Коника
Леонид Алеев

© Леонид Алеев, 2022

ISBN 978-5-0059-0414-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

КОНИКА

пролог

Я не должен был идти на работу 31 декабря и когда накануне вечером жена спросила меня, собираюсь ли я поехать к ее маме пораньше, я промямлил что-то невразумительное, выскочил из дома, громыхнув дверью подъезда и открывая лицо морозному ветру, чтобы сбросить остатки сна окончательно. Параллельно я мгновенно зашмыгал носом, который с избытком наполнился соплями, а глаза мои от холода моргали красным фоном и сбрасывали слезинки в продавленный снег.

Я работал в одной из бывших коммунальных квартир, располагающихся на первом этаже, растерзанных под офисы «фирмочек» в начале девяностых. Род моей деятельности был сугубо бытовой. Я оказывал услуги «ксерокопирования» населению. Сейчас когда копировальный аппарат является частью любого офиса и подумать удивительно, что люди ходили «размножать» свои свидетельства, документы и справки о смерти. Частные лица были абсолютным большинством моих клиентов, множили немного однако среди них встречались диссертации и прочие объемные заказы. Их разумеется я не отражал в книге заказов, а что такое кассовый аппарат даже и не спрашивайте. Припоминаю пару крупных безнальных заказов, которые я выполнял нерадиво и долго, так что даже мои хозяевы сделали мне замечание. Они были дагестанцами и принадлежали к крупной и влиятельной семье и помимо ИЧП с ксероксом на проспекте Мира, по модному бизнес-направлению тех лет владели сетью коммерческих палаток. Платили они мне немного, но зато не придирались к некоторым расхождениям между счетчиком копира и сдаваемой суммой и «не замечали» как я мухлевал с бумагой, принося ее с собой. В общем давали заработать мне. С течением времени я наглел и расхождение счетчика и сумм увеличивалось, но никогда никаких разборок мне не учиняли, а все потмоу что прибыль с палаток текла огромным потоком, так зачем на пареньке с ксерокса размениваться. Печатает там свои справки да и пусть. Я все это понимал и отдавал себе отчет в том, что не будь они сосредоточены на торговле водкой и сигаретами-поприжали они меня в два счета и не думал я бы так хорошо о кавказских работодателях. А о себе я тоже хорошо думал-профессионально даже себя оценивал. Вот почему они своего на работу не взяли? При своей клановости-то? А потому что это не цветами и не укропом торговать. Это техника очень сложная. Требует инженерного подхода. Сейчас мы на зеленую кнопку жмем и крышку небрежно кидаем, стоим кофе возле копира пьем или того вовсе на секретаршу пялимся,.как она бумаги на нем раскладывает. Проходя мимо отмечаем, что у нее лифчик бретельками от замка к плечам расходится у, а каблуки у нее такие убого высокие, что непонятно как она до конца дня выстаивает, а потом еще асфальт по пути до дома на них протыкает. А Тогда я машину включал, протирал стекло и прогревал ее ровно целую сигарету куря

Попал я на должность оператора ксекопировального аппарата купив у метро номер исчезнувшей позже газеты ВСЕ ДЛЯ ВАС и изучив объявления о предлагаемой работе немедленно позвонил дагестанцам прямо из таксофона. И получил без труда это место, потому что помимо моей дружбе с техникой продолжающейся к счастью до сегодняшнего дня. я обладал, как принято сейчас говорить, нужным экспириеенсом в данной области. До армии я почти год гасился на аналогичной должности в Министерстве Рыбного хозяйства СССР. Правда там в плане срубить бабла потуже было. Комсомол еще не кончился и люди от совка только отходили, создавая первые кооперативы.

Теперь когда вы знаете род моей деятельности, вы согласитесь со мной, что 31 декабря я вполне мог без ущерба дагестанскому бизнесу уехать с женой к ее маме, однако предпочел пойти на работу…

***

Чей-то голос:

– Ну ладно нормально так рассказик начал. Вроде бы даже в ненапряг читать. ксерокс, раньше, как было, дагестанцы. Но вот прием дешевый-31 декабря. Что должно случится, кто-то опоздает на встречу Нового года или без десяти двенадцать начнешь заумные мысли читателю вбрасывать -прозрение главного героя или типа того И все мимо, и не усваивается. Да?

Я:

– В данный момент я уже еду в полупустом метро вольготно протянув ноги к скамейке напротив. Почему я использовал в своем рассказе 31 декабря? Нет, что ты. Никакой мистики или привязки к дате не будет. Никто из еще незнакомых тебе героев не застрянет влифте в 23,50 Никакого особого осознания наступающих перемен в новом году я на этих страницах не изложу. И даже никакой бани и перелета в Ленинград. Люди запоминают не какой-то особенный день своей жизни например свадьбы или ночь с женщиной или сдачи последнего экзамена в школе. Они зачастую помнят ничем не примечательный день, пасмурный даже, холодный, дождливый и никакущий..В нем ничего не произошло и из ряда сотен таких же прожитых дней он отличается тем, что он сохранен в нашей памяти. Если ты прочтешь первую строчку моей повести еще раз то станет понятно что это именно такой день.

Чей-то голос:

– А зачем о таком дне писать?

– А потому что это наша жизнь. Она в таких днях заключена. Она хронометрирована в них Есть такое слово?

– Есть -оно редкое просто. Ну ладно чего там дальше?

***

…еще потому чтобы иметь возможность провести день по своему выбору, внутренне радуясь предоставившейся возможности никуда не ехать на встречу Нового года, а вернувшись с работы вечером собраться с друзьями у Вовика дома с той же целью.

