Анна Одувалова
Выпускница боевой академии. Неприятности в наследство

© Одувалова А.С., текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Пролог

– Вы нам не подходите! – отрезал пухлый клерк и со священным ужасом добавил: – Вы же женщина!

Я стояла с зажатым в руках рекомендательным письмом и золотым дипломом боевой академии и ошарашенно хлопала глазами. Слова застряли в горле. Четыре года учебы, изнуряющие тренировки, бессонные ночи и официальное приглашение работать в магдепартаменте…

– А кто подходит? – очень тихо спросила я, стараясь сдержать слезы. Вышло неплохо. Держать эмоции под контролем нас научили еще на первом курсе. Не только преподаватели. Очень быстро отвыкаешь реветь по каждому поводу, если хочешь заслужить уважение парней, которых в академии раз в пять больше, чем девчонок.

– Ну… кто-то вроде вас, только мужчина… – послушно отозвался клерк, и я почувствовала, что ладони начинает покалывать от с трудом сдерживаемой магии. Нет уж, затапливать приемную в магдепартаменте не стоит, хотя моя водная стихия и не на такое способна!

– Ну-ну… ищите, – презрительно бросила я и развернулась на выход. Хорошие боевые маги на дороге не валяются! Интересно, кто меня обскакал?

– Да мы нашли уже… – мстительно заметил клерк мне в спину, но его слова заглушил хлопок двери.

Я выскочила в приемную и замерла, закрыв лицо руками. Сложнее всего было справиться с внутренней дрожью. И все же, кто подложил мне такую свинью? Еще неделю назад представители магдепартамента ничего не имели против девушек вообще и меня в частности! Интересно, кто такой проворный? Кого взяли в обход меня?

Ответ поджидал внизу лестницы. И мне он очень не понравился. Этот удар был, пожалуй, более сильным, чем неудачное собеседование на должность, которую я считала своей. Я чуть было не сорвалась. Слезы уже подступали к глазам, но я приказала себе: «Не реветь!»

Я замерла, прилагая все усилия, чтобы сохранить лицо и остатки гордости. Внизу испуганно замер Клинт Даверо – обладатель серебряного диплома, голубых как небо глаз, соломенной челки и харизмы. Мой жених. Полагаю, что бывший. В случайные совпадения я не верила. Может быть, я была наивной, но точно не была дурой.

Клинт изрядно побледнел, когда увидел спускающуюся с лестницы меня (видимо, пересечься мы были не должны). Он кусал губы и нервничал. А вот его двоюродный братец – наглый красавчик по имени Лайон – откровенно ржал. И мне совершенно не хотелось вникать, надо мной или над ситуацией. И вообще, зачем он сюда приперся? В качестве группы поддержки?

– Как ты мог, Клинт?.. – прошипела я, приближаясь. Предпочла бы, чтобы этот разговор происходил без свидетелей, но что есть, то есть. Присутствие Лайона точно не повод улыбнуться и уйти, сделав вид, будто ничего не произошло. Говорят, измена – это тяжело, но, на мой взгляд, предательство Клинта ничуть не лучше.

– Трисс… – Клинт взъерошил светлые волосы и посмотрел на меня щенячьим взглядом.

Я всегда прощала, когда он на меня так смотрел, но сейчас умильный вид не разжалобил.

– Ты же знаешь, мне работа нужна больше, чем тебе. Ты же девушка…

Клинт выглядел искренним, а еще – очень уместным тут, в магдепартаменте. Гораздо уместнее, чем худосочная девица с задорными черными кудряшками и в красном платье чуть ниже колена. Военная выправка, богатырский разворот плеч и идеально сидящий дорогой костюм. Парень подготовился, пожалуй, лучше, чем я.

– В смысле – тебе работа нужна больше? – Злость клокотала в груди. Неужели я четыре года пахала наравне с парнями, чтобы два раза за последние пятнадцать минут услышать, что работа мне не светит, потому что мне боженька даровал грудь?

– Мой братец хочет сказать, что осенью у тебя свадьба, Трисс. На кой тебе работа? Все равно потом в декрет!

Лайон, в отличие от Клинта, казался тут неуместным. Кожаная короткая куртка, массивные ботинки и туника с распущенной на груди шнуровкой. Он всегда был таким. Слишком самоуверенным, слишком богатым, слишком свободолюбивым, слишком бесящим. Он называл себя «свободным», поэтому учился где-то «за границей», а не в боевой академии. И сейчас он откровенно издевался. Только непонятно над кем: над Клинтом или надо мной. Ему, сынку богатых родителей, работа была не нужна. Не в магдепартаменте точно. Поэтому допускаю, что наша «милая» размолвка виделась ему забавной. Убила бы! Обоих. Даже знаю, каким заклинанием. Память услужливо подкинула три на выбор.

– Нет уж. Ни свадьбы, ни декрета! – припечатала я и кинулась на выход.

– Трисс! – дернулся за мной Клинт. – Ну не злись! Это же просто работа!

