Кира Сорока
Попробуй меня остановить

Пролог

– Та-а-ап! Тапыч! Ну Тап, чёрт возьми! – зудит на ухо Гурян.

Иногда мой друг бывает невыносим, но сегодня – особенно.

– Что? – лениво распластавшись на брусьях, запрокидываю голову вверх и щурюсь от солнца.

Погода никак не настраивает меня на очередной учебный день.

– Давай свалим, а? – Гурян повисает на брусьях как обезьяна, зацепившись лишь ногами и свесив остальное тело вниз. – Конец года. До экзаменов две недели. Никто и не заметит нашего отсутствия. К тому же у тебя сегодня днюха…

– Никуда мы не свалим, – осаживаю его. – Мою днюху отмечать не будем. И через минуту пойдём в класс. Сегодня особенный день.

На моих губах расцветает самодовольная ухмылка. Которая, конечно, сразу привлекает интерес друга. Тот подтягивается и садится на турник так же, как и я.

– Колись! – выдыхает воодушевлённо.

Я не собираюсь вдаваться в подробности, поэтому бросаю коротко:

– Новенькая.

– Ммм… – явно заводится Гурян. – Откуда инфа? Ты её уже видел?

– Не видел, но инфа стопроцентная. Обещаю тебе, друг, последние несколько недель до каникул скучно не будет.

Мне-то уж точно!

Чёрт… Тело приятно покалывает от воодушевления. Мне уже даже жаль новенькую.

Ложь!

Ни хрена не жаль!

– Войнов! Гуреев! – строгий голос за нашими спинами вынуждает напрячься.

– Да, Галина Константиновна. Уже идём, Галина Константиновна, – с издёвкой мямлит друг, спрыгивая с турника.

Зиновьева подходит ближе. Смотрит на моего друга с упрёком.

– Ну умный же парень, Демьян. А ведёшь себя…

Она не договаривает и, отвернувшись, уходит под почтительные расшаркивания Гуряна.

Ему выделываться можно, он – сын мэра. Мне – нельзя! Потому что я – никто!

Однако это не мешает мне выделываться и нарушать правила. И быть самым популярным парнем среди девчонок нашей школы и за её пределами. Быть самым заклятым врагом Нестерова – второго по популярности парня школы. И занозой в заднице у каждого учителя нашей школы.

Короче, я нарасхват!

– Пошли уже, – подгоняет меня Гурян. – Пля-я, опять ты за своё, Тап! Бошку себе сломаешь когда-нибудь!

Я его уже не слушаю. Встаю на брусья, распрямляюсь, немного сгибаю ноги в коленях. Слышу, как кто-то испуганно охает. Другие свистят, подливая в мои вены бурлящего адреналина.

Краем зрения замечаю стройный силуэт блондинки в мешковатой юбке.

Дура! Все эти предписания по форме никто не слушает. Наши девчонки одеваются в школу похлеще, чем в ночной клуб. А новенькая выглядит как монашка, не имеющая вкуса.

Эта монашка явно нервничает, теребя лямки рюкзака на поникших плечах. Повернувшись, обводит взглядом школьный двор… И когда её взгляд почти подбирается к брусьям, я с силой отталкиваюсь ногами и, сделав сальто назад, приземляюсь на землю. Под бурные овации тех, кто видел мой трюк, сразу вновь смотрю на новенькую.

Только вот она, похоже, ничего не видела и уже торопится к лестнице центрального входа в школу.

Охренительно!

Гурян заливается хрюкающим смехом от моего провала.

– Может, у неё зрение минус восемь, а ты тут цирковые представления устраиваешь!!

Я пихаю его локтем, поднимаю с земли свой рюкзак и тороплюсь вслед за новенькой. Настигаю на лестнице. Практически дышу ей в затылок, но так и не решаюсь прикоснуться.

За юбку, что ли, эту убогую дёрнуть? Пусть вся школа лицезреет её бельё! Так, забавы ради…

Все, кто присутствуют сейчас во дворе и на лестнице, конечно, замечают мой интерес к новенькой. А она, видимо, замечает их интерес к тому, кто идёт за её спиной.

Блондинка бросает взгляд через плечо, и мы встречаемся взглядами. Её лицо так близко, что я могу разглядеть каждую деталь. Голубые глаза, мягкие линии скул, маленький нос и пухлые губки…

Да, признаюсь – она хорошенькая. Но ведь это ничего не значит. Мало ли хорошеньких девчонок в школе. Вон одна Дашка Звёздная чего стоит! Ей всего шестнадцать, а она уже модель.

А эта…

Новенькая поспешно отворачивается от меня и влетает в дверь. Замирает возле охранника, немного сместившись в сторону, чтобы пропустить меня.

Я перепрыгиваю через турникет, чтобы не задерживаться рядом с ней.

– Войнов! – вопит дядя Миша.

Замираю. Оборачиваюсь. Выстреливаю взглядом в новенькую.

Её зовут Варвара – я узнавал.

Фамилия – Снежная.

Что ж… Буду звать её снежинкой или снежной королевой.

Ухмыляюсь.

Нет, лучше – варвар!

Глава 1

– Мам, всё в порядке, правда…

Наверное, уже в десятый раз устало заверяю маму, что первый день в новой школе – это самое обычное событие в моей жизни.

Особенно важно подчеркнуть, что школа эта в чужом, незнакомом мне городе. А самое главное – что календарь уже вовсю транслирует двадцатое апреля.

Да всё просто «супер»!

Новый дом, новый муж мамы, новая школа под конец учебного года… И полнейшее отсутствие друзей! Но я же найду себе новых, верно?!

И как не сойти с ума от этой новизны?

– Варь, ну я же вижу, что ты грустная, – мама заглядывает мне в глаза с явным беспокойством, и я спешу отвернуться.

Не хочу расстраивать её, ведь она так счастлива. Наконец встретила человека, которого после смерти отца смогла полюбить.

Я же не эгоистка.

И пусть мой отчим и в подмётки не годится моему отцу, но вроде неплохой человек. Старается.

– Это просто волнение, – пожав плечами, выбираюсь из машины. Она протягивает мне рюкзак, и я вешаю его на плечи. – Не приезжай за мной, ладно? Я хочу немного прогуляться по городу после уроков.

– Но ты же ничего здесь не знаешь!

– Я умею пользоваться гугл-картой, мам, – натянуто улыбаюсь, демонстрируя ей телефон – подарок отчима в честь моего дня рождения. А потом тут же прячу его в карман пиджака.

Дурацкого пиджака в клеточку, который является частью дурацкой школьной формы. Под пиджаком – совершенно непрактичная белая блузка. А вместо брюк разрешена только юбка чуть выше колена. На моей сухонькой фигуре эта юбка сидит как мешок, но я стараюсь не думать об этом.

Махнув на прощанье маме и не дожидаясь, когда она уедет, направляюсь к центральному входу в здание.

Школа номер один выглядит весьма помпезно, возвышаясь на целых четыре этажа. На самом деле эта школа вот уже несколько лет переиминована в гимназию с экономическим уклоном. Я навела справки – здесь учатся одни гении. Ну или пятьдесят процентов гениев, а остальные пятьдесят – дети богатеев, которые готовы щедро заплатить, доказывая псевдогениальность своих детей.

Сюда относятся не просто мажоры. А, например, дети депутатов и политиков. В общем… элита этого города!

Это место в корне отличается от моей старой школы.

Поддев пальцами лямки рюкзака, нервно провожу по ним вверх-вниз. Обернувшись, обвожу ничего не видящим взглядом школьный двор. Глубоко вздохнув, делаю первый шаг на широкую лестницу…

Вздрагиваю, потому что за спиной вдруг раздаются громкие овации и улюлюканья.

Но это же не мне, верно?

Ладно… перед смертью не надышишься. Это всего лишь школа, пусть и элитная… Там такие же подростки, как и я. Наверняка уже через неделю я освоюсь.

Стремительно поднимаюсь по лестнице, не обращая внимания на взгляды остальных учащихся здесь ребят. А они, кстати, смотрят так, словно я уже чем-то привлекла всеобщее внимание. А ведь ещё даже не зашла внутрь!

Колени невольно начинают подрагивать, и моя походка становится скованной. Посильнее впиваюсь пальцами в лямки рюкзака и стремглав взбираюсь по лестнице.

Лишь на последних ступеньках я понимаю, что смотрят вовсе не на меня, а на кого-то за моей спиной.

Не удержавшись, бросаю робкий взгляд через плечо и тут же натыкаюсь на холодные серые, почти стальные глаза, пристально взирающие на меня из-под густых, почти чёрных бровей.

Парень оказывается настолько близко, что едва ли не царапает мне затылок своим носом.

Икнув от неожиданности, отворачиваюсь и влетаю в здание школы. Замерев возле охранника, снимаю с плеч рюкзак и долго шарю в нём в поисках пропуска. На самом деле я просто хочу, чтобы этот сероглазый прошёл вперёд. Его взгляд словно отпечатался на моей шее, без преувеличения.

Тем временем парень лениво меня обходит и так же лениво перепрыгивает через турникет.

– Войнов! – каркает охранник.

Сероглазый замирает. Оборачивается.

Явный хулиган!

И, похоже, не соблюдает дресс-код, потому что на нём нет формы.

Тёмный бомбер, под ним светлая футболка. Протёртые на коленях джинсы и высокие чёрные кеды с белой шнуровкой.

Парень выглядит стильно и точно знает это.

На его губах на короткий миг появляется кривая ухмылка. Мазнув по мне взглядом, он отворачивается и скрывается из вида, свернув за угол.

– Ты новенькая? – поворачивается ко мне охранник. Здоровый, под два метра детина, но с весьма добродушным лицом. Получив от меня кивок согласия, он протягивает руку, и я вкладываю в неё свой пропуск. – Завтра можешь мне не показывать, просто приложи вот здесь.

Проводит карточкой по красному индикатору на турникете, и когда цвет меняется на зелёный, проход открывается.

– Давай, проходи, – возвращает мне пропуск охранник. – Можешь звать меня дядя Миша. Если накосячишь, стану Михаилом Ивановичем. Поняла?

– Да, поняла.

Невольно улыбаюсь, потому что, несмотря на вполне грозный внешний вид, охранник всё равно выглядит добродушным.

– Как звать? Какой класс? – спрашивает дядя Миша, когда я миную турникет.

– Варя. Десятый «А».

– Что ж… беги, Варвара. Удачи тебе в этом царстве тьмы, – и, отвернувшись, бубнит себе под нос: – Один только Войнов чего стоит…

***

Изучив расписание уроков, приближаюсь к классу.

Ладно… Я смогу!

Сделав глубокий вдох и протяжный выдох, распахиваю дверь и переступаю порог кабинета прямо под оглушительную трель звонка.

Ловлю на себе взгляды каждого из присутствующих учеников. Два десятка пар глаз уставились на меня с нескрываемым интересом. Некоторые даже дружелюбно. Но лишь одни прожигают дырку на моём лице холодным безразличием.

Я надеялась, что этот Войнов окажется в другом классе. Но нет… Он, конечно, мой одноклассник.

– Доброе утро, – строгий, призывающий к порядку голос звучит за моей спиной.

Все, слава Богу, переключают своё внимание на учителя. Все, кроме него…

Холодный взгляд хулигана отклеивается от моих глаз и смещается к губам. Потом скользит вниз, на мою ужасную юбку… И снова возвращается к лицу. На его губах расцветает кривоватая ухмылка, в то время как глаза остаются безучастными. Но в то же время его взгляд какой-то гипнотический.

Я не могу не смотреть на него. И пошевелиться не могу.

– Снежная, верно?

Голос учительницы звучит глухо, как из-под толщи воды, и я не сразу понимаю, что она обращается ко мне.

– Похоже, новенькая уже запала на Войнова! – выкрикивает какой-то парень.

Весь класс начинает улюлюкать, поддерживая эту «смешную» шутку.

Мои щёки начинают пылать от стыда, и я поспешно опускаю взгляд в пол. Поворачиваюсь к учителю.

– Да… Варвара Снежная, – представляюсь тихо.

– Что она там мурлычет? Пусть громче скажет! – вновь нетерпеливо выпаливает тот же парень.

– Помолчи, Гуреев! – повышает голос учитель. Посмотрев на меня с непонятной жалостью, говорит всему классу: – Варвара Снежная – прошу любить и жаловать.

На ватных ногах я всё-таки поворачиваюсь к ребятам и выдавливаю робкое «привет».

Ничего унизительнее я в жизни не испытывала.

– Варя, садись на первую парту, – указывает учитель на пустую парту напротив своего стола. – Меня зовут Марта Юрьевна. Я учитель русского и литературы, а также завуч по совместительству.

Мне кажется, или она действительно говорит это с плохо скрываемой гордостью?..

– Ну и классный руководитель десятого «А», – обводит строгим взглядом учеников, а потом вновь смотрит на меня. – Если будут какие-то проблемы, можешь смело обращаться ко мне, Варвара… А теперь давайте начнём.

Пока она перекладывает на столе папки, я ныряю на свой стул и стягиваю рюкзак с плеч. Всё прошло не так уж и ужасно…

– Я смотрю, программа в твоей прежней школе немного отстаёт от нашей, – говорит Марта Юрьевна, как мне кажется, опять с явной гордостью. Вероятно, перед ней моё личное дело. – Что ж… Тебе придётся немного нас нагнать. Возьмёшь у ребят конспекты.

Она поджимает и без того тонкие губы, пробегаясь по листку глазами, а потом эти самые губы едва заметно улыбаются, и завуч поднимает на меня взгляд:

– У тебя сегодня день рождения?

Киваю, чувствуя, как щёки вновь начинают пылать. Меньше всего на свете я хотела бы сегодня чрезмерного внимания к своей персоне. Но, похоже, страхи материальны.

– У Варвары сегодня день рождения! – провозглашает учитель, обращаясь ко всему классу. – Не забудьте её поздравить!

– Смотри-ка, Тап! – радостно восклицает тот же неугомонный парень. Кажется, Гуреев. – У вас днюхи в один день! Можно и отметить вместе!

Я невольно оборачиваюсь, чтобы посмотреть, к кому обращается этот парень. Все ученики смотрят лишь на одного человека. А он продолжает изучать меня холодным отстранённым взглядом.

Тот самый хулиган Войнов. Судя по всему, именно он тоже сегодня именинник.

– Тап! Тап! Тап! – начинают скандировать остальные. Барабанят по партам ладонями, а потом взрываются: – С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, ТАП!

Войнов ухмыляется, не сводя с меня взгляда. Я спешу отвернуться, потому что уже хватит на него глазеть!

Тап…

Что значит это «Тап»?

И почему он так смотрит на меня?

Весь урок я почти не вслушиваюсь в то, что говорит учитель. К тому же, не так уж я и отстала от программы, ведь в прежней школе мы так же, как и они здесь, готовились к экзаменам.

Я справлюсь!

Осталось несколько недель, а потом начнутся каникулы. Я сдам все экзамены и отпрошусь у мамы на всё лето к бабушке – маме покойного отца.

Бабушка у меня классная. Три месяца с ней будут просто сказочными… А ещё я могу уговорить её, чтобы она оставила меня жить у себя на будущий год. Вернуться в свою прежнюю школу…

Сейчас мне кажется это таким реальным, что я практически перестаю нервничать. Когда звучит звонок, мои плечи расслабляются, и на губах появляется улыбка.

Да! Я здесь всего на несколько недель, не больше!

Тянусь за своим рюкзаком, когда Марта Юрьевна привлекает всеобщее внимание, звонко хлопнув в ладоши:

– Мне нужен доброволец!

Она смотрит на всех, кроме меня. Вероятно, я не подхожу ей на роль добровольца, но это к лучшему.

– Давайте, ребята! Кто-то должен стать гидом для Вари на предстоящей неделе.

Что?

Но я же… Я сама могу справиться!

Только я собираюсь заявить об этом, как за моей спиной на фоне тихого гомона раздаётся девичий голосок:

– Ай, больно! Гуреев, ты обалдел?!

Но на этом всё. Больше никто не хочет выдвигать свою кандидатуру.

– Гуреев, я смотрю, ты никак не угомонишься, да? – завуч, кажется, закипает. – Тогда ты и будешь гидом Варвары!

– Нет! – непреклонно отрезает парень. – Пусть Войнов ей гид-парад устраивает! Так сказать, именинник имениннице. По-моему, шикардос!

Я жду, что сейчас Войнов, конечно, откажется, но он почему-то молчит.

– Хорошо. Пусть будет Войнов, – сдаётся Марта Юрьевна. Переводит взгляд на меня и, кивнув, выходит за дверь.

Перемена в самом разгаре, но вот только никто из класса больше не собирается покидать кабинет. Голоса пугающе замолкают. И я чувствую взгляд двадцати пар глаз на своём затылке, когда медленно поднимаюсь со стула. Обернувшись, понимаю, что опять ошиблась. Ведь все смотрят не на меня, а на хулигана, который уже стоит за моей спиной.

Войнов вешает свой рюкзак на плечи и зачем-то забирает мой. Его губы кривятся в ухмылке, когда он бросает небрежно:

– Ну что, варвар? Пойдём, прогуляемся?

Как он меня назвал?

Варвар?

За спиной неминуемо раздаются смешки одноклассников. Похоже, всем понравилось то, как меня назвал этот сероглазый.

Что ж…

– Знаешь… Мне не нужен гид, – разворачиваюсь всем телом к Войнову.

Пытаюсь забрать свой рюкзак, но он быстро поднимает его вверх так, что мне придётся прыгать на месте, чтобы дотянуться.

Прыгать я не собираюсь, да и унижаться и умолять его вернуть рюкзак – тоже.

– Послушай, я не хочу ругаться… Давай ты просто пойдёшь по своим суперважным делам, и мы забудем обо всём этом.

– Хорошее предложение, – к нам вдруг подходит какая-то девчонка. – Отдай ей рюкзак, и я сама проведу для Вари экскурсию по школе.

Девушка выглядит достаточно решительно. А вот сероглазый переводит ленивый взгляд на неё и отрицательно качает головой.

– Прости, Вась, – обращается он к ней. – Сначала я, потом по росту.

