Одержимый собой
Карина Сенн

© Карина Сенн, 2022

ISBN 978-5-0059-0137-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Одержимый собой»

Описание:

Дейл Эверис начинающий писатель. Провинция, нелюбимая работа— всё это однажды заставляет его переступить черту и начать новую жизнь, в которой будет лишь он и его творчество. Алчность и конкуренция, деньги и внимание. Готов ли Дейл, во имя желанной известности и наперекор своей совести, начать жить по новым, жестоким правилам? Сможет ли он, как и мечтал, стать кумиром многих, поражая людей словом, открывая им глаза на правду в своих книгах, или же его погубит банальная одержимость собой?

Содержание

1 глава…………………………………………………3
2 глава…………………………………………………16
3 глава…………………………………………………33
4 глава…………………………………………………55
5 глава…………………………………………………70
6 глава…………………………………………………81
7 глава…………………………………………………96
8 глава…………………………………………………121
9 глава…………………………………………………140
10 глава………………………………………………..158
11 глава………………………………………………..171
12 глава………………………………………………..190
13 глава………………………………………………..209
14 глава………………………………………………..225
15 глава………………………………………………..235
16 глава………………………………………………..256
17 глава………………………………………………..269
18 глава………………………………………………..283
19 глава………………………………………………..297
20 глава………………………………………………..307
21 глава………………………………………………..318
Эпилог…………………………………………………325

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Быстрый стук пальцев по серой клавиатуре. Под его ногами были белые плиточки. Чёрный стол, исписанная салфетка. Он поднёс чашку горячего шоколада к губам. Уже давненько съел своё тирамису. В уютной кофейне с панорамными окнами Дейл Эверис был один. Две официантки сидели за барной стойкой и о чём-то оживлённо шептались, кидая смешки и быстрые взгляды на единственного постоянного посетителя. Звук дождя, бьющегося о стекло, смешался с тихой музыкой внутри заведения. Дейл не слышал её – он сидел в наушниках и писал новую главу своей новой книги.

Начало августа, вечер, на улице начинало темнеть. Он жил в шумном Нью-Йорке, что ни дня не мог без суеты, уже целый год. Годовщина этой даты прошла несколько дней назад.

Дейлу двадцать четыре года. В своём родном провинциальном городе, что находился за тысячу километров от его нынешнего дома, он работал в банке. Жил в съёмной квартире, каждый вечер заказывал пиццу и смотрел комедийные телешоу по маленькому телевизору. Однажды Дейл чуть не женился, но вовремя понял, что девушка, с которой он собрался было связать свою жизнь, совершенно не подходит ему. Можно сказать, он был неудачником, что носит одну и ту же серую футболку, испачканную кетчупом, и «заседает» в местном баре каждую пятницу. Единственным развлечением Эвериса была его записная книжка – в ней он писал короткие приключенческие, детективные истории. И озарение пришло лишь во сне: Дейл увидел своё будущее, каким бы оно могло стать, опубликуй он свои труды. Его первая книга вышла в свет несколько месяцев назад. Именно тогда он решил, что переезд в большой город – самое лучшее решение в его жизни.

– Больше возможностей, – перечислял он матери, – больше хороших издательств.

– Не думай, что сможешь переубедить меня. Это плохая идея, – седая женщина крутила головой, помешивая суп из моллюсков. – Столько лет проработать банкиром… – Дейл сел за стол, наблюдая за матерью. Его отец отправился на рыбалку со своим старым другом, они дружили с начальных классов. – Бросишь свою работу, дом…

– Это съёмная квартира. Я ничего не теряю.

– А работа? – спросила она, поднимая глаза на сына в серой футболке.

– А что работа? Найду новую. Не слишком я держусь за это место.

– Правильно, – женщина махнула рукой. – Ты хочешь быть писателем, – она скептически относилась к идеям сына. – Знаешь, сколько их? Этих писателей…

– Ты просто не веришь в меня… Я прав?

– Нью-Йорк – город не для тебя.

– Но почему? – вскочил он со стула, разводя руками. На светлой кухне стоял превосходный запах, у него разыгрался зверский аппетит.

– Потому что это шумный город. Слишком быстрый для тебя, – она сунула ложку в рот, пытаясь распробовать вкус, а затем отложила её на стол и помыла руки. – Боюсь, ты можешь не поспеть за его ритмом. И вообще, большой город портит хороших людей.

– Понятно, – Дейл медленно прошёлся по кухне, опустив голову.

– Куда ты? Даже не останешься на ужин?

– Что-то пропал аппетит, – солгал он. Дома его ждала вчерашняя недоеденная пицца.

Парень грустно вздохнул.

– Ну вот. Теперь ты обиделся, – его мать развела руками. – Давай-ка присядем.

Они прошли в гостиную и сели на бежевый полосатый диван.

– Ты вообще читала мою книгу? – спросил он, Дейл распечатал свой текст, что уже больше недели лежал в родительской спальне.

– Конечно, ты ведь просил…

– И как? – она замялась, отводя взгляд. – Ты что, издеваешься? – возмутился Дейл.

– Да нет же! Нет. Твоя книга довольна сумбурна.

– Это плохо? – спросил он. Дейл писал год, подолгу обдумывая каждое своё высказывание.

– Я не знаю, у людей разные вкусы. Кому-то может не понравиться, и ты должен быть готов к этому.

– Но тебе понравилось? – он начал сомневаться в её искренности.

– Я не любитель детективов, сынок, но ты хорошо постарался.

– А главный герой? – не унимался парень, ему хотелось услышать всё.

– Не Шерлок Холмс, но сойдёт… Дейл, послушай, – женщина положила руку ему на плечо и аккуратно начала говорить, – даже хорошие писатели живут на копейки. Тебе придётся совмещать, постоянно работать. И разве это не похоже на твою жизнь сейчас? Зачем создавать проблемы? Ты можешь писать в этом городе.

Но сколько бы Дейл не пытался рассказать ей или отцу об этой идее, наглухо засевшей в голове, никто не хотел поддержать его. И находясь в самолёте, парень всё вспоминал тяжёлые вздохи родителей, их отрицание и обесценивание этой идеи. Он уехал, никому не сказав. Ушёл с работы, собрал чемоданы и сел на самолёт. В аэропорту, по прилёте, его встретила глубокая летняя ночь, а огни живого города сопровождали всю дорогу. Именно тогда, сидя в жёлтом такси, проезжая мимо высоких переливающихся зданий, Дейл понял, что попал домой.

– Вам нужно что-то ещё? – парень отвёл взгляд от яркого монитора, на котором появилась пара новых страниц, и посмотрел на официантку. Это была высокая худая девушка с длинным шрамом на правом колене и чёрными волосами, зализанными в тугой высокий хвост.

– Моккачино, – быстро проговорил Дейл, и его пальцы вновь забегали по клавиатуре. – Два моккачино, пожалуйста.

– Будет сделано, – с улыбкой ответила официантка, что ещё пару минут назад перекидывалась колкими фразочками за барной стойкой. Она не уходила, а Дейл совершенно не обращал на неё внимания.

– Вы ведь писатель? – осторожно спросила девушка, присаживаясь напротив. – Дейл Эверис?

– Вы угадали, – он надеялся, что на его щеках не вспыхнул румянец.

– Я лишь хотела сказать, что вы очень интересно закрутили сюжет в «Двойниках».

– Спасибо, – он откинулся на спинку дивана, сложил руки на груди и просверлил её восхищённым взглядом. Конечно, его мать была неправа! Жизнь в большом городе пошла ему на пользу. Пусть за окном сейчас был серый вечер, яркие люди всё равно умудрялись скрашивать каждую его секунду. Да, за этот год он повстречал много интересных личностей, особенно ему понравился день, когда он набрёл на небольшую группу театралов, что пытались отрепетировать сценку рядом с колючим ограждением. Их интерес к Дейлу возрос, когда они услышали его фамилию. Один из этих ребят видел его книгу на витрине книжного магазина, а сейчас сам автор стоял перед ними, к тому же они приняли его за ровесника, хотя самому старшему из них не было и двадцати. В тот вечер он взглянул на их текст «профессиональным» взглядом, сделал пару поправок, дал незначительный совет, а затем, на закате, они выкурили косяк и разошлись по домам.

Помимо ярких личностей, конечно же, он встречал обрюзглых зануд, но Дейл старался не заострять внимание на невзрачных людях, потому что раньше он принадлежал к их числу, и теперь всё то, что осталось в прошлом, было противно ему и лишь наводило ненужную тоску. Сейчас же он – совершенно новый Дейл – смотрел на миловидную девушку, что только что положительно оценила его творчество, и уже понимал, что она начинает постепенно нравиться ему.

– Можно попросить…

– Фотографию? – закончил он, видя, как её губы начинают выговаривать это слово. Она вновь расплылась в улыбке и неловко кивнула головой. – Конечно, – он собрался подвинуться к окну.

– Нет-нет! – девушка махнула рукой другой официантке, и та мигом бросилась к их столику.

– Здравствуйте, мистер Эверис, – вторая выглядела настолько незрело, что казалось – она работает здесь сразу после уроков в школе. Девушка шустро пролезла между ним и столиком, разместилась возле окна, распустила длинные волосы и прижалась к начинающему писателю. Вторая же установила телефон на столе, подпёрла его невысоким цветком в белом горшке и, сняв бейджик с именем, положила голову на его плечо. К слову, он всё это время так и сидел – в тёмно-сером пальто с разными круглыми нашивками на рукавах. Они сделали пару фотографий.

– Извините, что отняли у вас время, – он хотел было возразить, ведь всё же это внимание было приятно ему. – Ваш моккачино сейчас будет готов, – девушка неохотно встала из-за его стола, собрала волосы и скрылась за стойкой. Вторая всё ещё стояла над ним, не сводя взгляда.

– Ещё я хотела сказать, что… – она отдышалась, взяв себя в руки. – Хотела сказать, что, несмотря на то, что «Кемпинг под землёй» Мэтью Уокера признали лучше, я считаю, что ваша книга куда интересней и запутанней. Она заставляет задуматься о многом, – после этих слов официантка поспешила удалиться.

Ох уж этот Мэтью Уокер и его чёртов «Кемпинг под землёй» Книга, совершенно лишённая логики и не имеющая ни одного запоминающегося персонажа. Дейл раздражённо закатил глаза, вспоминая его последний разговор с Мэтью в книжном клубе.

«– Не переживай ты так», – говорил тот. – Возможно, мы с тобой чем-то похожи. Это наши первые книги, и выпустили мы их почти в одинаковые сроки. Просто так бывает. Кто-то справляется лучше другого, но и твоя книга найдёт своего читателя. Поверь, – он издевался, самодовольно улыбался, хлопал его по плечу. – Писать я начал, будучи мальчишкой, мне удалось перенять много опыта у знакомых моей семьи, что знали писателей. Плюсом – хороший университет за спиной, – держа бокал в руках, Дейл имел сильное желание плюнуть ему в лицо. – Не думай, я не осуждаю тебя за отсутствие нужного опыта. Я понимаю, что это тяжело. Переезд из глубинки… Ходят слухи, что и семья твоя не очень-то эту идею поддерживала… – Мэтью покачал головой, устремив взгляд в пол. – Но ты справился, – театрально поднял жалостливые глаза, а затем резко изменился в лице, когда к нему подошла блондинка и попросила автограф. – Извини, Дейл, хорошие плоды приносят популярность.

– Да подавись ты своей популярностью, – тихо, в свой бокал, отворачиваясь от Мэтью, прошипел Дейл. Эта встреча никак не выходила из его головы. Благо он ещё нескоро увидит это вытянутое, затыканное уколами лицо.

И сомнений быть не могло: книга «Двойники» была куда лучше книги «Кемпинг под землёй». И официантка, что только что принесла ему моккачино, была прямым доказательством этого.

По мокрому тротуару проплывал прозрачный туман, что останавливался у окна, ударяясь о толстое стекло кофейни. Сегодня в голову Дейла не пришло ничего нужного. Он смог написать лишь одну главу. Лишь жалкие восемь страниц. День, потраченный впустую. И только одно его утешало – впервые с ним попросили сфотографироваться. Пусть это и было неловко для всех троих, тем не менее это согрело его в прохладный августовский вечер.

Ещё минут тридцать он просидел в наушниках, пытаясь набрать хотя бы несколько абзацев, соседние столики постепенно переставали пустовать. Посторонние звуки перебивали музыку в голове, поэтому он взглянул на время и проверил свой телефон, что, оказывается, был в беззвучном режиме всё это время. Несколько пропущенных от некой Гарриет. С этой девушкой он познакомился пару месяцев назад, и сейчас они вместе снимали квартиру. Она работала медсестрой и попросила его перезвонить ей прямо сейчас.

– Куда ты пропал? – спросил обеспокоенный женский голос из телефона.

– Прости, Гарри. Я работал. Не мог ответить, – парень выключил ноутбук, поправил воротник пальто, вглядываясь в окно. Дождь закончился, а в лужах отражались уличные фонари.

– Знаю я, как ты работаешь… Дейл, ты опять сидишь в той кафешке? – грозно спросила она, он беззвучно выругался, потирая переносицу, её голос смешался с рёвом машин.

– Ты тоже ещё не дома, в такое-то время. Ах, Гарри, мы ведь договаривались: никаких поздних смен.

– Я задержалась сегодня, купила на ужин твои любимые…

– Тебе что-то нужно от меня, или я могу продолжить работать? – перебил он.

– Да, нужно, – спокойно произнесла девушка, она привыкла к его вечному отсутствию, изменчивому настроению и прочим тараканам в его голове. – Мне нужно, чтобы ты вернулся домой.

– Зачем? – он и так собирался, но при этом всё равно был недоволен этой просьбой.

– Я забыла ключи.

– Боже, – он запрокинул голову на спинку дивана.

– Я на улице стоять буду? Живо поднимай свою задницу, Дейл, и тащи её домой! – прижав телефон к уху, парень достал кошелёк, вложил деньги в небольшую кожаную папочку, оставив неплохие чаевые, и взглянул на официантку с высоким хвостом. Она тут же бросилась к нему.

– Уже выхожу, не возмущайся, – не дождавшись ответа, Дейл убрал телефон в карман, и вышел из-за стола.

– Приходите ещё! Мы всегда будем рады вашему присутствию в нашей кофейне.

– Я обязательно вернусь, как и всегда, – он подмигнул девушке и собрался было развернуться в сторону выхода, как услышал один странный вопрос.

– Ваш друг звонил? – Дейл нахмурил брови, а затем, усмехнувшись, обернулся к ней, застав заинтересованную гримасу на девичьем лице.

– Да. Гарри, мой старый друг.

* * *

Освежающая прохлада. Отсутствие ветра. Он шёл не спеша. Наверняка Гарриет уже стояла возле дверей или сидела на ступеньках в ожидании ключей с меховым брелоком, пока Дейл тем временем всматривался в багровый закат, курил сигарету, а после жевал жвачку. На его кожаных сапогах громыхала толстая цепь, а через плечо было перекинута сумка для ноутбука.

Он неожиданно для себя остановился посреди тротуара, выставил руки вперёд, сделал рамку пальцами, пригляделся. Сквозь неё подметил непонимающие взгляды прохожих, что только развеселили его, а затем достал из сумки блокнот, ручку и записал мелкую глупую идею для следующей главы, прилетевшую из ниоткуда. Поднимаясь на лифте на седьмой этаж, он посмотрелся в зеркало, на котором чётко отображались грязные следы от чьих-то пальцев и помады, и поморщился, представляя, как чьи-то губы прикасаются к этому грязному стеклу. Он поправил свою причёску, точнее то, что от неё осталось. Гарриет уже давно упрашивала его сходить в парикмахерскую, но ему нравилась эта лёгкая небрежность в тёмных медовых волосах, ибо не всё идеальное идеально.

Светлая девушка с каре сидела на ступенях, листая новостную ленту в большом телефоне. Увидев Дейла, её лицо стало цвета заката – того, что парень наблюдал полчаса назад.

– Где тебя черти носили? – она вскочила со ступеней, отряхивая джинсы от пыли. Он молча достал ключи, вставил их в замочную скважину, два раза провернул и посмотрел на девушку. – Я звонила тебе полтора часа назад. Не мог на метро приехать?

– Что там? – только спросил парень, глядя на пакет.

– Куриные крылышки, брауни… – глупо перечисляла она, всё ещё стоя на первой лестнице.

– Куриные крылышки? – заинтересовано переспросил Дейл, вскидывая брови. Иногда его чрезмерная харизма заставляла окружающих думать, что он пьян. Как и сейчас.

– Да, что ты так смотришь? – не сходя с места, он протянул руку вперёд.

– Отдай мне его. Давай же, – он осторожно забрал пакет, прижимая к себе.