– Просто работа? – Я возмущенно уставилась на него. – Нет, Клинт, это престижное место, на которое берут лучшего выпускника боевой академии. И это, заметь, не ты! Сюда даже открытой вакансии нет. Я не знаю, кто помог тебе занять мое место. Ты сам подсуетился, или твой отец… или, – я бросила ненавидящий взгляд на Лайона, – дядя, но ты намеренно меня подвинул! А такого я не могу простить! Честную борьбу простила бы, но подлость… нет.

– Трисс! Ты знаешь, как мне важно построить карьеру. Мы же говорили!

– Иди на собеседование, Клинт, – холодно заметила я. – Тебе же важно построить карьеру. Только строить будешь без меня.

Мой бывший помялся, но приоритеты он расставил давно, поэтому все же кинулся вверх по лестнице, а я застыла на первой ступени внизу, чувствуя опустошение и боль. Даже слез не было. Я оказалась слишком шокирована произошедшим.

А еще здесь стоял Лайон, перед ним я слабость точно не покажу. Золотой мальчик, у которого в этой жизни было все. Ему не понять проблем простых смертных. Да и девушки в его окружении точно не такие, как я. Гламурные красотки, они бы не расстроились из-за того, что не попали на работу мечты.

– Мне кажется, ты достойна лучшего, чем прозябание в скучной конторке! – заметил Лайон, кажется, желая меня приободрить.

Я взглянула на него, как на горного тролля: с ненавистью и желанием размазать по стенке. Парень это понял, криво усмехнулся и в шутливом жесте вскинул руки. Я обратила внимание на массивное кольцо – явно артефакт – и перевязь татуировок на запястье, словно широкий браслет. Тоже магическая штука или так, дань моде? Но не спрашивать же!

– А мне кажется, ты достоин пойти в жопу вместе с Клинтом, – ответила я и наконец-то выскочила на улицу.

В спину мне донесся смешок. Шутник шуший! Я бы тоже смеялась, если бы мне в наследство достались прииски, три винодельни и верфь.

Я остановилась на тротуаре возле здания магдепартамента и запрокинула голову, разглядывая облака на ярко-синем летнем небе. Еще вчера жизнь казалась прекрасной. У меня был жених, золотой диплом и отличная должность в перспективе. А сегодня ни того, ни другого, только диплом остался.

Но лето только началось, и я была уверена, что такого специалиста, как я, работодатели оторвут с руками. Ведь боевые маги нужны везде, и какая разница, какого они пола? Ну а душевные раны заживут. Наверное. Главное – не поддаться на уговоры Клинта. Я была уверена, что уже сегодня вечером он будет у моего порога с букетом. Размышлять о том, в какое место я ему этот букет засуну, было, пожалуй, даже приятно. Надеюсь, он догадается принести розы.

Насчет Клинта я оказалась права, а вот по поводу всего остального жестоко ошибалась. Оказывается, девушки – боевые маги равны парням только во время марш-бросков на занятиях. А вот при приеме на работу – нет. Надо ли говорить, что злосчастное собеседование стало лишь началом череды неудач?

Все работодатели говорили: «Вы же женщина!» таким тоном, будто это слово было бранным, а их заставили произносить его на площади перед скоплением людей. Если сначала я еще питала какие-то надежды, то сейчас с каждым днем чувствовала себя все более несчастной. Пока мои однокурсники устраивались на работу, выходили замуж, начинали строить карьеру, я моталась из конторы в контору, с каждым днем все больше снижая планку.

Дома на меня смотрели с жалостью, но, думаю, больше из-за расстроившейся свадьбы с Клинтом. Мама никогда сама не работала и не понимала, зачем мне все это. А папа работал круглосуточно и просто редко меня видел. Крис – младший брат – просто верил, что, окончив академию, я свалю в самостоятельную жизнь, и ему было все равно из-за чего: по причине свадьбы или работы. Он давно нацелился на мою комнату с видом на набережную, которая располагалась на втором этаже.

Когда я в очередной раз явилась домой с неутешительными новостями, это никого не удивило, а маму неожиданно даже обрадовало.

– Слава богам! – сказала она с заметным оживлением. И чтобы сгладить неловкость, сунула мне в руки стакан с соком и коврижку, а также соизволила пояснить: – Скончалась тетушка Августа.

– Еще месяц назад, – осторожно заметила я. Тетушку я не видела ни разу, и эта новость никак не отразилась на моем жизненном укладе и на безуспешных поисках работы. Зачем мама вспомнила об этом сейчас?

– Если бы тебя взяли на работу, представления не имею, кто бы поехал разбираться с ее наследством!

– А сейчас имеешь? – подозрительно уточнила я. Сок застрял в горле. Да и коврижка показалась подозрительно сухой.

– Конечно! – Мама не растерялась. – Ты. Там свежий воздух, море и замечательный пансионат, который тебе всего-то надо прибрать и продать. Давай, собирайся! Папа подкинет тебя до магпорта.

