Олег Иванов
Проект «Украина»: из прошлого в будущее

От автора

Россия – один из ключевых игроков на мировой арене, ее влияние в мире и, особенно в Восточной Европе, неоспоримо. И в первую очередь это касается стран, получивших суверенитет после распада Советского Союза.

На территории одной из этих стран, исторически близкой нам Украине недобросовестные местные и зарубежные политики попытались разыграть антироссийскую карту. Украину манили обещаниями вступления в Европейский союз и НАТО, поддерживали у ее жителей стремление к смене власти насильственным путем, прививали населению русофобию в самых отвратительных формах, пропагандировали исторические мифы.

После государственного переворота 2014 года, так называемого Евромайдана, русское и русскоязычное население страны оказалось в трудном положении. С одной стороны, власти постоянно подчеркивали «второсортность» русского населения по отношению к титульной нации – постоянно принимались законы, направленные на унижение достоинства русскоязычных жителей страны, с другой – Украина объявила Российскую Федерацию «страной-агрессором», полноценным участником гражданского конфликта на юго-востоке Украины. Восемь лет население Донецкой и Луганской республик, объявивших в 2014 году о своей независимости, не только подвергалось обстрелам украинской артиллерии, но и было лишено на Украине гражданских прав. Более того, украинские политики постоянно грозили жителям ДНР и ЛНР суровыми карами в случае возвращения этих регионов под юрисдикцию Украины.

К февралю 2022 года ситуация накалилась настолько, что Российской Федерации пришлось начать специальную военную операцию по денацификации и демилитаризации Украины. На момент сдачи этой книги в печать СВО еще продолжается, но уже стоит задуматься о будущем Украины и ее населения, учитывая исторический опыт взаимоотношений наших народов и проверенную веками общность судьбы.

В этой книге предпринимается попытка анализа украинско-российских взаимоотношений в исторической перспективе, а также высказываются идеи о том, как будет развиваться украинское общество после денацификации и демилитаризации – какие идеи должны стать в нем господствующими, и на основе чего будет формироваться новая украинская идентичность. Каких рисков необходимо избежать будущим властям Украины и на чем нужно будет сосредоточиться в первую очередь, чтобы избежать в дальнейшем серьезных гражданских конфликтов.

Надеюсь, что вам будет интересно ознакомиться как с исторической, так и с прогностической частями этой книги.

Олег Иванов,

руководитель Центра урегулирования

социальных конфликтов.

Предисловие

24 февраля 2022 года президент России Владимир Путин объявил о начале военной спецоперации, главными целями которой являются демилитаризация и денацификация Украины. Однако, если демилитаризация – это в первую очередь механизм предотвращения агрессии, представляющий собой комплекс мер, направленных на разоружение и/или переформатирование вооруженных сил Украины, создание условий, в которых страна не сможет готовиться к войне, то процесс денацификации куда более сложен, продолжителен и трудоемок. Демилитаризация осуществляется с помощью военно-технических средств, имеет четкие задачи – уничтожение разного рода военных объектов, что весь мир наблюдает с момента начала спецоперации в Украине практически в режиме реального времени. Денацификация же представляет собой стратегию, идейную и идеологическую «перековку», осуществляемую с помощью комплекса мер по нейтрализации нацификации украинского государства, конечной целью которой является не только очищение общества от нацистских и радикально националистических идей, но и создание новой украинской идентичности.

Известно, что радикальный национализм является крайне опасной формой политической деятельности. «В эпоху Нового времени появляется национализм как феномен, олицетворяющий собой поиск конкретных политических форм защиты этнической (национальной) культуры, государственного статуса своего народа на иерархической лестнице наций, где прежняя ступень кажется всем недостаточной», – пишет доктор политических наук А.В. Макеев в своей статье «Радикальный национализм как проявление политической деструктивности»¹. Именно на идее «недостаточности статуса своего народа» базируются и расцветшие в последние десятилетия радикально-националистические движения Украины. И хотя никаких объективных причин считать украинский народ ущемленным нет: ведь политическое и этническое в рамках национального государства – Украины – совпадают, радикально-националистическая идеология распространена в этой стране практически повсеместно. Если в начале 1990-х, после распада Советского Союза, существование в украинском обществе движений, склонявшихся к радикально-националистическим принципам и практикам, было в какой-то мере оправдано дискуссией о разных стратегиях строительства нового государства – «избыточно политизированной этничностью, которая складывается на фоне вхождения этносов в политику, т.е. в период формирования национальных государств, на фоне глубоких социально-экономических и культурных преобразований»², то по мере развития украинской государственности радикально-националистические идеи на Украине приобретали все более и более антигуманный и тоталитарный характер. Причем в последнее десятилетие (2012-2022) большая часть украинских политических и общественных движений самого разного идеологического спектра – от национал-социалистических до религиозных, консервативных и даже либеральных и феминистских – при всем их кажущемся разнообразии так или иначе радикализировались именно в сторону национализма. Кульминацией этого процесса стал Майдан – массовые акции протеста ноября 2013-февраля 2014 года, завершившийся в феврале 2014-го свержением законно избранного президента Украины Виктора Януковича и антиконституционной сменой власти в стране. Дальнейшие события политической и общественной жизни Украины способствовали утверждению на всех уровнях радикальных националистов, которые почувствовали себя в постмайданной стране абсолютно безнаказанными: разгон мирных демонстраций, фальсификация истории и многочисленные ущемления прав несогласных с новым курсом страны, политические убийства, блокирование любых инициатив, ведущих к гражданскому примирению, преступления против гражданского населения Донбасса – все это привело к тому, что Украина стала небезопасной не только для собственных граждан, но и для населения соседних стран, особенно Донецкой и Луганской народных республик, а также ставшего в 2014 году российским Крыма. «Радикальный национализм затрагивает сферу властных отношений и, прежде всего, государственное устройство, – считает политолог Макеев. – Деструктивная деятельность в межнациональной сфере направлена на разжигание внутренних этнических конфликтов в обществе, нарушение сотрудничества между суверенными государствами и, при определенных условиях, способна нанести ущерб системе международных отношений. Этнополитическая деструктивность, таким образом, несет в себе реальные вызовы, риски и угрозы национальной безопасности»³. Осознав эти риски и угрозы, особенно совмещенные с настойчивым стремлением украинских властей в НАТО и желания президента Украины Владимира Зеленского вернуть стране ядерный статус, о чем он открыто заявил на Мюнхенской конференции по безопасности 19 февраля 2022 года, президент России Владимир Путин принял решение о начале специальной военной операции по демилитаризации и денацификации Украины. «Сегодняшние события связаны не с желанием ущемить интересы Украины и украинского народа. Они связаны с защитой самой России от тех, кто взял Украину в заложники и пытается использовать ее против нашей страны и ее народа. Повторю, наши действия – это самозащита от создаваемых нам угроз и от еще большей беды, чем та, что происходит сегодня»⁴, – так объяснил ее необходимость российский президент в своем телеобращении 24 февраля 2022 года.

Однако заявленная президентом России цель денацификации Украины, как уже отмечалось выше, не является такой уж простой, ведь денацификация – это лишь очищение общества от влияния нацистской идеологии. Но не нужно забывать, что свято место пусто не бывает: если просто очистить Украину от нацистов, их идеологии, но оставить неизменной нынешнюю украинскую идентичность, то спустя сравнительно небольшое время там вырастет новое поколение неонацистов – еще злее и опаснее предыдущего. В связи с этим цель спецоперации должна быть сформулирована шире – не просто денацификация, но формирование новой украинской идентичности как необходимое условие национальной безопасности России в будущем. Однако здесь для краткости этот процесс я буду называть денацификацией. Концептуальные и юридические основы денацификации заложены историческими решениями стран-союзниц – СССР, США, Великобритании и Франции в рамках Потсдамского соглашения 1945 года и Нюрнбергского процесса, осудившего военных и гражданских лиц, виновных в преступлениях против мира и человечества, геноциде населения в ходе Второй мировой войны. Тогда была успешно проведена денацификация Германии и Австрии, но для современной Украины подходят далеко не все меры и принципы, на которых основывалась послевоенная денацификация, поскольку, во-первых, Украина пока не капитулировала, а во-вторых, по мнению историка Армена Гаспаряна, эта страна слишком неоднородна, поэтому «применять некую единую схему для пяти западных областей и Центральной или Южной Украины будет невероятно сложно. Абсолютно разная ментальность, разное вероисповедание, разные культурные особенности – все разное. Денацификацию, о которой сегодня очень много говорят, Украине придется продумывать с учетом этой специфики»⁵.

Тем не менее стратегию и практику освобождения Украины от националистической и радикально националистической идеологий нужно продумывать и планировать уже сейчас, основываясь на историческом и культурном опыте взаимодействия наших братских народов, современных принципах мультикультурности и взаимоуважения, не впадая в отрицание существующих традиций и представлений, но в то же время жестко очищая общество от националистических мифов, представлений, а также идей превосходства одного народа над другими. Именно осмыслению исторического опыта и перспективам создания украинской идентичности посвящена эта книга.

Глава 1. Предпосылки гражданского конфликта в украинском обществе

Успешная денацификация и создание новой идентичности невозможны без понимания причин и течения процесса «нацификации» Украины: как получилось, что в стране, жители которой вместе со всем советским народом победили фашизм в 1945 году, стала возможна дискриминация определенных групп – а в некоторых регионах и большинства – населения, факельные шествия, снос памятников, глорификация нацистских преступников и легитимизация идей, признанных бесчеловечными еще на Нюрнбергском процессе. Каким образом воспитанные в духе интернационализма граждане СССР, а также их дети и внуки после распада Советского Союза оказались заложниками политических сил, не просто разделяющих, но и навязывающих жителям страны радикально националистические идеологию и практики; как и почему они вынуждены были приспосабливаться к жизни в условиях фактической сегрегации, которая к 2022 году поставило русскоязычное население Донецкой и Луганской народных республик и других частей Украины на порог геноцида? «Специальная военная операция оказалась вынужденной мерой, неизбежным и необходимым силовым ответом на поощряемый Западом геноцид русского населения Донбасса, циничное и уже не скрываемое игнорирование российских озабоченностей по поводу реваншистских намерений преступного украинского режима вернуть Крым силой и залить кровью Донбасс»⁶, – отмечает политолог Константин Блохин. Однако мало остановить радикальных националистов силой, важно понять, как избежать возрождения и распространения в украинском обществе их идей в будущем – разобраться с социальными и историческими предпосылками случившегося, развеять мифы, проследить развитие конфликта в украинском обществе, его эскалацию и выход за пределы страны – как информационный, так и фактический – выражающийся в попытках разделения граждан Украины и их культуры «по сортам» с последующей дискриминацией «неукраинского», «некоренного» населения, а также в навязчивой декларации стремления в Европейский союз и НАТО.

Жителям нашей страны до сих пор трудно осознать антироссийский характер происходившего на Украине. Даже поддерживая специальную военную операцию, россияне зачастую не отдают себе отчет в том, что проблема радикального национализма и русофобии не ограничивается идеологией запрещенных на территории Российской Федерации организаций вроде «Правого сектора», «Азова» и им подобных, а, как метастазы, проникла сейчас практически во все слои украинского общества. Мы привыкли воспринимать украинцев как ближайших соседей и буквально родственников, что подчеркивает в своей статье «Об историческом единстве русских и украинцев» президент России Владимир Путин: «Наше родство передается из поколения в поколение. Оно – в сердцах, в памяти людей, живущих в современных России и Украине, в кровных узах, объединяющих миллионы наших семей. Вместе мы всегда были и будем многократно сильнее и успешнее. Ведь мы – один народ»⁷. Именно с таким восприятием в нашей стране Украины и украинцев связано то, что достаточно долгое время разрушительным процессам внутри украинского общества уделяли внимание лишь специалисты. Да и сейчас, понимая необходимость специальной военной операции, россияне не теряют к украинцам симпатии – наоборот, многочисленная гуманитарная помощь, направляемая со всех концов России на Донбасс и другие освобожденные от радикальных националистов территории, распределяется между всеми жителями, без какого-либо деления по этническому или языковому признаку. Для россиян все граждане Украины равны, а вот в самом украинском обществе с этническим и языковым равенством с самого начала украинской независимости возникли год от года нараставшие колоссальные проблемы. Тому, как это происходило, и будет посвящена эта глава.

