Эмилия Грант
Да, мой повелитель!

Глава 1

– Девочки, это лучше, чем оргазм! – я подняла телефон повыше и развернула так, чтобы подружки видели, как теплая морская вода ласкает мои ноги.

Кто бы мог подумать! Еще пару недель назад сама бы себя не узнала в этой загорелой красотке на экране смартфона. И пускай в конференц-звонке под моей картинкой четко и ясно написано: «Маша Ледовская», я бы решила, что кто-то просто наложил на меня новый фильтр.

– Везет некоторым… – завистливо протянула Люда из бухгалтерии. – Но я б так, конечно, не решилась. Это ж надо: все деньги вбухнуть в какой-то отпуск!

– Она еще с кредитки взяла, – фыркнула наша пышка Надя.

Вот откуда она знает? Хотя чему тут удивляться… Опытный кадровик, – а Надя в этом деле лет десять, не меньше, – должен быть в курсе всех деталей из жизни своих сотрудников. Начиная с того, кто что съел на завтрак, и заканчивая тем, кто, во сколько и, главное, с кем лег спать вечером.

– Ничего вы не понимаете! – отмахнулась я и снова залюбовалась своим изображением с фронтальной камеры. Ну до чего хороша! – Скажете тоже: какой-то отпуск! Взяли бы тоже недельку, махнули ко мне…

– Ерунду-то не говори, – поморщилась Люда. – И потом, мне и на даче хорошо. Грибы, знаешь, ягоды… Помидоры свои… Приезжала бы ко мне в Любимовку!

– Ага, а еще грядки, грабли и комары! – я рассмеялась. – Зато бесплатно!

Люда тут же обиженно надулась. Еще бы! Я посмела посягнуть на святую святых – ее любимый огород. Каждую весну мне приходится выслушивать баллады о рассаде, каждую осень – возиться с горами яблок и слив, которыми меня потчует наша фермерша. Вы, наверное, подумали, что мне глубоко за сорок? На самом деле – всего двадцать пять. Просто в нашей фирме кроме меня никого моложе тридцати вообще нет. Поэтому пришлось подружиться с кем Бог послал. И знаете, в этом даже есть свои преимущества: Надя с Людой опекают меня, как две заботливые мамаши. То пирожками домашними угостят, то перед начальством прикроют. К тому же, моя родная мать со мной особо не общается. Слишком уж насыщенная у нее личная жизнь…

Но не будем о грустном, все-таки отпуск! И почему я его так долго откладывала? Три года никуда не ездила, а ведь мир так прекрасен! В какой-то момент я просто поняла, что если еще хоть разочек посмотрю на папки с бумагами, то у меня отъедет крыша. И пока настрой никуда не делся, взяла – и купила себе путевку в шикарный отель «Султан СПА Резорт» на самом берегу Средиземного моря. В конце концов, я заслужила.

Отель, надо сказать, выше всяких похвал. В нем прекрасно все: роскошное здание в восточном стиле, эдакий дворец султана, территория, которая утопает в зелени пальм и цветах олеандра, песчаный пляж и пресловутое «все включено». Знаю, дома я пожалею о том, что так налегала на выпечку, но здесь-то весов нет! Стало быть, и мелкие прегрешения не считаются. Успею еще посидеть на лапше быстрого приготовления, когда буду гасить кредитку. А здесь я – принцесса.

Конечно, Люда с Надей долго увещевали меня перед отлетом, чтобы я не вздумала искать себе в Турции принца.

– От этих турков добра не жди! – со знанием дела заявила мне Надя. – Сплошные альфонсы!

– Вот-вот, – подключилась Люда. – Моя соседка по даче как-то завела шашни с одним таким восточным красавчиком. Он ей лапши навешал – мама не горюй! Замуж звал, она на каждом углу трезвонила. А потом обобрал, как липку. Они ж там в отелях только для того и работают: присматривают себе богатых туристок, заваливают комплиментами – и бац!

Я не стала уточнять, что именно означает это «бац!» – просто заверила подруг, что уж меня-то никакой альфонс не проймет.

– Во-первых, у меня мозги на месте, – сказала я девочкам. – А во-вторых, где я – и где богатые туристки? У меня ж кроме бабушкиной однушки в Свиблово ни гроша за душой! Только кот, и то он, паразит, об диван когти точит. Значит, точно никому не сдался!

– Это мы здесь нищеброды, – возразила Надя. – А у них-то в Турции все еще хуже! Живут в горных деревнях без электричества, для них любая – лакомый кусочек.

Спорить с Надей – дело неблагодарное. Поэтому я просто смирилась, взяла перцовый баллончик, этот фумигатор от насильников, который она мне настойчиво впихивала, и отправилась за своей законной дозой витамина Д.

Однако не прошло и дня, как я начала убеждаться в Надиной правоте. Не то чтобы меня сразу облепил весь мужской персонаж отеля, но один ухажер у меня все же нарисовался.

Как и всякий изголодавшийся по морю человек, я первым делом рванула на пляж. Окунулась, а потом заказала себе бесплатный коктейль с зонтиком и вишенкой, – не забываем про «все включено»! – улеглась на шезлонге смаковать свою райскую жизнь. Само собой, меня моментально сморило. После московских пробок, перелета, автобуса и прочих испытаний я отрубилась, как младенец от порции молока. Да еще и коктейль был крепче, чем я ожидала…

Проснулась я оттого, что солнце погасло. Так, по крайней мере, мне показалось спросонья. Успела даже испугаться, что продрыхла до самой ночи, но стоило мне сфокусировать взгляд, как я увидела перед собой загорелое лицо и черные, как крепкий кофе глаза, опушенные длиннющими ресницами. Вот честно, первой моей мыслью было не «Кто это на фиг такой?!», а «Боже, я хочу себе такие же ресницы!»

– Девушка, вы не забыли про крем от загара? – с легким акцентом произнес обладатель ресниц.

Я заморгала и проснулась окончательно. Надо мной, склонившись, стоял с улыбкой парень примерно моего возраста в белой форменной рубашке официанта. Вот тут-то до меня и дошло, почему женщины западают на турецких альфонсов. Широкие плечи, волевой подбородок, контраст белоснежного воротничка с загорелой кожей… А этот его мягкий взгляд, сладкий, как лукум? Под таким даже бронзовая статуя растает, что и говорить про живую девушку, у которой в постели кроме кота уже год как никого не было!

– Я… Эм… Ничего не забываю, – сморозила я и чуть не зажмурилась от собственной глупости. – В смысле, есть у меня крем, – добавила я жестче, чтобы не выглядеть такой мямлей.

– Могу я вам помочь?.. – начал он, выпрямившись, и меня как током прошибло.

Нет, не потому что рубашка натянулась у него на груди, ненавязчиво обрисовывая мне крепкую подтянутую фигуру. А потому, что такой наглости я даже близко не ожидала. Вы вообще можете себе представить?! Подойти к незнакомой девушке и вот так, прямо с разбегу предложить натереть ее кремом для загара! У них для всех гостей, интересно, предусмотрен такой сервис? Что ж он тогда не подошел заодно и к тому пузатому мужику с мохнатой грудью на соседнем шезлонге? Или его отпугнула татуировка во все плечо «Прости Господи за слезы родной матери»? Вот же кобель! Думает, посверкал своей красивой улыбкой, взмахнул божественными ресницами, окатил феромонами с ног до головы – и все? Я уже бегу за ним в номер, умоляя взять меня поскорее и предлагая взамен бабушкину однушку? Не на ту напал!

– Нет! – рявкнула я так громко, как только могла, и народ вокруг стал удивленно оборачиваться. – Не смейте меня трогать! Вы здесь кто, официант? Вот и разносите свои напитки! Захочу массаж – пойду в СПА, ясно вам?!

– Но я хотел поправить ваш зонт, – опешил парень. Он так убедительно сыграл оскорбленную невинность, что я готова была аплодировать стоя. – Открытое солнце! Вы получите ожог… – и он взглядом указал на зонт, который и вправду уже не отбрасывал на меня никакую тень.

Видно, за то время, что я спала, солнце сменило положение, и я осталась без укрытия. И, признаюсь честно, у меня появились сомнения. Может, зря я наорала на человека? Просто все эти истории Нади и Люды… После них любой бы стал параноиком и в каждом столбе видел турецкого альфонса. А еще я имею обыкновение огрызаться, когда меня будят. Спросите хотя бы моего кота, какие слова он слышит в свой адрес, устраивая в пять утра голодные концерты! Но если кот этого заслуживает, то симпатичный официант, возможно, и правда не хотел ничего плохого… И я уже раскрыла рот, чтобы извиниться, но вместо своего голоса услышала бас мужика с мохнатой грудью.

– Он что, приставал? – встрял он. – Ты чего лезешь к приличным девушкам? Рамсы попутал?!

Что такое «рамсы» не знаю даже я, что уж говорить про турецкого официанта. Лицо у парня вытянулось от неожиданности, однако ответить ему никто не дал, – сработал синдром «Наших бьют!» Я и моргнуть не успела, как на бедного турка наехали человек десять. Может, вид у меня был чересчур бледный и изможденный, может, кричала я слишком отчаянно… Короче, мне стало жалко официанта и жутко стыдно за себя. Устроила истерику на пустом месте! Даже если он кремом предлагал меня намазать – делов-то! Не напал ведь с ножом из-за угла. Послала бы, и все.

Впрочем, в тот день турку улыбнулась удача. Растерзать его никто не успел, – на горизонте нарисовался строгий дядечка в очках с большой папкой под мышкой. Я не детектив, конечно, но в ту секунду готова была поспорить на сто долларов, что это – управляющий.

– Серкан! – крикнул он, и парень тут же ухватился за спасательную соломинку и слился.

На пляже пожужжали еще немного на тему харрасмента и бесстыжих турков, но так, не дольше, чем о подтаявшем мороженом, которое по недосмотру выдали на десерт.

