Татьяна Хренникова
Она из вод Байкала вышла

Глава 1. В смятении

Молодой человек шел быстрым шагом по песчаному берегу по направлению к хостелу.

– Какой сегодня день? Вторник? Среда? Спасибо, что хоть имя свое не забыл! Как можно было до такого докататься… – бормотал себе под нос Михаил.

С волос и одежды мелкими струями стекала вода. Кроссовки с каждым шагом издавали хлюпающий звук, после чего в разные стороны разлетались брызги. Под ногами пробуксовывал песок, местами смешанный с галькой, что делало шаги неустойчивыми и сбивчивыми.

– Эээ, можно поаккуратнее? – крикнул раздосадованный старик, который сидел на берегу, когда Михаил, проходя мимо, едва не споткнулся о лежащую удочку.

Старик уже собирался домой после рыбалки, складывал в сумку свои вещи и улов.

– Простите… – пробормотал молодой человек, продолжая идти и не поворачивая голову в сторону старика.

– Парень, ты явно не в себе! Странный какой-то… – проговорил старик, провожая Михаила прищуренным взглядом.

– Еще бы… – тихо пробурчал молодой человек, продолжая свой путь. – Не каждый день такое встретишь…

Михаил взялся за перила деревянной лестницы, которая, опираясь на бетонные блоки, соединяла пляж с асфальтированной дорогой, поднялся на тротуар.

Томный вечер окутал все вокруг. Единичные и чередующиеся фонарные столбы сопровождали только участок асфальтированной трассы. Грунтовые проселочные дороги не были освещены, от чего казалось, что стоит свернуть с трассы, и ты провалишься в неизведанную и непредсказуемую тьму.

Где-то вдали раздавался пронзительный вой дворовых псов, которые, будто волки, устраивали перекличку между собой, сообщая друг другу что-то важное на своем собачьем языке.

– Надо ж было так… – продолжал вести внутренний диалог молодой человек.

Михаил перешел асфальтированную трассу и, не найдя грунтовой дороге, по которой пришел на пляж ранее, свернул на витиеватую тропу.

Молодой человек вспомнил, что дорога к хостелу была шире, но желания метаться в ее поисках по темноте не было.

Где-то поблизости слышалось приглушенное журчание ручейка. Вскоре тропа закончилась, и Михаил вышел к неглубокой речушке с тихим течением. Он хотел ее перепрыгнуть, но речушка была широкой, и в темноте можно было оступиться, подвернув ногу, поскольку противоположный берег был едва виден. Молодой человек наклонился, чтобы снять обувь, но тут же вспомнил, что его кроссовкам, мокрым после заплыва в озере, уже ничего не страшно. Он наступил обеими ногами в воду и почувствовал, как в кроссовки начала сочиться леденящая вода.

– Брр, – вздрогнул Михаил, ощутив мурашки в теле.

Он перешел через ручей, вышел на грунтовую дорогу и продолжил путь в сторону хостела. Михаил периодически поднимал голову и смотрел по сторонам, чтобы убедиться, что он идет в правильном направлении.

Хостел находился в полутора километрах от берега озера среди деревянных и кирпичных домиков разной этажности. Какие-то домики выглядели старыми и заброшенными. Это выдавали забитые ставни или покосившиеся окна с непроглядной тьмой или пустотой внутри, поросшие бурьяном огороды. Некоторые дома были похожи на особняки где-то в дорогом районе Московской области. Деревянные или из пеноблоков – и первые, и вторые выглядели по-своему изящно и дорого. Панорамные окна, стальные ограды с коваными извивающимися прутьями и основанием из кирпича, нависающие над верандами балконы со стоящими на них плетеными шезлонгами и столиками, на которые можно поставить коктейль, чтобы лежа потягивать его в теплый летный день.

В сочных раскидистых зеленых кустах периодически раздавалось шуршание. Михаил прислушивался, чтобы убедиться, не таится ли там опасность, поскольку юмором про медведей, которые ходят по улицам в Сибири, испещрен весь Интернет, но из-за кустов всего лишь выбегала очередная собака в ошейнике, которая, устав сидеть на цепи во дворе, смогла вырваться на улицу. Одиноко бегающие собаки и медленно расхаживающие кошки не были редкостью для этих мест, как и гости для них, поскольку, делая свои кошачьи и собачьи дела, они даже не обращали внимания на проходящих мимо людей и не воспринимали их как угрозу.

Темнота с каждой минутой все больше и больше обволакивала окружающее пространство. Фигуры и строения сливались с ней настолько, что разглядеть их без фонарика практически не представлялось возможным.

Михаил достал смартфон и открыл навигатор, чтобы понять, как далеко еще идти до хостела.

– Черт! Хостел ниже и левее. Что ж, придется обогнуть впереди стоящие здания, сделав лишний круг, – сказал Михаил

Молодой человек включил на смартфоне фонарь и прошел более ста метров, прежде чем увидел сливающееся с густой кроной дерева, но знакомое очертание крыши хостела. Из окон третьего этажа, где располагалась кухня и комната отдыха, лился теплый счет, но людей не было видно.