– Что, прямо сейчас? – опешила я.

– Конечно! – воодушевленно заявила мама и выставила к порогу уже собранный чемодан, раздутый от вещей. – Твой рейс через два часа, а следующий только послезавтра. Так что не стой как столб! Тебе нужно спешить.

Глава 1

Я вообще не поняла, как оказалась в левиткэбе отца. Мама могла заболтать кого угодно. В руках у меня была сумочка с документами, деньгами и заботливо подсунутым мамой пирожком, а в багажном отделении – чемодан, в который мне даже заглянуть не дали. Мама лишь уверила, что в нем я найду все самое необходимое. Только вот понятия о перечне необходимого у меня и у родительницы часто не совпадали.

– Я до сих пор не могу поверить, что вы с мамой так бесцеремонно выставили меня из дома! – повторила я в сотый раз с того момента, как мы выехали из дома.

Папа сохранял невозмутимое спокойствие, чем меня бесил еще больше.

– Триссочка, ты преувеличиваешь. Мы ни в коем случае тебя не выгоняли. Всего лишь попросили разобраться с домашними делами. Но ты действительно сейчас свободна. Все лето бегала по своим собеседованиям. Успокойся уже, выдохни, и все решится само. Вот увидишь. Заодно и семье хорошо сделаешь.

– Ага! На краю королевства и в землях, которые, по слухам, кишат лихими людьми и дикими тварями, потому что после военных действий прошло всего тридцать лет, и магический фон там нестабилен! Тебе вот не страшно отправлять туда свою дочь? – предприняла я последнюю попытку остаться дома.

– Нет. – Папа и глазом не моргнул. – Ты же боевой маг. Зря, что ли, четыре года училась?

Впрочем, слышалось мне совсем другое. «Зря, что ли, я за тебя четыре года исправно платил?»

«Видимо, зря», – мрачно подумала я, вспомнив свои мытарства, но сказать вслух ничего не успела. За окном папиного лэвиткэба я увидела свою однокурсницу Челси Армендор. Мы с ней не были подругами, но когда вас всего десять девушек на поток в сто человек, как-то очень быстро начинаешь общаться со всеми.

Я бы проехала мимо, если бы не одно «но»: Челси гордо вышагивала босиком по тротуару. В одной руке она сжимала туфли на высоченной шпильке, другой придерживала подол шикарного свадебного платья и откупоренную бутылку игристого. Фата сбилась на один бок, а прическа растрепалась.

– Ну-ка притормози! – скомандовала я отцу, приникая лицом к окну.

– Три… – начал он.

– Папа, там моя подруга, – устало пояснила я. – Я должна спросить, не нужна ли ей помощь. Поверь, я не собираюсь сбегать. Хотя хочу.

Папа вздохнул, но послушался. Времени было еще навалом. В магпорт папа предпочитал приезжать заблаговременно.

– Челси! – заорала я и кинулась к ней.

– О! – Она попыталась улыбнуться, вышло криво и не очень весело. – Трисс. Как дела? Уже начала путь по карьерной лестнице? Как успехи?

– Мои успехи в карьере примерно такие, как у тебя в личной жизни, – фыркнула я, скептически осмотрев ее с головы до пят. Наверное, не очень вежливо, но зато честно и обстановку разрядило. – Что стряслось?

– Стряслась рыжая секретарша, – вздохнула девушка. – И я сбежала со своей свадьбы.

– Давай я тебя подвезу? – с сочувствием предложила я. Проблема предателей-мужиков была мне близка.

Челси согласилась сразу же и забралась в карету.

– Куда тебя? – спросила я.

– А ты сама куда едешь? – спросила она.

– В магпорт.

– О? Командировка? – Ее глаза загорелись.

– Можно и так сказать. – Я поморщилась. – Еду в Валенсию, у нас там пансионат, оставшийся в наследство от тетушки. Нужно разобраться с семейными делами.

– Прекрасно! – оживилась Челси. – Я согласна.

– На что? – осторожно спросила я, нутром чувствуя очередной подвох.

– На Валенсию и пансионат, конечно! Я еду с тобой!

– А… – протянула я, так и не сумев подобрать слова.

– Документы я взяла. – Челси нырнула рукой в корсет и продемонстрировала помятое удостоверение личности. – Трисс, мне домой сейчас нельзя. Меня ищет и моя родня, и Пит, и его родня. Наша свадьба должна была стать событием года. И сделкой века. А я всех подставила. А вот жо… – она покосилась на моего отца и продолжать не стала, проглотив первую часть определения и составив только: –…мира, пальмы и море – это то, что мне нужно. Тем более у тебя там пансионат, я много места не займу. И даже, может быть, окажусь полезна.

Папа хрюкнул, но, к счастью, промолчал. То ли он знал про пансионат чуть больше, чем я, то ли представил себя на месте отца Челси и возрадовался, что ему чуть больше повезло с дочерью.

