Алена Бородина
Список

Глава 1

Закрыв книгу, которую только что дочитала, задумалась.

Мои отношения с мужчинами почему-то зашли в тупик, хотя я не страдала от отсутствия внимания с их стороны. Уже год как я ни с кем не встречаюсь, и даже интима нет. Многие мысли из книги мне были близки и понятны. Пара «мужчина и женщина» образуется для чего-то, и им действительно суждено было встретиться. Кто-то решает свои кармические проблемы вдвоем, они живут одними мыслями, одними желаниями и действуют совместно, где-то помогая друг другу достигать вершин бытия. Другие живут в паре сами по себе, и им тоже хорошо. Они самодостаточны, так же родные друг другу, но каждый имеет свою независимую жизнь вне пары, при этом они не мешают и не обижают друг друга.

Прочитав книгу, поняла, как называются чувства, исходящие от мужчины к женщине. Мне хочется, чтобы за меня взяли ответственность, жили со мной в радости и в моей любви, которую я могу и хочу отдать своему избраннику. С этими мыслями легла спать.

Проснувшись утром, поняла, настроение хорошее, и я улыбалась сама себе.

– Привет, Олеся. Ты, смотрю, не торопишься, – запыхавшись сказала мне заведующая нашим отделением, догоняя меня.

Я улыбнулась ей и ответила, посмотрев на часы:

– Еще целых семь минут. А этого мне хватит.

– Хорошо. Не опаздывай, – сказала она и заторопилась.

Хорошая женщина, но одинокая, задумалась о ней. Сама улыбается, а глаза невеселые. Симпатичная, стройная, и характер вроде бы хороший, всегда выслушает, поможет. Ни разу не слышала, чтобы она кричала на кого-нибудь. Но почему-то она одна, а ей уже почти сорок лет. Странно, озадачилась я.

Уже заходя в фойе больницы, заметила ведущего кардиолога. Красивый мужчина, хорошо сложен, галантен. Глаза всегда светятся, но он немногословен. Про себя в отделении не рассказывает. О нем никто ничего не знает. Слышала, что то ли развелся, то ли разводится.

Видимо, он заметил мой пристальный взгляд и остановился. Придержав дверь, показал жестом, что я могу пройти. Поравнявшись с ним, так и сделала. Не оборачиваясь, сказала «спасибо» и пошла в направлении своего отделения. Но четко ощутила на себе его взгляд.

Зайдя в кабинет, сразу окунулась в работу. На сегодняшний день выпало много разных дел, и к обеду почувствовала, что жутко устала. Присев в кресло, закрыла глаза. «Да, нужно было вчера не книгу читать до полуночи, а спать», – подумала я, понимая, что спать-то мне хочется именно из-за книги. В это мгновение меня посетила интересная мысль, открыла глаза. Мне нужно проанализировать всех мужчин вокруг себя. Составить список свободных, независимых, интересующихся мной. Я могла подумать о них как о потенциальных претендентах на мою «руку и сердце» и поэкспериментировала бы с этим списком.

Мне стало смешно, и я засмеялась в голос. А мысль стала формироваться более четко. «Итак. Список составлю. Понаблюдаю за всеми «членами моего общества», – снова засмеялась и продолжила мысль о моем списке. – Откину неугодных и так найду кандидатуру, которая будет нуждаться в любви, в моей любви. А за этот год ее много накопилось, да еще и разной: свободной, чистой, энергичной, сексуальной».

Закончив рабочий день, быстро добралась домой и решила поделиться со своей лучшей подругой мыслями по поводу напрашивающегося эксперимента.

– Ты сумасшедшая, – взволнованно говорила мне Вероника, – так любовь не ищут. Она приходит, как говорится, сама. Судьба поможет и приведет тебе того, кто начертан именно тебе.

Предполагая, что она все это мне выскажет, прежде чем вдумается в мои мысли, я неторопливо пила кофе. Вероника была уже замужем, но перед тем, как она встретила свою настоящую любовь, пришлось много поработать и эмоционально, и физически. У нее сложилась своя теория, как в жизнь приходит любовь.

Прошло минуты три. Она успокоилась и стала говорить уже по существу моего эксперимента.

– Ок. Ты в список включишь даже всех бывших, кто так и не дождался твоего внимания?

– Ты про Толика? – спросила я, вспомнив, что есть один воздыхатель еще с аспирантуры.

– Да-да, я про него. И еще не забудь Глеба, тоже очень достойный…

– Но вот про Глеба ты бы помолчала. Кто закрутил с ним перед моим носом этак года два назад и бросил его? – повозмущалась для приличия.

– Ревнуешь? Но ты же сама говорила, что он тебе не нравился настолько, чтобы строить с ним любовь. А после того, как я с ним стала встречаться, ты сообщила, что он тоже хороший парень, – подыгрывала мне Вероника.

– Да, – задумчиво продолжила я, – он, после вашего расставания, закидал меня письмами по электронке…

– Вот, вот. Он хороший, просто у меня Кирилл замаячил на заднем плане.

– Угу. И ты поняла, что он твоя судьба.

– Да, я поняла. И ты, дурочка, со списком только зря время потратишь, и в один миг появится тот, кто затмит твой разум и перечеркнет твой список.

Еще часика полтора мы болтали о ее планах, о планах ее Кирилла и о всякой всячине.

Сделав все, что нужно было по дому, начала одеваться на прогулку со своим Грэем. Мой добродушный друг смотрел мне прямо в глаза и давал понять, что стоит поторопиться, улица ждет, а я ушла мыслями в список, который стал вырисовываться.

– Гав.

Я подпрыгнула от неожиданности.

– Прости. Прости, дорогой. Идем. Вот видишь, я уже куртку надеваю. Поводок взял?

Говоря все это, стала оборачиваться в сторону Грэя, который стоял под дверью, наблюдая за мной. И увидела такую картину: в зубах поводок и взгляд, который забыть трудно.

– Да-да. Открываю дверь. Идем, мой Грэюшка.

От ласкового тона он сразу сменил «гнев на милость» и в знак этого завилял хвостом.

На улице было прохладно, и я куталась в шарф. Март выдался сухим, но очень ветреным. Снова ушла в себя и забыла, что Грэй не на поводке. В нашем небольшом лесопарке много собачников, и поэтому нужно было следить за питомцем.

– Грэй, – позвала своего лабрадора.

Не увидев и не услышав его, пошла в ту сторону, куда он побежал.

– Грэй, ко мне, – уже строго сказала я.

Из-за кустов послышался лай Грэя, направилась к нему.

Через секунду он бежал ко мне с высунутым языком, радостный, веселый. «Набегался», я так поняла, и стал ласкаться и играть со мной.

– Ах ты, негодник, бросил меня одну. Ты где был и что тут делал?

И, еще раз пролаяв, он побежал в сторону небольшого пруда. А навстречу ему бежала Лора, его сестра по помету и на сегодняшний день подружка по вечерним прогулкам.

Успокоилась, что он вполне счастлив и на моих глазах, стала искать хозяина Лоры.

– Добрый вечер. Мне говорили, что у Лоры есть замечательный друг, но не говорили, что его хозяйка тоже очень замечательная.

Голос был похож на Сергея Васильевича, хозяина Лоры, но моложе. Я решила обернуться и посмотреть, кто это там такой резвый.

– Добрый вечер, – удивилась, увидев молодого мужчину, лет тридцати пяти.

Мне не очень нравились уличные знакомства, так как за два года, которые мы с Грэем живем вместе, были случаи таких знакомств, но они ни к чему хорошему не приводили. И, видно заметив мое не очень довольное лицо, он стал говорить дальше:

– Меня зовут Алексей, я сын Сергея Васильевича.

Немного ослабила свои иголки, спросила:

– С ним все нормально, не болеет?

– Все хорошо. Он с мамой на неделю уехал отдыхать и просил меня присмотреть за Лорой. А так как она привыкла гулять здесь, вот вечерами привожу ее сюда.

– Понятно, – промолвив это, опять поискала глазами Грэя.

– Вы будете не против, если мы с Лорой вечерами присоединимся к вашим прогулкам? А то мне здешние места не очень знакомы.

«Да уж, вот нахал, так и клеится», – но не стала себя грузить его навязчивостью и ответила:

– Я не против, но у меня нет определенного времени прогулок. График моих дежурств достаточно скользящий, не каждый вечер гуляю с Грэем. Мой папа подменяет меня, когда работаю во вторую смену или выхожу на ночное дежурство.

– Да, отец говорил, что вы врач.

«Отлично… – начала немного разражаться, – что же еще говорил ему его папа?! Да что это я такая сегодня агрессивная? Просто он мешает мне думать о моих делах. Заполняет собой все мое пространство, а я его туда еще не пустила», – промелькнуло в голове.

– Грэй, – окликнула своего питомца и тем самым сбила тему с моей личности.

– Красавец, – сказал Алексей. – Лора тоже очень красивая.

– Да, эти детки удались, – говорила ласково, поглаживая Грэя.

Алексей отвлекся на поиски Лоры, и я рассмотрела его. Высокий, немного худощавый, волосы темные, ноги стройные. На лицо даже и симпатичный. Почувствовала, как внутри меня забредили чувства, которые можно и даже нужно испытывать к мужчине. «Совсем сбрендила, – подумала я, – еще на каждого встречного западать буду».

– Алексей, мы с Грэем уходим, уже поздно, завтра утреннее дежурство, – слегка улыбнулась ему.

– Ок, тогда до завтра, – он запнулся и продолжил. – Простите, но вы не сказали, как вас зовут.

«Вот пристал», – и ответила:

– А разве вам ваш папа не сообщил об этом?

Он рассмеялся и вдогонку произнес еще:

– До встречи, Олеся.

Я ничего не ответила и пошла в сторону дома, играя с Грэем.

Алексей запал мне в мозги, и, помыв Грэя, решила рассказать о нем Веронике. Выслушав меня, а именно весь негатив, который был направлен в сторону этого незваного гостя, она сделала свой вывод:

– Тебе нужен мужик. Я имею в виду, тебе нужен секс. После чего ты успокоишься и дальше будешь продолжать составлять свой список предполагаемого суженого. Ты год без отношений, это сказывается на твоей эмоциональной составляющей. Есть кто на примете?

Ее прямолинейность меня просто ошарашила.

– Да, вот прикольно! У меня был бы кто на примете, я бы и списка не составляла.

– А этого Алексея в список добавишь? – интригующим голосом продолжала она.

– Ну, ты даешь! С одной темы на другую прыгаешь. Ты решила меня уморить?