Вокруг трехэтажного деревянного строения росли деревья и кустарники. Перед входом в хостел была бетонная площадка, которую освещал одинокий фонарь над металлической дверью. Слева располагалась бревенчатая баня и навес с зоной для отдыха, где в теплые летние деньки можно было приготовить шашлык.

Молодой человек подошел к двери, дернул ее за ручку на себя и вошел внутрь. По глухой тишине казалось, что либо все постояльцы уже спят, либо он в хостеле один.

В прихожей слева от входа располагалось бытовое помещение, на двери которого весела предупредительная табличка, что вход разрешен только персоналу. Подле стены в пластиковых поддонах стояла обувь проживающих в хостеле гостей, пришедших с прогулки по прибайкальской территории, стул, а в конце – тумбочка с резиновыми тапочками.

Справа в прихожей была деревянная лестница, ведущая на верхние этажи, под которой стояла вешалка, где можно было повесить свою верхнюю одежду, чтобы не нести ее в номер, если она вымокла от дождя.

Михаил сел на стул, с трудом развязал мокрые шнурки своих кроссовок и надел на ноги резиновые тапочки. На руках остался мокрый песок. Отряхнув ладонь об ладонь, молодой человек встал и направился вверх по деревянной лестнице, содрогающейся от его увесистых шагов. Его номер располагался на втором этаже по коридору с правой стороны. Молодой человек вставил ключ в замочную скважину, открыл дверь, вошел внутрь и включил свет. Справа от входа стояла большая кровать и прикроватная тумбочка. Слева на стене висела большая полка и вешалка для одежды. Мебель была сделана из отесанной вручную и местами обожженной древесины, что придавало особый колорит интерьеру. Стены номера были обшиты вагонкой и покрыты лаком, а пол выполнен из толстых деревянных досок. Слева, чуть дальше от входа, у окна, в отдельном маленьком помещении с дверью располагался унитаз с раковиной. Душ был один на этаже и предназначался для всех проживающих в хостеле.

Михаил положил рюкзак в угол справа от входа, затем, приоткрыв створку пластикового окна для проветривания, взял полотенце, вышел из номера и направился в душевую.

С улицы донеслись звуки неожиданно начавшегося дождя, который начал мелкими каплями барабанить по водоотливу.

Централизованное водоснабжение в хостеле отсутствовало, но в душе лилась холодная и горячая вода. Холодная вода поступала их скважины, горячая же образовалась в результате ее нагрева бойлером.

Встав в резиновых тапочках в душевой поддон, молодой человек повернул оба крана. Теплая вода полилась на голову, обволакивая плотное, но немускулистое тело. Михаил запрокинул голову и провел ладонями по лицу в сторону волос. Смыв усталость, он ступил на коврик, лежавший рядом, и не спеша вытер тело.

Поскольку время близилось к полуночи, и никого из проживающих в хостеле постояльцев уже не было ни видно, ни слышно, молодой человек решил не одеваться, а просто обернуть бедра полотенцем. Он поправил мокрые волосы, взял в руки сырую одежду и вышел из душевой.

– Какие мужчины здесь ходят… – донесся хихикающий пожилой женский голос откуда-то с первого этажа.

Михаил повернул голову в сторону лестницы и увидел на уровне с полом второго этажа наполовину выглядывающую женщину лет шестидесяти с коротко стриженными седоватыми волосами и пухлым телом, скрываемым под свободными зелеными бриджами и черной футболкой.

– Простите, я думал, что все уже спят, – сказал Михаил.

– Да ладно уж вам, не смущайтесь, порадовали, – усмехнулась женщина. – Я просто не привыкла спать под звуки дождя, поэтому проснулась и решила отправиться на третий этаж, почитать книжку, сидя в подвесном кресле.

– Что ж, бывает, – ответил Михаил.

– А вы, судя по всему, где-то гуляли. Не страшно по темноте одному? – поинтересовалась женщина.

– А чего бояться? – спросил молодой человек.

– Мало ли. Утащит вас на дно озера какая-нибудь ундина, – ответила женщина.

Усмехнувшись, Михаил немного помолчал, думая, стоит ли продолжать странный диалог, после чего все-таки решил задать женщине вопрос:

– Почему вы так решили?

Женщина улыбнулась и сказала:

– Мало ли. Я просто иногда люблю почитать ужастики на досуге, да и суеверная очень. Вы бывали здесь раньше? Слышали легенды о Байкале?

– И не бывал, и не слышал, – ответил молодой человек. – А они есть?

– Конечно же! – воскликнула женщина, затем продолжила. – Вот почитайте на досуге, непременно узнаете что-то интересное! Местные рыбаки то и дело рассказывают всякие необычные истории про то, как встречают у озера людей-призраков или видят подплывающие корабли, которые потом растворяются вместе с туманом.

– Хм. Даже так… – задумчиво пробормотал Михаил, почесывая подбородок.

– Заговорилась я с вами, а ведь на очереди одна книжка, которую я заприметила еще вчера. Я, пожалуй, пойду, – сказала женщина и направилась вверх по лестнице. Поднявшись на третий этаж, она остановилась, облокотилась на перила, немного помолчала, услышав, что Михаил еще рядом с лестницей, добавила. – А вы, все-таки, не искушайте ундин, не ходите вечерами такой красивый в одиночку к берегу.