Я смотрела на Челси с тоской и понимала, что девицы в боевой академии учились как на подбор: наглые, сумасбродные и упрямые. Такая если сказала, что едет, то ее ничто не остановит, даже другая такая же девица. Ну и, пожалуй, Челси права: вдвоем в «ж… мира» веселее.

Магпорт встретил суетой и толпами людей, которые спешили по делам и на отдых. Орущие дети, куча чемоданов, несколько томного вида барышень, столбами застывших на самом проходе, и мы с Челси с одним чемоданом на двоих, початой бутылкой игристого и мятым свадебным платьем. Которое хоть и было надето на подругу, но неизменно привлекало внимание и ко мне.

Папа даже внутрь провожать нас не стал. Едва мы выгрузились, со свистом умчался обратно в сторону города. Мне показалось, даже попытался изобразить знак благословения богов, словно не знал, что на магичек он не действует.

– А он у тебя неразговорчивый… – заметила Челси, посмотрев вслед улетающему левиткэбу.

– Обманчивое впечатление, – отмахнулась я. – Просто он боялся задавать тебе вопросы. Вдруг его родительское сердце не выдержит и он решит вернуть тебя родителям? Мы будем сопротивляться, все переругаемся, и тогда я никуда не улечу. Поэтому он и молчал. Как говорят у меня в семье – не задавай вопросов, на которые не хочешь получить ответы.

– Ну да, логично.

Челси передернула плечами, видимо, представив возвращение в родительский дом, и сделала большой глоток из бутылки.

– Хочешь? – спросила она, но я поморщилась.

Теплое выдохшееся игристое – это не тот напиток, который способен меня соблазнить перед переброской в магпорте.

Челси поболтала бутылкой, в которой еще что-то плескалось, и с сожалением выкинула ее в ближайшую урну. Пройти внутрь магпорта с алкоголем нельзя.

Потолкавшись у магических рамок, мы устремились к кассам. Точнее, устремилась Челси, которая придерживала подол свадебного платья. Фату она выкинула перед входом вместе с бутылкой.

Билет до Валенсии на мой же рейс удалось купить без проблем. Мы решили, что это судьба, и бодро потопали к кабине переноса. Как говорит моя мама, три минуты страха, воспоминание о раннем сроке беременности, заложенные уши – и ты уже за многие километры от дома. Страшно и неприятно, но быстро.

Народу было не так уж и много, в основном угрюмые мужики, несколько семей с детьми и такие колоритные мы, но и кабинка оказалась небольшой.

Меня вжало в стену, Челси в меня, между нами – чьего-то вопящего ребенка. Раздался гул, и я порадовалась, что не съела заботливо выданный мамой пирог. Судя по выражению лица, Челси прокляла выпитое игристое, но явить его миру не успела. Все прекратилось, и за распахнувшимися дверями нас радостно встретил магпорт Валенсии.

– Как же мне плохо… – ныла Челси, приложив ладонь к голове, пока я пыталась сообразить, в какую сторону нужно двигаться, чтобы попасть на выход.

Толпа как-то подозрительно быстро схлынула, и в коридоре мы остались одни.

– Я готова продать родовое поместье за глоток воды.

– Ты правда веришь, что тебя не лишили его после такой выходки? – фыркнула я, а Челси застонала громче.

– Вот умеешь ты испортить настроение, Трисс! Настоящая ведьма!

– А ты нет? – скептически хмыкнула я.

– И я ведьма, – согласилась она со вздохом. Глупо ведь отрицать очевидное. «Боевой маг» звучит солиднее, а «ведьма» – честнее. – Где же нам взять водички? И еще бы отвар от головной боли… и от тошноты… Что же так плохо-то? Не буду больше пользоваться магпортами, – сделала Челси весьма неожиданное, на мой взгляд, умозаключение.

– А пить игристое?

– Игристое буду, – упрямо заявила она, и я поняла, что некоторых жизнь ничему не учит.

Я купила в автомате несладкую газировку для Челси, выдала порошок от головной боли и наконец наткнулась взглядом на табличку «Выход». Нам предстояло найти левиткэб до города. И я представления не имела, найдутся ли тут свободные.

Улица встретила нас опаляющим зноем, и повеселевшая было Челси снова сникла. Теперь она сетовала, что выкинула фату и ей нечем прикрыть глаза от солнца, а оно слепит, и порошок от головной боли действовать перестает. Нет, подруга не была нытиком, но люди с похмелья в большинстве своем невыносимы.

Зато левиткэб мы нашли сразу же. Даже выбирать пришлось. Извозчики кинулись со всех сторон. То ли привлеченные нашим столичным видом, то ли растерянностью, то ли свадебным платьем Челси, которое с каждым мигом становилось все более потрепанным. Во время транспортировки кто-то наступил ей на подол, часть рюшей оторвалась и теперь, уныло свисая, волочилась по земле.

