Светлана Дениз
Анариель – проснувшись королевой

Земли Элы

Правители земель четырех артефактов

Король Аглар и королева Анариель.

Земли Артефакта Аквии (Вода):

Земля озер Веси, правитель Ринахон.

Земля рек Ванд, правительница Гресильда.

Земля льдов Ванн, правитель Граргкох

Земли Артефакта Суа (Огонь):

Земли горячей земли, пустынь, где центром является один город Суа.

Правитель Ритад.

Земли артефакта Терра (Земля):

Плодородные земли, окруженные реками и Хрустальным морем.

Город Терра, раскинувшейся на четыре стороны.

Правитель Вакури.

Земли Артефакта Илма (Воздух):

Несколько островов, зависших в воздухе, с водопадами и озерами.

Нет главного города. Все земли имеют названия Илма.

Правительница Нияду.

Земли Браса

Прилегающая территория, между землями Терра и Суа.

Входит в состав четырех артефактов, но не относится ни к одному.

Земля чародеев, подчиняющаяся королю Элы.

Главный чародей, Ватра.

Пустошь

Прилегает к землям Аквии, не проходящие болота и топи.

Невозможны к проживанию

Земля Асквия.

Океан Кристальный и несколько островов.

Не входит в состав четырех артефактов, так как подписан договор о неприкосновенности и мире навечно. Условно относится к Аквии, так как жители похожи кровью и символами. Правитель – тридцать лет назад, правителем был Валейрис.

Земли Элы делятся на 4 основные части и четыре артефакта – земли, воды, воздуха и огня.

Жители, проживающие в этих землях, несут внутри себя силу своего артефакта, в виде энергий стихии.

Объединять артефакты нельзя. Это может привести к хаосу, разрушениям, изменениям.

Реликвия – это тайный символ на теле того, кому она передана. Хранителем Элы, может выступать любой. Только боги распоряжаются, кому может принадлежать этот тяжелый дар. Выбирается тот, у кого чистое сердце и помыслы, любовь к землям и желание сохранить в землях артефактов благополучие.

Украсть реликвию можно, но прошлое говорит о том, что тот, кто захочет это сделать, может сойти с ума.

Находились такие глупцы и храбрецы, кто забирал сей дар богов, но потом прощались с жизнью, потому что далеко не каждый верил в сказания и не каждый знал, чем чревато желание обладать огромной силой.

И сейчас находятся такие, кто не знает, ведомые своими амбициями и желанием обладать.

Гела- планета-близнец. Современный мир, живущий по другим устоям, где правят технологии, нелюбовь к природе и получение энергопотенциала на содержание планеты с других миров, кроме Элы. Также, там хорошо относятся к чародейству и главные школы по чародейскому мастерству, находятся именно там.

Пролог.

Я слышала стон, больше похожий на шуршание. Хотя, быть может, это мне всего лишь казалось.

Что-то сыпучее приятно касалось и ласкало тело. Я силилась открыть глаза и вдохнуть побольше воздуха, но не могла.

Сыпучая каша сдавливала грудь, забивалась в рот и засыпала веки своими мелкими колючками.

Я тихо застонала. Еще бы чуточку сил и я смогу скинуть с себя, это сковывающее мое тело оцепенение. Пошевелила рукой, через силу сложила пальцы в кулак, выдохнула с гулким стоном воздух, стараясь вдохнуть побольше кислорода.

Моя рука осторожно коснулась глаз и провела по сомкнутым векам, освобождая их от острых колючек, похожих на песок или землю.

Мои глаза раскрылись. Я силилась сфокусировать свой взгляд, который упирался на что-то темное-синие, словно похожее на покрывало со сверкающими точками.

Меня что, накрыли темным покрывалом? Что со мной?

Паника, как волна, прошла по телу, заставляя мои конечности содрогнуться и ощутить, как болит все тело, будто по нему проехала машина.

Мой новый стон разорвал темноту и я зажмурившись, с усилием воли, открыла глаза еще раз.

Передо мной было небо. Такого, я не видела никогда. Синяя гладь, была усыпана бесконечными дорожками звезд. Они сверкали, переливаясь своими гранями и больше походили на бриллианты, аккуратно выложенные на полках дотошного к порядку ювелира.

Я поднялась на локтях, стараясь сесть, чтобы осмотреться. Вокруг меня был песок. Один песок и больше ничего. Только лишь пара чахлых кустов, больше похожих на умершие скелеты, слегка шевелились на ветру, больше напоминающем морской бриз. Было прохладно, вернее даже холодно.

Темные барханы походили на горы, тихо спящие в своей тишине. Зыбкий песок, словно шипение змей, осторожно шелестел.

Я нервно сглотнула, пытаясь встать на плохо слушающихся ногах. Холод и вот это ледяное одиночество, жутко пугали меня.

Кое-как я подняла свое тело, которое было все в грязи, кровянистых разводах и синяках. Огляделась, стараясь не поддаваться панике.

Затылком я ощутила яркое, слегка фиолетовое свечение, повернулась и охнула.

Огромная планета, как гигантский шар, бледно освещала этот мир, переливаясь лиловыми, сиреневыми и голубыми тонами. Она была так близко, что ни в какое сравнение не шло расстояние Земли до Луны.

Паника все же накрыла. Дикая, ненормальная. Я резко дернулась и ощутила слабость в ногах. Последнее о чем, я подумала, когда проваливалась в беспамятство, это были два слова – где я? Может,я уже сошла с ума?

Глава 1.

Звук походил на гудок клаксона, который издевательски гудел, прямо над ухом.

Я протянула руку и выключила ненавистный будильник, вырывающий меня из сладкого царства Морфея. Мне снилась свадьба, белое платье, натянутое на меня тонкой шелковой перчаткой и туфли, усыпанные стразами. Высота каблука кричала о неудобстве, но меня так и манили лодочки, сверкающие серебром.

Я быстро потянулась в своей кровати, немного сожалея, что сон прервался на самом интересном месте и открыв глаза, слегка поморщилась задорному солнечному лучу, прыгающему по моей подушке.

Утро наступило слишком быстро, а пара стаканов вина, которые я выпила накануне, отмечая свою помолвку, еще не успели покинуть мой организм.

Я улыбнулась, сладко потягиваясь, на своей поскрипывающей деревянной кровати, вспоминая вечер, закончившийся удивительно приятно.

Убегая вчера из офиса, где я трудилась в должности рядового менеджера по рекламе, я и предположить не могла, что обычный ужин, на который меня пригласил мой парень Максим, может быть таким судьбоносным.

Помолвочное кольцо блеснуло на пальце, заставляя широко улыбнуться белозубой улыбкой, которой я очень гордилась. Спасибо маме-стоматологу!

Настроение было такое одухотворенное, что хотелось свернуть горы, по-глупому радоваться каждому встречному и заряжать своим позитивом всех вокруг.

Наспех собравшись и покидав в большую увесистую сумку рекламные наброски, над которыми хотела поработать дома, но не успела, в связи с романтическим ужином, я выбежала из своей маленькой квартиры, доставшейся мне от моей бабушки по материнской линии.

Милая старушка, которая меня очень любила, баловала и пекла самый вкусный на свете торт «Наполеон», умерла пару лет назад, тихо скончавшись в своей постели и изрядно удивила все наше семейство своей скоропостижной кончиной, так как всю жизнь была поактивнее многих. Как сказали врачи скорой помощи, у бабули остановилось сердце.

Через пару лет, мои родители, дотошная во всех смыслах мама и спокойный, как удав отец, посовещавшись между собой, решили отселить от себя свое единственное чадо в отдельную жилплощадь.

С одной стороны, собственное жилье, давало неограниченную свободу. Я могла спать в выходные до скольких хочу, а не просыпаться от материнского возмущения о том, что нормой для сна считается восемь часов, а не двенадцать, как она считала, ну и масса других привилегий, в виде приглашения друзей и подруг, поедания поп-корна в постели и оставления корок от пиццы. Но с другой стороны, под родительским крылом, я была окружена теплом и заботой, сытными полноценными обедами, вычищенной матерью квартирой, к слову она фанат чистоты и всем остальным, чем обычно окружают дорогое чадо любимые родители.

Выбежав из подъезда, я слегка оступилась на правую ногу и чертыхнувшись, пошла в сторону станции метро.

Москва благоухала. Голубое небо пугало своей совершенной чистотой, без единого белесого облачка. Ветерок слегка покачивал кроны еще пока ярко-зеленых деревьев и ласкал мою блондинистую шевелюру.

Приближением дождя пока не пахло, хотя синоптики каждый день грозились сильной грозой и выпадением катастрофического количества осадков.

От автомобильной дороги клубилась пыль, смываемая на время помывочной машиной и разгоняя в стороны грязные брызги.

Быстро вбежав в переход московской подземки, я попала в ежеутренний людской поток из бегущих на работу людей, который внес меня в вагон и придавил к пыхтевшему мужчине, активно обливающемуся потом и свободной рукой вытирающего влажный лоб.

Далее, меня также быстро выплюнуло на нужной станции, которая спасибо всем богам, если они конечно были, располагалась недалеко от моего дома и не особо сопротивляясь людскому потоку, в котором активно отдавливали ноги, случайно тыкали локтями в ребра и толкали в спину, я выбралась на жаркий воздух, пропитанный выхлопными газами.

Большой бизнес-центр, в котором располагалось помещение нашей небольшой рекламной конторы, дружно спал.

Моя подруга и по совместительству коллега Маша, вяло помешивала ложечкой свой утренний кофе со сливками, распространяя по офису приятный пряный аромат. Парень, по имени Вадим, самый дотошный из всех нас, упрямо пялился в монитор и активно работал, наплевав на утреннюю кофейно-чайную церемонию.

Так же в офисе трудились круглогрудая девушка Даша, считающая себя неземной красотой и парень Гена, активно выстреливающий остроумными шутками. К слову, только он считал, что его шутки остроумны.

Наш руководитель, Павел Александрович Тихонов, прятался от нас в отдельном кабинете, размером больше похожем на служебное помещение по хранению тряпок и швабр. Он был тихим, спокойным мужчиной, с привычками проявлять агрессию, в случае активного непонимания сотрудником его требований.

– Вика, да ты вся светишься!

Гена, фамильярно развалившись на кресле, покрутил ручку в руке и обмацал меня своим липким взглядом. Наверно, я ему нравилась, чего не могла сказать о своих к нему чувствах.

Я села на свое место, выкладывая не сделанные рекламные макеты на стол и переглянулась, с сидящей рядом Машей, от которой обычно муха не пролетала не замеченной.

Она увидела тонкое филигранное кольцо, с аккуратным маленьким камушком, украшающим серединку и округлили глаза, чуть не поперхнувшись кофе.

– Это обручальное?

– Помоловочное, глупышка! Вчера Максим сделал мне предложение!

Я с сияющей улыбкой посмотрела на подругу, у которой от восторга загорелись щеки.

– Неужели ты не ожидала от него этого поступка?

– Представь себе нет, ну по крайней мере, не так скоро! Мы ведь встречаемся всего несколько месяцев!

– И когда свадьба? – не унималась подруга.

– Даже не обсуждали. Я настолько была шокирована признанием, что только и могла что налегать на вино, чтобы сильно не нервничать.

– Говорят браки, которые совершаются до двадцати пяти лет, обычно заканчиваются фиаско, после нескольких лет совместной жизни! – вклинилась в разговор Даша, особо не скрывая своей зависти. Ее перекошенное лицо уставилось в монитор компьютера, изображая полную занятость.

– И кто же провел такую статистику? Какой-нибудь очередной модный журнал? – не удержалась от колкости Даша, пока я подбирала слова, чтобы усмирить нахалку.

– Это же очевидно! – посмотрела на нас Даша, – несформированные личности, подростковые эмоции, бьющие ключом, желание тусовок, явно не говорит о пользе брака в это время!

– И в каком таком правильном возрасте надо вступать в брак? В сорок?

Я облокотила голову об кисти рук и приготовилась слушать эксперта по семейным отношениям, про себя тихо посмеиваясь над Дашиным деловым лицом.

– Ты утрируешь Вика! Самый хороший возраст для женщины это двадцать пять – тридцать лет, а для мужчин тридцать – тридцать пять. Устойчивая психика, становление себя, как самодостаточной личности. Человек вполне нагулялся, думает о чем-то серьезном!

– Я полностью согласен с Дашей! – не удержался от реплики серьезный Влад. – Все эти браки по малолетке заканчиваются обычно печально.

– Да и еще печальнее, если вдруг родиться ребенок, с которым вообще не знаешь, что делать! – добавила Даша, смахивая при этом кучерявый локон с плеча. Ее осанка была идеальной, белая блузка имела идеально белый цвет и обтягивала ее полную грудь. О своей осанке, я не могла такого сказать и о своей груди тоже.

Белых блузок у меня не было в гардеробе, так как рукава к вечеру, имели обычную привычку превращаться в черные. Большой грудью, меня природа тоже не одарила, так же, как и пышными формами.

Я была среднего роста, цвет волос от природы у меня был светло-русый, но чтобы не выглядеть, как бледная моль из шкафа, я красила волосы в более платиновый цвет. Мой цвет глаз был светло-голубым, кожа имела мраморный оттенок, из-за чего, я быстро сгорала и покрывалась розовым цветом, стоило чуть пережариться на солнце. Мое лицо украшали мелкие веснушки, обычно становящиеся ярче в летнюю пору.

Я была худой и хрупкой и даже чем-то напоминала мальчика. В школьные годы, я дико комплексовала из-за торчащих лопаток и за неимение груди, но с годами, успокоилась и даже стала гордиться своей худобой, при том, что я совершенно была не прочь хорошенько покушать.

– Есть же не просто глухая статистика, а как же чувства, любовь? – не удержалась я и вставила свои пять копеек.

– Ты такая наивная Вика, есть эмоции, которые путают с любовью или выгода, не более!

Даша вздохнула, считая только ее высказывания верными.

– И чтобы не говорила Даша, мы тебе поздравляем всем коллективом, Вика! – миролюбиво добавил Гена, у которого, почему-то, задергался глаз и широко улыбнулся своими неровными зубами.

– Благодарю!

Решив, что тема моего скоротечного замужества исчерпана, я деловито уткнулась в компьютер, чтобы постараться абстрагироваться от обсуждений моей личной жизни, которая касалась только меня. Мне было двадцать три года. Я закончила филологический факультет и гордилась своим высшим образованием. Конечно, из меня филолог был, так себе, но не обязательно об этом кому-либо знать! Главное, я закончила университет сама, без какой-либо поддержки.

Весь день Даша периодически поглядывала на мою полоску кольца, камень которого играл гранями на моем пальце, при этом не забывая делать надменное лицо.

День пролетел достаточно быстро. Я доделала макеты и Павел Александрович меня похвалил, если конечно горловое мычание и подрагивающий уголок губы, можно назвать похвалой. Переделывать не заставили, ну и на этом спасибо!

Довольная хорошим, а главное относительно спокойным рабочим днем, я выбежала из стеклянной коробки бизнес-центра, чмокнув спешащую на свидание Машу в щечку и направилась в сторону метро.

Мама позвонила несколько раз, обидным голосом выговаривая, что я плохая дочь и совершенно не думаю о престарелых родителях. Закусывая губу и активно мыча, я прижимала телефон к уху, чтобы коллеги по маленькому офису не услышали возмущенные материнские вопли.

Иногда казалось, что меня родила другая женщина, так мы были не похожи с мамой.

Душный вагон в метро, в котором отсутствовало кондиционирование, вез меня в сторону родительской квартирки, в сторону Чистых прудов.

Мое желтое платье слегка прилипло к телу, а по спине двумя неприятными дорожками заструился пот.

Из сумки вытащив книгу, слегка с замусоленными страницами, я уткнулась в прыгающие от движения поезда строки, уносящие меня в мир фантастических существ, изрыгающих огонь драконов и мускулистых парней с длинными волосами. Всегда любила фантастику и парней с отточенным прессом.

Мой парень Максим, абсолютно не походил на типаж из моих любимых книг. Высокий, худощавый, своим спокойствием напоминающий моего отца, не зря мы ищем себе мужей похожих на наших родителей.

Мы познакомились с ним, на одной из вечеринок, проводимых в квартире у моего друга с университета. Максим оказался его другом и после того, как я чуть не пролила на его ослепительно белую рубашку бокал красного, мы подружились, а потом закрутилась любовь. Прогулки в парке, катание на коньках, с хватанием друг за друга за все конечности, чтобы не упасть и не разбить носы, скромные объятия и кроткие поцелуи в кино, почти на последнем ряду.

Максим был моим ровесником и наши отношения я могла бы назвать уютными. Я не была взбудоражена лавиной эмоций и чувств, но таяла от его интеллигентности, порядочности и джентльменства.

Он напоминал мне кавалера из девятнадцатого века, который касался руки дамы не губами, а носом, чуть щекоча кожу рук своими аккуратно уложенными усами.

К слову, Максим не носил усы, и бороды, нынче модной сейчас, у него тоже не было.

Его предложение руки и сердца, было так искусно преподнесено, что сам Пушкин или еще какой-нибудь известный поэт, зашелся бы приступом зависти из-за лирического слога и плавности голоса.

Мое сердце истерично забилось в момент, когда Максим достал из кармашка своего пиджака, маленькую красную коробочку и протянул мне ее, открывая. На беленькой подушечке, подсвеченной встроенным фонариком, сверкало кольцо, небольшое, но очень милое. Максим не мог бы подарить другое. Утонченная роскошь в филигранной огранке.

Я оторвалась от книги, в которой за раздумьями, прочитала лишь одну страницу и посмотрела, как на моей тонкой руке с перламутровым маникюром, красовался маленький бриллиант.

Быстро сунув книгу в объемную коричневую сумку, я выскочила на нужной мне станции и снова подхваченная потоком спешащих домой людей, вышла из бурлящей подземки.

Ближе к вечеру задул легкий прохладный ветер и согнал небольшие облака, закрыв голубоватое небо, меркнущие в предзакатных сумерках.

Мама открыла дверь так быстро, будто стояла у глазка и слушала шаги, снующих по подъезду соседей.

– Дорогая, что-то ты задержалась!

Мама порывисто обняла меня, а потом также резко отстранившись оглядела меня изучающим взглядом. Ее аккуратно уложенные волосы, напоминали прическу из салона. Домашний костюм – винного цвета брюки, длинный жилет и блузка в мелкий цветочек, были больше предназначены для выхода в свет, чем для просиживания дивана в гостиной.

– Ты куда-то собралась? – уточнила я у мамы.

– С чего ты это взяла, дорогая?

– Одета, как будто для выхода!

Я слегка замялась, быстро снимая босоножки на плоской подошве и вытащив из сумки телефон, прошла в гостиную.

– Я стараюсь выглядеть стильно и модно, не в зависимости от места, где я нахожусь, хоть дом, хоть выход в ближайший магазин. Твоя мама не относится к женщинам, не вылезающих из махровых халатов, с оттянутыми карманами.

«Как хорошо, что моя мама не видит, как я хожу дома. Мои удобные штаны, с оттянутыми коленками и кофта, далеки от ее видения совершенства» – подумала я, но прагматично промолчала.

– Где папа? – я обвела комнату взглядом, будто бы второй родитель прятался от дотошной мамы под столом, накрытым бархатной желтой скатертью, с громоздкими кистями.

– Вышел купить свежие булочки к чаю. – Мама расположилась в большом кресле, напротив меня и снова оглядела меня изучающим взглядом. – Ты что-то совсем исхудала. Разве так можно плохо питаться? Похожа на подростка!

– Это такая конституция тела, ты же знаешь, я не могу удержаться от сладостей.

– И все равно выглядишь бледной.

Только я хотела открыть рот, чтобы ответить протестом на ее высказывание, как она резко вскочила с кресла и в два шага оказалась у длинной тяжелой шторы, которая задралась за угол стола и неровно повисла на окне. Никто бы не обратил внимание на это, только не моя мама, которая стремилась к совершенству во всем.

Она выпрямила штору и провела руками по скатерти на столе, на котором уже красовался начищенный до блеска чайный сервиз и серебряные ложки, доставшиеся по наследству от семейства деда.

Пока мама суетилась у стола, раскладывая ложки и миниатюрные тарелочки для выпечки, я наблюдала за ее манипуляциями и чувствовала себя провинившейся школьницей, так как была начеку, ожидая очередного выпада, связанного с моим несовершенством.

Раздалось шуршание в дверном замке и папа, который появился в квартире, спас меня от мамы.

На нем был надет, модный, по его возрасту джемпер и горчичного цвета штаны.

– Дочка! – сказал папа и я, поднявшись с дивана, обняла его подтянутый торс. Он поцеловал меня в щеку и погладил по взъерошенной макушке. – Наконец-то ты приехала. Как твои дела, рассказывай!

– Андрюша, ну ты что сразу с порога и с вопросами! Выпечка оказалась свежей?

Мама дотошно заметалась рядом с бумажным пакетом, который принес папа. Запах свежей сдобы разнесся по всей гостиной, отчего мой желудок заурчал в истерическом припадке, и я вместе с ним.

– Еще и эклеры купил, знаю, что ты их больше всего любишь.

Папа подмигнул мне и вышел, чтобы помыть руки и принести чайник, чтобы наполнить чашки душистым напитком с лавандой, оказавшимся новым маминым трендом.

Когда все наконец расселись за стол и пар от чашек ударил в нос, а я, забыв обо всем на свете, вгрызлась в нежнейшее пирожное и заурчала от удовольствия, оба моих родителя удивленно уставились на мою руку.

– Это что за новое кольцо?

Мама схватила и преподнесла мою кисть чуть ли к своему носу, чтобы разглядеть маленький камушек, сверкающий у меня на пальце, а потом удивленно воззрилась на меня.

– Вчера Максим сделал мне предложение!

– И ты молчала весь день, словно партизан? – не скрывая обиду в голосе, проговорила мама.

– Я хотела рассказать вам при встрече.

– Максим хороший мальчик и я довольна твоим выбором, дорогая! Но не слишком ли вы торопитесь?

– Нет мама, думаю нет.

– Если они любят друг друга Неля, то зачем ждать, когда они могут быть вместе, построить семью, родить детишек!

Папа крякнул от горячего чая и умиленно посмотрел на меня. Я любила папу, он не докучал глупыми вопросами и не заставлял меня выглядеть как-то по-особенному.

– Почему ты не пригласила Максима?

– Он занят на работе и магистратура занимает слишком много времени!

Я сделала аккуратный глоток чая и осторожно поставила чашку на стол, чтобы не дай бог, не капнуть на скатерть и вспомнила, как уже однажды приводила Максима в родительский дом.

Мама устроила допрос с пристрастием, жаль еще только не светила лампой в лицо, чтобы выбить всю информацию из бедного Максима, который умело выкручивался и держал удар.

Папа вел себя более сдержанно и интеллигентно, сглаживал углы и вовремя перебивал маму, чтобы гость смог передохнуть от маминого анкетирования.

После того раза, я старалась удаленно рассказывать родителям о наших отношениях.

– Серьезный молодой человек – это большая находка в наше время! – задумчиво высказался папа, сразу вспоминая своих абитуриентов в его университете, где он преподавал технические науки.

– Что правда, то правда Андрей! – не смогла удержаться от реплики мама, аккуратно откусывая от эклера маленький кусочек. – Сейчас как посмотришь на нашу молодежь, так всю выворачивает от невоспитанности, неформальности и еще бог знает, чего! А эта мода на цветные волосы? Я будто не в Москве, а в каком-то птичнике, по разведению попугаев.

– Это их проявление и их выбор Нелечка! – постарался урезонить мою мать отец. – Но конечно же, я бы не желал видеть, рядом со своей доченькой парня, с выкрашенными в синий цвет волосами и проколотыми ушами и носами. – Отец улыбнулся мне и снова отхлебнул горячего чая.

«Да, если бы я покрасила волосы в какой-нибудь яркий цвет или сделала прокол в любом другом месте, кроме ушей, мои собственные родители сожгли бы меня на костре инквизиции» – подумала я.

– Вы уже обсуждали, когда нам готовиться к торжеству? – мама воззрилась на меня, ожидая ответа.

– Максим пока только сделал мне предложение, вчера мы даже не обсудили, когда решим расписаться.

– Ты как всегда, все оставляешь на потом, дочка. Время пролетит неумолимо быстро. Я считаю, что свадьбу надо устраивать летом. – Мама отставила от себя пустую чашку и аккуратно наклоняясь на стуле, откинулась на спинку, аристократично ровно, держа спину. – Не осенью же устраивать торжество. Квелые лица на фото, лишенные яркости, эта сырость и грязь под ногами. Я хочу видеть свою дочь цветущей, в белом кружевном платье принцессы, с длинным шлейфом и километровой фатой.

Меня передернуло. Платье принцессы, фата, собирающая всю грязь и пыль московских дорог. Маму понесло. Я тихо прихлебнула остатки остывшего чая, прикусывая язык, но все же не сдержалась.

– Нет смысла устраивать пышное торжество. Просто роспись и самые близкие друзья, с которыми мы отметим наш союз в уютном ресторане.

– Вика, ты думаешь, я мечтала о свадьбе своей единственной дочери, вот в таком посредственном ключе? – мамины глаза округлились, как два мини-блюдца для выпечки. – А как же гости, наши друзья, которые тоже будут приглашены?

– Мама, это моя свадьба, а не ваша с папой. Причем там твои подруги?

– Притом, что Вероника приглашала нас на свадьбу своего сына Ивана и Лидия тоже! Как я объясню им, что мы не пригласим их семьи, на свадьбу нашей дочери?

Вспомнив тетю Веронику и жуткую сплетницу тетю Лидию, до сих пор накручивающую свои волосы на железные бигуди и вечно рассматривающую меня острым взглядом из-под очков, я содрогнулась. Сразу перехотелось вообще выходить замуж или расписаться тайно, чтобы не устраивать из сей чудесного события, балаган из маминых друзей и подруг.

– Нелечка, ты слишком давишь на Вику. Это ее день, пусть сама решает, кого ей приглашать!

Папа протянул руку и дотронулся до маминого плеча, успокаивая. Мама взъерошилась, как дикая кошка, готовая к нападению, но после папиного волшебного прикосновения, притихла, при этом не удержавшись от взгляда, полного укора в мой адрес.

– Решайте сами! Я больше слова не скажу! – сказала мама, решив сделать обиженный вид.

– Мама пока ничего не решено. Мы только обручились. Думаю, в ближайшее время, мы все вместе обсудим и свадьбу, и приглашенных гостей. Разве не так папа?

Отец одобрительно кивнул головой.

Чаепитие закончилось, после того, как был выпит полный чайник чая и были съедены все эклеры. На тарелках остались только крошки и слегка подтаявший крем.

Мама, не удержавшись, заговорила на свою любимую тему, что ее дочь, прекрасный филолог, нашла свое пристанище среди серого планктона, в каком-то богом забытом месте, занимающемся рекламой. Отец – прекрасный преподаватель вуза, мать – стоматолог, в одной из столичных клиник и я – какой-то там рекламщик, без особого намека на рост и повышение по карьерной лестнице.

Выслушав тираду по сотому разу, я засобиралась домой, прикусывая язык, до крови, чтобы не вступить в полемику.

Папа обнял меня, прислонив к своему мягкому свитеру, мама же, сменив гнев на милость, прикоснулась к моей щеке мимолетным поцелуем, своих, даже дома, накрашенных губ.

Я отмахнулась от папиного предложения, вызвать такси, так как моей целью было, быстрее покинуть поле боя и оказаться в своей маленькой квартире, где я могу спокойно дышать и делать все что хочу.

Трясясь в метро и мечтая, как можно скорее оказаться дома, я отгоняла от себя мысли о скором скандале с мамой, так как на своем торжестве, я не желала видеть весь выводок родительских друзей.

В моем представлении идеальной свадьбы, были только я и Максим, туфли, сверкающие камнями, как из моего сна и обтягивающее мою стройную фигуру, платье.

Ну про берег океана, можно было не думать, а вот про уютный ресторан с летней террасой и красивым видом, почему бы и нет?

Квартира встретила меня тишиной и скребущимися стрелками напольных часов, оставшихся мне в наследство от бабушки.

Я устало кинула сумку на пуф и скинув сандалии, прошлепала босыми ногами в сторону кухни.

Открыв холодильник, я достала бутылку колы и налила себе освежающий напиток в стакан. Мама бы упала в обморок, увидев, что я пью эту «отраву», так она называла колу. Улыбнувшись, я опустила пустой стакан в мойку, с желанием помыть его завтра.

Максим позвонил, пока я бежала от метро до дома, интересуясь моим походом к родителям. Желая сберечь его нервные клетки, я не стала вдаваться в подробности о желаниях моей мамы, по поводу свадьбы. Я уже знала, что мне предстоит война, за каждого приглашенного и всех остальных атрибутов, касающихся торжества.