– Успокойся и ложись спать. Ты просто сегодня устала. Но про Алексея подумай, не просто он вошел в твою жизнь.

– Хорошо, ты меня убедила, успокаиваюсь и ложусь.

Укладываясь спать, вспомнила слова подруги. Задумалась над ними более глубоко в разрезе недавно прочитанной книги. Ведь каждый мужчина, и не только мужчина, но и любой человек, который появился в твоей жизни, входит в нее не просто так. Одни нас чему-нибудь учат, например родители, учителя, преподаватели, другие дают возможность через эмоции, которые связывают нас с ними, что-то понять, что-то узнать, в чем-то разобраться. Вот автор книги так же и написал, что связи создаются все для чего-то. Значит, Алексей также зашел на мой жизненный путь неспроста. Ну, впрочем, как и его папа. Еще тот ловелас. Но с ним приятно общаться, слава богу, что не пристает и за попку не щиплет. Я засмеялась своим мыслям в голос, и Грэй стал радостно поскуливать и вилять хвостом.

– Пойдем, покормлю тебя.

И, дойдя до его миски, заметила, что воду он всю выпил.

– Водохлеб! Ты до утра-то дотянешь? Не написаешь?

Грэй был счастлив от того, что я с ним разговариваю. Он терся своей спиной о мою коленку и вилял хвостом.

Накормив Грэя и устроившись поудобнее в кровати, быстро уснула.

Глава 2

Утром, прогуляв Грэя, быстро стала собираться на работу. Выйдя на пятнадцать минут позже обычного, все-таки умудрилась не опоздать и приступить к своим обязанностям вовремя.

Новая неделя началась с огромного количества работы: постоянные вызовы к сложным больным, то осмотр поступивших больных, то работа с бумагами, отчетами и прочими делами. Сегодняшний день также не сулил спокойствия.

Заведующая нашим отделением, Вера Константиновна, вызвала меня к себе, и мы стали составлять график дежурств. Он мне показался слишком плотным, но на это была причина. Один доктор ушел в отпуск, другой уволился. Из-за этого пришлось перекрывать все вечерние и ночные дежурства. Правда, мы с Верой Константиновной взяли на себя большую часть ночных дежурств, так как мы могли себе позволить ночью не ночевать дома, а остальной состав врачей был женат или замужем, и не хотелось их выдергивать из лона семьи.

– Вот скоро и ты будешь замужем, и придется мне все ночные смены закрывать самой, – посмеялась она.

– Что это вдруг? – удивилась ее словам. – Я еще замуж не собираюсь. Да и претендента нет. Не стоит вам брать на себя всю трудоемкую работу.

И мы еще немного посмеялись на эту тему. На мой вопрос, когда она соберется замуж, ответила, что никогда. Очень удивившись, захотела продолжить опрос, но ее лицо стало грустно-удрученным от этой темы, и я решила не продолжать.

Ее телефон зазвонил, и лицо сразу расцвело. Она заулыбалась и ответила:

– Да, любовь моя, слушаю тебя.

И в это мгновение она вспомнила, что не одна в кабинете, смущенно подняла на меня глаза. Я тут же поднялась с кресла и, показав пальцами знак «ухожу», добавила тихим голосом:

– Если что, звоните.

Хотелось подумать над поведением Веры Константиновны: замуж не собирается, а любовь все же есть, но на глаза мне попался наш ведущий кардиолог, Константин Эдуардович, с искрящимися глазами говорящий по сотовому телефону. Он подмигнул мне и прошел мимо.

Вот умница, недавно защитил кандидатскую, ездит на симпозиумы за границу, проводит много операций у нас в клинике, еще успевает мотаться куда-то в командировку, где также делает операции. Говорят, он очень талантлив. Как бы узнать про него что-нибудь, вдруг подумалось мне. Хотелось включить его в свой список, и я улыбнулась своим мыслям.

– Думаете о чем-то приятном, – раздался у меня над ухом голос Егора Николаевича, второго по значимости хирурга в клинике.

К этому моменту я уже подошла к стойке старшей медсестры в холле третьего этажа и изучала карту больного.

– Да, – сухо ответила и без особого интереса к личности Егора Николаевича.

– Вы прекрасно сегодня выглядите, – сказал он, чуть наклонившись ко мне.

Мне не понравилась его выходка, и, сделав шаг в сторону от него, оглянулась вокруг: никого. Через минуту вернулась дежурная медсестра. Отдавая ей карту, быстро проговорила задание и пошла в сторону своего кабинета.

Егор Николаевич был первым бабником нашей клиники. Об этом знали все. Многие молоденькие медсестры побывали у него в постели. Он был не женат. Такое поведение мужчины мне не импонировало. «Его в свой список и не включила бы никогда. И девчонки, маленькие дурочки, ведутся на него. Вот я в их годы много работала, зарабатывая, обеспечивала саму себя и не позволяла всяким ловеласам мне под юбку заглядывать. Вот опять ухожу в негатив, – одернула себя. – Вероника права, мне нужна разрядка или полное погружение в работу».

Думая над этим, зазвонил мой сотовый телефон. Вера Константиновна предложила поменяться в этот день на ночное дежурство с ней, а через три дня я могла бы себе позволить целых три выходных. С одной стороны, к четырем часам дня была выжата как лимон и мне не хотелось работать, а с другой стороны, можно было домой не ехать, отдежурить ночную, потом дневную, затем смотаться домой и опять в ночную. Зато потом выходные по полной программе. Быстро продумав все это, согласилась.

– Папуля, привет! Как самочувствие?

– Привет, дочура. Самочувствие хорошее.

– Мама где?

– Стряпает, собираемся на дачу, дней на пять. А ты как?

– Ой, тут меня загрузили дежурствами. Возьми с собой Грэя. Маме скажи, что у меня в холодильнике мясо для него лежит. А так все как обычно по поводу его еды. Да… Витамины тоже заберите, они лежат на дверце холодильника.

– Не беспокойся! Уж Грэя мы прокормим. Витамины заберем. Вот будут нам приятные хлопоты. Но он заупрямится, – улыбнулся в трубку папа.

– А ты ему скажи, что я скоро приеду за ним. Пообещай новый мячик купить, он согласится, – смеясь, заверила отца.

– Так ты домой появишься или нам самим его забирать?

– Сегодня домой не появлюсь и завтра только на два часа, так что все придется делать вам.

– Без проблем. За Грэя не переживай. Не впервой.

Поговорив еще пару минут с мамой, распрощалась с родителями и отключила телефон. С Грэем все решено. Подзабыла, есть ли у меня что-нибудь на смену из одежды, и вспомнила, что оставляла на всякий случай белье для экстренных ситуаций. Убедившись, что на смену все есть, пошла в палату к больному.

Остаток дня и начало вечерней смены прошли быстро, так как работы не убавилось. На часах было уже двадцать два часа, когда пришла поспать в комнату отдыха. Там сидели две медсестры и о чем-то разговаривали. Я решила, что вот сейчас самый удобный момент заснуть. Устроившись на диване, укрылась пледом и стала засыпать. Но сквозь сон до меня доносились слова девушек, они явно «перемывали косточки» какому-то мужчине.

– А он, – тихо сказала одна.

– Вот так, – хихикала другая.

– А ты с ним по имени общаешься или по имени-отчеству?

– Наедине по имени. Он такой славный.

Их разговор стал еще тише, когда они заметили, что я не сплю, а ерзаю. И тут до меня дошло, что разговор идет о Егоре Николаевиче. «Вот бабник, – напряглась снова я, – хотя какое мне до него дело», – и уснула.

Меня разбудила Полина, самая хорошая, добрая и умелая медсестра, и когда наши дежурства совпадали, я спала спокойно. Мне пришлось пойти к больному. После того как все было закончено, вдвоем вернулись в комнату.

– Может, чайку или кофейку? – спросила Полина.

– Давай я сделаю тебе кофейку, а сама чай попью. А то от кофе только больше засну.

– Не стоит, давайте я.

– Иди посмотри, как там Сеам, а я пока чайник поставлю.

Мне было приятно ухаживать за Полинкой, она славная девочка. Где-то я сопоставила ее с собой. Она и работала, и училась. Сама себя содержала и по мужикам не шлялась. Просто умничка. Когда вместе дежурим и выдается свободная минутка, можем многое без утайки обсудить, где-то ее жизнь, где-то мою. И я знала точно, что все, о чем мы с ней говорим, за пределы нашего с ней общения не выйдет. И так же с моей стороны – не обсуждала ее личную жизнь, даже с Вероникой.

Когда Полина вернулась, сказала, что наш пациент уже спит, капельница в порядке и можно пить кофе. Мы немного поболтали и допили свои напитки. Она ушла к себе, а мой сон куда-то испарился. «Вот теперь придется считать пчелок, а может, и барашков, потом я усну и проснусь с жуткой головной болью. Чем же мне заняться или занять появившееся время», – задумалась, и тут мысли направились в сторону моего эксперимента. Вот и выдался случай написать список всех претендентов.

Я достала свой ноутбук и открыла страницу Excel. Так как в комнате никого не было, стала рассуждать и говорить вслух:

– Так. Название придумаем… Нет, напишем «Эксперимент». Не «Список» же писать, как-то неприглядно. Нумерацию ставить не буду, смешно получится.

Я продолжала:

– Начнем с него, – и, написав первое имя, потерла руки. – Сделаем колонку, что о нем знаю, где он и кем работает или чем занимается, что он для меня в эту жизнь привнес или может привнести, и оставлю графу для примечания.

Этот процесс меня очень увлек, не все графы заполняла сразу, но имена посыпались. Я и не заметила, как сработал будильник, и только на повторе его отключила. Быстро собравшись, пошла умываться. И сразу вернулась, чтобы забрать свой ноутбук. Зайдя в комнату, увидела, что к моему компьютеру присаживается Константин Эдуардович и начинает вчитываться.

– Это конфиденциальная информация, и не стоит туда заглядывать, – строго, но корректно попыталась сделать ему замечание.

– Но тут что-то очень интересное написано, – он стал заглядывать в мои глаза и улыбаться, – про секс.

Я покраснела и была дико собой недовольна, что оставила такую информацию на обзор. Не думала, что кто-то из сотрудников так рано придет на работу. Закрыла ноут, забрала его и вышла из комнаты.

Днем меня увлекли дела, и я забыла об утреннем инциденте. Уже на ночном дежурстве увидела, что наш кардиолог тоже ходит по больнице. Не хотелось встречаться с ним глазами. Боялась, что он начнет подтрунивать, а мне этого не хотелось. Весь вечер пыталась обойти его стороной.