И, видимо, устав от этой незатейливой перепалки, засовывает мой рюкзак под мышку и неторопливо выходит за дверь. Весь класс тоже неторопливо вытекает в коридор. Моя персона им не так интересна.

– Вот придурок, – фыркает моя заступница. – Не обращай на него внимания. Уже завтра он переключится на кого-то другого. Он у нас это… непостоянный в своих пристрастиях.

Она снова фыркает, а я непроизвольно начинаю улыбаться.

– Я – Василиса, кстати, – девушка протягивает мне руку, которую я с благодарностью пожимаю. – У нас ещё будет время пообщаться, Варя. Но сейчас тебе лучше найти Войнова и всё-таки вернуть свой рюкзак. Одному Богу известно, что у этого парня на уме.

– И всё равно – спасибо, – обхожу Василису и выбегаю в коридор.

Войнов дожидается меня у лестницы. Я сразу замечаю, что у него нет моего рюкзака. Это немного… ну… самую малость начинает подбешивать.

Приблизившись к парню, сразу перехожу в наступление:

– Верни мой рюкзак и иди уже…

– Куда? – резко обрывает он меня, уставившись своими надменными глазами.

Мне приходится задрать голову вверх, чтобы заглянуть в его лицо. Мы сверлим друг друга недобрыми взглядами, и кажется, время в этот момент замирает, а воздух между нами накаляется до предела.

Сейчас я в деталях могу рассмотреть его лицо. Серые глаза, почти чёрные брови и такие же волосы. Крепкий подбородок. Пухлые губы, растянутые в издевательской ухмылке. Горбинка на переносице – вероятно, его нос был когда-то сломан. Шрам под бровью, почти на веке.

Странно, но раньше я никогда не старалась найти столько деталей на чужом лице…

– Так куда мне пойти? – Войнов понижает голос до угрожающего шёпота.

На языке вертятся два десятка ругательств, но я, проглотив их, произношу спокойным голосом:

– Будь так добр, Тап, верни мне рюкзак.

– Только друзья могут называть меня так. Ты мне не друг.

Его тон такой же ледяной, как и взгляд. Кажется, у меня от этого парня уже глаз дёргается.

– Я вообще никак не буду тебя называть, – отрезаю.

Развернувшись, смотрю на одноклассников. Они стоят неподалёку, наблюдая за нами.

Наверняка кто-то из них забрал мой рюкзак. А в нём новый телефон – подарок отчима, который я переложила в рюкзак на уроке.

– Не нервничай, варвар, – хмыкает Войнов за моей спиной. Он неожиданно обнимает меня за плечи одной рукой и с силой тянет в неизвестном направлении. – Пойдём, сейчас урок истории. Я провожу тебя, – склонившись к моему виску, нашёптывает парень. – Будешь вести себя хорошо – получишь рюкзак. Нет – дам тебе только тетрадку и ручку.

Да какого чёрта?

Я практически врастаю подошвами в пол в попытке затормозить. Бесполезно. Этот парень слишком сильный. Да это и так было понятно, глядя на его широкие плечи и внушительный рост.

Мы шагаем по длинному коридору и выходим к другой лестнице. Теперь Войнов спускает руку с моего плеча на талию и тянет вверх, помогая подниматься по ней.

Проходящие мимо девчонки смотрят на меня с откровенной завистью. Считают, видимо, что мне несказанно повезло – оказаться в объятьях этого хулигана.

О, да! Я на седьмом небе от счастья!

– Может, хватит уже? – закатив глаза, спрашиваю я.

– Нет, не хватит, – отбивает Войнов.

Оказавшись на третьем этаже, мы сворачиваем направо и, наконец, останавливаемся возле двери кабинета истории.

– Всё! Отстань! – брезгливо выпутываюсь из его объятий. – Отдай рюкзак!

– Отдам после уроков, – бросает парень. – Ты его пока не заслужила.

– Если ты таким образом рисуешься перед друзьями, то здесь никого нет! – обвожу руками пустой коридор. – Так что – расслабься!

– Да я расслаблен, – хмыкает он, наступая.

– Не отдашь рюкзак – сдам тебя завучу! – гневно тычу ему в грудь пальцем.

Его взгляд недоверчиво упирается в мой палец.

Отдёргиваю руку, но, оказывается, уже слишком поздно. Войнов ловит мою ладонь, сжимает в своей, распахивает дверь класса и затаскивает меня туда так быстро, что я даже вскрикнуть не успеваю. Сам заходит следом и запирает дверь на защёлку.

Мне хватает лишь одного беглого взгляда по сторонам, чтобы понять – это не класс истории!

Глава 2

Помещение настолько маленькое и тёмное, что даже дышать становится как-то трудно. Ну или это от сковавшего меня страха, потому что Войнов в один миг становится не просто хулиганом в моих глазах, а неадекватным хулиганом с маниакальными наклонностями!

Он наступает, оттесняя меня в самый дальний угол подсобки. В этот момент звучит звонок, а мы здесь! Не в кабинете истории, а чёрт знает где!

– Ты что творишь? – мой голос срывает на писк, и я выставляю руки перед собой.

– Вообще-то, намеревался запереть тебя здесь совсем одну, но решил, что и сам останусь, – выплёвывает он, приблизившись вплотную.

Мои ладони на один миг прикасаются к его грудной клетке. А уже в следующую секунду парень отстраняется, запрыгивает на одну-единственную парту, имеющуюся здесь, и скрещивает руки на груди.

Вроде бы не собирается меня трогать… не знаю… насиловать, убивать… Но и выпускать, похоже, тоже не намерен.

Прокашливаюсь.

– И зачем мы здесь? – мой голос крепнет, к нему возвращаются негодующие нотки.

– Прогуляем историю, – спокойно признаётся Войнов. – А что? Ты против?

– Да… Да, чёрт возьми, я против! – вновь почти тычу в него пальцем, но вовремя сообразив, что этого не стоит делать, прячу руки в карманы пиджака. Оперевшись на стену, делаю размеренный вдох. – Так… ладно. Мне всё равно не понять твоих мотивов, поэтому буду просто ждать, когда к тебе вернётся рассудок.

Закрываю глаза, прислоняю затылок к холодной стене, изображая полнейшую отстранённость.

На самом деле внутри всё бурлит от негодования.

Бесит!

Бесит этот заносчивый сероглазый тип!

– Что, тебя больше не интересует твой рюкзак? – спрашивает Войнов спустя пару минут гробовой тишины.

Я не отвечаю.

– Ммм… в молчанку будем играть?

Снова мимо.

Пусть сам с собой разговаривает.

Слышу, как парень спрыгивает с парты, и тут же распахиваю глаза. Он в одну секунду оказывается рядом и, поставив руки по обе стороны от моей головы, прижимает ладони к стене.

Я не боюсь.

Ведь не боюсь, правда?

– Хочешь знать, почему мы не идём на историю? – неожиданно ровным голосом спрашивает Войнов.

Я киваю, намереваясь молчать и дальше.

– Историчка меня терпеть не может. Я решил прогулять, чтобы лишний раз не маячить у неё перед глазами. Ну а ты по счастливому стечению обстоятельств оказалась со мной. Значит, тоже не идёшь.

– Это как-то нелогично, – я всё-таки не могу смолчать. – Как связаны твои прогулы и я?

– А ты не ищи в моих поступках логики, – пожав плечами, он отходит от меня и снова забирается на парту. Немного смещается к краю и хлопает ладонью рядом с собой. – Садись, снежинка. Впереди сорок минут откровений.

– Мне не нужны твои откровения.

Не двигаюсь с места. Теперь я, значит, снежинка?

– Откровенничать буду не я, а ты, – хмыкает Войнов. – Давай! Расскажи мне, что привело тебя в этот город. Наверняка там что-то драматичное.

– Нет не драматичное. Моя мама выходит замуж!

Я не знаю, почему этот парень так действует на меня. Рядом с ним я чувствую и веду себя противоречиво. Не хотела же с ним говорить…

– То есть твоя маман нашла тебе нового папу. А что случилось с прежним?

– Это не твоё дело! – огрызаюсь в ответ.

Не стану я изливать перед ним душу.

– Понятно, – протягивает он с ухмылкой на губах. – Твоя маман послала твоего отца и просто нашла себе получше, побогаче. Верно? А твой отец не стал вас возвращать и утешился проходящей мимо юбкой?

Что он несёт?!

– Нет, не верно! – почти взрываюсь. – Мой отец умер пять лет назад!

Задыхаюсь! От собственной глупости! Потому что не собиралась ему этого говорить.

Войнов меняется в лице, а потом совсем отворачивается. Недолго разглядывает полки с чистящими средствами, которые здесь хранятся, а потом бросает негромко:

– Извини…

Вновь поворачивается и смотрит на меня уже не так воинственно.

– Правда… Извини, я не должен был… говорить всё это.

Да он много чего не должен был!

А в первую очередь – мы вообще не должны здесь находиться.

– Неважно, проехали, – с деланой беспечностью пожимаю плечами.

Пользуясь временной вменяемостью парня, подхожу к парте и присаживаюсь рядом с ним.

– Это было так давно… – говорю, глядя перед собой. – Мама своё уже отплакала.

– А ты? – звучит его вопрос возле моего виска.

Дёрнувшись, поворачиваюсь и тут же встречаюсь с серыми глазами. Они смотрят на меня в упор, испытующе.

– А я иногда всё ещё плачу, – зачем-то говорю правду, да и вообще непонятно зачем продолжаю эту тему.

Мы недолго молчим. Войнов выглядит задумчивым.

– Ну а что насчёт тебя? – решительно перевожу разговор на него. – Почему друзья зовут тебя Тап?

На его губах расцветает самодовольная ухмылка.

– Заинтригована? – поддевает меня.

– Нисколько, – отпираюсь.

– Врёшь, – хмыкает Войнов. – Ты не умеешь врать. Твои щёки моментально розовеют, когда ты это делаешь.

– Здесь слишком темно, чтобы ты увидел мои розовые щёки.

– А я слишком близко, поэтому прекрасно их вижу.

Он и правда смещается ближе. Его дыхание щекочет мне ухо.

– Ладно, я скажу тебе, что значит Тап… Но…

– Я так и знала, что будет какое-то «но»! – спрыгиваю с парты, потому что не могу усидеть на месте.

Больше всего на свете мне хочется уйти из этой душной подсобки.

Больше всего на свете мне хочется остаться, чтобы узнать, что значит это «Тап»!

Вот! Одни сплошные противоречия!

– Да, есть «но», – продолжает веселиться Войнов. – Условие! Угадаешь, почему меня так называют – и я оставлю тебя в покое. Не угадаешь – выполнишь любое моё желание.

– Что-о? – я почти смеюсь от бредовости выдвинутых условий. – Как я могу угадать, если понятия не имею, что значит это «тап»?

– Я дам подсказку, снежинка. Ты согласна?

Кусая губы, прохожусь туда-сюда по маленькому помещению. Сейчас я могла бы рвануть к двери и, возможно, даже убежать, но ведь это не поможет избавиться от его преследований навсегда.

Нужно рискнуть и согласиться на его условия!

Проходит несколько минут, прежде чем я замираю перед парнем и, уперев руки в бока, решительно соглашаюсь.

– Давай свою подсказку!

– Хм… А ты отчаянная, – говорит он с издёвкой. – Что ж… – спрыгивает с парты, встаёт передо мной так, что мне вновь приходится задрать голову. – Тап – это часть моего имени.

Часть его имени…

Я начинаю судорожно перебирать все мужские имена, которые знаю. Через несколько минут голова буквально начинает трещать, ведь я не могу найти в ней правильный ответ. В моей голове его просто нет!

– Понятно, ты не догадалась, – с фальшивым разочарованием он надувает губы.

– Дай мне ещё подсказку, – почти молю я жалобно.

– Не-а, – он качает головой. – Если сдаёшься, то я скажу тебе своё имя.

Войнов делает шаг назад и прислоняется к парте.

– Если сдаюсь, значит, ты не отдаёшь мне рюкзак. И я должна буду тебе желание. Нет, я не сдаюсь.

– Что такого важного в твоём рюкзаке, снежинка? Тетради? Учебники? Возможно, подарок бывшего парня, которого тебе пришлось оставить где-то там, в другом городе?

– Там подарок моего отчима на день рождения. Новый дорогой телефон, – подчёркиваю слово «дорогой», потому что это действительно так. – И, вообще-то, я не говорила тебе, что приехала из другого города.

– Да? – он изображает удивление. – Догадаться-то несложно. Ты растягиваешь слова и говоришь слишком медленно. Словно умственно отсталая.

Да уж, он просто душка! Сама любезность, чёрт его дери!

– Я сдаюсь! – бросаю разозлившись. – Говори своё имя и своё желание!

– Остап, – небрежно бросает парень.

– Остап? Это твоё имя? – мои брови непроизвольно ползут вверх.

– Да. Тебе не нравится, что ли?

На самом деле его вряд ли интересует моё мнение, и он наверняка опять просто издевается.

И всё же у него красивое имя, волевое.

Остап. Остап.

Я несколько раз повторяю его про себя, словно распробовать хочу.

– А желание у меня лишь одно, – продолжает Остап, не сводя с моего лица взгляда.

– Какое?

Он сползает с парты. В этот момент звучит звонок на перемену, и мне не сразу удаётся расслышать его ответ.

– Ты!

– Несмешно, – фыркаю я.

– А я и не смеюсь, – совершенно серьёзно отвечает он.

Эм… Что?

– Твоё желание – это я? Что это значит?

Мой голос хрипнет от напряжения, а взгляд мечется к двери. Урок истории закончился. Нам пора возвращаться…

– Да. Ты, – небрежно бросает Остап. – Вновь пытаешься найти логику?

– Я пытаюсь выйти отсюда! И, судя по всему, выйду, только когда пойму, что тебе нужно.

Но я всё равно смещаюсь поближе к двери, невзирая на то, что ноги становятся ватными.

Почему я?

– Подожди, снежинка, – он хватает меня за руку, не давая открыть дверь. – Ты права. Мы ещё не закончили. Ты – часть моего желания!

Он бредит, что ли?

– Либо ты говоришь, как есть. Либо я ухожу. Прости, но я тебя не понимаю.

Он всё ещё держит меня за руку. Неожиданно сплетает наши пальцы, и его взгляд проходится по мне от макушки до талии.

– Будешь моей до конца учебного года, – произносит он ровным голосом.

Так, словно нет в его словах ничего ТАКОГО.

Моё лицо, должно быть, вытягивается от изумления. И я могу выдохнуть лишь: «Нет…»

– Прости, но у тебя нет выбора, снежинка, – с фальшивым сочувствием отзывается Остап. – Ты же проиграла мне желание.

Я выдёргиваю руку. Мои щёки буквально пылают от унижения.

– Всё! Мы закончили!

Да как так можно?

Что значит «его до конца года»?

Этого не будет!

Вырываюсь, распахиваю наконец-то дверь и вываливаюсь в коридор. Щурюсь от яркого солнечного света, бьющего в окна.

Остап хватает меня за плечо, рывком разворачивает к себе лицом. Его ладони такие тёплые, а вот взгляд снова холодный и лишённый каких-либо эмоций.

– Ты всё неправильно поняла, – чересчур ласково шепчет он напротив моих губ. – Я не имел в виду никакой романтической хрени. Ты не интересуешь меня в этом смысле. Ты не в моём вкусе, прости. Мне просто скучно, Варь. Я не знал, как дотяну до конца года в этой суперэлитной гимназии. Но тут появляешься ты! Наивная дурочка, над которой можно издеваться. Буквально свежее мясо, понимаешь?

То ли от ослепляющего солнца, то ли от его слов, но мои глаза начинает пощипывать.

Только не плакать…

Только не при нём!

– Отпусти, – мои губы начинают дрожать.

– Ладно, иди, – убирает ладони с моих плеч. – Пока ты можешь быть свободной.

Смотрит на меня нечитаемым взглядом.

Я начинаю пятиться к лестнице, не отводя от него глаз. Потом всё-таки отворачиваюсь, готовая с позором броситься бежать. Лишь бы подальше от этого ненормального.

– Дорогу-то найдёшь? – доносится до меня его насмешливый тон.

Не отвечаю. Его слова меня задели, хоть я не собираюсь признаваться ему в этом.

– Снежинка! – Остап вновь оказывается рядом и преграждает мне путь.

– Пропусти! – дёргаюсь, чтобы его обойти.

– Ладно, ладно, – поднимает он руки в примирительном жесте. – Существуют некоторые правила, которые тебе придётся соблюдать, снежинка. Правило первое,– с надменным лицом начинает загибать пальцы. – Говорить будешь, когда я тебе разрешу. Второе – меня не интересуют твои слёзы, так что не трать жидкость. И третье – ты моя до конца года, поэтому чтобы рядом с тобой я никого не видел.

– Пропусти! – снова дёргаюсь к лестнице, но тут же попадаю в кольцо сильных рук.

– Молчи и вспоминай правило первое! – хмыкает парень.

Наплевав на его правила, продолжаю вырываться.

– Отпусти! Ты не имеешь права меня трогать!

Он расплывается в холодной ухмылке.

– А ты попробуй меня остановить!

Моё терпение лопается, и я выплёвываю ему в лицо:

– Да плевать мне на твои правила! Я не буду с тобой до конца года! И издеваться над собой не позволю!

У меня получается выпутаться из его объятий и броситься вниз по лестнице. Правда уже через две ступеньки нога неудачно подворачивается, я неуклюже падаю и лечу вниз, собирая затылком ступеньки.

Когда мой полёт заканчивается, голова кажется просто чугунной, а боль в лодыжке – адской.

Хватаюсь за ногу. Мне кажется, что она сломана.

Кусаю губы, чтобы подавить крик, рвущийся из груди, и пытаюсь хотя бы сесть и прислониться спиной к стене.

– Твою-то мать… Ты как? – ошеломлённо шепчет подоспевший Остап.

Рухнув рядом на колени, помогает мне сесть. Его глаза испуганно шарят по моему лицу. Рука тянется к волосам, пальцы касаются затылка, причиняя острую боль.

– Ай!