Мой парень, поняв, что я сдерживаю рвущиеся наружу эмоции, лишь похихикал и умело перевел тему, спрашивая, как прошел мой день.

Мы не жили вместе с Максимом. Он периодически оставался у меня ночевать, но при этом, не скрывал того, что малюсенькая однокомнатная квартира, пусть и в центре столицы, ему не сильно по душе.

Квартира требовала ремонта. Кухня была похожа на пятачок, у окна которой, вжимаясь в самый угол, корячился старый дубовый стол, наверное ровесник моей умершей бабушки. Деревянные шкафы, тоже кричали о своей пенсии и желании отправится на покой на одну из столичных помоек.

Единственная комната, тоже была небольшой. Старенькие шкафчики теснились по стенке и упирались в балконную дверь. Зато моим личным приобретением была большая кровать, с деревянной спинкой, которую я очень любила.

В общем, все было хорошо в моем жилье. Если сильно не придираться, конечно. Особенно я любила балкон, с которого после смерти бабушки, выкинули весь старый хлам. Мне нравилось летним вечерком посидеть в тени увесистых берез и насладится тишиной. Благо, квартира выходила окнами во двор, а не на шумный проспект.

Максим мечтал о просторном жилье и предлагал переехать к нему, в большую двушку, с высокими потолками и его мамой в придачу. Я этого не хотела. Страх, что мама, может оказаться цербером, следящим за каждым моим движением, ввергала меня в панику. Я согласна была тесниться в своей маленькой квартирке, но зато жить спокойно, а не вздрагивать от приближающихся шаркающих шагов за своей спиной.

А как же близость? Я даже представить это не могла! Пока ты предаешься страсти со своим возлюбленным, кто-то из родителей, активно ходит за дверью или еще хуже подслушивает за вами.

О каком расслаблении и удовольствии может идти речь?

Поэтому, простите, но лучше мое, не виданное долгие годы нормального ремонта жилье, чем просторные хоромы, вместе с родственниками.

Тем более ремонт не проблема, как-нибудь, да и сделаем его. Можно же ведь частями! Брать деньги с родителей, рука не поднимется. Да я и не выдержу ремонта, под руководством моей дорогой мамочки.

Посмотрев один из сериалов, транслирующийся по нашему телевидению, я провалилась в сон.

Утро встретило меня хлопающей от ветра балконной дверью. Ветер раздувал светло-бежевую занавеску, болтающуюся на окне. Солнце, пробивалось на землю, борясь с тучами, активно скользящими по небу.

Сунув ноги в теплые розовые тапки, я закрыла балконную дверь и поежилась от утренней прохлады.

Видимо, недельные предсказания метеорологов, начали сбываться. Погода постепенно начала портиться.

Ничего не придумав лучше, я надела белый брючный костюм и сунула в свою большую сумку зонт, на случай дождя. Позавтракав слегка подгорелой яичницей и кофе, я нервно заметалась в поисках туфель.

Каблуки я носила очень редко, предпочитая босоножки, кеды и сандалии в летнюю пору. Но как на зло, проковырявшись с макияжем и в процессе решив, что туфли на небольшом каблуке – это идеальный вариант под костюм, я облазила все обувные коробки и так и не нашла пропажу. В итоге, психанув, достала другие, на высокой шпильке, которые надевала в самых крайних случаях, где обычно надо было сидеть или делать минимальное количество шагов и выскочила за дверь, хватая на ходу сумку.

Надеть узкие неудобные туфли, пусть и идеально подходящие под светлый костюм, оказалось самой плохой идеей из плохих.

Туфли жали, скручивая пальцы, а когда мои взмыленные от неудобной ходьбы ноги, вступили в зону подземки, то я вообще чуть не взвыла от бешенства, несясь в потоке, среди обезумевших зомби, бегущих на свои рабочие места.

Мама бы назвала мой внешний вид идеальным. Да, все было идеально, за исключением, скрученных в туфлях ног и здоровенных каблуков, гарцующих по плитке.

Кое-как добравшись до рабочего места, я с наслаждением выдохнула и сняла опостылевшие туфли, взяв с себя зарок, больше никогда не надевать эти кандалы для пыток.

В принципе, день не задался с первой минуты.

Павел Александрович, оказался не в духе. Может быть сказалось изменение погоды или повышение атмосферного давления, но директор пыхтел и сопел половину дня, обескураженно жестикулируя и строя нас, как первоклашек.

Он был недоволен наличием месячных проектов, которых оказалось меньше, по сравнению с прошлым прибыльным месяцем, а также работа каждого сотрудника, была чуть ли не изорвана в его разгоряченных от гнева руках.

После обеда наступила тишина. Возможно, Павел Александрович, хорошо отобедал в столовой бизнес-центра, а может и просто успокоился, радуясь приближающимся выходным.

Я тоже выдохнула, ожидая окончание рабочего дня и ужина с Максимом, перетекающего в долгую ночь и доброе утро.

Мой телефон разнесся переливистой свирелью на весь офис. С экрана, мне улыбалась белоснежной улыбкой фотография мамы. Я резко напряглась, ожидая неладное, но все же ответила на звонок.

– Дорогая, как ты? Все в порядке? – мама выстрелила дежурными фразами и продолжила свой монолог, не ожидая от меня ответа. – У меня для тебя новости. Во-первых, мы так давно не проводили время вместе, поэтому я записала нас на кулинарный поединок. Будем готовить рыбу, не правда ли здорово? В другой команде будет Верочка, дочь Лидии и какая-то ее знакомая, бог ее знает кто! Ты рада? Ну так вот! А во-вторых, через субботу, мы идем с тобой в один из салонов свадебных платьев, я не удержалась и попросила нас записать на примерку на три часа дня. Ведь ты же не против этого времени?

– Мама я…

– Ну вот и хорошо! Кстати, рыбу идем готовить уже в это воскресенье! Лидия сказала, что это очень увлекательно и можно познакомиться с интересными людьми. Папа не пойдет, он не очень любит рыбу, поэтому отказался!

В телефонной трубке раздались голоса, отвлекая маму от монолога с моим ухом.

– Ну все, я побежала. Клиент пришел. Позвоню тебе вечером, пока, пока!

В трубке раздались быстрые гудки. Я положила телефон на стол, усиленно сдерживая желание кого-нибудь прибить или наорать на худой конец.

Что может быть хуже – готовить рыбу с мамиными подругами или примерка свадебного платья?

Настроение ушло в состояние минус сто. Хорошо, хотя бы рабочий день подходил к своему завершению, что не могло не радовать.

Максим застрял в километровых пробках, поэтому до места встречи пришлось добираться самой, снова гарцуя на высоких каблуках. Ноги отекли, и я еле влезла в туфли, которые сняла под столом и наслаждалась свободой от колодок.

Ветер усилился, собирая вокруг города, тяжелые темные тучи. Не хотелось попасть в дождь, но чернота, покрывающая собой небо, говорила об обратном.

Проехав на метро пару станций, я выбралась из подземки, сдуваемая порывами усилившегося ветра, сносившего меня с ног.

Небо разверзлось и мелкие капли дождя превратились в мощные потоки.

Кое-как справившись с порывом ветра, я открыла зонт, который тут же вывернуло, переломав пару спиц.

Борясь со стихией и чертыхнувшись пару раз, я наплевала на сломанный зонт, никак не помогающий справиться с ураганом.

От ресторана меня отделяли несколько шагов и светофор, не желающий переключаться на зеленый свет.

Как ни странно, на дороге было мало машин и наплевав на правила дорожного движения, я уверенно шагнула на проезжую часть.

Не заметив в глубине лужи засорившийся сток, я провалилась туда каблуком, чуть не упав на спину, но все-таки удержала равновесие.

Кое-как выдернув ногу и даже не потеряв туфлю, я сделала шаг и на секунду опешила от ярко-красной вспышки, разрывающей небо над моей головой. Тут же прогрохотал гром, от которого моментально заорали припаркованные машины.

Я вздрогнула и зажмурилась, не обратив внимание на ослепившие меня фары и громкий звук клаксона. Мое тело ударилось об капот машины и приземлилось со всего маха на мокрый, шершавый асфальт, ударяясь головой.

Все закрутилось, завертелось яркими вспышками, выворачивая мои зрачки наружу. Тело прострелила боль, перемешиваясь с дрожью и бегущими судорогами. Я ощутила легкость, а потом меня накрыла непроглядная темнота.

Глава 2.

Что-то ярко слепило в глаза. Свет был насыщенного белого цвета. Я снова ощутила боль во всем теле и воспоминание, как вспышка резануло память.

Сильный дождь, яркая молния и тупой удар о мое тело, после чего пронзила острая боль в позвоночнике и голове.

Я спешила на свидание с Максимом. Мерзкая погода, была явно предназначена для сидения дома, а не для походов по увеселительным заведениям. И ничего не могло быть хуже, как попасть под колеса несущейся машины!

Значит сейчас, я в бреду, где-нибудь в одной из столичных больниц и где-то тут мой парень Максим и родители, которые места себе не находят, так как их единственная дочь, умудрилась вляпаться, вот в такую вот не очень приятную ситуацию.

Я завозилась, всем сердцем ненавидя представителей больницы, которые положили меня на такую неудобную койку и оставили яркий бьющий свет в глаза, так еще и зачем-то врубили на всю мощь отопление, как будто на улице был не май, а конец декабря! Это же надо так издеваться над людьми? Такой свет покойника поднимет!

Я подняла тяжелую руку и коснулась лица, стараясь разлепить веки, чтобы увидеть тревожную кнопку для вызова персонала.

Яркий свет снова ослепил, но я справилась с желанием спрятаться от этих буйно работающих, в помещении ламп и открыла глаза.

Передо мной было небо, насыщенного голубого цвета, а ярким светом оказалось солнце, только оно светило не теплым желтым, а холодным белым оттенком. Оно жгло мое тело своими немилосердными лучами. Сердце панически забилось в груди и я, наплевав на ломоту во всех конечностях, быстро села.

Вокруг меня простирались барханы дюн. Песок шелестел, подгоняемый жарким ветром.

Вдалеке виднелись мертвые скалистые изваяния, вытесанные ветром в удивительные формы. Их острые верхушки тянулись к небу, образуя конусы, напоминающие пирамиды. С их вершин медленно струился песок, похожий на песчаные водопады. Вокруг стояла мертвая тишина, только шуршание песка, подгоняемого ветром, выдавало хоть какой-то звук, пугающий, заставляющий сердце замирать в паническом страхе.

Не обращая внимание на ломоту во всем теле, я вскочила на ноги и как умалишенная, стала смотреть по сторонам. Абсолютно везде был один пейзаж – скалистые мертвые горы, желтые барханы и лысые кусты, больше напоминающие костлявые скелеты.

Мой взгляд зацепился за бледное свечение малинового света за моей спиной. Я нервно сглотнула и обернулась. Передо мной снова была планета. Этот огромный шар, будто накатывал на поверхность, заполняя собой все пространство.

Не веря своим глазам, я, чтобы не в пасть в панику, нервно растерла лицо, надеясь, что все это мне мерещиться, а потом, когда с силой разлепила веки, то не придумав ничего лучше, больно ущипнула себя за руку и замерла.

Показалось, что сердце пропустило удар, а потом еще один и еще.

Моя рука отличалась от моей кардинально. Чуть смуглая кожа, ногти покрытые перламутровым напылением, хотя на днях я посещала салон и красила свои пальцы в коралловый цвет, но что еще больше удивляло, извилистая строка каких-то голубоватых символов, струящихся по кисти и вверх до плеча.

Символы мне были неизвестны, да и не это больше пугало! Пугало мое тело – оно как бы сказать, было не мое! Не мое!

Я казалась себе более фигуристой. Дотронувшись до попы, я ощутила формы, а когда заглянула в разрез мягкой тряпки, именуемой платьем, то увидела далеко не маленькую грудь, обрамленную аккуратными розоватыми сосками.

Все внутри меня задрожало и показалось, что я снова грохнусь в обморок, в этом богом забытом месте.

Стараясь всеми силами не впадать в панику еще больше, я зачем-то дотронулась до волос и ощутила, что моей короткой стрижки нет, а заместо блондинистого модного каре, у меня длинные прямые волосы пепельного цвета, достающие до талии.

Это была я, но мое тело кардинально изменилось. Я снова нервно и с каким-то будоражащим садизмом ущипнула себя, надеясь, что это последствия аварии и это все, абсолютно все, мне снится или быть может из-за травмы у меня реально сорвало кукушку. Но нет, боль от руки пронзила всю конечность и не придумав ничего лучше, я вскрикнула, а потом заплакала.

Страх все же накрыл с головой, не щадя ни капли.

– Помогите! – громко вскрикнула я, а потом зажала рот рукой. Мой новый голос отдавал легкой хрипотцой, но не это довело меня до панической атаки. Язык, на котором я говорила, не походил не на один язык в мире, при том я понимала, что сейчас сказала, но звучало это абсолютно по-другому.

Наверно, я все-таки сошла с ума, сейчас придут санитары и сделают мне успокоительный укол, а потом я проснусь дома, в своей постели, рядом будет стрекотать мама, а Максим нежно гладить по руке.

Быть может, я уже умерла? И это место именуется чистилищем? Или моя душа, будет сорок дней мытарстывать, пока не попадет к какому-то там товарищу богу, решающему мою судьбу?

Да что же это такое? И кто теперь я?

Ветер снова прошелестел, разметав мои волосы. Горячий пот тек по лбу и солнце, которое мало походило на наше земное солнце, жарило тело слепящим белым светом.

Ничего не придумав лучше, я оторвала край, итак короткого платья и обвязала им волосы в виде платка, стараясь избежать теплового удара.

Что-то чужеродное внутри меня, заставило взять себя в руки. Я не понимала, где я была и как вообще оказалась в этом месте, но в закорках своего сознания, хотела жить, и чтобы выжить, мне необходимо было идти.

Осмотревшись по сторонам, я еще раз взглянула на планету, отдающую малиновым свечением и выбрала полностью противоположную сторону. От греха подальше, как говорится!

Мои ноги были босыми и стоило большого труда привыкнуть идти, ступая по нагретому песку.

Меня мучил страх, перекрываемый откуда-то взявшейся решительностью.

Я шла наугад, скользя по барханам и карабкаясь вверх, вкладывая все силы, в свои ноги.

Я ощущала как болит мое тело, и эта боль говорила о том, что с нынешней мной, случилось что-то совсем не хорошее. Об этом говорили кровоподтеки и синяки.

Я чувствовала слабость и умирала от желания спрятаться в тени, но скалистые горы, кажущиеся близкими, с каждым шагом все отдалялись. Зрение играло со мной злую шутку.

Казалось, что я иду уже много часов, борясь с желанием упасть и отключиться, но что-то подгоняло меня, какой-то внутренний страх, заставляющий меня бежать от того, чего я не знала, а быть может, просто не помнила.

Я гнала от себя весь ужас происходящего и все равно не могла осознать все то, что происходит со мной. Я не верила в эту жуть, свалившуюся мне на голову.

Все это казалось нереальным, но тело, молящее о капле воды и о куске еды, говорило об обратном.

Скатившись с одного из барханов, я оказалась в долине из скалистых изваяний. Они, как глухие хранители пустыни, молча стояли, опираясь на скользящий песок.

Ведомая тенью от каменистых склонов, я прибавила шаг насколько могла и просто упала в тень, тяжело дыша.

Кружилась голова и удары сердца отдавались в барабанных перепонках. Слабость опутывала мое тело своими умелыми сетями. Я почти не чувствовала ног. Моя одежда промокла насквозь и мокрой тряпкой облепила тело.

Забытье все же охватило меня. Глаза закрылись, увлекая меня в темноту.

Не знаю, сколько прошло времени, но ярко-белый свет, стал бледнеть. Собрав остатки сил, я снова двинулась в путь, радуясь тому, что пекло практически прекратилось. Мягкое тепло ласкало кожу.

Долина из скал и торчащих камней вилась далеко вперед. Казалось, ей не будет ни конца, ни края.

Бледнеющий свет серебрил ландшафт. Каменистые горы становились похожи на темные высокие статуи, безмолвно смотрящие на маленькую плетущуюся фигурку, в лице меня.

Каменные истуканы молчали, будто бы провожая меня своим безмолвным взглядом.

Долина сузилась и песок на какой-то миг остался позади, открывая перед моим взором каменистую тропу, висевшую над возникшей пропастью.

Внизу однотонным ковром стелились пески, тающие в предзакатных сумерках.

Тропа была узкой и неровной. Собрав все самообладание, я прошла по ней, стараясь не смотреть вниз. Высоты я боялась, а упасть еще больше, поэтому мои шаги были осторожны, и я что есть силы, следила за равновесием, чтобы не сорваться вниз. Ужасно не хотелось закончить свое трудное путешествие, разбившись в лепешку.

Пройдя над ущельем, тропа завернула и ровным накатом медленно побежала вниз, виляя между камней.

Солнце, если конечно так можно было назвать звезду, дающую свет этому миру, почти совсем скрылось, окрасив слепяще-голубое небо в серебряный белесый цвет. Зато сгущающиеся сумерки, окрасили яркостью малиновую планету. Ее свет становился ярче, окрашивая небо и землю своим малиново-фиолетовым свечением.

Извилистая тропа пробежала еще несколько поворотов и расстелила передо мной ровную поверхность, полностью покрытую песком.

Несколько скал еще виднелись на горизонте, разбавляя ничем не примечательную песчаную картину.

Ноги гудели непривычно натужно. Голова почти не соображала и я, привалившись к камню, опустилась на землю.

Мягкое тепло еще сохранялось и очень хотелось надеяться, что ночь не будет холодной.

Глухая тишина давила на барабанные перепонки, похлеще городского шума или острого крика. Единственным звуком, нарушаемым тишину, было животное журчание моего голодного желудка, готового съесть все что угодно на своем пути. Но в этом мире не было не травинки, не росинки.

Было страшно. Я не знала, сколько еще пройду, на сколько хватит моих сил.

Ужасно хотелось пить. Рот пересох, а уголки губ потрескались. Мое тело ныло от усталости, но убаюкивающий сон не шел.

Наступала ночь – самое таинственное время. На утонувшем в темноте небосводе, вспыхивали бриллианты звезд. Яркие точки, вписывались в искусный узор. Плавные линии звездных дорожек, рассыпались удивительными рисунками.

«Может быть там, на этом причудливом ковре, прячется планета Земля? Мой дом, в котором остались мои родители, мой парень, мой мир?» – подумала я, тяжело вздыхая. Сухой воздух прошелся по легким тяжелой волной.

На каких-то корках сознания я понимала, что судьба сыграла со мной злую шутку, забросив меня в этот пустующий мир, в совершенно другое тело.

Малиновое сияние с другой планеты усилилось. В черное небо вплетался неестественный свет.

Я закрыла глаза, умоляя все высшие силы, вернуть меня назад в мой мир. Там осталась вся моя жизнь. Вот и не верь после этого в фантастику, когда сидишь в чужом теле и пытаешься выжить среди зыбкой пустоты.

Наблюдая за сверкающими звездами, я стала чувствовать, как температура неумолимо начала опускаться. Мои ноги медленно заледенели, скованные ночным холодом. Я легла на бок, свернувшись в подобие эмбриона, поджав под себя конечности и натягивая как можно ниже остатки платья. Стало чуть теплее.

Ночь кусала острыми иголками холода, да так что зуб на зуб не попадал. Может быть, отпустить все и перестать растирать свое тело дрожащей рукой, чтобы согреться?

Холод сковал новой не щадящей волной. Затуманенный взгляд расплылся. Звездный ковер смешался в одну кучу и сознание покинуло меня.

Утро наступило непривычно быстро, касаясь моих конечностей своими согревающими лучами.

Я облизала пересохшие губы, силясь встать. Сознание помутилось, и я цеплялась за его остатки, чтобы не сойти с ума.

Ноги не слушались, казались свинцовыми и ватными. Я должна была идти, пока свет от этого местного солнца, не раскалил это место и не превратил его в жерло, иссушающее все на своем пути, включая меня.

Я плелась, еле передвигая ноги и мечтала лишь об одном – о воде. Вода, капли воды, струящийся поток, вода в бутылке. Все мысли были об этом.

Я тащилась, стараясь держать ближе к встречающимся каменным скалам, вылезающим из песка, словно грибы. Иногда я садилась под этими, спасающими меня от зноя каменными навесами, дарящими тень и переводила дыхание.

Вдали виднелись небольшие камни, похожие на обломки расколотых гор. Как будто что-то невообразимо острое и сильное, раскололо горные породы на десятки частей.

Я подошла ближе, пытаясь сфокусировать расплывшийся взгляд от попавшего в глаза песка и не поверила тому, что увидела.

Это были не камни, расколотые какой-то незримой силой, это были статуи и первая из них, лежала перед моими ногами.

Каменная голова покоилась на боку, рассматривая меня своими пустыми мертвыми глазами.

Искусно выдолбленные волосы обрамляли лицо, вырисовывая на голове замысловатую прическу, уложенную в аккуратные пряди.

Голова была большой, не менее двух с половиной метров в высоту. Рот слегка приоткрытый, растягивался в чуть подернутой губы улыбке.

Тело статуи было полностью разрушено и куски разных размеров нашли свою погибель на покрытой песком земле. Только ноги статуи, стоящие на каменной плите, возвышались на добрых метра три-четыре. Высокие сапоги, достающие почти до колен, были окантованы выдолбленными узорами и расписаны какими-то мелкими надписями. Ветер отшлифовал их и надписи обтесались, размылись.

За этой статуей кучами камней лежали другие статуи, почти полностью разрушенные.

Где-то виднелись сохранившиеся каменные руки, торсы и наполовину расколотые головы, а также остатки какого-то странного каменного оружия.

Значит это место не было заброшенным и здесь жили люди, может быть и сейчас живут. Именно люди, а не какие-нибудь там существа с зелеными головами и десятком ног.

Место было похоже на могилу. Разрушенную, истертую временем, размытую ветром и сожженную палящим белым светом.

Могильная тишина вокруг и эти осколки странных статуй, когда-то возвышающихся ввысь своей мощью и силой.

Где-то на краю сознания маячил страх от этого мертвого места, окутанного тишиной и приближающимися сумерками.

Собрав остатки сил, я пролезла между обломков статуй и попыталась спрятаться от накрывающей пустыню ночи и сопровождающего холода.

Еще один день без воды и все закончится.

Мои внутренние запасы были почти на исходе.

Голова уже не соображала, а глаза слипались и покрывались корками. Губы полностью потрескались и каждое движение ртом, отдавало болью и кровянистыми трещинами.

Не было слез, все мое тело высохло, отдав палящим лучам всю свою влагу, все силы.

Снова пришло утро. Яркий свет неумолимо бил по лицу, проникая через камни, в мое убежище. Тихий стон, гортанный, глухой, нарушил тишину.

Это был мой стон, почти уже мертвый.

Откуда я черпала силы? Где был этот запас, помогающий мне выбраться из-под камней на яркий свет? Сегодня небо было покрыто туманной дымкой, разгоняемой порывами усилившегося ветра.

Сильные порывы поднимали песок и закручивали его в незамысловатые воронки.

Горячие песчинки били по телу, шлифуя замученные участки кожи. Порывы то поднимались, то снова стихали, оставляя меня в покое, пока мои ноги делали медленные шаги, оставляя позади мертвое кладбище разрушенных когда-то статуй.

Я умирала. Я почти не чувствовала свое тело, измученное беспощадной пустыней, ведь это место стало играть со мной злую шутку, вырисовывая из пустынных дюн, парящие в небесах дворцы, караваны верблюдов и оазисы, наполненные чистой водой.

Все это было неправдой, но не слушая свой разум, я продолжала почти ползти, до этих удивительных мерещащихся мне видений, в надежде, что они могут оказаться правдой, но как только я подходила ближе, они таяли. Ветер размывал величественные купола дворцов, рассеивая их крупицами по безбожному песку.

Я не знала, сколько шла и чего я искала. Это место, может быть когда-то кишело жизнью, расцветало оазисами и переливалось полянами цветов. Но не сейчас. Все время моего пути, я видела только песок, мертвые скалы и палящее солнце, почти уничтожившее меня.

Здесь была смерть. Ни одна букашка, ни птичка не пролетели надо мной за все это время. Глухая тишина стала привычной, потому что этот мир уже когда-то умер, и я умирала вместе с ним.

Что там со мной, в моем родном мире? Живая ли я? Или меня забрала смерть? Мои родители…что чувствуют они, потеряв меня? А Максим? Как горько стучало сердце, когда мое сознание приходило в себя, пусть на несколько минут. Я падала в бездну, я разбивалась от сердечной боли. Мое умение смотреть на все с оптимизмом и юмором разбилось как хрупкая ваза, оставляя осколки в прошлой жизни.

Я снова увидела мираж. Высокое дерево мертвыми ветвями, уходящее в небеса.

Мой мозг продолжал играть со мной злую шутку, но я, словно мышь, снова пошла на эту ловушку, готовая к очередному разочарованию.

Но дерево не пропадало, наоборот, оно становилось больше. Его давно усохший ствол, потрескавшийся в нескольких местах, казался реальным. Он был реальным.

Дерево стояло на возвышенности. Из песка торчали черные мертвые корни. Мои ноги отказали и я упала лицом в песок, моментально попавший в глаза и рот. Откашлявшись, я ощутила саднящую горло боль, резанувшую похлеще острого лезвия. Я поползла, цепляясь руками за скользящие песчаные склоны.

Когда мои руки зацепились за один из торчащих корней, я с сиплым криком подтянулась и мои глаза наконец увидели то, что я так долго искала, то, что я желала больше всего на свете.

Передо мной расстилался оазис. Дышащие жизнью кустарники и приземистые пальмы венчали небольшой водоем, уходящий в горизонт ползущей полоской реки, тянущейся далеко-далеко, в сторону возвышающихся гор и эти горы не были похожи на мертвые скалы, в которых давно не было жизни. Там отчетливо плескалась зеленая тень.

Обезумев от увиденного, я из последних сил поползла к берегу водоема, чтобы прильнуть к оживляющей влаге.

Мне было все равно на чистоту воды и на ее происхождение. Даже если бы она оказалась грязной и тухлой, я выпила бы столько, сколько попросило мое тело.

Еще пара ползков и мое лицо опустилось в воду, а потрескавшиеся губы жадно прильнули к прохладной жидкости. Живительная влага коснулась горла и полилась внутрь, а я вбирала в себя каждую каплю. Пару раз я оторвалась от сладкой на вкус воды и глубоко вздохнула, а потом снова прильнула к живительному источнику, боясь, что у меня отнимут мой источник жизни.

В моем теле появилась жизнь, и я почувствовала, как мои ноги наполнились силой.

Я больше не могла пить, но пила, а потом, наполнившись, откинулась на спину, спокойно засыпая, под тенью увесистой пальмы.

Я не знала сколько я спала, блуждая в коридорах своих снов, которые возвращали меня в мой родной мир.

Мне снилась мама, ругающая меня, что мы не попадем на кулинарную битву, а еще снился Максим, что-то говоривший, но я не слышала его голос, как будто была глухой.

Меня разбудило задиристое птичье пение. Птицы. Их трели наполняли это место дивными песнями.

Я открыла глаза, уже не надеясь, что проснусь в своем родном мире.

Увесистые пальмовые ветви, слегка покачивались на легком ветерке, жарком и теплом. В ветках низкорослых крон, прыгая с ветки на ветку, кружились мои личные будильники, переливчато разговаривая. Птички были небольшие, но оперение было настолько насыщенным, что походило на радугу. Их голубые грудки, перетекали в желтые крылья, с мелкими красными перышками на кончиках. Острые клювики были черного цвета, а глаза напоминали сапфиры.

Я никогда ранее не видела таких прекрасных созданий.

Подняв голову, я потянулась к вкуснейшей воде, кажущейся райским напитком и жадно припала к прохладной жидкости, стараясь вобрать живительную влагу в себя как можно больше, пока на миг не подняла глаза и не увидела высокую цаплю, если конечно эту птицу, можно было так назвать.

Длинные тонкие ноги возвышались надо мной сантиметров на пятьдесят. Стройное тело птицы, было покрыто длинными сине-голубыми перьями, переливающимися на свету серебряным свечением. Длинный, чуть изогнутый клюв, блестел мраморным напылением. Птица плавно передвигала длинные ноги, а потом почувствовав, что я рассматриваю ее, оглянулась и вперилась в меня своими аквамариновыми глазами, рассматривая.

Я замерла от страха и восхищения прекрасным созданием, боясь спугнуть грациозное существо, рассматривающее меня с любопытством.

Гляделки продолжились недолго. Птица взмахнула своим прекрасными размашистыми крыльями и взмыла в небо, плавно балансируя в сторону длинной, вьющейся реки.

Я посмотрела ей в след, отчасти испуганная и радостная, что в этом мире, я была не одна.