Челси посмотрела на них, явно размышляя, оторвать или так сойдет, но в итоге махнула рукой.

– Доберемся до места – переоденусь, – жизнерадостно сказала она и покосилась на мой чемодан.

– Его мама собирала, – предупредила я, и Челси помрачнела. Да, я тоже не стала бы доверять маминому вкусу. Но выбора у нас не было. Впрочем, не верю, что в Валенсии нет магазинов.

Предложение двух разбойного вида молодых парней мы с Челси отмели синхронно, даже переглядываться не пришлось, а вот кругленький суетливый мужичок, который упорно дергал за ручку моего чемодана, но так и не смог его отобрать, внушал доверие. Такой если и попытается завезти нас в неведомые дали вместо доставшегося в наследство пансионата, то очень быстро внемлет гласу разума, точнее, боевой магии. Даже в одиночку я способна внушить ему уважение к слабому полу вообще и ко мне в частности, а уж вдвоем с Челси, пожалуй, нам даже разбойного вида молодые мужики не страшны. Только связываться лень.

Мы погрузились в неновый, скрипнувший под нашим весом левиткэб некогда лазурного света и, вильнув, устремились в сторону золотистого поля. Окна были распахнуты, в лицо дул ветер (хотелось бы сказать – прохладный), а еще откуда-то непередаваемо пахло морем.

Рядом после очередного кульбита левиткэба застонала Челси, которую еще не отпустило, а я улыбнулась. Возможно, идея родителей не так уж и плоха? И у меня получится немного сменить обстановку, отдохнуть и, возможно, иначе посмотреть на свою жизнь?

Сразу за магпортом начиналось поле. Такое девственное, без намека на цивилизацию. Даже дорогу, создается впечатление, не прокладывали. Она будто образовалась тут сама от вереницы ползущих в сторону «никуда» левит-кэбов.

Впрочем, сейчас и вереницы не было. Так, несколько неторопливо переваливающихся с боку на бок повозок.

Левиткэб подпрыгнул на ухабе. Я влетела любопытным носом в стекло, но все равно не рассмотрела ничего, кроме зеленой колосящейся травы с ярко-желтыми вкраплениями одуванчиков.

– А вот там у нас море! – с воодушевлением сказал извозчик и махнул в сторону колышущейся на ветру травы.

Откуда-то издалека раздалось протяжное:

– Мы-у-у-у-у…

Я вздрогнула, Челси хрюкнула, а подвозчик слегка смутился.

– Только моря сейчас не видно… там обрывчик… Но ничего, скоро мы будем проезжать почти мимо него.

– Надеюсь, сейчас слышно было не шум волн? – скептически хмыкнула Челси, которой больная голова не добавляла хорошего настроения.

Мне звук тоже не понравился. Этакое задорное мычание, в котором почему-то отчетливо угадывался волчий вой. Не уверена, что хочу знать, кто его издает.

– Нет! – Извозчик добродушно усмехнулся в густые усы. – Это наши кормилицы-коровки! Вы же, наверное, слышали, что валенсийское молоко – самое лучшее во всем королевстве? Сейчас мы как раз будем проезжать мимо стада. Я видел их, когда ехал в магпорт. Прилетели пастись, родимые.

Я слышала, что после магической войны фон Валенсии стал очень нестабильным, и вот уже много лет край отличается весьма причудливой флорой и фауной. Вся живность тут – это мечта боевого мага-практиканта. Наши с великим удовольствием сюда ездили на практику. Только девушек брали неохотно. Да мы и не рвались. Почти все проходили практику в столице. Не пыльно и престижно.

– Это коровка? Ничего себе! – Челси даже подпрыгнула и высунулась из открытого окна, а заодно и из декольте многострадального свадебного платья, чтобы рассмотреть получше первую местную достопримечательность.

– Не смотрите на вид, – смущенно пробормотал возничий после глубокомысленного высказывания Челси. – Молочко у них что надо. Только с заду главное не подходить. Если хвостом шибанет, то все…

– Пожалуй, последуем вашему совету, – пробормотала я и решила: подходить не буду. Вообще, мне сразу стало понятно, почему коровка с черными кожистыми крыльями и крысиным хвостом с шипом на конце издавала такие звуки. Они очень неплохо подходили к ее внешности. Правда, травку буренки жевали весьма флегматично, клацая острыми, совсем не травоядными зубами.

Боевой маг в душе уже составлял план, как в случае чего увернуться от шипов на хвосте, где перехватить местное травоядное, если оно вдруг поменяет гастрономические предпочтения, а трепетная фиалка в душе просто считала, что не стоит соваться к этой твари. Интересно, по улицам города местные буренки не ходят? Или ходят? Божечки, родители, куда вы меня выгнали?

Челси молчала, но я видела, как она в голове ведет сложную мысленную работу, пытаясь понять, что лучше: лето тут или скандал дома и свадьба с изменником. Похоже, пока она не решила.

