать?
Есть два угла, и есть где постоять,
И вместе нам пришлось бы выступать,
И вместе нам в углах теперь страдать!

Вдвоем тогда и в Граде выступать,
Но ты ведь не умеешь умирать!
Одной тебе придется в дверь стучать,
В тоннеле Свет далекий увидать!

Во Граде Предков ты, тебе решать —
Ведь ты же научилась умирать,
Стоять в углу и для себя страдать,
Иль в Граде жить, вкушать там благодать!

А можно и обратно в дверь стучать,
Прожектор светит, снова выступать,
Вдвоем ведь можно вовсе не страдать!
В углу вдвоем нам просто отдыхать…

* * *

И в Городе нам вместе пребывать,
И в дверь стучать вдвоем, не умирать,
На Колесе окрестности взирать,
Малиновый закат нам наблюдать!

Как хорошо вдвоем в игру играть!
Себя играть и режиссером стать,
Но не страдать, совсем не умирать,
Две жизни нам навек в одну связать!

Откроем дверь мы настежь, нет окна,
И занавес уж спущен, где игра?
Выдумывать, творить, воображать, —
Играть теперь мы можем для себя!

Мы в Городе вдвоем, и ночь нежна,
Малиновые звезды светят нам,
Устали мы, давно нам спать пора,
Мы ляжем у реки, что нету дна!

Мы в Городе остались навсегда!
Здесь тоже есть игра, но нет угла,
И будем мы друг друга вдохновлять,
И больше нам не нужно умирать!

И я влюблен, и ты ведь влюблена,
Как хорошо, что мы нашли себя!
Мы засыпаем, плещется река,
Писатель я – ты Муза и жена!

О Город Предков! Строил я тебя!
Мы строили втроем – отец и мать,
Господь благодарит нас и тебя,
Моя любовь, мы вместе навсегда!

Зажглась уж в Небе не одна звезда,
Мы плачем вместе – я, да и она,
Она учитель, инженер ведь я,
Мы в городе теперь одна семья!

Мы будем дело Предков продолжать,
Детей учить, заводы воздвигать;
А может, мы построим Новый Град,
Искусства Град, и будем там играть!

Принц

У моря на брегу жила девица,
И Принц ей по ночам вдруг начал сниться:
На корабле он приплывет, обнимет
И сразу же предложит ей жениться!

«Дождаться надо только как-то Принца, —
Подумала за завтраком девица. —
Писать ему я лучше буду письма,
Тогда и Он за мной скорей явится!

Найти ведь надо адрес как-то Принца!
А вдруг Он передумает жениться?»
И посмотрелась в зеркало девица,
Ведь не было еще прекрасней ли́ца!

Пошла к колодцу статная девица,
Попила она воду из копытца,
Нагнулась и в колодце видит Принца!
Так вот куда письмо ей положить-то!

Но надо ей письмо писать ведь Принцу!
Стихами надо Принца соблазнить-то!
Взяла большую книгу та девица
И написала сразу три страницы!

О, чудо! В дверь стучат! Наверно, Принц то!
Вошла старуха: «Ты ведро забыла,
И дай-ка почитать твои страницы,
Запрещено на Принцах-то жениться!»

Пришлось вернуться за ведром девице,
О, чудо! Там уже письмо от Принца!
«Прекрасна ты! Хочу скорей жениться!
В колодец быстро прыгай ты, девица!

Я Водяной, я страшный, как мокрица,
О, Дева! Прочитал я твои письма,
Волшебник я, могу я видеть лица,
Хочу я на тебе теперь жениться!

Ну вот и дождалась ты уже Принца,
Мы поплывем на корабле в столицу,
Принцессой станешь ты, женой мокрицы,
Еще не видел я прекрасней лица!»

Ответила девица: «Ты мокрица!
Мне трогать тебя даже не годится,
Пойду на берег ждать корабль Принца,
А может, ты хоть знаешь адрес Принца?