Не знаю почему, но я улыбнулась и снова услышала, как кричит мой желудок от голода. Я дико умирала от желания съесть хоть что-нибудь.

Да я бы съела бы эту птицу, которая вовремя улетела!

Невыносимый голод поднял меня на ноги, и я осмотрелась в поисках хотя бы какой-нибудь еды.

Меня окружал оазис, больше похожий на райское место. Почувствовав, что ноги налились силой от отдыха и живительной воды, я обошла каждый кустик, надеясь найти, хоть одну съедобную травинку или ягодку, но здесь не было ничего, пока не увидела вдалеке несколько пальм, своими тяжелыми ветками, касающихся земли. Тяжесть, которая тянула их к земле, была обусловлена плодами, чем-то похожими на финики. Грозди красновато-желтых мелких плодов, слегка пожухли и потрескались от перезрелости.

Дрожащей рукой я дотянулась и оторвала мягкий перезрелый плод. Сок потек по моей руке прозрачной сладкой жидкостью.

Я вдохнула сладковатый терпкий аромат и припала губами к мясистому плоду. Мозг ежесекундно подсказал, что фрукт напоминает нелюбимую хурму, своим слегка вяжущим вкусом, но состояние того, что я наконец нашла хоть какую-то еду, заставило мой разум заткнуться.

Я села на землю, рядом с увесистой гроздью и жадно пихала в свой рот плоды, которые теперь казались самым вкусным, что я еле в жизни. Даже вкуснее любимых эклеров.

Наевшись вдоволь, я медленно подошла к кромке берега и жадно напилась прохладной жидкости, а потом сняла жуткую тряпку, которая болталась на мне и окунулась в воду, аккуратно смывая со своего нового тела грязь, пот и кровавые разводы.

«Сейчас бы в горячий душ, с пеной и душистым гелем» – подумала я, вспоминая свою маленькую ванную комнату, с душем за занавеской, с веселеньким орнаментом. – «Но и на этом спасибо, как говорится!»

Как следует помывшись, я полностью обнаженная, просушила свое тело под ярким белым светом, именуемом тут мною местным солнцем и надев ненавистную серую ткань, прилегла под пальмой, недалеко от вкусных плодов.

День медленно начал клониться к закату, вырисовывая со всей яркостью пугающую планету, следящую за этим миром, без намека на стеснение. И чем больше смеркалось, чем отчетливее были видны на ее поверхности горы, причудливые кратеры и мелкие, как звезды огоньки, покрывающие ее поверхность. Там кто-то жил, любуясь на малиновое сияние, струящееся в небеса? Количество сияющих точек говорило о жизни на том таинственном берегу.

Я наблюдала за звездами. Их рисунки, словно россыпь сверкающей мозаики, вплетались в фиолетово-розовый тон. Меня накрывала сытая истома и тишина оазиса. Пальмы и кустарники затихли, засыпая.

Я проснулась от колкого ветра, склоняющего ветки деревьев перед своей неуемной силой. Он поднимал пески барханов и дико ревел. Небо покрылось грязно-желтым цветом и чернело с каждой минутой все больше и больше.

От страха перед ревом и корчащейся в припадке непогодой, я забилась между пальм с плодами, стараясь укрыться от ненастья. Песок покрывал мое тело, забивался в уши и рот, покрывал толстым слоем ноги. Песчаная буря накрыла этот мир, вздымая клубы песка, закручивая его в воронки и создавая новые барханы.

Казалось, это никогда не закончится, но ненастье прекратилось так же быстро, как и началось. Взбесившаяся волна прокатилась по земле, утаскивая за собой весь шлейф из обезумевшего ветра.

Расчистилось небо, окутывая мир бирюзовым светом. Вода в водоеме оказалось мутной и возможность напиться растаяла на корню.

Я понимала, что не могу находится в этом месте постоянно. Меня манили вдалеке стоящие горы, покрытые сочными лесами и полоска реки, устремляющиеся к ним.

Собрав в оторванную ткань, носившую на голове плоды с пальмы, которые смогла туда уместить, я двинулась в путь, стараясь держаться тени, созданной длинными пальмовыми ветвями от деревьев, нашедших свою жизнь вдоль русла.

С каждым шагом, как мне казалось, климат становился мягче. Быть может, я уже привыкла к этому пеклу? Все может быть!

Я снова видела птиц, прячущихся от света в увесистых пальмовых кронах и продолжала свой путь, пока не услышала ржание, доносившееся за моей спиной. Лошади!

Я оглянулась и замерла. Четыре нечетких силуэта, расплывающихся в жарком воздухе, гнали коней, подгоняя их властными криками.

На миг я замерла в нерешительности, не зная, что делать. Бежать или подождать, пока путники, похожие на людей привстанут передо мной.

Но с каждой минутой, наблюдая за яростным биением копыт по зыбкому песку, я понимала, что решение бежать было верным.

Они показывали на меня, властно вскрикивая. Ничего не придумав лучше, я побежала на столько быстро, на сколько могла, понимая, что они все равно догонят меня. Мое другое тело, было более выносливым и сильным. Я это чувствовала, но все же убежать от несущихся лошадей, подгоняемых безумными всадниками, не могла.

Они нагнали быстро и окружили кругом. Я упала на землю, пряча лицо от копыт, зависающих у меня над головой.

Все четыре лошади были мускулистыми и сильными. Их шоколадные гривы развивались на ветру, а черные как бездна глаза, казались безумными.

Их всадники, устроившие мне ловушку, неистово рассматривали меня своими, как один янтарными глазами. Их головы были закрыты темными капюшонами, а лица покрывала ткань. Длинные покрывала плащей кирпичного цвета, слегка развивались, чуть прикрывая мощные мускулистые спины и руки, крепко держащие поводья.

За их спинами болтались на кожаных ремнях блестящие мечи, спрятанные в ножны и открывающие взору стальные рукоятки, усыпанные узорами и красными камнями.

– Вот она! – выплюнул один, на каком-то странном языке, который я понимала, а потом приструнив животное, спрыгнул с коня и подошел ко мне совсем близко, хватая меня за руку и резко дергая с земли, чтобы поднять.

– Отпустите меня, я не знаю кто вы!

Мой голос сипло прохрипел, и я дернула рукой, пытаясь вырваться из каменной хватки, больше похожей на тиски.

– Воровка, мечтающая украсть самое дорогое что у нас есть!

– Я не понимаю о чем вы, отпустите меня! Вы меня явно с кем-то путаете!

Мои глаза расширились от ужаса и мысли, что я влипла в непонятное дело, связанное с прошлой жизнью этой девушки, в чьем теле я была и о которой, я собственно, вообще ничего не знала.

– Отвезем ее к нашему правителю, пусть разбирается с ней как хочет! – добавил другой всадник, не слезая с коня. – Выбьет всю правду, кем подослана и кому понадобилась наша достопочтенная реликвия!

Страх накрыл меня с головой. Липкий, холодный.

– Вы меня точно с кем-то путаете, господа! Я ничего не крала и не забирала чужого! Посмотрите на меня, у меня ничего нет кроме фруктов, которые я взяла у оазиса с пальмы! Вы их ищете? Так я не все съела и могу отдать!

Я тупо взглянула в глаза всаднику, прожигающему во мне дыру своим острым золотистым взглядом, казавшимся очень ярким на фоне его смуглой кожи.

– Она еще и шутки шутить вздумала! – не выдержал третий, удерживающий в узде свою неугомонную кобылу, встающую на дыбы. – Хватаем ее и везем к правителю.

– Я никуда с вами не поеду! Отпустите меня!

Я ощутила прилив сил, возникшей откуда-то из глубины моего тела и почувствовала, как по моему телу пробежала еле заметная дрожь. Откуда-то изнутри меня поднимался гнев, который моментально затих, стоило мне увидеть, как вдалеке от нас, вздымался песок, будто что-то ехало по невидимым рельсам. А может быть, даже летело.

Всадники замерли, и я вместе с ними.

К нам над поверхностью земли приближалась платформа, издавая тихое шипение. Я зажмурилась, не веря в возможность такого развития в этом богом забытом месте и снова раскрыла глаза.

На платформе во весь рост стояли трое человек. Их тела были полностью закрыты причудливыми серебряными костюмами, похожими на скафандры. На голове красовались шлемы, полностью сочетаемые с формой головы, сверху которых длинным каскадом торчали длинные перья, похожие на конские хвосты. На их плечах развивались бледно-голубые плащи, казавшиеся прозрачными, которые крепились к костюмам перламутровыми бляшками.

Но было еще одно, что бросалось сильнее всего – их глаза. Голубые, похожие на подсвеченные изнутри топазы, в которых плескались все краски синевы. Они завораживали, заставляли замирать и учащенно биться сердце.

Платформа подлетела моментально быстро и зависла над нами, на уровне глаз.

– Что вы здесь делаете суанцы? – задал вопрос один из них, наверное самый главный. – Сотню лет назад, мы заключили мир, но посещать чужие земли, можно лишь только по выданной договоренности!

– Просим прощение жители Аквии, это вышло не специально.-

Всадник, который продолжал держать меня за локоть, ответил за старшего из всей четверки. – Мы поймали воровку с ваших земель! Пришлось зайти на чужую территорию. В нашем поступке, не было злого умысла чтобы навредить вашему миру. Мы просто заберем воровку и скроемся из вида!

– Я ничего не воровала господа, я не знаю, как вообще здесь оказалась! Эти люди обвинили меня, что я пыталась украсть их символ, который я в глаза-то не видела, не то чтобы красть, потому что я никогда не промышляла воровством. Это неприемлемо, потому что мое воспитание, данное мне моими родителями, указывает на то, что девушка должна быть леди, а не мошенницей!

– Воровка о которой вы говорите, наша королева Анариель, которую мы ищем уже несколько дней. Наша королева отправилась с официальным визитом в земли Браса, но по осведомленности наших шпионов, с ней и ее свитой случилось несчастье. Отпустите нашу королеву, вы не имеете никакого права обвинять ее!

Королева? Я?!? Это уже ни в какие рамки…Может это съемки какого-то фильма?

Я нервно выдохнула, радуясь тому, что я не поеду с этими дикарями в плащах в сторону моей скорой погибели, в мрачные земли, о которых я мечтала побыстрее забыть.

Я посмотрела на синехвостых парней, похожих на рыцарей. Их яркие глаза пленили и казалось, что в них сквозит подобие доброты.

– Кем бы она не была, она воровка!

В голосе всадника скользнула сталь, острая, как кинжал.

– За каждое оскорбление в адрес короля и королевы, обидчик лишается языка! Или вам напомнить конвенцию нашего договора по нашим землям суанцы? – добавил синехвостый. – Вы не имеете никакого права обвинять королеву Анариель в воровстве!

– У нас хотели украсть артефакт! – всадник остро зыркнул на меня, опалив взглядом. – Не удивлюсь, если это козни вашего повелителя. Не зря ходят слухи, что король аквийских земель, давно мечтает заполучить себе все артефакты прилегающих к королевству территорий. Несколько дней назад, мы нашли разбившийся корабль возле башни Дракона, а потом и ее, в долине пещер! Но она оказалась быстра и скрылась! Наш артефакт удалось спасти, благодаря нашим мужественным войнам и драконам. Вам ли не знать, что уже сотни лет никто не охотился за ним?

– Последнее предупреждение для вас. Закройте свои рты, иначе вам не поздоровиться, если будете обвинять в том, чего не было. Мы не хотим смертей, но вижу вы по-другому не понимаете!

В синих глазах у синехвостого зажегся огонек, не выражающий ничего хорошего.

– Слышите, что вам говорит этот товарищ! Отпустите меня! Я ничего не пыталась украсть и вам не принадлежу!

Я злобно посмотрела в янтарные глаза всадника, желая поскорее покинуть это место и убежать от безумной четверки.

Он недовольно переводил свой взгляд с меня на моих спасителей, если конечно их было можно так назвать, а потом вздохнув, злобно прищурился. Я нервно дернулась в сторону и встала как вкопанная.

– На этом все не закончится! Если мы узнаем, что это вы попытались украсть реликвию, то сотрем вас с лица земли. Клянемся памятью завоевательницы Суанны.

Всадник вскочил на вздыбленного коня и развернув животное, бросился прочь, окатив меня песком из-под скачущих копыт. Остальные трое, влекомые ржанием лошадей, устремились за ним.

Я тяжело дышала смотря им в след, а потом, когда повернулась к моим, то ли спасителям, то ли к моим новым врагам, столкнулась с тремя парами голубых, устремленных на меня глаз.

Платформа опустилась передо мной и я нерешительно взобралась на нее, боясь упасть.

– Королева Анариель. Как мы рады, что вы живы. Потерпите немного! Скоро лекари помогут вам!

Синехвостый протянул мне свою руку и помог взобраться на ровную поверхность платформы, похожую на летающий ковер из сказок про Аладдина.

Чудо техники взлетело ввысь и быстро заскользило над землей, навстречу зеленым шапкам гор, которые становились все ближе и ближе, неся меня в неизвестность.

От страха я закусила губу и вслушалась в стук своего спотыкающегося сердца.

Глава 3.

Чудо-техники скользило над поверхностью земли, плавно рассекая воздух.

Мои спасители, устремляя взгляды вдаль, недвижимо замерли. Их плащи и синие волосы в шлемах, скользили на ветру. Я сидела, поджав под себя ноги, украшенные крупными сине-бордовыми синяками и нервно вглядывалась в приближающийся силуэт из высоких, темно-зеленых гор.

Они походили на могучих великанов, одетых в зеленые кафтаны, из темной хвои и безумно-высоких, просто огромных деревьев.

Платформа летела прямо в сторону возвышающегося горного массива и мне на минуту показалось, что эти синехвостые войны, специально ведут платформу к неминуемой гибели, желая врезаться в каменистую породу.

Я как беркут следила за скорым столкновением, пока на секунду не зажмурилась от страха, а когда открыла глаза, то увидела, как передо мной расступились высокие вершины гор, открывая перед моим взором долину.

Долина благоухала в сочных красках зеленых оттенков. Живописные луга, устланные яркой травой, на которой паслись животные, очень напоминающие наших коров, упирались в высокие белые ворота.

Они медленно распахнулись, с протяжным, тяжелым стоном, открывая перед моими глазами город.

Белые домики с тянущимися вверх крышами, были похожи на сказочные. Почти в каждом домике была терраса, украшенная цветами, висящими в кадках. Улицы из прозрачного затертого камня, блестели от чистоты и благоухали свежестью. Почти на каждой улочке, стояли небольшие фонтаны, с кристальной серебристой водой, сверкающей при дневном свете. Мое горло снова запершило и пересохло. До моего слуха донесся гул мощного потока и я оглянулась на звук. С одной из горных вершин ниспадал водопад, сверкающий бриллиантами. Его воды, с мощным рокотом устремлялись вниз в огромную белую чашу, бурлящую, словно котел. Сине-голубая радуга завершала удивительную картину.

Услышав гул от платформы, летевшей над городом, местные жители поднимали головы, разглядывая синехвостых воинов.

Я посмотрела вниз, борясь с легкой дурнотой от высоты и увидела что почти все люди были одеты в белые, синие, голубые одежды. Волосы местных жителей были голубых, синих и белых цветов.

Моя мама, если бы попала в этот неизведанный мир, не пережила бы это бурное количество пестрящих макушек.

Платформа чуть изменила траекторию полета и повернув в сторону, я увидела замок. Он возвышался над всем городом, похожий на белую мраморную гору.

От неожиданности увиденного, я протерла глаза и замерла, разглядывая строение.

Высокие стройные башни были украшены статуями, изображающими невиданной красоты дев, статных воинов и королей, в надетых на головы причудливых коронах. В пустых глазницах окон отражался свет, слепил глаза.

Самое высокое строение замка украшал купол, переливающийся под яркими лучами местного солнца.

Белый город, как я его назвала, был отделен от замка крутым рвом. Длинный, хрустальный мост, как арка, купался среди бьющих с двух сторон мощных водопадов. Шум воды, похожий на гул, извергался мощными потоками, украшенными двумя перламутровыми радугами.

С правой стороны я разглядела величественную конструкцию, напоминающую белую пирамиду. Самая главная стена, была украшена символом из синего камня, похожего на топаз. Внизу пирамиды, виднелся вход, в который заходили несколько человек в длинных белых сутанах. Головы входящих, украшали белые повязки с синим камнем посередине.

Я с интересом рассматривала их, пока платформа, преодолев хрустальный мост, плавно пронеслась сквозь еще одни открытые ворота и остановилась у роскошных дверей замка, украшенных позолотой и голубыми камнями.

Я нервно огляделась, боясь пошевелиться и приподнялась на ноги. Боль в конечностях, казалась отдаленной, под ударами колотящегося от страха сердца.

Синехвостый поклонился мне и протянул руку.

Я сглотнула слюну и протянула свою, дрожа, как осиновый лист.

Страх сковывал меня, пробирал до костей. Стеклянная плитка под ногами, казалась ледяной и скользкой.

Я огляделась, а потом увидела тень, летящую на меня с неистовой скоростью.

Что-то большое с огромными крыльями и копытами приближалось ко мне, с кричащим ржанием.

Озноб прошелся по телу массивной волной и почувствовав дурноту, я упала без сознания. Достоверно не помню, который раз за эти дни.

***

Шепот доносился до моих ушей. Именно он и привел меня в чувства. Воспоминания хлынули водопадом картинок и я разлепила глаза, мечтая лишь о том, что все мои похождения в этом странном мире, окажутся всего лишь сном.

Но не тут-то было! Заместо родной квартирки, с малюсенькой спальней и большой втиснутой в мизерное помещение кроватью, передо мной возник высокий конусный потолок, похожий на небо. Его голубоватые своды тонули в ярком дневном свете.

Я с осторожностью посмотрела по сторонам, ловя свежее дуновение ветра из открытых высоких окон. Длинные прозрачные занавески раздувались, похожие на паруса.

Как шпион, я медленно рассматривала светлые стены, своды высоких потолков, посеребренных у оснований, светильники с белыми кристаллами в нишах, небольшой стол белого цвета, с лежащими на нем большими гримуарами и свитками, скрученными в трубочки и повязанные золотистыми нитями. Чуть поодаль виднелось высокое зеркало в нарядной серебряной раме, с голубыми поблескивающими на свету камнями.

С другой стороны комнаты, занавеси на открытых стеклянных дверях, нервно трепыхались на сквозняке, гуляющем по помещению.

Сквозное проветривание, кем-то специально устроенное, нервировало. Я с детства ненавидела сквозняки. Мои родители, стараясь уберечь меня от простуды, которой я частенько болела, старались реже открывать окна, дабы их единственное чадо не тонуло в вечных соплях и кашле. С годами я впитала в себя их страхи и избегала слишком рьяно устроенных проветриваний, дабы не слечь с очередным орви.

Мой взгляд зацепился за кровать, на которой я лежала накрытая легким, как перо и теплым, как верблюжья шерсть голубым одеялом. А потом я увидела их. Две женщины, чей громкий шепот меня разбудил, с осторожностью уставились на меня. Одна была одета в белое длинное платье. Темно-синие глаза такого же цвета как и волосы, смотрели изучая. Вторая, наоборот, замерла нервно закусив губу. Ее волосы были собраны в длинную голубую косу. Платье на ней было тоже голубым, подпоясанным тонким поясом. Она напоминала мне куклу, с которой я играла в детстве. Этакая Мальвина!

На них я посмотрела с настороженностью и не придумав ничего лучше, на слабых локтях подтянулась в постели, чтобы сесть.

– Ох моя королева, ну вы и напугали всех нас! Ваша поездка в земли Браса, чуть не закончилась такой трагедией! – охнула женщина, с темно-синими глазами, подходя ко мне ближе, – Эдолина, подай-ка воды, не стой, как вкопанная!

Голубоглазая «Мальвина», с именем Эдолина, молниеносно бросилась к столу, наполняя высокий серебряный кубок из стройного кувшина.

Отпив пару глотков, я только сейчас услышала, неприятный, да ну что врать, ужасно мерзкий запах, который, почему-то исходил от моего тела. Принюхавшись, я поморщилась и отдала кубок обратно Эдолине.

– Вы так беспокойно спали, метались по кровати, пришлось дать вам успокаивающего отвара. Я смазала ваши раны моэрией красильной и аиром болотным. Знаю, запах тот еще, но зато ваши раны уже почти совсем зажили.

Женщина улыбнулась, с легким волнением в глазах.

Я тихо кивнула, вырисовывая на своем лице подобие улыбки и снова посмотрела по сторонам. Сильный сквозняк нервировал даже больше, чем запах от какой-то там моэрии и аира. Поежившись, я натянула одеяло, почти на нос.

– Эдолина, закрой-ка окна, королеве холодно, совсем продрогла! – Женщина, быстро махнула рукой и девушка как спринтер, быстро обежала окна и двери, которые слегка скрипнули и ухнули, борясь с порывом ветра. – Моя королева, как вы? Не проронили ни слова! Раны беспокоят еще?

Я снова покачала головой. При каждом упоминании меня как королевы, мне становилось не по себе и отнимался язык.

– Сейчас же позову короля, обрадую его, что вы пришли в себя!

Женщина спохватилась и метнулась в сторону дверей.

– Нет!

От моего резкого вскрика Эдолина и женщина без имени, встали как вкопанные.

– Не стоит звать господина сейчас, когда я выгляжу так паршиво и запах ваших трав такой, что убьет коня наскоку!

Снова эти удивленные взгляды. Может быть они не слышали, в исполнении их языка, фразы, типа «паршиво»? Я просто, что подумала, то и сказала!

– Как скажете моя королева, – тихо пропела Эдолина, – подготовить купальню?

– Это было бы прекрасно! Сколько я проспала?

Мой новый голос с хрипотцой, полился, словно музыка. Я даже удивилась и прислушалась, находя свой новый тембр музыкальным. Новый язык был певучим и казался легким.

– Две вечерни не просыпаясь, моя королева!

– Как долго!

– Вы были так измотаны, истерзаны, без слез было не взглянуть!

Эдолина высвободила меня из кокона одеяла и быстрым, умелым движением, накинула серебряный халат, лежащий на длинном пуфе, рядом с кроватью.

Мягкая ткань нежно коснулась тела. Ноги я сунула в подготовленные тапки, если конечно так можно было назвать туфли без задников, усыпанные сверкающим мелким бисером.

– Если хотите, еще раз смажу ваши раны!

Женщина с темно-синими волосами, выжидательно посмотрела на меня.

– Не стоит, мне не больно!

Я поморщилась только от легкого запаха, впитавшегося в мое тело. Не могу представить, как бы я воняла, заново намазанная болотной травой. Меня передернуло от этой мысли.

– Тогда вечером приду проверить ваше самочувствие моя королева.

Женщина поклонилась и скрылась за дверью.

– Эээ, Эдолина, правильно ведь?

Эдолина, видимо которая являлась моей служанкой (такое вообще возможно?), удивленно посмотрела на меня, слегка дернув глазом.

– Да, все верно, моя королева!

– Кто эта женщина? – спросила я тихо, слегка склоняясь к уху девушки.

– Это лекарша Вада!

Девушка, с обеспокоенностью во взгляде, посмотрела на меня.

– Ах да, у меня что-то с памятью, похоже! Как вышибло! Половины ничего не помню! – я скривилась, запахивая полы длинного халата, – я осмотрюсь пока, а ты подготовь купель.

Эдолина слегка поклонилась и вошла в стену. Оказывается в стене, была припрятана дверь, ведущая в купель. Умело!

Я снова огляделась и медленно, немного волнуясь, подошла к двери, ведущей на террасу.

Со стоном двери открылись и на меня набросился ветер, молниеносно разметавший мои волосы и длинные полы халата.

Море. Перед моим взором расстилалась вода бирюзового цвета, с шапками пенистых волн. Внизу проходила тонкая песчаная полоска бухты, скрытая от невидимых глаз.

Терраса располагалась на достаточной высоте, живописно утопая в красивом пейзаже. Своды открытого помещения украшали белые цветы, вьющиеся по стенам и небольшим колоннам, напоминая плющ.

На террасе стоял круглый стол и два широких стула с мягкими подушками. На столе, в большой тарелке красовался виноград пурпурно-синего цвета, так похожий на наш и пара круглых белых яблок с голубыми боками. Я осторожно коснулась их пальцами, настороженно проверяя, не гнилые ли они? Но нет, фрукты были свежими и истончали еле уловимый сладкий аромат.

Я оторвала одну из ягод винограда и с жадностью положила в рот. Медовая сладость растеклась по деснам и я жадно прожевала, наслаждаясь. После чего, следом засунула в рот еще несколько ягод. Я хотела есть, и эти ягоды, только еще больше раззадорили мой аппетит.

Еще раз взглянув на вид открывающейся с террасы, я волнительно вздохнула и вошла внутрь спальни, плотно затворив за собой дверь.

Что мне бросилось в глаза, было зеркало в серебряной узорчатой раме.

Сердце забилось как при тахикардии. Мне было страшно взглянуть на себя в новом теле.

Медленно ступая, я все же подошла к отражению, боясь снова лишиться чувств и зажмурившись, резко распахнула глаза.

Передо мной стояла стройная девушка с аппетитными формами в области груди и попы. Длинные белые волосы обрамляли лицо, спускаясь по плечам и спине. По левой руке бежали символы, уходя в область лопаток своими странными письменами, язык которых, я не понимала. Но самым удивительным были большие зелено-голубые глаза. Они были такими яркими и светящимися, что пугали своей неестественностью. Брови были светлого, чуть посеребренного цвета. Ресницы черными, длинными и мягкими. Губы оказались пухлыми и чувственными. Мое другое тело, было красивым и статным, будто бы я и правда была королевой.

Только вот это было неправдой. Я закусила губу, вспомнив свое прошлое, любимых родителей и Максима, который остался в том, другом, таком родном мире и я не знала, попаду ли я снова в свой мир? Или навсегда останусь здесь в этом красивом, но чужом теле.

Паника поднималась волной, но я дернув головой, схватила ее на корню, чтобы не расплакаться. Уж лучше быть здесь в чужом теле, принадлежавшем какой-то там знатной особе, чем находиться в тех мертвых землях, врагом которых, я по какой-то причине стала!

– Моя королева, купель готова!

Я вздрогнула от голоса Эдолины, раздавшегося за моей спиной и медленно кивнув, прошла в открытую дверь.

Небольшая комната с высокими стройными окнами, освещала помещение. Глубокая купель отсвечивала голубым оттенком, стоя рядом с краном, который изливался мощной струей и наполнял кристально-чистой водой пространство ванны. От воды исходил пар, клубившийся под потолок. На кране сверкал синий огонек, напоминающий язычок свечи.

Эдолина взяла с подставки блюдце с синими кристаллами, похожими на соль и деловито бросила горсть в купель. Вода моментально окрасилась в цвет утреннего неба и заклубилась душистой белой пеной. Волшебство, да и только!

Я скинула халат и длинную рубашку, насквозь провонявшую вонючими мазями и с наслаждением окунулась в воду. Вода оказалась нужной температуры, горячей, но не кипятком.

– Как приятно! – промурлыкала я, откидываясь на спинку.

– Не то слово. Я сама не нарадуюсь тому моменту, как кристалл тепла привезли на наши земли. Спасибо достопочтенному чародею Ватре за такое нужное изобретение.

– А как же было раньше? – с недоумением спросила я служанку и получила в ответ недоуменный взгляд в свой адрес. Видимо Эдолина поняла, что ее госпожа в конец свихнулась, раз не помнит про какой-то там кристалл тепла. Она опустила глаза, спрятав неловкость и снова взглянула на меня, слегка покраснев.

– Раньше согревали воду на огне или лучами Сувара, спасибо ему, что светит так ярко!

Я кивнула, наслаждаясь теплой водой. Кто такой Сувар, я спрашивать не стала, догадавшись, что так называлось местное солнце.

Эдолина коснулась моей руки, взяв в руки мягкую губку, но я резко отдернула кисть, не ожидая, что девушка будет меня мыть. Только этого еще не хватало!

– Не надо, сегодня я сама! А то заденешь синяки, которые еще беспокоят! – Я постаралась улыбнуться испуганной девушке, беря из ее рук губку, к слову, голубого цвета. В этом мире, явно прослеживался фетиш к синим и голубым вещам, пока непонятно мне, с чем связанный.

Эдолина поклонилась и оставила меня одну в купели, тихо затворив за собой дверь.

Взяв кусок мыла, лежащий на металлической тарелочке, я намылила мочалку и хорошенько растерла кожу, вдыхая аромат моря. Волосы, похожие на гнездо и спутанные как хомут, я хорошенько промыла водой и из небольшой глубокой чаши, достала массу, похожую на гель, которая хорошо пенилась. Ей я и помыла голову, надеясь, что данное средство не выжжет мне волосы вместе со скальпом.