Как народное стало националистическим

Истоки нынешнего положения дел на Украине стоит искать в новейшем историческом опыте – перестройке, инициированной генеральным секретарем Политбюро КПСС Михаилом Горбачевым в 1985 году⁸ и продолжавшейся вплоть до распада СССР. Именно тогда в общественном сознании причудливо переплелись самые разные идеологии, в том числе были разрешены, актуализированы и широко обсуждались радикально националистические и человеконенавистнические подходы к новому устройству государства. Многочисленные манипуляции сознанием граждан СССР – как инспирированные с Запада, так и производства разнообразных сил внутри СССР (диссидентов разного толка, сопротивляющихся перестройке партийных функционеров старой закалки, радикальных религиозных движений, партийной и технократической элиты – как общесоюзного, так и местного значения и т.д.) – привели к тому, что социолог Сергей Кара-Мурза называет «утратой расчетливости». По его мнению, «Во время перестройки деформация в мышлении привела к необычной интеллектуальной патологии – утрате расчетливости. Произошла архаизация сознания слоя образованных людей – утрата ими того “духа расчетливости” (calculating spirit), который, по выражению М. Вебера, был важным признаком современного общества»⁹. В тогдашнем контексте противопоставления «нового» и «старого», будущего и прошлого коммунистическая идеология и национальная политика, которую проводил СССР, воспринимались как «неправильная», дискриминирующая народы Советского Союза и в политическом, и в культурном смысле.

Если в СССР националистические идеологии и движения могли существовать только в подполье и являлись частным проявлением общего протестного движения, то после объявления Михаилом Горбачевым гласности, у националистов появились возможности открыто пропагандировать свои идеи.

В конце 1980-х практически во всех советских республиках возникли «народные фронты» – общественные организации в поддержку перестройки. Можно вспомнить литовский «Саюдис», Народный фронт Эстонии, Народный фронт Латвии, азербайджанский и армянский народные фронты (впоследствии «Армянское общенациональное движение»), грузинское «Общество Ильи Чавчавадзе», Алматинский народный фронт в Казахстане, Народный рух Украины и др. В условиях однопартийной советской системы они воспринимались как достойная альтернатива правящей КПСС. «На первых порах руководители фронтов старались представить свои организации как общегражданские, а не национальные. Эти организации не были моноэтничными, – пишет историк Сергей Чешко в статье «Роль этнонационализма в распаде СССР». – Национальный состав политических организаций и их идеология в национальном вопросе вовсе необязательно должны полностью коррелировать. Очевидно, однако, что НФ были именно (этно)национальными и националистическими по своим ориентациям и целям движениями. По мере того как вырисовывалась эта направленность, обнаруживалось, что республиканский суверенитет они трактуют как выход из СССР»¹⁰.

Впрочем, утратившее к тому времени расчетливость советское общество не понимало или не хотело понимать ни опасности широкого распространения националистических идей, ни угрозы и последствий для себя возможного распада Советского Союза. Напротив – многим жителям СССР такая перспектива представлялась даже интригующей.

Обретшему свободу высказывать свое мнение, в том числе и на митингах, советскому человеку было все равно за что выступать. Особенно это касалось молодежи, «дождавшейся перемен». Правда, мало у кого существовало тогда внятное представление о собственном будущем и будущем страны – слишком уж велик и разнообразен был поток информации: от радостей западного образа жизни до сложных экономических программ и экзотических политических концепций. И национализм был в числе самых простых и привлекательных: многим казалось тогда, что достаточно сменить комсомольский значок на папаху, вышиванку или дополнить свой костюм каким-либо другим фольклорным элементом, подчеркивающим этническое происхождение, и все в жизни изменится. В конце 1980-х национализм, по крайней мере, в его декоративном изводе, становится модным у молодежи республик СССР. Ну а возникшая уличная политика – митинги, протестные палаточные лагеря, демонстрации и т.п. – превращается в важный элемент образа жизни. Однако если в крупных городах РСФСР подобные протестные движения и действия в основном были посвящены защите памятников архитектуры («Спасение», Ленинград), экологическим проблемам («Хранители радуги», Нижний Новгород), а также имели абстрактно-политическую направленность (разнообразные анархические организации и союзы в Москве, Ленинграде и других крупных городах), то в идеологии молодежных движений в союзных республиках доминировало национальное. Пока, правда, еще только в форме «возрождения национальной культуры»: советская традиция представления народной культуры подвергалась критике как слишком приглаженная, «советизированная» и коммунизированная в худшем смысле этого слова, в то время как подлинную – т.е. связанную с национально-освободительной борьбой против коммунистов – следовало всячески пропагандировать. В рамках этого возрождения предполагалось и усиление в общественной жизни национальных языков вплоть до полного вытеснения из повседневной жизни, образования и документооборота русского языка.

Необходимо отметить, что послевоенная советская культура, особенно кинематограф, создавали и транслировали миф о благородстве и правоте разнообразных «лесных братьев» на освобожденных Красной армией территориях, оправдывали их зверства историческим моментом. Достаточно вспомнить фильмы «Никто не хотел умирать» (В. Жалакявичус, 1965), «Белая птица с черной отметиной» (Ю.Ильенко, 1974). Сейчас трудно сказать, было это оправдание осознанным решением режиссеров и сценаристов или наивной попыткой создания приключенческих фильмов на этнонациональной основе, этаких вестернов по-советски, в которых бандеровцы и «лесные братья» выступали в роли индейцев, факт в том, что советская интеллигенция воспринимала эти фильмы как политические манифесты в духе лозунга «СССР – тюрьма народов»¹¹.

В то же время в правящих кругах союзных республик вовсю шла дискуссия о децентрализации власти, элиты были недовольны несправедливым, как им казалось, распределением политических и экономических полномочий между союзным и республиканскими ЦК КПСС. «Наибольшую роль играл национализм союзнореспубликанских этнонаций. Он был направлен на создание или усиление привилегированного положения своей национальности и соответственно на подавление требований иноэтничного населения, – отмечает Сергей Чешко. – Его задачи вне республик состояли в обретении большей самостоятельности по отношению к союзной власти: это была самая общая цель, которая в разных республиках имела более или менее радикальное звучание. Характерная особенность этого вида национализма состояла в его антирусской направленности; трудно сказать, была ли это собственно русофобия или же перенос на русский народ советофобии: видимо, оба момента были неразделимы и тождественны»¹². Поэтому республиканские элиты с радостью апроприировали молодежные национальные движения и стали использовать их в своей политической борьбе.

Характерным примером такого использования стала «Революция на граните» – акция студентов в столице УССР, проходившая в октябре 1990 года. Тогда члены национально-ориентированных студенческих организаций «Украинский студенческий союз» и «Студенческое братство» установили на площади Октябрьской революции (ныне – Майдан незалежности) в Киеве палатки и начали голодовку. Протестующие выдвигали требования как локально значимые для молодежи – например, прохождение жителями Украины военной службы только на территории республики; так и важные в контексте тогдашней ситуации в СССР – отказ от подписания Союзного договора, построение независимого украинского государства в соответствии с принятой Верховным советом УССР 16 июля 1990 года Декларацией о государственном суверенитете; национализация имущества КПСС и ВЛКСМ на территории Украины. Однако основная часть требований студентов касалась политической борьбы внутри украинской партийной верхушки: отставка главы правительства Виталия Масола, который, по мнению протестующих, был ориентирован на сохранение СССР и вообще проводил «промосковскую» политику; а также принятие закона о выборах на многопартийной основе. После того как студенты «мирно» захватили главный корпус Киевского госуниверситета, их поддержал занимавший тогда пост председателя Верховного совета УССР Леонид Кравчук (впоследствии – первый президент Украины) и поставил на голосование Постановление «О рассмотрении требований студентов, проводящих голодовку в Киеве со 2 октября 1990 года». Требования студентов были удовлетворены, а Виталий Масол отправлен в отставку. Впрочем, обещанные выборы на многопартийной весной 1991 года не состоялись, так что в парламент до распада СССР никаким «новым лицам» из числа протестовавших попасть не удалось. Президентские выборы 1991 года выиграл Леонид Кравчук, его соперника, лидера Народного руха Украины, Вячеслава Черновола жители Украины не поддержали из-за его чересчур националистического имиджа – тогда национализм на Украине еще считался неприличным и опасным.

«Революция на граните» на Украине считается первым «майданом» – успешным примером ненасильственного протеста¹³. Впоследствии эта же технология – палатки с протестующими на главной площади страны – использовалась и во время «Украины без Кучмы» (2000-2001), и во время «оранжевой революции» (2004), и во время Майдана-2013/14. Впрочем, к 2014-му году толкование «мирного» и «ненасильственного» характера такого рода акций расширилось до полного извращения самой идеи мирного протеста, другое дело, что в общественном сознании украинцев укрепился стереотип о том, что многодневные никем и ничем не контролируемые массовые акции на центральных площадях городов, а также «мирный» захват зданий – легитимный и действенный способ добиться от власти чего угодно, вне зависимости от желаний и волеизъявления большинства населения страны («оранжевая революция» 2004; Майдан-2013/2014).

Лидеры студенческого протеста вскоре вошли в правящие элиты уже независимой Украины: стали народными депутатами, известными журналистами, медиаменеджерами, политологами, чиновниками – Юрий Луценко, например, дважды был министром внутренних дел, а при президенте Петре Порошенко – генеральным прокурором. Так или иначе большая часть тогдашних студенческих лидеров активны в общественно-политической жизни Украины, почти всех их отличает националистическая и антироссийская риторика, именно их видение будущего Украины легло в основу мировоззрения лидеров националистов нового поколения вроде печально известных Дмитрия Яроша, Андрея Билецкого, Николая Коханивского, Владимира Вятровича и др., которые значительно радикализировали идеи предшественников, добавив к «национально-освободительным» идеям старших товарищей бандеровско-нацистской практики.

Похожие события происходили в конце 1980-х – начале 1990-х и в других союзных республиках. Однако, по мнению историка Сергея Чешко, они вовсе не были стихийными проявлениям воли народа. «Соединение российского необольшевистского радикализма с этнонационализмом союзнореспубликанских этнических элит создало мощную оппозицию политике Горбачева и угрозу целостности государства и общества. Главным мотивом действий этой объединенной оппозиции была борьба за власть – в России для первых и в своих республиках для вторых. Основную роль в развале СССР сыграли действия российских радикалов во главе с Ельциным, которые систематически подрывали союзную власть «изнутри» и активно поддерживали национал-сепаратистов в других республиках, – пишет Чешко. – Главную же “стратегическую” роль сыграл этнонационализм, взращиванием которого десятилетиями занималось само советское государство. “Отмена” СССР в декабре 1991 г. явилась не столько выражением каких-то объективных процессов, сколько стечением многих обстоятельств, финалом которых явился акт политического насилия над страной со стороны альянса радикалов и националистов»¹⁴.

Однако несмотря на схожесть процессов в общественном сознании жителей республик Советского Союза, в каждой из них процесс формирования строительства национального государства и идентичностей граждан новых стран проходил по-разному. Одним, как, например, Казахстану или Белоруссии удалось быстро подавить радикально националистические настроения и до сих пор, даже несмотря на возникающие время от времени проблемы, стараются придерживаться принципов равенства и толерантности в отношении всех этнических общин и групп, проживающих на их территории. Киргизия, Грузия, Армения и другие страны с фактически моноэтничным населением, пережив за последние 30 лет разной силы и степени кризисы в отношениях с РФ, также пытаются проводить в отношении других этнических групп политику толерантности, и в большей степени сосредоточены на борьбе внутри национальных элит и кланов. Другим, как, например, странам Балтии достаточно было вернуться к государственному устройству, существовавшему у них до присоединения к СССР, принять дискриминационные по отношению к русскоязычному населению законы, проводить под видом «согласия и примирения» реабилитацию местных участников эсесовских дивизий, а заодно (уже в наши дни) и реабилитацию фашизма в принципе. Разумеется, этот подход к национальной политике и государственному строительству вызывает отвращение, однако, пусть и «методом от противного», он способствовал формированию у населения этих стран четких этнических и политических идентичностей.