Мокрица ты, не настоящий Принц ты!
В колодце ты живешь и видишь лица,
И корабля ведь нет, чтоб плыть в столицу,
Нехорошо читать чужие письма!»

И выбрала скалу себе повыше,
И взобралась: корабль в синей тиши!
И закричала: «Заждалась я Принца!» —
И груди показала, даже лице!

«Где пристань? Я маяк теперь для Принца!
Пришвартовался Он ко мне поближе,
Я вижу Капитана! Белый китель!
И ордена! Навстречу Он спустился!»

«Что ты орешь? Не видишь: заблудились,
На корабле есть целых восемь Принцев,
Пираты мы, возьмем тебя в рабыни,
Но лучше почитай ты свои письма!»

А писем нет! Осталась лишь страница.
«Вас как зовут, товарищ Белый Китель?
Принцесса я по крови, Аэлита,
И вот теперь на Вас хочу жениться!

Поплаваем немного в море синем,
Ну а потом и поплывем в столицу,
Конечно, мы пройдем по магазинам».
Попался Принц какой-то молчаливый!

И разбежалась, обняла девица,
И падает слеза ее на китель.
«Как Вас зовут?» – спросила она Принца.
«Я Водяной, зовут меня Мокрица!»

«Ты даже знаешь, с кем я тут водилась!
Да ты мудрец, источник древних мыслей,
Но уж со мной немножко поделись ты,
Я написала целых три страницы!»

«Не капитан – разбойник Черный Крыса,
В плену имею целых восемь Принцев,
И напиши тотчас ты восемь писем,
Кто согласится, тот дает мне выкуп!

Ты что, не видишь: просто заблудились,
Увидели и грудь твою, и ли́це,
Давай ведро, хочу воды напиться!
Беги в деревню ты за старой книгой!»

«О, ужас!», – завизжала тут девица!
Старуха говорила: нету Принцев!
Идти придется за ведром и книгой,
Придется написать ей восемь писем!

Домой вернулась, видит чудо – Принца!
Красавец, сразу Он в нее влюбился,
Велосипед есть! Едем мы в столицу!
Ведро берем и писем три страницы!

Подумала девица: всё ей снится!
«Велосипед и только есть у Принца!
А где же замок, где же белый китель?
На чердаке мы будем жить в столице!»

Подпрыгнул, оземь стукнулся тут Принц-то,
И сразу в моряка Он превратился,
Подпрыгнула о землю и девица,
Она в принцессу сразу превратилась!

На корабле придется плыть в столицу!
Построим Замок, крыша с черепицей,
А если вдруг ребеночек родится?
Принцесса передумала жениться!

Автомобиль пригнал шофер нам Птица,
Коней крылатых пара к нам спустилась,
Письмо свернула бережно девица —
Еще ведь не успели пожениться!

Принцесса с Принцем сели уж в машину
И полетели прямо к Господину,
О, ужас! Ведь забыла она книгу!
Не написала целых восемь писем!

Старуха начала вдруг оземь биться!
И сразу же вдруг в ведьму превратилась,
О, ужас! Здесь нечистая ведь Сила!
Взяла велосипед, заколесила!

Мечта, к которой Дева так стремилась,
В кошмар какой-то сразу превратилась.
«Останусь я тогда навек девицей!
Но доберусь я все же до столицы!»

Решила стать Великою Блудницей
Принцесса, побоясь нечистой Силы:
«Лишь доберусь я только до столицы,
В журналах напечатаю я ли́це!»

Ее мечта ведь не осуществилась —
Придется стать Богемною Царицей!
А соблазнять так сладко нищих Принцев!
И жить придется в Замке с черепицей!

И соблазнилась Силою нечистой,
И стала Дева темною Актрисой,
И каждый день меняла Она Принцев,
И написала книгу в сто страниц-то!

И Дьявол ее славой восхитился,
Влюбился, захотел на Ней жениться,
Предстал в обличье черного Он Принца,
Принцесса же, конечно, согласилась!

И обручились, в Ад Они спустились,
Запретною любовью насладились
И власть над всей Землею получили,
Какое беззаконье тут случилось!