Я провела в купели немало времени, наслаждаясь приятной водой и голубоватой пеной, пока мои конечности не стали похожи на куриные жопки.

Мягкая ткань, оставленная рядом с купелью, служила полотенцем. Я хорошенько обтерлась ей, прежде чем надеть чистую рубаху и халат.

На самом деле купель, казалась мне местом защиты, где я могу какое-то время, спрятаться от неизвестности этого места и от людей, готовых, в любой момент нагрянуть в мою комнату.

Я ужасно боялась встречи с королем, скорее всего являющимся мне супругом. Мысли о близости с неизвестным человеком, страшно пугали. Я не могла представить себе, как это будет выглядеть.

Закусив губу и кое-как приведя дыхание в норму, я осторожно выглянула в свою комнату, к моей нешуточной радости, оказавшейся пустой. Выдохнув с облегчением, я подошла к небольшому столу, на котором красовался поднос с едой.

Растерявшись, я несколько секунд моргала, рассматривая содержимое, филигранно разложенное на красивой, поблескивающей посуде.

В высокой чашке, виднелась белая однородная масса, с крупными синими ягодами, очень похожими на гигантскую чернику. Рядом с ней, на плоском блюде, лежали хлебные мякиши, напоминающие круглые лепешки, намазанные голубоватой консистенцией, похожей на сливочное масло. Тут же красовались яйца с голубыми желтками, а также синяя клубника и пурпурный виноград.

В кофейнике, который я открыла, я разглядела темно-синюю жидкость, похожую на чернила. Пар, ударивший в нос, отдаленно напомнил запах кофе, с какими-то восточными пряностями.

Оглядев увиденное, я вздохнула и взяв длинную тонкую ложку, макнула ее в кашу.

Каша была приятной на вкус, мягкой, с мелкими комочками. Ягоды дарили кислинку. Откусив от лепешки с голубым маслом, я восхитилась нежному вкусу и в один присест, полностью засунула ее в рот.

Нормально я не ела, казалось целую вечность и мне было все равно, какого цвета были эти продукты. Завтрак оказался очень вкусным. Даже голубая клубника с белой мякотью и горячий напиток, больше похожий на какао, чем на кофе.

Откинувшись на стуле, я удовлетворенно вдохнула с мыслями, что если умирать, то хотя бы не голодной и резко вздрогнула, когда в комнату вошла Эдолина, чтобы убрать поднос, с остатками еды.

– Что-нибудь еще принести, моя королева?

Эдолина поклонилась и с осторожностью посмотрела на меня.

– Ничего не надо! Лучше скажи, а где король? – решила я задать вопрос, чтобы пробить почву, ждать ли мне гостей.

– Еще совсем недавно был здесь, но уже покинул замок. Неотложные государственные дела. Дракон с земель Суа, сожрал десять ваков у одного из местных жителей, с земель вашего отца.

– Дракон?

Я посмотрела на Эдолину, как полоумная, совершенно не скрывая своего ужаса.

– Ну да…дракон, моя королева.

Служанка хлопнула глазами и поставила кофейник на поднос.

– Ну да, драконы, – я постаралась сделать спокойное лицо, будто драконы, это все равно что собаки, безвольно разгуливающие на столичных улицах. Чему уже здесь удивляться? Это все равно что быть героем одной из книг фэнтези, фанатом которых я была.

Эдолина еще раз поклонилась, спросила не нужно ли чего-нибудь еще и скрылась за дверьми.

Я встала, нервно зашагав по комнате и подойдя, тихо отворила дверь, сунув нос в узкую створку. Тут же подуло сквозняком, гуляющим по замку. Отдаленно слышались приглушенные голоса, пока совсем не стихли и не стало по глухому тихо.

Затворив дверь, я подошла к большому зеркалу и взяв гребень, медленно прошлась по длинным шелковистым волосам.

Я так увлеклась расчесыванием, самолюбованием своего нового тела и красивой пышной груди, выглядывающей из под халата, что не сразу услышала, как тихо скрипнула дверь и раздались медленно-идущие шаги.

От неожиданности я вздрогнула и почти уперлась в грудь молодому мужчине. Он так неожиданно протянул ко мне свои руки, что я не нашла ничего лучше, как отпрыгнуть, выронив гребень из своих рук.

Молодой мужчина, казался лет двадцати семи, может быть, чуть постарше. Он удивленно посмотрел на меня.

– Анариель? Я напугал тебя?

Мелодичный голос в легком недоумении, тихо раздался среди густой тиши, скопившейся в моей комнате.

Я глубоко вздохнула, стараясь унять мелкую дрожь и улыбнулась, растянув рот в кривой улыбке.

– Я не сомкнул глаз, пока не узнал, что ты жива!

Мужчина тяжело вздохнул и снова протянул ко мне руки, осторожно прижимая к своей сильной груди. Я замерла, судорожно вдохнула терпкий аромат его тела, нервно кусая губу.

Его рука нежно провела по моим волосам и вздохнув, мужчина отстранился.

Его темные волосы с синим отливом, были короткими. Острый нос волевым, губы тонкими и ровными. Глаза отливали нефритовым цветом. В них сквозила лисья хитрость, наглость и заносчивость.

На шее красовался камень, напоминающий бирюзу. Длинный серебристый сюртук, был украшен мелкими белыми бисеринками. Дополнял образ темный, переливающийся камнями пояс.

По ощущениям, именно эта особь мужского пола, так напоминающая слегка напыщенного нарцисса, была королем. Совершенно точно, такой типаж, мог понравится влюбленной малолетней дурочке, какой я себя не считала.

Ничего не оставалось делать, как смело посмотреть в глаза своему мужу и сделать вид, что я также, как и он, очень рада его видеть.

– Ты выглядишь ужасно измотанной! Не представляю, как ты выжила в Суе.

Они могли тебя поймать и пытать, пока не выбили правду!

Ничего не понимая, я осторожно освободилась из его рук и подошла к кувшину с водой, чтобы прополоскать горло. Я должна выглядеть уверенной, даже если ничего не понимаю.

– Они почти поймали меня, но все закончилось, как видишь, хорошо!

– Я слышал что суанцы в бешенстве, что их сокровище попытались украсть. Ужасно плохо, что ты попалась им, теперь они не отстанут со своими подозрениями и Аглар тоже.

На секунду, я перевела дыхание, совершенно ничего не понимая и дернув копной длинных белых волос, пожала плечами.

– Я к этому никак не причастна!

– Но как же? – мужчина удивленно уставился на меня. На миг показалось, что в его глазах вспыхнули искры. Надеюсь, это была всего лишь игра света. – Если не ты, тогда кто пытался забрать себе их реликвию?

Я покачала головой, не понимая, про что он говорит. Те страшные люди с янтарными глазами, говорили про какой-то артефакт, может быть мой новоиспеченный муж, говорит про него? Не зря же они гнались за мной через все мертвые земли!

– Возможно, есть кто-то другой, кто хотел этого, но у него не получилось совладать с…драконами.

«Что здесь вообще происходит?» – подумала я, продолжая источать наигранную уверенность.

– Странно, – пытаясь уличить в моих словах ложь, мужчина уставился на меня, впиваясь взглядом, – план казался поистине хорошим. Мы где-то просчитались или кто-то обманул нас!

Нервной походкой, стуча каблуками сапог по прозрачному полу, он прошелся туда-сюда, думая о чем-то своем.

– Это все Ватра! Уверен, что он подстроил, чтобы тебя очернить и подставить, а сам вышел совершенно чистым. Жаль, что артефакт так и не попал в наши руки, но также радует, что он не попал в руки к чародею.

Мужчина опалил меня гневным взглядом, под стук моего громкого сердца.

– Все может быть! – я пожала плечами, показавшись глупой.

– Ты как будто изменилась, Анариель! – мужчина медленно подошел ко мне и коснулся моего подбородка, заглядывая в мои глаза.

Я дернула плечом.

– Это все мертвые земли, после которых я думала что не выживу, сложно оставаться такой же, разве нет?

– Ты так права, мое сокровище! – молодой мужчина нежно коснулся моего лица, проводя пальцами по щеке. – Сила Аглара возрастает, я это чувствую. Если бы мы собрали все, я бы стал властелином, а не этот молодой недоносок.

Снова злой блеск глаз коснулся меня и тут же сменился желанием, блеснувшем в его темных зрачках.

В один миг его рот накрыл мой, вбирая в себя мои губы, в жадном, слегка слюнявом поцелуе. Я вытаращила глаза, не ожидая такого рвения и отстранилась, переведя дыхание, а потом сделав пару неуверенных шагов назад, кинулась к кувшину с водой, изображая жажду.

– Что с тобой Анариель?

– Я до сих пор не в себе, поэтому. Да и раны беспокоят, хоть лекарша и мазала меня своими вонючими втирками. Не обижайтесь…дорогой!

– Я продолжаю думать о себе, эгоистичная натура! Не понимая, через что тебе довелось пройти!

Мужчина коснулся своего лба и на секунду замер, прислушиваясь к шагам за дверью и нервно оглянулся.

– Думаю, мне пора, пока никто не увидел нас вместе.

Я не понимающе уставилась на него и тихо кивнула.

– Ты не придешь сегодня ночью? – он вопросительно уставился на меня, взглядом, полным желания.

– Слишком слаба, буду отдыхать! – проговорила я, изображая полное недомогание, – да и голова кружится!

Мужчина кивнул и дотронувшись до своих губ, послал мне воздушный поцелуй. Его смазливая самоуверенная улыбка была последней, что я увидела, пока он тихо не скрылся за дверью.

Я осела на стул, проведя по вспотевшему лбу влажной ладонью, в полном непонимании происходящего.

Вскочив, я подошла к столу со свитками и фолиантами, наваленными горкой и тяжелыми гримуарами, в темных, поеденных временем обложках.

Перечитав несколько страниц гримуара и не найдя ничего, что открыло бы мне просвет на разговор со смазливым королем, я пролистала еще несколько страниц. Это оказались сказания о землях, к которым я пообещала себе вернуться, чтобы ознакомиться получше с этим миром.

Эх, ну почему это произошло со мной? Мама, Максим, папа? Как мне вас не хватает! Я хочу быть просто Викой, а не какой-то там королевой Анариель!

Лучше бы пошла с мамой примерять свадебное платье, чем сидеть тут, не понимая и толики странного разговора с главным представителем королевского рода!

Что он задумал и как та Анариель, оказалась причастна ко всему?

Я так разнервничалась, что заболела голова.

Решив перестать прятаться в своей огромной комнате, больше похожей на большую столичную квартиру, я осторожно вышла, медленно ступая в своих серебристых тапках по прозрачной брусчатой плитке.

Стены узкого коридора замка оказались белыми, освещенными синим пламенем, от прячущихся в нишах кристаллов. Синий свет переливался бликами, преломлялся и создавал причудливые тени.

Зайдя за угол, я нос к носу столкнулась с Эдолиной. Не понятно, кто из нас больше испугался, я или она. Мы обе вскрикнули и как по команде, схватились за сердце.

– Вы что-то хотели моя королева? Почему не позвонили в колокольчик? Вы еще так слабы для выхода!

– Решила позвать сама, размять ноги, так сказать! – я нервно коснулась волос и приподняла подбородок, чтобы казаться властной. Наверно, это выглядело смешно. – Принеси что-нибудь от головы.

– Вот видите, рано вам еще вставать! Сию минуту попрошу лекаршу заварить ежовую пыль.

– Ежовая кто?

– Траву от головных болей.

Эдолина прошла за мной в комнату и подходя к большой кровати, откинула одеяло, под которое я тут же нырнула, чувствуя свалившуюся нервную усталость.

После ежовой пыли, горькой и мерзкой, которую услужливо приготовила лекарша, я сладко уснула, прополоскав рот водой.

Мне снилась пустыня. Я снова шла по мертвым землям, ища тень и источник воды. Все внутри меня ссохлось, требовало влаги, но бескрайние пески, продолжали оставаться бескрайними.

Резко открыв глаза, я тяжело вздохнула. Сгустились сумерки. Из окон, просачиваясь в комнату, пробивалось розовато-голубое свечение. Свечи и кристаллы, казавшиеся днем умело созданным декором, разложенным по периметру комнаты, изливались ярким голубым освещением.

Я перевернулась на бок и увидела силуэт. Мужчина с серебристыми волосами стоял в профиль, вглядываясь в темноту, долгим, задумчивым взглядом. На миг я залюбовалась его статностью, внутренней силой и уверенностью.

Услышав шевеление, донесшееся с моей кровати, он повернул голову, всмотревшись в мое лицо. Я замерла в ожидании, рассматривая молодого человека.

Он не спеша подошел ко мне, смотря сверху вниз.

– Рад видеть, что вам лучше, моя королева! Раз так, то откладывать разговор дальше, не имеет смысла!

Глава 4.

Хорошо сложенная мужская фигура нависла надо мной, опалив уверенным взглядом глаз цвета топаза. Лицо оказалось красивым. Нет, не смазливым, а именно красивым мужской красотой.

Я тихо выдохнула воздух из легких и уселась на кровати, чуть простонав. Далеко не все ушибы и синяки перестали беспокоить меня, но мазать вонючими втирками, было выше моих сил.

– Все эти дни, меня очень беспокоил один животрепещущий вопрос, – тихо, отделяя слово от слова, начал молодой человек, – как вы, моя королева, оказались в землях Суа, когда отправились с благотворительной поездкой в земли Браса?

Я хлопнула глазами, не понимая, почему это красивое создание допрашивает меня? Что за играющий мускулами родственничек? Брат?

Я снова оглядела лицо мужчины, находя нашу с ним схожесть, только в цвете волос и прическе. Длинные волосы до плеч, были завязаны сзади тонкой атласной лентой.

– Заместо того чтобы допрашивать меня, лучше бы поинтересовались, как мое самочувствие!

Лучшее средство защиты это нападение, тем более в такой ситуации, когда вообще не понимаешь, что к чему.

На лице мужчины не дернулся ни один мускул. Твердый взгляд смотрел уверенно и без капельки жалости.

– Прошу меня простить за нетерпение, конечно же, вы еще очень слабы, не каждый смог бы выжить в мертвых землях, совсем один и без воды. Я понимаю, через какие испытания вам пришлось пройти, это довольно-таки сложно.

Нависшее тело мужчины село рядом на краешек кровати. Добродушным жестом он положил свою руку на мою, мимолетно, на долю секунды.

– Но.. – продолжил он.

– Но? – не скрывая обиды в голосе проговорила я.

– Вопрос о том, что местоположение вашего дирижабля на землях Суы, моя королева, стоит на повестке дня и не имеет никаких отлагательств, – мужчина, продолжал буравить меня твердым, каменным взглядом, своих голубых глаз, – жаль, что никого не осталось в живых, кроме вас. Поэтому, я думаю, вы понимаете, как важна информация из первых уст.

Мне оставалось только кивнуть и еще больше занервничать, так как я не могла ему объяснить, как та Анариель, умудрилась оказаться в чужих землях. И вообще, почему этот человек, допрашивал меня? Король не допрашивал, а этот разошелся на ночь глядя!

– Мы так и будем играть в молчанку? Или ваше молчание говорит о вашем неприкрытом предательстве?

– Дело в том… – я посмотрела с испугом на человека, от которого исходила огромная сила, даже язык немел. Вроде молодой, но уже с таким характером! Даже, как-то не по себе!

– И в чем же дело? Не тяните!

Терпение красавца подходило к концу.

– Я ничего не помню. – тихо прошептала я и опустила глаза.

– Объясните!

– Это как темное пятно на памяти, пробел. Как я там оказалась, хоть четвертуйте, не помню и все! – с глазами, полными печали и расстройства, я посмотрела на мужчину. К слову, сомнение огромными буквами пестрело у него на лице, как большой сверкающий баннер. – Вы мне не верите?

– Ваши слова попадают под сомнение, – ответил он, рассматривая меня.

– Я помню, как улетала из замка на дирижабле, а потом, как все стерли, понимаете? Я помню лишь то, как я пришла в себя где-то в пустыне, у меня ужасно болело тело и я очень испугалась этого огромного розового шара. Как это вообще возможно, чтобы планеты висели друг на друге, как гроздья винограда?

Мужчина посмотрел на меня, как на полоумную. Видимо подумал, что помимо пробелов памяти, у меня появилось какое-то психическое расстройство от удара об землю.

– Вы мне не верите, я вижу, – я горько вздохнула, решив играть до конца. Актриса из меня была та еще, но попытаться стоило. Может, хотя бы отстанет на время со своими расспросами. – Как мне доказать вам, что я говорю правду?

Из глаз брызнули слезы и потекли по щекам. Решив надавить посильнее, я захлебнулась в рыдании и бросилась на плечи к онемевшему мужчине.

Не зря же говорят, что особи мужского пола, ненавидят женские истерики!

Его каменный торс еще сильнее окаменел и напрягся. Растерянные руки обняли мою спину. Я пару раз громко всхлипнула для пущей картины и повиснув на плече, затихла.

Через некоторое время, которое показалось удивительно коротким, я отстранилась и громко шмыгнула носом. Из серебряного кафтана молодой человек, выудил небольшой белый платок и протянул его мне.

Я вытерла им слезы и хорошенько высморкалась.

– Вы не ответили, – прохрипела я, с нескрываемой обидой в голосе.

– Я верю вам, не думаю, что вы лжете.

– Зачем же мне самой лететь в эти земли? Это надо быть самоубийцей, полететь туда осознанно, если только жить надоело, поймите! Да и вообще, на дирижабле могло случиться все что угодно, нас могли захватить и подставить, вы не подумали об этом?

– Я не отрицаю любого развития событий, – ответил спокойно молодой человек, с настороженностью бросив на меня взгляд, в котором витала надежда, что истерики больше не будет, – суанцы настроены враждебно, вот что пугает меня. Артефакт хотели украсть в момент вашего появления на их землях. Чтобы это не было, мы первые, на кого они теперь будут думать. Потом и кровью, разговорами и действиями, сотню лет назад наши предки, добивались этого мира, думаю, вы это понимаете.

Я многозначительно кивнула, ничего не понимая.

– Может быть, со временем они поймут, что я не причастна и все успокоится?

– Хотелось бы верить, но даже намек на потерю артефакта земель, это самое худшее, что может произойти.

Молодой человек поднялся с кровати и прошел в сторону кувшина, чтобы налить воды.

– Они могли сами сделать вид что его хотят украсть, а потом свалить на нас. Кто же знает, что у них в голове?

– В любом случае, шпионы не бдят и однажды мы все узнаем, раз вышло так, что вы ничем не можете помочь.

Он протянул мне стакан с водой и я с благодарностью кивнула.

– Если я слишком надавил на вас, прошу простить, моя королева. Уже поздно, вам нужен покой. Не желаете, чтобы я позвал лекаршу, если вас что-то беспокоит?

– Не стоит, я просто буду отдыхать.

– Ну тогда, набирайтесь сил, буду надеяться на ваше полное выздоровление и скорое прояснение ситуации в мертвых землях.

Мужчина взял мою руку в свою и слегка коснулся кисти в скромном поцелуе.

Развернувшись на каблуках своих серебристых сапог, он на секунду остановился в дверях.

– Завтра же поговорю с лучшими лекарями королевства, как нам быстрее вернуть вашу память, дорогая госпожа. Доброй ночи!

Дверь медленно затворилась и я с неимоверным облегчением упала на подушки.

Этот бой я выиграла, но что будет дальше, когда каждый из живущих в замке и имеющих отношение к моей персоне, будет допрашивать меня и кормить настойками для возвращения памяти?

Встав с постели, я подошла к тазу с водой, услужливо оставленным служанкой и умыла лицо.

Кто был этот человек?

Король метал икру о сборе «всех», так он выражался. Наверно, он имел в виду артефакты.

В этом сказочном замке плелись тайные интриги, поэтому райское по красоте место, было сложно назвать раем. Надо было быть начеку.

Я медленно подошла к окну. На меня снова смотрела фиолетово-розовая планета. Огромная и пугающая.

Не придумав ничего лучше, я быстро задернула штору и упала в кровать, не забыв при этом подпереть стул под дверную ручку, чтобы не повадно было разгуливать не званным гостям, нагло проникающим в комнаты.

***

Утро в замке, увы, началось далеко не спокойно.

Первыми, кто со смачным стуком в дверь захотел проведать меня в покоях, оказались лекари.

Их было трое, вместе с лекаршей Вандой, с которой мы уже были знакомы по втиркам из вонючих трав.

Мне даже не дали спокойно позавтракать вкусными блюдами, услужливо принесенными Эдолиной в мои покои.

«Мои покои», звучало статусно и по-королевски! Если когда-нибудь вернусь в свой мир, обязательно буду называть свою спальню, размеров в восемь метров – покоями.

Кланяясь и расшаркиваясь мягкими туфлями и сапогами по полу, медицинский консилиум, осматривал меня, как подопытную крысу.

Исследовав мои синяки на теле, три пары рук, переключились к голове, высматривая под длинными волосами намеки на гематомы или наличие шишек, которые могли бы привезти к потери памяти. К моей нешуточной радости, одна большая шишка оказалось на затылке. Она и стала свидетельством того, что моя бравада о случившейся амнезии, оказалась не просто лживыми словами.

Лекарь-мужчина с прищуренным взглядом осмотрел мои уши, глаза и горло, сунув в последнее мерзкий длинный предмет, похожий на узкую металлическую ложку. Я поморщилась и сделала недовольный вид, под стать королеве.

Еще чуть позже, когда осмотр подошел к своему завершению, мне подготовили отвар из трав, по словам местных медиков, возвращающий и улучшающий память. Я с благодарностью улыбнулась, про себя думая, что чудо-отвар, мне вряд ли поможет.

Эдолине приказали давать мне сие питье три раза в день по чайной ложке, не пропуская, чтобы эффект появился в ближайшее время.

Девушка услужливо кивнула головой и выпроводив лекарей за дверь комнаты, раскрыла сундуки в припрятанной в стене нише, служащей гардеробной.

И чего здесь только не было!

Правильнее сказать, было все.

В сундуках аккуратно лежали платья, рядом в других покоились обрезы тканей, подготовленные к скорому шитью, а в шкатулках, сверкающих белизной мрамора, красовались украшения – из белых, золотых, голубых камней. Тут же на мягких белых подушках, в специально отведенных в стене нишах, виднелись несколько корон разной высоты и убранства.

Стройной шеренгой вдоль стены пестрели милые туфельки, почти все, на стойких квадратных каблучках, усыпанные узорами и камнями.

Украшал комнату мягкий пуф, круглое зеркало на столе, в сверкающей раме и деревянная ширма с мельтешащим узором.

Поистине, королевский набор!

– Во что пожелаете сегодня одеться, моя королева? – Эдолина открыла, последний из сундуков и кротко взглянула на меня.

Я растерялась. От такого количества богатства и от незнания что нынче модно в этом мире, кружилась голова.

Я пожала плечами, снова состряпав удрученное королевское лицо и вытащила первое попавшееся платье из сундука.

– Может быть это? – как бы невзначай, спросила я.

Эдолина слегка смутилась, скорее всего не одобрив мой выбор.

Платье кричало, просто голосило, о том что такие наряды надо надевать на званные вечера, не меньше.

– Ну да, слишком праздничное! – проговорила я, – где здесь лежат мои будничные платья?

– Вот здесь, моя королева.

Эдолина подошла к одному из сундуков и вытянула оттуда несколько платьев на выбор – бледно-голубое, блестящее белым перламутровым крошевом, просто белое, с выделкой на груди в виде птицы, взлетающей в небеса и золотисто-желтое с украшенной вышивкой узором.

Остановившись на бледно-голубом варианте, я уже было хотела надеть его на тело, как Эдолина достала из другого сундука плотный корсет и панталоны. Я тихо прыснула от вида трусов, которые тут носили и занервничала, когда моя служанка, напялив на меня плотный, как решетка корсет, стала стягивать мои бедные ребра и талию, с такой силой, что я прикусила язык от неожиданности.

– Моя королева, прошу прощение, но туго не буду вам завязывать. На вашем теле еще не все синяки прошли.

Я как болванчик кивнула, задыхаясь, и ненароком подумала, а как же тогда дышать, если корсет будет стянут во всю силу? Уже сейчас мне казалось, что грудь доходит до подбородка, а упругие пластины врезаются в тело, полностью перекрывая кислород.

Наконец Эдолина закончила пытку корсетом и я почти не дыша, натянула платье через голову. Моя служанка шустро застегнула мелкие пуговички на спине и достав широкий серебряный пояс, ловко подпоясала меня. После чего, посадила на пуф и плавными ровными движениями расчесала мои волосы и сплела несколько прядей сзади головы в незамысловатые косы.

Я достала из шкатулок пару перстней с голубыми камнями, браслет из лазурита и взглянула на себя в зеркало.

Маленькая диадема с голубыми топазами завершила картину.

Королева, ей богу!

– Желаете прогуляться? – услужливо спросила девушка, помогая сунуть ноги в красивые туфли, которые тут же спрятались под длинным подолом платья. – Свежий воздух, вам будет полезен.

Я кивнула головой в знак согласия и еле дыша вышла из гардеробной.

– Сегодня ветрено, может быть возьмете плащ?

Девушка протянула мне серебристое покрывало с капюшоном на завязках и вышла за мной из покоев.

Пройдя пару пустых поворотов, где как и днем ранее гуляли сквозняки, мы с Эдолиной натолкнулись на стражей, охраняющих крыло моих комнат. Двое плечистых мужчин, отлипли от стен и чеканя шаг, пошли за мной и служанкой.

Я настороженно посмотрела на них. Одеты они были также, как синехвостые товарищи, разгуливающие на летающей платформе.

Преодолев несколько поворотов, нашей процессии встретились слуги, услужливо кланяющихся моей персоне.

Хотелось тоже поздороваться, но королевский статус говорил, что этого делать не следует. Поэтому, пришлось пройти мимо, еле дыша от корсета.

Длинные переходы замка показались бесконечными. Захочешь сбежать, заблудишься и канешь в небытие среди белых стен, темных закоулков и десятком лестниц.

Преодолев еще один длинный проход, мы столкнулись с одной из служанок. Одета она была, как и вся прислуга – в голубое платье, волосы заплетены в косу, только заместо пояса, на груди был повязан обычный белый фартук.

– Моя королева, госпожа Мирилда очень бы хотела увидеть вас и ожидает в своих покоях.

Девушка услужливо поклонилась и замерла, ожидая ответ.

– Что-то срочное? – задала я вопрос служанке, думая про себя, что не хватало еще госпожи Мирилды, о которой я знала столько же, сколько и обо всех живущих в этом лабиринте из переходов.

– Не могу знать, моя королева!

– Хорошо, – вздохнула я, напрягаясь, – проводите меня к ней.

Преодолев еще несколько пролетов замка, я оказалась возле двери, которую мне услужливо открыли слуги, пропустив меня внутрь.

В пространстве покоев меланхолично прыгали язычки свечей, капая на тяжелые подсвечники. Комната оказалось круглой, с нескольким количеством окон, слегка прикрытых плотными бархатными портьерами. По всему периметру комнаты были расставлены горшки и горшочки разной величины и красоты с растениями.

В кадках вился плющ, по-хозяйски вплетаясь в белые стены, поднимаясь к потолку и окнам, своими наглыми сетями. Рядом красовались растения с синими листьями, падающими на пол от своей тяжести. На окнах стремилась к свету тоненькая рассада и цветы в горшках. Все пестрело зелеными, белыми и синими цветами, вилось и цвело.

В небольших холщовых мешках, в приспособленной к стене этажерке, стояли удобрения, семена и странные жидкости в бутылях.

На большом мраморном столе была навалена гора больших, занимающих всю поверхность книг. Желтые уголки страниц были замяты и засалены, что указывало на их тщательное изучение.

В удобном кресле-качалке сидела женщина, с одним из гримуаров в руках. Одной рукой, испещренной проказой, она держала лорнет в замусоленной от времени оправе и казалась ушла далеко в себя, не замечая ничего вокруг. Пальцы в шишках украшали несколько крупных перстней.

На ней было надето темное, как грозовое небо платье, с высоким белым воротником, скрывающим дряблую шею. Голубые волосы были собраны в высокую прическу, чем-то напоминающую пирамиду и украшенные тонкой цепочкой, с мелкой дорожкой камней.

Разглядывая убранство круглой комнаты, я переминалась с ноги на ногу, не зная, как дать понять читающей даме что я здесь.

Пришлось многозначительно покашлять. Дама встрепенулась и отняв от глаз лорнет, посмотрела на меня своими круглыми большими глазами, в обрамлении морщин.

– Эээ, добрый день! Вы хотели встречи? – как бы невзначай спросила я, подходя чуть ближе к сидящей женщине, которая бросила на меня оценивающий взгляд с ног до головы.

– Вижу тебе лучше! Лекари поправили здоровье?

– Не совсем, но по крайней мере, не сравнить с тем что было!