К девяти вечера в больнице все успокоилось, и я, предупредив дежурную медсестру, пошла спать. Ведь две ночи подряд не высыпаться – это плохо. Закутавшись в плед, сразу уснула.

Не зная, который час, решила сквозь сон перевернуться на другой бок и еще умудриться увидеть часы. Но время не увидела, что-то помешало. «Вроде тень какая-то», – сквозь сон подумала я. Открыв пошире глаза и проснувшись, стала увереннее искать наш огромный электронный циферблат. И тут меня напугал голос из темноты, и он шел как раз со стороны часов:

– Сейчас три часа ночи.

Голос был знакомый до боли, немного пугающий и интригующий. Это был Константин Эдуардович. Я машинально и быстро поправила свой тонкий спортивный костюм, в котором спала, и подтянула завязки на груди.

– Можно еще поспать и не надо так смущаться.

Вспомнила его реакцию на мой «Список». «Если будет настаивать, что я смущаюсь, придется ответить ему», – собиралась с мыслями.

– Сон мой ушел, – говоря, собирала нервы в кулак, – и я попью кофе.

– Позволь поухаживать за тобой. Чайник горячий, он вскипел минут пять назад, это разбудило тебя.

Не дожидаясь моего ответа, поднялся с дивана и пошел к буфету. Пока он на меня не смотрел, прибрала волосы и уселась поудобнее.

– Спасибо, – проронила я, беря в руки кружку с пахучим кофе.

– Кофе хороший, швейцарский. Пей, не стесняйся. Вспомнил, у меня еще и плитка настоящего шоколада спрятана.

Достав шоколадку, не раскрывая разломал ее, затем открыл и положил на стол, который удобно стоял между диванами.

– Прости, что разбудил.

Мне не показался его тон извиняющимся, но раз он так хочет, прощу его. То, что мы уже на «ты» и без моего согласия, пропустила, хотя обычно делаю замечания, но вот ему почему-то не сделала…

– Ничего страшного. Просто вторая ночь подряд, вот и уснула крепко.

– Ты как стахановец, – пошутил он.

– Нет, просто так сложились обстоятельства.

– А я вот жду пациента, позвонили, что привезут минут через пятнадцать, так что решил выпить кофейку, а то потом не знаю, когда и освобожусь.

Он отпил глоток из кружки и ушел мыслями в себя. Я продолжила понаблюдать за ним. И он не показался мне таким уж злюкой и злодеем, как надумала себе после инцидента с компьютером.

– Ты знаешь, – опять начал он разговор, – а мне нравятся девушки, которые говорят о сексе открыто. Не часто встретишь таких. Обычно все кричат и бьют себя в грудь, что любовь и романтика – это главное, а все, что потом, это уже второстепенное.

Я чуть не поперхнулась оттого, что он все-таки затронул тему, которую с ним обсуждать не собиралась. Решила сразу не отвечать, а промолчать и «сойти за умную».

– Возможно, не знаю всего, что ты писала у себя там в файле. Но жутко интересно знать что? – и его глаза заблестели.

– Но я не могу этого рассказать. Только мой близкий друг знает, что там, – немного занервничала и старалась этого не выдавать.

– Давай станем друзьями. Ты давно мне очень интересна. Ты какая-то не как все девушки. Ты одновременно серьезная и нет, деловая и раскованная, суровая, но справедливая. Говорят, и работа у тебя клеится, и руководитель твой о тебе хорошего мнения.

Приятно было все это услышать от него. Но очень стало интересно, чего это он так много обо мне разузнал, особенно заострила внимание на слова «от руководителя».

– Не знаю, что и ответить, – растерялась я.

И тут в дверь зашла дежурная медсестра и сказала, что его ждут во второй операционной.

– А ты не отвечай, – продолжил он наш разговор, когда медсестра закрыла за собой дверь. – Пошли со мной. Тебе как профессионалу будет интересен этот случай. А на посту я предупрежу, что как только ты понадобишься, тебя заберут из операционной.

Не знаю почему, но пошла за ним, быстро надев свой халат. Он действительно подошел на пост, что-то сказал. Медсестра кивнула ему головой, и он стал догонять меня. Поравнявшись, аккуратно своей рукой взял меня за талию и направил в операционную, открывая нужную дверь.

– Девочки, оденьте ее, она поприсутствует.

И все вокруг засуетились, все закрутилось, и только войдя в операционную, настала оглушающая тишина, и только четкий голос Константина Эдуардовича четко давал указания присутствующим на операции. Увиденное действие завораживало. Казалось, что каждое движение, каждое слово было отточено до мельчайших деталей. Я и не заметила, что за мной пришла дежурная медсестра. Уходя, взглянула еще раз на Константина Эдуардовича и задумалась о его работе, о его профессионализме, о его таланте. А руки, его руки, он так умело ими управлял…

Глава 3

«Еще денек и отдохну», – рассуждала про себя, проходя в фойе нашей больницы. Два дня пролетели незаметно. Константина Эдуардовича я больше не видела. И это было хорошо. Почему-то стала при нем ощущать какую-то неловкость.

Рассказав все то, что произошло со мной на ночном дежурстве, подруге, она развела руками и выдала, что, возможно, это мой суженый, ну или, по крайней мере, будущий ухажер. У нее на такие дела глаз был наметан. Но я отрицала это, говорила, что о нем ничего не знаю. Если он еще не разведен, как говорят, не хотелось бы лезть в незаконченные отношения. Пусть сначала разберутся, кто с кем. Вероничка намекнула, что, если он свободен, хороший экземпляр для меня. Тоже врач, одни интересы, желание секса тоже присутствует, что следовало из моего рассказа о его вопросах. Но мы договорились о нем больше не говорить, пока я чего-нибудь не узнаю про его личную жизнь. Где-то в душе, очень глубоко, боялась себе признаться, что он мне нравился.

«Вот и закончена череда моих рабочих дней», – задумалась, выходя из автобуса, который подвез до моего дома. Уже темнело. Погода стояла сухая, ветра почти не было, и я решила пройтись по краю нашего лесопарка, так сказать, не короткой, а длинной дорогой. Шла и ни о чем не думала, старалась дышать глубоко и предвкушала, что завтра буду спать до упора, потом завтрак и за руль. Поеду заберу моего любимца.

– Олеся, добрый вечер, – услышала позади голос Алексея.

А да, вот про него и забыла, договаривались прогуливаться с собаками. «Но я же не обещала на сто процентов, так что все хорошо», – успокоила себя и обернулась.

– Лора! Девочка. Хорошая, – приветствовала подругу Грэя.

– Вас все эти дни не было, и Грэй тоже отсутствовал, у вас все в порядке?

– Алексей, вы простите нас, ради бога, я вся в дежурствах, а Грэя папа мой забрал на дачу. Они с мамой там осели на неделю. Так что пока, Лорочка, ты гуляй сама, Грэй будет, может, завтра, а может, и на следующей неделе.

– Олеся! А можно, я завтра вас приглашу на вечеринку? – выпалил Алексей.

Заметно было, что он волновался. А я была спокойна как удав, и внезапная идея с вечеринкой мне очень понравилась.

– В общем-то, не против, но… – и немного задумалась. – А впрочем, почему бы и нет.

– Тогда завтра в восемь вечера тебя заберу. Не против, что мы перейдем на «ты»?

– Ок.

– Где будет удобно забрать тебя?

– Давай у подъезда твоих родителей. Они живут в соседнем доме, и чтобы не объяснять тебе, где и как, я подойду сама.

– Супер, очень буду ждать нашей встречи.

Ночь прошла отлично. Выспалась, что явно захотелось приключений. Позвонила родителям, сказала, что Грэя сегодня не заберу. Папа даже обрадовался и посоветовал мне не торопиться. Грэй отлично проводит время, бегает с ним по утрам на зарядку, кушает хорошо и, по его мнению, не особо и скучает. На это хотелось обидеться, но папа сказал, что я уже не ребенок и вести себя должна как взрослая. Собаке хорошо на природе, а не в четырех стенах моей квартиры. Согласилась, и мы мило распрощались.

Веронику тоже осчастливила своим вниманием. Она зашла ко мне домой часам к одиннадцати, и мы много болтали, пили кофе, ели гренки с маслом. А после того как я ей рассказала про предложение Алексея, долго обсуждали его.

– Но, судя по его поступку, он достаточно смелый человек, – говорила Вероника.

– Просто ему нужна спутница на вечеринку, вот он загодя хотел меня обаять и пригласить, но не ожидал, что, не видя меня три дня, быстро соглашусь с ним провести время. Но он немного торопиться. Я-то не с ним иду гулять, а он меня берет с собой в качестве гостя, а это другая ситуация.

– Но этим согласием ты даешь ему повод подумать, что тебе он понравился, – подтрунивала надо мной подружка.

– А я и не отрицаю, что он мне симпатичен. И ты знаешь, если говорить о нем и о Косте, то при Лехе, а я так буду его называть, мне при Лехе как-то спокойно. Не боюсь при нем показаться лучше или хуже, я такая, какая я есть настоящая. А при Косте… Мне иногда приходится себя сдерживать, быть построже, что ли…

– Ой, подруга, ты что-то темнишь. Костя, похоже, тебе запал в душу.

– Мы договорились о нем не говорить пока, – посмотрев на нее, покачала неодобрительно головой.

– Ты первая начала, – тыкая в меня пальцем, засмеялась она.

– Права, как всегда. Но не будем о нем, – задумалась и продолжила: – Что же мне надеть сегодня?

– Белые вельветовые брюки и ту короткую дубленку.

– Про брюки я и сама думала. Но не будет ли мне в дубленке жарко?

– Так это днем, а ты пойдешь веселиться вечером. Главное сногсшибательный эффект, а там дубленку и снимешь.

Мы опять посмеялись, жалко стало Леху, побоялись, что влюбится однозначно с первого взгляда, ну почти с первого. Часам к двум Вероника побежала домой. Я опять стала зевать и, поставив будильник на пять часов вечера, заснула.

Проснувшись, поняла, что выспалась хорошо. На улице уже потемнело. Закралась мысль, что время-то уже не пять, а больше. Посмотрев на часы, ужаснулась. Было уже без четверти восемь. «Выспалась… Придется ему ждать меня теперь. Вот и первое впечатление обо мне, заставлю его как минимум минут тридцать ждать у подъезда. Вот растяпа, – ругалась на себя. – А может, он и не станет дожидаться, вот будет потеха».