И начала Девица тяготиться
Своею красотой и Властелином,
И захотела снова в Ад спуститься,
Чтобы остаться, Черной стать Богиней!

И все же Белый Принц девице снится:
Была мечта, исчезла словно дым же!
И по утрам все в зеркало глядится —
А красота былая растворилась!

Хитер ведь Дьявол, лжец Он, только льстит ей,
Как пожелала, стала ведь Актрисой,
И соблазнилась Силою нечистой,
И стала ведь Подземною Царицей!

Сначала Принц, потом ей Дьявол снился,
На Нем теперь мечтала уж жениться,
Познала все: и Дьявола, и Принцев…
Но вспомнила: хотела ведь быть Птицей!

Она хотела раньше быть ведь Птицей,
И даже не хотела ведь жениться,
Парить хотела только в Небе синем,
И лишь потом ей начал Принц уж сниться!

Ведь удалось Ей многого добиться —
От счастья голова уже кружится!
Писатель ведь Она, еще Актриса,
Но лучше оставаться Белой Птицей!

Она теперь не спит – она Богиня,
И ничего, конечно, ей не снится,
А утром вдруг увидела: есть Крылья!
Взлетела – и о землю тут разбилась!

Ей перед смертью удалось увидеть
Кусочек Неба яркий, темно-синий,
Освободилась от нечистой Силы!
И даже Дьявол перед ней бессилен!

Так и летает в Небе Белой Птицей
Свободная и чистая Девица,
Взмахнет крылами, может, даже вскрикнет,
На мачту сядет и увидит Принца!

О, Мир! Ты просто тесная темница!
Летает в Небе птица, грудью дышит,
Нашла уже свою мечту Девица!
Но вот уже себе и стаю ищет…

Небылица

Я Космос нарядил в свою печаль
И Купол Неба в кулаке я сжал,
Он – как бумага, капал свет сквозь пальц,
Последний отплясали звезды вальс;

Вдохнул я атмосферу всю, Земля!
И выдохнул – и выпала роса,
Поднялся я, я больше, чем гора,
Надел я цепь – конечно, облака!

О, междометья! Сеть вокруг меня!
И крикну: «Я!» Ответит тишина.
Я купол в кулаке давно разжал —
И Свет на землю медленно упал!

За Небеса назначена цена:
Господь продал, бутылку взял вина,
Напился Он, на землю Он упал,
А Небеса купил сам Сатана!

И снял я цепь, и крест тогда я снял,
Остался я один, и нищ, и наг,
На Троне Сатана, и темнота…
Я лампочку включил – есть провода!

Одним глотком я выпил Океан,
И гору сдвинул, и я дождь послал,
Раздался Гром, я в руки Его взял,
И Он в моих руках затрепетал!

Я радугу согнул в своих руках,
На кладбище в карман насыпал прах,
Как я велик! Я по колено в грязь!
Я Тягу Мировую смог поднять!

Я хорошо одет – плащ и кинжал,
Я сердце вынул – Господу отдал,
Я хорошо подумал – Солнце снял,
И бросил к материнским я ногам!

* * *

Я Космос нарядил в свою печаль,
И Он заплакал – очень Он устал,
Я опоясал Космос – тоньше стал,
Тогда Он наконец мне дал Сигнал!

Я не пойму, что было, что сейчас,
Я Богом стал, Господь – Иконостас,
Колокола звенят: сегодня Спас,
Я все молчал, скажу я: «Аз воздам!»

И Геркулесов Столп не устоял,
Я сверху надавил – его сломал,
И Небосвод, как парашют, упал,
Пощупал я – шикарный ведь атлас!

Раздался Колокол – сегодня, видно, Спас.
Я Господу помог, Его я спас,
Но что осталось сделать про запас?
Я в Космос передал Конца Сигнал!

Вселенной отдаю я свой приказ:
Вперед идем, ни шагу нам назад!
Я в Космос вышел, я же Космонавт!
Его обнял я, снял свою печаль!