Михаил услышал фразу, но решил не продолжать странный разговор. Он открыл дверь номера и зашел внутрь.

– Ну и денек… Было бы не лишним поспать, – сказал молодой человек и навзничь с высоты своего роста плюхнулся на кровать.

Глава 2. Несколькими часами ранее

Михаил осмотрел номер хостела и, выложив лишние вещи из рюкзака, надел его на плечо, затем вышел, чтобы пройтись до берега озера.

Солнце почти опустилось за горизонт. Раскинувшиеся лучи из последних сил цеплялись за горы и водную гладь, не желая покидать сегодняшний вечер. Золотистая дорожка, делящая озеро на две половины, постепенно уходила вдаль и растворялась в бархатистых волнах, зовя отправиться по ней до порта Байкал.

– Нужно было переодеться, – подумал Михаил. – Деловой костюм с рубашкой и кроссовками сразу выдают приезжего.

Молодой человек уселся на сухое бревно, прибившееся откуда-то к берегу. Вдыхая свежий байкальский воздух, он медленно водил взглядом по всему, что его окружало. От воды веяло тонкой прохладой, разбавленной слоями теплого воздуха, нагретого дневными янтарными лучами солнца.

Отдыхающие постепенно собирали свои вещи и уходили с пляжа. Местные рыбаки пересчитывали улов и сматывали удочки.

– Мама, мама, я нашла еще одно стеклышко, – прокричала маленькая девочка лет шести, быстро переступая ножками в попытках догнать мать, идущую впереди с мусорным пакетом.

На руках у девочки были рабочие перчатки, которые в несколько раз превосходили по размеру ее маленькую детскую ручку. Она несла стеклышко так торжественно и трепетно, будто боялась ненароком обронить его.

– Умница! Только не поранься, дорогая! – остановившись, сказала мама и раскрыла перед девочкой мусорный пакет.

Девочка бросила стеклышко в пакет и отправилась вдоль берега на новые поиски.

Постепенно мама с дочкой исчезли из виду. Берег опустел. Только один рыбак не спеша копошился с уловом вдали.

Волнение и трепет, вызванные ощущением свободы, невесомости, единения с природой, не давали надышаться, в то время как молодому человеку с каждым вздохом хотелось все больше и больше вдохнуть свежего воздуха. Он перебирал глазами гладкие волны и наслаждался мелодичным шуршанием воды о песчано-гравийный берег. Неподалеку парила чайка, которая периодически бросалась камнем вниз и пронзала водную гладь, чтобы добыть рыбу.

Молодой человек сидел и не понимал, как он раньше жил без этого там, в Москве, в однокомнатной квартире на тридцати квадратных метрах, куда он приходил после продолжительного рабочего дня лишь переночевать. Дорога до работы и обратно занимала совокупно четыре часа. Времени, чтобы остановиться и взглянуть пусть даже в серое московское небо, почти не было, поскольку Михаил находился в постоянном круговороте событий. Он даже забыл, что значит чувствовать, испытывать эмоции.

Незадолго до отъезда Михаил поймал себя на мысли, что настоящая жизнь проходит мимо него и все, чего он смог достичь за последние десять лет – материальные ценности в виде квартиры около Московской кольцевой автомобильной дороги, автомобиля среднего класса и гардероба, состоящего из одежды известных брендов – не делало его счастливым. А ведь не имея всего этого, он думал, что, получив, будет самым счастливым человеком. Должность руководителя коммерческого отдела в крупной компании с подчиненными в количестве пятидесяти человек, к которой он шел восемь лет, словно карабкаясь по отвесным скалам, принесла ему только кратковременную радость и позволила удовлетворить амбиции. Михаила стало сильно беспокоить, что к своим тридцати пяти годам все его цели, казавшиеся ранее значимыми, стали пустыми и бессмысленными. И лишь сейчас, находясь на берегу озера и смакуя каждое мгновение, он стал осознавать, что настоящее счастье вовсе не в материальных ценностях, а в духовных, которые имеют глубинный смысл, но настолько просты и доступны, что можно дотянуться до них протянув руку. Там, будучи в постоянной гонке, он осознать этого не мог, как и причины того, почему, несмотря на достаток, молодой человек ощущал душевную пустоту, сопровождаемую ощущением, которое могло бы возникнуть, услышь он мерзкий скрежет ржавеющих шестеренок вот-вот готового сломаться механизма.

– Плюх, – раздался неожиданно звук со стороны озера.

Михаил встрепенулся, вгляделся в водную гладь, но никого не увидел.

– Показалось, – пробормотал он, затем привстал и, отряхнувшись, начал натягивать мастерку.

Молодой человек осмотрел место, где сидел, чтобы убедиться, что ничего не забыто, и едва повернулся, чтобы уйти, как снова со стороны озера раздались звуки, сопровождаемые взметнувшимися над водой брызгами:

– Плюх! Плюх! Плюх!

Резко обернувшись, он прищурился и увидел образ человека, который подпрыгивал в воде, стоя на глубине, и подбрасывал руками воду, подобно утопающему, зовущему на помощь.

– Вам помочь? – крикнул Михаил.

Ответа не последовало.

– Плюх! Плюх! Плюх! – звук повторился.