– Исхудала! – вздохнула дама, откладывая книгу на стол.

– Есть немного, все-таки, не на курорте отдыхала!

– И как же так получилось? – дама скосила круглые глаза. Выпытывающий взгляд смотрел насквозь, словно рентген.

Я театрально вздохнула, переместив свой взгляд на стеллаж с удобрениями и семенами. Луковицы интересных растений голубоватого цвета, торчали из мешка, похожие на яйца.

– Если бы мне вспомнить! Ужасная ситуация, право, огорчает меня, ничуть не меньше, каждого из вас.

– Может быть, тебя чем-то опоили, ты не думала? – женщина уперлась на подлокотники, продолжая смотреть на меня в упор, – сонная одурь, например?

– Я могла бы думать так, но большая шишка на моей голове, увы, говорит об обратном.

– И все же странно, ты не находишь?

– Что именно? – хлопнула я глазами, держа броню перед очередным допросом.

– Абсолютно все в этой ситуации!

– Вы меня в чем-то подозреваете?

Подавив желание убежать от подозрительной старухи, я посмотрела на нее, сопроводив свой взгляд уверенностью.

– Нет, но заставляет задуматься! – Мирилда пожала плечами и упираясь больными руками об стул, медленно встала, возвышаясь надо мной, причудливо ровной осанкой.

Ей не хватало указки, чтобы бить непослушных учеников.

– И, о чем же, боюсь спросить?

– О том, что, что-то происходит с нашим королевством. Как любая родительница, я переживаю за своих внуков и короля, по причине того, что ты оказалась в ужасной ситуации, связанной с суанским артефактом. Если бы артефакт оказался потерян, то не миновать нам войны. Если ты забыла, они дикари и благородные манеры им не писаны!

– Это все конечно же, ужасно!

Я покачала головой, полностью поддерживая ее в опасениях и отошла к окну.

За колосящимися в горшках цветами, открывался вид на кусок долины и горы. В небе проступал бледный силуэт планеты, такой огромной, что замирало дыхание от вида.

Мирилда медленно подошла к небольшому столику, на котором красовался потертый медный чайник и плеснула в две чашки напиток темного цвета. Дымок побежал над чашками, пока женщина ставила их на поднос. Рядом теснились маленькие булочки, накрытые небольшой салфеткой.

Женщина села на стул, всматриваясь мне в лицо взглядом орлицы и поднесла горячую чашку к рту.

Кто была такая госпожа Мирилда, было не ясно, но по некоторым, брошенным ей фразам и умению себя держать, я догадалась, что отношение ее к королевской семье, было явно не последним.

И хоть я и являлась королевой, эта дама с коконом на голове из голубых волос, совершенно не гнушалась моего королевского статуса.

Тихо вздохнув от незнания куда приведет этот разговор, я тоже как и она, присела на краешек стула, стараясь, чтобы и моя осанка, была такой же идеальной. Будь я в другом своем теле, то сгорбилась бы как шахматный конь, выстреливая торчащими лопатками из под футболки.

Поднеся хрупкую чашечку ко рту, осторожно отпила горячий напиток, ужасно напоминающий кофе.

– Просила же этих бестолковых не заваривать каву такой крепкой! – Мирилда сморщилась и отставила чашку, – так и сердце прихватит.

– Будьте осторожны, шутки с сердцем к добру не приводят, – ответила я, поддерживая беседу.

Мирилда одарила меня подозрительным взглядом, будто именно я заварила данный напиток, настолько крепко, чтобы побыстрее отправить старушку на тот свет.

– Я никогда не была согласна с этим браком! – в сердцах проговорила она.

– Простите? – удивление застыло на моем лице, от скорой смены темы на другую.

– А чему ты удивляешься? Как появилась тут, так одни проблемы.

– И как же я умудрилась сломать плавной ход жизни в замке?

– Мой внук несчастен, договорные браки ни к чему хорошему никогда не приводили. Мою историю жизни и любви, ты знаешь, что повторятся? Покойся с миром мой Аралим, эти три месяца без него, пролетели как один день!

Мирилда с задумчивостью схватила булочку и осторожно отломив кусочек, положила себе в рот.

Решив промолчать, дабы не вступать в полемику, я отпила кавы, как тут называли кофе и встав, подошла к окну.

– У вас все так и колоситься! Любите садоводство?

– По крайней мере, отношусь к растениям лучше, чем к людям, они не могут предать, – бросила камень в мой огород Мирилда.

– Мне кажется, вы настроены ко мне слишком категорично!

– Пока я жива, я буду всегда настороженно относится к чужакам!

– Понятно! – я натянула на лицо улыбку, мимолетно взглянув на женщину. – Ну что же, приятно было повидаться, меня ждут дела, увидимся позже?

– Как там идет дело с подготовкой к ярмарке? Надеюсь, ты не забыла, что совсем скоро, со всех земель приедут приглашенные гости? Этот год выдался плодородным и богатым на урожай.

– Нет я помню, про это замечательное событие, – не моргнув глазом соврала я.

Мирилда кивнула в одобрительном кивке.

– Ты закончила дары для жен правителей? Твое рукоделие славится на весь мир, будет некрасиво, не закончить подарки вовремя.

Я медленно сглотнула, ощутив, как легкий румянец окрасил лицо.

Что за рукоделие?

– Все в процессе!

Женщина, опустив уголки губ, недовольно вздохнула, продолжая буравить меня пронизывающим взглядом.

– Смотрю на тебя и не понимаю, вроде и ты, но и одновременно другие манеры, другой взгляд, – протянула женщина.

Я посмотрела на нее настороженно. Вот же проницательная старуха. От такой ничего не скроешь!

– Мертвые земли, после них я сама не своя. – ответила я, – ну что же, я откланиваюсь, дела не ждут и рукоделие тоже.

Слегка поклонившись въедливой женщине, я прошмыгнула в открытую дверь, чуть не прищемив себе подол платья.

От новости о моем рукоделии, о котором знал весь мир, меня просто затрясло. Как я могу что-то там нарукоделить, если в этом я полный профан? Осталось надеется на память тела и все такое!

Стражи ожидали меня у выхода из покоев Мирилды. Эдолина, куда-то не вовремя пропала. Пришлось сделать вид, что я помню обратную дорогу к своим покоям, хотя каждый поворот замка и закоулок, был похож на предыдущий, как близнец.

С умным лицом я стучала каблуками по прозрачной брусчатке, слыша как за мной, отбивая чеканный шаг, плетутся стражи, гремящие мечами.

Завернув в поворот и закусив губу, надеясь про себя что иду правильно, я неожиданно вышла к двум высоким, спускающимся вниз лестницам.

Прозрачный каскад из ступенек обрамляли красивые, будто хрустальные перила.

Немного растерявшись, я спустилась вниз, оказавшись в огромном зале.

Яркий свет лился из прозрачного купола и падал на поручни перил, блестящий чистотой пол и стены.

Через вытянутые витражи на окнах, пробивался дневной свет, наполняя большой зал голубоватыми и синими оттенками.

Везде, почти на каждой, тянущейся к куполу большой колонне, на витражах и стенах, встречался один и тот же символ, странно напоминающий капельку воды. Такой же символ блестел на спинке трона, в самой дальней стороне зала. Стоящий на прозрачной ступеньке, он массивно возвышался, изображая вытянутый конус, поблескивающий синим цветом.

Мои шаги как эхо разносились в пустом пространстве, пока я медленно рассматривала огромный завораживающий зал.

Ветер разгуливал в большом пространстве, чуть завывал и тревожил полы моего плаща. Услышав громкие уверенные шаги, доносящиеся издалека, я немного напряглась, а потом почти бегом влетела по ступеням лестницы, чтобы не встречаться с идущими. После такого спринтерского забега, мой корсет впился мне в ребра еще сильнее и на самом верху я остановилась, сделав пару глубоких вдохов, на которые была способна. Два стража молчали, опустив глаза. Наверно подумали, что я совсем рехнулась.

– Не проводите ли меня, в мои покои господа? – расправив лопатки, попросила я.

Один из стражей поклонился и пройдя вперед, повел меня по длинным коридорам замка.

Я старательно запоминала повороты и ступени, дабы в следующий раз выглядеть более уверенной в передвижении по этому огромному пространству.

Упарившись вконец, я все же оказалась в своих покоях, обрадованная тем, что никто кроме лекарши и служанки с обедом, не соизволил меня побеспокоить.

Моим рукоделием, в котором я была мастером, оказалась вышивка.

На шелковых платках, наволочках и тканях, красовались узоры из птиц, животных и пейзажей, на столько искусно вышитых, что замирало дыхание от красоты и умения.

Растерявшись, я смотрела на всю красоту и покрывалась еще большей испариной от мыслей, как я смогу так же мастерски закончить недоделанное.

Да первым делом я спутаю все шелковые нитки и уничтожу ткань.

В таком растерянном состоянии меня нашла Эдолина, с подносом вкусно-пахнущего обеда, от которого тут же заурчал живот.

Отложив так называемые искусные поделки, я села за стол, перед блюдом, накрытым серебряной крышкой.

– Эдолина, не подскажешь, когда ярмарка ожидается, а то я что-то снова запамятовала? – я откинулась на спинку стула, чтобы было легче дышать в корсете и сняла крышку с обеда.

На тарелке благоухала птица, похожая на перепелку. От золотистой корочки поднимался удивительный аромат. Рядом лежали какие-то вареные овощи, темно-фиолетовых, синих и зеленых цветов.

– Через седмицу, ваше величество, – услужливо ответила девушка.

Ну хоть неделя еще, и то спасибо!

– Ты случайно не помнишь, много ли мне еще доделывать? – я методично отрезала от птицы кусочек мякоти и положила в рот. Ммм, нежнейшее мясо!

– Так вы почти все закончили моя королева, только две вышивки предстоит доделать. Для вашей мачехи и правительницы Гресильды.

– Ну что же, думаю за седмицу закончу! – я постаралась улыбнуться, – ты можешь идти.

Эдолина откланялась, оставив меня с вкуснейшим обедом.

Еще неделя чтобы умудриться закончить вышивку.

К слову, я никогда не умела вышивать, шить, что-то там творить, так как руки росли из другого места.

И интернета тут нет с мастер-классами, чтобы хоть как-то понять процесс работы с нитками.

Вышивка, которую делала та Анариель, была прекрасна. Нужно было думать, как выкручиваться из этой ситуации или хотя бы надеяться, что память тела существует.

Вкусно отобедав, я вышла на балкон, вдыхая аромат моря. Соленый ветер раздувал волосы.

Вот бы сейчас на пляж, интересно вода теплая?

Температура в этом месте где стоял замок, была приятной, не жарко и не холодно. Это вам не мертвые земли. Как вспомню, так вздрогну.

Уйдя с балкона, я решительно подошла к большому сундуку с нитками и тканями.

Одна из вышивок была почти закончена, осталось доделать чуть-чуть.

Взяв иголку в дрожащую руку, я нервно сделала кривой стежок и испугавшись, что испорчу все, решила потренироваться на другой ткани.

Исколов все руки до красноты, я добилась лишь кривых стежков, которые не шли в сравнение с вышивкой Анариель.

Может быть, меня выкинет из этого мира к себе домой, до начала ярмарки и званного ужина?

Как бы мне хотелось сейчас оказаться дома. Что чувствуют мои родители, а Максим?

Что случилось с моим телом?

Распсиховавшись в конец, я уверенно отложила рукоделие, решив что на сегодня хватит.

Время пролетело так стремительно быстро, что за окнами начало медленно смеркаться.

Эдолина пару раз заходила ко мне, интересуясь, не нужно ли мне чего и в последний свой приход передала слова короля, что если мне лучше, то он ждет меня к семейному ужину в зале.

Служанка помогла мне переодеться в более нарядное платье, усыпанное синими блестками, собрала мои волосы в большой красивый пучок и надела корону с голубым камнем, в виде слезы.

Я нервничала, боясь вляпаться в глупую ситуацию. Хорошо, что незнание этого мира, можно было сваливать на проблемы с памятью.

Стражи снова проводили меня до лестницы, по которой я уже сегодня спускалась и поднималась. Синие кристаллы освещали пространство, вместе с мельтешащими голубоватым светом факелами.

Зал был пустым и тихим, только из соседнего, до которого я не дошла днем, доносились сразу несколько голосов.

Глубоко вздохнув, я постаралась взять себя в руки и успокоиться.

Я выпрямила спину, ощутив как корсет врезается сильнее и улыбаясь, вошла в просторный небольшой зал.

На стук моих шагов, все собравшиеся повернули головы и замолкли.

Темноволосый король стоял чуть развернувшись ко мне телом, а рядом с ним красовался тот светловолосый молодой человек, одаривший накануне меня строгим взглядом и нескончаемыми вопросами.

Мои ноги целенаправленно вели меня к темноглазому смазливому лицу. Я нервно сжала кулак, не зная, надо ли поклониться королю?

И когда уже почти замерла в реверансе, мой взгляд неожиданно зацепился за картину, висевшую над камином.

Там была изображена Анариель, а рядом светловолосый красавчик, устроивший мне допрос.

Глава 5.

Оступившись на ровном месте, я на миг замерла, вглядываясь в два лица, уставившихся на меня в немом ожидании чего-то.

То ли реверанса, то ли обморока.

– Ах мой король, полы в этом зале, такие скользкие!

Я опустила глаза, сделав вид что перевожу дух и в душе надеясь, что мужчина, который является королем, сам подаст голос. Хотелось избежать конфуза, в который, я чуть не вляпалась.

– С вами все в порядке, моя королева?

Голос раздался почти над ухом и теплое дыхание коснулось щеки. Я подняла глаза, всматриваясь в лицо светловолосого красавчика, оказавшегося королем. Его тонкие сильные пальцы коснулись моего запястья.

Я тихо кивнула, позволяя проводить меня к моему месту за столом.

Фух, умудрилась-таки избежать позора!

А то бы побежала в объятия другого!

Стоп!

Что у меня вообще за отношения с тем темноволосым, если король не он?

Сердце в корсете забилось сильнее, и краснота опалила лицо постыдным румянцем.

Пока не будем об этом думать!

Усевшись за стол, я расправила платье и взяв со стола накрахмаленную скрипучую салфетку, аккуратно положила ее себе на колени.

Король обошел весь стол и сел напротив, где-то на галерке. Между нами оказались десятки блюд и столько же подсвечников, мигающих синеватыми огоньками.

По правую руку от короля восседала Мирилда, отстранено рассматривающая людей, сидящих рядом.

Я с осторожностью обежала взглядом всех собравшихся.

Рядом с Мирилдой сидел темноволосый, видимо, являющейся мне любовником, далее сидела молодая особа, с таким же цветом волос и сильно на него похожая, только помоложе.

Вычурное голубое платье, идеально подходило ее кремовой коже. Она бросила на меня недружелюбный взгляд. Нда, подругами, мы явно не были.

Чуть дальше сидели мужчины в ажурных рубахах, с торчащими из белых кафтанов кружевными манжетами. Они кротко опускали головы, когда мой взгляд касался их.

Так же тут были дамы с высокими прическами, по типу пирамиды, как у Мирилды. Они хлопали голодными глазами, изучая убранство стола, в ожидании начала ужина.

Напротив любимой Мирилды, рядом с королем сидела девушка. Темные волосы цвета индиго, были распущены, обрамляя милое лицо в виде сердечка. Пухлые губы, намазанные перламутром, поблескивали под язычками пламени. Она поглядывала на короля своими большими оленьими глазами и кротко улыбалась.

Король одарил ее улыбкой в ответ.

– Моя королева, как вы нас напугали! – нарушила голодную тишину женщина. Ее худое лицо было обтянуто кожей, как скрипка чехлом. Глаза наполнились сочувствием. – Как вы выжили там, где обычно невозможно выжить?

– Знаете, – по-свойски ответила я, а потом на секунду замолчала, понимая, что королевы, скорее всего не начинают свою речь со слова «знаете», – мне до сих пор это кажется чудом. Навсегда запомню те часы, проведенные в этом кипящем жерле!

– Как ваше самочувствие сейчас? – спросила другая, взяв в руки вилку с длинными зубьями.

– Уже намного лучше. Лекари сделали все, чтобы поставить меня на ноги.

– Как хорошо, что наша королева уже почти оправилась! – добавила она услужливо.

Другие собравшиеся охотно закивали, ну кроме некоторых. Девушка, сидящая рядом с королем, лишь тяжело вздохнула, одаривая меня наигранным взглядом.

В дверях появилась обслуга, неся на больших подносах горячие блюда.

Мужчина с белыми всклокоченными кудрями, многозначительно выдохнул.

В глубокую тарелку плеснули густую жидкость, похожую на суп-пюре, замысловатого темного цвета.

– Прежде чем мы начнем трапезничать, – сказал король и дребезжание приборов на столе смолкло, – хочу поднять тост за здоровье королевы Анариель.

Все дружно подняли бокалы на длинных прозрачных ножках, повторяя слова короля.

Я отхлебнула от темной жидкости, на вкус показавшейся очень даже ничего, улыбнулась, благодарствуя.

Наконец, все условия были соблюдены и вся голодная орда, набросилась на еду. Интересно, они все живут в замке?

В пустынных коридорах, я умудрилась никого не встретить.

Я отпила еще вкусного напитка из бокала, отдающего пряностями и освежающей мятой и оглядела зал.

Белые стены украшали гобелены, украшенные историческими рисунками, символизирующими сражения и победы. Тут же красовались стяги, начищенные до блеска щиты и мячи, со старинными надписями на рукоятках.

Рядом с камином, от которого разливалось тепло на вес зал, лежала белая шкура, какого-то странного зверя. Мохнатое животное устрашало. Клыки угрожающе зависли в приоткрытом рте, а в пустых глазницах зияли синие камни.

Меня передернуло и я отхлебнула еще местного вина, чтобы успокоиться.

По другую сторону, в большой серебряной раме, висел портрет короля, имени которого я так и не знала и Анариель.

В принципе из имен, я знала только себя, старушку Миринду, Эдолину, да лекаршу Ваду. На этом мои знания из имен, заканчивались.

Холодный взгляд короля, которым он смотрел с портрета, пронизывал грудь своим холодом. Анариель, казалась отстраненной. Ее глаза не выражали ничего. Пустая, холодная голубизна.

– Как проходит подготовка к ярмарке? – спросил король, обращаясь ко мне.

– Почти все подготовлено, остались мелочи. – Я постаралась, чтобы мой голос прозвучал уверенно. Король кивнул, отпивая из бокала напиток.

– Леди Арлина подготовила дары для правителей. Неужто, вы забыли королева, что мы собирались навестить добрую женщину? Или быть может, ваша красивая головушка и этого не помнит?

Мирилда бросила в меня недовольством, продолжая отрывать от жареной ножки птички мясистые куски, своими испещренными болезнью пальцами.

– Ну как я могу забыть об этой милой старушке? – я замотала головой, – это просто невозможно.

Все резко посмотрели на меня, с застывшими приборами в руках.

– Видимо, моя королева, с вашей памятью далеко не все в порядке, раз Арлину, вы назвали старушкой. Она вполне молодая леди.

Девушка, похожая внешне на моего любовника, прыснула от смеха.

– Азора! – раздался тихий голос короля и все замолкли. – Не забывай, что королева перенесла ужасные испытания. Будь к ней сдержаннее.

Азора кивнула, продолжая злорадствовать.

– Азора, я умышлено назвала Арлину старушкой! Представляете, она сама любит так себя называть! – добавила я.

Я засмеялась, ужасно наигранно, а за мной и половина гостей.

– Что-то не припомню такого, – себе в нос проговорила Мирилда.

Я промолчала на реплику, отпивая от бокала увесистый глоток.

– Мой брат, мой король, ничего ли не слышно о злодее, кто покушался на суанскую реликвию?

– Нет Аенгрох, артефакт огня, слава всем богам, остался у суанцев, иначе не избежать нам большой беды.

– Кто-то подставил нас, неужто чародеи? Не могут ли они сотворить тоже самое с нами?

Аенгрох воинственно взглянул на короля.

– Я не могу обвинять без доказательств Аенгрох. Если это чародеи, они поплатятся за это, рано или поздно. Но не будем сейчас об этом, это не разговоры за ужином, поговорим об этом на совете.

Брат короля кивнул, бросив на меня короткий взгляд.

Я сидела как струна, слушая и впитывая, как губка.

С этим артефактом и вправду, все было нечисто. И что самое неприятное, та Анариель была тоже замешана в этом.

Из задумчивости меня вывел голос.

– Моя королева, вопрос по благотворительности для женщин-одиночек, мы решили, вам не стали удручать, – сказал мужчина, с волосами похожими на темно-синий парик. По его лбу медленно текла капелька пота, которую хотелось стереть, дабы она не попала в тарелку.

Я кивнула, абсолютно не понимая, в чем дело.

– В следующий раз, все-таки, дождитесь моего решения, хорошо?

Мужчина удивленно кивнул, как будто мои слова показались для него странными.

– Что вас так удивило? – спросила я, начиная понимать, что королеву тут никто ни во что не ставит.

Какие-то смешки, взгляды, улыбочки. Не знаю какой была та Анариель, но я не хочу выглядеть глупо, уж простите! Хотя бы попытаюсь! Но с моим везением, это, конечно, сложно!

– Обычно, вы позволяли нам решать все дела.

– Как мило, – улыбнулась я, – но теперь займемся этим вместе, вам понятно сеньор?

Мужчина хлопнул глазами, осторожно кивая. Стоял бы, согнулся бы в низком поклоне, ей-богу!

– Как прикажете, – он отстранился и занялся своей тарелкой.

Вот как раз займусь и пойму, что здесь к чему.

Далее подали десерт. Корсет уже гудел от натуги, готовый лопнуть. Если я так буду трапезничать, скоро не влезу ни в одно платье.

На тарелке лежал замысловатый пирог, с белыми коржами и сиреневой полоской крема посередине. Рядом в виде узора, красовались ягоды, похожие на голубику.

Удержаться было невозможно, а вместе с кавой, так вообще красота. Главное, потом уснуть!

После сытного ужина, король встал из-за стола, а за ним все остальные.

Глубоко вздохнув, я тоже поднялась.

По залу разнеслись дружные поклоны.

Король протянул мне руку. Его рука оказалась сильной и теплой.

Под дружные пожелания доброй ночи, мы вышли из зала, попав в тронный зал с куполом, в котором возвышалась стеклянная лестница.

Король осторожно придерживал меня за пальцы руки, пока мы поднимались.

В голове неугомонно крутилась мысль, а не закончится ли этот поход ночью с королем брачным ложем? Ведь все-таки он мой муж!

Я абсолютно не была к этому готова!

У меня есть Максим!

Стараясь не нервничать, я медленно шла с королем, пока за нами шли стражники громко стуча сапогами, в такт моему волнующемуся сердцу.

Между нами висело молчание, указывающее на то, что мы были совершенно чужими друг другу. С одной стороны меня это радовало, но с другой, почем-то, было неприятно.

Король был красив, статен, мужественен, серьезен, а еще и холоден.

– Мой король, – мой голос нарушил тишину. Как странно, я до сих пор не знала, как его зовут.

Молодой мужчина чуть повернул ко мне голову, в ожидании продолжения моих слов.

– Здесь же есть библиотека?

– Странно, раньше вы никогда не интересовались чтением! – удивился король.

– Да вот, что-то захотелось почитать, может какой-нибудь роман, на ночь глядя. – добавила я, в надежде, что хотя бы найду какие-нибудь исторические сводки, чтобы ознакомиться получше с этим местом.

– Любовные писания? – уголок губы мужчины слегка дернулся.

Я кивнула, не решаясь вдаваться в подробности.

– В противоположном крыле, есть большая библиотека. Там собраны большие труды писателей, историков. Думаю, для себя вы найдете что-нибудь интересное.

– Благодарю!

Один поворот, второй. Вот и показались мои покои.

Я нервно сжалась, придумывая, как отделаться от мужа, но придумывать ничего не пришлось.

– Доброй ночи, Анариель! Увидимся завтра!

Сухой поцелуй коснулся руки и король одарив меня голубизной холодных глаз, удалился, даже не решив пристать с любовными играми и хотя бы поцелуем.

За ним плотно закрылась дверь.

Удивление на моем лице, граничило с помешательством.

Не придумав ничего лучше, я подошла к зеркалу, всматриваясь в тело Анариель.

На мой взгляд, все было идеально. Красивое, молодое лицо, полная грудь, статная осанка.

Король, по какой-то причине совершенно меня не хотел.

«Политический брак» – в мозгу пронеслись слова Мирилды.

Наоборот, радоваться бы, что король не стал приставать, но почему-то это ужасно задело. Так и комплексы разовьются.

Меня застала за раздумьями Эдолина. Прислужница помогла мне снять платье и корсет, после чего я почувствовала себя птицей, выпущенной из клетки.

Ночная рубашка показалась божественным одеянием.

– Эдолина, мы пили за ужином чудесный напиток. Принеси мне его, можно даже кувшин.

– Вайни?

Удивление снова приклеилось к лицу моей служанки. Думаю, она совершенно меня не узнавала. Может быть та Анариель только вышивала и пряталась в закоулках, с как его там, Аенгрохом, будь не ладно это имя, то ее увлечения, катастрофически разнятся с моими. Вайни, книги, а там посмотрим!

– Да, милая Эдолина, принеси мне вайни.

Служанка убежала за кувшином вайни, а я в ожидании ее, прошлась по своим покоям, вздыхая.

Спать совершенно не хотелось. Интернета нет, телевизора тоже, придется как-то самой придумывать себе развлечения.

Эдолина вошла в комнаты, неся на подносе тонкошеий кувшин и один длинный бокал на синей ножке. Рядом умная служанка положила гроздь винограда и яблоки на закуску. Догадливая!

– Какое вкусное вайни, Эдолина! – восхищенно добавила я, отпивая из бокала увесистый глоток.

– В нашем королевстве самые лучшие виноградники, госпожа, поэтому так, – улыбнулась девушка, – мой дедушка раньше работал на виноградниках Терры. Это целая наука, знаете ли, вырастить, собрать, создать, подготовить разные наборы пряностей, чтобы вкус был отменным.

– Как интересно! – ответила я, – ну, я посижу немного, ты можешь идти.

Прислужница с поклоном удалилась, оставив меня наедине с кувшином вайни.

Первый бокал закончился очень быстро, за ним пошел второй.

Я поменяла дислокацию выйдя на балкон, слушала море и с опаской поглядывала на фиолетовую планету. К слову, после пары бокалов вайни, она меня уже так не пугала, даже больше завораживала своим малиново-сиреневым мерцанием.

Налив себе третий бокал, я отпила пару глотков и решила что в покоях, где я исследовала каждый угол, сидеть ужасно скучно.

Накинув халат, длинные полы которого заструились по полу, я тихо отварила дверь и вышла.

Осторожно ступая, я вспомнила, что мое крыло сторожат стражники. Совершенно не хотелось гулять по замку, зная, что их громкий шаг разносится за твоей спиной и будит всех вокруг.

Я тихо подошла к ним.

– Дорогая стража, – начала я, чувствуя смелость, – оставайтесь на местах, я скоро приду.

Один из стражей удивленно посмотрел на меня и кивнул в немом молчании.

Стараясь не шуметь, я пошла по длинным коридорам, усеянным факелами и синими кристаллами, которые, как ни странно, давали не только свет, но и тепло.

Сквозняки продолжали гулять по пролетам, неприятно завывая, как стая волков.

Благодаря вайни, я чувствовала смелость. Так оказаться одной, среди завывания, было мягко сказать, совсем неприятно. Кое-где мне встречались другие стражники, медленно расхаживающие по коридорам, бдящие безопасность в ночное время. Я пряталась за колоннами, чтобы не привлекать их внимание.

Вообще-то, я вышла в поисках библиотеки. Надоело быть профаном, совершенно не зная укладов этого волшебного мира.

Кое-как, по своему какому-то личному навигатору, я добралась до другого крыла. Топографическим кретинизмом, я обычно не страдала, но в этом замке без карты было сложно не заблудиться.

Везение меня не обошло стороной в этот вечер и спустившись вниз, с еще одной небольшой хрустальной лестницы, я попала в несколько залов, соединенных между друг другом проходами с большими арками, украшенными голубым символом, в виде капли воды.

Массивные двери с тяжелыми ручками предстали передо мной. Интересно, что это за место?

Легкий озноб пробежал по телу. Я оглянулась, вглядываясь в темные углы, с надеждой что там не прячется какой-нибудь дворцовый маньяк или неизвестный зверь с большими клыками.

Накрутив себя почти до паники, я с силой потянула на себя высокие двери, который гулко и натужно скрипнули.

Сначала меня окружила темнота, вязкая, глухая, но через несколько секунд, по всему периметру помещения, как по команде, начали зажигаться кристаллы.

Их становилось все больше и больше, пока абсолютно все не потонуло в сине-голубом свете.