– Ты напился, Дейл? – она вскинула руки, нахмурилась. – Ты даже не представляешь, насколько я зла на тебя.

– Представляю, поэтому… – он слегка приоткрыл дверь, протискиваясь в эту щель домой.

– Что ты делаешь? – она возмущённо бросилась к двери, что закрылась перед её носом.

– …я впущу тебя в дом, когда ты простишь меня, – Гарриет прислонила ухо к двери, вслушиваясь в его далёкий голос. – У тебя нет выхода, дорогуша, – выкрикнул он в замочную скважину, а после пары ударов ладонями по металлу, чуть не оглушившими его, – Ладно, – Дейл осторожно приоткрыл дверь, делая щенячьи глаза. – Как я мог оставить тебя здесь?

– Я бы уже ничему не удивилась, придурок! – Гарри влетела в дом, подобно урагану, обрушившемуся на маленький прибрежный городок.

– А поцеловать в знак приветствия?

Входная дверь закрылась. На улицы опустилась ночь. На небе зажглись звёзды.

Их съёмная квартира хранила в себе много ненужных вещей. Красные кирпичные обои в гостиной. Пара фотографий в тёмных рамках на стене. Тёмный кожаный диван, большой телевизор у стены, прозрачный чёрный кофейный столик со стопкой журналов. Ещё в гостиной стоял книжный шкаф с полупустыми полками, а в углу, возле окна, из которого был шикарный вид на ночной город, стояла высокая пальма в белом прямоугольном горшке. Спальня тоже была достаточно просторной. С такими же кирпичными, только белыми, обоями. Большая кровать, на ней всегда лежало множество мягких подушек. Особенно Гарриет любила скупать круглые подушки или подушки со звёздным небом. Она безумно любила звёзды. Любила астрономию. Даже потратила приличную сумму, чтобы приобрести стеклянный шар с макетом солнечной системы, что вечно менял своё местоположение – начиная от письменного стола в спальне, заканчивая раковиной ванны. Поэтому Дейл никогда не мог предугадать, с какой стороны вселенная подсматривает за ним теперь.

Сейчас же они сидели вдвоём на диване, смотрели в цветной экран большого телевизора, что стоял на полу. Они так и не купили ничего, куда можно было бы его поставить. Дейл держал в руках сырный соус, Гарриет макала в него крылышки, певец из музыкальной передачи пытался убедить судей, что они обязаны его взять.

– Почему никто не видит, что он бездарность? – спросила девушка. На Гарриет были серые спортивные шорты, она всегда спала в них, и чёрная майка. Её короткие белые волосы были немного потрёпаны, а тени на глазах слегка осыпались, оставляя тёмные разводы под глазами. Она устала. Дейл же, наоборот, носил серую майку, чёрные широкие спортивные штаны и был полон сил, потому что идея, пришедшая ему по пути домой, взбодрила его.

– Попрошу заметить, он очень настырная бездарность, – сказал парень, макая палец в соус, обмазывая им свои губы. – Хочешь поцеловать меня? – спросил он, и его девушка повернула голову, засмеявшись.

– Ты словно ребёнок, Дейл. Никакой серьёзности, – оттолкнула она его, снова рассмеявшись. Гарриет не могла долго злиться на него. Певец на сцене обратился к залу. – Смотри-ка, теперь он так решил попробовать, явно давит на жалость.

– Этот парень не любит проигрывать, – проговорил Дейл, проводя языком по нижней губе. – И его взяли! – публика залилась аплодисментами.

– Что? – девушка не верила происходящему. – Если бы я не была настолько голодна, то швырнула бы всё это в экран. Серьёзно! Это же нечестно!

– Он понравился людям.

– Это оправдание его безголосию?

– Это не оправдание. Но судьям проще согласиться, чем пойти против своих зрителей. Тем более все его поддержали.

– Но за что?

– За обаяние. Всё просто.

– Глупое шоу, – прошептала она и выключила телевизор, комната погрузилась в темноту.

– Эй, дело шло к финалу вообще-то! – возмутился Дейл, отводя соус назад, не давая ей макнуть в него последнее куриное крылышко.

– Какой смысл смотреть это, если отбор несправедливый?

– Знаешь, какой смысл? Если ты не включишь телевизор, я не дам тебе этот замечательный, – он причмокнул, – сырный соус, и ты будешь есть своё крыло без всего. Вот в чём твой смысл – включить это шоу.

Под тяжёлый вздох экран загорелся, и комната вновь залилась светом.

– В финал должны проходить талантливые люди, достойные победы, а не самозванцы. Разве ты не согласен?

– Успокойся, это всего лишь шоу, – проговорил Дейл, поудобней усаживаясь.

– В жизни ведь всё так же. Всё самое лучшее получают люди, недостойные этого, которые не прикладывали усилий для своей победы.

– Какая разница, каким способом достаётся победа? – удивился он. – Хитрец, что умеет вертеться, уже заслуживает лавров. Это качество победителя.

– Тогда больше не жалуйся мне на своего любимого Мэтью Уокера. По твоей теории, он заслуживает своей победы.

– Ты заблуждаешься, – Дейл рассмеялся. – Мэтью не хитрец и не честный писатель. Так кто он? Выродок с родительскими деньгами и связями.

– Но он сумел покрутиться и стал выше тебя.

– Это даже не он крутился. Он не обладает теми навыками, о которых я говорил, а поэтому и не попадает под мою теорию. Понятно, Гарриет? Уокер – очередной ублюдок, мне даже люди говорят, что моя книга лучше, чем его.

– Кто говорит?

– Мои читатели, – он вспомнил тёмную официантку. Она, пожалуй, была единственной, кто сказал это.

– Где они тебе это говорят? – он почесал подбородок, поставил соус на журнальный столик.

– Да везде. Даже не представляешь. Смотри-ка, закончилось, – он указал рукой на телевизор. – Думаю, пора ложиться. Мне рано вставать.

– До скольки ты работаешь?

– Завтра – до восьми.

– Хорошо.

Гарриет лениво поднялась с дивана и прошла на кухню вслед за ним. Чуть позже Дейл принял прохладный душ и, наконец, лёг в постель, записав перед этим ещё несколько новых идей, что пришли к нему, пока крупные капли воды скользили по его телу.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Эй, знаменитость! – Нейт подлетел к барной стойке, за которой Дейл вытирал бокалы. – Твоя фотка в Твиттере! – на небольшом цветном экране парень увидел себя и двух официанток. Внимательно пригляделся, увеличил своё лицо, а затем задумчиво спросил:

– В жизни у меня глаза больше?

– Да, конечно, в жизни они, – официант бурно зажестикулировал руками, – прямо не помещаются на лице.

– Придурок, – огрызнулся Дейл, убирая чужой телефон от своих глаз.

– Куда ещё больше? – Нейт смотрел на фото. – Ты же не пришелец, чёрт возьми.

– Просто это моя первая фотография с фанатами, – он не смог сдержать улыбку. – Всё должно быть идеально.

– Первая фотография за год.

– Люди не слишком увлечены книгами.

– Однако Мэтью Уокера уже успели пригласить на шоу «Ночные сплетни», – стакан в руке Дейла невольно дрогнул, он чуть было не уронил его.

– Не может быть! – воскликнул парень, разворачиваясь на месте, раскрыв рот. Пара любопытных глаз посетителей устремились прямо на него. Ничего, не впервой. Главное, что в этот момент он услышал очередную новость о бездарном Уокере, который продолжал красть чужую славу. – Когда?

– В следующую пятницу. Потише, дружище. Люди вокруг, – Нейт закатил глаза, вновь видя, как бармен по-детски топнул ногой. – Что же с тобой будет, когда ты узнаешь, что сегодня ночью Уокер будет специальным гостем на шоу Блейза…

– Клянусь, я напьюсь этой ночью…

– «Кровавая Мэри», сынок, – мужчина средних лет сел на высокий стул и достал толстый кошелёк. – И поскорее.

Дейл, сощурившись, смерил его взглядом, подавляя в себе резко нахлынувшие приступы истерии, и взялся за свою работу. Нейт отнёс меню за один из столиков. Близился конец его смены.

– Слушай, – прошептал Дейл своему другу, разобравшись с мужчиной за барной стойкой. – Я ничего не понимаю. У Уокера, как и у меня, вышла первая книга. Почему о нём говорят? Зовут на всякие шоу?

– Чувак, «Ночные сплетни» ведёт его дядя, – Дейл прикусил губу, тяжело вздыхая.

– Значит ли это, что мне туда путь закрыт?

– Да, думаю, что значит.

– А Блейз тоже родственник? – в надежде поинтересовался он.

– Нет.

– Тогда сегодня я точно отправлюсь в самый громкий ночной клуб.

– Гарриет, – пропел Нейт.

– Поспит без меня. Скажу, что я в ночную.

– Ты самый настоящий мудак, знаешь? – подмигнул официант.

– От того моя новая жизнь никогда не бывает скучной. Пока со мной моя молодость и шикарные волосы, – парень встряхнул головой, и пара прядей упала на его лоб, – грех растрачивать время на серую жизнь в четырёх стенах…

– И с одной женщиной.

– Не я это сказал, – открестился он и вернулся в работе.

Он ненавидел место, в котором работал всей душой. Красная барная стойка, отполированная настолько, что, кажется, он видел в ней своё отражение. Большие окна, красные столики, белые диваны. Всё это давно приелось. Он сидел на скамейке напротив бара, вслушиваясь в телефонные гудки.

– Да? – ответил знакомый голос, и Дейл слегка напрягся. – Ты уже идёшь? – спросила девушка. Её перебивал громкий телевизор. Он тут же представил эту картинку: Гарриет в пижаме, тарелку печенья, вечернее телешоу, тёплую кровать. Семейный вечер. По-своему уютный и скучный. Меньше всего он хотел возвращаться домой. Не сегодня. Пока Уокер будет сидеть на мягких креслах в большой студии, освещённый прожекторами, Дейл не будет спать. Лишь одна мысль о Мэтью отогнала бы сон напрочь.

– Я сегодня в ночную.

– Нет, нет, нет! – недовольно затараторила она.

– Мне нужно подменить кое-кого.

– Только не сегодня, – продолжала она, умоляющим тоном.

– Я уже согласился.

– Зачем ты это сделал?

– А в чём проблема-то? – спросил он, доставая из кармана пачку сигарет.

– Я приготовила особый ужин, для особого дня.

– Особого дня? – удивлённо переспросил он. – А что сегодня особенного? – ни одна подходящая дата не приходила ему на ум.

– Сегодня прошло ровно пять месяцев с нашего знакомства, – его словно ударили по голове – как он мог забыть, сам тому не верил. – Ты забыл нашу дату, Дейл? – грозный тон, несмотря на то что он сидел один, парень почувствовал её дыхание на своём затылке.

Их первая встреча, она была окутана туманом. Большой город вскружил ему голову, поэтому почти каждую ночь он не спал, месяцами не видел своей кровати. Неоновые вывески, много алкоголя, шумные бары. Девушки с глиттером на щеках, много дыма, много новых знакомых. Каждую ночь его касались разные руки, разные лица сидели с ним на одних диванах. Плавающие улицы в глазах, соблазн не давал ему прохода. И с Гарриет он познакомился, лёжа на больничной койке, ранним утром, когда пришёл в себя. Его первая передозировка. Всё произошло совсем не так, как рассказывал тучный парень в ярком туалете ночного клуба.

– Конечно же нет, Гарри. Просто я не думал, что ты решишь отметить пять месяцев.

– Хорошо, Дейл. Отмечу сама.

– Гарри…

– Не зови меня так.

– Ты обиделась? – спросил он, наблюдая сквозь большое окно за тем, как Нейт мечется от столика к столику.

– Всё нормально. Просто мой парень забыл нашу дату.

– Не драматизируй.

– Отлично тебе поработать, Эверис, – гудки. Он топнул ногой.

– Истеричка, – Дейл встал со скамейки, убрал телефон в карман, выбросил нетронутую сигарету в мусорное ведро, затем опомнился, вновь топнул ногой и, выругавшись, вернулся в бар.

– Удачно? – Нейт торопливо бросил вопрос, пробежав мимо Дейла.

– Да, подожди, – парень схватил его руку, когда тот во второй раз пробежал мимо него. – Мне нужны твои ключи.

– Опять?

– Мне нельзя домой. Всё нормально будет, не впервой, – Дейл частенько одалживал квартиру друга. Да, Нейт был его единственным другом, которому можно было доверить даже самые страшные тайны, правда, таковых ещё не было.

– Ладно, сейчас приду, – он скрылся за дверью с круглым окошком.

Дейл стоял посреди бара в длинном пальто, грязных ботинках и смотрел на посетителей. Больше всего ему хотелось, чтобы кто-нибудь из этих скучных людей встал из-за своего столика и вскричал его имя, попросил автограф, сделал фотографию. «Ну, хоть кто-нибудь!» – умолял он. Но вот уже Нейт нёс ключи, и надеяться больше не стоило.

– Ничего у меня в спальне не трогай.

– А что там? – поинтересовался Дейл.

– Ночью у меня свидание.

– Что-то интересное? – улыбка появилась на его хитром лице.

– Ничего. Просто сайт знакомств. Но всё же побудь сегодня хорошим другом.

– Ты же меня знаешь, я всегда хороший.

* * *

Мимо спальни, в которой скрывалось что-то личное, Дейл не смог пройти. Он приоткрыл белую дверь. Большая кровать, усыпанная лепестками. Нейт даже поменял постельное. Бутылка шампанского на круглом столике, два бокала на высоких ножках. На стене висят огоньки, задёрнутые шторы, большой магнитофон. Всё это не слишком заинтересовало Дейла, и он закрыл дверь.

В ванне с серыми плиточками он принял душ, попытался уложить волосы, проверил телефон и всё-таки решился написать лишь одно сообщение.

«Люблю тебя», – прошептал он вслух. Гарриет, должно быть, сильно обиделась, поэтому ждать ответного сообщения не имело смысла. В этом и был свой плюс, теперь она ни за что не придёт в бар и не станет проверять его, как однажды. Но тогда ему повезло и он правда кое-кого подменял, искренне удивился, поболтал с ней немного, а потом она ушла домой и больше никогда не делала так, ведь добираться ночью до дома – затея довольно небезопасная.

В серой, но светлой ванне запотело зеркало, он не видел своего лица. Надел чистую футболку Нейта, застегнул цепочку на шее, выключил свет и вышел из квартиры, сначала направляясь в бар, в котором работает, чтобы отдать ключи, а затем в ночной клуб.

Выбор у Дейла был нелёгкий. Через его плечо была, как обычно, перекинута большая сумка, в которой жил блокнот с внезапными мыслями, и сейчас к нему подселилась старая футболка. Дейл выбирал между небольшим клубом с хорошим баром, громкой музыкой, менее загруженный народом, и клубом с громким названием, холодным синим светом внутри, с длинными диванами вдоль стен. Первый клуб был ближе, а второй, пусть там и ступить было некуда, не говоря уже о том, чтобы выловить где-нибудь свободное местечко, манил его больше всего. Дейл чувствовал острую необходимость увидеть как можно больше незнакомых лиц. Иногда эта туманная атмосфера приносила ему новые идеи. Однообразная жизнь удручала и постепенно сжирала мозг, индивидуальность. Он не мог писать, пока его ничего не окружало, пока его жизнь стояла на месте. Дейл и сам частенько удивлялся тому, как ему удалось написать «Двойников», с учётом того, что единственное, что менялось в его жизни на тот момент, был лишь курьер, приносящий пиццу.

Давящие на голову басы свалились на него, как только Дейл преодолел длинный чёрный коридор, на стены которого опирались другие люди. Синий свет резал глаза, а дешёвый запах чьего-то парфюма резко ударил в нос. Музыка разрывала колонки, короткие платья каждую секунду попадались ему на глаза. Какого-то парня вырвало прямо перед Дейлом, тот лишь ловко отпрянул в сторону, дабы не испачкались и без того грязные ботинки. Неоновые надписи на стенах. Он вдохнул спёртый воздух и представил, как Уокер поднимается на освещённую сцену и его встречают аплодисментами. От этих мыслей по телу Дейла пробежала жуткая дрожь. Нужно было найти бар, вернее, то, как к нему подобраться. Компания девушек, явно не достигших совершеннолетия, но с ярко накрашенными губами, окружила его, весело смеясь.

– Нам нравится твоя сумка, – крикнула одна из них, подпрыгивая вверх. – Вернее, сколько дури в ней умещается, – сообразив, что к чему, Дейл бурно замотал головой.

– Я не продаю, – крикнул он в ответ, пытаясь перебить бас, схожий с сиреной.

– Что? – переспросила та. Девчонка в топике говорила одна, остальные лишь хихикали, невинно прикрывая рот ладошкой.