Недолго думая, молодой человек бросился в воду в одежде. В кроссовки хлынула ледяная вода.

– Черт! Новые Nike… – с негодованием пробормотал он.

Снимать намокшую одежду и кроссовки было бессмысленно, поэтому Михаил набрал в легкие воздух и бросился вплавь. Молодой человек интенсивно рассекал воду руками, приближаясь к утопающему. Вскоре по образу стало понятно, что это женщина. Она продолжала бултыхаться в воде, не произнося ни слова, а потом исчезла.

Подплыв к предполагаемому месту, Михаил остановился, и, держась на воде, стал осматриваться вокруг. Поблизости никого не было.

– Неужели утонула… – раздосадовано подумал он и уже хотел опуститься под воду, чтобы осмотреться там, как прямо перед ним вынырнула женщина.

Она ничего не сказала, а только уставилась на него пристальным взглядом. Михаил тоже смотрел на нее. Повисла тишина. Они смотрели друг на друга около одной минуты, по истечении которой он наконец-то прервал молчание и спросил:

– В чем дело? Я думал, вы тонете. Вам помочь?

Женщина улыбнулась сияющей улыбкой, хихикнула, подпрыгнула в воде, и тут Михаил обомлел: из воды показался хвост, которым она ударила по глади, после чего нырнула вглубь.

– Не может быть! – воскликнул молодой человек и поплыл прочь к берегу.

Михаил был настолько ошарашен тем, что произошло в воде, что не мог прийти в себя. Мозг отказывался верить в то, что это реальность, но еще больше Михаила пугала мысль о том, что он сходит с ума. Ущипнув себя за руку, он почувствовал боль, но это не заставило его поверить в правдивость происходящего. Поплыв несколько метров, он вышел на берег. Михаил неохотно обернулся назад, чтобы убедиться в том, что произошедшее – не более чем галлюцинация. Все повторилось, как и вблизи. Существо, бывшее наполовину в облике женщины, подпрыгнуло, взмахнуло плавником и ушло под воду.

Молодой человек вышел из воды, подошел к бревну, взял свой походный маленький рюкзак и пошел прочь от злосчастного места.

Глава 3. Перед отъездом из Москвы

Решение об отъезде в незапланированный отпуск на Байкал Михаил принял не раздумывая. Подобно звуку старого кассового аппарата, в его голове неожиданно пронеслась мысль о поездке и маршруте следования.

Михаил сидел во главе дубового стола за ноутбуком. Стол был такой длинный и массивный, что сразу бросался в глаза всякому входящему. Вокруг стола стояли шесть кресел, обтянутых черной кожей. Слева от входа около стены стояла вешалка для верхней одежды и длинный шкаф цвета венге; справа – небольшой черный кожаный диван с журнальным столиком рядом.

Просторный офис с панорамными окнами располагался на тридцатом этаже в одном из зданий делового центра «Москва-Сити». Компания занимала половину этажа. У каждого руководителя и каждого отдела был свой кабинет. В пасмурную погоду казалось, что кабинет Михаила парит в облаках и можно с легкостью ступить ногой на одно из них.

– Михаил Евгеньевич, – раздался голос из приоткрывшейся двери кабинета, сопровождавшийся настойчивым стуком. – Разрешите?

– Да, Марина, заходите, – пригласил Михаил.

Девушка на вид лет тридцати в ботильонах на шпильках плавно и грациозно, как каравелла, вплыла в кабинет с подносом, на котором была чашка кофе с блюдцем, пара сахарных кубиков и стопка писем.

– Вы же знаете, что я люблю делать кофе сам, – проговорил Михаил, протягивая руки к блюдцу. – Спасибо.

Девушка выложила письма, положив поднос на край стола.

– Мне просто захотелось поухаживать за тобой, – ответила девушка, наклонившись слегка вперед над столом со слегка разомкнутыми губами, внимательно всматриваясь в его глаза.

Классическая юбка-карандаш до колен плавно облегала ее бедра. Атласная белая блуза подчеркивала грудь и делала строгий образ более чувственным. Волосы, окрашенные в блонд, были собраны в объемный пучок на затылке. Из-за левого уха свободно выбивалась прядь, которую девушка то и дело заправляла обратно. Шею украшала изящная золотая подвеска, инкрустированная фианитами, которая выделялась на бледной коже. На губах приглушенно поблескивала алая помада.

– «Пустое «вы» сердечным «ты» она, обмолвясь, заменила…» – процитировал молодой человек слова Пушкина, не отводя взгляда от экрана ноутбука.

Девушка хитро прищурила глаза и растянула губы в кокетливой улыбке:

– Да ты поэт!

– Не я, а Пушкин, – ответил Михаил.

– Да какая разница! – ответила Марина.

Девушку рассердили лишние разговоры, и она едва еще сильнее наклонилась над столом к сохраняющему непоколебимое спокойствие молодому человеку, чтобы попытаться его поцеловать, как раздался стук в дверь.

Михаил рассердился и отодвинул девушку от себя рукой:

– Марина, это лишнее. Я просил тебя так не делать. Пожалуйста, поправься и отойди немного подальше.

Закатив глаза, девушка поправила воротник блузки и отошла к окну.

– Войдите, – сказал молодой человек.