Об этом незначительном инциденте я забыла бы довольно быстро, если бы не посмотрела вечером в зеркало. Такой красной я себя не видела никогда. По-моему, по сравнению со мной вареные раки нервно курили в сторонке. А ведь девчонки из офиса мне целую лекцию прочли о том, как уберечься от ожогов!

Не знаю, что мучило меня сильнее: боль в обгоревшем туловище или совесть. Потягивая джин с тоником за ужином и украдкой прижимая холодный стакан к щекам, я пришла к выводу, что красавчик-официант был чуть ли не святым. Я поставила себя на его место: вот он замечает на пляже новенькую туристку. А это не трудно, если все шезлонги завалены загорелыми телами, и среди них затесалась бледная моль вроде меня. Смотрит – и так по-человечески про себя вздыхает: «Бедолага! Она же сгорит за полчаса!» Подходит, вежливо будит, и что в ответ? «Спасибо»? Нет, бабская истерика со всеми вытекающими. Вот и делай после этого людям добро!

Курица со сливочным соусом практически встала у меня поперек горла, и я поняла: не будет мне покоя, пока я не извинюсь. Собравшись с духом и опрокинув еще стаканчик, я побрела по территории в поисках моего Серкана. То есть, не моего, конечно. Просто Серкана.

Пляж был уже закрыт, в баре за стойкой торчал совершенно незнакомый парень, который по-русски понимал плохо и на любое мое слово кивал и протягивал ром с колой, добавляя корявое «Пожалуйста». Наигравшись в трудности перевода, я прямо в лоб ему выдала:

– Серкан?

И вдруг услышала у себя за спиной знакомый голос:

– Вы меня искали?

Я обернулась: мой… Да что ж такое! Просто Серкан сидел в плетеном кресле и вальяжно покуривал кальян. Выражусь мягко: я пришла в крайнее изумление. Похоже, этому везунчику все сошло с рук. Будь я управляющей, я бы его хоть как-нибудь наказала. Штрафные работы, мытье полов… Или строгий выговор, на худой конец! И уже поверьте, после моего выговора он бы уж точно не сидел и не улыбался, как Чеширский кот.

– Вам разве не нужно работать? – я скептически оглядела его наряд: Серкан успел переодеться в черную футболку и узкие джинсы.

– Мой рабочий день закончился, – спокойно отозвался он, не переставая лениво изучать меня взглядом.

Это вызывало у меня странное чувство: вроде парень просто смотрел, а я почему-то ощутила себя девушкой легкого поведения. Знаете, когда их ставят в ряд, а клиент ходит и выбирает. И, что самое непонятное, мне вдруг жутко захотелось одернуть сарафан или поправить волосы, как будто я подсознательно боялась ему не понравиться. Дичь, правда? Вот и я так подумала. И мысленно приказала себе немедленно вытряхнуть подобные глупости из предательского подсознания. Я ведь извиняться пришла, а не флиртовать!

И мне бы, по идее, буркнуть что-то вежливое, мол, никого не хотела обидеть, и сбежать. Но просить прощения, глядя в эти бесстыжие кофейные глаза, которые так беззастенчиво шарили по моему телу, оказалось чертовски трудно. А отшить Серкана без веской на то причины второй раз за день – означало расписаться в том, что я конченная истеричка. Поэтому, изобразив холодное безразличие, я светским тоном произнесла:

– Вы хорошо говорите по-русски!

– У меня талант к языку, – он хитро прищурился, и мне оставалось лишь гадать: он сознательно допустил эту двусмысленную ошибку, или мне опять мерещится то, чего нет. – Если хотите узнать меня получше, у меня вкусный кальян. Могу угостить! – и он приподнял свой мундштук.

Он явно издевался! Я ведь не сошла с ума? Как еще трактовать эти бесконечные пикантные намеки? То про язык скажет, то это его… Не хотите ли, мол, дунуть в мой кальян? И вдобавок по всему он говорил это таким вкрадчивым голосом! Тихим, обволакивающим, с легкой хрипотцой… Серьезно, с таким голосом только сексом по телефону заниматься!

Я призвала все свое самообладание, сжала стаканчик рома с колой, как будто он мог вернуть меня в реальность.

– Я только хотела извиниться. За пляж.

– Что – «пляж»? – расплылся в ухмылке Серкан.

– Я зря на вас накричала. Просто… Я думала, вы собираетесь натереть меня кремом от загара.

– Может, я и собирался, – он медленно поднялся и шагнул ко мне. – Но теперь надо натереть вас кремом после загара…

У меня от возмущения аж дыхание сперло. Это было слишком! Он стоял так близко, что я почувствовала аромат его парфюма, смешанный со сладковатым запахом кальяна… Нет, я явно перегрелась на солнце! И ром с колой после парочки джина с тоником был лишний. Проклятая система «все включено»! Я поплыла, как девочка-подросток после выпускного. И мне нужно было любыми средствами остановить это безумие. Именно поэтому я сделала то, что сделала: рука дернулась сама, и я плеснула остатки своего коктейля прямо в лицо этому нахалу.

Он моментально отступил, забавно отфыркиваясь, кажется, кола попала ему в нос. До меня донеслись смешки со всех сторон. Еще бы, сеанс бесплатной вечерней анимации! Но на сей раз я жалеть подлеца не собиралась. Поделом ему! Возомнил о себе, черт знает что, решил, что я за ним бегаю! Да кто он вообще такой?! Одно дело, когда в официанты идут студенты, другое – когда взрослый двадцатипятилетний мужчина не нашел ничего лучше, чем подносить стаканы постояльцам отеля! Ежу ясно, что он самый обычный раздолбай! Вместо того, чтобы получать высшее образование и строить нормальную карьеру, ходит тут и строит глазки туристкам. Таких сразу нужно ставит на место. И пусть еще спасибо скажет, что я не взяла из номера Надин перцовый баллончик – тогда бы народ еще не так смеялся, глядя, как он утирает слезы! Гордо расправив плечи, я зашагала прочь. Не собиралась я позволять каким-то самовлюбленным официантам портить мой законный отпуск!

Весь следующий день Серкан не попадался мне на глаза, и я, наконец, смогла расслабиться. Конечно, мне приходилось натираться тремя слоями крема, чтобы не сгореть окончательно, но краснота потихоньку начала сходить, а море, как известно, – лучшее лекарство от любых невзгод. Я не вылезала из теплейшей воды, валялась под зонтиком и читала легкий любовный роман.

Но уже к вечеру все снова пошло наперекосяк: перед самым ужином я столкнулась с Серканом у дверей ресторана. Он о чем-то болтал с другим официантом и, заметив меня, нахмурился. Я мысленно расхохоталась. Все же мне удалось сбить с него спесь!

– Добрый вечер! – учтиво кивнул Серкан.

Я прошла мимо, не удостоив его ответом, и отправилась набирать себе всякие лакомства. Однако от одной встречи аппетит у меня почему-то пропал начисто. Я постоянно чувствовала на себе его взгляд. Сначала старалась не замечать этого, но стоило мне поднять глаза – я снова и снова на тыкалась на его тяжелый взгляд. Понять бы еще, о чем он там думал! Лелеял план мести или просто изучал девушку, которая посмела не попасть под его чары альфонса? Как бы то ни было, я чувствовала себя не в своей тарелке.

Кстати, о тарелках. Я демонстративно наложила себе кучу еды и уже хотела пройти за свободный столик, как вдруг услышала сбоку громкий хлопок. От испуга тяжеленная тарелка выскользнула у меня из рук, осколки и ошметки еды полетели во все стороны. Я обернулась… И угадайте, что? Серкан стоял в метре от меня с только что откупоренной бутылкой шампанского! Этот гад прямо-таки задался целью меня доконать!

В любой другой ситуации я бы чуть сгорела от стыда за свою неловкость. Бывают туристы, которые считают, что все им должны: мусорят, где попало, бросают еду и посуду, где попало. Плевать, мол, лакеи для того и нужны, чтобы убираться. Но я не такая! Я всегда убирала за собой, и убрала бы и сейчас, но меня обуяла страшная злость. Пугать он меня будет! Детский сад какой-то, еще бы петарду под ноги бросил, как школьный хулиган. Ха! Да я и пальцем не пошевелю!

Ко мне тут же кинулся другой мальчишка-официант, готовый ликвидировать беспорядок, но я – за справедливость.

– Нет! – воскликнула я и указала на Серкана. – Он все уберет.

Мальчишка посмотрел на меня с таким испугом, что я опешила. У них тут что, дедовщина?

– Но… – пролепетал паренек, с опаской покосившись на Серкана.

– Да, – твердо отрезала я. – Это он виноват, пусть убирает, – и я заставила себя взглянуть Серкану прямо в лицо. – Или мне обратиться к управляющему?

Глаза Серкана сузились, челюсти сжались. Мгновение мы сверили друг друга взглядами, а потом он что-то быстро сказал мальчишке на турецком, и тот исчез так же быстро, как и появился.

Да, ужином мне насладиться не удалось, но знали бы вы, как приятно было наблюдать за уборкой! Серьезно, лучшее представление в жизни! Я всеми фибрами ощущала, как ему унизительно опускаться передо мной на корточки и сгребать с пола еду в совок. Ох, если бы на этом все закончилось…

Стоило мне найти, наконец, столик и взяться за ужин, как Серкан возник передо мной с бутылкой вина наперевес.

– Комплимент отеля, – елейно изрек он.

Я настороженно воззрилась на этот презент. После расправы, что я учинила над ним, он вполне мог подсыпать в бутылку пару столовых ложек цианида.

– Спасибо!

Пить я, разумеется, не планировала. Отставила бутылку подальше, доела и поспешила уйти из ресторана. И что вы думаете?! Серкан догнал меня в коридоре у лифта. Если бы вы на моем месте не решили, что это смахивает на назойливые преследования, то могу только позавидовать вашему хладнокровию.