Он отдёргивает руку, и я вижу, что на его пальцах кровь.

Боже… кровь…

Мои глаза тут же закатываются. С детства боюсь вида крови. Чужой, своей – неважно.

– Эй, Снежинка… Не вздумай отключаться! Эй!

Его голос звучит всё тише и тише. Картинка размазывается. Кажется, я всё-таки отключаюсь…

Глава 3

Пахнет дезинфекцией и кофе…

Я открываю глаза и тут же натыкаюсь на внимательный взгляд девушки в белом халате.

– Осторожно, Варвара. Не делай резких движений.

Бегло осматриваюсь. Белые стены, стол, стулья, белый шкаф. А подо мной жёсткая кушетка.

– Как ты себя чувствуешь? – участливо интересуется девушка.

Облизав пересохшие губы, выдыхаю:

– Нормально…

Начинаю вспоминать, что произошло. Подсобка. Неприятные слова Остапа о том, что я просто свежее мясо. Лестница. Падение.

– Моя нога!

Приподнявшись, разглядываю свои ноги. На одной нет обуви, а сверху лежит компресс со льдом.

– Скорее всего, лёгкое растяжение, – тут же успокаивает меня школьная медсестра.

Несложно догадаться, что я в медкабинете. Но вот как я сюда попала?

– Ты полежи чуть-чуть, – она встаёт со стула, подходит к своему столу. – А потом мы можем позвонить твоим родителям… Если ты, конечно, хочешь сейчас отправиться домой.

– Мне можно пойти домой?

– Я напишу освобождение, – отзывается медсестра с улыбкой. – Если хочешь.

Вспоминаю ещё и про кровь на своём затылке. Подношу туда руку, провожу по больному месту пальцами. Сейчас там тонкая корочка застывшей крови.

– А это просто царапина, Варя, – вновь успокаивает меня девушка. – Поверь, необходимости делать МРТ нет.

Что ж… это утешает.

А перспектива отправиться домой, завернуться в одеяло, уснуть и забыть весь этот день как страшный сон настолько заманчивая… что я готова согласиться на освобождение от уроков.

Вот только уже завтра мне придётся сюда вернуться и пройти всё заново.

Я медленно сажусь, прислушиваясь к своим ощущениям. Голова вроде не кружится. Сняв компресс, спускаю ноги на пол и неожиданно задеваю щиколоткой свой рюкзак, лежащий рядом с кушеткой.

– Это твой, верно? – уточняет медсестра, увидев, как я смотрю на него.

– Мой. Откуда он здесь?

– Остап сначала принёс тебя. А потом принёс твой рюкзак.

– Хм… Значит, Остап…

– Да, он там немного переживает, – она кивает на дверь, и я непроизвольно тоже смотрю на дверь.

Переживает, значит.

– Варь, если это он столкнул тебя с лестницы, то нам нужно привлечь к этой ситуации директора. Что скажешь?

А что я должна сказать?

Заманчиво, конечно, обвинить в этом Войнова. Но тогда моя жизнь здесь станет сущим адом, ведь он будет мстить мне за обман. Но вот помучить его я всё-таки могу.

– Нет… там всё случайно получилось, – отвечаю размыто.

Осторожно сползаю с кушетки и переношу вес тела на стопы. Морщусь от боли в лодыжке. На самом деле болит не слишком сильно, но остальным знать об этом необязательно.

– В чём дело? – медсестра вскакивает со стула и устремляется ко мне. – Так больно? Присядь.

Я плюхаюсь обратно на кушетку. Она осматривает мою ногу.

– Всё нормально, – успокаиваю её. – Немного поболит и отпустит. Домой я не пойду.

– Ты уверена?

– Да. Сегодня мой первый день. Я даже не успела ни с кем познакомиться. Ещё и экзамены скоро. А я отстаю по программе.

– Понимаю…

Её губ касается лёгкая улыбка. Возможно, актриса из меня никакая.

– Хорошо, тогда напишу освобождение от физкультуры на неделю. И сейчас замотаем твою ногу эластичным бинтом.

Идеально!

Когда с освобождением и бинтом покончено, я надеваю кеды и беру свой рюкзак. Для надёжности надеваю его на плечи, чтобы никто больше не стащил.

– Если и завтра будет болеть, то покажись врачу. На ночь можешь выпить обезболивающее, – говорит медсестра, пока я, прихрамывая, шагаю к двери. – Варь…

Я оборачиваюсь, схватившись за дверную ручку.

– Не забывай хромать на правую ногу.

Краснею. Прямо до кончиков волос краснею.

– Хорошо, – буркнув себе под нос, распахиваю дверь и вываливаюсь в коридор.

Вздрагиваю от неожиданности, потому что думала, что Остап всё-таки не будет так долго меня ждать. А он здесь!

Его лицо немного виноватое, а взгляд устремлён на мою лодыжку, замотанную бинтом.

Присвистнув, он сочувствующе спрашивает:

– Как ты, снежинка?

– Жить буду, – тут же отрезаю я, вскинув подбородок, и начинаю хромать в противоположную от парня сторону.

Он тут же меня настигает. Схватив за лямку моего рюкзака, ловко срывает его с плеч.

Что? Опять?

– Отдай! – запоздало цепляюсь за воздух, когда рюкзак уже оказывается под мышкой у Остапа.

– Я понесу. А ты давай, обопрись на меня. Нам ещё на третий этаж взбираться, там кабинет экономики.

Не шевелюсь. Ведь я всего лишь хотела заработать некоторый иммунитет от его нападок. Но не напрашивалась на его помощь.

– Я сама дойду…

– Упрямая, блин! – тяжело вздохнув, он хватает меня за руку и закидывает её к себе на плечо. – Урок начался десять минут назад. Не придём через пять – нас уже не пустят. Так что валим.

Приобняв меня за талию и прижав к своему бедру, Остап быстро идёт к лестнице.

Возможно, этот парень не такой уж и плохой, каким хочет казаться…

***

– Итак… Войнов и… – хмурый взгляд из-под густых беспорядочных бровей перебегает с Остапа на меня. – А ты у нас кто?

– Снежная, – прокашливаюсь. – Варвара Снежная. Я новенькая.

– А-ах но-овенькая! – протягивает учитель как-то слишком радостно. – А ты, Остап, я смотрю, зря времени не теряешь, да? Напарницу для проекта таки нашёл! Что ж… Проходи, Варвара. Садись-ка ты сразу с Войновым. Он тебе потом всё объяснит.

По классу пробегают смешки.

Остап вразвалочку проходит к пустой третьей парте. Швырнув свой рюкзак на пол, падает на стул возле окна, а мой рюкзак бережно ставит на соседний. Глядя на меня, призывно похлопывает по рюкзаку.

– Проходи, Варя Снежная, – с деланой учтивостью расшаркивается учитель. – Меня, кстати, Лев Борисович, зовут.

Странный он какой-то. Хотя, возможно, это у него юмор такой – особенный. Ну или он Войнова не любит, что неудивительно.

Не глядя ни на кого из одноклассников, начинаю пробираться к парте. Моя хромота не остаётся без внимания, и теперь по классу проносятся тихие шепотки.

Всё-таки бросаю взгляд на Василису, которая удивлённо разглядывает мою ногу.

– Что случилось? – спрашивает она одними губами.

– Потом, – так же беззвучно отвечаю я, присаживаясь за парту.

Учитель начинает свой урок достаточно монотонно. Вяло перемещаясь по классу, рассказывает о маркетинговом планировании.

Вообще-то, в своей прежней школе я уже это проходила, поэтому слушаю вполуха. А когда учитель встаёт возле окна, вглядываясь в улицу бесцветным взглядом и продолжая бухтеть себе под нос сегодняшнюю тему, осторожно достаю из рюкзака свой телефон.

Пряча его под партой, проверяю Вотсап. Там есть несколько сообщений. Наверняка поздравления с днём рождения. Но меня пока интересует только одно – от лучшей подруги Дины. Сегодня я тоскую по ней сильнее, чем обычно.

Кликнув на иконку с её фото, открываю чат. Она в сети. Последнее сообщение от неё гласит:

С днюшечкой, подружечка! Надеюсь, в новой школе тебе никогда не найти кого-то такого же классного, как я!

И куча смайликов и сердечек.

Улыбаюсь, когда пишу ответ:

Я тоже по тебе скучаю.

Дина тут же строчит ответ, и через пару секунд он приходит.

Там хоть парни симпатичные есть? Если нет, возвращайся.

Я кошусь на Остапа. Наверное, он самый симпатичный представитель этой школы, учитывая его ЧСВ. Динке бы он понравился. Она любит таких – наглых, самоуверенных.

Отвечаю ей:

Да. Один точно есть.

– Что у тебя там? – Остап бесцеремонно прижимается ко мне и заглядывает в экран айфона.

Тут же вырубаю телефон и убираю его в рюкзак.

Я и забыла, что этот парень совершенно не умеет уважать личное пространство.

Делаю вид, что слушаю учителя. Правда, от его голоса мне хочется зевать. Потом ощущаю острый взгляд серых глаз на своей щеке и поворачиваюсь к Войнову лицом.

– Что?

– Ничего, – пожимает он плечами. – Просто смотрю на тебя. Что здесь такого?

Он просто смотрит на меня!

Действительно, что здесь такого?

– О каком проекте идёт речь? – я всё-таки не могу не спросить.

Остап небрежно отмахивается. Лениво подпирая щёку ладонью, продолжает изучать моё лицо, чем начинает вгонять меня в краску.

Я отворачиваюсь от него и весь остаток урока терплю серый взгляд на своей скуле. И, конечно, шепотки одноклассников, которые активно обсуждают нас с Войновым и мою лодыжку.

– Звонок для учителя! – заявляет Лев Борисович, когда после протяжной трели все вскакивают с мест. – Все опоздуны должны сдать проект не позднее конца следующей недели, – внимательно смотрит на нас с Остапом. – Ладно, свободны, – сдаётся он.

– Какой проект? – я вновь смотрю на Войнова.

– Бизнес-проект малого предприятия. Или как-то так, – нехотя отвечает сероглазый.

– И где мы будем его делать? – в моём тоне наверняка сквозит возмущение.

Но я, и правда, недовольна! Больше всего на свете не хочу торчать в школе после уроков, да ещё и вместе с этим парнем!

– Разберёмся, – вновь отмахивается Остап, поднимаясь со стула. – Пойдём, снежинка. Тебя ещё до столовой довести надо.

Чёрт возьми!

Я уже жалею о бинте на лодыжке. И о том, что осталась сегодня в школе.

– Варя, – к моему счастью к нам подходит Василиса. – Что случилось? – сразу спрашивает она, уставившись на мою ногу.

– Растяжение, – пожимаю плечами.

Врать ей мне совсем не хочется, поэтому меняю тему:

– Ты проводишь меня в столовую?

– Конечно!

Она с готовностью подставляет плечо, но я не успеваю на него опереться. Сначала Остап вырывает рюкзак из моих рук, а потом и меня отрывает от пола и закидывает к себе на плечо.

– Ни хрена ты не поняла, снежинка, – говорит он ледяным тоном, придерживая меня за пятую точку. – Мои решения никем не оспариваются!

Я верещу и вырываюсь. Колочу по его спине кулаками и чувствую, как жар стыда расползается по щекам. Кажется, я сейчас сгорю от унижения и неловкости.

– Хватит ерепениться, – Остап широким шагом выходит из класса. – Твои милые васильковые трусики никто не увидел.

Нет! Вот именно сейчас я сгорю со стыда, потому что мои трусики, и правда, василькового цвета.

Вот чёрт!!

– Поставь меня! Слышишь, ты?! Немедленно отпусти меня!

– Для травмированной ты слишком неосмотрительна, снежинка, – хмыкает Остап, наконец снимая меня с плеча. – Как бы и вторую ногу не растянула. Говорил же: до конца года глаз с тебя не спущу.

– Потому что новенькая?! Чтобы издеваться?!

– И для этого тоже.

Я уже твёрдо стою на ногах, но Войнов продолжает меня удерживать.

– Очень смешно! – выплёвываю с сарказмом, пихнув его в грудь.

Вырываю свой рюкзак. Одёргиваю юбку. Остап делает шаг назад, открывая для меня обзор на окружающую обстановку.

Мы в школьной столовой. И все без исключения смотрят на нашу миленькую перепалку.

Стушевавшись, отхожу от парня. Взяв в руки поднос, незаинтересованно разглядываю витрину с выпечкой. Сейчас у меня вряд ли кусок в горло полезет. Бросив взгляд через плечо, вижу, что сероглазый подходит к своему приятелю Гурееву. И они оба начинают глазеть на меня.

Отворачиваюсь.

Сколько там ещё у нас уроков?

– Варь, – ко мне приближается Василиса. – Ты знаешь, что о тебе и Остапе гудит уже вся школа?

Она тоже берёт поднос, но сразу отходит от выпечки и разглядывает салаты. Оставив свой поднос, следую за ней, прохожу мимо салатов и беру лишь компот.

– И что о нас говорят? – уточняю небрежно.

– Всякое!

Кажется, эта тема её воодушевляет. Глаза девушки загораются от предвкушения.

– Признавайся, Варь! Кто ты такая? Почему Войнов так завёлся с твоим приходом в школу?

– Кхм… Да я понятия не имею, почему он так себя ведёт!

Подходит наша очередь к кассе, и мы расплачиваемся. Пересекаем всю столовую и садимся за дальний столик, подальше от внимательных взглядов остальных. Особенно от изучающего взгляда Войнова.

– Ладно, не хочешь говорить – не надо, – пожимает плечами Вася, пробуя свой салат.

Кажется, не верит мне.

– Но я правда не знаю, почему он ко мне привязался… Ещё и этот совместный проект! – вздыхаю от отчаяния.

– Кстати об этом, – живо кивает девушка. – Остап наверняка постарается вынудить тебя сделать всё самостоятельно, будет отлынивать до последнего дня. А неуд получать вам обоим. Так что ты начинай наседать на него уже сегодня.

– Да мне действительно легче самой всё сделать!

– Нет же! – возмущённо восклицает Василиса. – Пусть этот паршивец тоже участвует! Он надеялся, что Лев ему автоматом зачёт вкатает.

– Почему он на это надеялся?

– Ну-у, Остап же крутой футболист и капитан команды. И последние два года представляет нашу гимназию на городских соревнованиях по хоккею с мячом. Многие учителя его обожают. Почти все.

Ясно. Спортсмен, всеми обожаемый мальчик. Крутой самовлюблённый хулиган. Так и запишем.

Вася переводит взгляд за мою спину и кому-то машет рукой. Через мгновенье за наш стол садится уже знакомый мне парень. Я не знаю его имени, но уверена, что он мой одноклассник. Потому что азиатские черты его лица невозможно не запомнить.

– Варя, знакомься, – расплывается в улыбке Василиса, – мой лучший друг Эрик.

– Привет, новенькая! – салютует мне парень.

Я улыбаюсь в ответ, немного залюбовавшись его утончённой внешностью.

В руках у Эрика тарелка с пирожным, при виде которой Вася фыркает.

– Свинья ты, май френд. Я же на диете!

Девушка показательно щипает себя за бока. Не сказать, что там есть что-то лишнее. Отнюдь! Я бы не отказалась немного округлиться и быть как Василиса. Моя худосочность мне никогда не нравилась.

– Зачем тебе диета? По-моему, у тебя всё прекрасно, – говорю без всякого лукавства своей новой знакомой.

– Ты думаешь? – она закусывает губу и смотрит на пирожное Эрика.

Тот, вздохнув, ставит тарелку перед ней.

– Ешь, Васька! Я куплю себе другое.

Парень поднимается и уходит, а я, пользуясь его отсутствием, указываю большим пальцем за спину и уточняю:

– А он..?

– Эрик Вон, – с ходу выдаёт Вася. – Единственный сын в семье русского олигарха и южно-корейской актрисы. Как видишь, пошёл в маму своей колоритной внешностью. И фамилия ему тоже досталась от матери, после её громкого развода с этим самым олигархом.

– Да уж… – только и могу выдохнуть я. – А вы..?

– Нет, мы просто друзья, и ничего больше, – вновь вполне ровным тоном произносит Вася.

Но что-то в её голосе заставляет меня усомниться.

– Ясно.

Пока она с наслаждением ест пирожное, я пью компот и просматриваю сообщения в Вотсапе. Отвечаю на поздравления от бывших одноклассников, а потом вновь открываю чат с Диной. От неё уже несколько непрочитанных сообщений:

Так-так-так! Рассказывай!

Кто он?

А может, фото вышлешь?

Ау, Варя!

Ну Варь, блин!

Наряду с сообщениями и разные смайлики. От смеющихся до возмущённых.

Быстро набираю ответ:

Фото – точно нет!

Остальное вечером!

За столик вновь присаживается Эрик с новым пирожным, и я сворачиваю чат с Диной и выключаю телефон.

– Так что случилось с твоей ногой? – интересуется этот южно-корейский парень, кстати, на чистейшем русском. – Говорят, Войнов столкнул тебя с лестницы.

– Уже и такое говорят?

Вот это да!..

– Так столкнул или нет? – допытывается Василиса.

– Нет, я сама упала.

Не собираюсь врать. А уже завтра и хромать не собираюсь. Пусть Остап оставит меня в покое.

Взгляд Васи вновь перемещается за мою спину. Лицо становится обречённым.

– О-о-у… – произносит она. – Траблы. Большие траблы на двенадцать часов.

– Что? – в недоумении бросаю взгляд через плечо. – Траблы?

– Да, проблемы! – громко шикает Василиса. – Звёздная! И похоже, она идёт по твою душу.

По мою душу?..

Какая ещё Звёздная?

– Это Даша Звёздная, – сообщает Эрик негромко. – Её фамилия под стать её положению в школе. Красивая, популярная…

– Стерва! – отрезает Вася. И успевает шепнуть: – Главное, всё отрицай, Варь.

А в следующую секунду рядом со мной вырастает миловидная девушка.

Царапнув кафель ножками стула, резко его отодвигает и усаживается. Расслабленно, вальяжно – всё равно, что на троне. Обводит нас троих самоуверенным взглядом, растянув на губах сухую дежурную улыбку.