Украина с ее исключительно «советской» государственностью, полиэтничностью и принципиально разными укладами жизни в разных регионах страны оказалась после распада СССР в наиболее противоречивом положении. «Бескровное» и фактически бесконфликтное обретение Украиной независимости оказалось «бомбой замедленного действия» – страна с самого начала попала в ситуацию политической нестабильности, постоянных политических кризисов, разрешавшихся таким образом, что ни одна из сторон конфликта не оставалась удовлетворенной – многочисленные компромиссы, к которым приходили политики, чтобы сохранить личную власть, не решали проблем простых граждан, а еще больше запутывали ситуацию, как, например, на протяжении 30 лет украинской независимости происходило со статусом русского языка¹⁵. Невнятная риторика украинского политического истеблишмента – в частности, пресловутая стратегия «многовекторности», которой пытались следовать президенты Леонид Кучма и Виктор Янукович, – привела большую часть украинского населения к серьезному кризису идентичности и способствовала укреплению националистических и радикально националистических партий и движений с их примитивными лозунгами и программами возрождения страны¹⁶, а также постепенному превращению Украины в проект «АнтиРоссия». Однако вернемся к процессам, происходившим в украинском обществе накануне и во время обретения государственности.

Манипуляция волеизъявлением: референдумы 1991 года

О чем бы ни думали жители УССР, так же, как и все советские люди, одурманенные западной пропагандой и местными манипуляторами сознанием до утраты расчетливости и даже инстинкта самосохранения, распад СССР, совмещенный с рыночными реформами, оказался для большинства не просто неприятной неожиданностью, а трагедией. По крайней мере, в первый момент. Президент России Владимир Путин назвал распад СССР «крупнейшей геополитической катастрофой», в интервью американскому режиссеру Оливеру Стоуну он пояснил свою мысль: Во-первых, и самое главное, заключается в том, что после развала Советского Союза 25 миллионов русских людей в одну ночь оказались за границей, и это реально одна из крупнейших катастроф XX века".

На Украине проживало в тот момент, по данным переписи 1989 года, 11,3 млн русских (22,07%) – в абсолютных показателях это была самая крупная русская этническая община в республиках СССР. Украинцы составляли 72,73% (37,4 млн) населения УССР; еще 5% – другие народы: белорусы, поляки, молдаване, татары, евреи и др¹⁷. Русские составляли практически четверть населения страны, а учитывая межэтнические браки, родственные связи с Россией, схожий с украинским уклад жизни (по крайней мере, в городах), отсутствие лингвистических проблем в бытовом и официальном общении (в УССР, как и во всех остальных союзных республиках, государственными были и национальный, и русский языки), представителям русского и русскоязычного населения даже в голову не приходило опасаться будущей дискриминации по этническому и языковому признакам. Конечно, как уже было отмечено выше, перестройка в УССР проходила под знаком возрождения национальной культуры и большей роли украинского языка в жизни общества, однако, предстоящие демократические перемены виделись жителям УССР, как, впрочем, и большинству жителей СССР, исключительно в позитивном ключе. Известно, что одной из главных иллюзий того времени было представление о том, что после перехода к рыночной экономике и обретения суверенитета «все будет, как прежде, только лучше», достаточно только избавиться от власти КПСС и получить больше самостоятельности внутри республик и автономий. Несоответствие ожиданий советских граждан наступившей в 1992 году (СССР прекратил свое существование 25 декабря 1991 года) реальности является темой, выходящей за пределы этой книги, поэтому ограничусь лишь упоминанием моментов, важных в контексте создания новой идентичности украинцев.

В марте 1991 года в СССР состоялся референдум о будущем страны. Вопрос, вынесенный на голосование: «Считаете ли вы необходимым сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик, в которой будут в полной мере гарантироваться права и свободы человека любой национальности?», – был сформулирован по всем канонам манипуляции сознанием. А его результат – 76,4% «за» – с легкостью можно было интерпретировать и в пользу сохранения СССР, и в пользу прекращения существования союзного государства, поскольку «суверенность» республик и «обновление федерации» очевидно не предполагали какого-либо централизованного управления. Украинская ССР внесла в бюллетень для голосования дополнительный вопрос: «Согласны ли вы с тем, что Украина должна быть в составе Союза Советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете Украины?», тем самым конкретизировав условия, на которых она готова войти в состав «обновленного Союза»¹⁸. Формулировкой вопроса тогда были недовольны различные политические силы: по словам работавшего в команде Бориса Ельцина народного депутата СССР Сергея Станкевича, Ельцин был очень недоволен самим проведением референдума, он считал, что это помешает «российскому проекту преобразований и выступал против любых попыток сохранить директивный союзный центр»¹⁹. В результате переговоров был найден компромисс: в РСФСР в бюллетень для голосования добавили вопрос о введении поста президента России.

Последующие события: попытка государственного переворота 19-21 августа 1991 года, из-за которой подписание нового Союзного договора было отложено на неопределенный срок, а также подписание в декабре 1991 года Беловежских соглашений, фактически отменивших существование СССР, и последующая отставка М.С. Горбачева с поста президента СССР – не дают возможности понять, как именно были бы интерпретированы в политической жизни страны результаты референдума о сохранении СССР. Впрочем, как становится понятно из дополнительных вопросов, – и УССР, и РСФСР проголосовали тогда противоречиво: одновременно за сохранение СССР и за его децентрализацию. Сергей Станкевич считает, что «сам факт проведения референдума был актом роспуска Советского Союза. Если вы проводите референдум о необходимости обновленного Союза и ожидаете решения, это означает, что старого уже не будет» ²⁰. Из чего можно сделать вывод, что референдум носил декоративный характер, а выполнять его решения никто не собирался.

Еще более манипулятивным был украинский референдум, состоявшийся в декабре 1991 года, почти одновременно с заключением Беловежских соглашений. Жителям УССР предлагалось ответить на вопрос: «Подтверждаете ли вы акт провозглашения независимости Украины?» («Да, подтверждаю»/ «Нет, не подтверждаю»). Положительно на этот вопрос ответило 84,18% жителей Украины при явке 90,32%. Сейчас, по прошествии более чем 30 лет и нынешнем положении украинского государства такой ответ не может не удивлять. Однако разберемся, за что же все-таки проголосовали в 1991 году почти 85% граждан. Первое, что обращает на себя внимание, это сама формулировка вопроса: Акт о провозглашении независимости Украины был принят Верховным советом УССР 24 августа 1991 года, так что «опровергать» принятие и существование этого документа с точки зрения голосующего было бы по меньшей мере странно. То есть формально вопрос касался не «отделения от СССР» и/или создания независимого государства, а всего лишь признания существования Акта о провозглашении независимости. Граждане, отдававшие свой голос в поддержку документа, в принципе не вполне понимали, за что именно они голосуют. Кроме того, вопрос, поставленный на референдуме, никак не прояснял ни формат будущей независимости, ни отношения с РСФСР и союзным центром, ни будущий государственный строй – голосовали, по сути, за «кота в мешке». Журналист Николай Стороженко в своей статье «Украинская независимость построена на тотальном обмане» пишет: «Декабрьский референдум стал первым звеном в длинной цепи обмана, протянувшейся через все это 30-летие. И его участники ни за что бы не поверили, за что именно они голосуют²¹».

Об этом же непонимании рассказывает и первый президент Украины Леонид Кравчук: по его мнению, население голосовало тогда за союзное с Россией государство, подразумевая под Актом о независимости только большую независимость страны в экономическом и социальном плане, а вовсе не существование в виде суверенного государства. «Они не видели независимость как государство отдельное, это нужно знать. А то, что мы думали и решали в Беловежской пуще – мы говорили о государстве. Да, союз государств, но о государстве, – заявил Кравчук в 2019 году. – Голосовали все, но думали по-разному. Я когда-то поинтересовался, а чего вы голосовали так активно, а они сказали: "Мы думали, что это будет Украина независимой, но с Россией"»²².

Сейчас это кажется невозможным, но в 1991 году будущего Украины не представляло себе первое лицо УССР, что уж было говорить об остальных гражданах.

Националисты заявляют о себе

Обретение Украиной независимости до сих пор является предметом спекуляций различных политических сил страны: украинцы так до сих пор и не могут разобраться в происхождении собственного государства – что привело к его созданию: заговор элит союзного уровня или национально-освободительная борьба, продолжавшаяся, по разным, опять же мифологизиpованным версиям, не то с середины ХIХ-го, не то с середины ХХ вв²³. Отсутствие этого понимания или, по крайней мере, общественного согласия по этому поводу является одной из причин, обусловивших нынешнее состояние страны, которое некоторые исследователи и политики описывают как «несостоявшееся государство» (failed state), т.е. государство, которое неспособно поддерживать свое существование в качестве самостоятельной политической и экономической единицы. Дело в том, что на протяжении многих лет с момента обретения независимости украинское общество так и не смогло создать внятный идеологический фундамент, наметить цели и задачи своего развития, предложить своим гражданам что-то кроме известного афоризма Леонида Кучмы «Украина – не Россия»²⁴, к настоящему времени выродившемуся в концепцию «Украина – АнтиРоссия».

Однако в начале 1992 года, когда украинцы, да и жители всего СССР, обнаружили, что после новогодних праздников стали гражданами разных стран и, более того, стран с новым экономическим укладом, о грядущем наступлении радикального национализма думать было некогда – людям нужно было выживать в новых экономических и социальных условиях. На смену дефициту товаров пришел в прямом смысле слова дефицит денег – «купоно-карбованцев», которые стали национальной валютой на переходный период (закончился в 1996 году введением гривны) и несколько месяцев должны были обращаться на территории Украины параллельно с рублем по курсу 1:1²⁵. Но проблема для населения заключалась в том, что денежной массы купоно-карбованцев не хватало, для того чтобы обменять на них рублевые сбережения, в свою очередь рубли не пользовались у продавцов успехом, поскольку никто не знал, когда их хождение запретят на территории страны (запрет был введен уже в ноябре 1992-го), поэтому поменять рубли на карбованцы по официальному курсу было практически невозможно. А из-за нехватки самих купоно-карбованцев зарплаты на предприятиях задерживали или выплачивали продукцией. Разрыв экономических связей с другими бывшими союзными республиками привел к остановке многих производств, катастрофическому снижению ВВП и массовой безработице. «Государство Украина начало свое существование с огромным бюджетным дефицитом и без каких-либо ограничений государственных расходов, – пишет в своей книге «Как Украина стала рыночной экономикой и демократией» шведский экономист Андерс Аслунд, несколько лет проработавший на Украине и в других постсоветских странах. – «Государственные финансы были примитивными и хаотичными. Украина приняла закон о бюджетной системе в декабре 1990 года, но бюджетирование было не регулярным, и парламент пренебрегал государственным бюджетом. Парламент спонтанно утверждал огромные дополнительные расходы, преимущественно субсидии промышленности и сельскому хозяйству. В силу нечеткого конституционного устройства правительство могло с трудом отклонять эти расходы»²⁶.

В 1992 году страна находилась в тяжелейшем экономическом кризисе. Граждане были заняты выживанием, парламентарии – борьбой за власть и бюджеты. В эти тяжелые времена мало кто обращал внимание на попытки принятия дискриминационных законов, а также появление и утверждение в обществе радикально националистических идей. Однако уже в августе 1992 года на одном из заседаний Верховной рады произошло удивительное событие: туда явилась делегация «Украинской народной республики в изгнании», ее руководители торжественно сложили полномочия и объявили Украину правопреемницей УНР – государства, просуществовавшего три года (1917-1920).