А мы миновали поле, и дорога резко пошла вниз. Левиткэб, подпрыгивая на камнях, задорно поскакал по склону, мы поскакали вместе с ним, и я даже пару раз ударилась головой о крышу. Удивилась знатно, так как вообще не предполагала, что такое возможно, но возмутиться не успела, потому что нашему взору за поворотом наконец-то открылось море. Бескрайнее, бирюзовое, и сегодня – тихое. В его волнах отражалось солнце, и это было так прекрасно, что я с удовольствием еще раз подпрыгнула на сиденье и вписалась головой в уже ставшую родной крышу левиткэба.

Мы мчались с ветерком, но наш возничий не забывал полным энтузиазма голосом описывать местные достопримечательности. Под название «достопримечательность» подпадало все. От оставленной штормом тысячу лет назад каменюки на берегу и до изогнутых от времени кипарисов и иногда попадающихся магических воронок, напоминающих о давней войне.

Нет, кто же спорит, Валенсия была прекрасна! И виноградники, раскинувшиеся по побережью, впечатлили и меня, и Челси. Мы даже попросили остановиться у обочины и набрали несколько увесистых кистей у милой бабульки, которая торговала урожаем.

Челси прижимала к себе корзину с гроздьями и вид имела весьма мечтательный. Было видно, что она собирается съесть все. Я бы даже волноваться начала, но видела: как бы подруга ни хорохорилась, все в нее просто не влезет. А значит, пусть себе мечтает, я без ужина все равно не останусь.

По своей инициативе возничий завез нас еще и в сырную лавку.

– Старейшая сыроварня в округе! – гордо заявил он, остановившись у облупленного домика, похожего на улей. Причем не с пасеки, а тот, который делали сами пчелы.

– А что она такая… – Челси попыталась изобразить корзиной, какая именно сыроварня, но едва не растеряла виноград.

Извозчик удивленно уставился на нее, а я махнула рукой и с опаской зашла в покосившийся маленький домик, где нас накормили вкуснейшими сырами и напоили домашним вином, кислым и коварным. Мне оно не понравилось, но почему-то бутылку я все равно взяла, хотя подозревала – пить не буду.

Еды у нас набралась целая корзина, потому что сыров было несколько видов, хотелось попробовать все. А еще одну бутылку вина нам просто дали в подарок. Полагаю, эта партия у хозяина не удалась, и он решил утилизировать ее с нашей помощью. Отказываться я из вежливости не стала и теперь смотрела на наши припасы и понимала: мы ни за что вдвоем столько не съедим.

Потом была пасека, магазин с изделиями из янтаря, плантация кукурузы, колбасный цех и «еще одна замечательная винодельня». Ну а после мы с Челси запросили пощады, пообещали больше денег и упросили все же везти нас по означенному адресу.

Возничий приуныл и попытался подбить нас на маленькую, но прекрасную прогулку на катере, но тут уже были непреклонны мы. Правда, непреклонность пришлось демонстрировать на кончиках пальцев.

После увиденной магии возничий сник и недовольно буркнул:

– Сразу бы сказали, что ведьмы!

– Боевые маги! – синхронно припечатали мы с Челси.

Мужик спорить не стал, но обидно хмыкнул и направил левиткэб к городку, где меня уже заждалось наследство.

Челси уплетала виноград, и я боялась, что ей станет плохо, столько она уже слопала. Когда я попробовала ягодку, то поняла, почему подруга не может остановиться. Он был невообразимо вкусный, сладкий и сочный.

– А может, все-таки на кораблике? – с надеждой уточнил возничий, останавливаясь у заросшей какими-то вьющимися растениями изгороди.

– Нет уж, домой! – сказала я, вывалилась из левиткэба и замерла. – А вы нас точно привезли куда надо? – с подозрением поинтересовалась я, отказываясь смотреть перед собой.

– Ну да. – Он кивнул. – Я в этих краях с младенчества живу. Каждый кустик знаю. Парковая, двадцать пять. Пансионат «Магнолия». Бывший пансионат… – поправился он, покосившись на заросли.

– Вижу, что бывший… – пробормотала я, думая, как буду убивать родителей. Интересно, они по незнанию меня сюда отправили или просто решили избавиться от непутевой дочери? Типа, раз замуж выдать не вышло, то пусть совсем сгинет.

Пока я приходила в себя, левиткэб умчался.

– Это что? – потрясенно поинтересовалась Челси, проследив за моим взглядом.

– Похоже, пансионат… – ответила я, чувствуя, что сейчас меня будут бить.

– А-а-а-а… – ошарашенно протянула она. – И что мы будем делать?

Больше говорить не стала ничего. То ли слов не нашлось, то ли вспомнила, что я ее с собой не звала.

– Посмотрим? – с надеждой уточнила я, так как что с «этим» делать, представляла не больше, чем она.

Подруга хмыкнула и демонстративно отвернулась, когда нам в спину донесся оклик:

– Стойте!