– Василиса, Эрик… – делает некоторую паузу, а потом подчёркнуто выплёвывает: – Новенькая!

– Варя, – представляюсь я спокойным тоном.

Не знаю, о каких проблемах говорила Вася, и что именно я должна отрицать, но эта Звёздная не получит от меня того, зачем явилась. Я не стану реагировать на её выпады.

– Как тебе первый день в новой школе, новенькая? – поддевает она, пропустив мимо ушей моё имя.

Постукивая наманикюренными пальчиками по столу, явно ждёт ответа. И наверняка никуда не уйдёт, пока не получит.

Окидываю девушку изучающим взглядом с ног до головы.

Да, она красивая. Длинные, почти до бёдер, волосы, маленький курносый носик, пухлые губки, большие зелёные глаза… Просто идеальная внешность для любого журнала подростковой моды. И одежда на ней соответствующая. Коротенькая клетчатая юбочка и свитшот, который едва прикрывает пупок девушки.

И если раньше меня лишь немного раздражало, что мои одноклассники, в отличие от меня, достаточно свободно относятся к обязанности носить школьную форму… Например, на Васе форменный пиджак, но вместо ужасной юбки – джинсы. На Эрике положенная белая рубашка и тоже джинсы. Модные – рваные на коленях. Но вот внешний вид Звёздной меня окончательно заводит.

Почему ей можно так одеваться и выглядеть так хорошо, а мне пришлось надеть бесформенную юбку?!

– Ты язык, что ли, проглотила? – её холодная улыбка сползает с губ.

– Так она теперь с Войновым, вот и считает себя лучше всех! – выплёвывает вторая подошедшая к нам девушка.

Ооо… А это, судя по всему, свита Даши Звёздной.

– Тебя действительно интересует, как я осваиваюсь в школе? – отмираю я наконец.

– На самом деле нет, – Даша расслабленно откидывается на спинку стула. – Меня интересует только Тап. И то, что между вами происходит, мне совсем не нравится.

– И что между нами происходит, как ты думаешь? – спрашиваю с интересом.

Я-то уж точно не знаю. Может, хоть она сможет объяснить.

– Ты издеваешься, новенькая? – фыркает Даша. – Говорят, вас двоих не было на истории. А потом он принёс тебя сюда на плече.

– Ах, это! – беспечно отмахиваюсь. – Прости, но Войнов не спрашивает моего мнения. Сначала не пустил меня на историю. Потом притащил сюда. Так что спроси лучше у него, что происходит.

Звёздная хмурит брови. Подаётся вперёд, сокращая расстояние между нашими лицами.

– Слушай сюда, – цедит она сквозь зубы. – Остап мой! Все здесь это знают! Считай, до тебя я тоже это донесла. Будешь к нему лезть – устрою тебе ад до конца учебного года. Поняла?

Что-то не очень… Ведь лезет ко мне он, а не наоборот.

Однако я воздерживаюсь от комментариев и просто часто киваю.

На самом деле меня всегда смешили разборки подростков из-за большой, но не очень разделённой любви. Я никогда не страдала подобным. То есть ни с кем не делила парня.

В этот момент мой телефон издает слабый вибросигнал, и Даша непроизвольно опускает взгляд на тёмный экран айфона. Правда, сейчас он не совсем тёмный. На самом верху экрана высвечивается сообщение от Дины:

Не дотерплю до вечера! Немедленно рассказывай про своего красавчика!

Чёрт! Очень, блин, вовремя…

Изящные брови Даши дёргаются. Взгляд с айфона переползает на моё лицо. Между нами повисает напряжённая пауза. Время как будто останавливается…

Но уже в следующую секунду Даша резко хватает мой айфон и вскакивает со стула.

– А вот это уже интересненько. Надеюсь, ты не против, что мы почитаем?

Вопрос явно риторический, потому что она уже заходит в чат и открывает переписку с Диной.

– Верни мне телефон! – я тоже вскакиваю и требовательно впиваюсь пальцами в корпус телефона, но никак не могу его отнять.

Даша, изловчившись, перебрасывает телефон подружке. Та ловит, запрыгивает на стол и начинает зачитывать:

– Там хоть парни симпатичные есть? Если нет, возвращайся.

– И правда, новенькая. Вали-ка ты обратно, – подхватывает Звёздная.

Её подруга почти вытанцовывает от счастья, что завладела моим телефоном. Читает ответ, который я написала Дине:

– Да. Один точно есть.

– О-о-о! – Звёздная прикладывает ладошки к груди. – Это так трогательно.

Вася пытается стащить её подружку со стола. Эрик обескуражен происходящим, но не лезет в бабские разборки. А мне уже становится всё равно, потому что ничего критичного в моей переписке нет. Кто вообще сказал, что речь шла про Войнова?

И вообще – меня больше беспокоит сохранность телефона. Особенно когда подружка Звёздной швыряет его обратно Даше, а та с трудом ловит его почти у пола.

Закипаю.

– Верни телефон!! – взрываюсь.

Пру на Звёздную, готовая впервые в жизни ввязаться в драку.

Внезапно меня кто-то ловит сзади. Обвив руки вокруг талии, дёргает назад и тут же отпускает. И я оказываюсь за широкой спиной Остапа.

– Даш, гони сюда телефон, – говорит он тихо, но угрожающе.

– Что? – Звёздная, похоже, оторопела от его вмешательства.

– Дай сюда чёртов телефон! – чеканит парень.

– Тап… – плаксиво выдыхает Даша.

– ТЕЛЕФОН!

Кажется, вся столовая вздрагивает от грозного рычания Войнова. Даша разжимает пальцы, и мой телефон летит на кафельный пол.

– Упс! – театрально разводит она руками.

Стерва!

Моё терпение лопается, словно мыльный пузырь, и я кидаюсь на Звёздную. Остап вновь ловит меня за талию, не давая вступить в драку.

Возможно, позже я буду ему благодарна. Но не сейчас.

Потому что сейчас я жажду крови!

– Успокой свою шавку! – тычет в меня пальцем Даша.

Вася поднимает мой телефон. Когда я вижу разбитый экран, на смену гневу приходит отчаяние. Я перестаю вырываться, и Остап отпускает меня. Его внимание переключается на Дашу, которая всё ещё пытается меня всячески поддеть. Он бесцеремонно сдёргивает со стола её подружку и выталкивает обеих из столовой.

– Мне очень жаль, – Василиса протягивает мне разбитый айфон.

Руки невольно дрожат, когда я беру его. Отчим наверняка подумает, что я разбила его подарок специально. У нас с ним не очень клеится.

– Да… Мне тоже очень жаль, – кусаю губы, сдерживая их дрожь.

Столовая начинает пустеть. Я убираю телефон в рюкзак и непроизвольно смотрю по сторонам. Кажется, Остап ушёл вместе с Дашей.

Но почему меня вообще это беспокоит?

Глава 4

На уроке географии я сажусь на первую парту. Да, учитель экономики вроде как посадил меня вместе с Остапом, но его здесь нет. Так что… Я вправе выбрать себе место самостоятельно. И этот выбор не в пользу Войнова.

Тот не появляется на уроке, и все вокруг шепчутся, что он, должно быть, со Звёздной. Ведь между ними действительно что-то есть.

Мне плевать!

Я буду просто счастлива, если эта парочка оставит меня в покое.

Из-за него я прогуляла историю и нажила врагов. А из-за неё разбился дорогущий подарок от отчима, и она вряд ли ответит за содеянное.

После повторного осмотра телефона я поняла две вещи. Первая – что он больше не включается. Вторая – какая я молодец, что не выкинула свой старый телефон. Да – это не айфон. Но он хотя бы работает.

Последний урок на сегодня – физкультура. У меня есть освобождение, и я могу пойти домой, но мы договорились с Василисой и Эриком, что посидим втроём в кафе-мороженое недалеко от школы. Поэтому я остаюсь на уроке и наблюдаю за одноклассниками, удобно устроившись на скамье.

Класс состоит из двадцати человек, включая меня. Восемь мальчиков и двенадцать девочек. Все достаточно симпатичные, хорошо одетые, раскрепощённые, спортивные.

И почти все держатся от меня подальше.

Я знаю, что не вписываюсь в их элитную гимназию…

– Войнов, Гуреев! – рявкает физрук. – Набирайте команды.

Только сейчас я замечаю, что Остап решил почтить класс своим вниманием. Кажется, он только что забежал в зал, потому что его совершенно точно не было на разминке.

На нём тёмные спортивные штаны, кроссовки и простая белая майка. Руки открыты, и на внутренней стороне локтя можно различить татуировку.

Серьёзно? Тату?

– Скажи, он красавчик? – рядом со мной на скамью опускается Василиса.

– Кто? – делаю вид, что не понимаю.

А она явно видела, как я пялилась на Войнова.

– Остап, конечно! – фыркает девушка. – Сейчас ты ещё увидишь, как он играет. Ммм…

Я вижу, что Василиса просто подшучивает надо мной, ведь она не фанатка сероглазого.

– А ты почему не играешь? – пытаюсь перевести тему.

– Там число игроков неравное, – отвечает Вася. – И я наплела физруку, что у меня болит живот. Он бесится, когда девочки начинают посвящать его в свои женские проблемы.

Василиса громко хохочет, и я тоже не сдерживаюсь. Мы смеёмся до коликов в животе и замечания от учителя.

Замолкаем. Я украдкой продолжаю наблюдать за Остапом. Играть будут в баскетбол, и хорошо, что у меня освобождение. С моей координацией и везением я часто промахиваюсь, и стала бы главным аутсайдером этого класса.

Ребята тем временем уже разбились на команды, и физрук разыгрывает мяч, подкинув его вверх. Борьба оказывается недолгой. Остап выпрыгивает с места, выбивает мяч, пасуя его Эрику. Тот передаёт какой-то девчонке, а она вновь Остапу. Он уже под кольцом. Грациозно подпрыгивает и забивает, повиснув на сетке.

– Защита где?! Вашу мать! – орёт Гуреев.

– Не выражаться! – одёргивает его физрук.

Игра продолжается. Остап вновь очень быстро завладевает мячом и забивает трёхочковый.

И правда – прёт напролом.

– Видишь? Невозможно оторваться от него, да? – продолжает провоцировать меня Вася.

– О, да, – расплываюсь в улыбке.

В этот момент Остап дёргает головой и смотрит прямо на меня.

Его взгляд сложно прочитать. Вроде бы злится. Или просто раздражён. Но мне нет до этого никакого дела.

Стерев с лица улыбку, переключаю своё внимание на других парней. Да хотя бы на того же Гуреева. Как там его? Кажется, Демьян.

Парень весьма хорош собой. Ко всему прочему, весельчак, и кажется намного понятнее Войнова.

Сейчас команда Демьяна пробивается к кольцу. Гуреев хватает мяч, подпрыгивает и забивает. Я начинаю аплодировать. Вася поддерживает меня и тоже звонко хлопает в ладоши.

– Давай, Демьян! – скандирует она, подняв руки вверх.

Гуреев демонстрирует нам ямочки на щеках, отвешивает Остапу тычок в плечо и начинает играть с ещё большим рвением.

– Могу рассказать тебе про наших одноклассников, – негромко говорит Василиса, наблюдая за игрой.

– Давай, – с благодарностью соглашаюсь.

– О ком ты хочешь узнать?

– Не знаю… О тебе! Если хочешь, конечно.

– Ну в моей жизни нет ничего такого. Мама – домохозяйка. Папа – бизнесмен. Знаешь, что-то типа: мама красивая, а папа работает.

Смеётся. Но как-то невесело.

– Родителям нет до меня дела. Отец пропадает на работе, а мама торчит в спа, салонах красоты или фитнес-клубе. Я легко могу не вернуться домой этим вечером, и никто этого не заметит.

– Мне жаль, – тихо произношу я, повернувшись к Василисе.

– На самом деле я говорю тебе всё это не ради твоей жалости. Хочу, чтобы ты понимала, что здесь почти все такие же, как я. Дети обеспеченных родителей, ни в чём не нуждающиеся. А ты – другая. И Остап тоже.

– Почему я другая?

– Потому что разбей телефон кто-то из них, – Вася обводит взглядом одноклассников, – им было бы плевать на это. Подумаешь. Это всего лишь игрушка, подаренная родителями.

– Мне его тоже подарили, – пожимаю плечами.

– Но ты же расстроилась.

– Расстроилась, – не отрицаю я.

В этот момент Гуреев вновь закидывает мяч в кольцо, и мы с Васей снова аплодируем. Остап рычит от негодования. Демьян толкает его в спину, отправляя на свою часть поля, и выкрикивает:

– Завёлся, друг мой?! А девочка не промах, да?

Остап показывает ему средний палец. Наградив меня уничтожающим взглядом, быстро ведёт мяч к кольцу. И с лёгкостью забивает.

– Хорошо, а почему он тоже другой? – спрашиваю у Василисы. – Кто он?

– Никто, – отзывается она. – Его родители – самые обыкновенные люди, рабочий класс. Они развелись несколько лет назад. Мать воспитывает его одна, а отец никак не помогает. По слухам, финансовое положение семьи Войновых весьма плачевное.

– Значит, он другой, потому что бедный? – я смотрю на новую знакомую, и мой взгляд невольно становится обвинительным.

Она разводит руками.

– Таков наш мир, Варь. Деньги всё решают. И не я это придумала.

– По-моему, Остап и без денег смог завоевать внимание всей школы, – замечаю я.

– Ты права. Но и проблем он себе нажил выше крыши. Проблем, которые могут решить только деньги и связи. А у него их нет.

– Каких проблем?

Василиса открывает рот, чтобы ответить, но её перебивает громкая трель звонка.

– Ладно, – машет рукой девушка. – Не моё это дело, – поднимается, расправляет футболку с ярким принтом. – Пошли лучше мороженое есть. У тебя же день рождения.

Да, точно. День моего рождения.

И у Остапа тоже…

Василиса машет Эрику. Парень направляется к нам, и мы вместе выходим из зала.

Я жду, пока они переоденутся, прогуливаясь по первому этажу недалеко от охранника дяди Миши.

– Как твоя нога, снежинка? – раздаётся за спиной знакомый голос, и я резко разворачиваюсь.

– Уже всё хорошо, – отвечаю не слишком дружелюбно. – Забудь о моей ноге. Да и обо мне тоже!

Да, я невольно начинаю нападать на Остапа. Когда он рядом, всё переворачивается с ног на голову.

– Злишься? Из-за телефона? Считаешь, что это моя вина? – прозорливо замечает он.

– Да! Это твоя вина!

– Тогда что же ты не настучала директору?

Он скрещивает руки на груди. Претенциозно вглядывается в моё лицо.

– Я не стукачка, ясно?

– Да вижу…

Замолкаем. Сверлим друг друга взглядами минуту или больше.

– Варь! – окликает меня Василиса.

Слава Богу…

– Что ж… Мне пора, – поправляю лямки рюкзака, застёгиваю пиджак. Делаю шаг в сторону, но Остап преграждает мне путь.

– Куда?

– В кафе, – зачем-то отвечаю я. – Ты не приглашён, – добавляю с язвительной улыбкой.

– Ошибаешься, снежинка, – его улыбка становится высокомерной. – Ты немного подзабыла, да? Ты – моя! До конца учебного года. Таково моё желание. Поэтому… – смещается в сторону, встаёт рядом. – Идём. Будем считать, что я сам себя пригласил.

Не двигаюсь с места. Вижу, что Вася и Эрик с недоумением смотрят на нас, остановившись возле самого входа.

Остап тяжело вздыхает и, склонившись к моему лицу, заглядывает в глаза с фальшивой нежностью. Его нос почти задевает мой нос, а дыхание обжигает, когда он шепчет:

– Ты ведь не хочешь, чтобы я и в кафе внёс тебя на своём плече, верно?

– Да что ты привязался ко мне? Иди вон к Звёздной!

– Ревнуешь?

– Что? Нет! Я… не ревную, ясно? – стараюсь говорить ровным голосом, но он почему-то дрожит.

– А очень похоже на ревность, снежинка.

– Твоя Звёздная должна мне телефон!

– Должна – значит, отдаст, – небрежно бросает Остап, и я резко останавливаюсь.

– Отдаст? Да ну?

– Да, должна, – кивает он. – Денег у неё предостаточно.

Повернув голову, хочу посмотреть на Василису, но не нахожу её рядом. За нашей перепалкой я и не заметила, что Эрик с Васей ощутимо от нас отстали. Обернувшись, дожидаюсь их.

– Кстати, о твоей ноге… – указывает на бинт Войнов. – Смотри, как быстро я смог тебя исцелить.

– Ты просто волшебник! – бросаю, не скрывая сарказма. – Моя нога в порядке только потому, что я не намерена больше терпеть твою сомнительную помощь.

– Мы вам не мешаем? – спрашивает Василиса, нагнав нас наконец.

– Может, вы вдвоем погуляете? – предлагает Эрик, поигрывая бровями. – Между вами двумя столько страсти…

Я вмиг краснею до кончиков ушей.

О какой страсти говорит этот южно-корейский парень? Должно быть, он хотел сказать – неприязни!

– Я совсем не против остаться со снежинкой наедине, – паясничает Остап, прижимаясь к моему боку и обвивая руками талию.

Отпихиваю его. Отхожу на шаг назад.

– Мы, кстати, уже пришли, – кивает на противоположную сторону дороги Войнов.

Там расположено одноэтажное здание. На нём яркая стильная вывеска «Зеркала». Тонированные окна не позволяют увидеть, что внутри.

– О, нет, мы туда не пойдём! – сразу заявляет Василиса. – Это ты можешь туда пойти. А мы ещё маленькие, нам дорога в Баскин Роббинс.

Так… секундочку! Почему он может туда пойти, а мы нет? И что там?

– Со мной и вам можно, – беззаботно бросает Остап. Схватив меня за руку, насильно тащит через дорогу. – Давай, снежинка, шевели булками.

Если буду вырываться, то мы точно попадём под машину. По инерции переставляю ногами, позволяя сероглазому тащить меня за собой.