Я будто очутилась в сцене из фильма ужаса. Только представьте: пустой коридор, устеленный мягким ковролином, заглушающим шаги, мигающая лампочка на потолке – и высокий брюнет со жгучим взглядом и тяжелой бутылкой в руках. Несмотря на то, что температура на улице была градусов тридцать пять, и я весь день изнемогала от жары, в ту секунду мне стало зябко.

– Вы забыли, – низким голосом произнес Серкан, и у меня по спине побежали мурашки.

– Я… я не хочу, – сбивчиво пробормотала я.

Вся моя решимость куда-то подевалось – поблизости не было ни одного человека, никого, кто мог бы вступиться за меня. Я бы даже мужику с мохнатой грудью сейчас обрадовалась! Говорят же, что у турков горячий нрав… Откуда мне было знать, вдруг он взбесился из-за того, что я не клюнула на его обаяние, да еще и унизила у всех на виду?!

– Можете выпить в номере, – он шел на меня, и в его интонациях мне чудилось, будто он собирается проводить меня до самой постели.

– Н-н-нет… Спасибо… – я попятилась к лифту, лихорадочно нащупывая за спиной кнопку вызова. Мамочки! И почему я не прихватила перцовый баллончик?!

Лифт ободряюще звякнул у меня за спиной, и я поспешила шагнуть внутрь… Но зацепилась каблуком о край ковролина.

Все случилось так быстро, что я не успела сориентироваться. Вот я падаю – и вот уже Серкан обхватывает меня своими сильными руками, и по моей груди струится прохладная жидкость… Стоп! Это что, вино?! Да еще и красное? Мой новенький сарафан за пять тысяч!

– Не-е-ет… – разочарованно протягиваю я, оглядывая уродливое бордовое пятно, увеличивающееся с каждой секундой.

Серкан опускает голову, видит, что натворил, но отчего-то не разжимает руки. Напротив, я чувствую, как напрягаются его мышцы. Мокрая ткань облепляет меня, как вторая кожа… Ну да, я не надела лифчик! Посмотрела бы я на вас в такую-то жару!

– Не смотри… – смущенно ежусь я, но Серкан меня как будто не слышит.

Взгляд его темнеет, кофейные глаза становятся чернильными. Ноздри раздуваются, как у быка на корриде, кожу щекочет его горячее дыхание… И он прижимает меня к себе еще сильнее. Я одновременно и хочу вырваться и не могу. То, что удерживает меня в его объятиях, сильнее разума. Тело словно уже не хочет подчиняться мне, оно выбрало себе нового хозяина.

– Твоя рубашка тоже испачка… – в отчаянии шепчу я, но договорить мне мешают его губы.

Так меня не целовал еще никто. Жадно, страстно… Еще немного, и я бы сказала, что Серкан был груб, но нет. Это был один из тех поцелуев, о которых пишут в книгах. Поцелуй, который стирает память, поцелуй, который откровеннее, чем секс.

Я не ответила ему, но и не нашла в себе сил оттолкнуть. Конечно, когда я буду рассказывать об отпуске Наде с Людой, я привру, что влепила ему такую пощечину, что в отеле задрожали стекла. Не хватало еще, чтобы они считали меня легкомысленной девицей, падкой на смазливых парней! Но, между нами, вряд ли на свете нашлась бы хоть одна девушка, которая после такого поцелуя смогла бы послать парня ко всем чертям и уйти восвояси ровной походкой. Потому что пьянил он сильнее, чем алкоголь во всех отельных барах вместе взятый.

В чувство меня привела рука Серкана. И нет, он не встряхнул меня за шкирку со словами «Очнись, девочка!» Он опустил руку и медленно двинулся по бедру вверх, попутно задирая подол сарафана. Я благодарю Бога за то, что он наделил меня маломальским инстинктом самосохранения, и я не потеряла голову окончательно. Напротив: в мозгу у меня сработал сигнал тревоги, зазвенела пожарная тревога девичьего достоинства.

– Пусти! – выдавила я, отпихивая от себя дьявола-искусителя. – Нет!

– Нет? – переспросил он с таким удивлением, как будто я заявила, что земля плоская и стоит на четырех слонах.

– Ты меня бесишь! – я одернула сарафан и выпятила подбородок.

Но никакого устрашающего эффекта мои действия не произвели. Просто я не знала в тот момент, как выгляжу со стороны, не подозревала, что Серкан видит и мои дрожащие, припухшие после поцелуя губы, и грудь, весьма условно прикрытую полупрозрачной от пролитого вина тканью. И в отличие от меня, грудь красноречиво сообщала Серкану, что не против продолжения банкета. Но все это я осознала уже потом, в номере, осматривая себя в зеркале. А тогда, в лифте, я казалась себе стойкой, как кремень, благородной девицей.

– Что? – переспросил Серкан.

Я ведь и забыла, что имею дело с турецким верноподданным! Откуда ему знать, что такое «бесишь»?

– Ты мне не нравишься, – пояснила я, и для ясности добавила: – Я тебя терпеть не могу! Пре-зи-ра-ю! Ненавижу таких, как ты! И я никогда, слышишь, ни-ког-да в жизни не буду с тобой… Ничего с тобой не буду!

– Почему?

– Потому что ты – альфонс! Я знаю таких, как ты! Нищий официант, ищешь тут себе богатых туристок! Так вот, от меня тебе все равно ничего не светит, заруби это на своем наглом длинном носу! – я вошла в раж.

– Значит, ты спишь только с богатыми? – зловеще прищурился Серкан.

– Да! – выпалила я. – Я ложусь в постель только с миллионерами!

На этом я вытолкнула турка из лифта, яростно вдавила кнопку, и двери закрылись прямо у него перед лицом, я едва успела пихнуть ему чертову бутылку вина, которая загадочным образом осталась у меня в руках.

Конечно, я ему соврала! Я никогда не выбирала мужчину, руководствуясь размером его банковского счета. Но Серкану знать об этом было совершенно необязательно. Пусть считает меня алчной, меркантильной, какой угодно. Лишь бы только он и на пушечный выстрел ко мне не приближался.

Глава 2

С того самого вечера мой отпуск стремительно пошел на лад. Как бабка отшептала: ни Серкана с его приставаниями, ни каких-то других назойливых альфонсов. Поди знай, может, у них есть общий чат, куда Серкан сбросил мою фотку и предупредил остальных, что эта истеричка особо опасна.

Солнечные ожоги прошли, кожа покрылась приятным загаром, от расслабона я буквально чувствовала себя заново рожденной. А уж похвастаться коллегам по видеозвонку красивой картинкой – отдельное удовольствие. Каюсь, грешна, но хоть кто-то должен был оценить роскошь моего отеля!

Минус в отдыхе был только один: он слишком быстро закончился. Мне предвещали, что за десять дней я от скуки на стенку полезу, а море и песок набьют оскомину сильнее, чем московский асфальт. Какое там! Я готова была мертвой хваткой вцепиться в ворота, лишь бы не возвращаться в офисную газовую камеру. Ну не успела я соскучиться по своим бесконечным папкам, контрактам и накладным. Иногда мне кажется, что я была бы рада увидеть их снова, только если бы отдыхала где-нибудь в Магадане.

В последний вечер я забросила монетку подальше в море и, зажмурившись, загадала желание поскорее вернуться на прекрасное побережье. О, если бы тогда я знала, какие извращенцы отвечают за исполнение желаний…

Но обо всем по порядку. Я взяла себя в руки, собрала чемодан, перепроверила все документы – паспорт, билет, банковские карты. Приготовила дорожную одежду, поставила будильник в телефоне на два часа ночи, чтобы до трех спокойно накраситься и сесть в обещанный туроператором автобус. Потом подумала – и решила до кучи еще сходить на ресепшн, попросить, чтобы меня разбудили. Да, обычно телефон меня не подводил, но кто знает? К тому же, есть у меня одна особенность: я засыпаю быстро и сплю крепко. Бессонница – вообще не моя история. Есть люди, которые перед перелетом нервничают, ворочаются с боку на бок, так вот, я – не из таких. Я могу вырубиться, где угодно: в метро, в автобусе, за рабочим столом, лежа, сидя, стоя… Нет, правда, однажды я ехала в такой давке, что преспокойно продрыхла всю дорогу, зажатая между чьими-то спинами. Поэтому в моем случае лучше перебдеть, чем недобдеть.

А теперь догадайтесь с трех попыток: кого я встретила на ресепшн? Правильно, Серкана. Едва лишь завидев за стойкой знакомую фигуру, я сразу подумала, что это, наверное, подарок от Вселенной. Ну, чтобы не так жалко было уезжать. А еще я удивилась, с чего он вообще околачивается на ресепшн? Или у них в отеле сотрудники выполняют все функции сразу? Забавно, если наша компания введет такую систему: сегодня ты юрист, завтра логист, послезавтра – сисадмин… Бардак какой-то! Но выяснять это или требовать другого администратора у меня не было ни времени, ни желания. Мне вообще не улыбалось выяснять что-либо у Серкана.

Я нацепила маску ледяного безразличия и двинулась к стойке. Серкан же упорно делал вид, что не замечает меня, хотя там кроме нас с ним никого не было, а стук моих каблуков эхом разносился по всему фойе.

– Добрый вечер! – кашлянув, произнесла я.

– Чем могу помочь? – он даже не поднял глаз, сосредоточенно заполняя какой-то бланк.

Тоже мне, «Гордость и предубеждение»!

– Я хочу заказать услугу «будильник». На два часа. Номер четыре два ноль пять.

Серкан сделал какую-то заметку и соизволил, наконец, на меня посмотреть.

– Ждем вас в следующем сезоне!

– Только если вас тут не будет! – съязвила я. Не смогла удержаться от шпильки напоследок.

В ответ Серкан что-то пробурчал по-турецки. Прозвучало это довольно зловеще, как какое-то опасное заклинание. Но я не придала значения его фокусам, – в конце концов, от моего отъезда выиграем мы оба.