О, Слово! Ты Начало из Начал!
Звучало ты ведь в Господа устах…
Но почему все время я молчал?
Ведь Космос утолил мою печаль!

О, Небо! Ты души родной Причал,
Господь нас в колыбели там качал,
Заплакал, не сдержался, закричал:
«Как мог я все, что трогал, поломать?!»

На ниточку я Мир перевязал,
Ведь нет Столпа, и держится едва,
Весь Свет на землю медленно упал,
Что делать мне? Как блюдечко, Луна!

* * *

Я Ось Земную вынул из гнезда,
Перевернул и вставил Ось из дна,
Я только Маска, нет на мне лица,
Забыл, какое Имя у меня!

Осталось мне замедлить Времена,
О, Мысль Господня! Ты же мне дана!
И тут же время я заколдовал —
Остановилось и пустилось вспять!

И вот на месте Небо и Земля,
И светит Солнце, полная Луна,
Господь на Троне, Он не пил вина,
И даже не родился Сатана!

Еще раз время повернул я вспять —
И нету Света, только темнота,
Лишь только Мысль витает, и одна.
«Я существую», – говорит Она!

* * *

Проснулся я в грязи, в кармане прах,
Со мною мама, и на ней парча,
Руками похватал я облака
И сделал цепь, но нет уже креста!

Еще и не родился я тогда,
И Космос был так мал, как мой кулак,
Господь проснулся, спал ведь Он тогда,
И произнес Он главные слова!

…Я душу упокоил мертвеца,
На Истины стезю привел лжеца
И Ангела слепил, достал я прах,
Я без лица, но победил я страх!

Мир изменять – конечно, ценный Дар,
Я вставил ключ и сейф стальной взломал,
И радость, и печаль – напополам,
Я в потном кулаке сжимаю Рай!

По щучьему веленью сделал я,
Я много приобрел и потерял,
Я Мир перевернул, но не сломал,
Я не сидел – я Господа спасал!

Господь по мере каждому воздаст,
Иду я вдаль, я по колено в грязь,
Но как же так? Ведь я же Мир сломал!
Христос взглянул, пощечину мне дал!

Господь в обиду никого не даст,
Перестарался я, теперь я Враг,
Зачем-то я ведь выпил Океан?
И в кулаке зачем я Купол сжал?

Конечно, больше нет добра и зла,
Ни правды нет, ни лжи – одни слова,
Земля остыла, теплится едва,
Я грязи зачерпнул по рукава!

Я вижу: Ангел мучает Козла,
Козел молчит, – он смертью смерть попрал.
Я понял! Я, наверно, стрекоза!
Господь об этом только что сказал…

* * *

Талант блистает в сердце, как алмаз,
И светится нетленная душа,
Я Солнце поднял, бросил Его в грязь!
Наверно, я уже сошел с ума!

Я испытал и радость, и печаль,
Я сделал все что мог, уже тоска,
Забью я гвоздь – земля-то ведь доска!
В сарае есть еще, и мне не жаль!

Взглянул я в Небо и поймал я взгляд,
Кто смотрит? То Христос, что был распят,
«Зачем ты Время обратил назад?
Оставил только Мысль Господню – “Аз”»?

Что человек? То зверь на двух ногах,
Ему пристало Плоть свою алкать,
Но должен Дух я свой Соборовать!
Возникла мысль – Господь сказал: «Воздам!»

Пень

Нашел я Пень в густом лесу дремучем,
Вращал Он дико круглыми глазами,
Спросил Он глухо: «Что тебе здесь нужно?
Я стерегу четыре сразу клада!

На каждом кладе Змей сидит гремучий,
Укусит – и умрешь тогда ты сразу,
Там золото, каменья, бриллианты,
Коснешься – сразу молния ударит!»

«Я вырву тебя с корнем, пень-зараза,
И отберу четыре твои клада,
Нехорошо мне здесь, в лесу дремучем,
Убью я палкой Змей твоих поганых!