Бросаю взгляд через плечо и вижу, что Эрик тоже переходит дорогу. А вот Василиса медлит, ошеломлённо разводя руками.

– Давай, заходи, – Остап уже подпихивает меня к дверям кафешки.

– Подожди! – вывернувшись, отступаю от двери и жду остальных.

Вася всё-таки присоединяется к нам, и они с Эриком тоже подходят ко входу.

– Если вызовут полицию, я скажу, что это ты привёл нас сюда, – угрожающе шикает она на Остапа.

– Расслабься, принцесса, – хмыкает сероглазый. – Ничего нам не сделают… Кстати, мороженое здесь тоже подают.

– Ага, как же… С ромом, – парирует Вася.

Остап ещё раз хмыкает. Вероятно, и правда, с ромом, раз он не отрицает.

Войнов распахивает дверь и пропускает нас вперёд. Первое, что вижу – зеркала. Очень много зеркал создают ощущение бесконечного пространства. А ещё здесь достаточно темно. Освещением служит лишь неоновая подсветка пола. Воздух внутри пропитан терпким запахом крепкого алкоголя.

На входе Остап салютует бармену и, поманив нас рукой, ленивой походкой завсегдатая направляется к столикам. Но проходит мимо них, устремившись к закрытой кабинке.

Отдёрнув плотную штору, кивает нам на диваны, стоящие по обе стороны от стола. Я пихаю Васю плечом, чтобы она садилась уже. Ведь мы трое выглядим весьма странно, глазея на всех вокруг.

Ну ладно, не трое. Эрик ведёт себя вполне адекватно и расслабленно. Он первым опускается на диван и начинает изучать меню.

– Оставайтесь здесь, – бросает нам Остап и выходит, наглухо задёргивая за собой штору.

– Подожди! – запоздало дёргаюсь к нему.

Но парень уже испарился.

– Сколько ему лет? – обращаюсь к Васе, которая садится рядом с Эриком.

Мне приходится занять место на противоположном диване. Стянув рюкзак с плеч, проверяю карманные деньги. Их не так уж и много, но думаю, на стакан сока хватит.

– Остапу сегодня исполнилось восемнадцать, – отвечает Василиса, доставая банковскую карточку из кармана пиджака. – Правда, он и раньше бывал здесь. Говорят, он дружит с сыном хозяина этого места.

Я оглядываю нашу кабинку. Мебель здесь явно дорогая. Опускаю взгляд на меню. Ооо… И цены определённо кусачие.

– Малолеток здесь не жалуют, – подаёт голос Эрик, переворачивая страницу. – Особенно в вечернее время и по ночам. Ну ты понимаешь.

Честно говоря, нет. Хотя…

Мой взгляд падает на брошюрку, вложенную в меню. На фото красивая полуобнажённая девушка танцует у пилона. А также дата и время, когда именно это будет происходить.

Понятно.

Стрип-бар.

Интересно, Остап и по ночам здесь бывает?

– Я бы поел чего-нибудь, – говорит Эрик, наконец-то найдя в меню вторые блюда. – Что? – расплывается в улыбке, глядя на Васю. – Звёздная не дала мне доесть пирожное.

– А я почему-то хочу уйти, – Вася зябко обнимает себя руками. – У меня от этого места мороз по коже. Особенно рядом с Остапом.

– Почему особенно? – удивлённо спрашиваю я.

– Потому что от него одни неприятности, – отвечает Вася. – Зачем ты позволила ему идти с нами?

– Ты шутишь? Ему же пофиг на моё мнение. Он просто сам решил пойти – и всё.

И мне бы уже заткнуться и хотя бы попробовать насладиться этим неожиданным пребыванием в стрип-баре. Но когда Василиса так пренебрежительно говорит о ком-то, во мне просыпается назойливый Робин Гуд – защитник всех страждущих.

Ну хорошо. Не просто о ком-то. Именно об Остапе. Ведь несмотря ни на что я всё ещё не считаю его таким уж плохим парнем.

– О каких неприятностях ты говоришь? Почему именно рядом с Остапом они могут у нас быть? – продолжаю я допытываться.

В этот момент шторка отодвигается, и появляется Войнов.

– Не надо навешивать на меня ярлыки, шоколадная принцесса, – бросает он Василисе. Падает на кожаный диван возле меня, обнимает за плечи. – А ты, снежинка, не слушай её. Рядом со мной тебе следует бояться разве что меня.

Вот это и пугает!

Ведь его взгляд, сначала устремлённый в мои глаза, теперь провокационно скользит к губам…

Василиса предупреждающе тычет в Остапа пальцем:

– Не называй меня так!

– А то что? – тот издевательски вскидывает брови. – Что ты сделаешь? Или, быть может, Эрик будет отстаивать твою честь?

Приятель Василисы резко захлопывает меню. Добродушная улыбка, с которой я уже привыкла его видеть, сползает с лица. Сейчас он выглядит совсем не дружелюбно.

– Ну? Вступишься за свою шоколадную принцессу? – подначивает его Остап.

Эрик не успевает ответить, потому что моё терпение лопается.

– Всё! Хватит! – привлекаю всеобщее внимание к себе. – Мы зачем сюда пришли? Ругаться? Тогда я, пожалуй, пойду домой. И вообще, – поворачиваюсь лицом к Войнову, – почему ты называешь её шоколадной принцессой?

– Потому что у моего отца небольшая шоколадная фабрика, – скривившись, вместо Остапа отвечает Вася. – И Войнову, видимо, кажется, что это очень весело – награждать людей дурацкими прозвищами.

Ничего себе! Целая шоколадная фабрика?

– Ты можешь придумать прозвище и для меня, – вновь поддразнивает сероглазый. – Любое!

Василиса явно задумывается над перспективой обозвать его как-то позабористее. Но я вновь вклиниваюсь:

– Перестаньте уже!

Хочется ещё и кулаком стукнуть для пущей убедительности, но я воздерживаюсь.

– Как скажешь, снежинка, – мурлычет Остап, обдавая дыханием мою щёку.

Его рука по-свойски покоится на моём бедре, и я тщетно пытаюсь её скинуть.

Весь его флирт кажется мне притворством чистой воды. Издевательством. Ведь совершенно точно – я не в его вкусе. Ему просто нравится провоцировать и ставить людей в неудобное положение.

Внезапно в нашу кабинку входит официантка с подносом. Улыбнувшись Остапу, расставляет на столе фрукты, сок и креманки с мороженым. Желает приятного аппетита и уходит.

– Эм… мы же ничего не заказывали, – Василиса настороженно принюхивается к шарикам мороженого.

– Я заказал, – небрежно бросает Остап. – И там нет спиртного, так что расслабься.

– Спасибо, – благодарю Остапа, смерив Васю предупреждающим взглядом.

Войнов хотя бы старается быть вежливым. У него день рождения – и вот он решил угостить нас. Ведь так?

И мне нужно разделить с ним счёт, это будет правильно.

– Да, спасибо, – вторит мне Эрик, отодвигая меню и закидывая в рот виноградину. – Почему вы, кстати, не празднуете дома? – смотрит на нас с Остапом.

– Мама хочет устроить праздничный ужин в выходные, – отвечаю я.

А Войнов поглощает мороженое, делая вид, что вопрос к нему никак не относится.

Возможно, его мама просто не может устроить ему праздник. Или в восемнадцать это уже не требуется?

На семнадцатый день рождения у меня было много планов. Дина уговаривала пойти в клуб на всю ночь. Даже договорилась, чтобы нас туда пропустили. А я уехала…

И теперь я здесь. В стрип-баре. С людьми, которых знаю всего один день. А ещё рядом со мной сидит симпатичный парень, у которого тоже сегодня день рождения. Правда, он старше меня на год.

Жизнь – странная штука. Ещё сегодня утром я и подумать не могла, что всё так обернётся. Падение с лестницы, разборки со Звёздной, разбитый телефон…

Кстати об этом! Наверняка мама не может до меня дозвониться и уже места себе не находит. Ведь уроки давно закончились. Можно попросить телефон у Васи и позвонить ей… Вот только мне придётся объяснять маме, почему я звоню с чужого телефона и что случилось с моим. Я пока не хочу говорить ей правду.

Ладно…

Пожалуй, побуду здесь ещё полчасика… Ведь ничего критичного не случится?

Разделавшись с мороженым, Василиса и Эрик наперебой поздравляют нас с Остапом с нашими днюхами. Атмосфера потихоньку перестаёт быть напряжённой, даже становится вполне приятной, расслабленной.

В кабинке установлены колонки, из них негромко льётся музыка. Что-то электронное, плавное, какое-то завораживающее. Мы сидим здесь намного больше получаса, но уходить мне совсем не хочется…

Прокашливаюсь.

– Что ж… Мне уже пора домой, – мой тон невольно получается извиняющимся.

Начинаю собираться. Накидываю пиджак на плечи, беру в руки рюкзак.

– Да ладно тебе, Варь! – надувает губки Василиса. – Мы и часа тут не сидим. Когда ещё получится попасть в «Зеркала»!

– Так оставайтесь, – фыркает Остап, поднимаясь с дивана. – Обещаю, вас не выгонят.

Он надевает свой бомбер и кивает мне на выход. Я выставляю руки перед собой:

– Нет! Ты тоже оставайся. Мне не нужны провожатые.

Остап как-то неоднозначно ведёт плечом, и на его лице появляется что-то сродни усталости. Вероятно, он устал, что я постоянно ему перечу.

– Жду тебя на улице, снежинка, – бросает Войнов, выходя из кабинки.

– Да… Так он тебя и отпустил! – фыркает Вася. – Ты посмотри, парень, похоже, поплыл от тебя.

– Не поплыл, – отрицаю. – Он сказал, что ему просто скучно.

– Ага! И от скуки он платит за твоё мороженое, – замечает она.

– Если он вообще заплатил, – вставляет Эрик.

Оба хохочут над этим замечанием. А я пячусь к выходу.

– Ладно, тогда до завтра, – бросаю на прощание.

– Иди-иди, – Эрик многозначительно играет бровями. Потом подмигивает и переключает всё своё внимание на Василису.

Я уже не первый раз задумываюсь о том, как они хорошо смотрятся вместе. Как инь и янь.

Но это не моё дело!

Выхожу за штору и быстрым шагом иду к выходу, стараясь не обращать внимания на заинтересованные взгляды присутствующих.

Народу здесь значительно прибавилось. В основном это взрослые мужчины и парни лет двадцати пяти. Помещение так наполнено сигаретным дымом, что в глазах сразу начинает щипать, а в горле противно першит.

Я совсем чуть-чуть не дохожу до двери, когда передо мной вырастает амбал с татуировками на предплечьях и шее. На вид ему не больше тридцати. Взгляд его карих глаз устремлён на моё лицо. Поигрывая мышцами, он расплывается в хищной улыбке.

– Заблудилась? – спрашивает этот верзила.

За его спиной я вижу ещё несколько таких же перекачанных типов. Они играли в бильярд, но сейчас их внимание переключилось на мою персону.

Я наверняка кажусь им малолеткой. Да и выгляжу как школьница в этой форме и с рюкзаком.

Чего они хотят? Напугать меня?

Так мне и так не по себе!

Может, вернуться к Васе с Эриком?

– Ты что здесь забыла, пигалица? – продолжает верзила с татуировками.

– Я… это… Вообще-то, я уже ухожу, – мямлю растерянно, пытаясь обойти мужчину.

Он делает шаг в мою сторону, не давая мне протиснуться к выходу. Его друзья гогочут. Им явно нравится это представление.

Верзила заводится от одобрения друзей и кладёт свою огромную ручищу на моё плечо. И если до этого момента я и не думала впадать в панику… В конце концов, что он может мне сделать?.. То теперь я просто тону в панике!

А вдруг всё-таки может?

Я же только переехала в этот город! Не знаю, какие здесь люди! Ничего не знаю!

– Давай, Хализ! Научи её уважению к старшим! – подначивают верзилу его друзья. – Тащи её к нам! Может, она удачу принесёт!

Пячусь назад. Оборачиваюсь и затравленным взглядом смотрю на тех, кто сидит за столиками. Никто не собирается вмешиваться.

Перевожу взгляд на бармена. Он скучающе протирает пивной стакан полотенцем. На его лице нет ни одной эмоции.

– Пропустите… Я… Мне… надо домой, – испуганно лепечу себе под нос, вцепившись в татуированную руку верзилы.

Отодрать её от себя не получается.

Вдруг за спиной амбала раздаётся грозный голос:

– Убери от неё лапы, Хализ!

И я сразу понимаю, кому он принадлежит.

Этот самый Хализ оборачивается. Я больше не могу видеть его лица, но сейчас это и не нужно. Потому что я вижу Остапа. Тот держит в руках кий. И выглядит он так, словно собрался использовать его как оружие.

Он что, собрался драться с этим верзилой?!

Глава 5

Остап

– Не надо…

Снежинка намертво впивается в мой локоть холодными пальцами, когда я обхожу Хализа и оттесняю её за свою спину.

– Давай, иди отсюда, – бросаю через плечо и киваю на дверь.

Кий держу наготове, намереваясь им воспользоваться.

– Да вы, малолетки, совсем оборзели! – скалится Хализ. – Пацан, ты знаешь, кто я такой?

– Да мне пофиг! – дерзко выплёвываю я.

– Остап! – шепчет Варя. – Д-давай уйдём вместе. Не надо драться. Пожалуйста!

Её дрожащий голос сейчас напоминает писк мышки. Маленькой испуганной мышки.

Бросив взгляд через плечо, вижу её глаза. Огромные, напуганные… красивые.

Небрежно стряхиваю её руку.

– Всё в порядке, снежинка. Этот тип не имел права тебя трогать.

Хализ глухо смеётся. Его приятели наперебой подначивают нас к драке. Он шагает вперёд и замахивается.

Отпихнув снежинку, уворачиваюсь от удара и со всей дури бью Хализа кием. Попадаю по плечу, и он, взвыв от боли, отпрыгивает в сторону. Его лицо перекашивается от гнева.

– Ну всё, пацан, ты попал! – ревёт Хализ, вновь наступая. – И девка твоя тоже получит!

С лёгкостью вырывает кий из моих рук и показательно ломает его пополам. Видимо, это должно меня впечатлить.

Что ж… Вау!

– Остап, – дёргает сзади за куртку снежинка, – давай полицию вызовем!

– Ты несовершеннолетняя, тебя не должно здесь быть.

Хализ вновь замахивается, и я ныряю под его руку. Быстро смещаюсь влево и бью правой. Вскользь прохожусь по его щеке. Он дёргает меня за грудки, притягивает к своему лицу.

– Твою мать! Ты чё, пацан? Бессмертный? Или просто перед бабой своей выделываешься?!

Не успеваю пошутить по этому поводу, как Хализ бьёт меня в лоб своей лысой черепушкой.

Искры из глаз.

Дезориентация…

Приземляюсь спиной на пол. Делаю глубокий вдох и уже на выдохе вскакиваю. Тру лоб. Скалюсь. Хализ скалится в ответ и тут же выписывает мне удар в лицо. Да такой, что губа тут же опухает и начинает кровоточить.

За моей спиной Варя начинает визжать.

– Ты следующая, крошка! – тычет в неё пальцем Хализ.

Так, всё, на выход!

С силой толкаю снежинку к двери.

– Вали отсюда, а то живого места не оставят!

– А как же Вася и Эрик? – цепляется она за мою куртку. – А как же… ты?

– Они в кабинке, там даже ничего не слышно – значит, не влезут! А я в норме буду! Вали!

– Куда собралась, крошка? – Хализ вновь начинает наступать.

Открываю дверь, выпихиваю снежинку на улицу. Разворачиваюсь к своему татуированному противнику. Мы сверлим друг друга злыми взглядами. Ноздри Хализа раздуваются, губы растягиваются в издевательской ухмылке… Которая через пару секунд сползает, делая лицо этого верзилы не просто добродушным, а почти ангельским.

– Сильно я тебя да? – спрашивает Хализ, кивая на мою губу.

– Нормально, – отмахиваюсь.

Приближаюсь к нему, протягиваю руку, и он её пожимает. Все вокруг начинают аплодировать. Да… Представление удалось…

– Спасибо, друган, – хлопаю его по плечу.

– Можешь мне тоже вмазать хорошенько, – Хализ подставляет щёку.

– Да об тебя быстрее руку, блин, сломаешь! – отшучиваюсь я. – Вроде правдоподобно вышло.

– Правдоподобно? Шутишь? Да нам можно Оскара вручать! – ржёт Хализ. – Твоя девчонка наверняка трясётся от страха.

Да, трясётся. За меня волнуется. Какая прелесть, вашу мать!

– Давай, иди уже, Тап, – подаёт голос Макс – местный бармен. – А то, и правда, сейчас полицию вызовет.

Не вызовет. У неё же телефона нет.

Вновь благодарю Хализа и остальных, бросаю взгляд на плотно закрытую штору кабинки и стремительно выхожу на улицу.

Сразу вижу Варю. Схватив какого-то мужика за рукав куртки, она срывающимся голосом пытается объяснить ему, чего от него хочет. А именно – чтобы он вмешался в драку в баре.

Тут снежинка оборачивается и видит меня у входа. Отпускает рукав мужика. Видимо, извиняется, потупив взгляд… А потом направляется ко мне быстрым шагом.

– Пошли, – бросаю коротко, подойдя к ней и не останавливаясь.

Насупившись, иду вперёд, а снежинка семенит за мной следом. Пару минут спустя у неё получается поравняться со мной, и она испуганно разглядывает мою кровоточащую губу.

– Больно, да? – спрашивает с дрожью в голосе.

– Нормально, – бесстрастно отмахиваюсь.

Провожу языком по ране. Кровь всё никак не останавливается, и я, затормозив, выплёвываю:

– Салфетка у тебя хоть есть?

Варя испуганно взирает на меня.

– Д-да… сейчас…

Быстро стаскивает рюкзак с плеч, судорожно шарит в боковом кармане и, наконец, достаёт маленькую упаковку сухих салфеток. Её руки трясутся, когда она распечатывает пачку и подаёт мне одну.

Прикладываю салфетку к губам. Тут же убираю и разглядываю кровь. Ухмыляюсь.