Вернувшись в номер, я растянулась на большой удобной кровати. Знала, что по ней я буду особенно скучать – никакого сравнения с моим московским раскладным диванчиком, который скрипит и норовить вот-вот предательски заколоть меня пружинами. Спала я крепко и сладко. Если честно, даже слаще, чем обычно. Мне снилось, что я пришла на педикюр в фешенебельный салон, декорированный под восточный дворец, сижу в мягком бархатном кресле, а мой мастер – Серкан. Сидит у моих ног, как послушный котенок, и делает мне массаж ступней. На нем такие старомодные шелковые шаровары – и больше ничего. Голый мускулистый торс, явно натертый маслом, бугорки мышц так и перекатываются на спине. Умелые руки нежно касаются моей кожи, скользят по лодыжкам, икрам… Короче, будильник затрезвонил максимально невовремя.

Я наощупь отключила его, отшвырнула телефон обратно на тумбочку, а потом позволила себе еще пару секунд поваляться. Сон был таким реалистичным, что я будто до сих пор ощущала где-то под коленками прикосновения горячих мужских пальцев. Наверное, это была просто простыня, которой я укрывалась.

Стряхнув остатки сна, я потянулась за телефоном, чтобы проверить, не отложился ли вылет, но по глазам резанули странные цифры: «3:01». Я резко села, не въезжая, что вообще творится. Ошибки быть не могло. Электронные часы исправно указывали, что сейчас три утра. Но я ведь точно помню, как ставила будильник на два! Окей, даже если я что-то напутала, – хотя такого со мной еще не бывало, – где был чертов администратор с ресепшн? Ни звонка, ни стука в дверь… Не до такой степени крепко я сплю!

Паника накатила на меня удушливой волной, сердце заколотилось, как ненормальное. В три часа автобус должен был уже отъехать от отеля! Нет-нет, они бы так не поступили. У них есть список туристов, они бы меня хватились! Подождали бы… Всего-то минутка прошла… Черт! Уже три ноль две!!!

Я не знаю, как я вообще умудрилась одеться. Руки тряслись, как у алкаша с застарелой белой горячкой. Казалось бы: ну чего сложного! Просто джинсы, просто футболка… И будь я спокойна, я бы была готова в мгновенье, но сейчас как назло даже простейшие вещи давались мне сложнее, чем дошколенку. Сначала я сунула ноги в одну штанину, потом запуталась и чуть не рухнула, потом упорно пыталась втиснуться в треклятые джинсы задом-наперед. После такого футболка, вывернутая наизнанку, уже не особо меня расстроила. Плевать, увидят ли все швы и этикетку, если я опоздаю на самодет.

В три ноль четыре я, чертыхаясь, вылетела из номера. Ну, как вылетела: вывалилась с чемоданом в обнимку. Как же все-таки хорошо, что я спокойно собрала его с вечера.

– Где?!.. – выдохнула я, едва двери лифта распахнулись передо мной на первом этаже, и я ступила в фойе.

Пришлось мысленно самой себе ответить в рифму: ни других туристов, которые должны были улетать на том же рейсе, ни отельного гида в форменной футболке, который должен был бегать кругами и спрашивать, где недостающая Мария Ледовская. Серьезно?! Я опоздала всего на пять минут, а они уехали, даже не моргнув?! Но я ведь платила, последними деньгами платила за этот чертов трансфер.

– Эй! Кто-нибудь! – раненой белугой заверещала я.

Из подсобки выскочила девушка с аккуратным пучком. На груди у нее поблескивал бейджик «Maria». Отлично! Тоже русская, да еще и тезка – это точно знак! Вселенная на моей стороне!

– Где автобус от «Гермес Трэвел»? Их гид? Как его… Чтоб меня! Ахмет, Мехмет…

– Мустафа? – переспросила тезка. – Они уехали. Пять минут назад.

Из меня вырвалось такое ругательство, что девушка слегка покраснела.

– Супер! – добавила я. – Почему меня никто не разбудил! Я заказывала будильник… В смысле, услугу… Номер четыре тысячи двести пять! Ледовская!

Девушка принялась перебирать на столе какие-то бумажки.

– Но у меня нет такой информации… А к кому вы обращались? Я не помню, чтобы вы подходили…

– Серкан! – рявкнула я, чувствуя, как глаза наливаются кровью. Мне хотелось разнести этот отель по камешкам.

– Серкан?! – моя тезка почему-то вздрогнула. – Нет-нет, он не мог. Он не работает на ресепшн. Дело в том, что он…

– Да плевать я хотела, кто он! – я и достала из кармана телефон. – Имейте в виду, если я опоздаю на рейс, вы будете компенсировать мне перелет!

Где-то у меня должен был сохраниться номер этого Мустафы… Он давал его на первой встрече с туристами, когда пытался втюхать свои дурацкие экскурсии… Вот! Есть!

Яростно тыкая пальцем в экран, я набрала проклятого гида.

– Алло! Да! Это Мария Ледовская. Ле-дов-ска-я! «Султан СПА резорт»! – затараторила, сжимая трубку. – Автобус должен был забрать меня в три часа ночи… Да знаю я! Всего на пять минут…

Проклятый Мустафа на корявом русском стал сонным голосом доказывать мне, что хоть и не он лично забирал туристов в аэропорт, его компания всегда заботится о каждом госте. Тогда я потребовала как-нибудь связаться с тем, кто забирал туристов и выяснить, почему именно я оказалась недостойной заботы.

С минуту я мерила шагами фойе, надеясь, что мои каблуки оставят в их пафосном мраморе хотя бы парочку трещин. Как они могут выдавать себя за пятизвездочный отель, если пускают кого попало на ресепшн и не в состоянии даже разбудить гостя! Была бы я какой-нибудь американкой, засудила бы всю эту шарашку к чертовой матери.

Наконец, телефон зазвонил, подмигивая незнакомым номером.

– Алло, Мария? – услышала я чистую русскую речь. – Меня зовут Оксана, и я отвечаю за групповой трансфер…

– Чудесно, – процедила я. – И как же вы так отвечаете, что бросили меня тут?

– Мы вас не бросали. Нам поступила информация, что вы выбрали индивидуальный трансфер.

– Не знаю, откуда вам поступила такая информация, но… Постойте, что это вообще значит?

– Что вы поедете в аэропорт на отдельной машине!

Я воспряла духом. Зря я катила на них бочку! Может, это какой-то комплимент или акция? Все-таки умеют они предоставить хороший сервис! Если честно, трястись два часа на автобусе, забитом под завязку – такое себе удовольствие.

– Слава Богу! – выдохнула я в трубку. – И где меня будет ждать машина?

– Не знаю. Это вам лучше уточнить у диспетчера, когда будете вызывать такси.

Честно – я и не подозревала, что способна так орать. Моему возмущению не было предела, от злости я готова была лопнуть и забрызгать все фойе.

– Девушка, успокойтесь, не кричите. Выясняйте все с отелем! Я приехала за туристами, и менеджер сказал мне, что вы просили передать…

– Стойте! – я с трудом перевела дух, и у меня внутри что-то екнуло. – Какой менеджер?

Ответ я уже знала заранее.

Серкан.

Ну, конечно! Вот, значит, как он решил мне отомстить! Самовлюбленный нахал, мерзавец, скотина! Я его отшила, а теперь мне же еще и платить за это! Да поездка из Сиде до Анталии встанет мне как минимум баксов в сто! На кредитке у меня еще остались деньги, но я вообще-то планировала жить на них до следующей зарплаты. Твою ж мать!

Не опаздывай я на самолет, я бы прямо сейчас побежала разыскивать Серкана, чтобы разодрать его в клочья. Я бы кусала, била, пинала его, и то не факт, что это дало бы мне хоть немного удовлетворения. Он знал, знал, что и в этот раз выйдет сухим из воды! Потому что никто не станет тратить время на разборки, когда на кону обратный вылет. Может, он еще и спрятался где-то, чтобы исподтишка похохотать надо мной от души. Ну ничего, кармические бумеранги еще никто не отменял.

– Мария! – я снова ломанулась на ресепшн. – Помогите! Мне надо срочно вызвать такси!

Тезка оказалась на редкость расторопной. Вот уж точно – плохую девушку Марией не назовут, знаю по себе! Уже через десять минут у отеля меня ждала машина.

Сначала я нервничала, теребя ремень безопасности, дергалась и поглядывала на часы, но вскоре до меня дошло, что в аэропорту я окажусь даже быстрее, чем автобус от «Гермес трэвел». Они-то собирают туристов по всем отелям, а я еду с ветерком и комфортом, как какой-нибудь дипломат.

Расплатившись с таксистом, я направилась в терминал, навестила дамскую комнату, а потом отыскала на табло номер своей стойки и преспокойно подошла к ней. Вот ирония: я так боялась опоздать, а оказалась первой! Впрочем, как выяснилось, самое страшное ждало меня впереди.

Я полезла в чемодан за своим пластиковым конвертиком для документов, но его там не было. Раздражая очередь, я принялась судорожно перерывать аккуратно сложенную одежду, обувь, косметичку… Мне казалось, что все это творится не со мной. Или, по крайней мере, не наяву. Что вот сейчас я проснусь в номере отеля, – а на часах два ноль ноль, и вся эта чудовищная нелепица окажется обычным кошмаром.

– Постойте… Билет… Он был здесь…

– Билет не нужен, – любезно сообщила девушка за стойкой. – Только ваш паспорт.

– Его… Его… – у меня даже язык не поворачивался сказать «нет». – Послушайте, у меня есть скан! Там все видно – номер, мою фотографию… Вы же можете пробить по базе?

– Они вам что, менты? – недовольно вмешалась дама за моей спиной. – Не задерживайте! Идите в сторонку и там ищите!

– Но он был здесь! Клянусь вам! – я умоляюще воззрилась на сотрудницу авиакомпании. – Пожалуйста, посмотрите в базе!

– Ничем не могу помочь.