Дверь в мою каморку, но я предпочитаю не использовать этого слова, была металлическая, с двумя конкретными ключами. Ключи всегда принимали неудобное положение в моем кармане и отягощали меня изрядно. В офисе (вот такое определение я использую) находился сам копир фирмы КОНИКА, стол, кресло, стеллажи с бумагой разного формата. Имелось окно с обязательной решеткой и внимание! туалет с умывальником. Метраж помещения вполне себе. Никакой клаустрофобии не должно было быть. Комфортный офис, ни чета нынешнему open space где я работаю с бурлежом голосов, трезвоний телефонов, лая в форме кашля простывших и прочих отвлекающих от работы действий, звуков и шумностей.

Открывая обычную дверь полутемного московского подъезда, следуя мимо лифта, едва не споткнувшись на обычных трех ступеньках на первом этаже вы входили беспрепятственно в другую дверь и вас НЕ встречал дурнопахнущий, давно немытый охранник с заляпанным журналом в который бы он старательно срисовывал серию и номер вашего паспорта. Спрашивал бы вас важно цель визита и думая что всеми своими действиями он не просто предотвращает нежелательные визиты, но и возможно терракты. Короче, не было охранника в 199x году. В большей прихожей нужно было еще и свет включить, если приходишь первым. Здесь помимо моей двери с объявлением часов работы располагались еще 4 офиса, а один из них -самый большой даже содержал в себе еще несколько смежных комнат. Офисы запирались и сдавались на охрану в отличие от самой прихожей, но и при такой доступности помещения извне я хочу заметить, что конечно находил пустые бутылки около своей двери, но ни разу не помню, чтобы кто нассал там или совершил что похуже.

Глава 2 «АЛЛА»

Бросив куртку и звонко высморкавшись в своем собственном туалете я включил ксерокс на прогрев, щелкнул тугой кнопкой двухкассетной деки и вальяжно рассевшись в кресле-закурил. Курил я прямо в офисе и хотя дагестанцам это и не нравилось, но и тут они молчали не делая мне замечаний. Более того, ко мне на перекур приходили другие сотрудники нашего офиса и зачастую клиенты открывая дверь попадали в некомфортные условия, раскладывая свои бумажки в густом дыму. Правда, при большом заказе я всех выгонял, сосредотачивался и всей душой желал заработать. Ну конечно сегодня я вообще не предполагал, что ко мне кто-то придет. Лениво докурив сигарету я пошел к Алле, поздравить ее с наступающим.

Алла из самой дальней комнаты. Она не из коммерсантов. Она- техник-смотритель.Русская, простая женщина. Когда Алла была не на территории, то приходила в офис самой первой, не знаю что там у нее с выходными было, но во второй половине Алла работать прекращала, запирала свою комнату и уходила домой. На ее комнату конечно посягали другие арендаторы, но дальше обсуждений на перекуре или на какой-нибудь пьянке, как например которая намечалась по случаю Нового года сегодня- дело не доходило. Идеальный вариант предлагавший в себе окультуривание располагающийся здесь коммерческой фирмы содержал в проекте отдельный вход, как раз со стороны Аллиной комнаты. Но, до «культуры» еще было еще слишком далеко.

Итак, когда я только приперся на работу, я проворачивая ключом слышал звонкий смех Аллы и ее командный голос. Она и 31-ого была на месте, представьте.

– Привет, Алл! С наступающим, тебя!

– И тебя, дорогой, садись!

На столе у нее, нехитрая скатерть-самобранка: бутылка водки, дефецитная исландская селедка и банка домашних огурцов.

– Чего-то как-то рановато, спасибо, -отмахнулся я- у тебя чайник горячий?

– Нет, не ставила.

За столом, вполоборота ко входу сидел дворник с Аллиного участка, хмурый и молчаливый татарин.

– Ну ты это зря. Чего рано? Праздник только начинается-многозначительно подмигнула Алла.

Татарин кивнул головой, выражая согласие и стал теребить стакан.

– Хотя вот у нас никакого нового года, блядь. Нам сказали на Трифоновской сейчас сосульки сбрасывать с крыши, а то не дай Бог потеплеет, я хочу с чистой совестью в деревню уехать и у мужа дежурств нет, отгулами поднабрал. А то знаешь-, Алла откусила огурца и громко захрустела им- Снег башка попадет и все такое.

Татарин заерзал на стуле и изобразил подобие улыбки.

Аллина история, если все-таки начинать рассказывать о ней, типична для большинства девушек приехавших в Москву по лимиту в восьмидесятые. Сначала маляром в СМУ пару лет отпахала, потом малевать как она говорила, надоело, да и мечта получить собственное жилье быстро растворилась в тоннах потраченной на чужие квартиры краски. Вышла замуж за участкового милиционера, и это был если не стопроцентное попадание, то несомненно большой удачей, потому что муж ее быстро продвинулся по службе и уже засел на каком-то хорошем месте в чине майора. В этом плане Алла выгодно контрастировала со своими подругами из того же строительно-монтажного управления, которые нашли себе мужей здесь же на стройке, где счастья не получилось и одна часть этих мужей оказалась сразу в ЛТП, а вторая просто через десяток лет была уже на подходе с циррозом. Аллин муж, конечно же пил как и все работающие в органах люди и иногда его даже привозили с дежурства на милицейском уазике в говно, но на семейный стержень влиял положительно и почти подчинялся самой Алле во всем. А Алла последние несколько лет работала техником -смотрителем в свое удовольствие, управлялась на своем рабочем участке отлично и без своего внушительного прикрытия в РУВД, поскольку голосом обладала мощным, материлась по делу и метко, выпить могла много и не пьянела, чем снискала не только страх среди дворников, но и уважение среди всех вышестоящих начальников.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.