Это была библиотека.

Огромный круглый зал, уходил старинными стеллажами в потолок. Подсвеченные синим светом ступени плавно перетекали в ярусы, соединялись причудливыми мостками.

Старинные книги теснились друг к другу, своими синими, зелеными, черными обложками, старые, ветхие, новые.

В спертом воздухе витала пыль и запах пожелтевших от времени страниц.

Я восхищенно рассматривала стеллажи, блуждала взглядом по роскошной библиотеке.

Спустившись по небольшому пролету ступенек, я оказалась возле большого деревянного стола, на котором склонили свои головы старинные фолианты и свитки, перевязанные чуть обветшалыми лентами.

Тяжелые стулья с резными спинками обрамляли стол. Я коснулась поверхности рукой, ощущая на кончиках пальцев пыль и полностью растерянная, поняла, что без помощи кого-то, просто не смогу найти нужные мне книги.

Решив все-таки попытать удачу, я прошла по лестнице наверх, перейдя по мостику, нависшему на высоте к другой стороне стеллажей, осторожно касаясь обложек старинных книг.

В этой библиотеке было собрано все. Научные труды, сказания, поэзия и даже любовные романы. Как ни странно, но они тоже тут были, конечно же, написанные на свой манер.

Я взяла одну из книг, осторожно перелистала страницы, обратив внимание на изображения дев, огнедышащих драконов, странных существ с рогами на голове и воинов с мечами.

Взяв одну книгу, я прошла к следующему стеллажу, не упуская надежды найти хроники или сказания об этом королевстве.

Мои ноги медленно вели меня от одного стеллажа к другому, пока я не чихнула и не уперлась в небольшой зал, будто висевший на высоте.

Смотреть вниз точно было не надо, дабы не закружилась голова.

Там тоже был небольшой стол, заваленный чьими-то рукописными трудами. Синие чернила, были слегка разлиты и мелкие капли испещряли стол.

На большой ножке красовался большой круглый глобус, который тут же захотелось рассмотреть.

Взяв со стола сверкающий кристалл, я поднесла его к поверхности глобуса, вглядываясь в старинные надписи на нем.

Земли делились на странные названия. Здесь не было надписей, типа Америка или город Нижний Новгород, наоборот, встречались земли пустоши, земли морских глубин. Они отличались зелеными и белыми цветами. Я покрутила поверхность еще, наконец увидев знакомое название – Суа.

На глобусе эти земли были выделены красным цветом, вырисовывая достаточно большую территорию. Недалеко от нее выделялось пятно черно-фиолетового цвета с названием Браса. Не про это ли место, говорил Аенгрох?

Я задумчиво поводила пальцем по темному пятну и стала изучать дальше.

Рядом пестрела желтая поверхность, с названием Терра, почти вплотную к землям Суа.

Решив пока оставить эту часть глобуса, я посмотрела чуть ниже, ведя пальцем по полоске реки, пока не остановилась у голубовато-синего пятна, окруженного с одной стороны морем, а с другой зелеными землями.

«Хрустальный город» – прочитала я, всматриваясь в расположение, очень похожее на то, где я сейчас находилась.

С одной стороны было море, названное Хрустальным, гранича с затемненным большим пятном со стертой надписью, а с другой зеленые земли, утекающие на карте глобуса в белые территории, названные землями стеклянного льда Ванн.

К ней теснились земли хрустального озера Веси и земли хрустальных вод Ванд.

А самым центром всех этих хрустальных названий, был хрустальный город, в котором, я как раз и была. Вся эта большая территория из земель, имела название Аквия. Наклонившись вперед, я рассмотрела еще одно название земель, изображенное чуть в стороне. Оно имело название Илма.

Я еще раз удивленно рассмотрела карту, пытаясь запомнить названия и решив не терять время, подошла к большому гримуару, стоящему на напольной подставке.

Страницы были настолько стары, что я невольно вытерла влажные руки об подол халата, чтобы не испортить.

Осторожно перелистав в начало, я попыталась понять письмена, написанные виртуозным почерком.

Это была хроника событий об этих землях, написанная несколькими людьми, которые писали этот гримуар от столетия к столетию.

Решив пока не залезать в самое начало, я вернула страницы к нашему времени.

«После скоропостижной смерти короля Аралима, сына Тринола и Аделин, на престол Элы, взошел его внук король Аглар. Сын Аралима Агмоф, не дожил до возможности взойти на престол, заболев от огненной горячки, оставив после себя троих детей, старшего сына Аенгроха, дочь Азору и сына Аглара».

«Аглар».

Вот как зовут короля!

Я опустила глаза к рукописи, вчитываясь в витиеватые строки.

«Отважный воин Аглар, все свои недолгие годы, отвечающий преданностью, мудростью и решимостью, он был выбран советом и преклонившими перед ним коленями его подданных, чтобы править землями четырех артефактов, оберегаемыми добрым светом Сувара.

Через месяц, после введения на престол, король Аглар женился на дочери правителя земель Веси, дабы усилить дружбу между землями, скрепив их союзом между двумя любящими людьми».

«Любящими?»

Я бы поспорила с формулировкой этого писца.

«Под сводами молельного дома, был заключен их союз, скрепленный реликвией Хрустального города. Король и королева, соединились брачной чашей, в которой сверкал голубыми гранями артефакт воды. Артефакт аквийских земель воссоединил их, прекрасную королеву Анариель и мудрого правителя Аглара».

На этом рукопись обрывалась. Я со слегка кружившейся головой от спертого воздуха и вина, отошла от старинного гримуара, снова задумчиво взглянув на глобус.

Артефакты…

Значит, если я правильно поняла, каждый правитель владел артефактом и берег его, как зеницу ока. Артефакт огня – это Суа, артефакт земли – это Терра, а артефакт воды – это Аквия, в которой с гор срываются водопады и доносится соленый запах с моря, прилегающими к нему территориями, с названиями на букву В. И завершает видимо все, артефакт воздуха – земля Илма.

Теперь наконец-то, все становилось более-менее ясно.

Во что же вляпалась Анариель, это еще предстояло узнать, но не сейчас.

Я ощутила, что дико хочу спать. Вайни наконец ударило по самообладанию, и я осторожно покинула комнату, спустившись по мосткам и лестничным пролетам вниз библиотеки, не забыв прихватить с собой томик сказаний и один любовный роман, своими рисунками, завороживший меня.

Задумчиво я покидала библиотечные своды, пообещав себе, обязательно вернуться в это царство из книг.

Тугая дверь отворилась, и я снова попала в стылые залы, в которых еле-еле горели кристаллы. Такое ощущение, как будто убавили отопление, дабы сберечь электроэнергию.

Прибавив шаг, я вышла из залов, встав на распутье переходов, оставив за собой молчаливое крыло замка, явно являющееся не жилым.

Мои шаги в домашних туфлях тихо постукивали, пока я преодолевала расстояние до своих покоев.

Была поздняя ночь.

Я наконец дошла до лестницы в главный зал, на секунду остановилась, вслушиваясь в немую тишину, с воющим в щелях ветром.

Какие-то гулкие голоса похожие на шепот, дошли до моих ушей. Я напряглась и пройдя чуть вперед, спряталась за колонной.

Шепот был настолько тих, что не удавалось ничего расслышать, только обрывки слов, которые не складывались в общую картину разговора.

Я поняла, что разговаривали двое – мужчина и женщина.

Голоса приближались, и я замерла с книгами в руках, стараясь не дышать, даже глаза зажмурила и губу закусила.

Не хватало еще, что обнаружат королеву в ночной рубашке, подслушивающую за жителями замка!

Фигуры, покрытые темными плащами, быстро прошли мимо меня, не заметив моей истерической позы, вжавшейся в камень.

По широким плечам я поняла, что мужчина высок и силен. Он первым завернул за угол, ведущий к чьим-то покоям, а за ним прошла женщина, снимая на ходу капюшон.

Ее синие волосы индиго и чуть острый нос я сразу узнала. Это была Азора, сестра короля.

Ее узкие губы расплылись в улыбке. Она осторожно взглянула в сторону длинного коридора, тонущего в темноте потускневших кристаллов и скрылась из вида.

Я облегченно вздохнула, выбравшись из-за колонны и быстрым шагом поспешила в сторону своих комнат.

Я была так рада увидеть своих стражей, что чуть не бросилась им в объятия, но все же прошла мимо.

Хождение по замку как в квесте, меня катастрофически вымотало, даже взятые книги, которые я хотела пролистать в постели, были отложены до лучших времен.

Я подошла к постели, откинула одеяло и увидела небольшую записку, свернутую в трубочку.

Нервно развернув ее, я кое-как прочитала беглый кривой почерк.

«Я приходил к тебе, но не застал свой свет Сувара!»

Боже, еще этого мне не хватало! Записку явно написал Аенгрох, по-хозяйски шастающий по моим покоям.

Глава 6.

Рядом со мной лежал Аглар.

Его обнаженное тело, слегка покрывало мое одеяло. Длинные ноги, покрытые светлым покровом из волос, были раскинуты в расслабленной позе.

Одной крепкой рукой он задумчиво опирался об голову, а другой водил по моим, таким же пепельным, как и у него волосам.

Взгляд мужчины касался моего лица, шеи, опускался ниже и я ощущала, как под этим властным мужским взглядом, я скукоживаюсь от страха и от восхищения.

Его лицо потянулось к моему, чтобы припасть к моим наглым губам, желающим поцелуя. Я закрыла глаза, а открыла лежа, одна в своей постели.

К слову, открыла, мучаясь утренним похмельем от вайни.

Несколько бокалов хорошенько сказались на моей голове, которая натужно гудела как радиоприемник, выдавая протяжные сигналы, да так, что глаз невозможно было открыть.

Больше не буду так никогда налегать на вайни!

Помимо жуткого состояния, так еще и Аглар приснился в собственной постели, с наглым видом и голый.

Эдолина, увидев в каком состоянии я проснулась, после вчерашней пьянки, заварила мне похмельную траву, горькую, как отраву. Рот связало, как после килограмма недозрелой хурмы. Меня чуть не вывернуло наизнанку, но зато, уже спустя полчаса, я почувствовала себя гораздо лучше. Хотя бы, голова перестала гудеть!

– Моя королева, выглядите и в прям неважно! – вздохнула служанка, наоборот выглядевшая, как огурчик. Выспавшаяся и веселая, в начищенном голубом платье и с аккуратной косой, не то, что я. – Может быть сказать советникам, что вы не будете присутствовать сегодня?

– Советникам? – я непонимающе посмотрела на нее, развалившись в удобном кресле.

Эдолина кивнула.

Язык мой, враг мой! И надо было вчера распалятся и с умным видом доказывать, что теперь буду сама участвовать в советах!

Я нехотя поднялась с кресла, не забыв подойти к кувшину с водой. Сушняк был дикий. Казалось бы, всего лишь несколько бокалов вайни, а ощущение, как будто всю ночь гуляла, не смыкая глаз.

Служанка помогла мне выбрать наряд, показавшийся мне довольно-таки строгим. Нижняя рубаха была белой, с рукавами воланами, сверху надевался платье-жилет, голубого цвета из плотной тесненной ткани. Широкий пояс с красиво-пришитыми золотистыми пуговицами, дополнял сию картину, вместе с золотистыми туфельками и диадемой с голубым камнем.

Добрая Эдолина аккуратно заплела мои волосы в широкую косу и чуть ли не перекрестив, отправила на совет.

Помещение совета оказалось в другом крыле замка, как раз в том, где я путешествовала вечером.

Снова блеснули знакомые залы, длинные своды закрытых высоких дверей и наконец, почти в самом конце нескончаемых переходов, я оказалась в большой светлой комнате, где за длинным прямоугольном столом, сидели три женщины и пара мужчин, некоторых из которых я уже видела за вчерашним ужином.

Они встали и поклонились, увидев меня в раскрытых дверях.

– Доброе утро королева! – отозвались хором в один голос. На их лицах читалось недоумение, типа, а что она вообще тут делает? Но советники и советницы молчали, услужливо натягивая на лица добрые улыбки.

Я села на стул с самой высокой спинкой, отделанной синим бархатом, расправила складки платья и сложила руки в замок на столе.

– Что у нас сегодня на повестке дня? – бодро уточнила я, ища на столе кувшин с водой, которого почему-то не было. – Не соблаговолите принести воды и может быть каких-нибудь фруктов?

Я посмотрела в сторону прислужников, замерших в каменных позах и после моих слов, встрепенувшихся и вылетевших из комнаты совета, со скоростью стаи голубей.

– А то знаете и горло может пересохнуть, – я вздохнула, подарив собравшимся улыбку.

Один из советников откашлялся и пододвинул почти мне под нос, несколько бумаг и учетную книгу. Я поняла что она была учетной, по большому количеству цифр, пестрящих на страницах.

– В одном из угодий, случилась напасть, несколько голов северных коюнов пропали, а их останки нашли на пересечении границ с суанскими землями.

– Это вроде бы решал король Аглар, не так давно? – уточнила я, стараясь, чтобы мое лицо выглядело умным.

– Да, так и было, только тогда было нападение на ваков. Дракон с земель Суы, полакомился скотом семьи землевладельца Торри. Они остались совсем без скота.

– А у нас случайно нет дракона, который бы навалял другим, чтобы неповадно было уничтожать наш скот? – возмущенно спросила я, ловя непонятливые взгляды собравшихся и круглые глаза.

– К сожалению, в аквийских землях нет драконов, моя королева, – кротко ответил советник.

–Тогда, мы что-нибудь можем сделать для пострадавшей семьи? Выделить, например, наших ваков? – проговорила я, надеясь, что в королевстве есть лишние ваки.

– У нас только те, которыми кормимся мы сами, моя королева, – советник грустно опустил глаза, слегка согнувшись.

– Тогда, наверно, есть кто-то в нашем прекрасном королевстве, кто занимается разведением ваков на более высоком уровне? Мы можем выкупить ваков для семьи Торри, чтобы люди не голодали!

– Семья господина Трогипуна. Они много столетий занимаются разведением скота, у них мы покупаем для королевского дворца, не только ваков, но и других животных.

– Тогда, что нам мешает купить для семьи Торри, несколько голов? – я недоуменно посмотрела на советника.

– Обычно, мы так не делаем!

– А как мы тогда делаем? – я вопросительно нависла над краснеющим советником, который дернул ворот вихрастой рубашки и опустил взгляд.

– Мы просим правителей земли, с которых прилетел дракон, возместить убытки.

– И они возмещают?

Советник отрицательно покачал головой.

– Они обычно присылают отписки, что это не их дракон напал на наши земли.

– Понятно, – я вздохнула, бардак какой-то! – Как вас там?

– Торель!

– Господин Торель, ситуация понятна. Тогда сделаем следующим образом. Напишите от моего лица прелюбезнейшее письмо господину Трогипуну, о просьбе помочь семье Торри. Ведь мы же должны помогать друг другу, не так ли? А семья Торри расплатиться с семьей Трогипуна молоком, маслом и другими продуктами, хот бы на первое время! Далее, также напишите письмо правителю Суы, что я очень прошу разобраться с ситуацией с их драконами, так как этот случай далеко не первый. Сделайте приписку, что я очень надеюсь на их понимание.

Торель хлопнул глазами несколько раз и кивнул.

– Семья господина Трогипуна будет на ярмарке?

– Они каждый год показывают своих лучших ваков.

– Отлично, пригласите их также на званный ужин в замок.

– Как скажете, ваше величество!

Торель записал все в большую книгу, искусно владея пером. Ни одной кляксы не сделал!

– Моя королева! – подала голос женщина, с голубыми буклями на голове. Видимо, она проводила ночи на бигудях, чтобы прическа выглядела по-модному. – В семье госпожи Авиллы, родился голубой вак. Первый раз за столько лет!

– Это хорошая новость! – улыбнулась я, не представляя себе, как выглядит голубой теленок. – Как идет подготовка к ярмарке?

– Все почти готово, моя королева. Мы ждем от вас, ваши чудесные вышивания, чтобы подготовить для дарений.

Я сглотнула.

Как мне доделать вышивки, я не представляла.

– Скоро вы их получите, – уверенно ответила я, почувствовав, как дернулся левый глаз.

– Есть еще один вопрос, моя королева!

Торель тихо проговорил, осторожно обведя комнату.

– Госпожа Мирилда, хочет выставить на ярмарке свое выведенное растение.

– И в чем же дело? Пусть выставляет, раз хочет.

– Ну, мягко сказать, оно странно пахнет, так как плотоядно и опасно.

Я вытаращила глаза на Тореля и все, кто сидел рядом закивали головой.

– В оранжерею как-то зашел слуга, так оно всосало в себя его руку, еле спасли, – добавила светловолосая женщина. – Только госпожу Мирилду растение не трогает. Наверно, потому что считает ее своей матерью.

– Придется что-нибудь придумать, чтобы это милое растение, не съело никого на ярмарке.

– Мы думали что госпожа Мирилда, больше не будет разводить растения семейства плотоядных, но она снова не удержалась и именно это вымахало таких больших размеров, – сказал Торель.

– Ладно, что-нибудь придумаем, оставьте это мне. Я поговорю с госпожой.

Я тяжело вздохнула, почесывая затылок и не успела произнести следующую фразу, как тяжелая дверь ухнула и медленно отворилась. Сначала показался длинный нос, а потом и голова с высокой голубой прической.

Мирилда.

Ее внешний вид мало отличался от вчерашнего. Только к темному платью, с мелкими узорами, в виде цветов и листьев, добавилась черная трость, с металлическим набалдашником.

Советники повскакивали, раскланиваясь в низких поклонах.

На носу у нее было надето маленькое пенсне, которое она осторожно поправила скрюченными пальцами и недовольно посмотрела на собравшихся.

– Вы перепутали комнаты королева? Или мне мерещиться? – стуча тростью, она медленно проковыляла к стулу напротив меня.

– Боюсь не то и не другое, госпожа Мирилда! Решили, тоже порадовать нас своим визитом? – мило спросила я.

– Я знаю о чем вы тут шепчетесь!

Я удивленно посмотрела на нее. Неужто у этой старой карги такой отменный слух, что она умудрилась узнать, что мы хотим разделаться с ее питомцем?

– Конечно, вы знаете! О чем говорят на совете? – я обвела собравшихся удивленным взглядом, – Конечно о делах земель и подданных.

– Не заговаривайте мне зубы! Уже прошел слушок, что вы не хотите, чтобы я выставляла Зверолюта, на показ!

«Зверолют?!»

– Ну что вы, просто советники переживают что ваше творение может кого-нибудь изуродовать.

– Он не посмеет сделать такое!

Мирилда аж стукнула тростью об пол, негодуя.

– Вряд ли оно понимает что делает, – попыталась я урезонить женщину.

– Как раз оно и понимает. Оно разумное существо, поумнее некоторых!

– Тогда, раз вы так ответственно говорите за него, предлагаю выставить растение, но огородить его защитным забором.

Мирилда насупилась и злобно посмотрела на меня.

– Я подумаю, на счет того, чтобы Зверолюта загораживали. И это не значит, что соглашусь обносить невинное существо какой-то загородкой.

– Ну хорошо, – я снова посмотрела на всех собравшихся, – Торель, у нас есть еще вопросы на повестке дня?

– Нет, моя королева.

Я кивнула, поднимаясь с удобного стула и медленно покинула зал, чувствуя на затылке недовольный взгляд Мирилды, просверливающий дыру в мое голове.

– Да, Торель! На минуточку! – я повелительно подозвала советника, который с прытью лани, подскочил ко мне, слегка склоняя голову.

Отойдя подальше от комнаты переговоров, дабы Мирилда не грела уши своим поразительным слухом, я огляделась.

– Торель, вам случайно не известно, что не любит Зверолют?

– Моя королева, я совершенно не разбираюсь в растениях. Можно предположить, что возможно, он не предпочитает себе подобных, раз питается только сырым мясом.

«Фу, какая мерзость!» – подумала я.

– Понятно, если у вас будет время, может быть поищите информацию про этот вид растений. Не хочется опозориться на ярмарке, сами понимаете.

Торель многозначительно кивнул.

Решив зайти в библиотеку, чтобы самой поискать книги про садоводство, я прошла несколько дверных пролетов, уверенная, что иду правильно.

Стражи, громыхая мечами, тащились за мной. Честно говоря, их присутствие меня больше напрягало, чем успокаивало. Остановившись у двери библиотеки, я медленно потянула за тяжелую прохладную ручку и опешила.

Передо мной располагалась большая комната, увешанная символами и гобеленами.

За длинным столом сидел король Аглар, а рядом по периметру всего стола, с измученными лицами, восседали его подданные или советники.

Увидев меня, они будто проснулись от зимней спячки, повскакивали с мест, раздавая поклоны.

Я, замерев, сглотнула слюну, понимая, что каким-то образом умудрилась перепутать двери.

Недоумение на лице Аглара, читалось большими буквами. Он как-то странно посмотрел не отрывая от меня взгляда, а потом нарушил немое молчание.

– Что вы здесь делаете? – произнес он удивленно и как мне показалось ужасно недовольно.

Растерявшись в конец, я зачем-то засмеялась переливчатым смехом, который разнесся гулким эхом в сводах белой комнаты.

– Дорогой, хотела просто узнать, как у вас дела?

Стуча золотистыми туфлями по стеклянному полу, я быстро подходила к королю, не переставая улыбаться.

– Мне приснился какой-то странный сон, – не дожидаясь ответа от удивленного супруга, добавила я, – решила проведать вас, как себя чувствуете, хорошо ли спали?

– Спасибо, моя королева, все хорошо, – не понимая, в чем дело, ответил король.

– Как это прекрасно! А то я вздумала волноваться, поэтому не удержалась окончания вашего собрания, – сказала я, нарочито бодрым голосом. Я осторожно погладила сидящего Аглара по спине дрожащей рукой и для полной картины, еще по-дружески похлопала. – Ну, не буду вас отвлекать от дел, увидимся позже!

Обогнув стол с другой стороны, я обернулась, чтобы еще раз улыбнуться, а потом вылетела за дверь и поспешила в сторону жилого крыла, чтобы провалиться сквозь землю.

Боже, какой позор!

Король итак думал, что я глупа, а после такого будет думать, что у меня точно не все дома!

Сходя с ума от стыда, я нервно стучала каблуками по полу, мечтая оказаться в своих покоях. Стражи, неслись за мной, чуть ли не переходя на бег.

Из-за угла вынырнула Азора и мы чуть не столкнулись лбами.

Моя личная охрана налетела на меня, гремя мечами. Это выглядело бы совсем комично, если бы не моя отдавленная стражем пятка.

– Я думала вы вышиваете в своих покоях, – проговорила та, ехидно склоняясь передо мной в поклоне. – А вы бежите, как будто за вами гонится рой мувов.

– Представляешь, утро началось не с вышивания, – я сложила руки на груди, также улыбаясь, как и сестра короля. Азора выглядела великолепно. Довольное лицо, слегка осыпанное переливающейся пудрой, перламутровые губы и светящиеся от хорошего настроения глаза. Даже платье и то, переливалось разноцветными бликами, в такт настроения хозяйки.

– Как интересно! И чем же вы занимались так рано?

Азора слегка склонила голову, изображая заинтересованность.

– Дела совета!

– Вы удивляете меня, моя королева! Дальше вышивания и безделья, вы обычно ничего не делаете. Похвально!

– Решила сменить угол внимания. Смотрю, твое настроение, так и лучится радостью. Что-то случилось, что так обрадовало тебя?

– Нет, просто поднялась с лучами Сувара, радуясь тому, что он согревает меня своим теплом.

Азора улыбнулась, оголив белые зубы. Сережки в ее ушах блеснули красотой аквамариновых камней.

– Только тепло Сувара? – я слегка наклонилась к ней, прищуриваясь, в такой же играющей улыбке, как и у нее.

– Ну да!

– Как странно, – я сделала задумчивое лицо, слегка коснувшись рукой рта, – вчера возвращаясь в свои покои, мне показалось, что я видела тебя с каким-то мужчиной.

Азора хлопнула глазами, впиваясь в меня взглядом. От худощавой груди вверх пополз красноватый румянец.

– Вам показалось, – твердо прошипела сестра короля.

– Да? Возможно, я и не спорю! Свет кристаллов был так тускл, что мои глаза могли сыграть со мной злую шутку. – Я дотронулась рукой до выпирающего плеча Азоры. – Что только не причудится в замке. Я как приехала сюда, до сих пор не привыкла, представляешь?

Азора кивнула, до сих пор продолжая густо краснеть. В ее глазах, еще минуту назад радостных, расцвел страх.

– Ну а сейчас мне пора, увидимся позже, дорогая!

Сестра короля слегка склонилась, продолжая пребывать в легком шоке, от того что ее застукали с ночным визитером. Я же довольная, что смогла ее немного задеть, вернулась в покои, к сундуку с запутанными накануне нитками.

Я была готова самолично придушить Зверолюта, нежели нервничать из-за рукоделия.

Попросив Эдолину развязать мне строгое платье и корсет, я облачилась в халат.

Служанке я дала строгий наказ, чтобы меня никто не беспокоил, но лекари, решили навестить меня, проверив мое здоровье и дав новый пузырек отвара, для восстановления памяти.

Они до сих пор, не теряли надежду, что я вспомню события в мертвых землях.

Мне бы их надежду!

Промаявшись пару часов, напортив ткани и порвав ниток, я решила отложить ненавистное мне занятие. Проку от него, когда ничего не получается, кроме двух-трех ровных стежков.

Нужно было что-то придумать, дабы не опозорится с этими дарениями для высшей знати. Чтоб ее!

Почему та Анариель не могла уметь печь, сажать овощи и фрукты, декламировать стихи и сказания, а? Почему именно вышивание птиц и диковинных зверей?

Скомкав нитки и шелковую ткань, я быстрым движением отправила все в сундук, громко хлопнув крышкой.

Погода стояла хорошая. Так и хотелось выбраться на воздух, вдыхая аромат цветов, лугов и гор.

Решив, что сидеть в покоях как затворница, совершенно не хочется, я попросив Эдолину помочь переодеться, взяла томик любовных сказаний и оставив охрану охранять покои, спустилась в главный зал со стеклянным куполом, а потом чуть замешкавшись, все-таки обнаружила выход из замка.

Рядом с белыми стенами, расцветал красивый сад. Диковинными голосами пели птицы. Среди пестрящих синевой кустов, расцветающих замысловатыми цветами, ходили павлины. Вернее, эти птицы, были очень на них похожи. Только туловище и хвост были белого цвета, а узор на оперении вился всеми цветами синего. Их головы увенчивали хохолки золотистого цвета, очень похожие на короны.

Они вальяжно расхаживали, громко кричали, открывая перед моим взглядом, живописные полотна своих хвостов.

Пройдя чуть дальше по узкой дорожке, я увидела небольшой прудик круглой формы, с плавающими по нему двумя белыми лебедями. Их клювы были цветы лазурита.

В тени увесистого дерева, я увидела небольшую лавочку, с ажурными ручками и решила присесть здесь, любуясь влюбленными друг в друга птицами. Они скользили по прозрачной поверхности пруда вместе, осторожна прикасаясь к друг другу шеями.

Открыв потертую книгу, с названием «Любовные чары Абрариэля», я всмотрелась в первую страницу, где на рисунке был изображен сам Абрариэль, с могучем телом, длинными распущенными голубыми волосами и взглядом, полным страсти и огня. Рядом с ним возлежала дева, с лицом полного экстаза, раскинув руки по сторонам. Одна грудь просто выпала из платья, а вторая все-таки прикрывала позор.

«Интересно!» – подумала я, перелистывая страницу с рисунком и начиная читать мельтешащие мелкие буквы.

С первых строк стало понятно, что сказания оказались очень откровенными. Я даже не ожидала, что в библиотеке водится этакий сборник эротических повествований, откровенных похождений главного героя, приправленных рисунками соития, вперемешку с победами над невиданными чудовищами и огнедышащими драконами.

Видимо, писатель и художник в одном лице, выпустил на страницы все свои тайные желания.

Также бросалось в глаза, что книга была замызгана, а страницы чуть не стерты до дыр, что говорило об ее частом пользовании. Надеюсь, никто не расстроится, не найдя данный экземпляр на полке, где она лежала.

На самом деле, сказания об Абрариэле оказались интересны, и я не заметила, как просидела за книгой некоторое время.

Лебеди продолжали кружится по пруду, выкручивая по поверхности вензеля.

Решив покинуть их, я нехотя поднялась с удобной лавочки и прошла в сторону замка, обогнула павлинов и роскошные кусты с синими цветами, а потом услышала вдалеке ржание, похожее на лошадиное.

Решив, что я итак гуляю и спешить мне некуда, пошла на лошадиный клич.

