Александр Малиновский
Приключения трех смельчаков

На маленькой и тихой речке

Бывает же такое: подружились однажды бобр Боря, тушканчик Тиша и скворушка Сережа. Да так крепко, что задумали вместе совершить путешествие в дальние страны. Они бы подружились и раньше, но долго не попадались друг другу на глаза.

Известно, что бобры живут на озерах и реках. А тушканчики обитают в поле, в степи. Выходят из своих нор только ночью. Скворцы – другое дело. Они любят жить около человека, в скворечниках. Иногда делают гнезда в дуплах деревьев, под карнизами.

Ночью скворцы спят.

Многие знают, как самоотверженно трудятся бобры. Они способны строить на речках плотины и поднимать тем самым уровень воды. Возводят целые поселки из своих хаток, которые служат им как временное убежище…

Живут они чаше всего в земляных норах. На одной маленькой и тихой речке вместе с сородичами и жил бобр Боря.

В своем доме бобры делают два этажа. Взрослые бобры и их детки живут на втором этаже. Там у них мягкая подстилка. А на первом они хранят съестные припасы. Выход из нор у бобров всегда скрыт глубоко под водой. Каждый раз, входя или выходя, они, получается, принимают водную ванну. Такие чистюли!

Казалось бы: живи и радуйся!

Но бобр Боря последнее время грустил.

«Неужто я всю свою жизнь проживу на одном месте? И не увижу ничего больше?» – задавал он себе вопрос.

Ему стало веселее, когда рядом поселились выдры. Была среди них одна – веселая придумщица Вика. Они быстро подружились. Выдра – замечательная нырялыцица. На рыбную ловлю она выходила после захода солнца и готова была ловить всю ночь. Вика угощала Борю рыбой, но он отказывался. Что это за еда? Вот сочные ивовые ветки – это совсем другое дело! Кора и листья тополя, осины и ясеня – тоже ничего!

Полюбились им забавы на песчаной горке. Горка на берегу речки была высокой и крутой. Они вместе убирали с нее всякий мусор и ветки, а потом катались.

Вика на своем гладком и плотном меху любила это делать, скатываясь по мокрому песчаному желобу с горки прямо в воду. Когда ей было весело, она хихикала, когда злилась – противно трещала. Она так порой шумно веселилась, что у него болела от этого голова.

Вскоре бобру Боре наскучила одна и та же игра. Он начал читать книжки. Из книжек Боря узнал, что люди перестали охотиться на бобров. Поэтому он теперь не боялся людей. Потом Боре захотелось совершить путешествие и написать об этом книгу.

В один счастливый день ему пришла в голову мысль сделать плот на своей маленькой речке и отправиться на нем к большой реке – Волге, а потом – к морю. А там, глядишь, добраться до Африки!

Выдра Вика его не поддержала. Ей было хорошо и на маленькой речке.

…Когда однажды бобр Боря увидел ночью тушканчика, то еще больше поверил книгам, которые читал. В одной из них было написано, что у тушканчиков голова, как у зайца, усы, как у белки, тело и передние ноги, как у мыши. Задние ноги, как у птицы и львиный хвост. Так все и было! Он сказал об этом новому знакомому и тот сразу, зауважал его за ученость.

– А еще ты очень похож на кенгуру, – сказал бобр.

В другой раз они встретились вечером.

– Расскажи мне про кенгуру, – попросил тушкан, легко прыгая вокруг бобра на своих длинных задних лапах.

– Это очень большое животное! Ты, по сравнению с ним, муха! Они такие забавные. Кенгуру рождаются с сумками на животе и носят в них своих детенышей.

– Вот бы посмотреть на тётеньку кенгуру с сумкой, – загорелся тушканчик. – Сколько интересного там, где нас нет.

Бобр глядел на резвого тушкана, и ему становилось весело. Не теряя важности, он заверил:

– Это вполне возможно!

– А как? – шевеля своим львиным хвостом с кисточкой волос, разделенных пробором, спросил тушканчик. Он сел рядом, опираясь на подошвы задних ног. Его густой и мягкий мех в лучах заходящего солнца светился песочным цветом.