Надев все, что приготовила, и расчесав волосы, решила все-таки сделать хвост. Волосы были слегка волнистые от накручивания их на бигуди и в хвосте смотрелись отлично. Макияж положила слегка, только черный карандаш и прозрачные блестящие тени, немного туши, и все было готово.

– Где же мой блеск, – торопясь и нервничая, проговорила я в голос. – Ладно, он точно в сумке, найду по дороге, а в машине накрашу губы.

Уже перед дверью посмотрела на себя в зеркало. Выглядела отлично, только вот лицо немного выражало недовольство собой. Подхватив с вешалки шарф, вышла из квартиры, закрыла ее и, не дожидаясь лифта, побежала по лестнице на улицу. Благо у меня был пятый этаж и спуск много времени не занял.

Выбежав из подъезда, пошла быстро по направлению к подъезду, у которого договорились встретиться. Я еще была увлечена поиском блеска, что не заметила стоящего на полпути к подъезду родителей Леши его самого.

– Олеся! – окликнули меня.

Обернувшись, увидела Лешу, стоящего возле красивой машины. «О, да у нас “мерседес”, да еще и спортивный», – подметила я, оценив его железного коня.

– Прости, так крепко уснула после обеда, что не услышала звонок будильника.

– Ой, это все пустяки. Я и не думал на тебя сердиться, почему-то так и подумал, что уснула и проспала. Ты же говорила, что много работала ночами.

«Какой милый, – пришла мне эта мысль, – просто душка».

Он открыл мне дверцу машины, и я уселась. «Как удобно, никогда не сидела в таких дорогих машинах».

– Ты меня извини, что без цветов, все-таки ты приглашена на свидание.

И, не дав ему продолжить, немного возмутилась:

– Нет, не свидание, а вечеринка. Это разные встречи. И цветы тут ни при чем, так как идем мы на вечеринку.

Он засмеялся и согласился со мной. У него зазвонил телефон, и, пока отвечал на звонок, успела накрасить губы.

– Дела? – спросила я.

– Да так, немного.

– После восьми вечера? – искренне удивилась.

– Ты же тоже работаешь не всегда днем! – парировал он.

– Но у меня, так сказать, как у станка, остановиться нельзя, иначе погибнет человечество.

– А я просто служу этому человечеству, работаю, так сказать, на его благо.

Мы одновременно ухмыльнулись. Для себя отметила, что он интересный собеседник и не раздражает, что редкость для меня в последнее время при общении с малознакомыми мужчинами.

Когда подъехали к ночному клубу, вечеринка была в самом разгаре. Мы зашли внутрь. Пока добирались до барной стойки, успела снять дубленку. Мне понравилась обстановка клуба, порадовало, что интуиция меня не подвела в выборе одежды. Наряд хорошо сочетался с обстановкой в клубе и с одеждой Алексея. Мои белые вельветовые обтягивающие брюки были дополнены полусапожками в тон на высоком тонком каблуке, а сверху облегающая темно-бордовая водолазка из материала, который поблескивал в лучах софитов. Комплект бижутерии из цепи, браслета и сережек очень гармонировал с образом. В общем, получилось супер.

– Класс… – послышалось за спиной, когда мы проходили мимо небольшой компании молодых людей, с которой Леша успел поздороваться.

– Завидуйте молча, – не совсем шепотом ответил он своим друзьям.

И, подойдя к барной стойке, уселись на высокие стулья.

– Прости, мои коллеги, – и он запнулся, – любят все прекрасное.

Я улыбнулась и дала понять, что без проблем, меня это не трогает.

– Что будешь пить?

– Сегодня я могу расслабиться. Думаю, – и, поразмыслив секундочку, продолжила, – мартини.

– Двойной мартини со льдом, – заказал он официанту.

– А ты пить что, не будешь?

– Во-первых, я за рулем, хочу доставить тебя домой в целости и сохранности, а во-вторых, я всю предыдущую неделю пил с заказчиками, что просто устал. И намеренно поехал сегодня на машине. А ты что, против?

– Тебе решать, но, если сегодня напьюсь, не стыди меня завтра. Просто это не совсем честно, я буду навеселе, а ты нет.

– О, не волнуйся. Буду веселиться по полной, и мне для этого спиртного не надо, уж поверь. Главное для меня сегодня отдохнуть, и хотел, чтобы ты отдохнула и расслабилась.

Он говорил и улыбался. Вспомнила, что первое мое с ним знакомство произошло не со всем с улыбкой на моих устах.

– Ок. Тогда если что, пеняй на себя. Но почему-то я тебе доверяю себя. Странно, – произнесла эти слова тише и смотрела ему прямо в глаза.

– Да так и есть, почему-то девушки не боятся, а доверяются мне. И я не думаю, что придет мысль обидеть тебя. Отдыхай и веселись.

Первый стакан с мартини пролетел как-то быстро. Почувствовав небольшое опьянение, захотелось танцевать. Алексей тоже был не против, и мы ушли в гущу танцующих. Мы веселились, смеялись, чуть не упали в танце, и, устав, Леша предложил присесть за столик, который освободился в уютном уголке.

Пока переводили дух, подошел официант, и Леша заказал еще мартини, закуску и соки. Мы разговаривали на разные темы. Захотелось узнать о нем чуть больше, чем то, что он сын старого ловеласа и работает на благо человечества. Я стала задавать ему вопросы, а он отвечал, не шарахаясь от них.

– Ты женат, был или развелся?

– А что, папа про меня тебе ничего не рассказывал?

И мы расхохотались опять одновременно. Смеясь, я покачала головой, что не рассказывал.

– Это не очень интересная история. Немного грустная для меня. Может, не сегодня?

«А что, мы часто будем встречаться?» – постучалась ко мне в голову такая мысль.

– Нет, давай сегодня, мне все равно, прости уж, а ты выговоришься, ведь видно, что ты напряжен где-то внутри, – мой голос был расслабленный, немного заплетающийся.

– Тебе коротко или как в романах?

– Ты прикольный, давай кратко, а то для романа сегодня не дойдет.

– Ок. Был влюблен еще с института в красивейшую блондинку. Она полная тебе противоположность. Небольшого роста, кругленькая, блондинка. А, это я уже говорил. Она вышла за меня замуж, родила мне дочку, красавицу. Укатила в Штаты и развелась со мной.

– Опа! Как все запутано! – чуть не протрезвела.

– Дело уже прошлого, но по дочке очень скучаю, – он взгрустнул.

– Так, сегодня не день грусти и оплакивания прошлого, так что давай, еще чего-нибудь расскажи, – настаивала я.

– У нее очень красивые большие голубые глаза. Красивая большая грудь, стройные ноги, длинные белые волосы. Она такая одна на белом свете была и есть, конечно.

– Ты ее еще не забыл, – констатировала этот факт, – а любишь? Вернуть не хочешь?

– Поначалу пытался, потом оставил это дело, стал ее раздражать. А сейчас общаюсь с ней по электронной почте, по скайпу, дочку вижу три раза в год, коплю на билеты, – улыбнулся, – и еду к ним.

– Прости, а причина какая, ведь ты не так уж и плох, неужели в постели не совпали?

Не ожидая от себя такой прыткости, испуганно спросила:

– Ничего, что так просто, по-дружески?

– Ты тоже прикольная, мне нравится с тобой болтать, – засмеялся он.

– Смеешься, это уже хорошо, – и я продолжала слушать его рассказ.

– Учеба, работа, ее родители. Все старо как мир. Ей предложили учиться дальше в Штатах, ее родители тоже туда через год собирались уезжать насовсем, и еще и работа при университете. Я в то время вовсю бизнесом занимался, не мог все так бросить и уехать. Да и родители без меня одни бы здесь остались. Она решила, что для нее так будет лучше, и чтобы не держать меня и быть свободной от обязательств передо мной, захотела развестись. Я устал настаивать и отпустил ее.

– Вот это правильно. Нельзя держать человека, если у тебя к нему чувства есть, а у него нет. Это неправильно.

– Но я-то уверен, что она ко мне тоже испытывает чувства, иначе бы общаться с дочерью не дала и не поддерживала такие близкие со мной отношения. Хоть и на расстоянии.

– Тогда не все еще потеряно. Ты держись, – и я взяла его за руку, которая лежала на столе. – Давай дружить. Просто дружить. Без обязательств, без постели, без упреков и насмешек. Мне кажется, мы сможем друг другу помогать морально.

– Ты прелесть, – засмеялся он. – А давай! Но я к дружбам между мужчиной и женщиной отношусь негативно. Они все равно рано или поздно переспят друг с другом, и, если впечатление от встречи будет негативным, уже никогда больше друзьями не станут.

– Да… – призадумалась я. – Но мы не будем пытаться прыгнуть друг другу в постель.

– Ты сейчас за себя говоришь или за нас?

– За себя точно.

– А я вот не такой кремень, вдруг попрошусь?

– Но ты же не в монастыре живешь, и вокруг немало девушек, которые готовы приоткрыть одеяло на своем ложе именно для тебя, ты выбирай, не стесняйся, особенно если они сами этого хотят.

Он заржал, и я тоже стала смеяться.

– Ты действительно необыкновенная. Давай пойдем уже танцевать.

Я прислушалась и услышала красивую медленную музыку, и, поняв, что сейчас-то будет «медляк», спросила:

– Без интима?

– Без интима, – сказал он, как отрезал.

Прошло еще часа три, и мы стали собираться домой. Я уже на ногах шаталась.

Когда сели в машину, Леха включил медленную музыку, она хорошо подходила к дороге. Приятно было ее слушать после оглушительных звуков в клубе. И он спросил:

– Так если мы друзья, расскажи-ка мне, подружка… Можно тебя так буду называть?

– Ок. Не вопрос, – ответила заплетающимся голосом.

– А почему такая красивая, умная, хорошая, сексуальная и еще много чего могу перечислить, какая девушка до сих пор не вышла замуж? Тебе претит семейная жизнь?

– Как сразу много вопросов. А можно не сейчас, боюсь лишнего ляпнуть? – взмолилась я.

– Нет, так нечестно будет. Я тебе все как на духу рассказал, а ты стесняешься. Ляпай, не буду тебя за это ловить, оскорблять, ревновать.

Набрала воздуха, выдохнула и произнесла:

– Просто не нашла того, кто будет мне очень дорог, ради которого я смогу изменить свою жизнь, сесть дома, родить детей. Мне сейчас нравится мой образ жизни: свободна, независима. Конечно, секса не хватает, а так все хорошо.