Войдя в небольшую арку, спрятанную под увесистым плющом, вьющимся на стенах, я вышла к конюшням. В стойлах, возбужденно ржали несколько красивых лошадей, с белыми, темными и серыми гривами. В их синих глазах, как в зеркалах, отражалось голубое небо.

Полюбовавшись красивыми животными, я уже хотела уйти, как на круглой, как яйцо поляне увидела их. Сначала я не поверила, несколько раз протерла глаза, подумав, что зрение меня обманывает и этого просто не может быть, но находясь в легком шоке, подошла ближе. Лошади с крыльями?

Белые, пружинистые, с белым, как снег телами и легкими переливающими на свету большими крыльями.

Их было двое.

Они паслись на зеленом лугу, слегка подергивая крыльями. Один из них, разбежался и молниеносно взлетел в небо. Его тень коснулась моего лица, когда он кружился в лучах Сувара.

Под впечатлением от увиденного, я чуть не прослезилась. Медленно возвращаясь в замок, до сих пор не верилось, что я видела живого пегаса. В этом сказочном мире он прекрасно себе существовал.

Зайдя в замок с другого входа, я прошла по длинному залу, пока не попала в картинную галерею, если конечно портреты смотревшие на меня со всех сторон, можно было так назвать.

Красивые молодые женщины, с голубыми, синими, белыми волосами, сменялись мужчинами с мечами в руках, с коронами на головах, горделиво восседающие на пегасах, убивающие драконов и странных мохнатых животных с огромными клыками.

Картинная галерея выглядела своеобразно. Портреты липли друг к другу, пестрели синими цветами и впивались в меня своими изучающими взглядами.

Оказаться ночью в этом месте, было бы жутковато, так как далеко не все изображенные на полотнах, выглядели миролюбиво.

Например, Мирилда!

Ее портрет я обнаружила недалеко от грозного мужчины с белыми, как пепел волосами. Внизу искусными буквами было написано имя – король Аралим, который по изучению сказаний, был мужем Мирилды.

Мирилда на портрете была изображена в более молодом возрасте. На ее голове красовалась большая увесистая корона черного цвета с большими сапфирами.

На круглых глазах, не было лорнета или пенсне, а так же морщин и крупных мешков на веках. Узкие губы был намазаны коралловым цветом. Платье было темным, но с открытым декольте.

Художник изобразил пышную грудь, хотя у Мирилды, я такой не заметила. Тут тоже баловались местным фотошопом.

Отойдя от портрета Мирилды, я увидела портрет красивой женщины. Ее светлые волосы были заплетены по бокам, а в глазах переливались все океаны мира, так они были красивы! Она мне кого-то напоминала, очень! Под портретом мелкими буквами было написано имя – Мариель.

– Вы так долго рассматриваете портрет моей матери, что вы пытаетесь там увидеть? – раздалось за моей спиной и вздрогнув, я повернулась на голос. На входе в портретную галерею стоял Аглар. Его серебряный сюртук поблескивал в ярком свете синеватых факелов. По бокам волосы были заплетены в тонкие косы и собраны на затылке. Его взгляд был холоден и почти ничего не выражал.

– Просто обратила внимание, что ее имя написано мелко, по сравнению с другими и нет приписки «королева».

– Хмм, странно что вы не знаете историю. – Король подошел чуть ближе, всматриваясь в портрет. – Или снова провалы в памяти?

– Можно итак сказать, – ответила я, чувствуя себя неловко под взглядом, от которого хотелось съежиться. Глупо было высказываться на счет портрета, зная, что опозорюсь. Но видимо для Анариель, это не впервой!

– Мой дед Аралим, был властным правителем и власть над всеми землями кружила ему голову, похлеще самого крепкого питья. Его сын, мой отец, был слаб и телом и характером, а еще и частенько хворал. Деду это было на руку, он не желал делиться властью, поэтому когда мой отец женился на мой матери, он не был королем, соответственно и моя мать не стала королевой. – Доходчиво разжевал мне Аглар, жизненные плетения его предков. – Отец рано умер, а за ним и мать, любящая его. Дед продолжил править и после их смерти.

– Как трагично и красиво одновременно, -прошептала я, снова рассматривая портрет, – вы очень похожи на вашу мать.

Аглар промолчал на мое замечание. Его голубые глаза чуть затуманились.

– Вас ищет половина замка, думают с вами что-то снова случилось. Если бы знал, что вы с упоением рассматриваете портреты моих предков, то нашли бы вас быстрее, – растягивая слова сказал Аглар.

– И чем я так понадобилась, раз все ищут меня? – я удивленно всмотрелась в холодное лицо, со сверкающими голубизной глазами.

– Меры предосторожности. Почему вы покинули покои без стражи? Это может быть опасно!

– Они напрягают меня своим стуком сапог и вечным дыханием в спину, – ответила я невозмутимо. – И в чем опасность, если я пройдусь по замку в гордом одиночестве? Боитесь, что сверну себе шею на скользких кривых лестницах?

– Здесь могут быть враги, о которых мы не догадываемся, – проигнорировал мой выпад король. – Раз вам не нравятся стражи, то придеться носить следящий кристалл.

– Еще не хватало, чтобы вы повесили на меня непонятный прибор для слежки! Это перечеркивает все понятия о свободе человека, вам не кажется? – я возмущенно сложила руки на груди.

– Это в целях вашей безопасности, – ответил король, в своей безэмоциональной манере.

– Я просто читала книгу в саду, а здесь раздули трагедию мирового масштаба! – дернула я головой, раздражаясь, даже прядь вывалилась из косы.

Аглар осторожно протянул ко мне руку, заправляя волосы за ухо, таким медленным движением, что по моей щеке прошли электрические токи, даже сердце забилось сильнее, особенно когда я взглянула в его холодные глаза.

– Вижу, вы нашли библиотеку? – он отнял руку, но мое тело продолжило совершенно неадекватно реагировать на этого странного мужчину.

– Да, – кивнула я, – «Сказания об Абрариэле». Очень интересно.

– Хмм, не думал, что вас увлекает, вот такая литература!

Аглар многозначительно хмыкнул и первый раз за все время, я увидела в его взгляде подобие насмешливой улыбки.

– Почему из всего количества книг, вы выбрали эту, Анариель?

– Люблю не только текст, но и картинки Аглар, они помогают больше прочувствовать сюжет.

Я уверенно посмотрела на короля, чувствуя, что продолжаю тонуть в его глазах, как утопающий.

– По-моему, вы раньше не любили читать или быть может, я путаю?

Аглар медленно пропустил меня вперед, пока мы не спеша покидали картинный зал. От взглядов с портретов и правда было не по себе. Особенно от Мирилды. Казалось, что она и с изображения смотрит на меня свысока, продолжая считать тупицей.

– Захотелось поменять поле деятельности. Знаете, за вышиванием я скучаю!

– Как интересно, – протянул король, – мне доложили, что сегодня вы присутствовали на совете?

– Да, мы решали дела наших подданных. Разве это плохо, что я не оставляю наших подданных без своего внимания?

– Наоборот, я очень рад! – Аглар снова одарил меня короткой улыбкой. – И очень был удивлен, что вы навестили меня, неожиданно появившись!

Что снова за допрос? Ему какое дело?

– Разве жена не может навестить мужа? – спросила я, вставая напротив него и чувствуя, что начинаю злиться.

– Я так не говорил.

Аглар снова улыбнулся своей хитроватой ухмыбкой и мимолетно бросил взгляд в разрез моего платья, а потом непринужденно отвернулся, с таким лицом, как будто увиденное им, ему совершенно не понравилось.

Я покрываясь румянцем, как малолетняя дурочка, прошла вперед него в зал для ужина, в котором нас уже ждали, все те же любители набить желудки, что и вчера.

Аенгрох одарил меня странным взглядом, когда мы зашли с Агларом рука об руку. Его рука была теплой и сильной и осторожно касалась моей, соблюдая все традиции брака по расчету.

Азора ела молча, опасливо взглянув на меня пару раз.

Я улыбнулась и подмигнула ей.

После ужина, не изменяя традициям, Аглар проводил меня, даже не до покоев, а до поворота к моим покоям и покинул так быстро, что поцелуй, с которым он коснулся моей руки губами, оказался еще более сух, чем накануне.

Скривившись и чувствуя себе ненужной, некрасивой и закомплексованной, я шла в свои покои, пока из-за угла меня не схватили холодные руки и не прижали к себе.

Глава 7.

– Я так скучал! – на ухо пропел знакомый голос.

Среди тусклого света голубоватых кристаллов, на меня смотрело лицо Аенгроха. Он крепко прижал меня к себе, придерживая одной рукой за спину, а другой притягивая мою, вмиг заледеневшую кисть, к своему рту.

Я криво улыбнулась, изображая радость от близкой встречи, хотя надо быть совсем слепым, чтобы не почувствовать, что я нагло вру.

Мне только Аенгроха не хватало!

А с другой стороны, теперь можно было понять Анариель. Видя холодность мужа, от которого разило льдами Арктики за версту, не удивительно, что она завела себе смазливого любовника.

– Мне кажется, ты избегаешь меня Анариель, – вздохнул Аенгрох, не переставая вглядываться мне в глаза. Его темные зрачки, которые в темноте коридора, казались черными, немного пугали.

– Тебе кажется…мой милый! – ответила я, пытаясь вырваться из хватких тисков, но сделать это не получилось. Слишком уж были сильны объятия. – Как видишь, я еще не до конца отошла от событий в землях Суа, да и дела навалились.

– Ты раньше никогда не занималась делами королевства, так зачем это сейчас понадобилось? Пусть советники, как раньше, занимаются своей работой, – удивленно пожал плечами мужчина.

– Чтобы знать все что происходит, разве ты не понимаешь? – лукаво сказала я, улыбаясь уголком рта.

Аенгрох вздохнул. Легкий запах вайни и лимонных благовоний исходил от мужчины.

– Мне не дает покоя артефакт огня. Почему у тебя не получилось его забрать, ведь план казался идеальным? Жаль, что ты ничего не помнишь, тогда бы все встало на свои места. Но уверен в одном точно, без Ватры там не обошлось!

Меня не покидает надежда, попробовать завладеть артефактом земли, когда придет время.

В глазах мужчины загорелся алчный блеск, а я мимолетно задумалась, как можно вообще забрать артефакт? Неужели это так просто? Здесь яно было что-то не так!

– Но ничего, такая возможность еще будет и артефакт мы заберем. – Аенгрох на секунду задумался, – не стоит торопиться. Путь этот опасный, но несомненно стоит того. Со временем мы узнаем, где прячут свои артефакты все повелители. Конечно, самый недоступный артефакт воздуха. Но меня греет мысль, что они преклонят передо мной колени, когда в моих руках будут три артефакта. Главное, опередить чародея Ватру.

– Почему ты сам не хочешь узнать, где хранятся артефакты? – спросила я, отчетливо понимая, что хитрый Аенгрох, нашел дурочку в лице влюбленной в него Анариель. Та должна была подставлять себя, узнавать и воровать артефакты, пока этот хитрован, спокойно отсиживался в своих покоях, ожидая, что ему все принесут на голубом блюде и он станет королем.

Глупая Анариель!

– Они будут подозревать меня, мы же уже говорили об этом! Я старший сын, которого не выбрали королем, мечтающий о мести, так они будут думать. Я должен быть в тени, до определенного времени.

Аенгрох провел по моему лицу своей рукой и мило улыбнулся.

– Ты будешь моей королевой и мы будем править, любя друг друга, – прошептал мужчина, в глазах которого блеснула корысть.

Захотелось задушить предателя, прямо на месте, но я понимала, что Аенгрох, потянет меня за собой, а мне совершенно не хотелось закончить жизнь смертной казнью.

– Я приду к тебе сегодня, – шепнул на ушко любовник.

– Нет, не стоит, – я нервно покачала головой, – король может прийти!

– К чему бы? Он обычно приходит раз в неделю! – удивленно добавил Аенгрох.

– А сегодня обещал прийти, не дай бог застанет нас и что будем делать? Наши грандиозные планы сорвутся, – я кое-как вырвалась из объятий мужчины. – Мне пора, увидимся позже.

Аенгрох вздохнул.

– Моя тоска по тебе так сильна, что я не знаю, как смогу уснуть сегодня, – расстроено добавил мужчина.

– Я тоже тоскую, до встречи! – и не придумав ничего лучше, коснулась своими пальцами его тонких губ.

– Еще одна ночь без тебя и я правда умру от тоски, Анариель, – протянул брат короля, вкладывая в свои глаза всю грусть мира.

«Займись делом!» – хотелось сказать мне, но вместо этого, я нарисовала сердце в воздухе, взглянула на Аенгроха и как скаковая лошадь, побежала в сторону своих покоев, периодически оглядываясь назад, в надежде, что мой нерадивый любовник не гонится за мной.

Становилось жутко от мыслей, что Анариель вляпалась в глупости мирового масштаба, а мне теперь приходилось выкручиваться.

Ночь прошла на удивление спокойно, не считая сна, где в моей постели раскованно лежал Аенгрох, в синих шелковых панталонах, игриво подмигивал и вальяжно закидывал себе в рот крупные виноградины.

Проснулась я, совершенно без настроения. Эдолина огорошила меня тем, что сегодня я еду вместе с Мирилдой в гости к леди Арлине. Лучше три совета подряд, чем Мирилда, вот правда!

Выбора не было, пришлось на скорую руку завтракать и собираться. На серебряное платье, я накинула красивый переливающийся плащ с жемчужным оттенком.

Мирилда уже ждала меня в карете.

Я увидела ее длинный нос, выглядывающий из полупрозрачной занавески.

Карета оказалась белой, круглой как шар формы, с окошками по бокам. Верх ее украшала большая золотистая корона, с изображением артефакта посередине, в виде блестящего камня.

Лошади, которых тут называли хорсы, тоже оказались белыми, но с явным отличием от моего мира. Их гривы и хвосты были голубого цвета, как и большие глаза, на свету, казавшиеся прозрачными.

Животные переминались с ноги на ногу, в ожидании поездки.

– Доброе утро, госпожа! – поприветствовала я Мирилду, садясь в узкую карету.

Внутри оказалось уютно. Мягкие подушки на сидениях, пляшущий на стенах цветастый рисунок и пара согревающих кристаллов по бокам.

– Всегда опаздываешь, – недовольно вздохнула женщина.

Настроение ее было скверным. Она куталась в плед, накинутый сверху плаща.

Вроде бы холодно не было, но Мирилда грела свои старые кости.

– Я не думала, что поездка к леди Арлине назначена на сегодня, – я вгляделась через занавеску, пока мы выезжали из замка.

Тут же открылся красивый вид на водопады. Погода сегодня испортилась, что мне показалось странным.

За все дни пребывания тут, я первый раз увидела как голубое небо, закрыли сизые тучи, наползающие со всех сторон.

– Суревер злиться из-за чего-то, раз небо покрыл тучами, – задумчиво проговорила Мирилда.

Кто такой Суревер, я уточнять не стала, предположив что это название какого-то бога, типа Сувара-солнца.

– Да, погода испортилась, – кивнула я, чтобы поддержать беседу, а потом слегка поморщилась, когда карета споткнулась обо что-то на дороге и набирая скорость, задребезжала по брусчатой плитке.

– Знаю, что ты недовольна, что поехали на карете, но я полечу на дирижабле, только после своей смерти. И не смотри так!

Женщина посмотрела на меня через лорнет, а потом демонстративно стала следить за домами города, пробегающими мимо.

Я промолчала на реплику на счет дирижаблей и последовала ее примеру.

Мимо пробегали белые дома, маленькие лавочки с утварью, поделками и продуктами.

Карета громыхнув, повернула к фонтану, обогнула красивое сооружение с высокими прозрачными струями и въехала в небольшой закоулок.

– Я подумала над твоим предложением и хочу сразу сказать, что я не согласна, чтобы Зверолюта загораживали на ярмарке. Никаких заборов! – нарушила тишину Мирилда и я вздохнула, раздражаясь.

– Вы понимаете всю ответственность госпожа, если ваш питомец кого-нибудь изуродует, то нам придется за это отвечать!

– Это не какой-нибудь вульф, чтобы уродовать людей! Это мирное создание! – возмущенно взмахнув руками ответила Мирилда и злобно посмотрела на меня.

Я выдержала взгляд, тяжело вздыхая.

– И не охай мне! Никто не пойдет против моего решения, еще не доросли!

Я отвернулась к окну, слушая непонятный бубнеж.

Надеюсь, Торель нашел решение как умертвить Зверолюта до ярмарки.

Проехав еще пару поворотов по городу, резко затормозив и скрипнув, карета остановилась у большого белого дома.

Дом был большим, утопал в голубых цветах, похожих на васильки и манил к себе красивой большой террасой с мягкими сидениями.

– Моя королева!

Из дома выскочила женщина непонятного возраста, в красивом обтягивающем фигуру кричащем лиловом платье и с пепельными, как у меня волосами, собранными в высокую аккуратную прическу.

Увидев цвет ее одеяния, я удивилась, привыкнув видеть среди своего окружения все оттенки синего, золотого и белого, а тут кричащий яркостью лиловый.

Она поклонилась мне и слегка приобняв Мирилду, указала жестом на вход в дом.

– Проходите быстрее, того гляди дождь начнется.

Небо и вправду так почернело, что того гляди, готово было лопнуть ливнем.

Я прошла вперед, в уютный большой дом с белыми деревянными стенами и окнами, на низких подоконниках которых расцветали гортензии в узорчатых горшках.

– Вы как раз вовремя, – промурлыкала леди Арлина, приглашая присесть на мягкий диван, рядом с которым стоял миловидный столик с прозрачной поверхностью.

В комнате, куда нас пригласила леди Арлина, висели картины в голубых рамах, с пейзажами и натюрмортами, а также пара портретов, на одном из которых была изображена леди Арлина, с белой кошкой на руках. – Я делала омолодительные процедуры. Кстати, привезенный с земель Терры вулканический камень, прекрасно омолаживает и подтягивает кожу, а маска из платикодона, омолодила меня лет на десять не меньше.

Женщина радостно вздохнула, слегка касаясь своего упругого лица. Глаза были подведены голубым цветом и казались еще более голубыми.

– А вот и она! – вскрикнула леди Арлина, увидев белую кошку. На ее шее красовался голубой шелковый бант, посреди которого сверкал сапфир. Кошка, как настоящая аристократка потерлась об ногу хозяйки, пару раз промурлыкала и прыгнув к леди Арлине на колени, окатила нас презрительным взглядом. – Лютик, моя милая, где ты была?

Леди Арлина засюсюкала со своим домашнем животным, нежно поглаживая ее шерстку. Лютик на секунду замурлыкала, а потом снова недовольно посмотрела на меня.

– Какая она милая! – сказала я, поддерживая беседу. Лютик спрыгнула с колен хозяйки и убежала в сторону окна, следить за каплями дождя, срывающегося с неба.

Леди Арлина улыбнулась.

– Как вы себя чувствуете, моя королева? – сочувственно добавила женщина.

– Уже намного лучше, спасибо!

– Вы так нас напугали. Я молилась за вас в молельне, не позволяя себе мысли, что вы не вернетесь. Молельщик Алсенмет сказал, что боги обязательно услышат. Я поставила за вас три сердоликовых кристалла, чтобы они дали вам сил и здоровья.

– Благодарю вас! Ваши молитвы мне очень помогли!

Леди Арлина мне начинала нравиться. Вряд ли, кто-то из замка или Мирилда, помолились за меня хоть раз. В подтверждении моих мыслей, леди Мирилда недовольно вздохнула.

– Вантлиана, где ты лентяйка? – неожиданно крикнула женщина и на пороге гостиной залы появилась девушка, с россыпью золотистых веснушек на лице. Она услужливо поклонилась мне, а потом уже своей госпоже и Мирилде. – Угощения для королевы и госпожи Мирилды готовы?

Девушка снова кивнула и бегом побежала на кухню.

– Госпожа Мирилда, как вы?

– Подагра совсем замучила и кости ломит на погоду, последнее время, – проскрипела женщина, слегка поежившись.

– О, моя дорогая, – переживательно вздохнула Арлина. – С земель Ванд, мне привезли мазь из лещины, облегчающую боль, сказали, лучше средства нет.

– Спасибо леди Арлина, вы всегда меня выручаете. Кстати, синие пиявки от ломоты суставов, мне тогда очень помогли. Только они очень шустры, я потеряла парочку.

Меня передернуло, стоило представить, как одна из синих пиявок, присасывается ко мне среди ночи. Надеюсь, они не убежали далеко от покоев Мирилды?

Вантлиана принесла большой поднос и осторожно разлила каву в миниатюрные фарфоровые чашки. Рядом на большом блюде манили к себе корзиночки с ягодами и пирожные похожие на эклеры, с вываливающимся изнутри синим кремом.

Я не удержалась и на правах королевы, тут же попробовала корзиночку.

– Не правда ли, вкусно? – спросила хозяйка дома. Я многозначительно кивнула. – Я покупаю лакомства в лавке кондитера Алдоуса.

– Я думаю нам стоит заехать в его лавку на обратном пути. Порадую короля!

Мирилда недовольно чмокнула губами, заглатывая пирожное, но соблаговолила промолчать.

Небо сверкнуло фиолетовой вспышкой и разверзлось ливнем. Все вздрогнули, а Лютик, как сумасшедшая стала носиться между ног и дергать лапами за туфли.

Культурно отогнать кошку не получилось и она продолжила успокаиваться, играя с камнями на моих туфлях.

– Моя королева, у меня к вам будет просьба.

Я выжидательно уставилась на Арлину, откусив от эклера и надеясь, что голубой крем не вывалится мне на платье.

– Моя Лютик уже доросла до выведения потомства и мне очень бы хотелось свести ее с котом господина Трокона. Он самый породистый из всех и имеет прекрасную родословную, как раз ту, что очень подходит для выводка моей Лютик. Но он и слышать не хочет, чтобы от моей кеди, у него родилось потомство, считая ее не подходящей. – Леди Арлина стукнула чашкой об стол, нервничая, – можете вы поговорить с ним за званным ужином, после ярмарки? Он должен послушать вас.

– Я постараюсь конечно. Сделаю, все что смогу!

– Спасибо вам, ваше величество! Он жуткий сноб, такой же как и его жена. – Леди Арлина нагнулась поближе, будто кто-то пытался подслушать нас, – поговаривают, что он изменяет ей с леди Адалидой. Вы можете себе это представить?

– Какой кошмар! – я округлила глаза, сделав вид, что я просто в шоке от сплетни.

– Представьте себе, да и Адалида мечтает лишь о том, чтобы женить на себе этого богатого скупердяя Трокона. Кстати, он заранее заказал погребальную урну у мастера Хилмуна. Не для жены ли?

Леди Арлина покачала головой.

– У мастера Хилмуна, самые красивые погребальные урны, – со знанием дела проскрежетала Мирилда, – когда хоронили Аралима, я и себе хотела заказать, такую же, как и у него.

«Какая здравая мысль» – подумала я, отпивая из чашки напиток и борясь левой ногой с кошкой, которая мне порядком надоела.

– Ну что вы Мирилда, вы так молоды и хорошо выглядите! Вы проживете еще много лет, радуя нас! – сластолюбиво пропела Арлина.

Я улыбнулась и посмотрела на Мирилду, кивая.

– Далеко не все этого хотят, дорогая!

Мирилда надулась и одарила меня многозначительным взглядом, как будто я была главным врагом, считающим часы до ее смерти.

– Ваши приготовления для дарений наших гостей готовы, моя королева?

– Почти все подготовлено, – не моргнула я глазом.

– Какая красивая у вас вышивка! Я до сих пор любуюсь вышитой вами птицей. Она прекрасна!

– Спасибо леди Арлина, но боюсь расстрою вас. У меня поменялись приоритеты, вышивание меня больше не радует.

– Ну как же? Обещайте, что хотя бы в последний раз вышьете для меня мою красотку Лютика.

«О Боже, только не это!»

– Как буду иметь свободное время, так сразу же!

Леди Арлина радостно вздохнула и убежала, чтобы передать нам ее дарения для господ, подготовленные к ярмарке.

Пока ее не было, я сумела отогнать кошку, от своей ноги. Туфля оказалась испорчена. Нитки торчали в разные стороны, несколько камней отлетело и валялось на полу. Я закусила губу, злясь на животное и посмотрела на леди Арлину, вошедшую с ее дарами.

Это оказались несколько картин, сделанные ей собственноручно из сверкающих камней и кристаллов, разных пород, изображающих леса, моря, ледники и пустыни. У леди Арлины руки явно росли из нужного места, не то что у меня.

– Какая красота! – в один голос с Миридой сказали мы. Хоть в чем-то, но мы были с ней согласны.

– Ах моя королева, я хочу подарить вам картину на рождение вашего первенца!

Я поперхнулась от неожиданности, надеясь, что еще не беременна и нервно схватилась за живот. – Когда вы осчастливите нас радостной новостью, я сделаю для вас самую красивую.

– Спасибо, леди Арлина!

– Интересно, когда это будет? – не удержалась от реплики Мирилда, – вот уже три месяца прошло, а что-то тишина.

– Наверно потому что, у каждой женщины свое время для этого дела.

Я пригвоздила вредную старуху острым взглядом, про себя думая, что с такой бурной личной жизнью, как у меня с королем, я забеременею в возрасте Мирилды.

– Я вам дам траву затейника, ваше величество! Она помогает зачать моментально, уж поверьте мне! Мои две дочери появились, как раз от этой травы.

– Вы так меня выручите! – соврала я, сделав лицо, как будто только и мечтаю, что о наследнице. – Как поживают ваши дочери? – спросила я, не зная об их существовании.

– Нинетта уехала погостить к отцу. Как вы знаете, мы с ним в разводе, а Синота прекрасно себе поживает с мужем на землях Веси, скоро подарит мне внука.

Я хлопнула глазами, почему-то думая, что леди Арлине не более тридцати пяти лет, но выходило, что она была старше, если конечно не вышла замуж лет в пятнадцать.

– Я думаю нам пора ехать, Анариель! – хриплым голосом проскрежетала Мирилда. – Ливень прекратился, я чувствую себя неважно.

– Подождите моя дорогая, я принесу вам мазь, а королеве вулканический камень молодости. Обязательно попробуйте это чудо средство.

Леди Арлина побежала по скрипучим ступенькам наверх, пока кучер не забрал дарения для господ и не отнес их в карету.

Через несколько минут, я держала в руках милую корзину с подарками от Арлины.

– Увидимся на ярмарке и на званном вечере! Может быть, найду себе там нового мужа! – засмеялась Арлина и пожелав нам хорошего пути, затворила дверь, пока ее кеди не бросилась за мной вслед, дорывать мои туфли.

Небо расчистилось и лучи Сувара выглянули из-за туч.

– Заедем за сладостями на минутку, – вспомнила я, что хотела купить пирожных.

– К чему это все? Много сладкого есть вредно!

Мирилда скрючила в замок пальцы и укрыла ноги пледом, будто не она съела за раз несколько штук, в гостях у Арлины.

Решив промолчать на выпад, я отвернулась к окну.

Карета остановилась у маленькой лавочки, вывеску которой украшали рисунки пирожных и надпись «Кондитерская Алдоуса».

Алдоус немного опешил, увидев меня, видимо все-таки знал, как выглядит королева, расшаркался и собрал мне в корзину самые вкусные пирожные, не забыв положить эклеры с кремом и добавленной душицей, сказав, что они тают во рту.

После чего, я уже хотела забраться в карету, как увидела чуть поодаль лавочку леди Арисы. Накинув капюшон на голову, я зашла внутрь, рассматривая вышивания.

– Здравствуйте госпожа, чем могу вам помочь? – спросила милая женщина, поверх белого платья которой был надет фартук, с вколотыми туда иголками для шитья.

– У вас такие красивые вышивки! – похвалила я женщину, радуясь, что во мне не признали представителя королевской крови.

Мысль моментально осела в голове, как только я увидела ровные красивые стежки, так похожие на вышивания Анариель. Тут тоже были изображены животные и птицы.

– Я стараюсь вышивать также, как и наша королева, ну конечно мне до нее далеко. Ее вышивание славится на весь мир, – улыбнулась Ариса.

– Поверьте, ваше рукоделие очень красивое. Не могли бы вы мне продать с птицей и вот с тем синим цветком?

– Буду только рада!

Женщина взяла хрусткую бумагу и завернула туда небольшие полотна с вышивкой. Я радостно расплатилась и спрятала покупку под плащ, чтобы зоркая Мирилда не увидела мою маленькую хитрость.

Кто узнает, что это вышила не я? Никто!

Одной проблемой меньше!

В замок приехали быстро. Кучер гнал так, как будто опаздывал, что двери замка закроются и он не успеет к обедне.

Мирилда кряхтя и сопя, еле выползла из кареты, слегка покачиваясь и не сгибая ровной спины от усталости, поковыляла в сторону своих покоев.

Спросив у встречного слуги, не видел ли он короля, я прошла в сад, решив угостить его корзиночками.