Вот же Хализ, мать его…

– Ты ведёшь себя так, словно злишься, – подаёт голос снежинка. – Словно я в чём-то виновата.

– Так ты и виновата, – отрезаю я.

– Что? Почему это? – обескураженно выдыхает Варя.

– Ну… здоровяк-то вроде тебя лапал, а не меня.

Вновь приложив к лицу салфетку, продолжаю движение.

– Подожди-ка! – на этот раз её голос возмущённый. – Я не виновата, что он меня лапал! И я просила тебя уйти вместе со мной!

Не обращаю на её жалкие попытки оправдаться никакого внимания. Просто иду вперёд быстрым шагом.

Конечно, снежинка ни в чём не виновата. Но кто ж ей об этом скажет.

– Да ты просто чокнутый, слышишь? – выкрикивает она. Дёргает за рукав. Всячески старается привлечь моё внимание. – Ненормальный! Бешеный! И куда ты вообще идёшь? Я не просила провожать меня!

– Да ты до дома вряд ли живая доберёшься, – отвечаю я небрежно. – Сто пудов приключений на пятую точку найдёшь!

Мы уже свернули с центральной улицы и в двух шагах от коттеджного посёлка.

– Да пошёл ты! – выплёвывает она.

В голосе явно проскальзывает отчаяние.

Мне её не жаль.

Мне её не жаль!

Мне же ни черта её не жаль! Ведь так?

Варя заметно отстала, и я, показательно вздохнув, останавливаюсь и дожидаюсь её возле въезда в посёлок.

Наконец она приближается. Решительно проходит мимо меня и подныривает под шлагбаум.

– Дальше я как-нибудь сама, – бросает с презрением.

Ну да, конечно.

Тоже ныряю под шлагбаум. Теперь я следую за ней, а не наоборот.

– Откуда ты вообще знаешь, где я живу? – оборачивается. В глазах – жгучее любопытство.

Да, вот тут я лоханулся, не отрицаю… Это она должна была показывать дорогу, а я немного увлёкся, изображая избитого и обиженного.

– Это маленький район, – отвечаю размыто.

– Не такой уж он и маленький, – её пытливый взгляд буквально сверлит мой мозг.

– Ты удивишься, но это действительно так. Район маленький, все друг друга знают. Я даже знаю, кто твой новый папашка.

– И кто?

Торможу. Засовываю руки в карманы штанов. Разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов.

– Аверин Денис Викторович. Гаишник. Вон его дом, – киваю на роскошный особняк с синей крышей. – Мы его прошли уже.

А снежинка умна. Смотри, как спокойно прошла мимо нужного дома! Даже ухом не повела.

– Ну что, я прав? – вновь поворачиваюсь к ней.

Варя не отвечает. Разве что её отчаянное рычание может считаться ответом.

– Спасибо, что проводил, – бросает сухо и пробегает мимо меня.

Но я не даю ей уйти, схватив за руку.

Глава 6

Варя

– Аверин Денис Викторович. Гаишник, – заявляет Остап, и у меня челюсть падает. – Вон его дом, – кивает парень на дом моего отчима. – Мы его уже прошли. Я прав? – поворачивается ко мне лицом.

Да, он прав. Мама познакомилась с Авериным, когда приезжала в этот город по работе. Она у меня агент по недвижимости. Часто бывает в разъездах.

Её будущий муж, майор ГИБДД Аверин Денис Викторович – убеждённый вдовец и заядлый карьерист – вдруг влюбился в неё по уши, и у них всё очень быстро закрутилось. Дениса в этом районе все знают. Но, кажется, не особо любят, потому что он весьма строг с окружающими. Хотя к маме он всегда добр, и я стараюсь не верить слухам.

А Войнов, похоже, прекрасно знает моего отчима. И его осведомлённость просто раздражает!

Прорычав от негодования вместо ответа, устремляюсь вперёд, намереваясь наконец-то избавиться от парня. Когда прохожу мимо, он хватает меня за руку и для пущей убедительности обхватывает второй рукой за талию. Мои глаза оказываются на уровне его разбитой губы…

На самом деле я чувствую себя просто отвратительно. Во мне не на жизнь, а на смерть борются противоречивые чувства.

С одной стороны – этот парень сущий дьявол. Он бесит меня! Бесит своими выходками! Этим дурацким прозвищем «снежинка», которое он мне дал! Бесит своей безупречной внешностью. Этими взлохмаченными волосами, которые, сто процентов, без всякой укладки ложатся так идеально… И эти его холодные серые глаза, контрастирующие с чёрными густыми ресницами… Каждый раз, когда он смотрит на меня, они заставляют меня встрепенуться.

Войнов – яркий представитель того типа парней, которым ни в коем случае нельзя верить. Лучше всего – бежать от них без оглядки.

Но с другой стороны…

Может, Остап прав? Может быть, я что-то не то сказала тому верзиле? Как-то не так посмотрела?

И эта его разбитая, с каплями крови губа ещё больше раздирает меня изнутри чувством сожаления.

Нет, всё! Хватит!

Не стану я его жалеть! Он сам ввязался в драку!

– Отпусти! – дёргаюсь, пытаясь освободиться.

Остап с силой сжимает моё запястье и, прижав меня к своему боку, начинает двигаться в сторону дома отчима.

– Не надо со мной ходить! – не оставляю попыток выбраться из его объятий. – Да оставь ты меня уже в покое!

– Ты этого не хочешь, – бесстрастно отмахивается сероглазый. – Вижу, что тебе так же интересно, как и мне.

– У тебя проблемы со зрением, – язвительно замечаю я. – Мне совсем не интересно… Ты мне неинтересен!

– Потерпишь, – вновь отмахивается Остап. – Ну или очень быстро изменишь своё мнение и влюбишься по уши.

– В тебя? – я начинаю хохотать.

Немного истерично и наигранно.

– Да, в меня. Я почти уверен, что так и будет, – безапелляционно заявляет он.

Мы уже остановились возле калитки с кодовым замком. Впускать парня я не планирую. А он всё никак не хочет отстать от меня.

Сверлим друг друга взглядами. Мой – определённо недобрый, а в глазах Остапа явный вызов.

И наша перепалка могла бы и дальше продолжаться, если бы не одно «но».

Сначала слышится щелчок, а потом ворота медленно откатываются в сторону. Из двора показывается бампер иномарки отчима, а следом и капот. Когда появляется водительская дверь, Остап отпускает мою руку и отступает.

Я чувствую себя немного неловко, оказавшись с парнем возле дома будущего мужа моей мамы.

Ковыряя носком кеда мелкий гравий, выжидающе смотрю на машину. Водительское окно ползёт вниз, и я подхожу ближе.

– Варя, твоя мама уже не знает, что и думать, – голос Дениса звучит не очень приветливо. – Ты знаешь, сколько времени?

– Да, прости, – стыдливо опускаю взгляд. – Я немного засиделась в кафе с новыми друзьями.

Мне, и правда, стыдно. Наверное, всё-таки стоило позвонить маме с телефона Василисы. Они с отчимом всё равно узнают про разбитый подарок Дениса.

– Вроде не маленькая, Варь… – вздыхает мужчина. – Давай немного поответственнее в следующий раз, ладно?

Он переключает передачу, намереваясь сдать назад. В этот момент его взгляд ползёт за мою спину, и Денис пристально смотрит на Остапа.

– Прощайся и заходи в дом, – на этот раз его тон напоминает приказ.

Отчим возвращает машину во двор, и ворота тут же начинают закрываться. Я вижу, что Денис вышел из машины и, скрестив руки на груди, ждёт, когда я зайду.

– Идём, Варвара, – подгоняет меня мужчина.

Я поворачиваюсь к Остапу. На его лице теперь нет привычной самодовольной ухмылки, а глаза почему-то стали стеклянными, неподвижными.

– До завтра, снежинка, – бросает он каким-то бесцветным голосом. И уходит, резко развернувшись.

Оставляя меня в состоянии нервозности. Ведь я не знаю, что этот парень приготовит для меня уже завтра.

Прежде чем ворота закрываются, успеваю протиснуться во двор и иду следом за Денисом в дом…

***

Хорошо, что моя мама достаточно отходчива, и её нравоучения о безалаберности моего поведения заканчиваются через три с половиной минуты. Я уверена в этих данных, потому что бросала косые взгляды на настенные часы в гостиной отчима.

Формально он мне пока не отчим. Их свадьба состоится в июне. Но кажется, этот вопрос уже решённый. Поэтому чем раньше я начну считать его отчимом, тем быстрее привыкну.

Хорошо хоть папой звать не просит.

– Варь, ты пойми, – мама заканчивает свою речь лёгким прикосновением ладони к моему плечу, – мы же просто волнуемся. Ты могла заблудиться. Или у тебя могли украсть телефон.

– Да, прости, мам.

Спорить сил нет. Отстаивать своё право вменяемого подростка – тоже. Стычки с Остапом буквально высосали из меня всю энергию.

– Я пойду к себе, ладно? – киваю на лестницу.

– Иди, конечно. Ужин через час.

Разворачиваюсь и бегу к лестнице. Денис стоит тут же, в гостиной. Скрестив руки на груди, он просто слушал и никак не вмешивался. Хоть на этом спасибо.

Поднявшись на второй этаж, сразу залетаю в свою комнату. На этом этаже – ещё одна пустая и спальня мамы и Дениса.

Швыряю рюкзак на пол, избавляюсь от формы и надеваю майку и шорты. Разматываю бинт, который уже задрался до щиколотки, и прячу его в рюкзак.

Хорошо, что мама его не заметила. Объяснять ей, что со мной приключилось, совсем не хочется. Главное, что моя нога в полном порядке и почти не болит.

Растянувшись на кровати, ненадолго закрываю глаза.

Вообще-то, мне очень нравится этот дом. Здесь уютно. Так, словно к нему была приложена именно женская рука. Но Денис уже давно овдовел. В этом плане они с мамой похожи. Но они нашли друг друга. И я вижу, что временами понимают друг друга без слов.

И что бы там ни говорили про него соседи, я думаю, что Денис хороший. Его суровость и строгость – это наверняка просто издержки профессии. А их сплетни вызваны завистью. И если он временами строг со мной, то только потому, что не знает, как себя со мной вести. У них с женой не было детей.

До ужина остаётся не больше получаса, когда я встаю с кровати, поднимаю свой рюкзак с пола и выкладываю тетради на письменный стол.

Денис подготовился к нашему переезду, и моя комната оборудована всем необходимым. Даже новенький ноутбук имеется.

Пошарив в рюкзаке, нахожу разбитый телефон и снова пробую включить его. Не выходит. Тогда я извлекаю симкарту и вставляю её в свой старый смартфон. С тоской провожу по надколотым краям экрана, пока он смертельно долго загружается. А потом открываю Вотсап.

Там целая поэма от Дины, и я, не читая, просто звоню ей.

– Варька! – верещит подруга. – С днём рождения!

– Да, спасибо. Ты меня уже поздравляла, – отвечаю с улыбкой.

Вообще, про таких, как Дина, говорят – с чудинкой. Весёлая, полна самоиронии, может любому парню дать в нос, если он того заслуживает. А ещё она очень влюбчивая. Ну прям ооочень!

– Много – не мало! – хохочет Дина. – Сегодня твой день! Как он, кстати, прошёл?

Я делаю глубокий вдох, прежде чем выпалить:

– Странно! Первая половина дня – отвратительно! Потом вроде ничего. А потом как будто снова отвратительно!

– Варь… Варь! – она пытается вклиниться. – Давай по порядку.

– В новом классе есть парень, – начинаю тараторить. – Его зовут Остап. Остап Войнов. И он… он достал меня! Сначала заставил прогулять историю. Продержал весь урок в какой-то каморке. А потом наговорил мне кучу гадостей. И я упала с лестницы. Притворилась, что нога ужасно болит, и тогда он навязался с помощью. Притащил на своём плече в столовую. Там ко мне прикопалась Даша Звёздная – звезда школы – и разбила мой айфон. Короче, стрёмный, очень стрёмный день.

Выдыхаю…

Дина присвистывает.

– Ни хрена себе! – восклицает с восхищением в голосе. – Так ты этого Остапа имела в виду, когда писала про красавчика?

Я обессиленно поднимаю глаза к потолку. Её только это интересует?

– Да, он красивый, – отвечаю сдержанно. – Но в целом он просто задница.

– Опиши! – не на шутку заводится Динка.

– Брюнет с лохматой гривой и серыми глазищами, – бросаю я таким же бесстрастным голосом.

– Да ладно тебе! Можешь не притворяться, что он не зацепил тебя, – подначивает подруга.

Нет, не зацепил. Ни капельки.

– И предложи тебе сейчас поменять школу, ты бы согласилась… Думаю, нет!

Не… Нет.

Это странно, но я бы ни за что не согласилась. Но это ведь не из-за Остапа, верно? Там есть Василиса и Эрик.

– Нет, Дин, я бы ничего не хотела менять, – запоздало отвечаю подруге. – Но только потому, что не хочу проходить снова через знакомство с новыми одноклассниками.

– Ну-ну! – фыркает она.

Всё, пора менять тему.

– Ну и что насчёт этой Звёздной? – на этот раз голос Дины звучит с нескрываемым гневом. – Ты это всё так и оставишь? Она разбила телефон ценой в двухмесячную зарплату моей матери! Да ей голову мало за это открутить!

– Предлагаешь настучать на неё?

– Конечно, нет! Предлагаю заставить её купить новый! И плевать, как именно она это сделает!

Динка права. И она всегда могла зарядить меня праведным гневом. Возможно, я всё-таки потребую у Даши возместить мою потерю!

Ещё немного поболтав с подругой, закругляюсь, так как мне приходится идти ужинать.

Потом я собираю тетради и учебники на завтра. Подумываю засесть за компьютер и, возможно, посмотреть какой-нибудь ужастик, но сил как-то совсем не остаётся. В итоге просто иду в ванную умыться перед сном.

Санузлов в доме три. Один на первом этаже, второй между моей комнатой и пустующей спальней. Доступ во вторую ванную есть из обеих, но пользуюсь ею только я.

А третья ванная, ясное дело, в спальне мамы и Дениса.

Почистив зубы и смыв почти незаметный макияж, спускаюсь на первый этаж. Думала, застану маму там, но похоже, что она тоже уже готовится ко сну.

Попив воды и прихватив печенье, быстро возвращаюсь к лестнице. Даже успеваю занести ногу на первую ступеньку, когда внезапно слышу своё имя за спиной.

– Варя! Задержись на секунду, – просит отчим.

Сую печенье в карман шорт. Знаю, это глупо, ведь наверняка ему не жалко для меня печенья. Но он что-то говорил о неких правилах. И в этих правилах – я точно помню – фигурировал пункт о том, что есть положено в столовой. И только в столовой.

Денис расположился на диване, уставившись в выключенный телик.

Это странно.

Осторожно присаживаюсь в кресло напротив, и мужчина переводит на меня взгляд.

– Я хотел спросить про того парня, который проводил тебя до дома, – говорит спокойно, но взгляд карих глаз следит за мной с предельным вниманием. – Вы подружились?

– Нет, что ты! – тут же отнекиваюсь. – Он просто мой одноклассник. И всего лишь проводил меня, ничего больше.

– Я знаю его родителей, Варь. Могу сказать, что этот подросток попадёт за решётку раньше, чем закончит одиннадцатый класс. Держись от него подальше.

Открываю было рот, чтобы возразить, но так ничего и не сказав, захлопываю.

А что тут скажешь? Остап действительно похож на человека, который шагает в одну ногу с проблемами.

– Хорошо, как скажешь, – вскакиваю с кресла.

Мне почему-то хочется поскорее закончить этот разговор.

– Ладно, иди спать, Варвара, – улыбается отчим, но улыбка не касается его глаз. – Завтра я сам отвезу тебя в школу.

Глава 7

Варя

Отчим паркуется возле школьных ворот, и я сразу хватаюсь за рюкзак.

– Во сколько заканчиваются уроки? – спрашивает Денис, не торопясь разблокировать замки в машине.

– Эмм, не помню, а что?

Конечно, я помню.

– Твоя мама просила тебя забрать, – небрежно бросает он. – Напиши мне, когда выяснишь.

– Сегодня я, наверное, задержусь. Нужно делать парный проект по экономике. Хотя бы начать.

Я, и правда, верю, что мы с Остапом начнём его делать.

– И всё равно! Напиши, когда будешь закругляться, – настаивает Денис, хмуря брови.

Вот не зря у него такая работа. Спорить с ним бесполезно. Юлить тоже.

– Хорошо, напишу, – сдаюсь я.

Мысленно ставлю себе галочку – обсудить это с мамой.

Раньше меня никто не провожал в школу и не встречал после занятий. Я общалась с одноклассниками, мы гуляли, весело проводили время. Хорошо учиться я тоже успевала. К тому же мне уже семнадцать!

Конечно, я не говорю всё это отчиму. Выдерживаю его испытующий взгляд и, дождавшись наконец, когда он разблокирует двери, быстро прощаюсь и выбираюсь на улицу.

Надев рюкзак на плечи, прохожу сквозь ворота и устремляюсь к центральному входу. У самой лестницы бросаю взгляд через плечо…

Машина Дениса стоит всё там же. Самого мужчину я вижу сквозь лобовое стекло. И выглядит он так, словно уезжать и не собирается.

Чего он ждёт? Или кого?

– Привет, снежинка, – в самое ухо шепчет Василиса, появившись вдруг из ниоткуда.

Я чуть не подпрыгиваю от неожиданности.

– Ты тоже будешь звать меня снежинкой? – показательно надуваю губы. – Мне казалось, тебе не нравятся все эти прозвища Войнова.

– Твоё звучит намного симпатичнее, чем моё, – пожимает плечами Вася. – Куда ты смотришь?

Она замечает, как я пялюсь на машину отчима, и тоже смотрит на неё.

– Никуда, – поспешно отворачиваюсь, начинаю подниматься по лестнице. – А где Эрик?