Дверь открылась, в кабинет вошла другая девушка. На вид ей было лет тридцать пять. Каштановые волосы обрамляли тонкие плечи. На девушке было серое клетчатое платье из костюмной ткани чуть ниже колен с черным кожаным поясом на талии и закрытые кожаные черные туфли на невысоком каблуке с аккуратно завязанными шнурками.

Девушка зашла в кабинет и, увидев Марину, растерялась:

– Простите, я не вовремя.

– Позже зайду! – резко кинула фразу Марина, закатив глаза, затем громко выдохнула ртом, показывая недовольство, взяла небрежно поднос и демонстративно направилась к выходу.

– Ничего страшного. Вы что-то хотели? – спросил Михаил вошедшую в кабинет Яну.

– Да, Михаил Евгеньевич, я не могу дозвониться до Николая Петровича. Приехала делегация наших партнеров из Турции. Возмущены срывом срока поставки товара по контракту с нашей стороны. Пока я их размещала в зале переговоров и наливала кофе, Николай Петрович так спешно покинул свой кабинет, что я только успела окрикнуть его, но он махнул рукой, чтобы я не создавала шум, и ушел. Телефон его не отвечает. Я не могу их долго держать, обнадеживая, что вот-вот кто-то придет, ведь мы же понимаем, что он не вернется уже сегодня… – с тревогой в голосе проговорила девушка.

Николай Петрович был генеральным директором компании и собственником в одном лице. Получив активы в наследство от почившего отца, он не особо стремился к управлению. Все, что позволяло бизнесу держаться на плаву – это надежные сотрудники, которые работали еще с момента его основания, дорожили памятью покойного и компанией как своим рабочим местом. Когда возникали какие—либо проблемы, Николай Петрович стремился незамедлительно удалиться.

Яна работала в компании менеджером по проектам уже третий год, и всякий раз подобные неожиданные приезды делегаций партнеров заканчивались тем, что Николай Петрович внезапно растворялся. Девушке приходилось выкручиваться из сложившихся обстоятельств на ходу. Повторяясь вновь и вновь, такая ситуация была для нее большим стрессом, и Яна каждый раз зарекалась себе, что это последняя капля терпения.

– Как всегда. Ничего не меняется, – сказал Михаил, пожимая плечами и разводя руки в стороны.

Яна всплеснула руками от негодования и возмущения:

– А мне что делать?

– Что и обычно. Улыбаться и кивать головой, – сказал молодой человек, затем встал из-за рабочего стола, поправил галстук и направился к выходу из своего кабинета, жестом руки пригласив девушку идти следом.

На серо-черном мраморном полу вытянутого коридора лежал узорчатый ковролин в серых оттенках. Стены были наполовину отдекорированы мрамором, наполовину – объемной штукатуркой и размещали на себе фотографии с сотрудниками компании, демонстрируя знаковые события.

Михаил шел уверенным шагом в конец коридора, где располагался зал для переговоров. Яна шла за ним, держась на расстоянии, чтобы он вошел первый, и ей удалось избежать нападок от ожидающих длительное время делегатов. Из помещения доносились оживленные фразы на английском и турецком языках.

– Здравствуйте! А где Николай? Мы уже битый час ждем! – возмущенно воскликнул на русском языке один из присутствующих делегатов, а затем продолжил. – Мы пятнадцать лет проработали до него с Петром, но с таким пренебрежительным отношением не сталкивались!

– Добрый день! Меня зовут Михаил. Я являюсь руководителем коммерческого отдела. Понимаю все неудобство сложившейся ситуации. Приношу глубокие извинения, но у него внезапно возникла проблема… – попытался успокоить гостя Михаил, на ходу подбирая слова, чтобы придумать оправдание.

– Да знаю я, какие у него проблемы! – воскликнул другой делегат, махнув рукой, и отвернул голову.

Михаил начал подбирать слова, чтобы основания отсутствия Николая Петровича казались более убедительными и вызвали душевный отклик. Чем ему не нравилась работа, так тем, что вопреки его внутренним убеждениям и ценностям, ему приходилось часто и много врать, чтобы прикрывать попустительское отношение начальника к партнерам. Но поскольку, работая в этой компании, он получал множество плюсов и преференций, ради этого приходилось договариваться со своими внутренними убеждениями и делать так, как того требует руководство.

– Возможно, у Николая Петровича не было повода поделиться с вами информацией, но с недавних пор в качестве одного из направлений бизнеса мы стали развивать девелопмент. Сегодня утром позвонил прораб и сообщил, что произошло обрушение части здания из-за прошедших недавно ливней, основательно подмывших фундамент, который мы залили и без того на покатом участке, – проговорил Михаил, опустив глаза в пол, а потом добавил. – Нужно в срочном порядке оценить ущерб и убедиться, что нет жертв.

Делегаты молчаливо переглянулись. Драматизм ситуации настолько зашкаливал, что добавить, как и противопоставить, больше было нечего.

– Что ж, хорошо. У нас есть кое-какие дела в Москве. Мы вернемся сюда завтра в четыре часа дня, – сказал один из делегатов, который был, очевидно, самым главным, так как первое и последнее слово оставалось за ним, а остальные молчаливо согласились.