– Я собираюсь плыть в Африку. Туда, откуда родом тушканчики, – ответил бобр. – Родина кенгуру – Австралия. Но, может, они живут и в Африке? Надо проверить! – Сказав так, бобр хитро улыбнулся.

– Возьми меня с собой! Я очень прошу, – взмолился тушканчик Тиша. – Здесь я все уже видел!

– Будешь помогать строить плот, – строго сказал бобр, – возьму!

Он был доволен, что заинтересовал Тишу. Ему надо было набрать команду для плавания.

Звуки, похожие то на визг маленьких котят, то на глухое хрюканье, теперь слышались со всех сторон. Потом тушканы начали скакать и стали похожи на желтые молнии. Такие они быстрые!

– Ты мне подходишь, – согласился бобр Боря. – Я – пловец и ныряльщик. Могу находиться под водой до четверти часа. А ты – быстро бегаешь по песку. Это в нашем походе пригодится.

Следующей ночью они вместе мастерили плот. Тушканчик удивлялся тому, как быстро у поваленного дерева бобр удалял сучья и ветки. После того как он перегрызал дерево на небольшие бревнышки, они дружно сталкивали их в воду.

Все это друзья делали только в ночное время и в укромном месте.

Однажды, когда они ранним утром ставили мачту посредине плота, их увидел скворушка Сережа.

Споро трудились бобер Боря и тушканчик Тиша, но с появлением нового друга дело пошло еще быстрее.

Даже во время отдыха скворушка не бывает без дел. Его карие глаза не знают уныния.

Глядя на легко порхающего скворушку, тушканчик спросил:

– Сережа! А куда скворцы улетают зимовать?

– Я не успел узнать, – произнес тот, – я в этом году только родился.

Туже затягивая крепление мачты, бобр пояснил незнайкам:

– Скворцы улетают от холода в Северную Африку. Много их останавливается в Южной Европе.

Скворушка Сережа помогал своим новым друзьям изо всех сил. Ему тоже захотелось проплыть по Волге до самого моря.

Команда подобралась для путешествия отличная. Каждому не терпелось посмотреть дальние страны. И каждому друг с другом было интересно.

Поющие ежики

Подергивая чутким нервным носом, ежик деловито шастал по прошлогодней осиновой листве вдоль воды. Наткнувшись на коряжину, спокойно стал ее обходить. Смешно семеня проворными ножками вдоль толстой лесины, принюхивался. Видимо, надеялся, что обнаружит грибы. И тут иглокожий, подняв мордочку, увидел плот с путешественниками. Они плыли, задевая свисающие с берега над водой ветки.

Это был их первый день плавания. Река была широкая и полноводная, но это не пугало смельчаков.

Заметив плывущих, ежик вмиг изменился. Надвинув колючий капюшон на голову и обнажив острые зубы, он встал в оборонительную позу.

– Какой же ты негостеприимный, – приветливо проговорил бобр Боря. Он ухватился за гибкую ивовую ветку, и плотик остановился.

– Мы тебя не тронем. Просто ты первый, кого мы встретили в своем плавании. Не бойся пас!

Ежик начал фыркать и топать ногами. Он то наступал, то откатывался к коряжине.

Когда скворушка Сережа взлетел над его головой, разгневанный ежик свернулся в неприступный комок. Так он привык себя вести при встрече с совами, барсуками, хорьками и другими постоянными своими врагами.

– Вот заберем сейчас тебя с собой на наш плот и поплывем по воле волн. Когда еще ты сможешь совершить такое путешествие! Если у тебя нет имени, будем звать тебя Митькой.

При таких словах бобра Бори тушканчик Тиша, сидя под навесом из камыша, сжался в комок. Ему сделалось очень даже неуютно. Он не хотел, чтобы ежик стал членом их команды. Все дело в том, что ежики охотятся на тушканчиков. Едят они также песчанок, ящериц, змей…

Бобр Боря наверняка знал это, но забыл. Он был осторожен и начитан, однако и доверчив не в меру. Всегда смотрел на всех через свои большущие очки добрыми глазами.

Как только скворушка Сережа залетел за коряжину, все стало понятно. Там в гнезде из травяной ветоши и старых листьев копошились маленькие ежата.