– Я не продаю! – разочарованный вздох.

– Но, может, хоть познакомимся? – она схватила его руку, бегала глазами по заинтригованному лицу юного писателя.

– Слушай, там полиция на входе, – в мгновение придумал он.

– Кто? – она снова подпрыгнула, специально задевая кончиком носа его щеку.

– Полиция! Проверяет паспорта. Они уже взяли несколько малолеток, – её желание познакомиться испарилось так же быстро, как и появилось.

– Они на входе?

– Несколько уже внутрь прошли, – девчонки испуганно переглянулись.

– Ты серьёзно?

– Я видел, как пара ребят вылезли через окно в туалете пару минут назад, – он еле сдерживал смех. Её перепуганный вид и взволнованный вид её подруг заставлял его врать.

– Спасибо, – резко сказала она, отпустила его руку, и они, держась друг за друга, скрылись в шумной толкающейся толпе.

Дейл пробрался к бару, заказал, что первое пришло на ум. Мучительно долго ждал своего напитка, кто-то дымил ему чуть ли не в лицо, поэтому он тоже зажёг сигарету и добавил дыма в чужой стакан. Покрутив подвеску в руках, не увидев свободных мест, парень пробрался к стене и опёрся на неё спиной. Немного жгучая жидкость пробежала по горлу, он чувствовал каждый глоток. Чувствовал, как эта ночь ужасна, потому что в мыслях, несмотря на огромную толпу и всё заглушающую музыку, было лишь шоу Блейза. Ничего, кроме этого. Он выпил ещё. Заказал второй стакан, вновь осмотрелся. Потанцевал на месте, начиная чувствовать, как медленно пьянеют его мозги, как синий свет, синие лучи проникают внутрь него. Пару раз он встряхнул головой, его волосы подлетали в пыльный воздух в такт музыке, он рассмеялся, потому что больше нигде не видел тех девчонок. Ох, неужели он смог испортить кому-то ночь? «Это было забавно», – подумал Дейл и помахал рукой в ответ парню, что сидел на одном из диванов. Место рядом с ним опустело, и тот бурно подзывал его рукой.

– Ты меня звал? – слегка заплетаясь, спросил Дейл.

– Садись, – парень немного отодвинулся в сторону, освобождая место, и Дейл привалился к спинке дивана, прижимая полупустой стакан, непонятно какой по счёту, к подбородку.

– Правда здесь сегодня невыносимо душно? – он отбросил пальто на спинку и закрыл глаза, расплываясь в улыбке. Парень и сам не знал, чему радовался. Быть может, его смешило то, как будет смотреться Уокер под прицелом камер. Диван в шоу Блейза стоял слева от ведущего, поэтому Мэтью придётся сидеть своей нерабочей стороной, а Дейл мог поклясться, что с этого ракурса у того будет слишком огромный нос, да ещё и с большой родинкой на горбинке.

– Ты ведь написал «Двойников»? – Дейл тут же распахнул глаза и протрезвел. Ему захотелось выпить ещё, чтобы отметить это событие, ведь его кто-то узнал.

– Да – воскликнул он, пытаясь перебить музыку. Наконец-то он решил взглянуть на своего собеседника: парень с чёрными вьющимися волосами, широкими скулами, острым носом и цепким взглядом, на нём была белая футболка, тёмные джинсы, а в правом ухе висела серёжка. – Поразительно, – прошептал Дейл. С чего-то он не мог сдержать эмоций.

– Кажется, дела у тебя обстоят хуже, чем у Уокера? – язвительно произнёс тот. – Эстебан, – представился парень, протягивая вперёд руку с паучьими пальцами.

– Сам знаешь кто, – ответил Дейл и пожал её, оставив стакан в одной руке. – Только не говори об Уокере, – умоляюще простонал он.

– Вы не ладите?

– Правда хочешь поговорить? – удивился Дейл. – Только не говори, что ты практикующийся психолог. Я больше не поведусь.

– Делать мне нечего, выслушивать чужую болтовню, – Дейл вновь откинулся на спинку, допивая напиток, что горел во рту. – Но не каждый день я встречаю здесь писателей.

– Даже у таких людей, как я, иногда возникает невыносимое желание опуститься на дно.

– У-у-у, – Эстебан засмеялся, – как самовлюблённо. Мне нравится.

– На самом деле я часто здесь бываю. И в похожих местах.

– Ищешь вдохновения?

– Никогда. Оно само находит меня, – подмигнул он и закинул ногу на ногу.

– Уокер сегодня на шоу Блейза…

– Боже, – проревел Дейл. – Почему каждый считает, что обязан сообщить мне эту новость? – Эстебан улыбнулся, отводя взгляд, провожая им проходящую мимо брюнетку в джинсах с низкой посадкой и с огромными серьгами.

– Разве это справедливо? Твоя книга качественней, но при этом его покажут по телику, а ты напиваешься в клубе, и имени твоего никто не знает, – Дейл закусил губу.

– Спасибо, Эстебан. Но я не напиваюсь в клубе, я отдыхаю, – алкоголь развязал ему язык и, несмотря на то что они слышали друг друга через слово, предложение, Дейл всё равно продолжал диалог. – И меня замечают, – он проследил за синим лучом, что проходил по головам, – просто не так часто, как Уокера. Но разве Уокера и без того не знали? Его книга здесь ни при чём. Он ведь и раньше мелькал на разных каналах. Я очень хорошо постарался, раз после первой же книги меня узнают почти так же, как и самого Мэтью Уокера! – Дейл развёл руками и тут же задумался о том, сколько раз произнёс эту несносную фамилию. – Не каждый писатель может этим похвастаться. Правда?

– Значит, мне повезло и я встретил уникума.

– Что? – переспросил Дейл, музыка становилась громче, тяжелее.

Эстебан склонился к его лицу.

– Я говорю, что ты прав и заслуживаешь награды.

– Я плохо тебя слышу! – вновь крикнул он.

– Я сейчас приду! – тёмный парень встал с дивана и потерялся за чужими широкими плечами.

Розовые неоновые надписи над головой Дейла, его кожа светилась этим же мягкий цветом. Он достал телефон, проверил сообщения. Буквы плыли перед глазами, но главное, что Гарриет до сих пор не ответила. Плевать на неё, его никогда не беспокоила эта истеричная девчонка, к тому же Эстебан вновь показался в толпе, но уже не один.

– Я же говорил вам, – он усадил двух девушек на диван, стащив одного пьяного мужчину на пол. Блондинка в чёрном платье на бретельках брезгливо переступила через него и села, закидывая ногу на ногу, осматривая парня рядом с собой. Дейл волнительно покрутил подвеску в руках, непроизвольно прикусил губу. Вторая девушка была в чёрных шортах, майке с глубоким декольте и с кучерявыми светлыми русыми волосами. – Знакомьтесь дамы, – Эстебан указал рукой на Дейла, – Мэтью Уокер сидит перед вами.

– Привет, – блондинка протянула ладонь Дейлу, тот на секунду замешкался, бросил короткий взгляд на тёмного парня, что хитро ухмылялся с места. Девушки не заметили этого, в клубе было слишком темно. – Переместимся в зону для некурящих? Там потише, – парень нежно пожал её руку и принял предложение.

Переступив через пьяного мужчину на полу, они прошли мимо бара, завернули за угол, вошли в арку, тёмный коридор, в конце которого был виден красный свет. Дейл шёл, закинув пальто на плечо, он слегка пошатывался на месте. Только когда он чуть не потерял равновесие, заметил большие картины на стенах. Красный зал. Музыка играла в отдалении, широкие столики, кожаные низкие диваны – когда Дейл сел на них, пришлось вытянуть ноги. Высокие ширмы отделяли их от других столиков.

– Значит, вы читали мою книгу? – спросил он, не совсем понимая, чью роль играет.

– Да, конечно! – девушка в шортах ловко подсела ближе. Эстебан наслаждался своей работой. Сидел подальше от всех, медленно пил мартини.

– По ней можно снять целый бестселлер! – протараторила другая.

– Мэтью, а почему вы именно так назвали книгу?

– Да, Мэтью, – поддержал Эстебан, зажигая сигарету. – Почему именно «Кемпинг под землёй»?

– Это зона для некурящих, – заикаясь, подметил Дейл.

– Думаешь, кому-то есть до нас дело?

– Хорошо, – его брови подпрыгнули вверх. Парень попросил поделиться зажигалкой, а спустя несколько секунд из его рта тоже выходили кольца дыма. – Видите ли, это название точно охарактеризует весь смысл моей книги. Под землёй… – он сильнее пьянел и всё меньше мог контролировать то, что говорит. Вот сейчас, например, он замолчал, задумался. Почему Уокер мог так назвать книгу? Потому что её уровень и правда находиться где-то глубоко под землёй. Но это не могло быть ответом.

– Всё просто, девочки. Он не любит заморачиваться, поэтому и назвал произведение одной строчкой из книги. Загробная жизнь, загробный кемпинг. То есть под землёй, – тёмный парень пытался выкрутиться, он, смеясь, объяснял им то, чего сам не понимал.

– Так хорошо, – блондинка пыталась построить заинтересованное лицо, но единственное, что её интересовало, – совместная фотография.

– Так глупо, – усмехнулся Дейл. – Вы когда-нибудь слышали о Дейле Эверисе? – первая возможность хоть что-то услышать о себе из чужих уст.

– Да, он мне не нравится.

– Не нравится? – возмутился Дейл.

– Я читала его книгу, – продолжила девушка в шортах. – Обычный средний детектив. Ничего впечатляющего или нового. Меня не зацепило.

– И меня. К тому же я так и не поняла, чем всё закончилось, – блондинка пожала плечами, положила руку на его колено.

– Почему ты не поняла? – не унимался Дейл.

– Потому что всё чересчур запутано.

– Как по мне, там всё понятно…

– Мэт, может, ты дашь им высказаться? – перебил его Эстебан.

– Да что можно сказать об Эверисе? – удивилась девушка в шортах. К слову, он так и не узнал их имена. – Даже на презентации было видно, что он просто завидует тебе. Ведь его «Двойники» и рядом не стояли с твоей работой. Вечно закатывал глаза, не выпускал бокал из рук, – они смотрели презентацию? Дейл удивился. – Мне очень понравилась твоя фраза «популярность приносит…»… – она не могла вспомнить слово, крутила пальцем возле лица.

– Хорошие плоды приносят популярность.

– Так вы и презентацию смотрели? – поинтересовался удивлённый Эстебан.

– Конечно, нам очень нравится твоё творчество, Мэтью, – ладонь блондинки скользнула выше, Дейл немного занервничал. Фанатки знаменитого Уокера даже не смогли запомнить его лицо.

– У Дейла пустой взгляд, слишком длинное лицо…

– А его огромная родинка? – девушки засмеялись. Как бы ему ни было противно от этого и от того, что они просто пытались угодить «любимому» автору, восхваляя его книгу, тем временем, принижая чужой труд, Дейла распирало удовольствие, когда они заговорили о длинном лице и огромной родинке.

– Значит, я вам больше нравлюсь? – самодовольно спросил он, поправляя волосы.

– Ещё бы, у тебя просто невероятные глаза. Не пойму, какого они цвета, – блондинка встала коленями на диван и заглянула в его глаза.

– Зелёные, можешь не стараться.

– И правда, – она вернулась на место. – В этом свете они всё равно красные, смотреть бесполезно.

– Постойте, – девушка в шортах опустила глаза на пол. – Или это ты держал бокал? – она копалась в своих воспоминаниях.

– Нет-нет! – парень тут же завертел головой. – Всё правильно. Он держал бокал, вечно возмущался. А я лишь сказал ему истину.

– Таких сразу нужно ставить на место.

– Зачем он вообще приехал в Нью-Йорк? Почему ему не сиделось в своей дыре? Говорят, что его родители были против того, чтобы он выпускал книгу, – девушки, словно забыв, что кроме них здесь есть кто-то ещё, смотрели друг на друга, перекидываясь горькими сплетнями. – Видимо, чувствовали, что их сын настоящая бездарность. Они даже не явились на презентацию,

Дейл нервно стучал пальцами по краю дивана, сверля взглядом Эстебана. А в мыслях было лишь одно – он безумно хотел придушить этих двух любительниц Уокера.

– Разве он заслуживает такого же внимания? Говорить, любить и узнавать должны лишь достойных, а это уж точно не про Дейла, – они закрутили головами.

– Не про него. Когда я включаю телевизор, мне хочется смотреть на таких же перспективных людей, как ты, – блондинка обратилась к Дейлу, – а не на людей с несчастной судьбой, которые с помощью великой удачи выбрались в свет. Ущербным не место в одном ряду с успешными.

– Думаете, Эверису просто повезло? – парень не смог сдержаться.

– Как же иначе? Написать может каждый, – он рассмеялся. Скорее истерически, чем искренне. – Если это не чистая удача, тогда я не знаю, что это, – он тяжело вздохнул. Алкоголь не давал ему шансов завести нормальный диалог.

– Ты разве не должен быть на шоу Блейза сегодня?

– Ты что-то путаешь, – ответил Дейл. – Завтра ночью.

– Ах, да. Я вечно всё путаю, ты прав, – он обиженно поёжился на диване, один лишь Эстебан заметил это.

– Мэтью, надеюсь, ты не хочешь уйти домой? – Дейл перевёл удивлённый взгляд на тёмного парня.

– Я не вернусь этой ночью домой, – он посмотрел на девушек, на красный зал. У него жутко закружилась голова. – Приехала семья. Не хочу их видеть сегодня.

– Но у тебя ведь прекрасные родители! – воскликнула блондинка. Дейл ни разу не видел родителей Уокера. Он даже имён их не знал, но это не мешало ему лгать. Пусть глупо и неубедительно, но они велись. Они поверили бы любому бреду, вылетевшему из его рта.

– Конечно. Но сегодня я хотел отдохнуть, почувствовать что-то новое. Думаете, почему я здесь?

– Хочешь разнообразия? – кокетливо спросила одна. – Я слышала, что у тебя есть яхта.

– Есть, но всё это так наскучило, – застонал он. – Каждый раз одно и то же… – яхты Дейл видел лишь в интернете, фильмах и сериалах. И ни разу в жизни. – Но я не могу сидеть всю ночь здесь, – продолжал он, смотря на Эстебана, которого смешило его враньё.

– И куда же ты пойдёшь? – он облокотился на спинку дивана, посмотрел на потолок, чувствуя на себе их взгляд.

– Может быть, послоняюсь по улицам или же навещу кого-нибудь из знакомых…

– Мы снимаем квартиру недалеко отсюда, – блондинка посмотрела на свою подругу. – Можешь заночевать у нас.

– Если я не доставлю неудобств.

– Боже мой, даже не думай так, – она подскочила на месте. – Я закажу нам такси? – спросила девушка, и все согласились, кроме Эстебана, конечно. Взглядом она дала понять, что этому парню не место в её спальне.

– Если у тебя есть шанс забрать хоть какую-то мелочь у грёбаного Мэтью Уокера – забери её, – Эстебан подмигнул ему, похлопал по плечу, а затем Дейл сел в жёлтое такси и закрыл дверь.

* * *

За небольшим окном горели яркие фонари. С рёвом пронеслась пожарная машина. Утро только началось, а город словно и не засыпал. На деревянном полу валялась белая подушка, перья из которой до сих пор летали по воздуху, ложились на светлые волосы. Девушка, что когда-то была в шортах, сейчас принимала душ. Вторая же лежала на постели и даже не пыталась развязать свои руки. Стены в их спальне были увешаны совместными фотографиями, на столе лежали тетради. Они были студентками, что не боялись приглашать незнакомцев к себе в дом. Дейл провёл языком по её коже, оставляя мокрую дорожку, что вела вверх, к ключицам. Их освещала лишь одна лампа, но и её было достаточно. Из зала доносилась музыка. Верёвка была тугой, но это ни кого не смущало, блондинка лишь закатывала глаза, кусала губы. Дейл нашёл взглядом свою футболку и нехотя встал с кровати.

– Уже хочешь уйти? Мы ещё не сфотографировались… – шёпотом сказала она, рассматривая его с ног до головы.

– Да, мне уже пора, – через несколько секунд голое тело прикрыла одежда. Она отвела взгляд. Дейл проверил телефон, что просигналил примерно полчаса назад. Гарриет ответила «И я тебя. Прости, что распсиховалась. Скорее всего, когда ты вернёшься, меня уже не будет дома. В холодильнике вчерашний ужин, шампанское на верхней полке, ну ты знаешь. Всё же я хочу допить эту бутылку с тобой сегодня. Целую». Обычно она никогда не извинялась, это заставило его поёжиться.

– Может, включишь телевизор и развяжешь меня? – спросила она, всё ещё надеясь на долгое продолжение, несмотря на то что девушка и так была не в силах сесть на кровать. Дейл убрал телефон, проверил свою сумку.