Шесть делегатов встали из-за стола, по очереди пожали руку Михаилу и покинули зал. Яна простояла в углу, прикрываясь прижатой к груди папкой и пытаясь в течение всего разговора не привлекать к себе внимание.

– Что теперь будем делать, Михаил Евгеньевич? – спросила девушка.

– Я – ничего, а у вас есть время, чтобы до завтрашнего дня все-таки дозвониться до Николая Петровича и убедить его в необходимости присутствия на встрече, – ответил Михаил, затем, немного помедлив, продолжил. – Знаете, все-таки это его ответственность. Неправильно, что нам приходится все время лгать в его оправдание. Если завтра он поступит так же, как сегодня, я в этом не участвую.

Михаил закончил речь, вышел из зала переговорной и направился по коридору в свой кабинет. Время близилось к шести часам. Молодой человек закрыл ноутбук, встал из-за стола, и, взяв из шкафа свою кожаную коричневую сумку, направился к входу из кабинета. Повернув ключ в замке, он дернул ручку двери на себя, чтобы убедиться, что она закрыта, после чего проследовал по коридору к лифту.

После минутного ожидания перед Михаилом открылись двери чистого, современного и просторного лифта. Зайдя внутрь, он едва протянул руку, чтобы нажать кнопку первого этажа, как услышал глухой топот каблуков по ковролину и женский крик:

– Михаил Евгеньевич!

Предотвратив вручную закрытие дверей, Михаил выглянул из лифта и увидел подбегающую к дверям Марину. Девушка задула выбившуюся белокурую прядь назад и с сумкой на плече, держа в руках несколько папок, заскочила внутрь.

Девушка оперлась спиной на стену лифта и уставилась на Михаила, закусив губу:

– Едва успела!

– Ты куда-то торопишься? – спросил молодой человек.

– За тобой! – ответила девушка, сделав серьезное выражение лица, затем продолжила настойчивым голосом. – Может быть, заскочим куда-нибудь и выпьем по чашке кофе?

Михаил посмотрел на часы, немного задумался, а затем принял предложение:

– Почему бы и нет.

– Отлично! – ответила девушка с кокетливой улыбкой победителя. – Давай в Мисси? Тут не далеко.

– Хорошо, – сказал молодой человек.

Погода была не холодная и не жаркая. Из-за плотных облаков настойчиво, но тщетно пытались пробиться лучи весеннего солнца. Михаил и Марина вышли из здания, повернули налево, затем проследовали прямо по направлению к кофейне.

Кофейня была отдекорирована в английском стиле. У входа стояла красивая медная лавка с извилистой кованой спинкой и деревянным сидением. На окнах снаружи красовались деревянные ящички с нежными фиалками розового и темно-фиолетового цветов.

Марина вошла в кофейню первая, Михаил проследовал за ней.

Девушка-администратор встретила гостей у входа и проводила до столика, выполненного из массива дерева, рядом с которым стояли два резных деревянных стула с красными подушками, окаймленными золотой тесьмой.

Девушка приподняла подушку повыше к спинке стула и уселась. Положив папки на край стола, она повесила сумку на спинку стула и принялась внимательно изучать меню. Несколько минут спустя к их столику подошел официант. Молодой кареглазый человек с черными, как смоль, кудрявыми волосами, был одет в белую однотонную футболку с синими джинсами и серым фартуком поверх одежды. Официант, улыбаясь широкой улыбкой, поинтересовался, готовы ли посетители сделать заказ.

– Мне, пожалуйста, капучино, круассан с шоколадом и цезарь, – сказала девушка требовательным голосом, оторвав глаза от меню и устремив пристальный взгляд на официанта.

– Вам с курицей или креветками? Соус классический или будут какие-то пожелания? – задал уточняющий вопрос молодой человек.

– Кончено же, с креветками и классическим соусом! – с ноткой возмущения в голосе ответила девушка.

– Хорошо, принято, а вам? – обратился официант к молодому человеку.

Михаил отложил меню в сторону и ответил официанту без особого энтузиазма:

– Мне, пожалуй, экспрессо.

– Принято. Ваш заказ: капучино, круассан с шоколадом, цезарь с креветками, экспрессо. Может быть, что-то еще? – спросил официант.

– Нет, спасибо, – ответил Михаил, и официант ушел.

Михаил достал из кожаного портфеля свой смартфон и провел несколько раз пальцами по экрану. Увидев десяток сообщений, который пришел за небольшое время, молодой человек испытал чувство отвращения и отложил гаджет в сторону.

– Что-то случилось? – настороженно спросила девушка, пытаясь продемонстрировать заинтересованность. – У тебя такое выражение лица, что тебя вот-вот вырвет.

– Правда? – спросил Михаил, застигнутый врасплох. – Тебе показалось. Наверно, я просто устал. Снова пришлось сегодня вытаскивать шефа из сложившейся неприятной ситуации.

– Я в курсе, – равнодушно ответила девушка, оглядываясь по сторонам в поиске официанта.

Завидев администратора, Марина махнула рукой и крикнула важным голосом:

– Будьте любезны, как долго мне еще ждать мой цезарь с креветками?

– Время приготовления обычно занимает десять минут. Прошло всего пять. Ваш заказ будет готов в течение оставшихся пяти, – спокойно объяснила девушка-администратор.