– Ты все-таки прикольная, – говорил он и улыбался.

– Ой, прости, вот уже и стесняюсь.

– Мы друзья, и перестань вести себя как восемнадцатилетняя девчонка, тебе уже не двадцать пять даже.

– Если бы мы были не друзьями, я бы на тебя обиделась.

– Вот я и говорю, не стесняйся, говори все как есть, – настаивал он. – Что, и на примете нет никого?

– Никого.

– Так давай я тебе помогу.

Он не смог продолжить говорить, так как мы ехали довольно быстро, а светофор стал переключаться с зеленого на красный свет.

– Мы же договорились, без интима? – удивилась его словам.

– Вот упертая. Я же не секс тебе предлагаю. А хотел предложить ухажера поискать, достойного не только на общение, а может, и на место твоего бойфренда.

– Нужно подумать. Но это не сейчас, а то голова что-то раскалывается.

Леша довез меня домой, проводил до квартиры, убедился, что вошла домой, и ушел.

Я разделась, плюхнулась в кровать и уснула.

Глава 4

Отдохнув еще денек, перетерев с Вероникой все последние события, наступили будни.

– Вера Константиновна, вы меня вызывали?

Я зашла в кабинет своей начальницы и подошла к столу.

– Да, садись, – она говорила, а сама перебирала какие-то бумаги.

Найдя нужную, она передала ее мне и сказала:

– На следующей неделе будет симпозиум вот по этой теме. По-моему, она тебя интересовала в свое время. Не хотела бы ты на три дня поехать с группой врачей во Францию и прослушать курс лекций?

Я растерялась и не знала, что и сказать.

– Конечно, мне интересна эта тема, – выдала через минуту, – но дежурства и все остальное…

– Мы вчера приняли на работу молодого специалиста. Мне придется с ним повозиться, поучить, понаблюдать. Я поехать не смогу. А вот ты можешь. Сейчас из отпуска вернулся Алексей Трофимович. У тебя вполне есть шанс провести три дня в отдыхе, да еще и с пользой.

– Раз так… – я задумалась. – А еще кто едет, откуда они?

– Еще пару человек из 35 и 137, кто-то из департамента. В общем, человек 10 или 12. У тебя загранпаспорт в порядке?

– Да.

– Тогда проблем не вижу. Всю информацию по симпозиуму найдешь на этом сайте, а через неделю дам тебе билет и расскажу остальные организационные моменты.

Я вышла из кабинета и не знала, радоваться или сильно радоваться. За границей давно не была, хотелось бы съездить. И тема симпозиума интересна. Может, и до диссертации дойдут руки. В общем, настроение стало повышаться в предвкушении поездки.

Вечером, когда пошла гулять с Грэем, ко мне присоединилась Вероника. Мы болтали и смеялись. Грэй носился как ошпаренный, соскучился по своим родным местам. Вдалеке мы увидели, что идет Лора, а с ней Сергей Васильевич.

– Смотри, идет, цветет, вот старый развратник. Так и норовит ко мне прижаться, да под ручку взять. Сейчас подойдет и ручку будет целовать.

– Про ручку ты никогда не говорила. Что, прямо вот и ручки целует? – подруга была заинтригована.

– Вот посмотришь.

Прошло еще минуты три, и Сергей Васильевич подошел к нам совсем близко.

– Ой. Девушки. Какие вы милые, – он светился изнутри. – Целую ваши ручки.

– Как вам отдых? Понравилось? – продолжила я светскую беседу.

– О, да. Все было просто великолепно. Мы с супругой решили, что летом обязательно туда еще раз съездим. Если уж в начале апреля было так хорошо, что же говорить об августе, думаю, там еще прекраснее.

– Тогда ждем от вас рассказа…

Пока шел рассказ, он умудрился взять нас обеих за локти и повести в сторону пруда. Сергей Васильевич был, как всегда, галантен, и, встретившись с Вероникой взглядом, мы перемигнулись.

Выслушав все интересное от Сергей Васильевича, решили с ним распрощаться, сославшись на трудный завтрашний день. Он немного расстроился, но отпустил нас.

– Олесенька, забыл. Вот голова дырявая, – он говорил извиняющимся тоном.

Мы с Вероникой обернулись и, придержав Грэя, остановились.

– Алексей просил оставить вам его сотовый телефон.

Он говорил это так, как будто был в курсе всех обстоятельств наших с Лехой дел. Я взяла визитку, поблагодарила, и мы разошлись. По дороге домой разговоры были только о Лешином папе. Он очаровательный в своем роде.

– И при всем его интересе к девушкам, – продолжала тему.

– Молоденьким и одиноким, – добавила Вероника.

– Угу, – подтвердила я, – он умудрился прожить с женой уже лет как минимум сорок, как я поняла из его рассказов.

– И что, ни разу не изменил? Или не влюбился? – удивлялась Вика.

– Точно сказать не могу. Но была такая тема. А он мне знаешь, что сказал? Долгих браков без измен не бывает.

После моих слов наступила минута молчания и грусти.

– Да, повеселились… – констатировала я.

– У каждого своя история, поэтому давай не будем застревать на этом моменте.

Придя домой, мое внимание на себя переключил Грэй. Он хотел играть, кушать, ласкаться. Видать, не хватило ему времени на прогулке, чтобы выплеснуть все эмоции, или соскучился так по мне и дому. Наигравшись с ним, упала на диван. Грэй расположился на полу рядом и с большим удовольствием грыз свой мячик. Вспомнив, что у меня теперь есть телефон Алексея, решила набрать его и поблагодарить за хорошо проведенное время на вечеринке.

– Леша, здорово! – приветствовала своего нового друга.

– Привет, – он ответил с интересом в голосе. – Голос знакомый, но вот, видать, по телефону еще не общался.

– Тогда давай гадать?

Мне было интересно, сколько он имен произнесет. И я улыбалась.

– Олеся.

Не ожидала такого поворота событий. Но было приятно.

– Хм… Угадал! Хотела сказать тебе огромное спасибо, что пригласил меня на вечеринку. Я провела здорово время, отдохнула и развлеклась.

– Супер! Я тоже говорю большое спасибо, что провела со мной время. Как голова, болела?

– Как ни странно, не болела. И вообще, получила большой заряд бодрости.

– Смотри. Сейчас к твоему хорошему настрою будут прилипать хорошие приятные события. Как говорится, деньги к деньгам, веселье к веселью.

– Не знаю, не знаю. Что-то я в своей жизни такого не прослеживала, но будет интересно понаблюдать за этим.

– Олесь, – Леша произнес мое имя и замолчал.

Мне стало что-то не по себе от его молчания, и хорошо, что он продолжил, а то я стала нервничать.

– Спасибо тебе, что заставила поговорить и рассказать то, о чем говорить ни с кем не могу, – и он опять замолчал.

– Да брось, мы все когда-нибудь друг другу помогаем. То мы кому-то, то нам кто-то. Это нормально.

– Ты все же прикольная. Жаль, что мы сможем только дружить.

Я округлила глаза, понимая, что он-то совсем не веселится сейчас.

– Прости, но ты еще живешь прошлым. Тебе нужно продолжить жить. Ты застрял там. Начни жизнь заново. Как бы тебе ни было трудно это сделать.

Сказав все это, удивилась себе, что у самой не все так просто с личной жизнью, но умудряюсь советы давать.

– А ты что там пьешь?

– Не то чтобы пью, но стаканчик виски с колой уже выпил.

– Жаль, что не пригласил на стаканчик. Я бы сегодня могла составить тебе компанию, как друг, и поддержала тебя. Мне завтра только в ночную смену работать.

– А у меня твоего телефона не было. Так что один-один.

– В точку! А теперь серьезно. Если тебе нужен будет друг, так давай звони, и, если буду свободна, я тебя всегда поддержу.

– Только и у меня тогда встречное предложение. Если тебе нужен будет друг, я для тебя всегда буду свободен и всегда тебя поддержу.

– Договорились.

И, минут пять еще пообщавшись, вспомнила, что еду на три дня во Францию. Это известие подтверждало Лешино умозаключение по поводу «веселье к веселью», мы распрощались.

«Да, вот попала, – обдумывала свое поведение с Лешей. – Заметно, что я ему нравлюсь, а веду себя, как плохая девочка. Понимаю, другом он может быть, но если станет напирать, то с дружбой придется покончить. Нехорошо это, пользоваться чувствами другого человека. Ему плохо, это заметно, и нужен человек, который перебьет это чувство. Но это не ко мне. Конечно, нужна влюбленная в него девушка. А я просто друг и не больше. Он хороший, буду помогать ему по мере своих возможностей».

На очередном дежурстве, перед поездкой во Францию, мне выпала возможность снова работать с Полиной. Было сложное дежурство. Но когда выдалась свободная минута, мы с ней решили передохнуть и выпить по чашечке горяченького.

– Тут еще кофе, который Константин Эдуардович привез из Швейцарии. Тебе его заварить или обычного? – спросила Полину.

– Мне любого. Я не очень прихотлива. Вот Константин Эдуардович в этом плане просто педант. Ему нужно только то, что он любит, и это должно отвечать самым высоким требованиям.

– Да?! – удивилась я.

– Он иногда бывает очень строгим, если что не так, может и наорать. А иногда прямо душка такой, и похвалить может.

– Не люблю, когда мужчины кричат, особенно на женщин. Это такое унижение, мне кажется. Мужчина этим унижает именно себя, чувствуя свое превосходство, – высказалась я.

– Согласна с этим. Но и женщины есть, которые позволяют кричать на себя. Вот только не понимаю, почему на одних он орет, а другим делает замечание, – задумалась она.

Мне была интересна тема Константина Эдуардовича. Я не имела возможности с ним общаться тесно и не могла узнать его получше. Тот эпизод с операцией – не вся его жизнь. Но внимание к нему и его жизни у меня возрастало.

– А что, он при тебе на кого-то наорал? – с неподдельным интересом спросила я.

– На меня он не кричит, но если что не так, он строго мне делает замечание. А девчонки рассказывали, как-то на ночном дежурстве кричал на Веру Константиновну. Вышел из ординаторской и хлопнул дверью. А она потом ходила с заплаканными глазами.

– Странно, что это они не поделили? – выплыл этот вопрос быстро и сам.

– Никто ничего не понял, но некоторые думают, что у них отношения.

– Не может быть?!

И, искренне возмутившись сразу себя осекла, что проявляю любопытство о его личной жизни. Полина не должна заметить моего интереса. И я продолжила:

– Он же женат, вроде так говорят.