Мы, как послушные девочки, замерли и синхронно развернулись к мужчине, который спешил к нам с противоположной стороны улицы. Мужчина был хоть и не старым, но грузным, поэтому бежал весьма условно. Просто семенил ногами чуть чаще, чем если бы передвигался шагом. На скорость это не влияло.

– Не ходите туда! – выдохнул он, упирая руки в колени и пытаясь отдышаться.

– Почему? – поинтересовалась Челси, причем сделала это таким тоном, что мне самой захотелось разрешить ей все что угодно.

Глава 2

– Да там эти… – Мужчина все еще не мог отдышаться, поэтому словно выплевывал слова по одной короткой фразе. Солнышко блестело на его покрытой капельками пота лысине, и вид незнакомец имел безопасный и несчастный.

– Да кто «эти»? – не выдержала я. Вот зачем говорить загадками, когда я мечтаю отдохнуть с дороги, и желательно в тенечке? – Это мой пансионат. Я не могу туда не ходить. Кто-то занимается мародерством?

– Да каким мародерством? Тьфу на вас! – Незнакомец наконец справился с одышкой и начал говорить более-менее внятно: – Пока там жила госпожа Августа, она сдерживала наглых тварей заклинаниями, и они хотя бы не лезли в соседние дома. Но после ее кончины совсем распоясались! Спасу никакого от них нет! Изжалят ведь! Я же к вам с добрыми намерениями!

– Да о ком вы говорите? – возмутилась Челси.

– Там гнездо крысос! – с тоской признался мужик. – Затерроризировали всю улицу, весь урожай попортили. Так что придется вам поискать другое место жительства. Но не расстраивайтесь. Кто-нибудь пустит на постой молодых симпатичных девчонок. Да вот хотя бы я!

– А что мага не вызвали? – удивилась я. С мелкой распоясавшейся нечистью мог справиться даже не боевик.

– Так… это… – Мужик вздохнул. – Нету мага.

– В каком смысле «нету»?

– В таком. Есть один приписанный к стражему порядку, так он там нарасхват. Некогда ему с крысосами возиться. Были еще приезжие господа, деньги взяли, а крысосы объявились через неделю. Другие цену заломили. Вот и живут там. Но ежели это ваше наследство, то, конечно, придется что-то делать. Но мага нужно вызывать из центра. А это ой как недешево. Да и без гарантий.

– Все ясно. – Челси вздохнула и передала мужику корзину с виноградом. – Храни! – скомандовала подруга и все же ухватилась за рюши на юбке.

Мужик смотрел на нее с изумлением, а я вот сразу поняла, что она задумала. Мы, конечно, не бытовики, и вроде как выпускникам боевой академии марать руки о грызунов, пусть и магических, несколько стыдно, но, с другой стороны, обитают-то они в моем пансионате. А такого я терпеть не стану. Мне нужно где-то ночевать!

– И это сторожи! – велела я и поставила у ног мужика корзину с сыром, а сама нырнула в чемодан, заранее переживая, что матушка не положила мне удобную обувь. Но нет. Нашлись босоножки на плоской подошве, причем не только для меня, но и для Челси. Мама положила две пары, видимо, рассудив, что легкая и удобная обувь возле моря лишней не будет.

– А вы что задумали? – потрясенно пробормотал мужик, наблюдая за нашими приготовлениями. Но корзину с виноградом послушно к груди прижал.

– Магички мы, – отозвалась Челси, наконец победив подол и укоротив дизайнерское платье до колена.

– И если недосчитаюсь сыра, – пригрозила я, справившись с ремешками на босоножках и воинственно сдув с лица черную, похожую на пружинку прядь, – то ты даже узнаешь, какой я обладаю магией.

– Вот что за люди пошли? – возмутился мужик. – Ты к ним со всей душой, а они мало того что от дел отвлекают, заставляют сторожить свои вещи, так еще и угрожают! Вот изжалят вас крысосы, лекаря вызывать не стану.

– Главное, чтобы не разлетелись по округе, – философски отозвалась Челси. – А то лекаря придется вызывать всей улице.

После этих слов она гордо потопала к кованым воротам, увитым плющом.

Я устремилась вслед за ней. Подозреваю, мы являли собой незабываемое зрелище. Блондинка в рваном подвенечном платье и брюнетка в алой юбке с пышным подолом, воинственно направляющиеся в логово крысос с голыми руками. Я бы не отказалась от биты, но увы. Чемодан собирала мама и самую важную вещь положить забыла. А серьезные атрибуты боевых магов, которые нам, конечно, вручили перед выпуском, использовать против крысос было как-то неловко.

Увитая плющом калитка скрипнула за нашими спинами, и мы с Челси оказались в заросшем буйной южной растительностью саду. Вполне милом, с виду безопасном, только изрядно запущенном. Цепкие ветви плюща наползли даже на прогретую солнцем каменную тропинку, ведущую в глубь сада. Одуряюще пахло абрисами – яркими крупными плодами, которые у всех без исключения ассоциировались с летом.