– Мне кажется, что прошла целая вечность! – сказала Марина, всплеснув руками.

– Пожалуйста, ожидайте, – сказала администратор, улыбнувшись вежливой улыбкой, и направилась встречать других гостей.

Пять минут спустя появился официант с подносом, на котором был заказ. Аккуратно выложив все на стол, он пожелал гостям приятного аппетита и отправился забирать с других столиков грязную посуду. Девушка взяла вилку и избирательно начала ковыряться ей в салате.

Девушка откусила половину креветки и искривилась в гримасе, сморщив нос:

– Такое чувство, что креветки будто сырые…

Михаил усмехнулся, смотря на Марину, лениво двигающую челюстями, будто под пытками:

– Ты же сама предложила сюда зайти. Приятная атмосфера. Я бы не сказал, что твой салат выглядит отвратительно.

Взяв из подставки чистую вилку, он зацепил из блюдца Марины креветку с листом салата и положил ее в рот, желая убедиться в степени ее отвратности:

– Вполне сносно, – сказал молодой человек, прожевав еду.

Марина не ожидала, что он попробует ее салат, поэтому, посмотрев некоторое время с вытаращенными глазами, она ответила:

– На вкус и цвет, как говорится. Стираешь границы?

– Кто и есть мастер по стиранию границ, так это ты. Куда мне до твоего мастерства, – усмехнулся молодой человек и взял чашку с кофе. – Крепковато.

Михаил поставил кружку на стол и потянулся за пакетиком с сахаром. Высыпав сахар в кружку, он перемешал все и пригубил снова.

Разговор не клеился. Михаил не знал, какие общие темы можно было придумать, чтобы не сидеть в молчании, да и не испытывал желания их придумывать, а Марина, опустошив тарелку салата, принялась смаковать круассан и кофе, отдавшись полностью процессу.

Закончив трапезу, девушка вытерла салфеткой губы и потянулась за сумкой, чтобы достать помаду и поправить макияж.

– Ты все? – спросил Михаил.

– Да, вот только губы подкрашу, – еле внятно ответила девушка, смотря с приоткрытым ртом в миниатюрное зеркальце и проводя алой помадой по губам.

– Рассчитайте нас, пожалуйста, – сказал Михаил официанту, убирающему посуду с соседнего столика.

– Вас рассчитать вместе или по отдельности? – спросил подошедший молодой человек с терминалом для оплаты в руках.

– Как вы думаете, такие девушки, как я, должны платить за себя? – спросила Марина официанта, отрываясь от зеркала.

Официант растерялся. На его лице проступил едва заметный румянец. Он не знал, как правильно ответить, чтобы не обидеть гостью, ведущую диалог в неформальном и агрессивном тоне.

– Рассчитайте вместе, – сказал Михаил, пытаясь разрядить обстановку.

– Хорошо. Ваш чек, пожалуйста. Приятного вечера, – сказал официант, положил чек на столик и отошел.

Девушка взяла свои папки, лежавшие на краю столика, и сумку, висящую на спинке стула, встала и направилась к выходу пружинистой походкой. Михаил проследовал за ней.

– Может ко мне? – спросила Марина, резко остановившись у выхода и уставившись на Михаила, преградив ему путь.

Натужно хихикнув, молодой человек предложил девушке выйти из кофейни, после чего ответил:

– Я думаю, что и так достаточно событий. Мне нужно побыть одному.

– Как знаешь, – ответила девушка, затем развернулась и, не попрощавшись, пошла прочь.

– Марина, – крикнул ей вслед Михаил, но девушка не обернулась.

Он сделал глубокий вдох и направился к офисному зданию, чтобы спуститься на парковку за своим автомобилем. Молодой человек сел в свой новенький Nissan, включил зажигание и поехал домой. По дороге Михаил заехал в гастроном около дома, купил готовый салат и тройку куриных крылышек с отварной картошкой.

Въехав на территорию жилищного комплекса, молодой человек припарковал автомобиль на свободном месте и направился к своему подъезду.

Квартира располагалась на пятом этаже. В ухоженном и чистом подъезде пахло краской, так как совсем недавно там был сделан ремонт. На выемках кирпичных стен стояли горшки с цветами. Поднявшись по небольшой лестнице на площадку первого этажа, молодой человек проверил почтовый ящик, чтобы убедиться, что в нем нет писем. Ящик был пуст. Михаил решил не вызывать лифт и направился на свой этаж по лестнице. Преодолев три лестничных площадки, он остановился у своей двери и начал искать ключи. Михаил спешно обшарил все карманы, прежде чем вспомнил, что переложил их в другое место. Сунув руку в боковой карман сумки, он достал связку ключей, открыл дверь и вошел внутрь. На часах уже было девять.

Квартира Михаила выглядела аккуратно, но минималистично. Холостяцкую жизнь выдавал лишь строгий интерьер и отсутствие милых безделушек. За входной дверью следовала небольшая прихожая, в которой на стене справа была вешалка для верхней одежды и стояла тумбочка для обуви с кожаным пуфиком, куда можно было присесть, завязывая шнурки.

Михаил поставил сумку на тумбочку и разулся.