– Ну он, вообще-то, мой друг, а не мой парень. Я не отслеживаю его перемещения, – отвечает она будто бы с возмущением и поспешно добавляет: – А мы так классно вчера посидели… Жаль, что вы так рано ушли.

Кстати об этом!

Мы синхронно здороваемся с охранником, по очереди прикладываем карточки и проходим через турникет.

– Остап вчера подрался, – признаюсь я Васе.

– Ну для Остапа это привычное дело, – совсем не удивляется она. – Идём, Варь. У нас сейчас история, – кивает в сторону лестницы, когда видит, что я хочу свернуть к расписанию.

– Нет, мне нужно посмотреть расписание Звёздной.

– Ооо, а это уже интересно! – Вася тоже идёт вместе со мной. – Зачем тебе её расписание?

– Вопрос с телефоном так и не решён.

С самого утра Дина закидывает меня в Вотсапе настойчивыми требованиями разобраться с обидчицей. И она, конечно, права. Телефон дорогой, спускать такое с рук нельзя.

– Вот, – Вася тычет пальцем в крайнюю колонку расписания, – Даша в десятом «Б». У них нет первого урока. Так что тебе придётся немного потерпеть со своими требованиями, Варь.

Девушка утешительно похлопывает по моему плечу. Но выглядит всё так, словно она очень снисходительно относится к моей проблеме.

– Я знаю, что дорогой телефон для тебя – это так, мелочи, – бормочу себе под нос и устремляюсь вперёд.

– Подожди, Варь! – она тут же меня догоняет. – Прости… я не хотела тебя обидеть. Да, ты права, со Звёздной надо разобраться. Я с тобой пойду! И Эрика с собой возьмём. Ну что, мир?

В её глазах читается искреннее сожаление, и я сдаюсь.

– Ладно, я не обижаюсь… Только давай всё-таки не будем брать Эрика, – улыбаюсь. – Зачем ему бабские разборки?

Мы почти доходим до кабинета истории, когда я вижу, что по коридору нам навстречу идёт Остап. И он идёт в противоположную сторону от кабинета истории.

– Похоже, вновь прогулять собирается, – Вася тоже замечает Войнова.

– Почему он не ходит на историю? – спрашиваю я, позабыв и про Эрика, которого мы только что обсуждали, и про Звёздную.

– Историчка его ненавидит, – успевает негромко ответить Вася, прежде чем наши с Остапом пути пересекаются в самом центре коридора.

Я намереваюсь просто мирно поздороваться и пройти мимо. Вот только это явно не входит в планы Остапа.

Не останавливаясь и не сбавляя скорости, он как цунами сметает меня с места и тащит за собой, обняв за плечи.

– Ты что делаешь? Сейчас урок начнётся!

Я пытаюсь затормозить, упираясь подошвами в пол. Бросаю отчаянный взгляд через плечо и смотрю на Васю, которая очень быстро остаётся далеко за нашими спинами.

В конце коридора Остап устремляется было к лестнице, но быстро меняет курс и прячется вместе со мной за раскрытой дверью.

– Что ты делаешь? – продолжаю вырываться.

Внезапно сероглазый закрывает мне рот ладонью и прижимает спиной к стене. Прикасается лбом к моему лбу. Подносит указательный палец к своим губам. В его глазах горит что-то похожее на мольбу.

Ладно. Я готова постоять так пару секунд. А потом всё-таки потребую от Войнова объяснений его странного поведения.

Ведь они же должны быть, эти объяснения!

Мы замираем. Остап всё так же закрывает мне рот ладонью, и мы смотрим друг другу в глаза… Я не знаю, сколько продолжаются наши гляделки… Пару секунд или минут.

А потом всё заканчивается.

Остап убирает руку. Отступает, выглядывает из-за двери.

– Всё, теперь можем идти, – говорит он, снова повернувшись ко мне.

– Куда идти? Что это вообще было?

– Слишком много вопросов, снежинка, – хмыкает парень и берёт меня за руку.

Звенит звонок на урок, и я намереваюсь рвануть на историю. Но Остап переплетает наши пальцы и тянет меня вниз по лестнице.

– Да куда ты меня тащишь?!

– Я же твой гид, снежинка. Хочу показать все тайные уголки нашей школы. Как ты уже поняла, лучшего времени для этого не найти.

– Что? Опять предлагаешь прогулять историю?

– Я не предлагаю, – самоуверенно хмыкает он.

Бесит!

– Ты можешь сколько угодно прогуливать, – с силой выдёргиваю руку, разворачиваюсь в обратную сторону. – А меня заставлять прогуливать не имеешь права!

– А ты попробуй меня остановить! – отчеканивает парень.

Быстро догоняет и преграждает мне путь. Сгибается пополам, подныривает под меня и резко распрямляется. Мои ноги отрываются от пола – и вот я опять вишу на плече Войнова, чёрт бы его побрал!

В этот раз я готова умолять Остапа отпустить меня. Ведь всё это закончится плохо. И меня наверняка вызовут к директору. Да ещё и маме сообщат, что её дочь попросту игнорирует уроки истории.

– Остап! – взмаливаюсь я. – Прошу тебя, поставь меня на пол!!

Не вырываюсь, не колочу кулаками по его спине. Да это просто бесполезно! Так же, как и просить его о чём-то.

Поэтому я просто вишу на его плече, пока Войнов быстро спускается по лестнице, проносится по коридору вроде бы второго этажа, распахивает какую-то дверь…

Наконец останавливается, но не спешит поставить меня на пол.

– Ты так и не поняла, снежинка! – дёргает вдруг за юбку, и я вздрагиваю. – Здесь всем плевать на форму. Может, уже найдёшь что-то поинтереснее, чем это?

Вот теперь я вырываюсь и колочу Остапа по спине. Посмеиваясь, он наконец-то меня отпускает. Я пихаю его в грудь.

– Какое тебе дело до моей одежды? – поправляю юбку, а сама взгляда с него не свожу. – Да и до меня тебе какое дело? Может, объяснишь уже?

– Так я объяснял, – Остап продолжает паясничать, наклоняется, вновь дёргает за юбку. – Сейчас мне не скучно, – признаётся он с какой-то задорной ребяческой улыбкой.

Она озаряет его лицо, делая его ещё привлекательнее. Мой взгляд падает на губы парня. Пытаюсь разглядеть следы вчерашней травмы, но там лишь небольшая, уже затянувшаяся и почти незаметная ранка.

– Куда это ты смотришь, снежинка? – интересуется Остап, вопросительно приподняв одну бровь.

– Никуда, – поспешно отворачиваюсь и осматриваюсь по сторонам. – Ну и зачем мы здесь?

Я думала, что он опять запрёт нас в подсобке. Но похоже, Войнов отсиживается во время своих прогулов в разных местах. На этот раз он притащил меня в актовый зал.

– Я же сказал, что хочу показать тебе все укромные уголки школы. Или ты предпочитаешь оказаться со мной в тёмной и тесной подсобке?

Его слова явно имеют двойной смысл. Непроизвольно начинаю краснеть, поэтому не спешу повернуться к парню лицом.

– Я бы предпочла быть сейчас на уроке истории… Но ты опять не оставил мне выбора.

Делаю несколько неуверенных шагов к сцене, разглядывая декорации на ней. Кажется, здесь совсем недавно ставили какой-то спектакль.

– Пойдём, снежинка, – Остап подталкивает меня в спину. – Покажу тебе кое-что интересное.

Иду к сцене, забираюсь на неё. Войнов стягивает свой рюкзак с плеч, потом и мой тоже снимает. Прячет их за декорациями и тянет меня за кулисы. Мы протискиваемся мимо пыльных музыкальных инструментов, бутафорских мечей, вешалок с костюмами…

Остап присаживается на корточки, проводит ладонями по дощатому полу, нащупывает что-то, тянет и… отдирает половицу.

– Боже… – я закатываю глаза от того, как просто и легко этот парень разбирает пол.

Сняв несколько досок, он складывает их в стопку. В полу сцены образуется достаточно широкая дыра, которая, судя по всему, вполне устраивает сероглазого.

Остап поднимается с корточек, снимает бомбер, швыряет на стоящий рядом стул. Сегодня на парне тёмная водолазка. Он закатывает рукава, обнажая крепкие предплечья и татуировку на сгибе локтя. Садится, свешивая ноги в тёмную дыру в полу. Потом прыгает вниз и исчезает из поля зрения.

Я заглядываю внутрь.

– Остап, ты куда? Ты в порядке?

Внутри этой дыры очень темно и не видно никакого движения. Остап не отвечает, словно в очередной раз проверяя мои нервы на прочность.

– Остап! – повышаю голос. Ответа нет, и я почти взрываюсь: – Знаешь, это совсем не смешно! Думаешь, я полезу проверять, всё ли с тобой в порядке? Нет, не полезу! Просто уйду отсюда и вернусь на урок! Ты меня понял?

Носы моих кед у самого края чёрной пропасти. Взгляд устремлён вниз, и я всё ещё жду, что Остап мне ответит.

Но он не отвечает. И не появляется. Охватившее меня поначалу волнение теперь напоминает панику.

Может, с ним, и правда, что-то случилось?

Возможно, он упал… И ударился головой… И теперь ему нужная моя помощь.

Чёрт!

Стягиваю пиджак с плеч. Отвернувшись от ямы, бросаю его к куртке Остапа. И не успеваю я вновь посмотреть на дыру в полу, как мои щиколотки обхватывают сильные пальцы.

От неожиданности начинаю визжать и вырываться. Оступаюсь и заваливаюсь вперёд, прямиком в яму. И лишь каким-то чудом не расшибаю голову о дощатый пол, свалившись прямо в руки Войного. Поймав меня, он прижимает моё обмякшее тело к своей груди.

– Ты, кстати, чертовски лёгкая снежинка, – ухмыляется. – Не снежинка, а пушинка.

Его лицо в паре сантиметров от моего. И от его самоуверенной улыбки внутри меня всё переворачивается и встаёт с ног на голову.

Убить его мало! Притащил в зал вместо урока. Прыгнул в дыру. Напугал меня. А потом чуть не покалечил! Ведь я могла упасть не так удачно.

– Ненавижу! – тихо шиплю ему в лицо.

Улыбка Войнова становится ещё шире. Он сокращает расстояние между нашими лицами. Опустив взгляд на его губы, я завороженно смотрю на то, как они приближаются к моим.

Я должна оттолкнуть парня. Спрыгнуть с его рук. Да и вообще держаться от него подальше!

Однако моё тело словно оцепенело. И я могу лишь наблюдать за его губами. Они подбираются так близко, что почти касаются моих.

Он меня поцелует?

Зачем он решил поцеловать меня?

Почему меня?

Затаив дыхание, я отчего-то вдруг жду этот поцелуй вопреки своим же логическим рассуждениям…

Первый в моей жизни…

Войнов тяжело вздыхает, опаляя горячим дыханием мои губы, и медленно качает головой.

– Ты уже почти влюблена в меня, снежинка, – говорит он очень тихо.

А потом резко отстраняется и отпускает меня…

Ну, конечно, я в него не влюбилась…

Да это просто смешно!

Правда, я не смеюсь… Мои ноги онемели, щёки пылают пуще прежнего.

Обняв себя за плечи, отхожу как можно дальше от Остапа. Неловко переминаясь с ноги на ногу, пытаюсь разглядеть пространство вокруг. На самом деле на расстоянии вытянутой руки уже ничего не видно. И мне бы надо держаться поближе к Войнову, пока он вновь меня не напугал, выпрыгнув из темноты… Но гордость не позволяет даже заговорить первой.

– Пошли, снежинка, – зовёт Остап, и я оборачиваюсь.

Сероглазый протягивает мне руку. На его лице застыла усмешка, а глаза смотрят на меня с лукавым прищуром.

– Пойдём, – его рука всё ещё тянется ко мне. – Нам туда, – кивает он на самый тёмный угол помещения. – Я ещё не показал тебе самое классное место в этой школе.

Что ж… раз уж он заговорил первым…

– Да? А я думала, самое классное место в школе – оно прямо здесь, в грязном подполе под сценой. И знаешь, что? Я насмотрелась и хочу выбраться отсюда!

– Да ладно тебе, не злись, – Остап делает шаг ко мне и хватает за руку. – Или тебе просто нравится, когда я ношу тебя?

Манипулятор!

От бессилия и от того, что не могу противостоять ему, хочется буквально топать ногами!

– Давай же, снежинка, – подгоняет меня Остап, сдвигая с места. – Осталось не больше получаса до конца урока.

Нехотя перебираю ногами, пока он почти наощупь ведёт меня в самую глубь этого бесконечного мрака. Кажется, сцена давно должна была закончиться, а мы всё идём и идём вперёд, правда, всё ниже нагибаемся, потому что потолок стремительно приближается к полу.

Внезапно меня что-то щекочет по лицу, и я взвизгиваю. Остап резко разворачивается, накрывает мои губы ладонью.

– Веди себя тихо, – шепчет парень, после чего убирает руку. – Что случилось?

– Что-то на моём лице, – лепечу я испуганно, пытаясь смахнуть это что-то со своих щёк.

Остап проводит по моим волосам ладонью.

– Это просто паутина, – размахивает перед моими глазами целым клубком паутинных нитей с засушенными мухами, слипшегося от пыли.

Мерзость какая…

Скривившись, отпихиваю паутину от своего лица.

– Давай вернёмся обратно! – практически взмаливаюсь я, и Остап вновь на меня шикает.

– Мы почти пришли, – говорит он успокаивающе.

Но мне всё равно неспокойно. Ощущение западни, в которую я неминуемо попаду, всё нарастает и нарастает.

Войнов вновь берёт меня за руку, и мы пробираемся ещё на несколько метров вперёд. Нам приходится присесть на корточки, потому что потолок становится ещё ниже.

Наконец в конце бесконечного мрака вырастает стена, и Остап отпускает мою руку и ощупывает потолок. Слышится какой-то щелчок, а спустя мгновение в темноте проступают очертания широкого лаза, и становится светлее.

– Что это за место? – хватаю парня прежде, чем он исчезнет в ещё одной неведомой дыре.

Мне не по себе. Никогда я не любила подобные приключения и полнейшую неизвестность.

– Доверься мне, снежинка. И следуй за мной, – бросает Остап, прежде чем встать в полный рост, вскарабкаться наверх и пропасть из виду.

Довериться? Ему? Да это что-то на гране фантастики!

Несколько секунд размышляю о том, должна ли я идти за ним. Правда, мои размышления прерываются, потому что в проёме появляются руки Остапа. Схватив за плечи, он просто затаскивает меня наверх.

– Твоё упрямство иногда не кажется мне забавным, – произносит он с раздражением.

Я часто моргаю, потому что секунду назад было очень темно, а сейчас яркий солнечный свет, бьющий в окна, буквально ослепляет.

Войнов стоит рядом и отряхивает пыль с одежды. Наверняка я тоже испачкалась, только вот сейчас мне не до этого. Ведь даже особо не осматриваясь, я тут же понимаю, где именно мы оказались.

Взрываюсь:

– Какого чёрта мы тут делаем?!

– А ты знаешь, где мы? – Остап удивлённо вскидывает брови.

– Конечно, я знаю, где мы! – моё раздражение достигает пика. – Мы с мамой приносили сюда документы, когда я поступала в эту школу. Это, чёрт возьми, кабинет директора!

– Ууу… Кто-то действительно зол, – поддевает меня Войнов. – Ты слишком остро реагируешь, – шагает ко мне, накрывает плечи ладонями и проводит сверху вниз до локтей и обратно. – Директор по вторникам уезжает в РОНО на весь день. Нас никто здесь не застукает.

– Знаешь, мой отчим был прав, говоря мне, что с тобой нельзя связываться! Что ты будущий преступник и наверняка плохо закончишь!

Слова вылетают прежде, чем я успеваю их поймать. Остап меняется в лице. Отшатывается.

Я не должна была этого говорить… И уже готова извиниться…

– Твой отчим – кусок дерьма! – выплёвывает Войнов, скрежетнув зубами.

Нет, теперь я не хочу извиняться.

– Ты не имеешь права говорить так про него!

– Да мне плевать на твоё мнение, варвар! Хочешь заткнуть меня? Валяй! Хочешь остановить меня? Попробуй!

Он вновь приближается вплотную. Прожигает меня ледяным взглядом.

– Хочешь знать, почему мы здесь? – цедит сквозь зубы.

Скорее всего, это риторический вопрос, потому что Остап, не дожидаясь ответа, стремительно идёт к директорскому столу и врубает компьютер.

Мне становится по-настоящему дурно.

– Я не хочу ничего знать, – начинаю пятиться. – Я… хочу уйти.

Врезаюсь спиной в дверь. Нащупываю дверную ручку, опускаю вниз, но ничего не происходит.

– Она закрыта снаружи, – сухо бросает Остап, даже не взглянув на меня. Всё его внимание приковано к монитору компьютера.

Нужно уходить отсюда! И, похоже, единственный способ – это лезть обратно в люк в полу.

Ловлю на себе взгляд Войнова. Кажется, он понимает, что я намерена делать. И кажется, хочет помешать мне это сделать.

Я резко дёргаюсь к люку, но Остап подлетает ко мне ещё быстрее и перехватывает в шаге от цели. Тащит к столу.

– Смотри, снежинка! – он держит меня за плечи, встав перед монитором. – У директора есть дело на каждого из нас.

– Так это нормально! – продолжаю вырываться. – Что здесь такого – собирать некую информацию на каждого ученика школы?

– Читай! – отчеканивает Остап, и я замираю.

Пробегаю глазами по анкете Войнова. Дата рождения, место проживания, родители. Спортивные достижения и успеваемость. В графе «Финансовое положение семьи» стоит прочерк. А следующая графа вообще кажется абсурдной. Там написано «Вероятность отчисления». И рядом – семьдесят процентов.

– Я бываю в кабинете директора по вторникам, – продолжает Остап спокойным тоном. – Проверяю, когда именно меня отчислят, ведь я не подхожу этой суперэлитной гимназии.

Он укладывает подбородок на мою макушку, через плечо тянется к клавиатуре и быстро перемещает курсор по списку фамилий до буквы «С».