– Но если я забыла его в отеле…

– Регистрация продлится еще полтора часа, – любезно, но бездушно, как робот, отозвалась девушка. – Если вы успеете…

– Отель в Сиде! Как я успею?! Послушайте, я никогда ничего не забываю! – я отчаянно вцепилась в стойку. – Я умоляю, войдите в положение!

Но, как и следовало ожидать, в положение никто не вошел. Да я и сама особо не надеялась на чудо. Даже если бы эта девушка проявила нечеловеческое милосердие, то кто бы пропустил меня через границу? Варианта у меня было всего два: возвращаться в треклятый отель за паспортом или попытаться влезть в чей-нибудь чемодан, чтобы улететь в багажном отделении.

Я побрела из здания аэропорта, как побитая собака. Вид у меня был жалкий. Мало того, что я из-за Серкана и телефона не успела ни причесаться, ни накраситься, так еще и слезы градом катились по щекам. Это в кино актрисы плачут красиво, а у меня от слез всегда опухают глаза, физиономия покрывается красными пятнами. Спасибо, сопли не идут пузырями.

Знаю, я не должна была раскисать, но что еще оставалось делать? Денег на карте едва хватало на такси до отеля, на этом лимит по кредитке будет исчерпан. И даже если обратно в аэропорт я пойду пешком, то на билет в Москву точно не наскребу. У матери деньги просить бесполезно, она сама не работает, а ее хахаль удавится, но не выдаст мне ни копейки. Он и так при каждом удобном случае рассуждает о том, как она испортила меня своим воспитанием, какая я неуважительная, инфантильная и безнадежная. Уж лучше стану турецким бомжом и умру здесь от обезвоживания на обочине дороги, чем позволю ему произнести: «Я же говорил, что от нее одни проблемы!» А просить у девочек… Можно, конечно, но не в шесть же часов утра! Тем более, что спешить мне без паспорта все равно некуда. Вот вернусь в отель, – благо, браслетик я еще не сняла, а выселение у них по правилам в полдень, – перекушу, заберу из номера паспорт, и дальше уже буду решать, как выходить из моей патовой ситуации.

Но не успела я поднять руку, чтобы подозвать ближайшего таксиста, мне на глаза вдруг попалась знакомая форменная футболка от «Гермес Трэвел». Блондинка с конским хвостом, душераздирающе зевая, глушила кофе из бумажного стаканчика у входа в терминал. Я мысленно скрестила пальцы: неужто мой ангел-хранитель, наконец, проснулся, и это та самая Оксана, с которой я беседовала по телефону с утра? По идее, все сходилось: она только что выгрузила туристов на обратный вылет. Не погонят же они автобус обратно порожняком?

– Девушка, – на ходу утирая слезы, я поволокла чемодан к сонной блондинке. – Вы Оксана?

Вам бы видеть ее лицо: она, наверное, решила, что я какая-то городская сумасшедшая. По крайней мере, в ее глазах читалось явное намерение уносить ноги.

– Д-да… – запнувшись, выдавила она.

– Я звонила вам сегодня! Мария Ледовская. Вы еще забыли меня в отеле.

– Я не…

– Знаю-знаю, такси и все-такое! – отмахнулась я. – Я готова простить вам эту оплошность, если вы отвезете меня обратно в отель.

Несчастная аж поперхнулась.

– Постойте. Вы же улетать должны. У вас путевка закончилась…

Я сбивчиво изложила ей свою историю, подспудно преграждая все пути к отступлению. Я была настойчивой, как голодный цыганенок, вцепилась в Оксану мертвой хваткой. Где-то в глубине души я ей сочувствовала, прекрасно понимая, чем ей грозит нелегальная перевозка всклокоченных «зайцев» на автобусе компании. Девушка была моложе меня и тряслась за свою карьеру, как осиновый листок, но я ведь тоже не зря проработала три года менеджером по продажам пластиковых окон! Если что я и умела в этой жизни, так это впаривать – и добиваться своего.

– Вы же все равно поедете в «Султан СПА Резорт»! – увещевала я свою жертву. – Ну кто узнает, что я не из списка туристов? Водитель? Я вас умоляю, ставлю сотку, что он по-русски кроме «спасибо» и «добрый день» ни слова не знает! И потом, я лично напишу про вас во всех отзывах! Даже на сайте компании! Мол, в Турции, конечно, неплохо, но море и солнце меркнут перед работой чудесной девушки Оксаны. И если после такого вас не повысят, то уж точно с руками оторвут другие туроператоры!

Не знаю, подействовали на Оксану мои чудеса убеждения, или она решила, что помочь – это единственный способ от меня избавиться, но вскоре я уже сидела на откидном стульчике рядом с водителем и слушала, как Оксана чуть дрожащим голосом приветствует новоприбывших на солнечное Анталийское побережье.

Радость от моей крошечной победы быстро прошла. Я смотрела, как радуются туристы, с каким восторгом липнут к окнам дети, и у меня внутри все сжималось. Им-то предстоит отпуск, сплошь позитивные эмоции, а мне еще расхлебывать и расхлебывать…

Уже вылезая из автобуса, я вдруг оценила всю иронию ситуации. Да, мое желание поскорее вернуться в «Султан СПА Резорт» сбылось. Но лучше бы я его не загадывала!

К счастью, моя тезка все еще стояла за стойкой ресепшн. Перед ней уже толпилась очередь туристов, готовых к заселению, но я лихо пролезла через них и выдала Марии самую очаровательную из своих улыбок.

– Я забыла паспорт, – произнесла я как можно любезнее. – В номере.

Мария смотрела на меня так, будто увидела призрака. Даже ответила не сразу.

– Понятно. Уборки еще не было, я посмотрю ключ.

Большего мне и не надо было. Выхватив заветную карту из рук администраторши, я поспешила к лифтам. Там меня ждал очередной сюрприз. Точнее, судя по удивленно вскинутым бровям, совершенно не ждал.

– Серкан, – процедила я, стиснув зубы.

– Вы разве не должны были ночью уехать? – невинно поинтересовался он. Нет, ну каков мерзавец!

– А вы разве не должны были меня разбудить в два часа ночи?

– Правда? Не припоминаю…

И тут меня прорвало. Знаю, подобное поведение девушку не красит, но будь вы на моем месте, вы бы еще не так наехали на эту самодовольную ухмыляющуюся рожу.

– Я из-за тебя чуть не опоздала в аэропорт! – завопила я, отбросив китайские церемонии.

– Чуть? – он театрально нахмурился, делая вид, что вспоминает значение слова. – То есть все-таки успели?

– Да! Успела! Но я так торопилась, что забыла паспорт! И теперь мне придется покупать новый билет!

– Ничего, – расплылся в улыбке Серкан. – Уверен, вы найдете себе миллионера, который его оплатит.

И он, – нет, вы можете себе представить? – взял и прошел мимо меня, так и сочась злорадством!

Глава 3

Мне всю жизнь твердили, что нервные клетки не восстанавливаются. А если уже так случилось, что тебя распирает от гнева, отчаяния или злобы, нужно просто закрыть глаза, сосчитать до десяти, а потом медленно выдохнуть.

Я проделала это раз пятнадцать, и знаете, что? Ни черта не помогло!

Я перерыла номер так, словно прибыла сюда с обыском. Перевернула его вверх дном. Я заползала под кровать, отодвигала тумбочки, обшарила каждый сантиметр в шкафу и мини-баре. Рискуя надорвать кишки, я поднимала матрас. Перетряхивала постельное белье, выворачивала наволочку и заглядывала в каждый угол, каждую щель.

Паспорта не было.

Я снова сунулась в чемодан, надеясь, что красная книжица все же обнаружится там, где-нибудь на дне, закопанная под одеждой. И тогда я разозлюсь на себя, что плохо искала в аэропорту, но хотя бы верну документ – и шанс снова оказаться дома. Еще вчера я с тоской думала про свою видавшую виды однушку с окнами на лебедей из покрышек, которых понатыкала в клумбу моя соседка, возомнившая себя ландшафтным дизайнером. Но сегодня мне уже милее и краше этих лебедей ничего не было! Я готова была расцеловать каждую покрышку, обещала, что буду каждые выходные помогать с прополкой флоксов, что никогда-никогда больше не поеду в Турцию…

Но что бы я ни думала, что бы ни делала, как бы тщательно не искала, паспорта не было. В какой-то момент я сдалась, рухнула на колени в кучу разбросанной одежды и во весь голос застонала от досады. Где я могла его посеять?! Может, он вывалился у меня из сумочки в такси? Или кто-то спер его в аэропорту, когда я ходила в туалет? Чемодан был без присмотра пару минут, не могла же я затащить его в кабинку. Но кому вообще нужен чей-то паспорт?

Это был конец. Сто баксов на кредитке, чужая страна – и никаких документов. А через пару часов у меня не будет еще и крыши над головой. И еды. Твою ж мать!

Умывшись холодной водой, я взяла пляжную сумку и отправилась на завтрак, чтобы поесть и набрать с собой булочек впрок. В интернете я прочитала, что при утере паспорта должна сначала пойти в полицию, получить там справку, а потом ехать в консульство, чтобы мне выдали свидетельство, удостоверяющее личность. Такую временную замену заграна, с которой я смогу пересечь границу. Но его делают от одного до двух дней, а все это время мне придется где-то находиться и что-то есть.

Когда сумка была под завязку набита выпечкой я, стараясь не привлекать внимания, нашла себе свободный шезлонг у бассейна и присела, чтобы позвонить Наде с Людой. Сразу в общий чат, чтобы не пересказывать одно и то же дважды.

Они, конечно, пришли в священный ужас.

– Как ты могла! – охала Люда. – Разве можно так относиться к документам?

Я закатила глаза. Если они думают, что я не задала себе этот вопрос уже раз двести, то они жестоко ошибаются.

– Проблема в том, что мне не на что купить билет, – призналась я. Никогда не любила просить деньги, но другого выхода у меня не осталось.