Это событие положило начало возрождению на Украине радикального национализма. Если Народный рух Украины, возглавляемый Вячеславом Черноволом, был организацией, чья деятельность в первую очередь была посвящена консервативно-демократическому развитию страны, ориентированного на все слои общества (Примечательно, что в 1991 году Рух поддерживали даже забастовочные комитеты шахтеров Донбасса.), а национальная составляющая его программы в большей степени касалась возрождения народной культуры, то вскоре на Украине начали легализироваться наследники бандеровской Организации украинских националистов (ОУН). Уже в октябре 1992 года в Киеве прошел съезд, на котором была создана партия Конгресс украинских националистов (КУН)²⁷, которую возглавила одна из руководительниц ОУН Слава Стецько.

Вообще в то кризисное время различные националистические организации появлялись на Украине как грибы после дождя. Однако они не пользовались поддержкой у занятого выживанием населения, а их материальные и символические ресурсы не позволяли им создать хоть какое-то значимое представительство в органах власти. Другое дело, что националистическую повестку начали потихоньку перехватывать партии, до этого не замеченные в особых симпатиях к украинскому национализму. В частности, созданная в 1991 году после запрета Компартии, Социалистическая партия Украины (СПУ) Александра Мороза начала использовать в своих тактических целях идею моноязычия, а также вступать в ситуативные союзы с националистически настроенными силами (коалиция с «Нашей Украиной», 2004). После возрождения Коммунистической партии Украины СПУ заняла нишу левой национально-ориентированной партии и в течение многих лет составляла конкуренцию другим левым силам, в первую очередь за счет поддержки украиноязычного электората.

Большинство же создаваемых в то время и на протяжении всех лет политических партий и предвыборных блоков носили ситуативный характер, поскольку в основе их лежали не те или иные идеи развития страны, а желание политиков добиться власти и/или сохранить ее и желания крупного бизнеса (олигархов) добиться определенных преференций. Национальную карту они разыгрывали в зависимости от текущего момента и тех сил, которые были их наиболее серьезными соперниками на выборах. В этом смысле особого внимания заслуживают многочисленные (и продолжающиеся до сих пор) трансформации «национального» в программах и имидже партий и блоков, возглавляемых Юлией Тимошенко, – от пророссийских до националистических и обратно. Аналогичные изменения претерпевали и проекты Виктора Медведчука. Так или иначе, но все это время украинские политики мало думали о реальных нуждах граждан, и это постоянно приводило Украину к разной силы политическим кризисам и гражданским конфликтам, кульминацией которых становились «майданы», поначалу относительно мирные, а в 2014 году – с трагической развязкой, бесповоротно изменившей судьбу Украины и миллионов ее граждан.

От популизма к конфликту

Однако вернемся в начало 1990-х. Экономический кризис – гиперинфляция (10 000%), спад производства, задолженность перед Россией за энергоресурсы, безработица и т.д. – вызвали недовольство населения и тяжелейший политический кризис. 9 декабря 1993 года в Донбассе началась бессрочная забастовка шахтеров, которые потребовали отставки президента Леонида Кравчука, проведения досрочных парламентских и президентских выборов, увеличения заработной платы, а также установления для Донбасса особых экономических связей с Россией. Верховная рада пошла навстречу забастовщикам и назначила досрочные президентские выборы на 26 июня 1994 года. Во втором туре 10 июля 1994 года победу над действующим президентом Леонидом Кравчуком одержал занимавший пост премьер-министра Леонид Кучма. Предвыборные обещания русскоязычного украинца Кучмы были крайне противоречивыми, в наши такую программу назвали бы «за все хорошее против всего плохого»: и содержали, например, пункты об усилении местных властей и советов, особенно в бюджетной сфере, и одновременно отказ от федерализации. И Кучма, и Кравчук обещали своим избирателям официальный статус русского языка, с которым в то время уже начались некоторые проблемы вроде необходимости получения высшего образования исключительно на украинском языке или сокращения русских школ и детских садов. Однако избиратели поверили русскоязычному выходцу из Днепропетровска Кучме (украинский он учил буквально в ходе предвыборной кампании), верить западному украинцу Кравчуку, для которого украинский был родным языком и проблем русскоязычного электората он не понимал или не хотел понимать, они уже опасались. Кроме того, в отличие от Кравчука, провозгласившего отказ от любых союзов с Россией и стремление к интеграции в Евросоюз, Леонид Кучма обещал избирателям курс на экономическое и политическое сближение с Россией. Правда, очень скоро выяснилось, что эту часть предвыборных обещаний Кучма выполнять не собирается, он объявил политику «многовекторности», за десять лет его правления исказившую сознание украинцев. Последствия этой политики привели к размежеванию украинского общества, росту радикально националистических настроений, дискриминации русскоязычного населения и гражданскому конфликту такой силы, что для защиты русских и русскоязычных жителей Украины и отделившихся от нее вследствие этого конфликта Донецкой и Луганской народных республик понадобилась помощь России.

Глава 2. Территория и политика. Украина в 9-19 веках

История Украины с древнейших времен и по сегодняшний день крайне политизирована и мифологизирована. Более того, можно сказать, она творится прямо на глазах, причем не только в синхронном, но и в ретроспективном измерениях. К тому же обращаясь к ней, всякий раз нужно определять, об истории чего именно пойдет речь – территории современной Украины, ее государственных и/или квазигосударственных устройств, этнографии, населяющих ее народов, политической и культурной жизни. В истории страны, части территории которой веками принадлежали разным государствам, довольно сложно выделить что-то специфически украинское. Тем не менее многочисленные украинские и сочувственно настроенные к Украине историки пытаются найти все новые и новые доказательства древности как самого этноса, так и его государственности. Конечно, в рамках этой книги невозможно охватить историю Украины во всех ее подробностях, поэтому сосредоточимся на наиболее спорных исторических моментах и персоналиях.

Украина и Малороссия

Самая распространенная версия предполагает, что название «Украина» происходит от древнерусского слова «оукраина», что значит «пограничная область». Первые упоминания этого слова появляется в конце ХII века. В Ипатьевской летописи рассказывается о смерти в 1187 году переяславского князя Владимира Глебовича, о котором «очень горевала Украина» («Оукраина много постона»). «Из-за этой фразы, – пишет в своей книге «Тень Мазепы» Сергей Беляков. – давно спорят историки, филологи и даже политики, при этом ученые разделяются обычно не по научным школам, а по национальностям. Большинство русских доказывает, что речь шла не о какой-то особой стране, а лишь об одной из окраин Руси, которой можно считать Переяславское княжество, оно действительно лежало на степной окраине русских земель. Украинцы же пытаются доказать, что “Украина“ – это не окраина, а страна, край, земля»²⁸. Встречается в Ипатьевской летописи и упоминание «украины Галицкой», которая в те времена (1189) представляла собой окраину западных русских земель. Украинский академик Григорий Пивторак не только сделает из этой записи вывод, что «оукраина» означает «страна», но и всерьез назовет Киевскую Русь «раннеукраинской державой»²⁹. Однако в русских источниках времен царства Московского «украина» означала именно приграничную, отдаленную землю, окраину. «Даже русские города на южной границе – Тула, Кашира, Таруса, Верея, Брянск – еще в середине XVII века назывались “украйными”, или “украинскими”, городами, – рассказывает Сергей Беляков. – В это же время города собственно Украины (Малой Руси) назывались “городками черкасскими”»³⁰.

Еще одна версия, которую предлагают некоторые украинские историки и лингвисты, заключается в том, что название Украина образовалось от слова «край», «краина», что значит «страна», «земля, заселенная свои народом». На сегодняшний день такое объяснение приводится в украинских учебниках по истории. Отдельно подчеркивается, что слова «україна» и «окраїна» всегда имели разный смысл. В качестве доказательства этого тезиса часто приводится цитата из «Летописи Самовидца», написанной предположительно бывшим сотником Нежинского полка Романом Ракушкой-Романовским. В «Летописи Самовидца» принявший священнический сан Ракушка-Романовский называет свою страну «Украиной»: «Итак, снова Украина оказалась под властью короля польского, кроме Переяславля и Нежина, и Чернигова с волостями, потому что в тех городах оставались воеводы» Также он пишет о различиях «городов московских» и «городов украинских», «старожитной украинской шляхте» Сергей Беляков в «Тени Мазепы» уверен в том, что летописец не может считать свою страну всего лишь окраиной Польши или царства Московского.

Известно, что «Украиной» неоднократно называл свою родину Богдан Хмельницкий, употребляется словосочетание «наша Украина» и в универсале Ивана Мазепы, а также в «Своде прав Украины» автора «первой украинской конституции»³¹ соратника Мазепы Пилипа Орлика.

Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона (1890-1907) сообщает, что Украина – это неофициальное название территории, простиравшейся от Подолья на западе до устья Днепра на юге и включающей в себя большую часть земель будущей Екатеринославской губернии на востоке. Территория эта находилась на границе Юго-Западной Руси, которая в 1569 году вошла в Польское королевство. В XVI—XVIII веках название «Украина» закрепилось за Средним Приднепровьем (Южной Киевщиной и Брацлавщиной), которое контролировалось казаками. Жителей этих мест называли «украинцами» или «украинниками». Также украинцами стали называть служилую польскую шляхту в этих землях. Со временем название становилось все более употребительным и распространилось на соседние территории. А когда поднялось восстание Богдана Хмельницкого (1648-1654), это название «Украина» стали использовать для обозначения всех регионов, охваченных боевыми действиями. Оно встречается в письменных источниках, в произведениях устного народного творчества. Однако Украиной тогда не называли все южнорусские земли.

В географическом смысле название Украина закрепилось и стало широко распространяться с XVIII века. Во времена Российской империи в ходу были названия «Малороссия» и «Малороссийская Украина». Интересно, что «Малороссия» вовсе не является изобретением подданых Российской империи, его придумали греки. Так в первой половине XIV века «Малой Россией» Константинопольский патриарх и его приближенные называли земли «королевства русского» (Галицко-Волынского княжества) и галицкой епархии. В те времена «Малая Русь» существовала в основном в переписке церковных деятелей, посвященной делам галицкой епархии. Иногда так называли еще и русские земли, которые к концу XIV века оказались под властью поляков и литовцев. При этом сами жители этих земель тогда «малороссиянами» себя не называли. «Только Юрий II Болеслав, последний правитель Галиции (сын князя Тройдена Мазовецкого и галицкой княжны) называл себя в грамоте к магистру Тевтонского ордена “природным князем всей Малой Руси”»³², – пишет Сергей Беляков. Под Малой Русью при этом понимались только земли его княжества. Ну а польского короля Казимира, которому досталась Галиция, в канцелярии патриарха Константинопольского называли «королем Ляхии и Малой России». Однако в XV веке название «Малая Русь» исчезает из употребления и возрождается только на рубеже XVI-XVII вв., когда на Западной Руси развернулась полемика вокруг унии: Малой Русью начинают называть все земли Речи Посполитой, где живут русины.

После Переяславской рады (1654) эти земли, подконтрольные восставшим против поляков казакам Киевского, Черниговского и Брацлавского воеводств, переходят под протекторат московского царя Алексея Михайловича. Он даже меняет свой титул «государь и самодержец всея Руси» на «государь всея Великая и Малая России». Поддержка русскими войсками восставших казаков привела к русско-польской войне 1654-1657 годов, завершившейся Андрусовским перемирием, по условиям которого Левобережная Украина (территории к востоку от Днепра) отошла России, а Правобережная (западные земли) остались у Речи Посполитой.

Термин «Малая Россия» скоро стал очень распространенным. Слово прижилось и постоянно использовалось и в московских приказах, и в гетманской канцелярии. В Москве даже был создан специальный Малороссийский приказ, в чьи обязанности входили контроль над этой территорией и деловые сношения с ней. Даже «западник» гетман Иван Мазепа выступал от имени «Войска Запорожского и народа Малороссийского»³³, в переписке со своими соратниками он пользуется выражениями «отчизна наша малороссийская», «народ наш малороссийский».