Прошло всего чуть больше двух недель со дня их рождения. На двенадцатый день у них, как положено, открылись глаза. Хотя ежата уже глядели, но были еще беспомощные и нуждались в защите.

Ежат оказалось четверо. Розовые тельца их вместо иголок были покрыты сыпью из мягких наростов. Их поросячьи мордочки, украшенные темными атласными пятачками, были прижаты друг к другу. Они, будто сговорившись, молчали.

– Такие молодцы!

– Боря, давай не будем выходить на берег, – предложил скворушка Сережа.

– Почему? – отозвался бобр, орудуя веслом. – Заберем ежа. С ним будет по ночам нескучно.

– Тут гнездо.

– Ты видишь гнездо? – спросил капитан Боря.

– Да! Оно в траве. В нем четыре маленьких ежа.

– Уважительная причина, – сказал рассудительный капитан, – возвращайся на плот. Будем отчаливать. Он солидно восседал на краю плота и был похож на огромную крепкую мышь.

«Ура! Ура!» – чуть было не крикнул тушканчик. Но сдержался. Ему не хотелось, чтобы его друзья знали, что он не переносит ежей. Все-то их любят.

Едва плотик скрылся за поворотом реки, ежик развернулся. Он высунул свою продолговатую мордочку с повеселевшими бусинками глаз и, почти как человек, облегченно вздохнул.

И тут из-за укрытия появилась ежиха. Ежик встал, и они пошли навстречу друг другу.

Сблизившись, ежи поднялись на задние лапки, передние поджали, словно бы кланяясь друг другу и, ткнувшись носом к носу… запели. Да! Да! Запели! Слышался глухой свист, рокот, ворчание…

Их верные родительские сердца радовались тому, что детки их целы и невредимы и они оба остались живы. Радовались тому, что так хороша жизнь, когда она мирная.

Вот подивились бы наши друзья, увидев и услышав поющих ежей! Но их плотик был уже далеко.

Неунывающий скворушка Сережа, прохаживаясь на мачте, сказал:

– Не было у нас в команде ежика, и этого поминай как звали.

Тушканчик не выдержал своего молчания и громко зафыркал в ответ из своего укрытия.

Видать, сильно переволновался длиннохвостый.

Большой и добрый друг

В яркий солнечный денек, когда наши путешественники весело плыли мимо огромного красивого города, в местном цирке грустил слон Никифор.

Ему давно надоело жить в неволе. Скучно стоять, как сейчас, одному в пасмурном слоновнике.

Слоны спят мало. Последнюю неделю Никифор почти совсем не спал.

Ему вспоминалось детство. Когда Никифору было не более двух лет, весил он всего около пятисот килограммов, а не три тонны как сейчас. Он жил тогда не в цирке с цепями на ногах, а на воле. Но случилась беда: в заднюю левую ногу ему попала заноза.

Охотник поймал слоненка и поместил в тесный загон из толстых и крепких бревен. Там трудно было даже пошевелиться.

Охотника звали Вернер. Он был белый. Его надо было бояться сильнее, чем чернокожих. Слоненок знал, какое у белых оружие.

Но охотник оказался добрым.

Он обработал рану спиртом. Пленник ревел от ярости и боли. Когда боль утихла, он успокоился. Охотник потом еще два раза чистил рану и делал перевязки. Теперь слоненок переносил боль стойко. Он был благодарен своему спасителю и крепко привязался к нему.

Рана зажила, и его выпустили на волю. Когда он встречался с охотником, то подбегал к нему, захватывал его руку хоботом и клал ее на то место, где была зажившая рана. Так слоненок благодарил своего спасителя.

Они стали друзьями. Да такими, что слоненок стал жить у человека. Охотник звал его Лордом.

Но снова беда: охотник скоро погиб, и Лорда продали. Его увезли из Северной Кении, и он оказался в незнакомой холодной стране. Вначале он попал в зоопарк, а потом в цирк.

И никто уже не звал его Лордом. Ему дали имя Никифор.

Люди не знали, что он Лорд, а те, кто знал, были далеко.