– Не то чтобы женат, слышала, в процессе развода. Его бывшая семья осталась в Иркутске или Чите, не помню, но где-то далеко.

– Что, и дети есть?

– Вот этого не знаю, что была жена, знаю, а насчет детей не в курсе.

– А ты детей хочешь? – перевела тему, дабы не попасть впросак со своим интересом.

– Детей хочу. Может, даже трех, а может, и четырех.

– А как же карьера врача? – удивилась я.

– Пока не замужем, буду делать карьеру. А если выйду замуж, некогда будет заниматься ею. Нужно будет многое успевать.

– Что, например?

Я хотела услышать мнение молодой девушки, которая мечтает о браке, о муже, о детях. Возможно, у меня такая мечта еще не сформировалась, и поэтому чужой опыт был интересен.

– Мое мнение такое, – и, отпив из чашки, она продолжила: – Мужчину, которого мы выбираем для семьи, как кормильца, продолжателя рода, нужно, прежде всего, любить. Любить, обожать, делать для него все, что только пожелает. Мы рождены, чтобы отдать себя всю до остатка тому, кого любим. Чем больше любовь к нему, тем больше мы помогаем ему зарабатывать и делать карьеру. Помогаем проявиться всему тому, что заложено в него природой. Соответственно, и мы получим все это вместе с ним.

– Отлично ты сказала! А как же мы, те, кто любит? Мы-то что получаем? Что ты получишь от этого мужчины, которого любишь?

– Заботу. Детей. Его внимание. От того, сколько подарю ему любви, зависит то, сколько отдаст он себя мне. А это и есть внимание и забота. Опять же, отношения мужа и жены предполагают интимные отношения. А это тоже не простой пункт.

– Да, непростой. Но если он не дает тебе столько заботы, внимания, детей, возможны и такие варианты, что делать тогда?

– Мне кажется, выходить замуж нужно за того человека, которому ты сможешь себя доверить. Нужно понять, сможет ли он дать тебе столько заботы, столько внимания, столько интимных отношений, сколько тебе будет нужно. Вот только тогда можно и замуж. А вот прыгать из отношений в отношения, я имею в виду брак, замужество, не стоит. Иначе все те вопросы, которые ты не смог разрешить со своим избранником, суженым, они повторятся и в последующих браках. Так мне моя бабушка рассказывала. И истории, подтверждающие эту тему, есть.

Полина была молода, но в этот момент мне показалась, что я еще молодая, неопытная девушка, а она уже состоявшаяся, мудрая женщина. Она мыслила как-то иначе, чем другие девчонки ее возраста. Где-то ее мысли были схожи с Вероникиными. В книге, которая заставила меня о многом задуматься, прослеживалась та же мысль. И я решила, что книгу нужно перечитать. Может, не все почерпнула из нее. Потому что молодая девушка преподнесла мне сегодня урок. Ее видение жизни с любимым никак не совпадало с моим. И не факт, что мое сформировавшееся мнение о взаимоотношениях с мужем, любимым было правильное.

До поездки во Францию осталась неделя. Мои дежурства были распределены более чем удачно, что я могла и отдохнуть и с Грэем время провести.

За несколько дней до вылета Вера Константиновна отдала мне билеты и рассказала все, что касалось поездки. Дала координаты старшего группы. Мне показалось, что, отдавая мне бумаги, ее лицо выражало сожаление, что она не может туда поехать. Даже спросила, может, все-таки она поедет, мне не так принципиально. Но она настаивала, что поездка мне нужнее, так как у нее дела и их никто за нее решить не сможет. Я пожала плечами с сожалением, что у нее нет возможности поехать, и со спокойной душой вернулась к своим пациентам.

Глава 5

«Как тут красиво», – восхищалась я Парижем, куда приехала ранним утром. Прямо из аэропорта наша группа отправилась в отель, а оттуда на лекции, проходившие в конференц-зале медицинского университета. Прослушав все то, что приготовили организаторы конференции на сегодняшний день, все «наши» отправились гулять по городу.

Я отделилась от группы. Мне было интересно пройти по своему маршруту, который составила за пару дней до вылета. Хорошо владея английским языком и зная немного французский, не боялась потеряться. Погода стояла чудесная. В мае, когда приходит настоящая весна, город предстает во всем великолепии. Улицы сияют свежестью: молодая листва, цветущие каштаны, красочные клумбы.

Чтобы не умереть с голоду, зашла в небольшое кафе, выпить чашечку кофе и съесть тепленький круассанчик. У меня был с собой ноутбук. Столик, за который уселась, располагался в углу, и, понимая, что мешать никому не буду, раскрыла его. Достала фотоаппарат. Перекачав все фотографии сегодняшнего дня, отсеяла некорректные и решила заглянуть в свою электронную почту.

Первое письмо было от Вероники. Она рассказывала последние события своей жизни. Просила написать ей, как мне тут нравится, и выслать парочку фотографий. Что я сразу и сделала: отписала и выслала фотографии.

Второе письмо было от Глеба. Он так все и писал мне, иногда выдавалась возможность – созванивались. Но встречаться с ним пока не очень хотела. Виделись год назад, когда собиралась наша институтская группа.

Еще пару писем, которые не заставили заострить на себе внимание.

А вот письмо из последних было от Леши. Мы с ним не созванивались уже как неделю, и он спрашивал, может ли он писать, если не получалось созвониться или встретиться. Мне было приятно, что он хочет со мной общаться, и я дала ему добро и написала о своих впечатлениях. Также отправила парочку прикольных фотографий.

В отель вернулась почти в десять часов вечера. Приняв душ, улеглась спать и довольно быстро уснула.

Проснулась я рано. Зная, что в отеле есть бассейн, и, конечно, захватив с собой на всякий случай купальник, надела его и отправилась поплавать. Вода была хорошей, прохладной. Она бодрила.

К восьми часам утра была причесана, одета и смогла вовремя присоединиться к группе.

В университете, на первом перерыве, мне отдали записку. Я была приятно удивлена. Поблагодарив руководителя группы за это и отойдя в сторонку, прочитала ее.

«Привет, друг мой, – удивление во мне росло, так как почерк был не знаком, а другом в последнее время я была только для Леши, но здесь он вряд ли бы оказался. – Вот и выдался момент узнать тебя получше. Сегодня в восемь вечера жду тебя у фонтанов на площади Согласия. Покажу тебе Париж. Таким ты его еще не видела. Твой друг».

В назначенное время я была на месте. Обойдя фонтан вокруг, никого из стоящих у него в лицо не знала. Может, записка была предназначена не мне, еще раз задумалась, но тут же успокоила себя, так как на ней было написано «Олесе».

Засмотревшись на голубей, которые купались в фонтане, отвлеклась от своих мыслей. Через пару минут мои глаза закрыли сильные и нежные ладони. Я напугалась. Поняв, что меня решил разыграть человек, который явно меня знает, стала быстро соображать, кто бы это мог быть. Леша знал, что я еду, но запах духов не его, пощупав пальцы и руки, сделала вывод, что это точно не он. Но руки мне показались знакомыми, и тут же мне пришла шальная мысль, и я озвучила ее:

– Константин Эдуардович?

Еще секунду мой мучитель воздерживался от каких-либо действий, и волнение мое нарастало.

– Вот какая же ты, – немного обиженным и одновременно игривым голосом проговорил незнакомец, – отгадала. Но как?

Я сама опешила от того, что отгадала и что это действительно Костя. Еще пребывая в состоянии, близком к эмоциональному шоку, не могла вымолвить и слова, а он не стал молчать и продолжил:

– Здесь и сейчас я для тебя Костя. Но как ты догадалась?

– По рукам, – искренне и быстро ответила, пребывая в изумлении от происходящего.

– Руки как руки, – говорил он, рассматривая их. – Но ты все равно молодец. Я тут загадал кое-что. Если бы ты не узнала меня, то мое желание не исполнилось бы, а так буду жить надеждой на то, что оно сбудется.

Он вспомнил о букете цветов, которые держал под мышкой, вручил его мне и продолжил:

– Пойдем, я покажу тебе Париж, мой Париж.

Сделав акцент на последней фразе и взяв за руку, повел меня за собой. Было приятно чувствовать себя маленькой девочкой, которую ведут на прогулку, и забота, исходившая от него, меня умиляла. Переводя меня через дорогу и направляя в ту сторону, в которую он наметил наш путь, я подчинялась и мне это ощущение очень понравилось. Ожидая, пока переключится светофор, уткнулась носом в букет. Он был огромным и так пах, что не хотелось от него отлипать.

– Идем.

Подтянув меня к себе, он подмигнул. Мое сердце стучало и предательски шептало: «А он даже и ничего, хороший, заботливый, а какой сексуальный».

Пройдя еще квартал, мы вышли в небольшой парк с красивыми скамейками, зеленой лужайкой, фонтанами и фонарями. Красиво уложенные плиточки и камни создавали оригинальный орнамент. Я стала фотографировать эту красоту.

Присев на скамейку, он мне рассказал, как в первый раз попал в Париж. Как впервые влюбился по-настоящему и как ему разбила сердце французская красотка. Я в основном слушала, поддакивала, кивала головой, улыбалась и смеялась вместе с ним. Создалось такое впечатление, что он никак не может наговориться, выговориться. Ведь в больнице он всегда немногословен, говорит только о работе, и к себе внутрь не пускает.

Попросив его сделать кадр со мной на фоне цветочной клумбы, он вдруг чего-то испугался и отказался. Мне это было непонятно, но не стала задерживаться на данном моменте.

– Просто я этого делать не умею. Фото – не мое, – оправдывался он.

Успокоив его, перестала настаивать. И он все же взял фотоаппарат и нажал на кнопку, которую я ему показала. Сам не стал фотографироваться, сослался на нефотогеничность.

– Еще пойдем куда-нибудь или ты устала и вернемся в отель?

– Идем. Не устала. Мне интересно прогуливаться по твоему Парижу. Он красивый и необычный.

– Ок. Только сделаю небольшую поправочку, это теперь наш Париж, раз он тебе тоже нравится и ты его принимаешь.

– Хорошо, – смутившись, согласилась я.

– Ну ладно тебе, не смущайся. Мы здесь одни, нам хорошо вдвоем. Давай веселиться и наслаждаться жизнью.

Он приобнял меня за талию и продолжил:

– Идем, мой друг, я тебе еще кое-что покажу.

И опять взявшись за руки, весело общаясь, мы пошли дальше.