Образованные украинцы не видели в названиях «Малороссия» или «Малая Россия» ничего обидного. Для Николая Гоголя «Малороссия» была синонимом слова «Украина», использовал в своих русскоязычных повестях это слово и Тарас Шевченко. Только на рубеже XIX-ХХ веков название Малороссия стало антонимом слова «Украина»: «малороссами» или «малороссиянами» стали называть себя русифицированные украинцы, сторонники идеи «большой русской нации», одного народа, общей судьбы. Название Украина наоборот приобрело этнический и этический (национально-освободительный) смыслы, а понятие «Малороссия» стало восприниматься как проявление имперского мышления и угнетения царским правительством украинского народа.

В ХХ веке на территории современной Украины существовало несколько самопровозглашенных государственных образований: Украинская народная республика (УНР; 1917-1920); провозглашенная 12 (25 декабря) 1917-го в Харькове Украинская Народная республика Советов рабочих, крестьянских и казачьих депутатов (УНРС), которую уже 19 декабря 1917-го признал Совнарком Советской России. В марте 1918 II Всеукраинский съезд советов в Екатеринославе провозгласил независимую Украинскую Советскую республику, которая перестала существовать уже в апреле 1918-го. На смену ей пришла «Украинская держава» во главе с генерал-лейтенантом царской армии Петром Скоропадским, провозгласившим себя гетманом. Однако гетманат Скоропадского продержался недолго: после восстания Директории во главе с Симоном Петлюрой была восстановлена УНР, прекратившая свое существования после разгрома ее польских союзников войсками Советской России. В 1919 УНР успела подписать Акт злуки (соединения) с образовавшейся после распада Австро-Венгрии Западно-Украинской народной республики (ЗУНР). По некоторым оценкам, в 1917-20 годах на территории современной Украины существовало 16 разнообразных государственных образований, в числе которых, например, Донецко-Криворожская республика и анархистская республика Нестора Махно в Гуляй-Поле. Примечательно, но слово «Малороссия» в названии этих государственных образований не встречается, к тому времени оно уже приобрело негативную колониальную окраску, а слоган «мы – украинцы, а не малороссы» используется в украинской пропаганде до сих пор.

Однако вернемся в давние времена, чтобы проследить, как формировался современный украинский народ и представления о нем.

Как заселялась Украина

Первые люди появились на юге Восточно-Европейской равнины в эпоху раннего палеолита. Замечательный климат, обилие рек, плодородная почва привлекал людей своим комфортом. Антропологи полагают, что первые племена сюда пришли из Передней Азии через Балканы и Центральную Европу. В центральной части современной территории Украины находили следы стоянок представителей трипольской культуры, потомками и наследниками которой третий президент Украины Виктор Ющенко, известный своей коллекцией артефактов трипольской культуры, пытался объявить современных украинцев. Находили археологи и более поздние поселения, относящиеся к бронзовому веку. По мнению исследователей в те времена здесь развивалось земледелие.

В античные времена украинские степи находились во власти скифов, которые занимались и земледелием, и скотоводством, и различными ремеслами. А на берегах Черного и Азовского моря свои поселения основывали греки, которые вели активную торговлю со скифами, продавали вино, оливковое масло, керамику, а покупали зерно, мед, мясо, изделия из кожи. В конце V века на этих территориях появляются первые славянские племена антов и склавинов. Территории, расположенные по левому берегу Днепра вместе с Таврией, в те времена находились под властью хазарского каганата. К концу первого тысячелетия на землях современной Украины проживали поляне, древляне, северяне, бужане, тиверцы, волыняне, уличи и другие.

Первые упоминания о Киевской Руси относятся к IX веку и связаны с активным освоением пути из варяг в греки. Свой поход в Константинополь совершил князь Киевский Аскольд. После него власть перешла в руки Олега, назначенного регентом при малолетнем князе Игоре. При князе Владимире Киевская Русь принимает христианство, а при Ярославе Мудром получает первый свод законов «Русскую правду».

Со временем местные княжества заявляют о большей самостоятельности, Киевская Русь вступает период феодальной раздробленности и становится легкой жертвой для Золотой Орды. Большая часть княжеств попадает под монголо-татарское иго, избавление от которого стало возможным спустя столетия.

С запада южные княжества были атакованы литовским князем Гедимином, войска которого разбили объединенную армию южнославянских князей в битве при реке Ирпень. Под контролем литовского князя оказались Киев, Белгород, Переяславль. Дело Гедимина завершил князь Ольгерд, который в состав Великого княжества Литовского сумел включить большую часть удельных княжеств и получил выход к Черному морю. Галицкая и Холмская земли отошли Польскому королевству. Львов стал столицей Русского воеводства в 1434 году.

В 1569 году была провозглашена Люблинская уния, объединившая Великое княжество Литовское и Польское королевство в единое государство – Речь Посполитую. Волынь, Подляшье, Подолье, Брацлавщина и Киевщина оказались во власти нового государства. После принятия Брестской унии, узаконившей объединение православной церкви Киевской митрополии и католической церкви, многие знатные русские люди начали переходить из православия в католицизм.

Запорожские «лыцари»

Недовольные такими переменами бежали на юг, на земли в нижнем течении Днепра, где была образована Запорожская Сечь. Первое письменное упоминание о запорожских казаках появились в 1492 году. Летом они занимались различными промыслами на берегах Днепра, а зимой разъезжались по городам, в частности Киев, Львов, Бахчисарай, Черкасы и другие. На месте своего пребывания они оставляли аванпост, крепость или сечь, где находились вооруженные люди, готовые защищать освоенные места. «И вот выходцы вольные и невольные, бездомные, те, которым нечего было терять, которым жизнь – копейка, которых буйная воля терпеть не могла законов и власти, которым везде грозила виселица, расположились и выбрали самое опасное место в виду азиатских завоевателей – татар и турков. Эта толпа, разросшись и увеличившись составила целый народ, набросивший свой характер и, можно сказать, колорит на всю Украину, сделавший чудо – превративший мирные славянские поколения в воинственный, известный под именем козаков народ, составляющий одно из замечательных явлений европейской истории, которое, может быть, одно сдержало это пустошительное разлитие двух магометанских народов, грозивших поглотить Европу»³⁴, – так характеризует казаков Николай Васильевич Гоголь в своей статье «Взгляд на составление Малороссии». Столь комплиментарный взгляд на казачество объясняется не только и не столько симпатией к ним автора «Тараса Бульбы», сколько присущим романтической традиции первой воловины ХIX века интересу, возвеличиванию и дифференциации всего «народного», «национального». Европейские народы формировали свою историю актуализирую предания, сказки, мифы и истории подвигов. В ХIX веке бурно развивались этнография и фольклористика: ученые из Петербурга, Москвы и Варшавы совершали экспедиции по селам Малороссии, разговаривали с крестьянами, записывали песни, прибаутки и легенды; искали отличия быта, нравов, внешности и темперамента малороссийских крестьян. «На взгляд русского образованного человека, типичный украинец (малороссиянин, южноросс, хохол) “угрюм, неразговорчив, самоуверен”, скрытен и упрям³⁵», – суммирует Сергей Беляков выводы исследователей Украины Измаила Срезневского, Зориана Доленги-Ходаковского, Пантелеймона Кулиша, Михаила Драгоманова и др.

«Казаки» или «козаки» и представления о них как у народа, так и у исследователей занимают в этнографии и культуре ХIХ века особое место: козаками были почти все народные герои, об их подвигах слагали песни (думы), которые малороссийские крестьяне слушали с раннего детства. При этом фольклор не противопоставляет «мужиков» «козакам», что косвенно доказывает несостоятельность выводов некоторых ученых о том, что запорожские казаки были особым сословием, а не просто крестьянами, взявшими в руки оружие и убежавшими на Хортицу. «Козак и мужик – не социальные антагонисты, как пан и мужик. Козак – тот же мужик, только вооруженный, сменивший плуг и упряжку волов на коня и саблю, – пишет Сергей Беляков. – (…) Козак – образец для подражания. Потенциально – это любой украинец»³⁶. Позитивный образ запорожского казака широко использовался в русской культуре «Тарас Бульба» и «Ночь перед Рождеством» Гоголя, «Полтава» А.С.Пушкина, масштабное полотно Ильи Репина «Запорожцы» (в народе известное как «Запорожцы пишут письмо турецкому султану». Кстати, и само «письмо турецкому султану» до сих пор считается образцом украинского народного юмора по обе стороны российско-украинской границы), опера С. Гулак-Артемовского «Запорожец за Дунаем», «козацкие» стихи Тараса Шевченко, по воспоминаниям современников, кстати, считавшего «козаков» отдельной национальностью. В принципе, такую же трактовку понятия «казак» предполагает и современный гимн Украины на слова Павла Чубинского:

– Душу й тiло мы положим за нашу свободу

И покажем, що ми, браття, козацького роду.

«Козацкий род» является здесь не сословным, а этническим определением.

После Октябрьской революции 1917 года героический казацкий миф широко использовался и в советской культуре – от фильмов и романов о Богдане Хмельницком (например, «Я – Богдан» Павла Загребельного) до мультипликационного сериала «Казаки» (реж. В. Дахно, 1967-1995. удивительно, но многие сюжетные коллизии этого мультсериала вроде участия казаков в древнегреческих Олимпийских играх или приключения казаков в Древнем Египте в независимой Украине в том или ином виде оказались в учебниках для младшей школы) и др. Во всех этих произведениях запорожские казаки предстают людьми героическими, иногда жестокими, но веселыми и хитрыми, при этом блюдущие своеобразный кодекс чести – «лыцарство».

Объединение отдельных сечей в общее образование под названием Запорожская Сечь произошло, вероятно, примерно в те же годы, что и Брестская уния. Прототипом Запорожской Сечи считается Хортицкая крепость, заложенная Волынском князем Дмитрием Вишневецким, христианским рыцарем, посвятившим свою жизнь войне против ислама.

Казаки и Речь Посполитая

Первый гетман Войска Запорожского Предслав Ланцкоронский и первый кошевой атаман Евстафий Дашкевич перевооружили казаков и начали воевать против татар и турок. Они воевали и против Московского царства, но главным их противником все же были «басурмане». Использовали казаков в военных целях и власти Великого Литовского княжества, и Речи Посполитой.

Польский король Стефан Баторий поставил казачество на службу Речи Посполитой. Он учредил казачий «реестр», внесенные в который казаки получали жалованье за службу и должны были воевать на всех южных и восточных фронтах – от Смоленска до Молдавии. Впрочем, в Запорожской сечи оставались и вольные казаки, служившие кому придется.

Со временем желающих пойти в реестровые казаки становилось все больше, контролировать их было все труднее. К тому же сложными были отношения между католиками-поляками и православными казаками, а с годами они все больше ухудшались. Начались казацкие восстания, которые раз от разу становились все более жестокими и кровавыми, и подавлять их удавалось с большим трудом. Попытка сделать казаков верными подданными и защитниками Речи Посполитой не удавалась. В 1630 годах постоянно происходили казацкие бунты, вызванные несправедливой политикой польских властей, – Владимира Федоровича (1630), Ивана Сулимы (1635), восстание Павлюка (1637), Остряницы и Гуни (1638). Однако все эти восстания были подавлены, часто с помощью «зрады» (предательства) во время мирных переговоров. Интересно, что уже тогда «зрада», в которой всю историю независимости обвиняют друг друга украинские политики, тоже была основной проблемой, мешавшей повстанцам достичь успеха. А уже первое серьезное восстание 1648 года под руководством гетмана Богдана Хмельницкого едва не привело к исчезновению самой Речи Посполитой.

Богдан Хмельницкий: герой или предатель?