– А вот твоя, – открывает мою анкету. – Я узнал о том, что у нас намечается новенькая, намного раньше, чем все остальные. Заметь: вероятность твоего пребывания здесь до окончания школы значительно выше.

Он прав. У меня всего пять процентов на отчисление…

Анкеты, которые ведёт директор, теперь кажутся мне какой-то дичью. Видеть всё это даже как-то мерзко. Получается, что если у тебя нет богатых родителей, то всё – готовься к вылету?

– Я прихожу сюда не только для этого, – теперь он говорит как-то устало. – Всегда есть вероятность подсмотреть правильные ответы будущих контрольных и экзаменов. Назовёшь меня преступником? Что ж, возможно! Возможно, я и преступник, раз не могу остаться здесь по-честному.

Остап отпускает меня, выключает компьютер и идёт к люку. Теперь он не пытается встретиться со мной взглядом, и меня медленно, но верно накрывает мрачными мыслями.

– Так значит… – неуверенно выдыхаю я. Облизываю пересохшие губы. – Прогулы, скандал со Звёздной в столовой при свидетелях, поход в стрип-бар… Это всё… Для чего это, Остап?

– А ты сама подумай, – бросает парень бесстрастно, так и не посмотрев на меня.

Он садится на пол, свешивает ноги в люк. Я хрипло выдавливаю:

– Для того, чтобы отчислили в итоге меня, а не тебя. Своим приходом в школу я заняла твоё место. Я права?

Войнов пожимает плечами и бросает коротко:

– Возможно.

После чего всё-таки оборачивается.

– Нужно уходить. Ты со мной?

Столько холода и ледяной отстранённости в его взгляде я ещё ни разу не видела. Медленно качаю головой, потому что боюсь заговорить. Ведь я старательно пытаюсь сдержать всхлип, который рвётся наружу.

– Что? Здесь останешься? – он немного растерян, даже ошеломлён.

– Иди, – говорю я спокойно, но мой голос всё равно дрожит. Стиснув челюсти, подхожу ближе к Войнову. – Я сама смогу выбраться отсюда. А ты ко мне больше не приближайся, понял? Иначе… Иначе я сдам тебя директору, и ты вылетишь отсюда ещё раньше, чем закончатся твои последние тридцать процентов!

И я, чёрт возьми, не жалею о своих словах!

Остап смотрит мне в глаза совершенно нечитаемым взглядом. Я выдерживаю этот взгляд, решительно вскинув подбородок. А потом он вновь небрежно пожимает плечами и быстро скрывается в подполе.

– Не забудь закрыть люк, – доносится до меня его голос.

В этот момент мои глаза застилает слезами.

Глава 8

Остап

– Она выглядит так, словно ненавидит тебя, – небрежно замечает мой наблюдательный друг Гуреев.

Он лениво подпирает стену, в открытую пялясь на снежинку.

– Ты прав, она ненавидит меня, – отзываюсь с ухмылкой.

Тоже перевожу взгляд на Варю. Она в сопровождении Василисы пасёт Звёздную. Неловко переминаясь с ноги на ногу, сжимает в руках разбитый телефон. Но когда поворачивается и смотрит в мою сторону, её взгляд проходит будто бы сквозь меня.

Сначала на физике, потом на литературе, а потом и в столовой во время перемены – где бы мы ни столкнулись, она будто бы не хочет замечать меня. А когда всё-таки смотрит, её лицо становится отстранённым, а взгляд – слегка надменным.

– Так я думал, что план совсем другой, – вновь подаёт голос Демьян. – Что-то там о наивной девочке, влюбившейся в тебя, и о том, что ты её в итоге жёстко кинешь.

– Это был твой план. Мой заключался в том, чтобы свести её с ума и вынудить сбежать из этой школы.

– Да? – Гуреев недоверчиво кривит губы. Задумывается… А потом расплывается в улыбке и говорит с присущим ему цинизмом: – Да брось, Тап! Мой план намного привлекательнее твоего. Или, может, ты просто не справился? Возможно, ты просто не в состоянии влюбить её в себя? Так давай я сделаю!

Да пошёл ты!

Окидываю его тяжёлым взглядом и выплёвываю:

– Мне просто лень с ней возиться, вот и всё! А ты держись от неё подальше!

– Конечно, как скажешь!

Гурян определённо издевается, чёрт бы его побрал…

В конце коридора наконец-то появляется Звёздная в сопровождении своей неизменной свиты из двух девчонок. Я даже не помню, как их зовут. Померкли, несчастные, в тени Дашкиной славы.

Да и похрену!

Отклеиваюсь от стены, перемещаюсь чуть ближе к Варе. Мне хочется не только видеть, но и слышать её разборки со Звёздной.

– Так значит, теперь ты отступишься от неё? – спрашивает Демьян, вновь оказавшись рядом со мной.

– Нет, – бросаю, не глядя на друга.

Всё моё внимание приковано к снежинке. Она явно пытается храбриться, дожидаясь Дашу возле класса. Васька подбадривает Варвару, как может. До меня долетают её воинственные реплики:

– На твоей стороне правда, Варь! Она разбила – она должна ответить! И пусть только попробует отказаться!

– Да, должна, – отзывается Варя, нервно теребя в пальцах край своей убогой юбки.

Даша наконец подплывает к своему классу. Делает вид, что не замечает снежинку, активно болтая с подружками. Вся троица уже собирается пройти в класс, когда Варя всё-таки преграждает им путь. Она встаёт перед Звёздной и решительно протягивает ей разбитый телефон. Проходит короткое мгновение – и вот уже все, кто есть в коридоре, окружают девчонок.

Я распихиваю толпу и подхожу ещё ближе.

– Ну и что это? – фыркает Звёздная, даже не взглянув на разбитый айфон.

– Это тебе, – тихо, но решительно отвечает снежинка. – А мне верни такой же, но новый.

Одна из свиты Звёздной наигранно хохочет. В унисон ей начинают смеяться ещё несколько человек из зевак. Но Дашка не смеётся. Смотрит сначала на разбитый телефон, потом на Варю, а после переводит взгляд немного вправо и находит меня глазами…

– Да, хорошо, давай свой телефон, – отвечает она Варе, вновь посмотрев на неё.

Почти все охают от изумления. Хохотушка из свиты затыкается. Звёздная растягивает на губах практически ангельскую улыбку, забирает айфон и, резко развернувшись, уходит в класс.

Кажется, в этот момент снежинка делает первый глубокий вдох с тех самых пор, как начался этот короткий разговор. А Вася победоносно вскидывает руки вверх.

– Кхм… А что это со Звёздной? – подаёт голос стоящий рядом Демьян.

Я небрежно пожимаю плечами:

– Не знаю… Под феном перегрелась.

Даже не глядя на лицо друга, знаю, что он вновь недоверчиво кривит губы. Или ухмыляется. Или лыбится во все тридцать два. Или ещё что-то, отражающее то, что он ни хрена мне не верит.

Зеваки расходятся, не дождавшись представления. Ведь все думали, что будет драка, учитывая характер Звёздной.

Мы с Гуряном тоже отходим подальше. Он хлопает меня по плечу и радостно сообщает:

– А у нас же экономику сегодня вместо алгебры поставили. У тебя намечается приятное соседство, Тап!

Да, я уже в курсе. И разделил бы его нелепую радость, только вот мне пока не хочется находиться так близко к снежинке. Меня всё ещё трясет от её слов, которые она повторила за этим ублюдком, своим отчимом.

– Ты идёшь? – пихает меня Гурян. – Или мы будем вечно здесь торчать?

– Да, идём.

Я всё никак не могу отклеить взгляд от снежинки. Они с Васькой тоже идут в сторону кабинета экономики. Весело о чём-то болтают, ускоряя шаг и стремительно отрываясь от нас с Гуряном. Встречают Эрика и вовлекают его в беседу. Варя смеётся над какой-то шуткой Вона, и я неосознанно улыбаюсь, услышав её заразительный смех.

Почувствовав взгляд Демьяна на своей щеке, предпочитаю больше не смотреть на снежинку. Но потом друг неожиданно восклицает:

– А этому что здесь нужно?

Мой взгляд мечется обратно к Варе. Она уже стоит возле класса… И с недоумением смотрит на подошедшего к ней парня.

Я отлично знаю, кто он такой. А вот она – нет.

Этот «бессмертный» протягивает руку, и снежинка робко её пожимает. В ответ на какую-то нелепую шутку этого ублюдка губ девушки касается улыбка.

Мои глаза застилает пеленой гнева. Кажется, я теряю связь с реальностью…

– Похоже, Нестерову приглянулась твоя девчонка, – поддевает меня Демьян, явно совершенно не задумываясь о том, что говорит.

Это становится последней каплей… Я сжимаю кулаки, хрустнув костяшками пальцев.

Все кости Нестерову пересчитаю, твою ж мать!

Дёргаюсь к нему и Варе, но Гурян оперативно хватает меня за плечи и разворачивает на сто восемьдесят градусов.

– Ты охренел?! – взрывается он. – Да тебя не просто отчислят, Тап! Тебя посадят, нахрен, даже если ты просто подумаешь о стычке с ним!

Наверное, я уже совсем в неадеквате, потому что Нестеров – мой личный раздражитель.

И он это знает.

Ублюдок специально меня провоцирует, подкатывая к Варе!

Твою мать! Прикончу урода!

– Всё, хорош, Тап. Угомонись уже! – Демьян практически волоком тащит меня подальше от класса. – Я ляпнул, не подумав. Забей ты на Нестерова!

Когда мы сворачиваем за угол, я всё-таки вырываюсь. Меня трясёт от гнева и невыплеснутой ярости. Вмазываю кулаком в стену, разбивая пальцы в кровь. Замахиваюсь снова.

Поймав меня за кисть, Демьян выплёвывает:

– Ты, похоже, врёшь самому себе! Дело ведь не в Нестерове… А в ней! Ты поплыл от неё, Тап. Признайся!.. Хотя бы самому себе!

Глава 9

Варя

– Ты ведь новенькая, да?

Этот вопрос раздаётся за моей спиной, когда я почти уже захожу в класс вслед за Василисой и Эриком. Оборачиваюсь. Передо мной стоит высокий плечистый парень. А невдалеке у окна я вижу Остапа. Я и возле класса Звёздной его видела. Похоже, приходил посмотреть, как пройдут мои разборки с ней.

– Да, новенькая, – вновь выхожу в коридор.

– Игнат, – представляется парень и протягивает руку.

Я пожимаю её и представляюсь:

– Варя.

– Да, я знаю, – улыбается парень.

У него такая добродушная улыбка, что я не могу не улыбнуться в ответ.

– Просто хотел лично с тобой познакомиться, – выражение его лица становится серьёзным. – Слышал, у тебя проблемы со Звёздной. Кажется, она разбила твой телефон, да? Я могу вмешаться, она меня послушает. И, конечно, возместит ущерб.

Вот! Есть в этой школе нормальные люди. Не то что некоторые!

Бросаю взгляд за спину Игната и вижу, что Гуреев стремительно уводит Остапа в противоположную от класса сторону. Вроде даже силой его тащит. Похоже, прогуляют экономику, а значит, мне не придётся делить с Войновым парту. Слава Богу…

– Ну так что? Мне разобраться со Звёздной? – вновь привлекает к себе внимание Игнат.

– Спасибо, но мы с ней вроде как уже договорились, – отвечаю я, посмотрев в лицо парня.

Красивое лицо, если честно. Короткий ёжик на голове, зелёные глаза, мягкая улыбка. В отличие от того же Войнова, он прилежно одет в школьную форму. Так же, как и я. Наверняка и занятия не прогуливает. И никого не вынуждает прогуливать!

– Вот чёрт! Значит, я опоздал! – наигранно сокрушается Игнат, вновь вызывая на моём лице улыбку. – Но ты всё равно в любой момент можешь на меня рассчитывать, поняла? Если кто-то из парней доставать будет… Или ещё что-то.

Желание пожаловаться Игнату на Войнова на один миг вспыхивает в голове, но потом меня тут же отпускает.

Я сама могу справиться с Остапом. У меня прекрасно получается избегать его. Возможно, в ближайшее время ещё и научусь не думать о нём…

– Да, спасибо. Обязательно обращусь. Если что… – обещаю я новому знакомому.

Звенит звонок на урок, и Игнат начинает пятиться:

– В общем, ещё увидимся, Варя. Надеюсь, в ближайшее время.

А потом он лукаво подмигивает мне, разворачивается и уходит. Я смотрю ему в спину до тех пор, пока он не сворачивает в конце коридора. После чего захожу в класс, в котором, к слову, ещё не появился учитель. И Остапа с Демьяном тоже нет.

Прохожу к первой парте. Сажусь на стул возле окна. Рюкзак пристраиваю на соседний.

– Что было нужно Нестерову? – спрашивает Василиса, незаметно подкравшись ко мне.

– Нестерову? Аа, ты про Игната? Он просто помощь мне предложил. Со Звёздной.

Брови девушки удивлённо ползут вверх, а потом сразу сходятся к переносице.

– Что не так? – спрашиваю я у Васи.

Ведь вижу, что этот Нестеров ей не нравится. Уж лучше сразу всё узнать, чтобы не получилось как с Остапом.

Чёрт, не думать!

Я всё время прошу себя не думать о нём. Нужно перестать даже просто мысленно произносить имя! Он оказался такой сволочью!

– Да просто Нестеров редко кому-то помогает, – пожимает плечами Вася. – Я думала, он тебе привет от исторички принёс.

– Почему от исторички?

Я резко краснею. Два прогула за два дня – это, конечно, уникальный для меня случай.

– А Нестеров её сын. Вот я и подумала, – небрежно бросает Вася.

Входит Лев Борисович, и ей приходится уйти за свою парту.

Учитель почти закрывает дверь, когда в класс врываются Войнов и Гуреев. Остап сразу смотрит на третью парту, где я, наверное, должна сидеть, но меня там нет. Тогда он сразу переводит глаза на первую. Наши взгляды пересекаются, и парень тут же идёт ко мне. Бесцеремонно убрав мой рюкзак, вешает его на спинку моего стула. Падает на соседний и бросает свой рюкзак на пол рядом с партой, предварительно достав тетрадь и ручку.

Всё это я вижу краем глаза, потому что намереваюсь вообще не смотреть на него.

Лев Борисович вновь заводит свою монотонную шарманку, под которую лучше спать, а не пытаться понять, включив голову. Отстранённо уставившись в окно, подпираю рукой подбородок. Но как бы я ни пыталась вести себя безмятежно и сидеть расслабленно, напряжение, которое висит между мной и Войновым, невозможно игнорировать. И его тяжёлый взгляд на моей щеке – тоже.

– Что было нужно Нестерову? – шепчет Войнов, когда Лев отходит подальше от нашего ряда.

Я делаю вид, что Остапа здесь нет, и не отвечаю.

– Он приставал? Или пригласил тебя куда-нибудь? Телефончик спрашивал? Варь, что? Что ему было нужно?

Войнов говорит громче, чем должен бы, и Лев Борисович его тут же одёргивает:

– Первое предупреждение, друг мой! После второго пойдёшь за дверь!

Остап, судя по всему, сдувается. Молчит, но раздражённо щёлкает ручкой, убирая и доставая стержень.

Когда Лев Борисович начинает ходить по рядам, продолжая свой рассказ о маркетинговом планировании, и снова отходит достаточно далеко от нашей парты, Войнов отбрасывает ручку и хватает меня за запястье. Болезненно сжав, рычит прямо в ухо:

– Ответь на чёртов вопрос!

– Какой? – я резко выдёргиваю руку и шиплю ему в лицо: – Их было слишком много!

– Войнов! – гаркает Лев Борисович. – Пошёл вон отсюда!

Пару секунд Остап продолжает испепелять меня взглядом. После чего хватает тетрадь, ручку и рюкзак и идёт на выход.

Я перевожу взгляд на учителя, а он в этот момент смотрит на меня и кивает на дверь:

– Ты тоже.

– Простите…

Пытаюсь побыстрее извиниться, но Лев Борисович резко перебивает:

– Выходи и не задерживай урок!

Я ошеломлённо вскакиваю. Вроде бы у меня не было первых предупреждений!

Но учитель смотрит на меня непреклонно. И не скрывая раздражения.

Нехотя собираю вещи с парты, засовываю в рюкзак. Повесив его на плечи, иду к двери. Меня затапливает непередаваемой злостью на Остапа. Ведь это он во всём виноват!

– Будешь покидать мой урок каждый раз, когда Войнов будет косячить, – говорит мне вдогонку Лев Борисович.

А когда я выхожу в коридор и почти закрываю дверь, слышу ещё одну реплику учителя:

– Может, хоть это научит Войнова уважать остальных людей.

Вряд ли, чёрт возьми!

***

Я шагаю по совершенно пустому коридору в поисках Остапа. Намерение высказать ему всё, что о нём думаю, буквально клокочет в горле.

А он исчез, словно специально сбежал от меня. Будто знал, что меня тоже выгонят…

Прошерстив весь этаж, спускаюсь на первый. Меня сразу замечает охранник дядя Миша и удивлённо вскидывает брови.

– Ты почему не на уроке?

– Выгнали, – отчаянно вздохнув, устало опускаюсь на лавочку возле окна. И бубню себе под нос: – Такими темпами надолго в этой школе я не задержусь…

– Войнова тоже, смотрю, выгнали, – удручённо качает головой охранник. – Вместе, что ли, накосячили?

Я пропускаю его вопрос мимо ушей и вскакиваю с лавочки.

– А куда он пошёл?

– После неудачной попытки слинять из школы рванул по лестнице наверх, – с недовольством отвечает дядя Миша.

– Ясно… – я начинаю пятиться. – Наверное, к следующему уроку пошёл готовиться… Ладно, я тоже пойду.

Охранник смотрит на меня недоверчиво. Я быстро разворачиваюсь, проношусь по коридору, а потом бегу вверх по лестнице. И внезапно совершенно точно понимаю, где Остап может быть.

Оказавшись на третьем этаже, сразу нахожу дверь той подсобки, в которую он вчера затащил меня силой. Дёрнув за ручку, распахиваю дверь и тут же встречаюсь с холодным взглядом Войнова.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.