– Но у тебя же должен быть какой-то запас на черный день, – будучи потомственным бухгалтером, Люда не понимал, как вообще можно не планировать бюджет. – Если ты хранишь деньги налом дома в валюте, давай я подъеду, обменяю по выгодному курсу и скину тебе на карту…

– Нет у меня никакой валюты.

– В рублях, что ли? Вот совсем ты меня не слушаешь! Ладно, диктуй адрес…

– У меня вообще ничего нет! – не выдержала я.

В трубке воцарилась тишина.

– А на что ты собиралась жить после отпуска?! – подала голос Надя.

– Ну, у меня оставалось немного. Но половину я уже спустила на такси… И потом: через неделю все равно аванс дадут! Короче, вы можете мне одолжить? Я отдам сразу, как только смогу! Девочки, выручайте, мне реально больше не у кого просить!

– Ну… – смутилась Надя. – Понимаешь, я тут абонемент взяла в фитнес-клуб…

Я зажмурилась. Надя постоянно вляпывалась в эти похудательные авантюры. То спортзал, то аэробика, то бассейн, то курс иглоукалывания… И ни разу больше двух занятий не посетила! Ну почему, почему ей приспичило спустить деньги именно сейчас?

– А ты, Люд? – вложив всю надежду, спросила я.

– Могу дать тысяч десять. Максимум – пятнадцать, – последовал сухой ответ.

– Но этого же не хватит на билет!

– Больше не могу, я сама выписываю тебе аванс, – Люда засопела в трубку. – Не буду говорить, что я тебя предупреждала… Но жить надо по средствам, Маша.

– И что, мне теперь остаться в Турции навсегда? – у меня в глазах защипало от слез: я считала девочек своими самыми близкими подругами, других у меня не было. И сейчас мне казалось, что меня предали, воткнули нож в спину. Я тут подыхаю, а они нотации мне читают! Как будто я сама не знаю, что облажалась!

– Знаешь, мой брат двоюродный как-то всех нас в ресторан позвал к себе на день рождения, – тихо начала Надя, видно, ей было неловко от происходящего. – И не рассчитал. Вышло раза в два дороже, чем у него с собой было.

– И что, ему ты тоже сказала, что взяла абонемент в фитнес-клуб? – съязвила я. Возможно, это и было слишком грубо, но не для того, кто балансировал на краю пропасти.

– Нет. Он договорился с директором ресторана и мыл посуду после всего банкета. Так и расплатился.

– Ты предлагаешь мне мыть посуду?! – я чуть не подпрыгнула. Вот она, значит, какая – женская дружба!

– Почему сразу посуду? – обиделась Надя. – В Турцию многие девушки ездят на сезон работать. Русский язык там позарез нужен! Туристов там встречать, экскурсии водить…

И меня осенило. А ведь правда! Что на ресепшн стоит эта Мария, что на автобусе ездит Оксана… Может, им пригодится сменщица? Мне ведь не так много надо! Несколько дней проработаю – тысяч пятнадцать-двадцать подниму, да еще и Надина десятка – вот тебе и дорога домой!

Немного воспрянув духом, я повесила трубку и хотела уже пойти к руководству отеля, чтобы всеми правдами и неправдами вымолить себе хоть какую-нибудь работенку, а заодно узнать адрес ближайшего полицейского участка, как вдруг до меня донеслось перешептывание двух девиц на соседних шезлонгах. Я обернулась: кажется, они ехали со мной в автобусе. Новенькие, стало быть.

– Ты его видела?! – возбужденно бормотала одна. – Такой красавчик!

– Просто краш! Ты в курсе, как его зовут?

Я проследила за их взглядами… Кто бы сомневался! Серкан! Этот нахал без жертв не останется. Он стоял у бара и о чем-то оживленно беседовал с управляющим, не подозревая, что на него уже клюнули уже две новенькие рыбешки. Да уж, наш пострел везде поспел.

– Ага, я с ним на ресепшн познакомилась, – гордо похвасталась первая. – Серкан… А знаешь, кто он?

О, на этот вопрос я бы с удовольствием дала пару подсказок из зала! Мелочный мстительный альфонс, злобный самовлюбленный осел, кретин с замашками Казановы… Выбирай на любой вкус, что называется! Но девица произнесла нечто уж совсем неожиданное:

– Он сын владельца этого отеля! Прикинь?! А у них же этих «Султанов» – целая сеть, я погуглила! Реальный миллионер!

Я так расхохоталась, что у меня закололо в боку. Вот уж не думала, что хоть что-то сможет поднять мне настроение после всех моих злоключений, но эта отборная брехня заставила меня ненадолго забыть о проблемах. Сын владельца отеля! Миллионер! Мамочки, да у этого парня фантазии просто через край! Видно, обжегся на горьком опыте со мной, понял, что девушки любят побогаче – и вуаля, дурное дело не хитрое! Я читала его схему, как открытую книгу: сначала он напустит пыли в глаза, а потом с грустным видом заявит, что его миллионный счет временно заблокировали, какие-то банковские системные накладки, а ему надо вот прямо сейчас внести аванс за виллу, которую он собирается подарить «невесте» перед свадьбой. И от семейного счастья их отделяет какие-то там жалкие пара сотен тысяч баксов. Эта дуреха с рыбьими губами радостно заложит машину, квартиру и бабушкины шесть соток, а потом Серкана и след простынет.

Вообще говоря, девицы у меня особой симпатии не вызывали, но не предупредить их я не могла. Женская солидарность, как-никак.

А потому я встала с шезлонга, перекинула через плечо сумку с булками и подошла к новеньким фанаткам Серкана.

– Вы уж извините, я случайно услышала… Но вас развели.

– Это как? – хлопнула ресницами одна из девушек.

– Очень просто! Серкан, – я кивнула в сторону бара, – никакой не миллионер. Обычный официант. Нищеброд и аферист. Я б на вашем месте не доверяла всей той чепухе, которую вам несут. В интернете хоть проверяли бы, честное слово!

– А я и проверяла! – парировала девушка, а потом достала из сумочки телефон и зацокала острым коготком по экрану. – Вот! – она развернула гаджет ко мне. – Официальный сайт, между прочим!

Я наклонилась к смартфону, чтобы солнце не бликовало на гладкой поверхности, и с удивлением увидела улыбающуюся физиономию своего заклятого врага с подписью: «Серкан Озтюрк». А прямо над ней – снимок породистого пожилого мужчины, которого, судя по информации с сайта, звали Кемаль Озтюрк. И был он, – опять же, если верить всемирной паутине, – не кем иным, как владельцем сети отелей и действующим генеральным директором.

У меня отвисла челюсть. Нет, я могла бы, конечно, счесть это совпадением, но Серкан и Кемаль были так похожи! Те же глаза, тот же волевой подбородок… Как если бы фотку Серкана загрузили в приложение, которое старит людей. Не может быть, чтобы он и правда…

Я тряхнула головой, отбрасывая нелепую мысль. Бред! Просто этот Серкан опаснее, чем я думала. Может, он хакеру какому-то доплачивает? Или скинул двум наивным девочкам липовую ссылку? Сейчас любой дурак может создать в интернете страничку. Вот кто, скажите на милость, мешает мне состряпать сайтик с логотипом известного автоконцерна и парой ошибок в названии, разместить на главной свою мордашку и ходить потом хвастаться на каждом углу, что я наследница бизнес-империи?

– Дело ваше, – фыркнула я, гордо вскинув подбородок. – Хотите, чтобы вас обманул какой-то мошенник, на здоровье! В любом случае он редкостный кретин!

И, развернувшись на каблуках, я уже хотела вернуться в главное здание отеля, но чуть не впечаталась носом в мужскую грудь. Чтобы уйти от столкновения, я в последнюю секунду отшатнулась, нога скользнула по влажной от бассейна плитке… И меня уже во второй раз удержала от падения рука Серкана. Да, это был он, – кто еще станет преследовать меня с упорством серийного маньяка?

– Пусти! – рявкнула я, отдернув локоть, и от этого движения переполненная пляжная сумка слетела с моего плеча. Ватрушки, плюшки, булочки бодро запрыгали по дорожке, будто проходили кастинг на роль Колобка.

Ничего позорнее со мной случиться не могло в принципе. Брови Серкана тут же насмешливо изогнулись, губы растянулись в злорадной ухмылке.

– Воруешь ты, а мошенник – я? Не знал, что у тебя нет денег на еду, – он и не подозревал, что бьет в самую точку. – Я передам поварам, чтобы не выбрасывали остатки.

Кровь жаркой волной прилила к моим щекам. Я чувствовала, что неудержимо краснею, но не знала, от чего именно: от чудовищного стыда или от нечеловеческой злости. В конце концов, это по его вине я стою сейчас здесь, а не смотрю легкий сериальчик в салоне самолета! Это из-за него я потратила на такси невообразимую сумму, и теперь вынуждена таскать из ресторана выпечку, чтобы не умереть с голоду, пока консульство будет восстанавливать мою личность!

И вот как, скажите на милость, я должна была поступить? Отвесить пощечину? Слишком пафосно. Придумать язвительный ответ? На мой раскаленный от гнева мозг был в тот момент неспособен. Поэтому я просто приблизилась к нему почти вплотную и свистящим змеиным шепотом процедила:

– Ненавижу! – и ушла, оставив весь свой провиант валяться на дорожке.

Глава 4

Слава Богу, не перевелись еще в Турции добрые люди. Нельзя судить народ по одному крайне омерзительному представителю.

Когда на ресепшн мне сообщили, что управляющий на совещании, и ждать его стоит не раньше, чем через час, я решила пока смотаться в полицию и получить бумажку об утере паспорта. Мне любезно выдали адрес местного участка, и я уже приготовилась плутать по улицам незнакомого города, на ломанном английском спрашивая дорогу, ведь тратиться на такси там, где можно дойти пешком, я не собиралась.