В 1648 году запорожские казаки во главе с Богданом Хмельницким подняли восстание против польских магнатов. Поводом для бунта стала ссора полковника Хмельницкого с польским магнатом Даниэлем Чаплинским, который захватил принадлежавший Хмельницкому хутор Суботов, а также, по неподтвержденным данным, украл Гелену – женщину, с которой сожительствовал Хмельницкий после смерти жены, и до смерти избил его младшего сына. Историки до сих пор не пришли к единому мнению происходило ли это на самом деле или это всего лишь легенда. Так или иначе, но после разорения Суботова Хмельницкий попросил защиты у польского короля Владислава, однако выяснилось, что у Хмельницкого нет бумаг, подтверждающих его право собственности, и Владислав не захотел ссориться с польскими магнатами. Вместо того чтобы помочь Хмельницкому, он бросил его в тюрьму, откуда Богдан бежал с помощью друзей.

После освобождения, в январе 1648 года, Хмельницкий обратился за помощью к запорожцам. Долго уговаривать буйных сечевиков нужды не было, но удивительно, что Хмельницкого поддержали также и «реестровые» казаки. То ли обида, ему нанесенная, так задела всех за живое, то ли вседозволенность шляхты стала невыносимой. Казаки уничтожили польские гарнизоны и подняли восстание. Хмельницкий отправился к крымскому хану и получил в помощь конный отряд Тугай-бея. Это было особенно полезно, поскольку на тот момент своей конницы у казаков практически не было. В течение весны посланные против казаков войска двух коронных (королевских) гетманов были разбиты под Желтыми водами и Корсунем, возглавлявшие их военачальники Потоцкий и Калиновский попали в плен и были отданы татарам. Этот успех изменил ситуацию: поднялась вся Украина – крестьяне, мещане, казаки. Вскоре восстание перекинулось на Белоруссию. Резали не успевших сбежать польских помещиков, грабили купцов, а заодно евреев и прочих иноверцев. Хмельницкий и его окружение не в состоянии были контролировать «освобожденные» ими территории, да и не старались делать этого. В итоге убийства и беззакония приняли чудовищные масштабы. Хмельницкий и его соратники оказались заложниками ситуации, ведь изначально они рассчитывали в какой-то момент договориться с Владиславом на своих условиях. Но именно в этот момент король Владислав Ваза умер.

8 июня 1648 года Богдан Хмельницкий обращается к русскому царю Алексею Михайловичу: он пишет о победах казачьего войска над поляками и фактически предлагает девятнадцатилетнему Алексею Михайловичу вступить в войну с Польшей. Однако Москва берет паузу, поскольку казачье войско и крымский хан выглядят ненадежными союзниками. За это время Хмельницкий одерживает еще несколько побед и в декабре вступает в Киев. В декабре же королем Польши избирают младшего брата Владислава Вазы Яна Казимира. Хмельницкий и поляки проводят переговоры, однако ультиматум гетмана не принимается, и в 1649 году война возобновляется.

К этому времени поляки объединили свои силы, а также укрепили войско европейскими наемниками. К тому же накануне решающей битвы под Зборовом поляки смогли уговорить крымского хана выйти из войны, поэтому первоначальная удача не была реализована войском Хмельницкого. Ну а после поражения в Лоевской битве, казакам пришлось подписать Зборовский мир (1649), в соответствии с которым Гетманщина становилась автономией Речи Посполитой, которой управлял выборный гетман. Столицей автономии был назначен город Чигирин. Кроме того, согласно Зборовскому миру, реестровое казачество увеличивалось до 40 тыс. сабель – все, кто не вошел в реестр, должны были вернуться к своим прежним сословным статусам; евреям было запрещено находиться на территории Гетманщины, а участникам восстания объявлялась амнистия. Историки отмечают, что это был мир короля с казаками, которые добились того, что стали православной шляхтой вместо изгнанных поляков. Интересы крестьян, которым после Зборовского мира надлежало вернуться в прежнее состояние, были преданы. Казакам же теперь нужно было каким-то образом утихомирить своих недавних собратьев по оружию.

Однако Зборовский мир не прекратил, а только приостановил войну. Следующий год стороны собирались с силами, а затем снова перешли к активному противостоянию. Удача склонялась то на одну, то на другую сторону. Противники были истощены, численность армий падала, резервов становилось всё меньше, начались голод и эпидемии. Победа любой из сторон казалась всё более призрачной, как и последующее мирное сосуществование в рамках одного государства – доверия друг к другу у шляхты и казачества не было. И тогда Хмельницкий снова обращается к Алексею Михайловичу.

В это время у Богдана Хмельницкого появляется в Москве союзник – только что избранный патриарх Никон, который обещал посланникам Хмельницкого Кондратию Бурляю и Силуяну Мужиловскому содействие в переговорах с Алексеем Михайловичем, которые прошли летом 1653 года. В результате этих переговоров царь решил заключить с Хмельницким союз. Однако для этого ему нужно было утверждение Земского собора. 1 октября 1653 года Собор торжественно постановил: прервать переговоры с Речью Посполитой и удовлетворить просьбу казаков.

«Существует легенда о том, что 18 января на тайной (закрытой) Раде Богдан обратился к старшинам с речью: мол, есть четыре государя – турецкий, крымский, польский и московский – какого хотите? И старшины дружно крикнули “хотим московского царя”. Впервые этот сюжет появляется в отчете Бутурлина о переговорах и, видимо, имеет иносказательный характер. Понятно, что к моменту приезда посольства все основные моменты уже были улажены и особого выбора у старшин не было, – пишет историк Георгий Олтаржевский. – Кстати, без сюрпризов не обошлось: русские послы отказались подписывать документ от имени царя. Это понятно исходя из московской бюрократической системы того времени, но таким образом документ стал односторонним: казаки подписали свои обязательства, русские послы – нет. Это один из самых дискуссионных моментов, позволяющий именовать Переяславские договоренности как договором, так и присягой на верность. Смысл в таком случае меняется»³⁷.

8 января 1654 года вошло в историю под названием Переяславская рада. В этот день в Переяславе послы передали Богдану Хмельницкому символы гетманской власти – знамя и булаву, а также костюм (ферязь) и меховую шапку по тогдашней московской моде. Казаки присягнули московскому царю. Также послы посетили Киев, чтобы подчеркнуть преемственность древнерусских традиций.

Однако война на этом не закончилась, наоборот – по договору 1654 года к ней подключилась и Россия. Война с Речью Посполитой продолжалась 13 лет и стоила всем ее участникам колоссальных жертв: города переходили из рук в руки и каждый раз разграблялись, а их жители почти полностью истреблялись. Кроме того, просившие русского царя о защите казаки довольно быстро нарушили договор с Московским царством, уже сын Хмельницкого Юрий воевал на стороне поляков.

Частое нарушение договора и недовольство казаков старший научный сотрудник Института российской истории РАН, кандидат исторических наук Андрей Марчуков объясняет разницей сторон в понимании договорного процесса и его результатов. «В великорусской политической традиции, к примеру, не было такого положения, согласно которому монарх о чем-то договаривается со своими подданными. Он может только жаловать или даровать. Как это и происходило с теми вольностями, которые русский государь давал Запорожскому войску. И поэтому в Москве считали самым главным юридическим положением акт присяги, которую запорожцы и жители Малороссии других сословий принесли на верность русскому государю и России, – рассказал Марчуков в интервью «Свободной прессе». –А вот сами казаки (согласно уже польской политической традиции) допускали, что государь договаривается со своими подданными. Эта юридическая коллизия, когда каждая сторона несколько по-разному понимала суть происходящего, приводила к тому, что малороссийские казаки считали возможным выторговывать что-то у Москвы. Или даже начинать какую-то фронду, если считали, что дарованные им свободы в чем-то нарушаются»³⁸.

Удивительно, но в начале ХХI века несоблюдение договоров с Россией вследствие их неправильного понимания украинской стороной или ее нежелания их правильно понимать превратились в своего рода политическую традицию, достаточно вспомнить, например, блокирование Киевом Минских соглашений из-за невозможности определиться с очередностью выполнения его пунктов³⁹.

Россияне привыкли оценивать Переяславскую раду и деятельность Богдана Хмельницкого в целом как позитивное явление в жизни русского и украинского народов, однако в современной Украине делаются попытки подвергнуть ревизии историческую роль Богдана Хмельницкого. Памятники ему, конечно, пока не сносят, но все чаще звучат обвинения гетмана в геноциде еврейского населения, диктаторских амбициях, сговоре с московским царем и евреями. В украинских источниках можно прочитать, что именно Богдан Хмельницкий выбрал неправильный путь развития страны. «В 1648 году Речь Посполитая пыталась официально включить Украину (Русское княжество) в свой состав. Парламент Речи Посполитой ратифицировал этот договор, – пишет украинский историк Владимир Галицкий в статье «Богдан Хмельницкий: предатель Украины». – Но в ближайшее время Богдан Хмельницкий и его приспешники подняли украинцев на восстание против Речи Посполитой. Договор был отброшен и будущее Украины было уничтожено»⁴⁰.

«Украинские националисты пытаются представить процесс воссоединения Левобережной Украины с Россией как аннексию. А Хмельницкого изображают этаким предателем национальных интересов, – объясняет российский историк Владимир Тучков в статье «Как Украина в Россию просилась». – (…) Даже если предположить, что Хмельницкий был «агентом Москвы», то воссоединение было в высшей степени добровольным, но никак не насильственным, якобы противоречившим настроениям проживающего на присоединенной территории населения⁴¹. Так или иначе, какими бы соображениями ни руководствовался Богдан Хмельницкий, ему суждено было сыграть одну из важнейших ролей в истории русского и украинского народов.

Иван Мазепа: предатель или евроинтегратор?

Гетман Иван Мазепа сейчас пользуется на Украине уважением. В его честь переименовывают улицы, он изображен на 10-гривневой купюре и почтовых марках, ему ставят памятники. «Вместо российской анафемы, гетману Ивану Мазепе сегодня принадлежит украинская слава», – заявил на открытии памятника Мазепе в Полтаве пятый президент Украины Петр Порошенко. По его словам, Российская империя «очерняла образ гетмана, но это не помешало ему стать настоящим символом украинского сопротивления и знаменем движения к независимости»⁴².

Ивана Мазепу (1639-1709) сопровождали различные слухи и легенды еще при его жизни. Вопреки распространенному убеждению, он не был поляком, а родился в семье украинского православного шляхтича Степана Адама Мазепы. Образование Иван получал сначала в Киево-Могилянской коллегии, а потом – в Голландии, Италии, Германии и Франции. Для своего времени он был очень образованным человеком: знал несколько иностранных языков, включая немецкий, итальянский и латынь. Сочинял стихи, думы и песни. Несколько лет служил при дворе польского короля Яна Казимира. Существует легенда о том, что покинуть Польшу и вернуться в Украину Мазепа вынужден был в результате скандала, связанного с его любовными похождениями: якобы Иван навещал жену польского шляхтича Фальбовского «столько раз, сколько у него было волос на голове». За это Фальбовский приказал слугам раздеть Мазепу догола, привязать его к коню и пустить через колючий кустарник. А когда конь принес израненного Мазепу к дому, слуги не сразу признали в нем своего хозяина и отвязали его. Правда это или миф, доподлинно неизвестно. Факт в том, что на Украину Мазепа отправился с дипломатическим поручением Яна Казимира к гетману Правобережной Украины Павлу Тетере. Ну а после бегства Тетери в Польшу в 1765 году, остался на Украине и поступил на службу к гетману Петру Дорошенко. Его карьере при Дорошенко помогла удачная женитьба: Мазепа взял в жены вдову полковника Самуила Фридрикевича Ганну, у которой было двое детей. Сестра Ганны была женой самого гетмана Дорошенко, а ее отец Семен Половец был генеральным судьей.

