Надежда Корсакова
Любовь и головы

Лениво потягиваясь в мягкой, теплой постели, Николь неторопливо открыла глаза и увидела на часах – 17:30. Капризно скривив рот и фыркнув, она подумала, что девочки уже скорее всего собрались в баре и весело отдыхают без нее. О… Ну вот… 7 пропущенных… Она плюхнулась на кровать, продолжая кутаться в воздушные облака одеяла, но где-то там, в глубине души, маленькая капризная девчонка, не желающая скучать, твердила – Николь, у тебя только один выходной… ты что так и будешь спать?! Собирайся, красься и отправляйся в бар, а одеяло с подушкой никуда не денутся! Полусонная она начала медленно выползать из постели, но стоило ей спустить ноги на пол, как тут же откуда-то из недр комнаты выбежал такой же сонный, как и она британец по имени Маркиз. Виляя хвостом и громко мурча, он настаивал на том, чтобы его покормили и приласкали, и Николь, ласково почесав его за ухом, отправилась на кухню. Она покормила голодного кота, перекусила сама и начала наряжаться.

Туфли на каблуке, броское платье цвета бургунди, упругие спирали каштановых локонов и терпкий, пряный аромат духов. Она накинула пальто и решила немного прогуляться – бесснежный теплый февраль располагал к этому. Звук её каблуков наполнял тихий переулок. Ей стало немного не по себе и, прервав свои мысли о скоротечности юности, она вспомнила о маньяке, терроризировавшим город уже не первый месяц. Как на зло на глаза попалось предупреждение, висящее на доске объявлений, о том, чтобы граждане были бдительны и не ходили по городу по одному. Она невольно поежилась и чуть прибавила шаг, благо до бара оставалось буквально пара шагов. На часах было уже начало одиннадцатого, и выбежав из дома она даже не посмотрела, что ее телефон разрядился. Жалобно пискнув в сумочке, он отключился и все, что ей оставалось, это надеяться, что девчонки ее все-таки ждут. Увы, к ее разочарованию в баре их не оказалось и ей нужно было быстро решить – остаться здесь и будь что будет или вернуться домой. Пока она осматривала бар, думая, что делать дальше, решение нарисовалось само собой. Её блуждающий взгляд неловко упал на место за стойкой, где сидел симпатичный парень. Глядя в её сторону, он поднял бокал с виски и голос в голове прошептал: ну же, Николь, или ты хочешь вернуться к коту?

Николь слегка улыбнулась и направилась к молодому человеку. Он заказал ей выпить, и они разговорились. Он был приятный и легкий в общении, Николь слушала в пол-уха то, что он рассказывал, а она тем временем обволакивала его своим фирменным охотничьим взглядом и он, как и все до него, не смог устоять под напором теплых кофейного цвета глаз, обрамленных бархатом пушистых длинных ресниц. Она понимала это, как и тот факт, что скорее всего спать одна она сегодня не будет, а кот снова останется голодным.

Она весело смеялась и изящно потягивала маргариту, он же неспешно пил виски и, рассказывая ей какую-то очередную шутку думал, что найти такое сокровище большая удача. Бар начал пустеть, время близилось к полуночи, и они начали собираться. Как приятно было выйти из душного помещения и вдохнуть полной грудью сырую, холодную, февральскую ночь. Николь немного неуверенно держалась на своих высоких шпильках, поэтому ее новый спутник любезно держал под руку. Она была почти уверена, что сейчас он вызовет такси и они поедут к нему, но вместо этого, он предложил пройтись. Ну что ж, ладно, подумала она, еще есть шанс затащить его к себе – такого принца совсем не хочется отпускать.

Пока они шли, им на глаза снова попалось объявление, призывающее быть осторожными и помнить о том, что убийца еще не пойман.

– Ты не боишься, принцесса? – спросил он ее. Николь фыркнула.

– Больше шума! Такое чувство, что нас специально запугивают, а ведь жизнь так коротка – нужно ловить каждое ее мгновение.

– Да, ты права, жизнь очень коротка, – медленно произнёс он и слегка улыбнулся. Но послушай, неужели ты не слышала, что с начала года он убил уже 7 девушек.

– Да, слышала. А еще, что все они были обезглавлены и найдены были только тела, сами же головы до сих пор не обнаружены… Интересно, что он с ними делает?

Николь взглянула на своего спутника, идущего рядом, ожидая услышать какую-будь шутку, которая переведет их разговор в более легкое русло, но вместо этого он снова улыбнулся одними уголками губ и сказал:

– Не знаю, может коллекционирует?

– Надеюсь, ты не он, – задорно произнесла Николь, чтобы разрядить обстановку.

– Нет конечно! А если бы и был, я ни за что бы не лишил эту милую головку такого прекрасного тела.

За этими мрачными разговорами Николь и не заметила, как они дошли до ее дома. Она была уже готова пустить в ход помимо своего обворожительного взгляда еще и беспроигрышную речь о том, что было бы здорово еще выпить и все в таком духе, но ее спутник был явно на это не настроен. Он долго смотрел ей в глаза, а потом сказал:

– Отличный получился вечер, надеюсь еще повторим! – и зашагал прочь.

ЧТО!? Еще повторим?! Никто никогда еще так не отшивал ее. Даже телефона не оставил! Даже ее номер не спросил! Ну что ж, видимо впереди ее все же ждет пустая постель и голодный кот.

Когда дверь за Николь захлопнулась, Виктор пошел дальше, в ночь, в самую ее сердцевину исследуя улицы, в предвкушении утоления своей «жажды». А жажда эта мучила его с самого детства. Как бы избито это не звучало, но с первых дней жизни мать буквально душила его своей любовью, а потом и своей строгостью. Он пытался ей угодить, пытался быть лучшим сыном на свете, но она была не способна это разглядеть. Ей всегда было мало. Тогда и полетели головы. Сначала птичьи, потом кошачьи, собачьи…Чем чаще делаешь что-то, что заставляет чувствовать тебя живым, тем больше ты нуждаешься в этом кайфе, но вот беда, кайф – это зависимость, а у любой зависимости очень простые законы. Нужно всего-то повышать дозу. Каждый раз, пока не наступит пик, а после него пустота. Виктор шел по темным улицам, рассекая прохладный воздух и рефлексируя. Он вспоминал своих последних жертв и не испытывал к ним ничего, кроме отвращения. Эти размалеванные куклы, с пустыми головами, для чего они вообще нужны? Начнешь жить с такой, и она в этой своей чертовой голове настроит на тебя таких планов, что и самому-то не снилось. Пожелает загнать тебя в собственные рамки, сделать ручным зверьком, а если вдруг ты не согласишься с ее великими ожиданиями, то держись! Милое создание превратится в мелкую плотоядную тварь, которая будет день и ночь генерировать попытки тебя изменить, а ее рот будет изрыгать проклятия и нытье, что ты не оправдал ее ожиданий. В этой своей попытке исправить тебя она станет напрочь слепой и глухой к твоим мыслям и чувствам и все то прекрасное, что может когда-то и было между вами сгорит в один миг, и тогда тебе ничего не останется кроме как освободить ее от этих навязчивых мыслей и глупых разговоров. Освободить навсегда. Так было с мамой. Вечно недовольной мамой. Так было с первой, второй, третьей… Сколько их там было? Полиция знает только о семи, но они не видели всей картины. Они очень многого не знают о нем.