– Где пульт? – спросил он, отвлекаясь от своих вещей. Гарриет тут же убежала из его мыслей.

– Наверное, под кроватью. Я слышала, как что-то падало… – он нелепо улыбнулся, наклонился и, нащупав его на пыльном полу, нажал красную кнопку. Чёрный экран на стене загорелся. Он вновь вернулся к сумке. – Следующий канал, – направив пульт через плечо, Дейл медленно переключал каналы, не смотря на большой экран. – Оставь, – попросила девушка, пытаясь вытащить руки. – А теперь займись мною.

– Только надену пальто, – Дейл взял сумку и вышел в коридор. Снял с вешалки своё пальто, немного осмотрелся и, полностью вымотанный и сонный, вновь направился в спальню, как вдруг ему пришлось остановиться возле двери. Сквозь шум воды, доносящийся из ванны, он услышал громкий голос из телевизора: «…и сегодня у нас в студии был Мэтью Уокер. Спасибо, что уделил время и рассказал нам о своём новом романе», – говорил ведущий. «Да, он не сравниться с этим». – «Можешь поподробнее? Думаю, всем будет интересно. „Кемпинг под землёй“ – просто невероятная книга».

В дверную щель Дейл увидел, как блондинка села на кровать, большими глазами смотря на экран. Она пыталась стащить верёвку на руках зубами. Дёргала ногами, пытаясь выпутаться. Она сильно перепугалась.

«На самом деле идею я взял, когда ездил в отпуск этим летом. Узнать, куда именно, вы сможете на моём сайте, – наигранный смех. – Думаю слетать туда снова. Вы даже не представляете, какие удивительные идеи посещают, когда ты пишешь на фоне гор или в салоне самолёта, когда летишь где-нибудь над океаном и никогда не знаешь, приземлишься ты или нет».

– Мэтью? – крикнула она осторожно, парень отпрянул от двери и быстрыми, но тихими шагами бросился к выходу.

Улица, свежий, но слегка прохладный воздух. Дейл пробежал несколько домов, пока его не поразил внезапный смех. Он мысленно поблагодарил Эстебана за ночное веселье. На небе начали появляться всё новые и новые светлые разводы. Спустя пару часов нужно было возвращаться домой, а пока он медленными шагами, вдыхая запах дождя, брёл вдоль тротуара до первого попавшегося бара.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Ступив на порог пустой квартиры, Дейл Эверис облегчённо выдохнул, бросил сумку на диван, снял своё пальто и медленно прошёл в спальню. Кровать пропахла её духами. Он опустил затуманенную голову на мягкую подушку. Несмотря на то что ему ужасно хотелось спать, сон презирал его, поэтому и не приходил. Под тяжёлыми веками Дейла проплывала совсем недавно закончившаяся ночь. Две девушки, которых он обманул, тёмный парень по имени Эстебан, жгучий напиток, раздирающий горло, небольшая пробежка. Кажется, он что-то упускал. Сообщение Гарриет… она извинилась, и он не понимал за что. Если бы Дейл каждый раз ждал прощения, то они расстались бы после первой же недели отношений. Иногда его мучили вопросы, о которых он боялся поговорить вслух хоть с кем-нибудь, кроме Нейта, конечно. Тот знал все секреты эгоистичного друга. Один из таких вопросов касался Гарриет, точнее, Дейл не понимал, какие чувства испытывал к ней. Как изменилась его жизнь с появлением человека, который всегда поддерживал его. И ему было страшно представить то, насколько он провинился перед ней за все эти долгие месяцы.

Яркие лучи только что пробудившегося солнца скользили по пустой соседней подушке. Почему-то он не скучал, и, наверное, это было неправильно. Он открыл глаза, принюхался к белой футболке, что всё ещё была на нём, и вспомнил, что в клубе облился мартини. Совсем небольшой глоток пропитал ткань. Дейл неохотно переоделся и забросил одежду в стиральную машинку. В белой ванной он чуть не разбил тот стеклянный шар Гарриет.

– Чёрт! – выругался парень, случайно задев его локтем. Шар упал в корзину с бельём, благо ни одна трещина не пробежала по нему. – Как же ты меня достал! – возмутился он.

Стеклянный шар всегда и повсюду преследовал его. Одной из причин вечерних ссор с Гарриет была именно эта глупая, ненужная вещь, которую она таскала из комнаты в комнату. Дейл убрал его в её невысокую тумбу и лёг в постель. Глаза медленно закрывались, руки ослабли, он приоткрыл рот, готовый войти в мир снов, но внезапно в квартире над ним громко заиграла музыка. Он вздрогнул и резко вернулся в реальность. Шаги над головой, громкий рок. Совсем без движения, лишь сжав руки в кулаки, Дейл закричал что есть мочи и взбешённый вскочил с кровати.

* * *

На ранний завтрак он сделал яичницу, слушая одну французскую песню, выкрутив колонки на полную громкость, чтобы его музыка смогла перебить звуки сверху. Белая квадратная тарелка стояла на стеклянном столе. Ковыряясь вилкой в еде, он листал ленту в телефоне. Мэт Уокер, Мэт Уокер, Мэт Уокер, Мэтью Уокер… – это имя бесконечно всплывало снова и снова. Мэтью Уокер на шоу Блейза! Мэтью Уокер отправляется в отпуск! Мэтью Уокер набил свою первую татуировку в честь своей первой книги! Мэтью Уокер попросил своих фанатов не осуждать книгу «Двойники» из-за схожих главных героев! Неприязни нет: Мэтью Уокер об отношениях с Дейлом Эверисом! Мэтью Уокер пишет новый роман!

– Такой же дерьмовый, как и первый, – тихо прокомментировал Дейл, пережёвывая засохшую корочку хлеба. – Твои фанаты тебя даже в лицо не знают.

Позавтракав, он ещё долго сидел за столом, положив голову на руку. Солнце светило всё ярче, когда музыка сверху стихла; парень отправился в спальню и на несколько часов ему, наконец, удалось уснуть.

* * *

Дейл стучал пальцами по клавиатуре, как сумасшедший. Он то записывал что-то в свой блокнот, то нервно вырывал ненужные листы. День медленно проходил, пока Дейл смотрел в белый монитор, на котором бежали мелкие чёрные строчки. Рядом с ним стояло несколько кружек из-под кофе. Парень бродил по квартире, грыз ногти, садился на ковёр, ставя ноутбук на колени, совершал неинтересные действия, и даже не заметил, как домой вернулась Гарриет. Входная дверь хлопнула. Девушка неловко остановилась в дверном проёме.

– Привет, – произнёс Дейл, её виноватый вид заставил его переживать. Парень отвлёкся от письма и подошёл к ней, нежно целуя в щеку. – Ты сегодня раньше, чем я думал.

– Да, я… – она слабо улыбнулась, чувствуя напряжение, – хотела сделать сюрприз. Думала, тебя не будет дома, – парень невольно пробежался взглядом по ней. Она подкрутила короткие светлые волосы. Ей очень шли кудри. На губах прозрачный блеск, бежевые тени, длинные подкрашенные ресницы. На ней песочная свободная рубашка и светлые джинсы. В ушах серебряные кольца. У Гарриет ясные голубые глаза, а на щеках всегда играет румянец. Она не была ангелом, хотя выглядела именно так. Слишком чистая для него. – В выходные тебя не застать.

– Я сильно устал ночью. Хотелось побыть дома, – он подошёл ближе и положил руку на её талию. В голову резко пришла пара мыслей, он не мог не записать их, но это было бы невежливо, отклонись он от Гарри прямо сейчас. – Я разогрею ужин, а ты иди переодевайся, – она слабо улыбнулась и скрылась за дверным проёмом.

Бутылка шампанского стояла на столе, рядом с ней был небольшой горшочек с мелкими искусственными цветами. На двух тарелках лежало мясо, посыпанное запашистыми травами, сверху красовались растёкшиеся помидорные и чесночные колечки. Гарриет превосходно готовила. Благодаря ей он ещё не умер с голоду.

– Прости, что бросил тебя одну… – после недолгого диалога произнёс Дейл, ставя полные бокалы на стол. – Он умолял меня подменить его. Я не мог отказать. Ты же знаешь меня…

– Знаю, только не пойму, почему Дейл – доброе сердце – решил проявить себя именно в эту ночь? Нашу ночь.

– У нас впереди целая жизнь, Гарриет. Зачем нам ограничиваться лишь одной ночью? – девушка улыбнулась и подняла бокал.

– Тогда за нашу с тобой вечную жизнь?

– Аминь, – хрустальные бокалы соприкоснулся друг с другом. – Знаешь, нам нужно почаще устраивать совместные вечера, – произнёс Дейл, у него был низкий бархатный голос, ласкающий слух. – Мы могли бы выключить везде свет, зажечь лишь свечи, открыть новую бутылку вина, ты бы скинула с себя всё лишнее…

– И ты из-за меня отвлёкся бы от своей новой книги? Мне казалось, что лишь с ней ты готов устраивать романтические вечера.

– О чём ты? – удивился Дейл.

– Всё своё свободное время ты пишешь. Постоянно уходишь из дома, и видимся мы лишь ночью. Уже сквозь сон я вижу твой силуэт, прокрадывающийся в спальню.

– Это моя работа, дорогая, – он погладил её по руке.

– Я понимаю, но разве у тебя не должно быть времени на отдых? На меня? Я даже не помню, когда мы в последний раз выбирались вместе в город. Вот когда мы ходили куда-нибудь в последний раз? – она откинулась на спинку стула, скрещивая руки на груди.

– Это был белый ресторан, после него мы зашли в кинотеатр, ты сказала, что у тебя закрываются глаза, и мы ушли домой, так и не досмотрев фильм.

– Это было два месяца назад, Дейл. Я устала сидеть дома.

– А ты и не сидишь. Почти каждый день ты ходишь на работу.

– Ты идиот, Эверис, – девушка опустила глаза и притихла на стуле, обвив себя руками.

– Слушай, если я постоянно буду делать перерывы, то когда же я закончу писать? Я тоже работаю, это отнимает много моего драгоценного времени. Я не могу составить себе расписание, по которому буду писать, потому что это так не работает, Гарриет. Я пишу, когда чувствую, что могу. Если в моих мыслях крутятся лишь сюжеты, как я могу отодвинуть их на последний план и заняться чем-то другим? Нужно уметь ловить этот момент, ведь если я упущу его, то собраться с мыслями в следующий раз будет сложнее. К примеру, у меня было дикое желание начать писать новую главу на днях. Я в голове продумал всё, вплоть до того, какими словами опишу место и какие диалоги пропишу, но я не мог, я был на работе. А когда пришёл домой, то не получилось и двух слов связать. Написал всего лишь две страницы. А ты понимаешь, насколько это ничтожно мало? – Дейл в мгновенье понизил тон голоса, резко поняв, что немного вспылил. – Я обещаю, Гарриет, что, когда в следующий раз будет не мой день, мы обязательно сходим куда-нибудь. Я не забыл о тебе, никогда не забуду, просто вокруг происходит столько дерьмовых вещей, что у меня не остаётся времени на хорошее.

– Не всё так плохо.

– Я писатель-банкрот, – он вновь прильнул к тарелке, когда Гарриет неторопливо протянула руку к вилке. – Это уж точно ничем хорошим не назовёшь. Я не окупаюсь, потратил всё на то, чтобы издать «Двойников». Знаешь, откуда я взял деньги? – он открыл глубокий ящик воспоминаний. – В старших классах я начал копить на машину. Видел, как зазнавшиеся одноклассники приезжали на крутых тачках, как в их салоне всегда сидели кучкой девчонки. У них всегда играла музыка. И они лишь дразнили меня за мой велик, на который я сам заработал. В детстве я всегда находил мелкие подработки. У моих родителей не было средств на такую роскошь, в отличие от их семей. Зато выделывались эти говнюки так, словно это были их лично заработанные деньги. Однажды, когда я ехал домой, один придурок бросил в меня бутылку из-под пива. Я не ожидал и слетел с дороги, пару метров прокатился вниз по склону, содрал себе кожу на коленях, разодрал щёки, велик потерял переднее колесо, а я приобрёл дикое желание купить машину. Только на свои деньги, а не как они.

– Ты никогда не рассказывал мне о своём детстве.

– Не лучший мой период. И как ты можешь догадаться, машину я не купил. Зато копил я вплоть до переезда, и вмиг деньги начали растворяться в воздухе. Я их потратил на Нью-Йорк и на свою первую книгу. Все чёртовы сбережения…

– Я не хочу лезть в твоё личное, но ты не рассказывал о своих проблемах в школе родителям?

Дейл покачал головой, смотря в тарелку.

– А в этом был бы смысл? Папа не вмешивался в моё воспитание, хотя у нас хорошие отношения. Наверное, из-за того, что никто лишний раз не приставал друг к другу с расспросами. А мама… – он задумался, проводя языком по нижней губе. – Она всегда говорила: «Терпи. Когда-нибудь они устанут и прекратят дразнить тебя».

– Почему они не приехали на твою презентацию? – спросила Гарриет.

– Потому что они приземлённые люди, с промытыми мозгами.

– Что ты имеешь в виду?

– Всем нам с самого детства промывают мозги. Это не мы решаем, что правильно, а что нет. Это нам вдалбливают с рождения, повсюду. В книгах, в фильмах… Добро всегда побеждает зло? Ни хрена подобного! Зла и добра не существует, каждый сам для себя должен решать, что для него хорошо, а что плохо. Но нет, из нас всех пытаются создать одинаково мыслящих роботов, что живут по единой системе, придуманной кем-то. Рождение, школа, универ, семья, работа, пенсия, если доживёшь, и смерть. По этой системе мы должны жить, должны идти. Эту систему нам прививают как норму всю нашу чёртову жизнь. А что происходит с людьми, которые идут против системы? Они становятся изгоями, потому что не похожи на других. Их считают дикарями, ненормальными. Но разве эти определения не подходят людям системы? Глупым людям, что всегда боятся тех, кто хоть как-то отличается от них, людям, что не имеют собственных мозгов или, может, храбрости отделиться от этого стада и пойти своей дорогой. Как это – ты не пошёл в универ? Как это – ты не хочешь одеваться, как тебе приказывают? Как это – ты имеешь свои взгляды на жизнь? Как это – твоё мнение отличается от мнения учителя? Так же и мои родители. Я бросил работу, пошёл не по специальности. Я плохой сын, бросился в омут с головой, не думая о своём будущем. Прощай, родительская поддержка! После моего приезда в Нью-Йорк мы созванивались лишь один раз. Я сказал, что всё хорошо, что я прилетел и жду такси, которое довезёт меня до ближайшей гостиницы.

– Дейл, – Гарриет крепко сжала его руку. – Мне очень жаль…

– И Мэтью Уокер такой же, как все они. Он написал свою первую книгу, она тут же попала на первые полки в магазине, его имя везде, его зовут на все передачи и телешоу. Но лишь потому, что его родители миллионеры. Их фамилия всегда была у всех на слуху. И ты даже не представляешь, насколько это раздражает.

– Но, несмотря на это, о тебе тоже услышали. Ваши книги даже в сравнение ставили, о тебе упоминали в том ночном шоу. А это получается лишь у единиц. Ты просто потрясающий писатель, Дейл! И я понимаю, какой непростой путь ты проходишь сейчас, – он поднял на неё большие глаза, уголки его губ медленно приподнялись. Он играючи провёл вверх по её руке, поднимая рукав халата.

– Ты права, я потрясающий писатель, Гарриет. И я хочу, чтобы ты наградила меня за это. Поцелуй меня… прямо сейчас, – он слегка поддался вперёд, коснулся губами её мягких губ. Блеск – со вкусом вишни… Он легко сомкнул руку на её шее, шёлковый халат проскользил по белой коже. Дейл подхватил девушку на руки. Когда-то на нём была надета белая футболка, сейчас же она накрывала его пустую тарелку. Стол напротив был свободен, он и стал первой длительной остановкой.

* * *

Утром его всегда будила бодрая кантри-песня из семидесятых про одного весёлого социопата, что любил собирать чужие разбитые сердца и создавать из них пазлы. Дейл посмотрел на часы, соседняя подушка была пустой, зато в ванной всё ещё горел свет. Он медленно перекатился на её половину, вдохнул впитавшийся в подушку запах духов.

– Ты ещё дома? – громко крикнул Дейл. Ему ответила тишина. Тогда парень слез с кровати, чуть не раздавив стеклянный шар, который на этот раз стоял у подножья кровати. – Гарриет! – возмущённо завопил он, и девушка, выдёргивая наушники из ушей, выбежала из ванной.

– Что? – спокойно спросила она, держа в руках утюжок.