Карьера, да и жизнь Мазепы едва не закончились, когда он попал в плен к врагу Дорошенко кошевому атаману запорожцев Ивану Сирко. Однако пленник заинтересовал командовавшего русскими войсками на Украине воеводу Григория Ромодановского, поскольку гетман Дорошенко был врагом России. Во время допросов Мазепа произвел на Ромодановского хорошее впечатление, и тот отправил его в Москву с сопроводительным письмом, в котором просил «во всем дати веру» Мазепе. В Москве Иван не только давал показания, но и удостоился чести встретиться с царем. После этого судьба Мазепы будет тесно связана с Московским государством и с Гетманщиной. Он станет частым гостем в Москве и подружится с фаворитом царевны Софьи Василием Голицыным.

Между тем в Москве росло недовольство гетманом Иваном Самойловичем, противником прежнего покровителя Мазепы Дорошенко, на чью сторону перешел Мазепа и при котором дослужился до генерального есаула. Верный московским друзьям Мазепа принял участие в смещении Самойловича: вместе со своим будущим врагом Кочубеем и другими казацкими старшинами он подписал донос на гетмана. А после ареста Самойловича на раде, собравшейся на реке Коломак, в 1687 году именно Мазепу провозгласили новым гетманом. Избрание его происходило при поддержке Василия Голицына, на всякий случай окружившего казацкий стан русскими полками.

Впрочем, большинство украинцев не хотели признавать нового гетмана, видя в нем московского ставленника. Мазепа даже вынужден был просить у Голицына 4000-е русское войско, чтобы добраться до гетманской резиденции – города Батурин. Первое время его власть держалась исключительно на военно-полицейской (стрельцы) поддержке Москвы.

Мазепа был непопулярным и нелюбимым правителем, хотя ему удалось занимать свой пост больше двадцати лет, и поставить абсолютный рекорд среди украинских гетманов. Несмотря на неприязненное отношение к нему, Мазепе удавалось удерживать на Украине относительную стабильность и мир. Впрочем, внешние войны – с турками и татарами – продолжались. В 1695 году Мазепа и русский воевода Борис Шереметев взяли крепость Кизикирмен в верховьях Днепра, и эта победа сделала гетмана очень популярным в Европе, а в 1696-м полки Мазепы помогли армии Петра Первого взять Азов. Даже успешные, эти войны были крайне разрушительными для Гетманщины: многотысячные армии проходили эту территорию насквозь, а в Гадяче, Переяславе, Чернигове, Нежине и даже Батурине стояли русские войска, которых нужно было кормить и содержать.

В казацких кругах нарастало недовольство чрезмерно преданным Москве гетманом, которому, к тому же не забывали и его службу у «ляхов». Еще в 1692 году Петр Иваненко (Петрик), служивший в гетманской канцелярии, бежал на Сечь и, развернув антимосковскую и антимазеповскую пропаганду, объявил себя гетманом. Петрик обещал защиту «простым людям», которых он освободит «от москалей и своих панов», он убеждал других казаков в том, что за ним пойдет вся Украина. Многие относились к идеям Петрика сочувственно. Однако поведение призванных им татар, которые начали грабить местных жителей, быстро охладило симпатии к повстанцу. Мазепа приложил множество усилий, чтобы подавить это восстание.

Ивана Мазепу устраивало покровительство доверявшего ему, не слушавшего никаких доносов (а они поступали в изобилии) Петра Первого. Гетман был государевым любимцем, даже орден Андрея Первозванного он получил раньше, чем А.Д. Меншиков, да и сам Петр. Даже на донос генерального судьи Василия Кочубея об измене Мазепы, который (уже не первый по счету) судья отправил в Москву в 1708 году, Петр Первый отреагировал вовсе не в пользу доносчика – все знали о давней вражде Кочубея и Мазепы из-за соблазненной гетманом крестницы, дочери Кочубея Матрене⁴³, – и отправил разбираться с доносом друзей Мазепы Петра Шафирова и Гавриила Головкина. Кочубей и его соратник полковник Иван Искра были подвергнуты пыткам, а после обезглавлены неподалеку от Киева.

В общем благополучию Мазепы при Петре Первом ничто не угрожало, однако события в Европе развивались таким образом, что Мазепа испугался наступления шведского короля Карла XII на украинскую границу. Власть гетмана держалась на московских штыках, и в случае поражения России ему бы пришлось несладко.

Историки не знают точной даты начала сепаратных переговоров Мазепы с польским королем Станиславом Лещинским, которого поддерживали шведы. Если верить письму соратника Мазепы, «гетмана в изгнании» Пилипа Орлика митрополиту Яворскому в 1721 году, спустя больше десяти лет после смерти Мазепы, переговоры с поляками и шведами Мазепа начал еще в 1707 году. Орлик также объясняет предательство Мазепы тем, что гетман испугался «слабости России», в которой его убедил отказ Петра Первого предоставить для защиты Украины 10000 солдат. Петр велел Мазепе организовать оборону Украины своими силами. Впрочем, факты версию Орлика опровергают: русские войска не покидали Украину, а когда Карл XII начал наступление на Украину, Петр Первый также сосредоточил там свои лучшие силы.

И хотя Орлик утверждает, что Мазепа присягнул перед крестом в том, что действует не ради своих интересов, а ради малороссийского народа, «расширения прав и вольностей войсковых» и чтобы «отчизна с Войском Запорожским как от московской, так и от шведской стороны не погибли», само содержания договоренностей гетмана со шведами и поляками осталось неизвестным, поскольку оригинал этого договора был уничтожен. Существует версия, что договор этот предусматривал существенное расширение Гетманщины за счет правобережной Украины, а гетман Мазепа стал бы гетманом обеих берегов Днепра под властью слабой Польши. Официальный договор о совместной борьбе против Петра Первого со шведами был заключен Мазепой и кошевым атаманом Гордиенко гораздо позже – 27 марта 1709 года. Следующим договором, заключенным в апреле 1709-го, Карл даровал Мазепе титул «пожизненного князя Украины». Но все это происходило уже после того как в октябре 1708 года Мазепа с 2000 казаков отправился к Карлу XII.

Мазепа долго наблюдал из Батурина за тем, как развиваются события и решал, кого все-таки поддержать – остаться верным Петру или все-таки встать на сторону шведов. Переломной ситуация стала, когда Петр Первый велел Мазепе с казаками присоединиться к русским войскам под Стародубом. Однако Мазепа медлил, ссылаясь на внутриказацкие смуты и болезнь, и продолжал вести переговоры с Карлом. Наконец проведать «больного» Мазепу решил Меншиков. Гетман испугался разоблачения и, захватив гетманскую казну, бежал к шведскому королю.

Потрясенный изменой Мазепы Петр Первый отправил Меншикова с войском на штурм Батурина, где беглый гетман оставил большой отряд своих сердюков (наемников-пехотинцев). Меншиков не просто взял гетманскую столицу, но и подверг ее жесточайшему разгрому.

6 ноября 1708 года на раде в Глухове по настоянию Петра Первого новым гетманом был избран Иван Скоропадский, до этого там же провели символическую казнь гетмана-изменника: с его чучела сорвали ленту ордена Андрея Первозванного, растоптали герб Мазепы, сломали саблю, а само чучело повесили. И уже 12 ноября Мазепа был предан анафеме за клятвопреступление и измену государю. Интересно, что после обретения Украиной независимости неоднократно делались попытки снять с Ивана Мазепы анафему. Особенно усердствовал в этом третий президент Украины Виктор Ющенко, неоднократно обращавшийся по этому поводу во Всеукраинский совет церквей. А в 2018 году Вселенский патриарх Варфоломей провозгласил незаконным и неканоничным акт Русской православной церкви об анафеме Мазепы, поскольку анафема была использована в политических целях.

«Поступок гетмана не поняли и сами казаки, которые уже привыкли видеть в шведах врагов, – пишет Сергей Беляков. – (…) Пошел слух, будто гетман перешел в “шведскую веру”, так что этот “лях” и любимец москалей стал в глазах народа трижды предателем»⁴⁴.

Только после разгрома Батурина Мазепа выпустил свой универсал, в котором объяснял малороссам и казакам причины своего предательства. Он утверждал, что перешел на сторону Карла XII ради народа, который Россия собирается поработить, а казацкие полки переделать в драгунские и солдатские. Однако Мазепа опоздал, Петр Первый уже успел обратиться к малороссам с манифестом, в котором обвинил Мазепу в измене и желании отдать украинскую землю под власть поляков. Обвинение оказалось очень убедительным, учитывая всю жизнь сопровождавшую Мазепу репутацию «ляха».

Измена Мазепы вынудила русские власти предпринять на Сечь карательную экспедицию, «ради истребления последнего пня мазепинского рода», которую осуществил в апреле 1709 года полковник Яковлев.

Сам Мазепа спасся во время Полтавской битвы, но спустя три месяца умер в Бендерах Османской империи, а его гетманская булава досталась Пилипу Орлику, соратнику Мазепы и автору первой украинской конституции, которая, впрочем, не действовала ни дня. Орлик продолжил борьбу с Россией и умер в эмиграции в 1742 году.

На Украине сейчас принято возвеличивать Мазепу, однако его роль в истории казачества скорее печальна: именно после его измены гетманов стали назначать из Москвы, а спустя несколько десятилетий Екатерина Вторая и вовсе ликвидировала Запорожскую сечь.

Екатерина

II

: упразднение Сечи

Власть назначенного гетманом после измены Мазепы Ивана Скоропадского была под строгим контролем московского воеводы князя Д.М. Голицына, а также «государевым министром» А.П. Измайловым, который должен был надзирать за благонадежностью гетмана. Впрочем, Измайлов со Скоропадским уживались вполне мирно. Слабохарактерному Скоропадскому, которому на момент назначения уже больше шестидесяти лет, были чужд особых амбиций и на протяжении всей своей карьеры старался сохранять и укреплять свое положения, а вовсе не бросаться в авантюры. Даже получив осенью 1708 года от своего покровителя Мазепы приглашение вместе с ним перейти на сторону Карла XII, Скоропадский вежливо проигнорировал его. Ну а после предательства Мазепы всегда благоволивший к «простому» и услужливому Скоропадскому Петр Первый настоял на избрании его гетманом Украины.

В первом же своем гетманском универсале Скоропадский призывал казаков к лояльности русскому царю, сам же пытался добиться от Петра Первого больших прав для казачества и прямого управления государя, а также большего уважения к малороссиянам и казачеству. Однако после измены Мазепы, власти империи не были склонны доверять украинскому гетману вне зависимости от его личных качеств, поэтому прошения Скоропадского оставались без ответа, а государева министра Измайлова, с которым Скоропадский успел подружиться, довольно скоро заменили аж на двух российских чиновников – думного дьяка Виниуса и стольника Федора Протасьева.

Русские чиновники при гетмане вызывали недовольство малороссийского войска, ходили слухи о том, что «гетман не станет терпеть опеки над собой и уже весной, в союзе с татарами и запорожцами, пойдет на Москву». В ответ на эти слухи Скоропадскому была отправлена царская грамота, которой во избежание злоупотреблений предписывалось сократить права казацких полковников, особенно в части выбора старшин и сотников. Это возмутило казацких полковников и между собой они назначили гетманом Павла Полуботка, а Скоропадскому подчиняться отказывались. Сам же Скоропадский был озабочен упрочением собственного положения: в 1717 году он выдал дочь за влиятельного царского сановника Петра Толстого, которому сразу же начал доносить на приставленного к нему Федора Протасьева, и тот вынужден был оправдываться и просить отозвать его из Малороссии.

В 1722 году вдохновленный успехом в борьбе с Протасьевым Скоропадский отправился в Москву поздравлять Петра Первого с Ништадским миром. Несмотря на теплый прием, гетман получил от царя не расширение своих и казацких прав, а указ об учреждении Малороссийской коллегии – органа, военного и гражданского управления Малороссией, который лишал гетмана реальной власти и превращал его в декоративную фигуру. Разочарованный Скоропадский отправился восвояси, и умер 3 июля 1722 года, едва успев доехать до Глухова.