Слева была ванная комната с плиткой под серо-белый мрамор на полу и стенах. Внутри стояла стиральная машина с зеркалом над ней, небольшая треугольная джакузи и белоснежный унитаз.

Пойдя из прихожей прямо, можно было попасть в кухню. Справа от кухни была спальная комната.

В кухне бросалась в глаза добротная черная мраморная столешница со стоящим на ней набором стальных ножей. На стене висели шкафчики для посуды из массива дерева, покрытые лаком, и вытяжка над электрической плитой.

Слева от окна стоял большой черный холодильник, а справа – небольшой кухонный уголок со столом и стульями. Все было в таком чистом и аккуратном состоянии, отчего нетрудно было понять, что кухня используется по назначению нечасто.

Положив продукты, купленные в гастрономе, в холодильник, Михаил направился в комнату. На стене слева от входа висел большой плазменный телевизор. Справа стояла большая двуспальная кровать с прикроватным столиком с одной стороны и шкафом-купе – с другой.

Михаил взял в руки пульт, лежавший на столике и, плюхнувшись на кровать в одежде, включил телевизор.

– Михаил, здравствуй! Я – Лиза. Как прошел твой день? – послышался голос из телевизора.

Это был интегрированный в систему модуль голосового ассистента в виде многомерной модели человека, доступ к которому на один из дней рождения подарили молодому человеку коллеги, чтобы тот не скучал вечерами от холостяцкой жизни.

– Привет, Лиза! Что тебе рассказывать, все равно ничего не поймешь, – ответил протяжно Михаил.

– Повторите еще раз, не понимаю, – сказал голосовой ассистент.

– Я же говорил, – сказал Михаил, отключил Лизу и начал переключать каналы в поисках чего-то интересного.

Остановившись на канале с развлекательным контентом, он отложил пульт и начал смотреть передачу про путешествия, но по прошествии нескольких минут уснул.

Ночь выдалась тихой и спокойной, но пролетела так быстро, что Михаил даже вздрогнул от неожиданности, когда вместе с проскальзывающими сквозь тюль на окне с не задернутыми шторами первыми лучами солнца где-то в квартире раздался истошный звук будильника на смартфоне, включенного на ежедневное пробуждение. Михаил разомкнул глаза и стал вспоминать, где он его оставил. Звук доносился не из комнаты, в которой он находился. Молодой человек потянулся, встал с кровати и вышел из комнаты. Звук доносился из сумки в прихожей. Достав смартфон и отключив будильник, молодой человек направился в ванную комнату, чтобы умыться.

– Ну и вид, – проговорил он, глядя на себя в зеркало.

Молодой человек почистил зубы, умыл лицо и решил ополоснуться под душем, чтобы взбодриться, так как почувствовал, что его тело всеми силами сопротивляется грядущему рабочему дню.

Закончив гигиенические процедуры, Михаил обернул бедра большим полотенцем и направился в кухню, чтобы вскипятить чайник. Молодой человек нажал на кнопку, после чего пошел в комнату к шкафу, чтобы определиться с тем, что надеть.

Емкий шкаф вмещал десяток деловых костюмов с подобранными к ним рубашками. Поскольку Михаил дома бывал только вечерами, то самостоятельно стирал только мелкие вещи. Заниматься чисткой и отпариванием своих костюмов ему не хотелось, поэтому он приглашал по необходимости менеджера из прачечной, который забирал грязные вещи и приносил их чистыми и отутюженными.

Молодой человек взял из шкафа первый попавшийся ему под руку костюм, надел его и, сияя лоском, вышел в кухню. Чайник уже вскипел. Достав из кухонного шкафа чашку, он сел за стол, открыл банку с кофе, сыпанул себе пару ложек и залил кипятком. Пока Михаил листал утреннюю ленту новостей в смартфоне, кофе остыл. Выпив всю чашку не отрываясь, он направился к выходу.

Взяв сумку и положив в нее смартфон, молодой человек надел свои туфли и вышел из квартиры, захлопнув дверь. Автоматический замок на двери щелкнул, известив хозяина, что дверь закрылась.

Молодой человек спустился по лестнице, вышел из подъезда и сел в припаркованный во дворе автомобиль. Дорога оказалась не так загружена, как обычно, поэтому ему удалось доехать до офиса меньше, чем за два часа.

Не успел Михаил подняться на лифте на этаж и дойти до своего кабинета, как позади него раздался голос Яны:

– Доброе утро, Михаил Евгеньевич! Вы знаете, я так и не смогла до него дозвониться, а служба безопасности сообщила, что он вчера вылетел в Европу.

– Доброе! Ясно, – сухо ответил Михаил, повернул ключ в замочной скважине и, открыв дверь кабинета, скрылся внутри, закрыв ее за собой.

Молодой человек подошел к своему столу, выдвинул ящик и достал оттуда бумагу. Не садясь в кресло, он взял ручку и что-то быстро написал на белоснежном листе, после чего, взяв его в руки, проследовал к выходу. Михаил зашел в пустующую приемную перед кабинетом генерального директора и воспользовался копиром, чтобы снять с листа копию.

– О, а что ты здесь делаешь? – спросила вбежавшая Марина, стремясь отвлечь внимание от своего опоздания. – Ой, простите, я имела в виду «вы».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.