– Когда-нибудь я его разобью! Серьёзно, – Дейл разъярённо ткнул рукой на пол.

– Мой шар! – воскликнула девушка и бросилась к нему. – Ты наступил на него?

– Нет, но мог бы, – Гарриет поднесла его к окну и стала вглядываться в крошечную вселенную внутри. – Ты можешь не разбрасывать его повсюду?

– Что значит – повсюду? – не слушала девушка, ставя шар на подоконник. – Ты такой невнимательный, Дейл.

– Да какого чёрта?!

– Ты всегда разбрасываешь свои вещи.

– Назови хоть одну, – попросил он, натягивая чистую футболку.

Гарриет убежала в ванную, продолжая кричать в открытую дверь:

– Меня тоже раздражают твои повсюду разбросанные скомканные листочки…

– Они всегда на полу и не мешают никому жить, в отличие от твоих вещей.

– Значит, мои вещи мешают тебе жить? – Дейл зашёл в ванную и включил воду в кране. Его девушка стояла напротив зеркала и пыталась уложить непослушные светлые волосы.

– Не обобщай, не все, но многие. Твоя косметика; ты никогда не вытаскиваешь свои волосы из сливного отверстия; я вечно спотыкаюсь о твой дурацкий шар – ты, наверное, лишь в унитазе его ещё не оставляла. Знаешь, я словно в фильме ужасов – и он просто преследует меня на каждом шагу, как какой-то маньяк.

Она выдернула утюжок из розетки, встряхнула головой и посмотрела ему в глаза, пока парень чистил зубы.

– Вечером придут Линн с мужем, – он закатил глаза. – Поэтому придёшь с работы – приберись, пожалуйста.

– Только не Линн, – простонал он.

– А я, когда вернусь, займусь ужином, – Гарриет вышла из светлой ванной.

– Может, она придёт не сегодня? – последняя надежда.

Крик в ответ донёсся из коридора:

– Я не хочу больше это обсуждать, – она открыла входную дверь.

– Твоя подруга – сука! – крикнул парень, закатывая глаза.

Короткий стук в стену со стороны соседей, он постучал в ответ.

– Да заткнитесь же все! – Дейл прополоскал рот и с трепетом вспомнил ту ночь после клуба. После всех этих мыслей он с трудом преодолел желание собрать вещи Гарриет и сжечь их прямо на их кухне.

* * *

Призрачный Нью-Йорк. Август был потрясающий. Улицы редко пустовали, но сегодня ему повезло. Серое небо, отражающееся в больших лужах-океанах. Глубокий туман, плывущий по тротуару. С каждым новым шагом Дейла туман всё отдалялся, окружая его при этом плотной цепью. Впереди мигал сломанный светофор. Только что над его головой проплыла жёлтая вывеска старого кинотеатра, справа от него стояли высокие стеклянные небоскрёбы. Вдалеке Дейл видел маленькие точки-огоньки. Это были фары автомобилей, что освещали эту серую туманную дорогу. Этот город сегодня был двойником Сайлент-Хилла. На улицах не хватало лишь всяких неведомых тварей или голодных зомби, крушащих витрины магазинов.

– Как звали того парня? – спросил Нейт, убирая футболку, что вернул ему Дейл, в свою сумку.

– Эстебан.

– О Святой Эстебан, – Нейт поднял пустой стакан, – спаситель плохого вечера, спасибо тебе за подарок этому прекрасному человеку по имени Дейл!

Эверис засмеялся, обводя взглядом заведение. Всю сегодняшнюю ночь он видел очень странный сон, но, проснувшись, совершенно не придал ему никакого значения. Дейл видел лицо Эстебана, тёмные глаза, смотрящие на него из темноты. Яркие вспышки света, было много шума, они сидели в кругу, вдвоём, напротив друг друга. Позади него стоял высокий чёрный стул, всего их было семь, но все они пустовали. На полу появлялись чёткие человеческие следы. Когда он провёл по ним рукой, кончики его пальцев окрасились в яркие цвета акварели. Дейл всё никак не мог вспомнить слова, которые произносил его собеседник, но единственное, что он понял, – он был обязан найти Эстебана.

– Почему сегодня никого нет?

Лишь за самым дальним столиком сидела женщина и, уткнувшись в телефон, пила кофе. Самое то в такую мрачную погоду. Хотя то, что творилось за окном, было по душе Дейлу.

– Я не знаю. Да мне и плевать. Можно у тебя кое-что узнать?

– Что?

– Как Гарриет до сих пор верит тебе? – поинтересовался Нейт, и Дейл, опершись локтями на барную стойку, поднял глаза к белому потолку.

– Я не знаю, Нейт.

– Но ты ведь говоришь ей что-то… Колись, ну же! – умолял тот.

– Да я серьёзно. Мне всегда все верили.

– Не может быть!

– Моё обаяние внушает людям доверие, – медленно процитировал Эверис. – Какую бы хрень я ни говорил родителям, они всегда мне верили. Что бы я ни врал учителям, они мне верили. Поэтому мне всегда всё сходило с рук.

– Наверное, это круто. На меня всегда смотрят с подозрением.

– Даже не знаю. Порой чувствуешь себя не в своей тарелке.

– Брось, какой в этом минус? Ты обманываешь Гарриет на протяжении всей вашей совместной жизни, а она по-прежнему уверена, что ты святой трудяга. Даже в том баре те девчонки просто так поверили тебе. Прости, конечно, но лишь человеческой анатомией вы похожи с Мэтью.

– На самом деле меня никто не видит. Все говорят с человеком, которого не существует. Гарриет живёт с человеком «святым трудягой», которым я никогда не был. Мы никогда не сможем сблизиться, пока она будет смотреть на меня закрытыми глазами.

– Неужели измена является местью ей? За её слепоту? – сощурился Нейт.

– Я такого не говорил, – подмигнул ему Дейл и проследил взглядом за закрывающейся входной дверью: единственная посетительница покинула бар. Через несколько минут должна была окончиться его смена. – Сегодня к нам придёт Линн. С мужем.

– Как его зовут?

– Тедд, кажется.

– Мистер Маленькая Футболка, – они рассмеялись: Тедд вечно выбирал вещи на размер меньше, из-за чего все всегда видели его живот и поясницу. – Тебе не кажется это странным?

– Он похож на её маленького сынишку. Клянусь, я бы не удивился, узнай, что она кормит его грудным молоком. Ибо из-за чего он вечно жмётся к ней как к мамочке?

– Может, потому что Линн и вправду хороша, но ты никак не хочешь этого признать? – подметил Нейт, устало закинув ногу на ногу.

– Мы с тобой здесь как две сплетницы.

– Приятно хоть с кем-то почистить чужие косточки. Так что насчёт Линн? – он продолжал улыбаться, как дурак.

У Линн были длинные прямые белые волосы. Она была высока, худощава, имела вытянутое лицо и «сделанные» пухлые губы с розовым оттенком. Как и её муж, с которым они поженились на первом курсе в колледже, любила маленькую одежду. Часто носила топики, чтобы показать всему миру свой проколотый пупок. Любила мини и каблуки, но от последнего ей приходилось часто отказываться, ведь ходила она на них не лучше Дейла, если бы тот, конечно, решился их надеть.

– Она ужасная.

– Почему?

– Глупая. И всё. Когда меня видит, её не заткнуть. Всё время пытается меня с кем-то сравнить, но никак не может вспомнить точное название того животного.

– Животного? – засмеялся Нейт.

– Да, с чего-то она вечно сравнивает меня с кем-то из дикой природы. У этой дамочки явные проблемы с головой. Но хочу отдать должное ей, потому что единственное, в чём она преуспела меня, – фитнес. Хотя, конечно, она же фитнес-тренер, плюс каждый день занимается дома, постоянно скидывает Гарриет видео о том, какое новое упражнение она придумала и какую мышцу на этот раз оно подтягивает. Полная зацикленность на своей внешности. Не понимаю, почему они до сих пор общаются.

– А какие у них отношения с Теддом?

– Родительские. Боже! – Дейл потёр глаза ладонями. – Мне сегодня опять придётся выслушать, как Тедд в очередной раз поругался с консультантом в магазине.

– Всего один вечер – ради твоих отношений с Гарри.

– Всего один вечер, – успокаивал он сам себя. – Один вечер – и, надеюсь, я не открою стрельбу в этой квартире.

– Тебя спасёт то, что ты не умеешь пользоваться оружием, – Дейл приподнял одну бровь. – Я не прав? – заинтересовался Нейт.

– Когда я был подростком, у меня было много разных подработок. Поэтому, если нужно, я хоть с конца города могу прицелиться и прострелить тебе глаз.

– Так-так, серийный убийца, – Нейт открестился руками, – глаза мне ещё понадобятся, когда ты отправишь ко мне Линн.

– Зачем ты ей нужен? До Тедда она встречалась с моделью: блондин с голубыми глазами, высокий, красивый, полная твоя противоположность.

– Ну спасибо, друг.

– Всегда готов открыть тебе глаза!

Дейл вышел из-за барной стойки, накидывая пальто себе на плечи.

– Расскажешь, как прошёл ваш вечер? – усмехнулся Нейт.

– Если только ты не прочитаешь об этом в новостях.

Прохладный воздух коснулся щёк.

* * *

– …а я ему говорю, мол, ты не можешь так общаться со своими постоянными покупателями, – с довольным выражением лица рассказывал Тедд, сидя на диване в гостиной Дейла. Гарриет, подобрав ноги, забралась на кресло. На ней была бежевая майка, что сливалась с нежным цветом её кожи, и чёрные спортивные бриджи. Короткие волосы она собрала в высокий пучок. Линн ещё не подошла: Тедд говорил, что она остановилась возле подъезда, дабы поболтать по телефону. Дейл всё ходил из комнаты в комнату, носил кружки, бокалы, глубокие миски с конфетами, канапе, нарезки и бисквитные пирожные. – А он мне так нахально намекает, чтобы я не разговаривал с ним на «ты».

– И что ты ответил на такое хамство? – ехидно поинтересовался Дейл, ставя на журнальный столик вторую бутылку шампанского.

– Я сказал, что он лишь обслуживающий персонал и не имеет никаких прав хамить мне и тем более указывать, как мне разговаривать с такими, как он, которые, кроме сферы обслуживания, больше ни на что не годятся. Разве умный, уважающий себя человек пойдёт подавать кому-то обувь? – он удивлённо развёл руками, и светлая футболка чуть приподнялась, оголяя нижнюю часть подтянутого живота. Видно, Линн взялась и за его внешний вид тоже. – Конечно же, нет. Так пусть знает себе место.

Гарриет спокойно выслушала Тедда, но, как мог предполагать Дейл, его слова она пропускала мимо ушей.

– Ты же знаешь, что я работаю барменом? – поинтересовался парень, наконец усаживаясь на диван рядом с Теддом.

– Конечно, знаю, Дейл. Но у тебя лишь вынужденная мера. Ты писатель, человек искусства. К сожалению, в наши дни это не считается полноценной профессией, хотя это точно такой же непосильный труд, как актёрство, или что-то в этом духе. Как у тебя дела, кстати? Я видел твою фотографию в Твиттере. Наконец-то люди поняли, кто их настоящий кумир, в отличие от подкупного Уокера.

– Что за фотография? – Гарри включилась в разговор, перевела взгляд на Дейла. Дверь их квартиры отворилась, и до всех донёсся писклявый женский голосок.

– Простите, что задержалась! – в гостиную вбежала Линн, она присела рядом с Дейлом, убрала телефон в маленький белый клатч. Девушка завила себе кудри и, по мнению Дейла, была похожа на болонку. На ней было надето платье на бретельках песочного цвета, а на губах переливался блеск. От неё пахло дешёвыми сигаретами и дорогим парфюмом.

– Тебе так идут кудри, дорогая! – в поддельном изумлении произнёс Дейл и приобнял блондинку в знак приветствия.

– Привет, Линн, чудесно выглядишь, – Гарри лишь отрешённо помахала ей рукой, всё ещё уставившись круглыми глазами на своего парня. – Так что за фотография?

– Ох, он сидел на диване в кафе, а рядом с ним, по бокам, устроились две симпатичные официантки, – Дейл немного покраснел.

– Правда? – спросила Гарриет, он лишь кивнул в ответ. – Почему ты не рассказывал мне об этом?

– Было много дел, совсем вылетело из головы.

– Вы про фотку в Твиттере? – оживилась Линн рядом. – Ты выглядел просто шикарно на ней. Даже представить не могу, насколько Гарриет повезло с тобой.

– Я всегда ей про это говорю, – девушка в кресле просверлила его недовольным взглядом. – Ну, ты же знаешь её, упрямая, как… – он в мгновение осёкся. – Она не любит признавать очевидные вещи.

– Насчёт очевидных вещей, помните клуб на крыше? – спросил Тедд, открывая бутылку шампанского. – Я приносил вам брошюру. Все его хвалили, и было очевидно, что он хорош, даже не заглядывая туда.

– Клуб с бассейном?

– Да-да, в эти выходные там отдыхал Мэтью Уокер.

– Ох, Боже… – Дейл закатил глаза.

– Он снял весь клуб на всю ночь, там были лишь самые близкие друзья. И как вы думаете, кто туда попал?

– Ты?

– Нет, конечно. Молли Линелли. Журналистка.

– Уокер ненавидит журналистов, – вспомнила Гарриет. – Я читала в одном его интервью.

– Ты читаешь его интервью? – удивился Дейл, и Линн рядом рассмеялась.

– Мне нужно было узнать, о каком человеке ты мне целыми днями рассказываешь.

– Уокер любит журналистов. Он солгал, когда говорил обратное. Как этого можно было не заметить? – Дейл откинулся на спинку дивана. – Как человек, любящий внимание, не любит журналистов? Да он сам её позвал, чтобы что-нибудь выкинуть и подогреть интерес к себе. Я прав, Тедд?

– Может. Мэтью тогда дико напился и, увидев, как Молли фотографирует его, бросился на неё, выхватил фотоаппарат и утопил его в бассейне. Сейчас он уже дал по этому поводу интервью, в котором извинился и сказал…

– …что у него был плохой день, – продолжил Дейл.

– Чёрт, да ты его как облупленного знаешь! Берите, – Тедд протянул руку к бокалу, и все последовали его примеру.

– За что будем пить? – поинтересовался Дейл.

– Просто за хороший вечер, – предложила Линн, и все согласились, чокнувшись хрустальными бокалами. Пара капель шампанского упала на стеклянный стол. – Ты уже рассказал ту ужасную историю из магазина, малыш? – поинтересовалась девушка у своего мужа.

– Конечно, Линн. Все согласились со мной, – этого момента Дейл не помнил, но решил промолчать. Иначе, начни Тедд свои размышления, его было бы не заткнуть.

– Я ненавижу ходить по магазинам, – продолжила девушка.

– Вы разве не собирались на выходные устроить с Гарриет день шопинга?

– Мы пойдём, если твоя девушка ещё не передумала, – Гарри помотала головой, допивая бокал до дна.

– Мне нужно развеяться. Этот человек совершенно никуда не хочет со мной ходить.

– Может, пойдёшь с нами?

– На шопинг? – удивился он.

– А что такого? Мне всегда казалось, что ты любишь одеваться.

– Посмотри на его пальто. Или ботинки. Мне кажется, что они все мои ровесники, – сказала Гарри.

– Вот видишь, Гарриет, не такие они уж и старые! – подметил Дейл.

– Знаешь, когда я вижу тебя в пальто, ты кое-кого мне напоминаешь, – блондинка махнула рукой на шампанское. – Разливай, Тедд. Чего сидишь?

– Кого же? – Дейл с нетерпением ждал очередное сравнение, он сделал крайне заинтересованное лицо.

– Ты похож на птенца.

– На птенца? – засмеялась Гарри, взяв второй бокал в руку.

– Я что, неправа? Дейл, ты ужасно молодо выглядишь, я просто порой завидую тебе.

– Мне двадцать четыре. В моём возрасте хорошо выглядеть – норма.

– Посмотри на Тедда, – парень в маленькой футболке в недоумении посмотрел на все лица, уставившиеся на него. – Ему двадцать восемь. Но, когда увидела его впервые, я подумала, что этот парень довольно неплохо выглядит для своих тридцати пяти.

– Ты подумала, что мне тридцать пять?! – завопил он. – Мы познакомились, когда мне стукнуло двадцать!

– Замолчи, пожалуйста, Тедд. Ты и сам знаешь, что был не в лучшей форме до того, как встретил меня. Тебе повезло, – повисла неловкая пауза. – Каждый вечер я заставляю заниматься его йогой. А сейчас мы пытаемся сесть на шпагат, правда, вчера у кое-кого после занятий свело ногу. И это я не про себя, – Гарриет сдержала ухмылку, и Дейл еле сдержался, он лишь прикрыл рот ладонью. – А вот тебе, Дейл, больше двадцати-то и не дать, – она опрокинула полный бокал в себя, невольно сморщилась, закусила кусочком авокадо и продолжила: – У тебя идеальный рост.