Уже темнело, и Париж в эти часы становился еще красивее. Разноцветные огоньки были развешаны на деревьях и кустарниках. Они создавали причудливые фигурки. Много света было от вывесок рекламы и витрин магазинов, от маленьких и больших фонарей.

– Очень красивый Париж ночью. Просто чудо какое-то! – восторгалась я.

Костя предложил зайти в кафе и выпить по чашечке кофе. Когда мы усаживались за столик, молодой официант спросил меня по-английски о том, что, видно, мне понравилось их кафе, что я решила зайти в него еще раз, да вдобавок и с другом. Ответила, что, конечно, их кафе располагает как к уединению, так и к общению с друзьями. Он мило мне улыбнулся и ушел с нашим заказом.

Перевела глаза на Костю и увидела, что он смотрит на меня с большим удивлением.

– Что ты так смотришь?

– Ты меня поразила и удивила сейчас дважды!

– Чем это?

Мне было чертовски приятно, что он задумался обо мне и что смогла приятно удивить.

– Это мое любимое кафе, а ты уже здесь побывала. Да еще вдобавок ты хорошо знаешь английский и свободно на нем общаешься. Ты просто Умка.

– Аккуратней со словами. Девушки, одинокие, могут увлечься мужчинами, которые оценивают их способности так же, как они и сами. На все пять баллов.

– О, да. Это я знаю. Но не пользуюсь этим. Сейчас это говорю очень искренне и не пытаюсь тебя соблазнить.

Он, улыбаясь, смотрел в мои глаза, а я не стала продолжать эту тему. Мы попили кофе, немного поболтали о том, как и почему хорошо знаю английский язык, о том, как я училась. В свою очередь он рассказал мне о том, как учился он, как ему нравится кардиология. Нашлось много общих профессиональных тем.

Пока мы шли к моему отелю, он изловчился и купил за моей спиной большую мягкую игрушку. Подарил ее, без слов, без каких-то особых эмоций, так просто, запросто, как человеку, с которым он очень давно и хорошо дружит. Я приняла подарок.

На улице было шумно от машин, от прохожих, от музыки, которая зазывала посетителей в кафе и рестораны. Мы шли до отеля молча. Мои руки были заняты цветами и игрушкой. Костя нежно придерживал меня рукой за талию, направляя по дороге.

Подходя к отелю, я задумалась, как же себя вести с ним при расставании. С одной стороны, он дал понять, что не против со мной общаться и общение ему нравится, а с другой стороны, стоит ли мне сразу так выдавать свое расположение к нему?

Видимо, он почувствовал, что я нервничаю, и стал говорить:

– Ты завтра еще будешь на семинаре?

– Да, – ответила я.

– Ок. Когда назад возвращаешься?

– Завтра, вечером.

– Тебя встречать будет кто-нибудь?

Вопрос меня удивил, но постаралась виду не показать.

– Подруга встречает.

Мы подходили, и я заметила, что он тоже стал нервничать.

– Ты Москву ночную видела?

Я даже рот открыла, не знала, что и сказать, а что и подумать, и подавно не знала.

– Видела. Правда, давно уже, – лукавила, отвечая.

– О-о-о. Она теперь иная, другая, не то, что лет 10 назад. Я покажу тебе ее, если ты будешь не против.

– Договорились.

– Спасибо за Париж, – искренне сказал он.

И тут он сделал шаг назад, послал мне воздушный поцелуй, развернулся и ушел в ночной Париж.

Следующий день пролетел быстрее, чем хотелось.

Как только закрыла глаза, самолет взлетел. Мое кресло располагалось возле окна, здорово, что никто не будет мешать своими хождениями и можно немного вздремнуть. Подложила свою игрушку под голову и попыталась заснуть. Но сон не шел. Мысли не оставляли меня в покое. И я стала прокручивать в голове последние два дня.

Костя не просто удивил в Париже, а покорил. Это я поняла, когда он неожиданно ушел в ночь, без приставаний, без поцелует. И на следующий день он, как оказалось, читал одну из лекций в медицинском университете. Я слушала и заслушивалась. Его профессионализм, его талант врача вызвали огромнейшее уважение к нему. И тогда, прямо на лекциях, вспомнила предыдущий вечер, и мне пришла мысль о том, что как человек, как друг он тоже интересен. В общем, как сама себе призналась, «девушка, вы влюбились по уши».

Глава 6

– Ты меня удивила! Вот это да! – воскликнула Вероника, когда увидела меня.

Я подходила к ее машине, в руках был огромный букет роз, дорожная сумка на колесиках с игрушкой, которую каким-то чудом умудрилась на нее прицепить.

– Не торопи, сейчас все расскажу, – немного уставшим голосом сказала ей.

Уложив все на заднее сиденье ее Volvo, села в машину, откинула спинку кресла и, развернувшись к Веронике, удобно устроилась полубоком.

– Вот теперь готова, можешь заваливать вопросами.

Дорога домой от аэропорта ночью была достаточно короткой. Ни машин, ни пробок, ни светофоров. Вероника хотела узнать все сразу, и ее вопросы не были разложены в хронологии эмоций, они были похожи на выдернутые фразы из какого-то теста. Но, выдержав допрос, подъехав к моему дому, она сделала вывод:

– Подруга, да ты влюбилась. Похоже, он тоже к тебе неравнодушен. Но мне все-таки непонятны его намерения. Он ничего не говорил, практически ничего существенного не сделал. Пару комплиментов, игрушка, цветы, ночной Париж, и девушка очарована. А он-то сам как, непонятно.

– Вот и я в таком же недоумении, – говорила, размышляя. – Не знаю, как мне с ним себя на работе вести. Завтра ночное дежурство, и не хотелось бы с ним встретиться глазами. Сама и не понимаю, что со мной творится.

Решив, что «утро вечера мудренее», распрощавшись с Вероникой, пошла домой. Упав на кровать без сил, которые забрали перелет и эмоции последних дней, заплакала.

Проснулась рано. Захотелось обнять Грэя, поняла, что соскучилась по нему, по эмоциям, которые он дает. Быстро собралась и отправилась домой к родителям. Забрав «малыша», погуляв с ним два часа, вернулась домой. Жизнь вроде как вернулась в свое русло, счастливое и радостное. Грэй все не отпускал мое внимание от себя.

– Соскучился, – говорила, поглаживая его по голове.

Он смотрел мне в глаза влюбленным взглядом.

– Я тоже по тебе скучала, – продолжала разговаривать с ним.

Еще с полчаса мы с Грэем провели вместе.

– Все, отдыхай, а я загляну в Интернет.

Грэй как послушный мальчик пошел на свое место, улегся и глубоко вздохнул. Я смотрела на него и думала о том, что вот этот пес дарит мне свою искреннюю любовь, не думая о меркантильности этого мира и о сложностях жизни. Мне было с ним очень хорошо и спокойно.

С прекрасным настроением уселась за компьютер и стала просматривать свою почту. Ничего нового там не нашла, но вот письмо от Леши заинтересовало. Он писал, что ему очень понравились мои фотографии и что у него есть ко мне деловое предложение на этот счет.

Я набрала его номер.

– Привет, путешественница, – радостно приветствовал он меня.

– Привет, привет.

– Ты уже вернулась?

– Да, вчера поздно ночью прилетела. Выспалась и полна жизненных сил.

– Просто замечательно. Ты прочитала мое письмо?

– Угу. Что за предложение? – с интересом ожидала ответа.

– Вот я тебе так сразу и сказал.

– Перестань. И так вся в ожидании, а ты еще и подогреваешь мой интерес, – подхватила его настроение.

– Ты как работаешь? График все такой же плотный?

– Сегодня я в ночную, завтра с 15.00 до 20 часов. А послезавтра выходная.

– Отлично. Приглашаю тебя на деловое свидание.

Чувствовались в его тоне игра и дружеское участие. Мне нравилось, что он так со мной общается. Пообещав ему послезавтра увидеться, распрощалась.

Остаток дня прошел в заботах по дому. Прогуляв вечером Грэя, засобиралась на работу. Внутри шла борьба чувств. Домашние дела отвлекали от мыслей о работе, о дежурстве, в общем, о Косте.

Подходя к больнице, мыслями довела себя до того, что мои руки стали влажными, а сама вспотела. «Да что же это такое, – ругала себя, – может, ему вообще не до меня будет и он не собирается никак со мной общаться, ни по работе, ни дружески». Открывая дверь больницы, все же взяла себя в руки и решила, что все произойдет так, как произойдет, и буду вести себя естественно. В конце концов, он мне еще никто и ничто.

Работы было, как всегда, много. К пяти утра поняла, что очень устала и хочется спать. Дойдя до комнаты отдыха, легла на диван и уснула.

Меня кто-то укрыл пледом, и я почувствовала тепло, которое разошлось по телу. Приоткрыв глаза, увидела Костю. Он не заметил моего взгляда. Усталость дала знать о себе, и я снова заснула. К семи часам меня разбудила медсестра. Сдав дежурство, прямиком отправилась домой спать. День также был загружен и Костю в больнице не заметила.

Встретившись через день с Лешей, была приятно удивлена его предложением. Одна из его компаний занималась типографским делом. Ему очень понравился мой фоторепортаж о Париже, и он предложил партнерство в создании календаря под названием «Мой Париж» и «Ночной Париж». За фотографии, которые он отберет и разместит в календарях, мне будет выплачен гонорар. Не знала, что и сказать! Предложение оказалось заманчивое, и от меня уже ничего не требовалось, как только отдать все то, что я сфотографировала в Париже.

Очень хотелось поделиться этой новостью с Костей. Он показал мне тот Париж, который теперь выйдет в календарях. Приходя на работу, искала его взглядом. Один раз поинтересовавшись, где бы он мог быть, мне ответили, что он в отпуске и будет через месяц.

– Представляешь, – обсуждала с Вероникой последние новости. – Он не то чтобы не попрощался, он вообще об этом и не сказал, и не намекнул.

– Я ничего не понимаю. Почему он так сделал? Обещал еще Москву показать, – подруга была так же в недоумении, как и я.

– Странный он все-таки, что-то в нем не так. Вроде и пускает к себе, общается, и в то же время ставит барьеры, – не понимала, обижаться на него или злиться.

На работе о Косте старалась не думать. Скопившийся негатив постепенно уходил, и настроение стало улучшаться. Знала, что он вот так не появится в больнице и еще целый месяц до нашей встречи. Вдобавок я получила свои экземпляры календарей, и очередная встреча с Лешей прошла превосходно.