Ставший наказным гетманом после смерти Скоропадского Павел Полуботок развернул агитацию против центральной власти: составлялись многочисленные челобитные о притеснениях и издевательствах, несправедливости и поборах, которые вынуждены терпеть малороссияне от постоя русских войск. Петр Первый поручил провести расследование. Его посланнику Румянцеву удалось узнать о жутком недовольстве простого народа казачьим режимом, а также о многих беззакониях, которые творились казаками в Малороссии. В 1723 году Полуботок был вызван в Петербург и посажен в Петропавловскую крепость, где и умер спустя полтора года. В украинской истории с Полуботком связана курьезная история: якобы он передал золотой запас казацкой старшины на хранение в один из английских банков под процент, который не возвращен до сих пор. Попытки найти «золото Полуботка» неоднократно предпринимались и в Российской империи, и в современной Украине.

После Полуботка гетманом Украины стал полковник Даниил Апостол, а его сменил Кирилл Разумовский, обязанный своей карьерой брату Алексею, фавориту императрицы Елизаветы Петровны. Именно ради семьи Разумовских Елизавета Петровна возрождает упраздненное было гетманство. Указ о назначении Разумовского гетманом был подписан 2 августа 1750 года. Кирилл Разумовский вел в Глухове и Батурине роскошный образ жизни: занимался строительством дворцов, содержал придворный французский театр и итальянскую оперу. Императрице тем временем потоком шли жалобы на мздоимство и прочие злоупотребления гетмана и его многочисленных родственников. Вызванному в Петербург для объяснений Разумовскому императрица существенно ограничивает права, запрещает общаться с иностранцами, а также к гетману приставляют котролирующего чиновника из числа русских генералов.

Впрочем, уже на рубеже 1750-1760-х Разумовский взрослеет и превращается в государственного деятеля: он радеет за повышение довольствия малороссийских казаков, отстаивает их права в Сенате, затевает реформы в духе Просвещения.

Гетман Разумовский принимал активное участие в перевороте 1762 года вместе с Измайловским гвардейским полком, которым он командовал. После этого Разумовский оставался при дворе, пользуясь полным доверием новой императрицы, Екатерины II. После его возвращения в Малороссию в 1763 Разумовский продолжил реформы в надежде на получение права передавать чин гетмана по наследству. Ради достижения этой цели он составил и подал для этой цели челобитную государыне, которую такое прошение возмутило и стало причиной последующего решения об упразднении гетманства в Малороссии. Гетмана вызвали в Петербург, где Екатерина II потребовала у Разумовского прошения об отставке, и после долгих колебаний он вынужден был подчиниться. К тому же, назначенный президентом восстановленной Малороссийской коллегии генерал А.П. Румянцев застал на Украине полный развал: войсковая верхушка, управлявшая от имени Разумовского, совершенно отбилась от рук; старшины превратились во всемогущих местных князьков, воевавших друг с другом из-за земель и вооружавших казаков и крестьян. Население подвергалось нещадной эксплуатации, рядовые казаки или превращались в батраков, или сосредотачивались на личном хозяйстве. «Отрицательным образом на войске сказался указ 1721 года о поощрении казачьего винокурения, – пишет историк Александр Самсонов. – Многие люди спились, другие пропили земельные участки. В результате Малороссийское войско разложилось. Румянцев не смог организовать даже почту: богатые служить не хотели, бедные не имели возможности»⁴⁵.

Вскоре, 10 ноября 1764 года, состоялся указ об уничтожении гетманства. Такой исход событий следовало предугадать: Екатерина II постоянно стремилась к уменьшению и уничтожению политической самостоятельности всех окраин, в том числе и Малороссийской. После упразднения гетманства граф Разумовский удостоился чина генерала-фельдмаршала и получил множество имений в Малороссии.

Ну а спустя чуть больше десяти лет, в 1775 году, было упразднено и Запорожское казачество. В Манифесте Екатерины II «Об уничтожении Запорожской Сечи и о причислении оной к Новороссийской Губернии» указывались как поводы, так и причины, по которым императрица вынуждена была пойти на этот шаг.

В шести пунктах приводились инциденты с нападениями запорожцев на земли поселенных полков Новороссии и Войска Донского, учитывались материальный ущерб от этих нападений и количество насильственно перемещенных лиц. Указывалась и причина подобных действий со стороны запорожцев: их притязания на земли, отошедшие к Российской империи по результатам войны с Турцией (1768-1774 гг.) и заселение этих территорий крестьянами, которые не пополняют ряды казацкого войска, а просто работают на него. Особо отмечалось, что подобные злоупотребления усилились в последнее десятилетие, т.е. в период лидерства на Сечи кошевого атамана Калнышевского, хотя его имя напрямую и не упоминалось.

Из текста документа следует, что правительство видело серьезную политическую проблему в том, что Сечь переходит к новой для себя социально-экономической модели: «Заводя собственное хлебопашество расторгали они тем самым основания зависимости их от Престола Нашего и помышляли конечно посреди отечества область совершенно независимую под собственным своим неистовым управлением…». Следующая причина ликвидации Сечи, указанная в манифесте, состояла в том, что свободная торговля с Портой, которая, была одним из достижений Кучук-Кайнарджийского мира, и, по словам Екатерины, вызывала зависть всей Европы, из-за агрессивных действий запорожцев подвергалась постоянному риску. Кроме того, во вводной части манифеста объяснялось, что корнем всех проблем, возникавших у Империи с запорожцами, является «одичание запорожцев», которые возвели в закон необходимость службы без семей и принимали «в свое худое общество людей всякого сброда». От этого проистекали основные прегрешения запорожцев – разбой, пьянство и невежество.

Из этого текста можно сделать вывод о том, что Сечь, в той форме, в которой существовала в последние десятилетия своего, была преградой для реализации основных целей политики Российской империи в Северном Причерноморье: колонизации региона и прямой и безопасной торговли со Средиземноморьем. Достижение этих целей должно было компенсировать дорогостоящие и кровопролитные войны с Османской империей, а значит все, что этому препятствовало, также подлежало ликвидации. Впрочем, в  манифесте изложены не столько глубинные причины, сколько поводы к ликвидации Сечи и идеологическое обоснование этой акции. Однако понять эти причины невозможно вне широкого контекста внутренней и внешней политики Екатерины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Макеев А. «Радикальный национализм как проявление политической деструктивности» «Вестник Академии экономической безопасности МВД России», № 6, 2015.

Вернуться

2

Там же.

Вернуться

3

Там же.

Вернуться

4

Цит. по https://www.1tv.ru/news/2022-02-24/421654-prezident_rossii_poyasnil_motivy_resheniya_o_nachale_voennoy_operatsii_po_zaschite_donbassa?

Вернуться

5

Гаспарян А. «ДеНАЦИфикация Украины», СПб: «Питер», 2017. С.3.

Вернуться

6

Блохин К.В. 2022. Россия и Запад. Военно-политический конфликт 2022 года. Меняя правила игры. – Свободная мысль. № 2(1692). С. 25-34.

Вернуться

7

Статья Владимира Путина «Об историческом единстве русских и украинцев». – Официальный сайт президента России. 12.07.2021. Доступ: http://www.kremlin.ru/events/president/news/66181.

Вернуться

8

Официальным государственным курсом перестройка была объявлена на пленуме ЦК КПСС в январе 1987 года, однако перестроечные процессы начались в середине 1980-х, сразу после прихода к власти М.С. Горбачева. (https://ru.wikipedia.org/wiki/Перестройка).

Вернуться

9

Кара-Мурза С. 2021, «Манипуляция сознанием», М.: Родина. С.95-96.

Вернуться

10

https://scepsis.net/library/id_1763.html

Вернуться

11

Этот лозунг, широко использовавшийся советскими диссидентами во второй половине ХХ века, восходит к мысли В.И. Ленина, высказанной в статье «О национальной гордости великороссов» в 1914 году: «Нам, представителям великодержавной нации крайнего Востока Европы и доброй доли Азии, неприлично было бы забывать о громадном значении национального вопроса; – особенно в такой стране, которую справедливо называют “тюрьмой народов”».

Вернуться

12

https://scepsis.net/library/id_1763.html

Вернуться

13

https://zn.ua/SOCIUM/pervyy-maydan-25-let-revolyucii-na-granite-_.html.

Вернуться

14

https://scepsis.net/library/id_1763.html

Вернуться

15

Подробнее о попытках придать русскому языку и положении русскоязычного населения см. в соответствующей главе.

Вернуться

16

Достаточно вспомнить сенсационный успех националистической партии «ВО “Свобода”» на парламентских выборах 2012 года. Подробнее о нем будет рассказано дальше.

Вернуться

17

http://demoscope.ru/weekly/ssp/resp_nac_89.php?reg=.

Вернуться

18

https://tass.ru/spec/ussr-referendum?ysclid=l3kacvf4zv&utm_source=yandex.ru&utm_medium=organic&utm_campaign=yandex.ru&utm_referrer=yandex.ru

Вернуться

19

Там же.

Вернуться

20

Там же.

Вернуться

21

Николай Стороженко, «Украинская независимость построена на тотальном обмане», «Взгляд», 1.12.2021 (https://vz.ru/world/2021/12/1/1131840.html?).

Вернуться

22

Цит. по https://ria.ru/20190914/1558682413.html.

Вернуться

23

Об украинском национально-освободительном движении, в том числе и в его радикальных формах, речь пойдет в соответствующей главе.

Вернуться

24

Так называется книга первого президента Украины Леонида Кучмы, вышедшая в 2003 году в московском издательстве «Время». Подробнее о ней – в главе, посвященной истории украинского национализма.

Вернуться

25

«История украинских карбованцев». https://www.monetnik.ru/obuchenie/bonistika/karbovanets-ukraina-kupony/?

Вернуться

26

Аслунд А. «Как Украина стала рыночной экономикой и демократией», Peterson institute for international economics, Washington, 2009

Вернуться

27

Запрещена на территории Российской Федерации.

Вернуться

28

Беляков С. «Тень Мазепы» (https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-14-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html).

Вернуться

29

Пiвторак Г. П. Походження українцiв, росiян, бiлорусiв та їхнiх мов. – Київ: Академiя, 2001. (http//izbornyk.org.ua/pivtorak/pivt12.htm).

Вернуться

30

https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-14-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html

Вернуться

31

«Пакты и Конституция прав Войска Запорожского».

Вернуться

32

https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-14-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html

Вернуться

33

Таирова-Яковлева Т.Г. Мазепа. М: Молодая Гвардия, 2007.

Вернуться

34

Гоголь Н.В. «Полное собрание сочинений и писем», Т.3. С.86-87.

Вернуться

35

https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-16-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html

Вернуться

36

https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-14-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html

Вернуться

37

Олтаржевский Г. «Он сам пришел: как Богдан Хмельницкий спас Украину». (https://iz.ru/835164/georgii-oltarzhevskii/sam-prishel-kak-bogdan-khmelnitckii-spas-ukrainu).

Вернуться

38

Гомзикова С. «Украина: первым врагом был Богдан Хмельницкий». (https://svpressa.ru/post/article/144953/).

Вернуться

39

https://www.gazeta.ru/politics/2021/02/12_a_13476854.shtml?ysclid=l3r5guszyd&updated

Вернуться

40

https://www.traitorofukraine.com/ru/index.html.

Вернуться

41

https://svpressa.ru/post/article/124526/?

Вернуться

42

https://news.liga.net/politics/news/poroshenko_na_otkrytii_pamyatnika_mazepe_tut_vam_ne_russkiy_mir

Вернуться

43

Эта история легла в основу романтической поэмы А.С. Пушкина «Полтава».

Вернуться

44

https://kniga-online.org/books/nauchnye-i-nauchno-populjarnye-knigi/kulturologiya/page-92-198446-sergei-belyakov-ten-mazepy-ukrainskaya-naciya-v-epohu.html.

Вернуться

45

https://topwar.ru/17710-14-avgusta-1775-g-po-ukazu-imperatricy-ekateriny-ii-byla-rasformirovana-zaporozhskaya-sech.html

Вернуться