Однако прямо у дверей отеля ко мне подскочил паренек. Тот самый официант из ресторана, который хотел убирать разбитую посуду вместо Серкана. Сейчас, когда на нем вместо форменной рубашки была футболка, а вместо брюк – джинсовые шорты, он казался совсем молоденьким. Я бы дала ему лет шестнадцать, но вряд ли ведь в отель берут на работу несовершеннолетних. Но уж не больше восемнадцати – это точно.

– Полиция? – с готовностью спросил меня мальчик.

– Да, – кивнула я. – Это далеко?

– А? – он явно по-русски говорил очень плохо. – Ай кэн хелп! Ай гоу! Ю энд ми! – он ткнул пальцем сначала в меня, потом в себя, а потом сделал вид, что куда-то идет.

Вот так у меня обрелся личный бесплатный гид. До чего же разные люди работают под одной крышей! Если на Серкане клеймо было ставить негде, то Мехмет, – так звали юнца, – являл собой сгусток доброты и обаяния. Особо грел душу тот факт, что помогал он мне просто так. Не рассчитывая на чаевые или еще какие услуги, как его старший товарищ, а по зову сердца.

Прогулка вышла приятной и забавной. Казалось, Мехмета не знает только ленивый: он здоровался с каждым, кто встречался нам на пути. С кем-то Мехмет перебрасывался парой слов, с кем-то тараторил без умолку, но все как один при виде паренька улыбались и радостно махали рукой. Хозяин одной кафешки даже угостил нас прохладным лимонадом, а продавец из лавки сладостей щедро выдал пакетик с тающим на языке лукумом.

И мне бы волноваться о том, что будет со мной дальше, но рядом с Мехметом испытывать негативные эмоции было невозможно в принципе. Его экскурсия больше напоминала игру в «крокодила»: паренек пытался рассказывать мне о своей родной стране жестами. При этом он корчил такие забавные гримасы, что меня то и дело разбирал смех.

Например, он активно показывал мне на огромные бочки, которые были здесь установлены чуть ли не на каждой крыше. А потом изображал, что моется и хлопал себя по карманам, мол, такой способ нагрева воды отлично экономит деньги. Я сразу вспомнила конструкции дачных душей с баками, – принцип тот же, но турки умудрились сделать из этого целую систему. И теперь даже владельцы богатых вилл не тратились на бойлеры, а успешно эксплуатировали солнечную энергию. Благо, уж чего-чего, а солнечного света в Турции хоть отбавляй.

Несмотря на духоту и жуткую влажность, я не успела устать от прогулки, и сама не заметила, как мы очутились у полицейского участка. Будь моя воля, я бы так гуляла с малышом Мехметом день напролет.

В полиции меня приняли довольно быстро. Полная женщина в форме русским особо не владела, но и тут на выручку пришел Мехмет: он в красках, размахивая руками, поведал ей мою историю. Я ни слова не понимала из того, что он говорил, но судя по тому, как сотрудница полиции менялась в лице, мои неприятности парнишка знатно приукрасил. Наверняка, наплел ей, что меня ограбили и чуть ли не избили: женщина бросала на меня сочувственные взгляды, кивала, даже кофе мне налила. Пить эту черную густую жижу, по вкусу похожую на свежедобытую нефть, сдобренную сахаром, было нереально, но сам жест меня очень тронул. К тому же, у меня на руках оказалась нужная бумажка и, вдобавок, адрес консульства. Жаль только, что этот адрес начинался со слова «Анталия».

Я заметно приуныла.

– Хей! – удивился Мехмет, когда мы с ним вышли из участка. – Вай соу сэд?

Почему я такая грустная? Что ж, в «крокодила» я всегда играла неважнецки, но это объяснить смогла.

– Анталия! – я потрясла справкой и вздохнула. – Такси… – и красноречиво потерла указательным и большим пальцами друг о друга, что добираться мне в консульства не на что.

Здесь оказался бессилен даже всемогущий Мехмет. Он развел руками, мол, сорри, подруга, я и сам на мели.

– Ай нид джоб, – сказала я. – Работа, андерстенд? Отель…

Мехмет уставился на меня, словно я выдала нечто гениальное, и хлопнул себя по лбу.

– Дайи! – радостно воскликнул он.

Легче мне от этого не стало. Что и кому я должна дать, я в упор не понимала.

– Муса дайи! – добавил Мехмет, как будто это разом все проясняло.

Я наморщила лоб, силясь активировать способности к иностранным языкам, коих у меня с роду не водилось. Мусор доить?! Нелепица какая!

Мехмет понял, что я в турецком ни бельмес, и засопел от нетерпения. Вытащил из заднего кармана шорт, повторил все то же самое онлайн-переводчику, и женский механический голос возвестил: «Дядя Муса». О, ну теперь-то другое дело! Это как рукой снимало мои проблемы!

Видно, скепсис отразился на моем лице, и Мехмет, пользуясь все тем же переводчиком, втолковывать мне свой план. Как выяснилось, дядя Муса – старший брат матери Мехмета. И работает он в «Султан СПА Резорт» менеджером. Дядя Муса, конечно, строг, но, в целом, ничто человеческое ему не чуждо. И если уж к кому ползти на пузе с просьбами о трудоустройстве, так это к старине Мусе.

Чтобы не быть голословным, Мехмет тут же позвонил дяде, и минут пять они о чем-то оживленно спорили. Мехмет был неотразим. Думаю, при должном образовании из него бы вышел отличный адвокат, потому что повесив трубку, мой юный спаситель довольно улыбнулся и сообщил:

– Йес!

И мы снова пошли к отелю. По дороге Мехмет, перебиваясь то жестами, то онлайн-переводчиком, поведал мне, что у какого-то родственника дяди Мусы есть при отеле магазинчик сумок и прочей кожгалантереи. И русскоговорящий продавец ему не повредит. Главное – ему понравиться и доказать, что от тебя будет толк.

Сказать, что я обрадовалась – ничего не сказать. Я-то уж испугалась, что мне придется хвататься за любую самую тяжелую работу, а торговля – моя стихия! Думаете, легко впарить кому-то в Москве пластиковые окна? Да у нас конкуренция выше, чем у абитуриентов лучших институтов – по пять продавцов на одного клиента. Не говоря уж о том, что сейчас днем с огнем не найдешь в столице квартиру со старыми окнами. И ничего! План продаж я всегда выполняла исправно, а то и премию себе выбивала.

Я помнила этот невзрачный магазинчик с сумками. Маленький филиал Черкизона в пятизвездочной гостинице. Смотрелся он в высшей степени нелепо: груды товара в крошечном аквариуме, ленивый пузатый дядька у входа… Мягко говоря, никакого ажиотажа у туристов он не вызывал. Напоминал скорее камеру хранения, склад чьих-то забытых вещей, чем магазин. Доказать, что от меня будет толк? Плевое дело! У меня уже в голове роились идеи, как поднять продажи! Скидки, акции, правильная расстановка товара… А если еще убедить этого родственника дяди Мусы сменить вывеску кричащей безвкусицы на что-то такое лаконичное, черно-белое, то я превращу его рыночную лавку в модный бутичок за несколько дней. Он еще отпускать меня не захочет! И поди знай, может, мужик так расщедрится от благодарности, что домой я и вовсе полечу первым классом.

Короче, в отель я заходила, уже мысленно примеряя на себя лавры победителя. Смерила профессиональным взглядом магазинчик с сумками. Так, старомодные экземпляры лучше убрать с глаз долой, а копии самых актуальных моделей сезона – аккуратно расставить на виду. Нельзя вываливать все кучей, надо, чтобы у людей возникало ощущение элитарности, ограниченной партии. Тогда и цену можно немного задрать. А еще неплохо бы детские сумочки и рюкзаки повесит на специальную вешалку у самой двери. Единорожки, кошечки… Все, что так любят девочки. Всем ведь известно, что формула «мам, купи!» – лучший двигатель торговли!

И я уже готова была выложить идеи своему потенциальному работодателю, – не все, конечно, а только первую порцию, мне ведь заинтриговать его надо было, а не облагодетельствовать за бесплатно, – но на пути у нас с Мехметом возник Серкан. Мой спаситель вжал голову в плечи и опустил глаза, и меня кольнуло нехорошее предчувствие.

– Что вы здесь делаете? – бесцеремонно поинтересовался Серкан, сверившись с часами. – Время выезда уже прошло. И будьте добры, сдайте браслет! – он взял меня за руку и одним движением сорвал мой пропуск в мир «все включено».

Его прикосновение обожгло меня, сердце застучало, как ненормальное. Я сглотнула. Нет, он не может быть сыном владельца! Не может! Я встречала за свою жизнь не одного и не двух золотых мальчиков, – клиенты мне попадались самые разные. И я готова была поспорить на что угодно: если твой папаша – хозяин целой бизнес-империи, то ты ни при каких обстоятельствах не станешь бегать по ресторану с бутылкой вина и уж тем более собирать осколки разбитой посуды за какой-то туристкой. А эта форменная рубашка, которая была на нем, когда мы познакомились? Мажоры одеваются иначе, разве нет? Но почему тогда он ведет себя так, будто все здесь – его личная собственность?!

– Я здесь работаю, – выдавила я, стараясь не показывать смятения. – Точнее… Почти…

– Вот как?! – Серкан опасно прищурился и повернулся к моему юному другу, который в эту секунду явно мечтал раствориться воздухе. – Мехмет?!

Мехмет вздрогнул, словно в него ткнули электрошокером, и принялся что-то сбивчиво бормотать по-турецки. Клянусь, я просто не узнавала паренька! Еще минут пять назад он был таким бойким, веселым, будто ему все ни по чем, и трещал без умолку. А сейчас походил на школьника, которого уличили в мелком хулиганстве.

Мало того, на горизонте нарисовался еще и дядя Муса. Точнее, мне он не представился, но судя по тому, что он сразу встал рядом с Мехметом, нетрудно было догадаться, что они родственники. Мусой оказался тот самый строгий дядечка в очках, который ни на секунду не расставался с увесистой папкой, и которого я встретила на пляже в свой самый первый день в отеле. Уж не знаю, таскал он эту папку под мышкой для солидности, или вписывал в нее каждый недочет, но вот именно так, я считаю, должен выглядеть истинный управляющий. Точно не как Серкан!