– Ещё немного – и он головой проделает дыру в потолке, – сказала Гарриет. – В одном магазине ему пришлось постоянно наклоняться, чтобы проходить в двери.

– А я о чём? – прожевалась Линн. – У тебя огромные глаза, чуть опущенные уголки, из-за них ты всегда выглядишь слегка уставшим, но тебе это даже к лицу. Аккуратный нос, а форма губ, арка купидона… клянусь, что, когда впервые увидела тебя, подумала, что они сделанные. И тебе так идут эти взъерошенные неряшливые волосы!

– Меня-то постоянно заставляешь укладывать! – возмутился Тедд.

– Потому что ты похож на лохматого Вуки, если нормально не расчешешься. А вот твоё пальто, Дейл… Ты слишком худенький, а оно такое огромное, словно ты снял его с родительского плеча, и всё это в куче делает тебя похожим на взъерошенного птенчика с огромными глазами в папиной одежде, – Гарриет рассмеялась, а Дейл лишь тяжело вздохнул, когда Тедд протянул ему бокал.

– Хорошо, Линн. Надеюсь, это комплимент.

– А как же! – воскликнула она. – Стойте, нам нужно совместное фото, – блондинка вскочила с места, достала огромный телефон. – Я хочу, чтобы все узнали, что я была знакома с Дейлом Эверисом до его популярности, которая в скором времени его обязательно настигнет. Так, Гарри, садись-ка поближе.

Девушка встала с кресла и нехотя села рядом с Дейлом.

– Правда, Линн золото? – прошептал он ей на ухо.

– Заткнись и улыбайся, – блондинка поставила телефон на книжную полку напротив дивана и быстро, пока идёт отсчёт до начала снимка, побежала к своему месту.

Яркая вспышка осветила их. После неё Тедд тут же разлил остатки шампанского. Их разговоры скакали с темы на тему.

– …а она пишет «что же ему принесло это? Ровным счётом ничего. Нет оправдания идиотским, необдуманным поступкам». А ей отвечают «Это принесло ему личное удовлетворение. Похлеще, чем в сексе». Многие маньяки сравнивают секс и убийство. Кто-то совмещает это, получая просто космический экстаз. Если ещё приправить всё ЛСД… Ты наверняка Алисой в стране чудес станешь.

– Ты говоришь настоящие мерзости, Дейл, – сказала Линн, сидящая рядом.

– Я просто фильм рассказываю. Документальный, между прочим. Кроме магазинов, спортзалов и салонов красоты есть и такое дерьмо. Как Даркнет, только в реальности, здесь и сейчас. Все мы разные. Для кого-то твоя розовая жизнь кажется дикой.

– Я всегда надеялась, что жизнь отведёт меня подальше от таких уродов, которые ради своих целей готовы пойти на такие отвратительные вещи.

– Подумать только, – протянул Тедд, – какие у всех разные судьбы. Я, например, всегда мечтал прыгнуть с парашютом, но я просто ужасный трус. А для кого-то это обыденность. Кто-то не задумываясь ступает в пропасть. Без доли сомнений… Ты когда-нибудь делал что-то безумное, Дейл? – спросил Тедд.

– Нет. Я слишком скучный.

– Или хочешь таким казаться, – подмигнула Линн и ударила по рукам своего мужа, что потянулся к пирожным. – Для чего мы ходим на тренировки?

– Тогда и пить не следовало, ты так не думаешь?

– Хорошо, – неохотно согласилась она. – В виде исключения. Ну так, – обернулась она к Дейлу, – даже одной истории не найдётся? – тот помотал головой.

– Он скромничает. Дейл не предсказуемый, – начала Гарри, которая уже давно вернулась на своё прежнее место. Сейчас она обвивала руками одну из любимых подушек. А позади неё, на одной из полок на стене, стоял её стеклянный шар. – Вы даже не представляете, как он дописывал «Двойников».

– Нет, Гарри, ты обещала, – злобно прошипел парень. – Это никому не интересно.

– Да брось ты, – язвительно произнесла она.

– Здесь некого стесняться, Дейл. Нам было бы интересно послушать.

– Тогда слушайте. Когда его книга подходила к концу, у него закончились идеи…

– У меня не закончились идеи, – недовольно поправил он. – Я не мог сосредоточиться. Обстановка была такой обыденной, привычной. А писать, что-то новое и завораживающее в «дне сурка» не очень-то, знаете ли.

– Так вот. Мы ещё не жили тогда вместе, лишь встречались. И он попросил меня, – Дейл закрыл лицо руками, пытаясь скрыть покрасневшие щёки, – закрыть его в ванной. На неделю. Понимаете?

– В этой ванной? – переспросила Линн.

– Да, в его ванной. Он взял на работе больничный, я приносила ему еду один раз в день, а затем уходила. У него не было интернета, телефон лишь для звонков. У него был только ноутбук.

– Для чего это всё? – удивлённо спросил Тедд.

– Чтобы понять, что чувствует человек в заточении. Новые ощущения. И для того, чтобы не отвлекаться на ненужные вещи, – объясняла Гарри. – Знаете, после этого я должна была бросить его, но что-то меня зацепило.

– Ты спал на холодном кафеле?

– У нас в ванной есть коврик.

– Ты спал на коврике? – не успокаивалась Линн, придвигаясь всё ближе.

– Это был эксперимент. Зато за неделю я закончил книгу. И концовка выдалась настолько непредсказуемой, что, когда я перечитывал её, не мог поверить, что это я написал.

– Наверное, весело с ним жить, – обратилась она к Гарриет.

– Очень, особенно когда тебя будят посреди ночи и спрашивают: «Гарри, тень какого предмета похожа на тень человека?».

– Удивительно, – поразился Дейл. – Да ты прямо ненавидишь меня!

– Я уверена, это взаимно.

– Так, ребятки, – перебил всех Тедд. – Что-то мы засиделись с Линн.

– Да, наверное, нам пора. Значит, увидимся на выходных, Гарри? – блондинка поднялась с дивана, накинула на плечи вязаный кардиган. – Я напишу тебе.

– Тогда мы с Теддом тоже не против сходить развеяться, правда Тедд? – Дейл обхватил того рукой так, что маленькому Тедду пришлось немного приклониться к земле.

– Да, – прохрипел тот в ответ. – Думаю, я смогу.

Гарриет и Дейл проводили гостей до двери, ещё раз попрощались с ними на лестничной клетке и вернулись в гостиную.

– С Теддом, значит? Развеяться? – спрашивала она, убирая бокалы со стола.

– С Линн, значит? По магазинам? – передразнил её парень.

– Ты просто невыносимый.

– А ты маленькая обидчивая стерва, – слова, что сами вырвались изо рта.

Когда она подняла на него ошеломлённый взгляд, Дейл развернулся, поставил подушку на прежнее место и ушёл в спальню.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Его опять мучил этот странный сон. Дейл не спеша шёл по тёмному коридору. Тишина окружала его. Он не чувствовал свой пульс, ему казалось, что он давно мёртв. Пол перед ним подсвечивался лёгким светом, бледная дымка выступала над его следами. Дейл исследовал чёрные лабиринты, пропитанные запахом свежей мокрой земли, по стенам проползали тонкие ручейки. За каждым углом ему казались чьи-то искажённые силуэты с непропорционально длинными кривыми пальцами, а в нос бил едкий запах мочевины и страха. Он дошёл до высокой каменной стены, истерично ощупал её. Замочив руки, Дейл почувствовал подступившую к горлу тошноту, затем он обернулся и увидел белое лицо Эстебана, перепачканное яркой акварелью. Единственные цвета, которые он увидел в этом чёрно-белом тихом сне, повторяющемся не в первый раз.

Резкое пробуждение глубокой ночью. Неприятный осадок скрёбся в груди, а Луна смотрела прямо на него через окно, освещая стены приятным голубоватым светом. Вокруг царило спокойствие, стрелки часов не спеша двигались вперёд. Дейл посмотрел на Гарриет, что мирно посапывала рядом. Она снова скинула с себя одеяло, парень вернул его на место.

Казалось бы, чего он боялся в спальне, где не было никого, кроме них? Но паника всё же охватила его тело, а разум предательски вырисовывал тёмные лица в зеркалах, у подножья большой кровати и даже в окне. Он тихо встал и с листком бумаги и своей верной чёрной ручкой пробрался на кухню, где зажёг яркий свет, решив набросать пару строк. Длинные предложения, появляющиеся из ниоткуда, помогали Дейлу покинуть реальность и забыть обо всех кошмарах. Не одна кружка кофе ушла у него этой ночью, но рассказ «Идеальные люди» был закончен. Хоть какая-то польза была от бессонницы.

«Родился на земле один мальчишка. С яркими глазами и самой красивой улыбкой. Он жил в высоком каменном доме, похожем на большой серый булыжник. Из его маленьких каменных окон было видно горы, каждое утро он просыпался и наблюдал за тем, как встаёт солнце. Ранее утро – единственное, что доставляло мальчику радость, ведь он знал… В это прекрасное, красочное время он был единственным, кто не спал.

Мальчишка рос и почти не выходил из дома, вернее, он не покидал место, где ему приходилось жить. Он редко встречал других «людей», а если ему и удавалось застать чей-то тяжёлый взгляд, ему становилось страшно. Окружающие его дети были одеты в серые робы. Они каждый день ходили в место, в котором их учили быть копией идеального человека. Им говорили, какими должны быть их мысли, что они должны делать и что говорить. Их учили не выделяться, учили быть послушными, жалкими. Учили, что любое их мнение неправильное. И за любую мысль, отличающуюся от нормы этого серого мира, детей наказывали. Их отводили в большую тёмную комнату, из которой никто не возвращался прежним. И наказание повторялось, пока непослушные дети не становились копией друг друга. Уставшими, лишёнными своего разума существами. Мальчишка нечасто видел детей, которых наказывали, ведь в основном все боялись тех больших чёрных монстров, которые управляли этим зловонным каменным местом. Которые управляли всем живым на этой планете.

Земля перестала быть Землёй. Небо растеряло все краски, единственными разводами на нём был дым из высоких труб. Землю покрывали человеческие кости, грязь и тела мёртвых животных. Чёрным монстрам не было дела до чьих-то жизней. Их волновала лишь жажда власти. Как отобрать чужой кусок земли? – был единственным мучившим их вопросом. Иногда прекрасному мальчишке казалось, что он был единственным, кто понимал, что Земля молит сбросить с себя этих серых одинаковых существ, что больно вгрызались в её плоть. Она извергала вулканы, заливала города водой, сносила их ветром… Ему казалось, что он был единственным, кто знал, что Земля нуждается в перерождении. Словно феникс, она бы вспыхнула во тьме бескрайнего космоса.

В своей тесной комнате он сидел сутками. За маленьким окном пролетали жёлтые листья, падали большие хлопья снега, гремел первый гром. Мальчишка становился старше, и эти чёрные монстры пытались присвоить его разум себе. Пытались заставить его думать, как они. Действовать, как они. Но, видя взрослых людей – потерянных и одиноких, мальчишка знал, что никогда в жизни ему не стать таким же. Он потратил бы все силы на то, чтобы бороться с монстрами, но единственное, что заставляло его ждать, была… любовь. Девочка с яркими волосами. Лисичка – так он называл её про себя. Она была единственной, в чьих глазах он видел жизнь. Она была единственной, кто всегда соглашался с его мыслями, была единственной, кто рисовал с ним идеальный мир без людей, на новой Земле. Совсем чистой, свежей, заполненной естественными красками. От Лисички всегда пахло весной. Её голова была полна свежих идей, которые не были похожи ни на что на свете. Ради неё он ходил в это серое место, вместе со своими ровесниками в серых робах. Вместе с ней он сидел за одним из серых столиков, ловя на себе едкие пустые взгляды. Люди, которые росли вместе с ним, почти достигли уровня идеального человека. Они стали одинаковыми, бестолковыми и глупыми, они были напичканы ненужными знаниями, которые вдалбливали в них чёрные монстры. И лишь эти знания были для них истиной, всё иное воспринималось враждебно.

В один ужасный день люди, что растили Лисичку, отдали её во власть этому серому миру. Заставили её встать в очередь вместе с этими серыми рабами в серых робах. И мальчишка впервые ощутил настоящую боль. Он потерял единственное, что заставляло верить его в иное будущее. Он потерял кусочек своего солнца, потерял свежий запах весенних цветов. Потерял надежду. Они забрали её. Они очистили её голову от всех мыслей и идей, насильно засунули в её разум стандартную программу для становления идеальным человеком.

И единственное, что оставалось мальчишке, – найти себе нового друга. Того, кто сможет так же мечтать, кто сможет верить в те же вещи, что и он. И мальчишка нашёл его. Друга этого звали Смерть. День и ночь он разговаривал со Смертью, и она выглядела совсем иначе. Не так, как описывали её другие. На ней был прозрачный шлейф, что морскими волнами спускался вниз. Лицо её было покрыто свежими, недавно родившимися цветами, на него всегда падали солнечные лучи. А руки – совсем не костлявые – мягким прикосновением провожали души в иную реальность, ныне не известную нам. Мальчишка рассказывал ей о Лисичке, рассказывал о серых робах, об идеальных людях, войнах. Рассказывал о своих догадках по поводу Земли. И однажды, проснувшись, как обычно, ранним-ранним утром, мальчишка выглянул в своё маленькое каменное окошко и не увидел никого. В одних чёрных кедах и длинном плаще он спустился на пустую улицу, в конце которой стояла Лисичка. Со своими яркими глазами, веснушками и привычной улыбкой, которую он вспоминал каждую ночь.

Смерть, что была его настоящим другом, подарила мальчишке весь мир. Забрала всех людей, опустошила дома, разрушила высокие каменные стены, которыми была заставлена вся планета. Смерть позволила Земле сделать вдох облегчения, она позволила двум новым людям, что сияли ярче солнца, создать здесь свой мир. Без грусти, без отчаяния, без серых лиц, без одинаковых мыслей и, главное, без безысходного будущего, полного грязи, рабства и насилия, что ждало планету, если бы один прекрасный мальчишка не поведал историю той, что на самом деле являлась владычицей этого мира».

Наступили долгожданные выходные. Дейл и Гарриет сидели на кухне.

– Неважно выглядишь, – тихо сказала сонная девушка, читая последние новости в телефоне.

Дейл долго сверлил её взглядом, а затем неохотно ответил:

– У меня бессонница.

– Может, попробовать снотворное?

– Не нужно, Гарри. Я просто немного устал, – перед его глазами пролетели все последние ночи. Он перекатывался с одного бока на другой, и стоило ему закрыть глаза, как под веками вспыхивало лицо Эстебана. Из-за кошмаров он перестал спать, и – самое страшное, что могло произойти с Дейлом, – он не написал ни единой строчки в своей книге за последние дни.

– А может, стоит поменьше уделять время посиделкам на кухне по ночам?

– О чём ты?

– Я просыпаюсь, а тебя никогда нет рядом. А недавно на этом столе красовалась стопка из перечёркнутых листков. Зачем ты пишешь по ночам?

– Ты читала мой рассказ?

– Не говори о том, что это был всемирный секрет. Да, читала.

Дейл ухмыльнулся, глотнул из кружки и заинтересованно посмотрел на Гарри.

– И как тебе моё творчество?

Девушка закатила глаза и спустя пару секунд задала вопрос:

– Мрачное. Что ты хотел сказать этим рассказом?

– Что нужно выбирать правильных друзей, – усмехнулся он её глупости.

– А если серьёзно? Я немного не поняла концовку. Что случилось с Мальчиком и Лисичкой? Смерть забрала их в новый мир? – рассуждала Гарри, вглядываясь в маленькое пятнышко от соуса на стене.

– Смерть забрала всех, кроме них, – ответил Дейл. – Но и твоя трагичная концовка мне нравится.

– То есть вымирание всего человечества для тебя не так трагично, как смерть двух людей?

– Конечно! – воскликнул он. – Это гнилое, несправедливое общество давно заслуживает хорошей порки.

– Боже, Дейл, ты тоже заслуживаешь её.

Она вновь насупилась и уткнулась в телефон.

– Ты же помнишь, какой сегодня день?

– Сегодня у нас наконец-то выходной, а мы вновь проводим его порознь, – причитала она.

– Не будь такой занудой. Погуляй с Линн, отдохни. Мы с Теддом тоже куда-нибудь сходим. Наверное, я вернусь лишь утром.

– Утром?! – возмутилась она и отложила телефон.

– Мы и так видимся каждую ночь.