У слонов отличная память. Они никогда ничего не забывают. Никифор всю жизнь помнил запах своего спасителя, охотника Вернера. Если бы он был жив, слон мог бы и сейчас с закрытыми глазами узнать его среди огромной толпы людей.

В детстве ему нравились пещеры в холодных высокогорьях. Его предки, африканские слоны, жили около них более миллиона лет.

В эти пещеры приходили антилопы, обезьяны, буйволы. Им была нужна для жизни соль. В местных растениях ее очень мало, потому звери лизали или грызли стены соляных пещер.

Слонам лизать мешали бивни и хобот. Они царапали сначала стены бивнями, добывая крупные куски. Потом хоботом отправляли их в рот и неторопливо обсасывали.

Никифор помнил, как он сначала пугался, путешествуя по пещерам, пробираясь под их тяжелыми сводами. Там бродили леопарды и гиены в надежде поживиться легкой добычей.

Обычно взрослые слоны шли по коридору цепочкой, положив хобот на спину впереди идущего. Маленькие слонята шли около их ног.

Слоненку было страшно, но интересно.

«Теперь хотя бы одним глазом посмотреть, что делается в этих пещерах», – часто думал слон.

Ему хотелось, чтобы его, как в детстве, звали Лордом.

Он решил уйти из цирка. Рано утром, потихоньку открыв ворота, Никифор вышел на улицу.

Наших путешественников он повстречал случайно и вовремя для них. Друзья терпели кораблекрушение, если их плот назвать кораблем. Наскочив еще вечером на старые деревянные сваи и большую корягу недалеко от берега, они застряли.

Смельчаки пытались всю ночь до самого утра выбраться из плена, но без результата. Им помог это сделать сильный Никифор. Он легко выдернул поочередно из песка хоботом две сваи вместе с коряжиной и освободил плот. Толстые темные бревна положил на бережок.

Все его движения были последовательны и неторопливы.

– Ты замечательный друг! Спасибо тебе, – сказал за всех бобр Боря. – Как тебя зовут?

Слон заурчал в ответ:

– Зовите меня Лордом.

Дружная тройка стала перебирать и сушить снаряжение, а слон шумно купался в реке, поливая себе воду на спину из хобота.

Когда все было готово к отплытию, он легонько оттолкнул плот от берега.

И тут слон увидел плывущие по воде красные яблоки.

Его маленькие глазки весело засветились. Он хоботом подхватил самое крупное и протянул его капитану Боре. У слона было преотличное настроение. Он тихо мурлыкал.

Бобр взял яблоко. Улыбаясь, сказал:

– Как жаль, что мы расстаемся. Нам надо плыть!

– И мне надо торопиться, – сказал Лорд.

– А куда ты спешишь? – поинтересовался тушканчик Тиша, ковыляя на задних ногах по бревну.

– В Африку, – деловито отозвался слон.

– И мы туда же! – воскликнул скворушка Сережа, – нам по пути!

Слон задумчиво стоял на мокром песке у воды. Он так любил, когда рядом друзья. Но как сделать большущий плот, чтобы он выдержал и его?!

…Слон уже поднялся на крутой песчаный берег, когда услышал голоса уплывающих друзей:

– До встречи в Африке!

Он повернулся, посмотрел на серебряную реку, уносившую дружную команду и помахал головой. Потом повторил, как эхо:

– До встречи в Африке!

Многоголосая гостья

Скворушка Сережа общительный и веселый. Но это еще не все. У Сережи особый талант.

Только в кустах на берегу подаст голос птичка зоряночка, наш Сережа тут же ее голосом отзовется: «Тик, Ти-иик!». Выдаст колена зеленушка или коноплянка, тут же скворушка запоет их голосами.

А захочет Сережа и кошкой замяукает. Может человеческим голосом заговорить. Его бабушка умеет песенку петь совсем как человек. Она и научила Сережу такому мастерству.

Скворцов трудно увидеть в плохом настроении. Кажется, это им незнакомо. Они всегда готовы попеть, шевеля забавно крыльями и хвостом. Правду сказать, песня скворца порой похожа на простую болтовню, но ее приятно слушать – она радостная. Тушканчик Тиша любит песни своего друга.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.