Пальмы – высокие, монументальные – льнули к густому кустарнику с мелкими ягодками, а с другой стороны тропинки благоухали магнолии.

Разглядеть дом из-за буйной растительности можно было с трудом. Он утопал в зелени, и я видела только мраморную лестницу, спрятавшуюся за пальмой колонну и кусочек стены с облупившейся штукатуркой.

Я первая решительно шагнула в глубь сада и сделала несколько шагов к дому, увлеченно озираясь по сторонам. Сад, конечно, нужно обязательно обкосить, потому что я не могла даже понять, насколько он велик и что есть на территории. Кажется, между крупными зелеными листьями мелькнул фонтан.

И главное, пока не наблюдалось ни одной крысосы, которыми нас пугал сосед. Может быть, их тут и нет? Дом опустел и они улетели? Ведь может же быть так? Тогда нам останется только привести в порядок и без того милое место.

– Да тут рай! – счастливо заметила Челси.

В ответ на ее слова из-за куста раздалось очень неприятное и угрожающее:

– Бз-з-з-з?

Именно так, с вопросительной интонацией.

Мы с Челси шагнули ближе друг к другу и, инстинктивно прижимаясь спинами, как нас и учили, постарались внимательно осмотреть каждый кустик. Враг мог затаиться под любым листом или в высокой траве.

– Вон она! – воскликнула я, указывая пальцем на ветку между цветами магнолии, обнаружив там ближайшую крысосу. Жирную, величиной с настоящую крысу и с таким же тонким, облезлым и понуро висящим хвостом. Крылышки крысосы издавали противное «бз-з-з», а на нас с полосатой крысиной морды, украшенной челюстями-жвалами, грозно таращились огромные, выпученные как у мухи глаза.

– Вот же дрянь! – испуганно воскликнула Челси и толкнула руки вперед, ударив крысосу мощным потоком воздуха. Заклинанием, в простонародье именуемым «кулак». Как и все аристократы, пугалась Челси быстро, а как все боевые маги, в случае опасности сразу же шмалялась заклинаниями. Поэтому шансов у крысосы не было.

«Бз-з-з» стало выше на два тона, и крысоса, кувыркнувшись, улетела в ближайший куст. На секунду все затихло, мы даже дыхание боялись перевести, а потом звук раздался снова, и не один. Ему вторило еще множество таких же возмущенных «бзызов».

– Слушай… – задумчиво сказала я. – Похоже, ты разбудила ее друзей…

– Да сама слышу… – буркнула Челси, кажется, даже немного смущенно. – Ты готова?

– А как же!

Я развернулась и, прежде чем на нас вылезли еще четыре злобные жужжащие твари, метнула в них то же заклинание «кулака». Челси магия ветра давалась лучше. Ее удары были точными и резкими. Они сыпались на крысос с разных углов, но, кажется, не причиняли вреда. Я же била реже, зато у меня и «зона покрытия» была больше. Твари кувыркались в воздухе, сталкивались друг с другом и все сильнее зверели. А в ответ на их возмущенное дребезжание уже изрядно напрягающее «бз-з-з» начинало звучать из каждого уголка сада.

– Их сотни, и они нас сожрут… – обреченно сказала Челси. – И, мне кажется, «кулак» их только злит. Ни одну как следует не задело. Зато они, похоже, окончательно взбесились.

– Согласна… – сказала я и начала шарить взглядом по кустам. Вдруг там все же завалялась какая-нибудь дубинка? С ней мне бы стало намного спокойнее. Потому что крысосья стая собиралась вокруг нас, и что делать с таким количеством тварей, я не знала.

– Может, огонь попробуем? – нерешительно предложила Челси.

Я с тоской посмотрела на красивый сад и мучительно кивнула. Лучше выжженные кустики, чем два трупа.

Магия огня давалась мне не очень хорошо, но крысосы послужили, пожалуй, даже большим стимулом, чем куратор женской группы боевых магов – Грифониха в гневе, поэтому огоньки пламени на моих ладонях вспыхнули ярко и быстро. Даже обидно, что раньше так не получалось. Надо наведаться в гости на любимый факультет и подать идею. Правда, сэршелы, которые только встали на тернистый путь боевого мага, меня не простят.

Я метнула огоньки в ближайшую крысосу. Подпалила магнолию, скамейку и куст, а крысоса с возмущенным бзыканьем сиганула в сторону. Там ее подловила Челси, в руках которой потрескивал огненный шар. Он пронесся словно снежный ком, прожигая прямую дорожку сквозь буйно растущую зелень к заброшенному фонтану.

Даже сама Челси взирала на дело рук своих с испуганным восхищением.

– Ничего себе! – выпалила она с восторгом. – А на занятиях никогда так не получалось!

– Лучше бы и тут не получилось! – возмущенно выдохнула я, разглядывая изуродованный сад, и едва увернулась от спикировавшей сверху крысосы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.