– О-о-о, у тебя появился ухажер, – заметив мое отличнейшее настроение, сказала Вера Константиновна.

– Не то чтобы ухажер, но мне приятно с ним общаться, – улыбнулась и вышла из кабинета.

И сама же посмеялась над собой: о ком я говорила – о Леше или о Косте?

Жизнь потекла своим чередом. Работа, дом, Грэй. Появилось ощущение некоего беспокойства. Вот скоро в мою жизнь опять войдет Костя, а я до сих пор не понимаю, какие чувства у меня к нему. Две недели без него пролетели быстро, и вот-вот уже скоро его увижу. Напряжение нарастало с каждым днем.

Как-то, придя на работу, мне показалось, что я услышала его голос, и внутри все перевернулось. Стала искать его глазами.

– Кого-то ищешь? – открывая дверь в свой кабинет, спросила меня Вера Константиновна.

– Нет-нет, – чуть вздрогнув от неожиданности, ответила я.

– Тогда заходи.

Расстроилась, что обозналась, и пошла в кабинет заведующей нашим отделением.

– Олеся Егоровна, – начала она разговор очень официально. – С первого июля я ухожу в отпуск и назначаю вас исполняющей обязанности заведующей нашим отделением.

Я раскрыла рот от услышанного. Много ответственности и много забот свалится на меня на целый месяц, а готова ли я к этому, еще не поняла.

– Молчишь, это хорошо. Значит, ты понимаешь, что вся ответственность за работу отделения ложится на тебя полностью.

– Вера Константиновна. Не знаю, что и сказать, – запиналась я. – Вы уверены, что справлюсь?

– Хороший вопрос. И мне нравится, что ты не предлагаешь вместо себя кого-то, мол, он лучше справится. А на вопрос твой отвечу, что ты справишься.

Июльская жара убивала наповал, выжимала все соки и силы. На работе жизнь кипела, мне было непросто справляться с новыми обязанностями. Не все хотели подчиняться и не всем нравилось мое назначение. Кое-кто хотел занять на месяц место заведующего отделением, а так как этого не получилось, не упускал возможности вставить палки в колеса. Дома ночами иногда плакала, чтобы выпустить пар, но наутро приходила в себя, и на работе никто не замечал, что мне с трудом удается удерживать все удары.

Период отпусков – он хорош только для тех, кто в это время в отпуске. Вероника с мужем уехали отдыхать на три недели. Леша тоже, как назло, уехал на полтора месяца к своим в Америку. Поболтать было не с кем. Даже Полинка ушла в учебный отпуск. Грэй, как мог, брал на себя всю эмоциональную составляющую моего настроения.

Проснувшись утром в выходной, я потянулась, взяла телефонную трубку и позвонила родителям.

– Грустишь… – сказал папа, проболтав со мной минут пятнадцать.

– Да, по-видимому, этого не скрыть. Все в отпусках, работы много, что-то подустала.

– А сегодня выходной?

– И завтра тоже, как ни странно. Выдалось два подряд дня без дежурств и прочих нечестий.

– Тогда вставай, одевайся и приезжай. Покупаешься, позагораешь, Грэя прогуляешь и заодно пару дел для нас с мамой сделаешь, привезешь кое-что.

От предложения не отказалась, а даже обрадовалась. За рабочей суетой вообще забыла, что такое выходной и отдых на природе.

В открытое окно машины Грэй высунул свой нос и, шумно вдыхая воздух, фыркал и чихал. Он вилял хвостом, радовался, что мы едем в машине, а это означало, что мы с ним вместе будем отдыхать, гулять по лесу и играть, много играть. Я смотрела на него в зеркало заднего вида, и меня стали поглощать приятные эмоции, какая-то простая радость, умиротворение, спокойствие в жизни. «Да… вот чего мне не хватало все это время», – задумалась я.

Выходные пролетели быстро. Отдохнула, накупалась, позагорала и поела разных ягод, созревших на даче у родителей. Походила по лесу, послушала пение птиц, постояла под кронами дубов и березок. Успела перебрать в своей комнате старые книги и тетрадки. Что-то отдала отцу на растопку, что-то оставила. Рассматривая свои шедевры, смеялась до слез, и много всплыло воспоминаний.

– Да, вот этот молодой человек, – стала я говорить в голос, – почему-то не попал в мой список. Достойный жених, и ко мне он хорошо относился. Интересно, как сложилась его послеинститутская жизнь… Поищу его в социальных сетях.

И с прекраснейшим настроением я и Грэй вернулись домой.

Глава 7

– Вы будите депремированны за ваши выходки, – говорила я не очень громко, но строго. – Так мог поступить практикант, но никак не доктор с огромным стажем работы. Докладная сегодня ляжет на стол главному врачу больницы, и ему решать, что с вами делать.

«Начались будни», – с трудом сдерживая гнев, пробурчала я про себя.

– Что за шум? Что у нас стряслось?

– Вера Константиновна, – обрадовалась, увидев, кто заходит в кабинет и кто задает так много вопросов.

Рассказав ей всю суть проблемы, она не удивилась и сказала, что я все правильно сделала и нужно выкинуть эту уже решенную проблему из головы.

– Ставь чайник, будем кушать торт.

Пока мы пили чай и ели вкусности, она рассказала, что была у моря, видела много красивых мест, пару раз погружалась с аквалангом, ее это очень взбодрило, и она поняла, что мир под водой удивительный. Она прекрасно выглядела, ровный загар придал ей молодости, и вообще, вид был отдохнувший. Закончив нашу трапезу, она сказала:

– До завтра, – и, увидев мои округлившиеся глаза, продолжила: – мой отпуск заканчивается сегодня, а завтра – будни.

Через неделю, как вернулась наша заведующая отделением, я почувствовала, что наступила свобода. Мои дежурства меня даже порадовали, так как свой фронт работы знала «от и до», и могла отвечать только за свои действия.

Свободные часы дежурств проводила в Интернете. Правда, заглянула пару раз в свой пресловутый список и сделала там немного заметок. Напротив имени Костя поставила много точек и знаков вопроса. Кое-кого удалила и кое-кого добавила.

Как и хотела, в одной из социальных сетей я нашла своего знакомого. Он не то чтобы ухаживал за мной в свое время, но проявлял интерес. Когда я постучалась к нему на страничку в соцсети, очень обрадовался. Мы стали переписываться. Он писал о себе, я писала о себе.

К концу августа вся моя компания была в сборе. Полина уже месяц работала и пару раз мы совпали с ней на ночных дежурствах. Я успела по очереди со всеми повидаться. Вот только где-то в глубине души не понимала, где и как Костя. Не то чтобы постоянно о нем думала, просто зависший вопрос в голове никак не хотел уходить.

На очередном дежурстве, после вечернего обхода, я села в Интернет. Откинувшись на спинку дивана, попивала кофе и думала, что вот это жизнь, на душе спокойно, у друзей все хорошо, с ними вижусь и переписываюсь, завязывается новая дружба (возможно, и с продолжением), в общем, все хорошо.

Как-то на вечерней прогулке с Грэем к нам присоединилась Вероника. Мы болтали обо всем и ни о чем, но ее последний вопрос заставил меня понервничать:

– О Косте вестей так и нет?

– Мы же договорились о нем не говорить, пока я не узнаю, женат он или нет, – выпалила я, чуть сдерживая негатив.

– Ты что, сумасшедшая? Чего злишься? Ты сама думаешь об этом, а на мне срываешься.

– Прости, я действительно не понимаю, где он и с кем. Уже почти три месяца как он в отпуске. Разговоров о нем никто не ведет, а спрашивать не хочу.

– Но его работа не может испариться. Кто же делает ее?

– Егор Николаевич, – и мой голос изменился, выдавая непростое отношение к нему.

– А чего ты на него так взъелась, он хоть симпатичный? – заглядывала мне в глаза и улыбалась она, пытаясь увидеть в них истинное отношение к этому человеку.

– И не ищи в моих глазах позитива. Он бабник, и все этим сказано.

– А как Митяня поживает? На свидание зовет? – спрашивала она о моем новом друге.

– Зовет. Думаю, в эту пятницу, после дневной смены, с ним встречусь, – задумчиво ответила я.

– Прекрасно, не забудь рассказать о встрече.

– Я подумаю, вдруг у нас интим будет, нечего тебе обо всех подробностях знать.

– А вдруг он такое умеет, что мне хочется научиться?

– Вероника, прекрати надо мной издеваться, – я играючи душила ее, а Грэй начал подпрыгивать, защищая меня. – Пойдемте домой, а то за себя не ручаюсь. Грэй, домой!

На ночном дежурстве, с понедельника на вторник, я работала с Полиной. Как всегда, сделав всю основную работу, к часу ночи мы присели передохнуть и выпить по чашечке чаю.

– Вот теперь у нас будет и чай хороший и кофе. Опять из Швейцарии, – говорила Полина.

– Кто же такой шустрый успел уже и в Швейцарии побывать?

– Как кто, известно, Константин Эдуардович, – как-то гордо произнесла она его имя.

– Ой, какой горячий чай, – поперхнувшись, выдавила я из себя, пытаясь скрыть свое изумление от услышанного.

– Да он там почти два месяца был, что-то защищал то ли преподавал. Я в подробности не лезла. Но он такой нервный, видимо, весь отпуск уже забыл, дела поглотили.

– А что это ты такая добрая к нему сегодня?

– Он мне подарок привез. Сама удивилась, – добавила она, увидев интерес в моих глазах.

– И что, пока ни на кого не накричал, раз настроения нет?

– Типун вам на язык, Олеся Егоровна. Не дай бог. Он такой злой, когда не в настроении, не надо нам таких напастей.

Я засмеялась над ее реакцией: то любит, то ненавидит. Нас позвали в палату к пациенту, и наш разговор прервался.

Вернувшись опять в комнату, она смотрела на меня как-то странно.

– А у меня еще есть новость о нем.

– О ком? – делала я вид, что не понимала, о чем она это мне хочет поведать.

– О Константине Эдуардовиче.

– И что нового в его жизни?

– Если вам не интересно, я могу и не рассказывать, – пыталась она обидеться на мое безучастие к его образу.

– Давай, выкладывай. Конечно, мне интересно, ведь его не было три месяца в больнице. Рассказывай.

– Позавчера он проходил по коридору и с кем-то ругался по телефону. В это время его позвали в операционную, он отключил телефон и положил его на стойку дежурной медсестры. Девчонки-то у нас любопытные, стали рассматривать его новый дорогой телефон. А он как завибрирует и там высветилось: жена…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.