– И ты устал от моего присутствия… – Гарриет хлебнула горячего кофе, пытаясь успокоить свои нервы. В последнее время она чувствовала, как Дейл отдаляется, и ей было очень жутко от этой мысли. Всё же он стал её первой настоящей любовью. – Я знаю, как ты ненавидишь Тедда и Линн.

– На твоём шаре пошла трещина, – неожиданно вставил он, не желая продолжать тот бессмысленный разговор.

– Нет… – процедила Гарри и выбежала из кухни. – Нет! – крикнула она из гостиной. – Что ты сделал? – прибежала на кухню – покрасневшие щёки, искры из диких глаз.

– Всё произошло случайно, Гарри, – спокойно ответил он. – Это же просто вещь! Боже…

– Если однажды утром тебя привезут в больницу с очередным передозом, я ни за что не буду спасать тебя.

– Тогда, я уверен, тебя непременно сделают лучшим работником месяца, дорогая.

– Не смей называть меня так! – поглаживая хрустальную поверхность своей маленькой «вселенной», девушка скрылась за дверным проёмом.

* * *

Тедд расплатился с водителем и вышел из жёлтого такси. Дейл курил возле входа того же клуба.

– Ты долго, – сказал он, затаптывая сигарету в землю.

На улице стояла прохлада августовской ночи. Глупый Тедд, которого приобнял Дейл, скрипя зубами ему на ухо, был похож на дешёвый хот-дог без специй, соусов и т. д. Худое, продолговатое тело, футболка песочного цвета со вкраплениями тёмных грязевых узоров и бежевая шуба чуть ниже колена.

– Привет, Дейл, прости… – парень расплылся в глупой улыбке. Он волновался.

– Ты похож на сутенёра, – подметил Дейл

– Да ни черта ты не понимаешь!

– Как скажешь, любитель детских футболок.

Они прошли по узкому тротуару прямо к главному входу, возле которого стоял не огромный громила, а невысокий мужичок с широкими, до смеха, плечами. Тедд достал кошелёк.

– Сколько стоит вход? – спросил он, нервно перебирая бумажки короткими пальцами. – Я заплачу за нас.

Дейл нисколько не упрямился, а лишь спокойно назвал цену, дружелюбно кивнул низкому мужчине на входе и прошёл внутрь, оглушаемый громкими басами.

– Почему ты так трясёшься? – спросил он своего приятеля, сидя за барной стойкой.

– Я не трясусь, – отозвался тот, обмахиваясь меню.

– Здесь некуда убрать свои вещи. Зачем ты вообще надел шубу в такой жаркий день?

– Ты всегда в пальто ходишь.

– Но разве ты видишь, чтобы по мне сейчас лился ниагарский водопад? – Тедд закатил глаза и опустошил свою рюмку, оглядывая просторный зал, забитый людьми. Это место было похоже на бункер – тёмное, чересчур закрытое, здесь собрались люди всех возрастов, начиная от подростков до совсем пожилых пьянчуг. И единственное смешное различие между бункером и этим клубом было в том, что конец света происходил не вне здания, а прямо внутри. Прямо сейчас. Тедд чувствовал разрушительную мощь колонок и чужих голосовых связок.

– Тебе нехорошо? – не унимался Дейл.

– Я никогда не был в таких заведениях, – признался Тедд. – Обычно мы с Линн выходим в рестораны или на частные вечеринки, но ничего подобного я и в жизни не встречал. Лишь в фильмах.

– А зачем тогда согласился?

– Новые ощущения, – крикнул он, подзывая рукой бармена.

Дейл вскинул брови и специально посмотрел на тот самый диван. Он не был пуст, там сидели люди, но не было его. Эстебана. Ради которого он притащил бедного Тедда в это «ужасное» место.

– Гарриет у вас дома?

– Да, они с Линн решили устроить ночь просмотра кино. Линн сказала, что у твоей девушки сильный стресс, – Тедд попытался вглядеться в лицо друга, чувствуя, что тот совершенно не слушает его, но тут же был ослеплён ярким цветным лучом. – Вы поругались?

– Кто? – опомнился Дейл. Он продолжал следить за меняющимися лицами в толпе. Бессонница и алкоголь давали знать о себе. Честно, он еле держался на ногах, но совсем не оттого, что чувствовал опьянение, а оттого, что каждую секунду слабость боролась с его мышцами.

– Ты и Гарриет! – вновь крикнул Тедд, протирая ослеплённые глаза.

– У нас всё отлично, и она любит меня, – протараторил Дейл, ощущая, как сохнет горло. – Слушай, мне нужно отойти, – он встал с высокого стула, рука Тедда тут же испуганно схватила его за запястье.

– Ты куда? Оставишь меня одного?

– Не бойся, малыш, – ехидно ответил Дейл, ведь его спутник был похож на перепуганного младенца. – Папочке нужно отойти в туалет, а ты жди здесь и не разговаривай с незнакомцами.

Чёрная дверь сливалась со стеной, поэтому Дейл с трудом нашёл туалет. В зеркале, запачканном чьими-то отпечатками, он видел своё уставшее отражение. Зелёный мигающий свет, на его руки текла тёплая вода. Он окунул лицо в ладони, позволяя воде проникнуть в глаза, заполнить горло. В узкой комнате он был один, в двери тарабанила громкая музыка, где-то там его ждал Тедд, но в голове Дейла были совсем другие мысли. Пока он тонул в своих ладонях, в шуме воды, перед его глазами стояли его сны. Такие частые и надоедливые. Он думал, что, найдя Эстебана, сможет избавиться от них и, что важнее, сможет продолжить писать. Это было его последней надеждой, но на что он смел рассчитывать, придя этой ночью в этот клуб? Так глупо полагать, что этот темноволосый юноша всегда будет ждать его на том диване. Дейл корил себя за это, вода заползала в нос, воздух кончался, и он опустил руки, всё содержимое его ладоней ударилось о грязную раковину, которую он ещё несколько минут сверлил пустым взглядом.

– Твой друг впервые здесь? – голос позади.

Дейл медленно поднял голову и в отражении увидел Эстебана, стоящего за спиной. В больших глазах стояло недоверие – быть может, это был очередной кошмар? Именно об это подумал Дейл, он не верил, что ему могло так повезти, это и не было обычным везением.

– Да, – пустой ответ. Единственное, что смог произнести Дейл. На самом деле он даже не думал, что скажет ему, когда наконец-то найдёт.

– Очень странно, что в разгар такой шумной ночи туалет пуст, – Эстебан прислонился спиной к соседней раковине. Зелёный свет упал на его бледную кожу, на чёрные, как смоль, волосы и бежевую рубашку.

– Ты что, следишь за мной? – Дейл продолжал стоять в неподвижной позе, а брови его собеседника выказали искреннее удивление, исказив мертвенно спокойное выражение лица.

– Отчего такие мысли?

– Прости, Эстебан, – опомнившись, Дейл резко встряхнул головой. – Я совсем немного перебрал, – мысль о слежке была нелепой. Он выпрямился, и теперь их глаза были на одном уровне.

– Как и при первой нашей встрече. Ты помнишь моё имя, Эверис? Не думал я, что писатели запоминают такие глупости, как имена своих фанатов.

– Ты мой фанат? – удивился Дейл. – Надеюсь, не одержимый, – Эстебан улыбнулся, плавно помотал головой.

– Знаешь, сейчас редко встречаются произведения одновременно и качественные, и затрагивающие важные проблемы. Пусть и завуалированно. Поэтому я хорошо запомнил тебя.

– Это скорее не проблемы, а лишь будоражащая правда нашего существования, – в одной из кабинок зажурчал бочок. – Где ещё разговаривать об искусстве, как не в туалете грязного клуба.

– Мы можем уйти отсюда, – предложил Эстебан, смотрясь в зеркало, заправляя прядь волос за ухо.

Дейл вспоминал свои сны, он был слегка отрешён, поэтому, когда согласился, сам не узнал свой голос.

– А как же твой странный друг в шубе из пуделя? – Эстебан открыл чёрную дверь, в которую тут же ворвались различного рода запахи и звуки.

– Открою тайну – он мне не друг. Лишь муж подруги моей девушки.

…Минималистичный интерьер кафе. Кирпичные стены. Мотивационные светящиеся надписи нависали над столиками. На полу каменная кладка, на потолке низкие люстры. Длинные столики пустовали. Эстебан не спеша пролистывал меню в кожаной обложке, а Дейл, что-то торопливо печатал в телефоне. До утра было далеко.

– Что он написал на этот раз? – поинтересовался парень в бежевой рубашке, поднимая глаза от ярких картинок аппетитных блюд.

– Ничего важного, – Дейл отложил телефон. Он объяснил Тедду, что ему потребовалось уйти. Тот слегка распереживался, а затем, после очередной рюмки, взял себя в руки, скинул шубу с плеч и заявил, что вовсе не нуждается в присутствии Дейла. – Он прислал мне двадцать четыре фотографии с барменом. Ну что за идиот… – закончил он шёпотом, выглядывая в высокое окно.

– Можно я немного пооткровенничаю и скажу, что друг из тебя не очень?

– Уже сказал, – Дейл перенял меню, и его взгляд тут же упал на панкейки. Выглядело довольно привлекательно.

– Как тебе было в роли Мэтью Уокера? – спросил Эстебан, на лице Дейла заиграл румянец.

– Меня рассекретили, лишь когда я уже собирался уходить.

– Как это было?

– Довольно необычно, – он перелистывал меню. – Одна из девчонок включила телевизор и наткнулась на канал, где сам Мэт сидел на шоу Блейза. Я в это время был в коридоре и, услышав его голос, сразу же сбежал.

– Ты сказал, что у тебя есть девушка. Как её зовут?

– Скажу лишь, что у неё странное имя.

– Давно вы вместе? – в кафе горел яркий свет. Колокольчик над дверью зазвенел, зашла под руку пожилая пара. Эстебан проследил за ними задумчивым взглядом, а вот Дейл совершенно не обратил никакого внимания и продолжил изучать меню.

– Кажется, целую вечность, – медленно протянул он. Разговоры о Гарриет портили ему настроение.

– И ты любишь её?

– Не больше, чем брауни. Да и что вообще значит эта любовь? – парень закрыл меню.

– Я угощу тебя, – сказал Эстебан, подозвал официанта, и их столик сделал заказ. – Так говоришь, что не любишь.

– Я не понимаю это чувство, оттого и не могу сказать, люблю или нет… – признался Дейл. – Скорее всего, мы попросту привыкли друг к другу.

– Тогда очень простой вопрос. Готов ли ты прожить с ней всю жизнь? – Эстебан играл с красной салфеткой. С ходу он выводил Дейла на откровения.

– Нет, – засмеялся Дейл. – Не думаю, что смогу посвятить кому-то вечность, кроме своего творчества.

– Книги для тебя важнее?

– Это моя жизнь! – воскликнул он в тишине. Чуть подальше почти бесшумно работала кофе-машина. – Я бы не был собой, не начав писать. – Эстебан понимающе покачал головой. – У меня нет другой цели. Лишь донести свои мысли до публики.

– Да что это за жизнь, если не можешь оставить в ней свой след?

– Вот именно. А чем ты занимаешься? – шустрый официант принёс им две чашечки кофе. Дейл высыпал сахар, неторопливо помешал его маленькой ложечкой.

– Я просто обычный художник.

– Правда? – в глазах Дейла загорелся интерес.

– Чистой воды. Я словно родился с кисточкой в руке, – в голове проигрался последний сон. Бледное лицо, забрызганное краской. Сердцебиение Дейла участилось. – В своей сумке я всегда ношу это, – Эстебан достал толстую чёрную тетрадь и протянул её через столик.

– Что это? – парень раскрыл первую страницу.

– Это мои идеи. Зарисовки в миниатюре. Выбираю самое лучшее и переношу на большой холст, – объяснял Эстебан. – Я рисую то, что чувствую, то, что вижу. А порой я вижу намного больше, чем другие. По-крайней мере мне так кажется.

Дейл пролистывал страницу за страницей. На бумаге горел огонь, тянулись длинные холодные коридоры, белые бесконечные столбы уходили в небо. Стаи насекомых вылетали из чьих-то глаз. Туманный зелёный лес, проезжающий на его фоне поезд. Бал, прекрасная нимфа в шёлковом платье, туманом спускающемся к изумрудному полу, разрез оголял одну её ногу, и вместо изящной женской стопы было уродливое копыто. Разрушенная церковь, длинные кровавые дорожки, тянущиеся по белым ступеням. Много символики, человек с тридцатью глазами. Слишком много огня, много взглядов, белых лошадей с шикарными гривами, много лабиринтов. Мурашки пробежали по спине Дейла. Всё то, на что он смотрел сейчас, казалось ему ужасающим и невообразимо прекрасным. Изящные штрихи, игра теней… Эстебан был настоящим королём красок.

Официант поставил на стол две тарелки, и Дейл, вздрогнув, закрыл тетрадь.

– Клянусь, – осторожно произнёс он, – у меня не хватит слов, чтобы описать свои эмоции.

– Думаю, ты согласишься со мной, если я скажу, что по-настоящему талантливые люди жаждут лишь одного.

– Чего же?

– Признания…

– Справедливости, – продолжил Дейл, кивая головой.

– Кому, как не тебе, знать это чувство, когда человек, не заслуживающий внимания, получает его, а ты остаёшься в тени.

– И каждый день ты с жадностью наблюдаешь за чужой незаслуженной славой, пока тебя упорно продолжают не замечать, – они понимали друг друга с полуслова. – А знаешь, что самое ужасное в этой ситуации? – спросил он, и его собеседник поднял бровь. – Когда вместо поддержки твои самые близкие люди смешивают тебя с дерьмом.

– Твоя семья не поддерживает то, чем ты занимаешься?

– Они не считают это чем-то серьёзным. Мои родители решили просто закрыть глаза на это, а вот мои родственники – самые настоящие моральные уроды, – пожаловался Дейл. Быть может, в другой день он вёл бы себя куда сдержаннее, но не сегодня. – Они всю жизнь считали меня никем. Все они, – он с обидой обводил кафе взглядом, – никогда не верили в меня, никогда не верили в то, что я могу хоть чего-то стоить. Что мои книги, моё слово имеют право на существование. И даже сейчас они ждут того дня, когда я вернусь домой и скажу, что ошибся. Они ждут, когда я признаю их правоту.

– Ты же не хочешь позволить им выиграть?

– Это мой самый большой кошмар, – Дейл опустил глаза на панкейки. – Они никогда не пытались узнать меня, поддержать меня. Ещё будучи ребёнком, в день моего рождения, одна из моих тёть сказала мне: «Ты должен быть безмерно благодарен за то, что родители подарили тебе велосипед, Дейл. Пока что ты не сделал ничего, чтобы заслужить хоть какой-нибудь подарок».

– Ты начинаешь злиться… – ухмыльнулся Эстебан.

– Я просто ненавижу, что имею грёбаную родственную связь с этими ублюдками. Каждый раз меня тошнит, стоит мне вспомнить эти самовлюблённые лица.

– Знаешь, мне нравится это в тебе, – произнёс Эстебан.

– Нравится, что меня пытаются сломать?

– Нравится, что каждый день ты борешься. Знаешь, наши истории довольно разные. У меня всегда были прекрасные отношения с семьёй. Просто я довольно долго пытался выбиться в люди. Никто упорно не хотел замечать того, что я действительно неплохой художник. И мне пришлось искать иные пути, чтобы добиться желаемого.

– Какие пути?

– Мне кое-кто помог. И я благодарен этим людям за всё, что имею сейчас.

– Кто они? – спросил Дейл, откладывая глубоко в сознании слова темноволосого юноши.

– Может, когда-нибудь и я смогу помочь тебе. Но на сегодня, думаю, мы закончили.

– О чём ты? – непонимающе спросил Дейл.

– Я о том, что мне нужно идти, Эверис.

– Но мы всего ничего сидим, – возмутился он.

– Давай увидимся в другой день, – Эстебан достал из кармана сумки ручку и мгновенно черкнул что-то на красной салфетке. – Это мой сайт. Напиши мне что-нибудь, и мы договоримся о встрече.

ПЯТАЯ ГЛАВА

Уже несколько дней Дейл мучительно ожидал ответа. По несколько часов он обследовал сайт, что дал ему Эстебан. Бесконечное количество работ, многие из которых висели в картинных галереях. Восхищённые отзывы, невероятный талант, кропотливая работа, правда, совсем не похожая на то, что он видел в чёрной тетради. От тех набросков веяло чем-то могущественным, непознанным, чем-то тяжёлым. От них веяло теми самыми тёмными закутками наших личностей. А картины, что нашёл Дейл на сайте, были неглубокими, пустыми. В основном пейзажи, редко чьи-то портреты или драгоценности. В них было то, что Дейл считал не присущим Эстебану. Поверхностность.