А если молния ударит в мою руку,
Тогда и вспыхнет сразу лес дремучий,
В карманы напихаю я брильянтов,
Ногами растопчу тебя, трухлявый!»

Слетелись вороны, глаза хотят клевать мне,
Я в землю врос – и стал я пень трухлявый,
И круглыми глазами я вращаю,
И стерегу свои четыре клада!

А Пень вскочил и головой кивает:
«Как хорошо, что ты меня сменяешь,
Я, может, человеком еще стану,
С большими деревянными руками!

Возьму с собою в город Змей гремучих,
Душить прохожих буду, буду грабить,
И буду жить я возле зоопарка,
Там у меня еще четыре клада!

Теперь я человек – ты пень дремучий,
И клады теперь ворон охраняет,
Лес не сгорел, стоит стеной колючей,
А ты вращаешь круглыми глазами!

Я ночевать в твоей квартире буду,
Ведь у меня твое лицо, не правда ль?
А ты торчишь в земле, зеленый, хмурый,
И пить я буду из твоих стаканов!

Теперь я буду спать в твоей кровати,
По паспорту я буду Белоусов,
Ты жертву будешь ждать теперь другую —
Покажешь ей ты злато и алмазы!

Жена твоя тебя во мне признает,
Я золото нашел в твоих карманах,
Скажу, что заблудился в темных джунглях,
В тебя совсем уж перевоплощусь я!

И повелю я сердцем ее хладным,
И на груди пригреет Змей ужасных,
И станет наконец кормить их грудью,
И память потеряет, все забудет!»

* * *

…Очнулся я в лесу пред пнем горбатым:
Ну как же ты меня уж напугал-то!
Не принимает жадных лес дремучий,
Я с ужасом бегу домой обратно!

Читатель, вот и ты уже научен:
Нельзя с Природой нам играть в игрушки,
Где заповедный лес еще остался,
Он свято бережет святые тайны!

Там не бывает даже лесорубов,
В глухом краю, у радужных излучин,
Рождается там Чудо, яви сказка,
А я нашел лишь только пень трухлявый!

Кто там родился, хорошо обучен,
С Природою на «ты» у тех излучин,
Тот голосá зверей и понимает,
На голос Леса тихо отвечает…

В чулане

В чулане темном дремлют свои тайны,
Там только тени, тени, тараканы,
Где пыль, где груды векового хлама,
Где ящики со старою бумагой…

Качается там старая лошадка,
В углу стоит вся в паутине сабля,
Скрипит там кресло, что давно шаталось,
Там свет во щели еле проникает…

Я в детстве туда часто пробирался
И трогал вещи грязными руками,
Там Древность, там бесценное хозяйство,
Там Предки сберегали свою память!

Там кукла Маша с круглыми глазами,
Руками машет, плачет: ведь сломалась!
Там серый Мишка щелкает зубами,
Он на подушках в маленькой кровати…

Стоит там деревянная лопата,
Стоят кривые сломанные грабли,
Стоят горшки с засохшими цветами,
Как это уместилось все в Чулане?

В конце чулана – подпол за дверями,
Висит картина «Как мы воевали»,
И кисти есть, и высохшие краски:
Неслыханное, щедрое богатство!

Гляжу я на картину с кораблями
И вспоминаю бабушку и маму,
Тут Духи предков, опыт их и память,
Они здесь охраняют свои тайны!

Я выхожу из детства, из чулана,
О полотенце руки вытираю,
Медведя взял с собой и куклу Машу,
Они всё плачут, щелкают зубами!

А если я состарюсь и сломаюсь?
Наверное, запрут меня в чулане!
Забыл я саблю, побежал обратно,
Игрушкой похвалюсь перед друзьями!

Споткнулся я, упал, заплакал сразу
И уронил медведя, куклу Машу,
А у нее и руки оторвались…
Запрут в чулане! Хоть осталась сабля!

Я вырос, воевал на кораблях я,
Но все боялся, что запрут в чулане,
Мне было жалко Мишку, куклу Машу,
В каюте до сих пор висит та сабля!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.