Михаил Эльмот
Записки вампира

Я нашёл эту рукопись в замке Мариенштайн, когда разыскивал своего пропавшего друга Эрнста фон Метерлинка. Судя по всему, Эрнст был очень болен. По-видимому, его мучили галлюцинации. Когда я видел Эрнста в последний раз, он произвёл на меня чрезвычайно гнетущее впечатление. Я полагаю, не последнюю роль в его болезни сыграло, кроме больного воображения и меланхолического темперамента, представление о «Проклятии Метерлинков», якобы преследующее их род. Я вполне допускаю, что Эрнст мог покончить жизнь самоубийством (что, впрочем, не обязательно – ведь тело так и не нашли). Однако, я решительно отказываюсь верить в то, что мой друг мог быть причастен к череде загадочных исчезновений и даже убийств, произошедших в нашей округе в последнее время. Такие вещи происходят повсеместно.

То, что данная рукопись есть бред душевнобольного, не подлежит сомнению. Тем не менее я решился представить её читателю.

Барон Герберт фон Браун, владелец замка и поместья Браунов, 1903 год от Р.Х.

***

История Эрнста фон Метерлинка, барона, владельца замка и поместья Метерлинк, записанная им самим.

Эта история началась в один из прекрасных летних дней, когда барон Эрнст фон Метерлинк вместе со своим другом, бароном Гербертом фон Брауном, сидели в одной из

комнат замка Метерлинк и беседовали за игрой в шахматы…

Простите.

Я ,Эрнст фон Метерлинк, хочу рассказать о том , что в действительности произошло со мной. Времени у меня мало. Я надеюсь, что эти записи вскорости будут найдены, и мир узнает о причинах моей гибели. Я чувствую, что должен подробно описать и объяснить всё происшедшее в окрестностях замка Мариенштайн, или хотя бы просто оставить после себя это повествование. Скоро я уйду из этого мира, и мне не хотелось бы оставлять здесь одни лишь преступления.

Итак, всё началось тёплым июльским днём, когда я играл в шахматы с моим лучшим и единственным другом. Он, как обычно, снова взялся давать мне советы.

– Послушай, Эрнст, – обратился он ко мне, – ты же совершенно не следишь за собой! Если тебя хорошенько встряхнуть, посыплется пыль. А этот цвет лица, mein Gott! Как будто тебя только что вынули из могилы! Скажи мне, когда ты последний раз выбирался из замка?

– По-моему, около месяца назад, – усмехнулся я.

– Глупо, Эрнст! Очень глупо!

Конечно, он был прав. Как всегда.

– Ты знаешь, – ответил я ему, – я утратил интерес к жизни.

– Какие высокопарные слова! Какой пафос! Он потерял интерес к жизни! Добро бы это слышать от старика, замученного немощью, или хотя бы от сорокалетнего лысеющего отца семейства… А тебе, Эрнст – тебе девятнадцать! Да ты и жизни то ещё не видел!

Мой друг был старше меня на семь лет. Не так давно завязалась эта странная дружба. Чем-то я был ему интересен. Не знаю чем… Он приезжал ко мне не реже одного раза в месяц – для игры в шахматы и болтовни о пустяках.

Я двинул вперёд пешку.

– Прости, я, кажется, уже видел достаточно, чтобы сделать вывод.

– Ха!

На самом деле уже около полугода я пребывал в самой мрачной меланхолии. Моя матушка скоропостижно скончалась шесть месяцев назад – это, пожалуй, было главной причиной моей печали. Отца я лишился ещё в раннем детстве. И меня вовсе не радовало то, что я стал единственным и полновластным хозяином замка и поместья… Последним из рода Метерлинков. В этом я был уверен уже тогда. Родственников моих, даже самых дальних, к тому времени не осталось (как я думал), а род свой я продолжать не собирался. Тому была причина… И даже не одна.

– Эрнст! – продолжал увещевать меня мой приятель. – Ты сидишь и сохнешь в своём замке. От этого и происходит смятение ума и духа. Выехал хоть раз бы на охоту…

Ну ладно, скажем, просто прогуляться. Поехал бы в гости… Ну неужели не к кому? Да я назову тебе в округе не меньше пяти семейств, где молодые девицы на выданье…

– Жениться мне, что ли?

– А хоть бы и жениться, если ты на другое не способен!