– Знаешь, Линн была права, – шёпотом говорила Гарриет, смотря в ночное окно. Дейл лежал рядом с ней, укутавшись в одеяло. – Ты и вправду похож на птенчика, – он мученически вздохнул.

– Да брось ты! Мне кажется, что Линн никогда не думает, о чём болтает.

– А я думаю, что в этот раз она угадала. Ты похож на какого-нибудь ястреба. Де-е-ейл, – протянула она, – а что случилось тогда в клубе?

– А что там случилось?

– Тедд пришёл домой без шубы, счастливый и пьяный.

– Разве последнее не объясняет первые два пункта?

– Значит, вы хорошо отдохнули?

– Я устал Гарри, – говорил он в подушку.

– А я хочу знать, почему Тедд сказал, что не был с тобой, – пара нецензурных фраз зазвучала в его сознании. Чего ещё стоило ожидать от этого глупого человека.

– Разве то, что он был пьян, не объясняет и это? – Дейл говорил спокойно, неторопливо.

– Знаешь, пусть я никогда не говорила тебе этого, но каждый раз, когда тебя нет рядом, я начинаю волноваться за тебя. Непроизвольно и необоснованно. Потому что я люблю тебя, – он затаил дыхание, внутри что-то неприятно заскребло. – И когда Тедд сказал, что ты не был с ним, у меня сердце остановилось, понимаешь? – она села на кровать, взялась за голову. Её волосы всё ещё сохраняли утренние кудри. – Я звонила тебе. Не переставая звонила, Дейл, – он убрал одеяло от лица, повернул голову в её сторону. Зачем же она делала это, зачем говорила такие личные вещи? Он не был готов к таким откровениям. Гарриет всегда была закрытой, не любила показывать свои чувства. – Ты ни разу не ответил, – правильно, ведь в тот момент он был с Эстебаном, который смог заинтриговать его, а потом исчезнуть. Это заставляло выходить Дейла из себя. – И ты даже не представляешь, какие ужасные мысли посетили мою голову, когда я приехала домой и не застала тебя здесь. Почему ты не отвечал? – наконец, девушка посмотрела на него.

– Мне послышалось или ты впервые призналась в том, что любишь меня?

Она ударила руками по кровати.

– Боже, ну нельзя же быть таким самовлюблённым! – воскликнула девушка. – Я задала обычный вопрос, а вместо него ты и то умудрился услышать то, что тебя обожают. Ты одержим собой!

– Ты обожаешь меня?

– Ну всё! – она вновь легла и отвернулась от Дейла.

– Я слышу, как ты злобно дышишь в подушку.

– Потому что ты опять вывел меня из себя.

– А что я могу ответить на твой вопрос? Если я скажу, что у меня на телефоне был отключён звук, ты мне поверишь? Нет. Потому что ты всегда и во всём пытаешься найти подвох, Гарри, – она продолжала сопеть, нарушая ночную тишину. – Но твоё признание мне понравилось.

– Ещё бы, – произнесла она, – только вот, жаль, взаимностью ты мне ответить не можешь, потому что любишь только себя и своё отражение, – он не мог не согласиться, но всё же промолчал. – И если ты и этой ночью будешь ходить, то, пожалуйста, закрывай дверь в спальне, потому что я слышу, как ты щёлкаешь ручкой, бродя по коридорам.

Та ночная встреча в кафе ему не помогла. Дейл продолжал видеть кошмары, которые стали приобретать всё новые, реалистичные краски. Теперь стены не были пусты, на них проявлялись длинные царапины. В своих следах он видел лишь множество символов, состоящих их грязи и слизи. Такие же знаки видел в набросках Эстебана. Его сны стали пахнуть металлом. А просыпался он каждый раз, когда в каменном лабиринте натыкался на бледное лицо темноволосого парня. В последний раз в этот сон вторглись и другие человеческие фигуры – с выгнутыми в другую сторону коленями, с растянутыми глазами и длинными кривыми пальцами, их ногти касались пола и звучали так же, как острое лезвие топора, тащащееся по камню. Каждый раз, просыпаясь, Дейл вздрагивал. Пытался как можно больше захватить чистого воздуха, но даже спустя несколько секунд после пробуждения он чувствовал отвратительный запах страха.

– Мне кажется, что я схожу с ума, – говорил он Нейту на работе. – Каждую ночь я слышу чьи-то шаги.

– Где? – не вслушиваясь в слова, спросил Нейт.

– В доме. Я просыпаюсь и слышу, как кто-то ходит по коридору. Тяжёлые шаги. Я встаю, включаю свет во всех комнатах, кроме спальни, – и понимаю, что нет здесь никого. Я хожу по тем же местам, где слышал их. И знаешь, что происходит тогда?

– Что же?

– Я слышу их у себя за спиной. Я делаю шаг – и нечто делает шаг позади меня. Оно идёт вместе со мной. Рядом со мной.

– Сколько ты уже не спал? – наконец-то Нейт поднял глаза на друга.

– Думаешь, такое может быть из-за типичного недосыпа?

– Конечно, – резко сказал тот. – Ты так и не можешь писать?

Нет, Дейл так и не смог продвинуться ни на главу вперёд, словно его мысли устроили ему бойкот. Каждый день и каждую бессонную ночь экран серого ноутбука загорался, а клавиатура так и оставалась нетронутой. Собрать все слова, которые он желал сказать в новой книге, ему было не под силу. Что-то вертелось на кончике языка, но никак не могло с него сорваться. Голова раскалывалась, и тогда он снова включал сайт Эстебана и пытался найти разгадку своих снов в его картинах.

В глазах Дейла стояло отчаяние, когда в очередном ночном шоу в качестве гостя появлялся Уокер. Он садился за ноутбук, наливая в стакан ром. Он срывался на Гарри, начинал кричать. Ему всегда было тяжело справляться со своими эмоциями. Творческое затишье всё чаще заставляло его задумываться о том, что бы с ним стало, прекрати он писать. Он был бы никем, стал бы ничтожеством, не заслуживающим внимания, славы, не заслуживающим быть услышанным. Это разбивало его сердце, и поэтому каждый день он разбивал сердце девушке, что любила его.

Одной ночью пришёл долгожданный ответ.

– Я смотрю, ты не особо любишь популярные заведения, – произнёс Дейл, усаживаясь напротив Эстебана. В этот раз они встретились ранним утром в одной старой кофейне на конце города. Они медленно опустошали свои тарелки за неспешными разговорами о жизни.

– Знаешь, Дейл, иногда этот город кажется мне таким тесным.

– Нью-Йорк? – удивился Эверис. – Тогда тебе следует побывать в месте, где родился я. Вот там точно негде повернутся.

– Я говорю о людях, глупый, – поправил тот. – Здесь слишком много людей. Много тех, кто попусту занимает место на земле.

– И среди людей есть паразиты.

– И ошибка этих бесполезных существ – придавать своей жизни огромное значение. Пока они не оказывают никакого влияния на чужие жизни и разумы, они никем не являются. Дейл, мы с тобой другие, мы подобны Богам, – шёпотом произнёс он. – Конечно, мы не так сильны, нам неподвластно справляться со стихиями, мы не подвластны подчинить себе время, но как ты думаешь, может ли один человек изменить весь мир?

– Нет, на земле было столько войн, но ни одна из них не закончилась этим.

– Имея нужные знания и нужную силу, можно добиться чего угодно. Войны… – задумчиво протянул он, – бессмысленное проливание крови, жестокость, искалеченная психика выживших и попусту потраченное время.

– А как же по-другому? Хочешь заполучить чью-то землю – готовься понести потери.

– Ты веришь в существование закрытых древних писаний? – неожиданно спросил темноволосый юноша.

– Почему закрытых? – заинтересовался Дейл.

– Запрещённая литература. Была уничтожена, признана ложной, оскорбительной.

– Ты увлекаешься этим?

– А ты торопишься? – спросил Эстебан.

Дейл отрицательно покрутил головой.

– Расскажи.

– Я не знаю, кем и когда были написаны эти книги, но то, что я расскажу, произошло во времена наших самых далёких предков. Вся история существования человечества переписывалась тысячи раз, и нам уже никогда не узнать то, какими были те времена, какой была жизнь на самом деле. Запретные летописи существовали уже в то невероятно далёкое время, они попали в руки простых людей, что ещё копьями охотились на животных. И знания, которые были там, оказались непосильной ношей для тысяч ещё чистых, непорочных душ. В этих строках была заключена невероятная мощь, лишь единицы могли вынести её и не сойти с ума. Находились глупцы, считающие себя мудрецами лишь потому, что смогли разгадать письмена, они пытались применить эти знания.

– И у них получалось?

– Нет. Запретные писания породили миллионы пожаров и бедствий. Тысячи деревень, бесчисленное количество людей сгорали заживо. Слухи ползли, появлялись всё новые желающие испытать на себе силу этих строк. В мире творился хаос. Древние секреты дьявола попадали в руки его сыновей, которых с каждым днём становилось всё больше. Земля перестала быть безопасной. Дикари убивали чужой скот, творили безумства, приносили своих братьев и сестёр в жертвы, лишь бы обрести силы, близкие к силе Бога. Тогда-то эти писания были преданы уничтожению, лишь несколько удалось спасти. И люди, желающие восстановить тот ад, нашли выход. Первые объединения, общины. В них можно было вступить, но нельзя покинуть. Так как общины были запрещены, закрыты, людей, которых подозревали в предательстве писаниям, или людей, которые желали вернуться к своей привычной жизни, убивали, дабы избежать утечки информации.

– Так жестоко? Из-за какой-то книги?

– Эта книга, – объяснял он, – показывала истинные человеческие способности. Показывала, кем на самом деле является человек и на что он способен. Думаешь, мы сейчас используем свои врождённые умения, которые должны были быть у человеческого рода изначально? Нет, мы и одного процента о них не знаем. Люди превратились в деградирующий вид, слабый вид, каждый из нас со временем станет мелким паразитом, которого можно будет убить одним ударом по голове.

– Как думаешь, – Дейл мечтательно поднял глаза к потолку, – что случилось бы, если б эти силы действительно были у каждого из нас?

– Они и так есть у каждого из нас, просто мы не знаем, как их применять. Но будь эти знания у нас под рукой, человечество бы просто уничтожило само себя. Тупицы – самоликвидировались, а остальные сгинули в борьбе за власть, потому что каждый считал бы себя всемогущим. Всё просто.

– Но даже среди всемогущих найдётся самый сильный, который смог бы построить свой мир.

– Быть может, Дейл. И всё-таки лишь при удачных обстоятельствах Земля бы не развалилась на кусочки.

– И если это правда, то я даже не знаю, что хуже. То, что ты рассказал, или то, какими беспомощными стали люди.

Проходили дни, и каждый час Дейл с нетерпением ждал новой встречи.

– Я не верю тебе! – кричала Гарриет, обходя диван, из её глаз текли слёзы. – Ты лжец! Ты всегда им был, – которую ночь он не ночевал дома. – Я ненавижу тебя… – впервые он поднял на неё руку, оставив чёткий красный след на белой щеке. – Убирайся, – прошептала она сквозь зубы, и Дейл, накинув пальто на плечи, вылетел из квартиры, громко хлопнув дверью.

* * *

Прошло около трёх часов с тех пор, как Дейл ушёл из дома. Гарри сидела на подоконнике и смотрела в большое окно, за которым медленно темнело. На небе появилось бордовое марево далёкой грозы. Начало октября. По серым тротуарам пролетала пожелтевшая листва. Дейл не возвращался и не отвечал на её звонки. Быть может, она была слишком груба с ним?

Девушка прошла на кухню, в квартире чувствовалась прохлада. Заплаканными глазами она посмотрела под стол, туда, где скомканные бумажки были разбросаны в хаотичном порядке. Развернув одну из них, Гарри нахмурилась, увидев обведённые по сотне раз одни и те же непонятные ей символы. Его чёрная ручка, их фотография на холодильнике. Она навела себе чай, выключила надоевший свет, теперь только уличные огни пробегали по холодным стенам. Ох Дейл. Её глупый Дейл. Он даже и не подозревал, насколько сильно она мечтала обнять его сейчас, а вместо этого она обхватывала тонкими руками свои плечи, на которые была накинута его тёплая вязаная кофта.

Гарриет перебирала в голове их совместные воспоминания – мало счастливых, много грустных. Его никогда не было рядом с ней. В основном он ссылался на свою работу, на внезапно подступившее вдохновение или на то, что ему хотелось побыть в одиночестве. И она всегда верила ему, потому что любила. Разве можно заподозрить человека, в котором души не чаешь, в чём-то неправильном? Но то, что происходило последний месяц, выходило за все рамки её понимания. Даже посреди ночи он мог встать с кровати, собраться и уйти, совсем не объяснившись. Он специально сводил её с ума.

На телефон пришло сообщение. Дикими глазами она посмотрела на отправителя. Это была Линн: «Как и обещала (короткое видео). Сегодня ходили с Теддом в спортзал, и он подвернул там ногу. Поэтому не хочешь походить со мной на занятия следующую неделю?»

Гарри тяжело вздохнула, посмотрела на часы, с грустью вспомнила о Дейле. Она не хотела представлять то, где он мог быть сейчас. «Ты же знаешь, у меня работа». – «Ничего страшного. Думаю, в какие-то дни у тебя найдётся свободное время. Так как?» – «Хорошо. Созвонимся завтра?» – «Обязательно. Передавай привет Дейлу».

Последнее предложение опять заставило слёзы выступить. Она включила свет, открыла один из ящиков, забитый всякими ненужными штуками, специями и таблетками, которые никто не пьёт. Порыскав там пару секунд, она нашла полупустую баночку снотворного. Раньше она была запечатана, теперь же всего пара таблеток лежала на дне. Гарри положила таблетки на язык, а после побрела в спальню, крепко сжимая телефон в руках. Девушка положила его рядом с головой, чтобы точно услышать и проснуться, если Дейл всё же соизволит позвонить ей.

* * *

– Ты точно не хочешь перезвонить? – спросила длинноволосая брюнетка в дорогом чёрном нижнем белье, когда взяла его телефон в руки.

– Нет, – спокойно прошептал Дейл, одной рукой проводя по скользящему постельному, а другой обхватывая талию малознакомой девушки. В спальне было светло, пару минут назад они прикончили бутылку дорогого вина, из колонок доносилась музыка.

– Какой-то Гарри звонил тебе семнадцать раз. Может, что-то срочное?

– Отдай его, – она послушалась и протянула руку вперёд. Дейл бросил телефон на белую деревянную тумбу. – Ты правда хочешь поговорить о каком-то Гарри сейчас? Не думаю, – он осторожно посадил её к себе на колени. – У тебя должно было быть свидание? – спросил он, зарывшись длинными пальцами в её волосы, касаясь кончиком носа её острого подбородка.

– Да, должно было, – девушка поцеловала его, толкнула рукой на кровать. – Но мы расстались, так и не успев встретиться.

– Считай, что тебе повезло, – она ловко расстёгивала мелкие чёрные пуговки его рубашки. – Иначе ты бы не встретила меня.

Их губы слились в поцелуе со сладким привкусом мармелада. Он стянул со своей шеи галстук. Да, сегодня Дейл выглядел галантно, на нём были даже строгие чёрные брюки.

– Подожди, – заулыбался он, чувствуя совсем лёгкое головокружение. Парень завязал ей глаза галстуком и дотянулся рукой до телефона.

«Сегдня останусб у друга. Прости меня, Гарри. И любл тебя», – торопливо и с ошибками напечатал он, а затем резко перевернул брюнетку на спину, слыша, как скрипнула под ними кровать.

Бледное лицо вновь явилось к нему во сне. В немного другом сне. Взлохмаченные чёрные волосы, испуганные глаза, дрожащие губы покрывала бордовая краска, в руках горела высокая восковая свеча.

– Ежели бы слово твоё могло ранить сильнее кинжала, принял бы ты такой дар? – впервые его сон обрёл звук. Сладостный шёпот коснулся его ушей.

– Принял бы.

– Ежели бы рука твоя одним взмахом могла заставить человека испариться, принял бы ты такой дар?

– Принял бы, – не задумываясь отвечал Дейл, смотря на маленький огонёк, подымающийся перед их лицами.

– Ежели бы тебе пришлось отказаться от веры своей, примкнул бы ты ко мне? – спрашивал он полусомкнутыми губами.

– Примкнул бы… – шёпотом ответил Дейл и открыл глаза.

Он сидел на кровати, ноги его укрывало гладкое тонкое одеяло, на его плечах лежали женские руки.

– Дейл, – позвала его незнакомка, – я не могла разбудить тебя, – он медленно повернул голову и посмотрел на неё. – Ты в порядке? – она выглядела испуганной. – Ты просидел так почти всю ночь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.