Никита Глебов
Зябь

Тёмную комнату освещал лишь отблеск луны, который выглядывал из полузакрытого окна. Мама уже спала, а юная именинница – Саша – не могла уснуть более часа. Было не то что холодно, а, скорее, некомфортно. По телу бегали мурашки: туда-сюда, отсюда-туда. В мыслях у девочки был лишь замечательный день, который, однако, прошёл уж слишком быстро.

В посёлке очень мало развлечений, поэтому мама, наконец, решила свозить свою единственную дочь в город, который находился в тридцати километрах, а это всего лишь час езды на электричке.

Саша, вспоминая все частички прошедшего дня, переворачивалась с одного бока на другой, сопровождая эти движения шмыганьем носа. Похоже, заболела, но это и понятно.

Сегодняшнее утро. Морозное, слишком морозное утро, запомнилось тёмным и дождливым. Дождь и снег, слякоть и плохое настроение. Тогда Саша даже и не помнила про свой день рождения. Проснулась, а в комнате всё ещё темно. Поэтому она просто накрылась своим пушистым, набитым шерстью, одеялом, и продолжила лежать, смотря на тикающие часы, весящие над иконами. В комнате царила атмосфера таинственности, спокойствия и даже чуточку непонимания. В такие минуты девочка любила размышлять о смысле жизни, богатствах и большом городе, где она могла бы быть, если бы не смерть отца. Тема смерти очень пугала её, наводила неистовый ужас. Именно поэтому она со слезами на глазах сбежала с похорон отца. А девочке было всего лишь десять лет. И произошло это трагическое событие совсем недавно – два месяца назад, когда началась поздняя осень. Листья уже все опали, слякоть преследовала везде, лютый мороз трескал обветренные губы. Саша жила в городе, довольно-таки большом городе. И, главное, ей нравилось жить здесь – никаких лесов поблизости, никаких страшных историй, связанных с деревенскими домиками, никаких петухов, орущих по утрам. А главное, у девочки было много друзей, которых она потеряла из-за переезда в глухой посёлок. Мама девочки не смогла жить в квартире покойного мужа, да и приставы уже хотели выселить семью за неуплату. Поэтому было принято решение оставить городскую жизнь и перебраться в посёлок, к старым, неприспособленным к современной жизни, родственникам. Они жили недалеко, поэтому чувство одиночества возникало нечасто, по крайней мере, у мамы.

На улице хрустел снег. Видимо, дикие лисы ходили по двору в поисках еды. Именно так Саша объясняла самой себе происхождение этих звуков. А что на самом деле было там, во дворе, – она не хотела знать. Солнце уже взошло, но его полностью закрывали тучи, по-прежнему шёл дождь со снегом, на окнах рисовались узоры. В центральной комнате, где и располагалась столовая, трескались брёвна в печи. В домике было тепло, но мурашки всё равно бегали по телу, как сумасшедшие. Девочка уже не хотела переворачиваться на другой бок, ибо боялась разбудить маму. Кровать сильно скрипела. Это и неудивительно, всё-таки мебель, как и сам домик, очень старая. Казалось, будто эта скрипящая кровать была прямиком из царских времён.

Маленькая стрелка тикающих часов показывала на большую узорную цифру девять. Девять утра, а мама ещё спит. Странно. Девочка не решалась встать с кровати и пойти к маме, ей было и холодно, и страшно, и некомфортно. Но стоило ей немного подождать, как мама и сама пришла к ней. Правда, уже к спящей ней.

У мамы в руках был один-единственный голубой шарик, на котором была надпись: «С днём рождения, Сашенька!». Улыбка на лице мамы плавно перешла к грустной ухмылке. Ведь пару минут назад она слышала, что дочь не спит, хотела угадать момент и зайти в её комнату, поймать её радостные эмоции. Но её мысли прерывал лишь тихий, но милый храп. Она подошла к кровати, краем глаза посмотрев на закрытые глаза Саши, а затем, убедившись, что она действительно спит, накрыла её вторым одеялом. Ведь дрова в печке уже заканчивались, в доме снова становилось холодно.

В такие моменты мама Саши, Анна Фёдоровна, понимала, что в этом доме не хватает мужчины. Да и не только в доме, в семье. Конечно, прошло всего лишь каких-то два месяца. Какой обыкновенный человек может оправиться от горя за такой маленький срок?

На улице по-прежнему шёл снег с дождём, но дрова были нужны. Хорошо, что недавно сосед помог семье нарубить дрова, иначе они бы промокли в такую ужасную погоду. Правда, сосед показался Анне Фёдоровне немного странным. Он почти не разговаривал, а просто однотонно отвечал несложными словосочетаниями, а чаще всего просто кивал, делая странную ухмылку. Может, он просто слишком стеснительный, а, может, у него тоже что-то произошло – всем оставалось только догадываться и строить предположения. Хотя немного о нём, всё же, было известно. Одинокий мужчина примерно сорока лет, живёт здесь «на постоянке», никуда не ездит, продукты закупает в автолавке, которая приезжает в деревню раз в неделю. Однако в подробности Анна вдаваться не стала, да и не смогла бы.

Женщина накинула синий плащ, «украшенный» рваными пуговицами, из которых торчали нитки, и вышла на крыльцо. В кармане плаща лежала почти пустая пачка сигарет. В основном Анна не курила, но в такую погоду ей очень захотелось прижать губами тонкую сигарету с кнопкой. Пытаясь закурить, она несколько раз тушила огонь зажигалки, случайно кашляя на неё. Ветер был несильный, поэтому спустя несколько попыток ей всё же удалось закурить, при этом откашливаясь в рукав плаща.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.