Да уж… Я от природы молчалив и замкнут, и к тому же на людях всегда отчего-то мрачен, как туча. А вот, что касается женитьбы… Эльза, шестнадцатилетняя красавица, единственная моя любовь, недавно отвергла меня. Он об этом не знает…

– Хочешь, я выведу тебя в люди?

– Премного благодарен. Только всё это зря. Потому что… Не хочу снова говорить о том, о чём ты слышать не желаешь.

– Фу! Об этом, что ли? Вашем дурацком суеверии?

Да-да, о суеверии… О проклятии Метерлинков. Не знаю, в каких злодеяниях повинны мои предки – как ни странно, никаких свидетельств о них не оставлено – только вот уже вторую сотню лет никто в роде Метерлинков не доживает до старости. Или умирают – от чего угодно – или сходят с ума… И тоже умирают. А главное – немало смертей в раннем возрасте…

– Эрнст, хочешь знать, что я об этом думаю? Нет никакого проклятия Метерлинков. Вы его выдумали. Вы носитесь с этим проклятием, как курица с яйцом, вы им гордитесь! Тот самый знаменитый проклятый род Метерлинков! Ну сошли с ума у тебя пара дядюшек, так в наше время это сплошь и рядом! Я не пойму, из чего вы сделали трагедию!

Весьма здравые рассуждения… Только вот из тех, кто делал трагедию, уже никого не осталось. Один я… Чтоб там мой друг ни говорил, а я был уверен в том, что проклятие очень скоро меня настигнет.

А друг мой говорил вот что:

– Всё, хватит! Завтра Хёлвинги дают бал. Мы с тобой туда едем. Отказ не принимается.

– Слышать ничего не желаю! Завтра за тобой заеду.

В общем, он меня уговорил. Хотя ехать на бал не было ни малейшего желания. Но, возможно, и в самом деле, нужно было стряхнуть с себя пыль… Образно выражаясь.

Теперь-то, находясь в нынешнем положении, я полагаю, что сам навлёк на себя погибель. Не потому что поехал на тот роковой бал, а потому что свято верил в своё проклятие и даже желал в душе, чтобы оно исполнилось. И друг мой был во многом прав…

Итак, бал…

Не буду описывать обстановку, читатель и сам всё прекрасно может себе представить. Для меня это было скопищем старых знакомых скучных лиц… пока я не увидел её.

Что-то странное было в её глазах. Какой-то волнующий, магнетический взгляд.

– Я – Мария, – представилась она.

Мне показалось странным, что нас не представили, и ей пришлось представиться самой, но я тут же забыл об этом.

– А это – моя сестра Анна.

Я увидел невысокую юную светловолосую девушку. У Марии были чёрные волосы, она была выше своё сестры и, как мне показалось, много старше. Две красивые молодые девушки неожиданно увлекли меня. Мы беседовали весь вечер… В результате этой беседы у меня вдруг начала кружиться голова. Чувство было странное: словно я не я, и не здесь, гляжу на всё откуда-то со стороны, и какой-то звон в ушах то появляется, то исчезает…

Внезапно я понял, что сажусь в карету, а мои очаровательные спутницы объясняют, что мы едем к ним в замок. Для чего? И так вдруг? Но я спокойно еду. Вокруг тёмная ночь… Мы останавливаемся и выходим из кареты, но направляемся не к замку, а в стоящую во дворе его часовню… Дальнейшее помнится мне очень смутно. Кажется, были ласки, влажные ярко-красные губы…Что-то душное, тёмное, смутное, но удивительно приятное…

Очнулся я у себя в постели. Как попал домой, не помню.

Я открыл глаза и долго глядел в потолок, пытаясь восстановить в памяти события вчерашней ночи. Тело было словно каменное, но в то же время я чувствовал странную, непривычную лёгкость. Я встал и подошёл к окну. Гардины были опущены; я немного раздвинул их и тут же почувствовал резкую боль от слепящего света. Я вскрикнул и отскочил от окна.

Странные ощущения на этом не закончились. В столовой за завтраком я понял, что ужасно голоден. Но еда казалась пресной и не шла в горло. Я не мог насытиться. В то же время я смотрел на руки служанки Марты, подававшей еду, и это, непонятно почему, привело меня в странное, лихорадочное возбуждение. Я не понимал, что со мной твориться.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.