Дядя Муса всем своим видом внушал уважение, и мне, признаюсь, даже слегка полегчало. Я понадеялась, что сейчас он расставит все точки над «i», отправит самозванца Серкана мыть барную стойку, а меня отведет к моему новому рабочему месту. Если честно, магазинчик сумок прельщал меня все больше. Как минимум, тем, что располагался он очень далеко от ресторанов, баров и прочих мест, где я могла столкнуться с Серканом.

Но события приняли неожиданный поворот. Вместо того, чтобы отчитать Серкана, дядя Муса обратил весь свой гнев на бедного Мехмета. Что-то сердито затараторил по-турецки, и Мехмет, мой милый ангел-хранитель, бросив на меня виноватый взгляд, смылся с такой скоростью, словно всю жизнь только и занимался соревнованиями по бегу.

Остались только мы втроем: я, Серкан и дядя Муса. И я хотела уже раскрыть рот, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию, но мужчины и не думали обращать на меня внимание.

Дядя Муса говорил спокойно и обстоятельно, Серкан же слушал. И по его выражению лица трудно было понять, как он относится к полученной информации. С такой бы физиономией в покер играть! Интуитивно я догадывалась, что речь идет обо мне, но понять не могла ничего, даже приблизительно. Что происходит? Дядя Муса инструктирует Секрана? Или же отчитывается перед ним, и та страничка в интернете была не фейком?

Наконец, Муса замолчал, и в фойе воцарилась тишина. Мое сердце пропустило удар.

– Послушайте… – начала я, собравшись с духом, но Серкан предупреждающе поднял руку, даже не удостоив меня взглядом.

Знаете, такими жестами обычно дают команды прислуге, и я просто опешила от такой наглости. Шок был настолько сильным, что я не сразу нашлась, что ответить. Зато нашелся Серкан.

– Йок, – коротко произнес он, обращаясь к дяде Мусе.

Сердце ухнуло куда-то вниз, в сторону желудка. «Йок»? Это еще что должно означать? «Кирдык»? И кому, интересно, этот кирдык?

– Йок? – густые брови дяди Мусы приподнялись над очками.

Отчаявшись получить хоть какие-то объяснения, я вытащила из кармана телефон, чтобы воспользоваться методом Мехмета: открыла онлайн-переводчик. Выбрала турецкий язык… И выяснила, что «йок» – это «нет». Но в чем именно отказывал Серкан? И откуда у него вообще полномочия отказывать управляющему? Да пошел он, куда подальше! Это его не касается!

– Мистер… Э… Муса, – я нацепила самую очаровательную свою улыбку и повернулась к дяде Мусе. Серкан решил меня игнорировать? Пусть получит ту же монету. – Мехмет говорит, что в магазине сумок есть вакансия. И готова с этим помочь.

Знаете, какое первое правило соискателя? Ни за что и ни при каких обстоятельствах вы не должны показывать, что работа вам нужна позарез. Как только работодатель поймет, что вы – в отчаянии, сразу почувствует себя королем ситуации. И если уж вы и получите заветное место, то на максимально невыгодных для себя условиях. Копеечная зарплата, драконовский график… Словом, худшее из возможного. Поэтому вести себя надо так, как будто вы делаете одолжение одним своим присутствием. Что за сам шанс провести собеседование с таким ценным специалистом ваш будущей шеф должен благодарить судьбу. А уж если вы, так и быть, согласитесь на него работать… Это и вовсе будет самый счастливый день в его жизни.

Уж поверьте, это – идеальная стратегия. И я собиралась ей следовать.

– У меня большой опыт в продажах. Я знаю русский, английский… – нахваливала я себя без лишней скромности. – Владею маркетинговыми технологиями. Мехмет, наверное, сказал вам, что у меня возникли некоторые проблемы с документами, и я задержусь в Турции ненадолго. И я подумала: почему бы не совместить приятное с полезным? Я готова…

– Нет, – ответил Серкан вместо дяди Мусы.

– Не помню, чтобы я обращалась к тебе! – разозлилась я.

– И очень зря, – насмешливо протянул Серкан. – Потому что решаю здесь я. Видишь ли, это мой отель. И я не хочу, чтобы ты здесь работала. Впрочем… – он окинул меня оценивающим взглядом, и моя кожа покрылась мурашками. – Ты еще можешь меня переубедить.

Глава 5

Знаете это чувство, когда мир будто рушится вокруг тебя? Осыпается на мелкие кусочки, а ты стоишь, приклеенная к полу, и не можешь пошевелить даже пальцем? Когда в ушах гудит, сердце бьется через раз, а глаза словно стекленеют? Знаете? Тогда вам примерно понятно, что творилось со мной в ту секунду.

Мой мозг до последнего отказывался верить, что Серкан, этот скользкий смазливый тип, может быть владельцем отеля. Ну, или сыном владельца, – от таких нюансов мне уже было как-то ни горячо, ни холодно.

Я не могла смириться. Просто физически не могла принять тот факт, что моя судьба в руках одного человека, и это именно тот человек, которого я ненавижу. Причем, взаимно. О, как же он, наверное, злорадствовал в глубине души! Хотя… Почему в глубине? Он и не пытался скрывать, сколько наслаждения ему доставляет вся эта ситуация. И я бы с радостью подпортила ему удовольствие! Ответила что-нибудь резкое, гордо ушла, не позволив над собой издеваться. Но была одна маленькая проблема: идти мне было некуда.

Медленно выдохнув, я постаралась успокоиться. Это было непросто: кофейные глаза прожигали меня насквозь. Он явно не собирался облегчать мне выбор, напротив, пил мои мучения, смакуя каждую каплю. Ладно, Серкан. Пей. Не захлебнись только!

Итак, что я имела в сухом остатке. Мне нужны были деньги и, как следствие, работа. Само собой, рынок труда в Турции не ограничивался отелем «Султан СПА Резорт». В курортной зоне полно магазинов, крошечных турфирм, которые предлагают экскурсии, рынков… Словом, шансы найти хоть какой-то приработок за пределами гостиницы у меня были. Вопрос в другом: что именно это будет за приработок? Чужая страна, а у меня – ни гарантий, ни документов. Не хочу показаться параноиком, но я ведь могла попасть и в ситуацию куда хуже! Мало ли этих историй про секс-рабынь и эскортниц! А если у меня отберут последнее – чемодан и телефон? А если я проработаю неделю, но не получу за это и лиры? Лучшей жертвы для всяких недобросовестных граждан, чем я, трудно было придумать! Отель давал хоть какую-то гарантию безопасности. Опять же, крышу над головой и еду, – а это уже не мало. Да и работа в магазинчике сумок была мне, определенно, по нраву. Это, знаете, не мешки с углем ворочать! И не полы мыть в общественных туалетах!

Каким бы мерзавцем ни был Серкан, кидать меня на деньги ему нет никакого резона. Если я все-таки не сошла с ума, и все это правда, он богат. Ну, отожмет он у туристки сотню баксов. А толку? Нет, его явно прельщало другое – месть. Обиженный мальчик хотел получить сатисфакцию. Я задела его за живое, отказалась прыгать в его постель по щелчку пальцев, и теперь он жаждет меня унизить. И что мне, жалко, что ли? Не такая уж я и гордая. Пусть поглумится, если ему станет от этого легче жить! В конце концов, что он может от меня потребовать? Секс? Вряд ли. Он же не дикарь какой-то. И потом: он ведь понимает, что вызывает у меня отвращение. А на насильника при всей своей напыщенности не похож. Значит, просто заставит извиняться. Может, велит встать на колени, умолять. Но потом-то он даст добро на то, чтобы я работала в его отеле! Как бы он ни хорохорился, магазинчик сумок ему не принадлежит. То есть у меня будет другой босс, и с Серканом я буду пересекаться по минимуму. Да, разок он пройдет мимо меня, окатит презрением, посмеется. Мне-то что? Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Потерплю недельку – и больше его никогда не увижу.

– Хорошо, – выдала я, наконец. – Что я для этого должна сделать?

Серкан расплылся в улыбке, всем своим видом напоминая сытого кота. Господи, как же мужикам мало нужно для счастья! Всего-то почувствовать себя большим боссом!

Он бросил дяде Мусе пару коротких фраз. Тот нахмурился, осуждающе покачал головой, но все же ушел. Из чего я сделала вывод: Муса Серкана не боится. Не так, как остальные, по крайней мере. Да, подчиняться он вынужден, но лебезить его никто не заставит. Возможно, в Турции возраст тоже имеет значение, и с человеком старше себя Серкан себе таких вольностей позволить не может. Стало быть, если этот папенькин сынок начнет перегибать палку, я попробую найти защиту у дяди Мусы.

– Продолжим у меня в кабинете, – надменно произнес Серкан и двинулся в противоположный конец фойе.

Я послушно побрела за ним, готовясь к сеансу моральной порки. Если чувство безграничной власти так его заводит, придется подыграть. Сделаю вид, что решение далось мне мучительно, что я переступаю через себя – и сдаюсь на милость победителя. Благо, опыт у меня есть: мне частенько попадались капризные клиенты с замашками Наполеона. Но знаете, что? Их было подцепить проще всего. Немного лести, заискивающий взгляд, пару намеков на то, что только истинная элита может позволить себе окна в топовой комплектации. И вуаля! Договор на неприличную сумму уже у меня в кармане.

Кабинет Серкана был оформлен в той же восточной роскоши, что и весь отель. На полу – ковры с витиеватыми узорами, на стенах – картины, изображающие жизнь гарема. Взять, к примеру ту, что висела прямо над массивным письменным столом: султан возлежит на шелковых подушках, а перед ним извиваются в танце полуголые наложницы. Вот, значит, что тебе нравится, Серкан?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.