Не знаю, с чего взялся этот порыв нежности в моем сердце, но почему-то захотелось проявить внимание.

Холодные льды характера Аглара, наоборот притягивали, борясь с доводами сердца, что в нем уже жил Максим и рано или поздно, я надеялась, что к нему вернусь.

Аглара я нашла в саду.

Он задумчиво сидел, опираясь локтем на колено и слушал, как девушка с темными волосами, отливающими синевой грозового неба, играла на музыкальном инструменте, чем-то напоминающем арфу. Ее тонкие руки, умело перебирали струны, пока одна нога, чуть обнаженная, обхватывала музыкальный инструмент, оголяя стройную щиколотку. Ее взгляд был прикован к Аглару.

Король и девушка, которая обычно сидела рядом с ним за ужином, не замечали никого вокруг. Аглар витал в своих мыслях на музыкальных волнах, а молодая и стройная особа, блуждала по лицу мужчины.

Даже как-то было не удобно разбивать такую идиллию, но мои ноги решили все за меня.

– Мой король, добрый день! Наслаждаетесь музыкой?

Аглар вздрогнул, выходя из своих дум, и девушка, играющая на музыкальном инструменте встрепенулась, вскакивая на ноги и опускаясь передо мной в поклоне.

– Да, музыка помогает мне отдохнуть, – квнул Аглар, вскидывая на меня брови, – вы где-то были?

– Навещала леди Арлину вместе с госпожой Мирилдой, а после, заехали в кондитерскую, – я улыбнулась, – вот это вам, решила подсластить ваши будни.

Аглар удивленно моргнул.

– Эрмина, ты можешь идти, увидимся позже. – Король посмотрел на девушку и та поклонившись удалилась, бросив на меня недовольный взгляд.

Я удивленно посмотрела на нее.

– Как мило с вашей стороны Анариель, – Аглар посмотрел в корзину, разглядывая пирожные, – Эклеры с ежевичным кремом, мои любимые.

Аглар взял одно пирожное и с удовольствием откусил.

– Нравится? – спросила я, первый раз за все время, видя как лицо Аглара разгладилось. Он с наслаждением жевал угощение.

– Они превосходны, благодарю!

– Сегодня был такой ливень, – решила я поддержать беседу, разговором про погоду. Когда не о чем говорить, обычно говорят о погоде, о плохом урожае и политике.

– Да, из зала совета я видел как небо разверзлось. Вы не намокли? -спросил Аглар, налегая на второй эклер.

– Нет, во время ливня, мы как раз пили каву у леди Арлины.

– Ваше величество, – из-за моей спины резко появился слуга, – вам срочное известие с земель Веси.

Прислужник протянул свиток и поклонился.

Аглар развернул письмо, быстро пробежал по строкам, немного нахмурился и отложил эклер обратно в корзинку.

– Суанские драконы очень любят наших ваков, – сдерживая раздражение, произнес Аглар.

– Что-то случилось?

– Ничего нового, увидимся за ужином, моя королева! – Аглар размашистым шагом покинул сад, оставив меня наедине с корзинкой и недоеденными пирожными.

Не пропадать же добру, доем сама!

В своих покоях, пока не увидела Эдолина, я развернула хрусткую бумагу, выудив оттуда вышивки, которые конечно же отличались от стараний Анариель, но были по-своему хороши. Если будут круглые глаза и вопросы, почему рукоделие отличается, можно будет свалить на отшибленную память и проблемы с конечностями.

Аккуратно подготовив все дарения, я сложила их в отдельный сундук и громко закрыла дверцу, радостно потирая руки. Одной заботой меньше.

Не прошло и часа, как Эдолина влетела в мои покои, пока я расчесывала свои длинные волосы переливающимся гребнем и мазала губы кораллового цвета мазилкой, найденной у себя на столе.

– Моя королева, беда!

Глаза девушки были похожи на два больших блюдца, руки дрожали, даже всегда идеальная коса растрепалась, как будто от быстрого бега.

– Что случилось? – удивленно ответила я, ни на грамм не представляя, что могло произойти.

– Король Аглар слег с хворью.

– Что?

Я вскочила на ноги. Еще каких-то пару часов назад, он бодро убегал от меня на длинных ногах, наевшись эклеров, а сейчас к нему прицепилась какая-то хворь.

– Отведи меня в его покои.

Покои короля оказались недалеко от моих. Всего лишь лестницей выше и занимали весь этаж жилого крыла замка.

Зайдя внутрь, я первым делом увидела столпившихся родственников с разными гримасами на лице. И самой опечаленной казалась Мирилда. Она тяжело опиралась на свою трость и сильно поджимала губы. Аенгрох плохо скрывал вдруг обрушившуюся радость, а сестра с окаменелым видом рассматривала Аглара, который, к моему ужасу, лежал на кровати и был покрыт мелкими и крупными пятнами розового цвета.

Он тяжело постанывал, пока над ним сгрудились королевские лекари, осматривающие пятна, трогающие голову и через силу открывающие рот.

Да, медицина тут была на нуле. Будешь умирать, а тебе только и будут делать, что тыкать в рот ложками и прикладывать притирки.

– Что с ним? – спросила я.

– Моя королева, – решил взять слово один из лекарей, – пока сложно сказать, чем вызвана сыпь и отек горла, но складывается мнение, что у него аллергия.

Я нервно сглотнула, чувствуя недоброе.

– Аллергия? На что?

– Мы и пытаемся выяснить, что он ел.

– Его могли отравить? – проскрежетала Мирилда, – мой бедный мальчик.

– Его сыпь не похожа на яд, госпожа.

– Тогда узнайте у стряпчих! – громко повелела женщина и даже стукнула тростью. – Чем они накормили его величество, что он весь покрылся этими красными лепешками! У него аллергия на орехи, имбирный корень, душицу и нут.

– Душицу? – меня моментально осенило и я чудом не покрылась красными блямбами, как и король, продолжающий постанывать от боли и жара. Душица была в эклерах. Я закусила губу, как показалось до крови и несмело взглянула на Мирилду. – Кажется, душица была в пирожных, которые я купила в кондитерской Алдоуса.

– Я так и знала что не надо было покупать никакие пирожные, мое сердце чувствовало беду!

Мирилда всплеснула руками и трость вывалившись, громко брякнула об пол.

– Я не знала, что у короля аллергия на эту траву.

– Если с ним что-то случится по твоей вине, это будет караться как измена и предательство! – прошипела женщина, злобно зыркнув на меня.

– Бабушка, вы перегибаете палку! Королева могла не знать, что у Аглара аллергия, – вступился за меня Аенгрох.

– А что она вообще знает, просиживая в своих покоях за бездельем? -продолжила распаляться Мирилда. Ее лицо покраснело и перекосило, как перед надвигающимся инсультом. Оставалось надеяться, что она не помрет прямо сейчас, а то меня обвинят в том, что я умышленно умертвляю всех членов семьи.

Азора ехидно улыбнулась, радуясь моему фиаско.

– Главное, что мы знаем отчего у него аллергия. Настой из пиона с чередой черной, снимет отек и избавит от красноты за пару дней, а сейчас господа, королю нужен покой, – закончил смуту лекарь.

– Я останусь с ним, – чувствуя вину, добавила я.

– Ни в коем случае! – Мирилда стала похожа на горгону Медузу. Один взгляд в ее сторону и окаменеешь навсегда. – Я посижу с королем, пока не увижу что ему лучше.

Осталось убраться восвояси, бросив опечаленный взгляд на короля, мечущегося в горячке. Аенгрох хотел нагнать меня, но я быстро скрылась из вида, боясь, что если он будет приставать, просто сорвусь на него или отравлю пирожным. Тем более, практика у меня уже была.

Злясь и покрываясь стыдом, я металась по своим покоям, не находя себе места.

Надеюсь, король поправится, иначе Мирилда скормит меня своему питомцу.

Кстати, пока она не решила это сделать, нужно с ним разобраться.

Вечером ужин разнесли всем в покои. Так повелела Мирилда, которую все же выпроводили в свои комнаты, ухаживать за растениями и передохнуть. Острый приступ мигрени свалил сварливую старуху, освободив мне вход в комнаты короля.

С одной стороны, мне было забавно, что не успев попасть в замок, я умудрилась свалить короля с аллергией, но с другой стороны, мне было скверно, что человек, который казался холоднее айсберга, страдал из-за меня.

В покоях короля стояла тишина, чуть подсвеченная тусклыми кристаллами. В кресле посапывал лекарь, оставленный наблюдать за состоянием самой главной особы королевства.

Я разбудила его своим присутствием, сказав, что побуду с королем некоторое время.

Аглар спал. На его лице бледнели розоватые пятна, жара больше не было и поэтому, король мирно посапывал на больших узорчатых подушках. Его волосы аккуратно обрамляли спокойное лицо. На миг, я засмотрелась на молодого мужчину. Его холодность играла со мной злую шутку, притягивала, и я кусая губу, ругала себя за такие мысли.

Ну вот, что ему не спать спокойно со смотрящим за ним лекарем, нет, приперлась глазеть как партизан, на человека, с которым у меня политический брак.

За моей спиной скрипнула дверь и в дверном проеме, я увидела девушку игравшую на арфе в саду.

Видимо, она не ожидала, что я буду здесь и уставилась большими глазами.

– Моя королева! – она вошла в покои, опустила глаза и поклонилась, – простите, не ожидала, увидеть вас тут.

– И почему ты так удивлена? Я его жена и имею права видеться когда хочу, – ответила я, удивленно рассматривая наглую визитершу, – мне больше интересно, что ты здесь забыла?

– Прошу меня простить, – она открыто посмотрела мне в глаза, совершенно не смущаясь. Откуда у молодых девиц столько наглости? – У меня болело сердце из-за короля. Ему лучше?

– Ему лучше, а теперь иди, ночь на дворе!

Она хотела спросить еще что-то, но видимо мой недовольный вид, заставил ее закусить язык и сделав подобие реверанса, девушка тихо закрыла дверь, скрывшись из вида.

Проходной двор устроили!

Завтра спрошу у Эдолины, что это за девушка?

В свете тусклых кристаллов, было сложно рассмотреть все углы больших покоев короля, но сразу же бросались в глаза окна в виде арок, пущенные по всему периметру.

Вздохнув, я присела рядом с Агларом, совершенно не понимая, что я тут делаю.

Сначала, я подумала, что мне послышался звук, зудящий, как у надоедливого насекомого.

Он жужжал у окна, приближался ближе, замолкал и начинал вновь.

Я поднялась с кровати, и идя на звук, увидела небольшую круглую муху. Сначала я подумала, что это брошка, но украшение не могло издавать жужжание и кружиться как заведенное на одном месте.

Я взяла ее в руку и рассмотрела со всех сторон.

Крылышки маленькой букашки переливались зеркалами. Найдя на столе шкатулку, где лежали какие-то безделушки, я высыпала содержимое и положила туда букашку. Она завозилась, заскрипела механическими ножками, после чего наступила тишина.

Глава 8.

– Эдолина, ты случайно не знаешь, что это за девушка, забыла ее имя, – я на минуту задумалась, пока служанка сооружала на моей голове прическу, вплетая в волосы шелковую нить, – она играет на арфе.

– Это Эрмина, моя королева, двоюродная внучка госпожи Мирилды. Пару лет назад, она лишилась родителей и добрая женщина взяла ее под свое крыло. Сначала, ее хотели отправить на обучение в дом благородного воспитания, что находится в Хрустальном городе. Там дают чудесное образование девушкам, – Эдолина вздохнула, – но случилось так, что ее музыкой проникся король Аглар и она до сих пор тут, обучается у местных ученых мужей и дам.

– Скажи мне честно, король питает к ней чувства? – не удержавшись спросила я.

Эдолина вспыхнула и опустила глаза.

– Как я могу обсуждать такое, ваше величество?

– И все же, мне кажется, ты что-то знаешь! – решила я дожать девушку. – Не бойся, ты можешь мне просто рассказать, в этом нет ничего страшного.

Эдолина смущенно вздохнула.

– Поговаривают, что король Аглар питает к ней любовные чувства, – прислужница совсем покраснела, – но это могут быть всего лишь слухи, не более того, моя королева.

В зеркале я увидела свое лицо, жаль только пятнами не пошла.

Мне почему-то очень не понравилось открытие про любовницу!

– В королевстве король имеет права заводить любовницу? – решила я доконать себя и служанку, резво натягивая на пальцы сверкающие кольца.

– Официально нет, моя королева, но всегда из века в век, говорят так было. Часто заключались брачные контракты, в которых не было чувств, но это вас конечно не касается!

Эдолина кротко улыбнулась, решив сгладить удар.

«Ну конечно, меня это и не касается!» – злобно подумала я. Захотелось задушить Эрмину, а Аглара закормить пирожными с душицей, чтобы не повадно было разводить срам.

В настроении устроить скандал, я взяла шкатулку с механической мухой, решив навестить Аглара.

Конечно, я чувствовала вину за то что король пострадал, но его вина казалась сильнее. Не просто так, и я не побоюсь сказать об этом еще с десяток раз, Анариель завела любовника, когда муж устраивает наглые вылазки в чужую постель.

В покои короля я влетела чуть не выбив дверь, которая громко громыхнула об стену.

Аглара в постели не оказалось. Наоборот, он сидел за своим большим столом, внимательно изучая документы. Его лицо больше не пестрело розовыми аллергическими пятнами.

Мужчина казался бодрым, выспавшимся и довольным. Его голубой сюртук, идеально сидел на стройной мускулистой спине.

Рядом на подносе дымилась кава, а в тарелке красовались профитроли.

– Аглар! – я слегка поклонилась королю и подошла ближе.

– Анариель, доброе утро! – он удивленно поднял на меня голову, слегка откидываясь на спинку удобного стула.

– Как ваше самочувствие сегодня? Вижу, вам стало лучше!

– Как видите, аллергия покинула меня быстро, почти не оставив следов. Чем обязан такому раннему визиту?

Аглар окатил меня утренним холодом, дабы я особо не расслаблялась.

– Во-первых, прошу прощение, ведь это я причастна к тому, что случилось с вами.

– Вы не знали, что душица вредна мне, поэтому не стоит утруждаться в извинениях. Анариель, это всего лишь случайность. – Аглар окинул меня быстрым нетерпеливым взглядом. – Если вы не против, побеседуем позже, государственные дела не ждут.

– Вас учили быть таким холодным на каких-то специальных курсах? – слова вырвались быстрее, чем я успела о них подумать, – может, есть какая-то специальная академия, где учат манерам, как вести себя, не показывая ни капли эмоций и чувств?

– Мне кажется или вы встали не с той ноги, Анариель?

Аглар удивленно вытаращил на меня свои голубые глаза.

– Нет, как раз с той, я обычно всегда встаю на левую, а с какой обычно встаете вы? Мне кажется, обычно путаете нужную, поэтому всегда в одном и том же настроении. Или быть может, это настроение, касается только меня, милый король?

–Тогда, если вы встали с той ноги, может быть, вас кто-то укусил? Поэтому, вы так разъерепенились, как обозлившаяся кутья? – глаз Аглара коснулась улыбка. Он смеялся надо мной, обзывая не понятным названием.

– Кутья? – я возмущенно воскликнула, – ну вы право наглеете, Аглар.

Я развернулась на каблуках, не удостоив наглеца поклоном и в дверях вдруг вспомнила зачем пришла.

– Что-то еще, Анариель? – гортанно произнес король, одарив меня холодом смеющихся глаз.

– Вчера, пока вы лежали без чувств, я заходила навестить вас, – я поставила шкатулку перед лицом мужчины и открыла, – сначала я подумала, что мне почудилось, но потом я разглядела вот это странное существо.

Аглар даже приподнялся, рассматривая маленькую муху, похожую на брошку.

Она моментально ожила, стоило открыть крышку, зажужжала и переливаясь зеркалами на крылышках, стала медленно двигаться в разные стороны.

Мужчина осторожно взял в руки странное создание, преподнес к глазам и внимательно осмотрел. Его взгляд моментально стал холоднее льда и тяжелее стали.

Он положил чудо техники на стол, перевернул и осторожно вынул пружину, после чего та пару раз скрипнула и заткнулась.

– Что это Аглар? – спросила я, позабыв о недавней разборке с королем.

– Если я правильно думаю, – мужчина посмотрел мне в глаза, – шпионские игрушки, вот только чьи?

Король взяв в ладонь механическое создание, быстро вышел из покоев, преодолев их за несколько шагов, своими длинными стройными ногами. Я решила пойти за ним.

Услышав мои шаги за спиной, Аглар повернулся.

– Идите в свои покои Анариель. Я выясню что это и потом расскажу.

– Что вы мне все время указываете, что мне делать Аглар? – начиная снова злиться, ответила я, – это я нашла эту штуку, поэтому имею право узнать тоже.

Аглар вымученно вздохнул, понимая, что в этой битве он проиграл.

Мы прошли в сторону нежилого крыла, вместе с чеканящей шаг стражей. Порой, от них было столько шуму, что начиналась мигрень.

Пройдя несколько десятков ступенек и не только запыхавшись, но и отругав себя за желание пойти вместе с королем, в самую высокую башню замка, мы наконец, остановились у одной из дверей.

Король вошел первый, я последовала за ним, моментально попав в темноту. Глаза привыкли и я увидела небольшую круглую комнату. Из грязных, по ощущениям никогда не мытых окон, кое-как пробивался дневной свет. Паутина висела на стенах, покрывая каменные своды плотным слоем. Пахло машинным маслом и затхлостью, въевшейся в стены.

В стороне стояли пара кроватей, с проваленной серединой чуть ли не до самого пола, а посередине комнаты возвышался большой стол, на котором лежали всякие механические детали, груды пружинок, кнопочек и светящие кристаллы. В комнате было двое человек, приземистый мужчина с небольшим горбом и юноша. Оба были наряжены в замусоленные от времени кожаные фартуки. Когда мы вошли, они посмотрели на нас через увеличительные стекла, надетые на глаза. Я прыснула со смеху, но вовремя закусила губу. Похожи они были на больших глазастых мух.

Увидев короля, ну и меня с главой королевства, они низко раскланялись, но король не ожидая продолжения поклонов, пожеланий доброго утра, тут же сунул под нос старшему механическую штуку.

– Драгомат, вот эту вещицу, королева обнаружила в моих покоях!

Аглар нагнулся к столу, вместе с двумя мужчинами. Я последовала тому же примеру, сунув нос в сторону интересного создания.

Мужчина перевернул существо, подтолкнул пальцем пружинку и муха снова ожила, поворачиваясь из сторону в сторону, мелькая глазницами зеркал на крылышках. Драгомат щелкнул снова по пружине, пока муха обездвижено не замерла.

– Мой король, я бы хотел изучить сей странный предмет получше, но уже сейчас могу предположить, что видел такие поделки на рынке в землях Браса. Их местные чародеи, активно продавали таких насекомых, как следящие и записывающие предметы. – Он поднял взгляд на Аглара. Король сжал кулаки и в темноте заваленной хламом комнаты, показался устрашающим.

– Так значит это Ватра. Не зря ходят слухи, что чародей давно замышляет что-то не хорошее.

Я неожиданно кашлянула, покрываясь испариной и все посмотрели на меня такими лицами, будто только что меня увидели.

– Не будьте так уверены, мой король, – продолжил Драгомат, – такие штуки я видел на Геле, когда обучался в высшей технической академии. Мы делали что-то похожее, но не закладывали внутрь запоминающий, видящий или записывающий кристалл. Ученикам, это было запрещено.

– Гелийцы? Не думаю, что они захотят напасть на нас. Наш мир им давно не интересен. Они погрязли в инструментах своего технологического мира.

– Возможно ли, что им понадобились наши земли? Я слышал, что они полностью застроили все своими городами!

– Я знаю Драгомат, но почему-то не думаю, что гелийцы способны на это, в любом случае, конечно не отрицаю.

– Я повожусь с этой штукой, ваше величество!

– Я буду признателен тебе, если ты создашь такие же за короткий срок, – задумчиво добавил Аглар, – наши поданные правители получат по такому же подарку, когда приедут в наш город. Попробуем узнать, кто хочет нас предать.

Аглар обернулся и посмотрел на меня, слушающую разговор мужчин. – И не забудь о чем я просил тебя, это важно. Мы должны беречь наш артефакт, а в дни приезда гостей, еще сильнее.

– Как скажете мой король, я сделаю все от меня зависящее, – Драгомат поклонился.

– Так значит, за нами следят? – спросила я, догоняя Аглара по лестнице. Он шустро спускался вниз, громко стуча каблуками своих сапог.

– Попрошу оставить это между нами, королева! Возможно и в нашем замке есть шпионы, среди наших поданных. Вы же понимаете, что это не шутки?

– Конечно Аглар, не стоит так разжевывать мне все, будто кроме вышивания я больше ничего не понимаю! Конечно, все останется между нами!

Что за человек? Иногда хочется вцепиться ногтями ему в рожу.

В ответ Аглар окатил меня холодным взглядом, после чего желание вцепиться, стало только сильнее.

– Мой дорогой внук!

Навстречу нам, стуча тростью об пол, плыла Мирилда. Рядом с ней шествовали Азора и конечно же, Эрмина. Они излучали полное сплочение и семейные узы.

Все трое были одеты в плащи разных оттенков голубого.

– Почему ты поднялся с постели? Ты еще очень слаб! – прокаркала женщина, протягивая руку. Аглар коснулся ее поцелуем, пока остальные две одарили нас поклонами.

– Я уже здоров и полон сел, не волнуйтесь бабушка!

– Ты отругал королеву, за чудовищный поступок? Она чуть не лишила нас короля! – выплюнула Мирилда, окатив меня ушатом презрения. За ней последовали и остальные.

«Я сегодня точно кого-нибудь прибью!» – подумала я, делая лицо непроницаемым.

– Вы преувеличиваете бабушка! Анариель не имела злого умысла, она просто не знала всех подробностей, касающихся моего правильного питания, – спокойно ответил Аглар.

Мирилда недовольно вздохнула.

– Конечно, куда ей знать, она живет здесь всего лишь некоторое время, – колко подчеркнула старуха. – Не обучена ни знаниям, не манерам!

Азора ехидно улыбнулась, а Эрмина насмешливо посмотрела на меня, но быстро опустила глаза вниз, видимо испугавшись, своей наглости.

– Вы куда-то собрались? – решил переменить тему Аглар.

– Сегодня же молельный четверг! Пойдем поставим кристаллы за твое здоровье! – улыбнулась Мирилда. – И вам королева, не стоит пренебрегать этим днем.

Женщина сжала губы и замерла, в ожидании ответа.

– У нас с королем были дела, – между делом, ответила я, касаясь плеча Аглара и широко улыбнувшись, обвила трио взглядом. По лицу Эрмины пробежала недовольная тень и на секунду миловидное лицо окрасилось гримасой. Аглар напрягся, почувствовав мое прикосновение, но вида не показал. – Но сейчас, я конечно же присоединюсь к вам дорогие, только возьму свой плащ.

Поклонившись королю, я медленно пошла в свои покои.

Ничего, пусть подождут, потопчутся!

Пока Эдолина доставала мне плащ, лежащий в одном из сундуков, я медленно прожевывала виноградину за виноградиной, совершенно никуда не торопясь.

Накинув жемчужного цвета одеяние, я снова никуда не торопясь, считала поворот за поворотом, пока за мной тащились стражи.

В большом хрустальном зале, троица топталась, недовольно глазея по сторонам, а потом состроив безрадостные лица, облегченно вздохнула.

– А вот и я!

– Вы очень медлительны, ваше величество! – недовольно вздохнула Азора.

– Да? Мне показалось, что я быстро!

Я махнула рукой и прошла вперед, как велели традиции.

Выйдя из замка, нас ожидали две летающие платформы, с раскиданными мягкими подушками заместо сидений.

– Мы полетим на них? – уточнила я.

– Можно пешком, но госпожа Мирилда не в силах спуститься к молельному дому по крутой лестнице, а на дирижабле ее укачивает, – разъяснила Эрмина, поддерживая женщину, по виду которой, наоборот можно было сказать, что она обскачет всех быстрее по крутой лестнице и даже не охнет.

– Я и этой технике не доверяю. Кто придумал эти летающие штуковины? А если она упадет?

– Ну значит мы разобьемся, – печально вздохнула я, усаживаясь на подушки, рядом с Азорой. На другую платформу посадили Эрмину и Мирилду. Последняя вцепилась в руку девушке мертвой хваткой.

Стражи встали на платформу и летающая машина медленно поднялась вверх и покатила по воздуху, разметав полы плаща в разные стороны.

Пролетев недалеко от грохочущего водопада, платформы медленно, на черепашьей скорости, покружили рядом с молельным домом и плавно приземлились на землю, прямо у входа.

Молельный дом, казался вросшим в гору. Его длинные цилиндрические своды уходили вверх, образуя пирамиду. На окнах синим цветом отображался символ артефакта воды.

Мирилда охнув, встала с подушек и наша процессия, зашла внутрь помещения.

Синий свет от кристаллов разливался в помещении, соединяясь гранями, касался стен. В высоких сводах дома, раздавалась песнь, эхом разбегающаяся по всем углам.

У алтаря, в виде большого синего кристалла, сделанного из прозрачного стекла, стояли несколько прихожан и молельщиков. Одна рука лежала на груди, в области сердца, а другой касались кристалла.

Один из молельщиков, увидев наш квартет, с миролюбивым видом подошел к нам. Его длинная кипельно-белая сутана шуршала по полу, подпоясанная синим поясом, с кисточками на концах.

Белые волосы, разъединялись на ровный, словно по линейке вымеренный пробор и вокруг головы была обвязана лента, с маленьким камушком, изображающим артефакт земель.

– Моя королева, госпожи! – мужчина миролюбиво сложил руки на груди и поклонился, – рад вас видеть в молельный четверг.

– Благодарю Мирэль! – ответила за всех Мирилда. – Мы пришли помолиться за короля, вчера он прихворнул из-за одной глупости.

Она когда-нибудь замолчит?

Я тихо вздохнула.

– Надеюсь, ему уже лучше? – пережевательно спросил молельщик.

– Все уже хорошо, дорогой мой друг!

Мирилда одухотворенно улыбнулась.

– Здравия и сил королю Аглару!

Бабушка короля кивнула и со знанием дела, прошла внутрь молельного дома. Подойдя к длинной полке, она взяла синий кристалл, тоже самое сделали Азора с Эрминой, ну и я.

Положив одну руку на грудь, а другую на кристалл, женщины замерли, видимо, о чем-то молясь.

Их кристаллы начали постепенно разгораться, наполняясь синим сверкающим светом.

Мой же кристалл, мертво пялился на меня темнотой.

Я закрыла глаза, нервничая, что мой не разгорается, подумала о доме, о папе и маме, по которым сильно скучала, о Максиме и почему-то об Агларе. Последнее, мне совершенно не нравилось. Это было неправильно! Отгоняя раздражение, я открыла глаза, увидев, как мой кристалл разгорелся ярче других, мне показалось, что он даже завибрировал.

Все вокруг замерли разглядывая яркий свет моего кристалла. Мирилда даже зажмурилась. Кристалл продолжал вибрировать и испугавшись, как бы его не разнесло по молельному дому, я отняла от него руку. Сияние тут же стихло, превратилось в бледный свет, пока совсем не исчезло.

– И о чем же вы так сильно молились, ваше величество?

Сарказм так и лился из рта Азоры.

– Естественно, за здравие своего мужа, дорогая Азора! – улыбнувшись ответила я, бросив короткий взгляд в сторону Эрмины. – Мы прекрасно провели утро вместе. Молилась, чтобы каждое утро было таким же прекрасным.

Эрмина опустила глаза, плохо скрывая недовольную мину на лице и помогла встать Мирилде.

– Я хочу пожелать и тебе Азора, чтобы каждое утро вставать в хорошем настроении, – добавила я, – кстати, почему ты не выходишь замуж? Твой возраст давно позволяет тебе это сделать!

– Вы так желаете отправить меня подальше из замка? – тряхнув темными волосами, ответила сестра короля, пока мы шли к свободным лавкам, выставленным по всему периметру молельного дома.

– Ну почему же? Я думаю, лишь о твоем счастье.

– Подумайте лучше о своем, дорогая королева, а то не ровен час, сегодня королева вы, а завтра, это место может занять кто-то другой!

Недобрая улыбка коснулась моего лица.

– Ты так заботлива, дорогая Азора, приму к сведению твои слова!

Мы сели на лавку, потеснив Эрмину, которую держала за руку Мирилда.

Несколько молельщиков создали в центре круг и держась за руки запели длинную песнь, пока главный молельщик обходил каждого прихожанина, касался его головы мокрой рукой, которую периодически окунал в глубокую чашу. Прозрачная вода коснулась и моего лба и холодная капелька заструилась по щеке, касаясь подбородка.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.