Яна Поль
Солнце сгоревшей вечности. Лидия Мор. Книга первая

Любые совпадения с реальными людьми и историческими личностями, местами и событиями совершенно случайны, или не случайны…

Пришла ль из бездны ты, иль к нам со звёзд сошла ты?

Рок очарованный за юбками, как пёс,

Бежит. Ты сеешь здесь то радость, то утраты

И царствуешь над всем, не видя наших слёз.

Идешь ты, Красота, не зная сожаленья,

По трупам, ужасом сверкая, как венцом;

Убийство, средь других цветных его камений,

На гордом поясе играет багрецом.

(с) Шарль Бодлер. Цветы зла (сборник),

Гимн красоте

Пролог

Колья вбили в мерзлую землю на рассвете. Готовились к казни долго. Заключенных выгнали из ледяных камер наверх – во двор для прогулок. Кто-то угрюмо бродил вдоль высокого зачарованного забора, кто-то подтягивался на перекладинах, отжимался.

Элсмирская тюрьма – единственное место на земле, где замёрзнут самые отъявленные адские твари. Холодный воздух стекал с окрестных гор стремительной рекой. Он нёс с собой тревогу, страх и запах перемен. Хромой Квентин сказал бы, что это лишь шальной ветер, из-за которого у него ноют кости и болит голова. Но дед умер на прошлой неделе, и Кристофер поймал себя на мысли, что ему не хватает постоянного брюзжания старого охранника.

Периметр отлично просматривался с сигнальной вышки и, зная об этом, служащие внизу работали на совесть. Заложив руки за спину, Кристофер Аш едва ли замечал суету. Много лет подряд, каждый день одна и та же рутинная работа: обход, пытки особо опасных тварей, бумажная волокита, снова обход. Он не жаловался. Ведь они все – шестерёнки в сложном механизме мироздания. Кристофер просто чувствовал усталость. Иногда она выходила вот так, неожиданно, извергая наружу истому бесконечной прокрастинации, которой хотелось приглушить ощущение тщетности происходящего. Но на сей раз на привычное чувство скуки, ложился легкий флер тревоги.

Предчувствие становилось навязчивее, и прогнать его не смог даже раздавшийся вопль. Отчаянный крик, лишенный чего бы то ни было человеческого, взмыл над белой пустыней, разбивая хрупкий ледяной воздух на вполне осязаемые осколки. Аш презрительно скривился. Явить слабость в последний миг жизни – что может быть худшим позором?

Заключенные наблюдали из-за забора. Пожалуй, окажись здесь маг, тонко чувствующий эмоции других, он мог бы в полной мере описать, что ощущают демоны, попав в место гораздо хуже того, из которого они все выползли.

Размышления его прервались. Интуиция не подвела. Вместе с ветром в Элсмир явились гости. Они прибыли на снегоходах с юго-запада. Аш заметил их сверху одним из первых и махнул рукой охранникам, чтобы пошевеливались и открывали ворота, а сам спустился с вышки.

Гости – дюжина человек, все при императорских погонах.

– Если Ад может покрыться льдом, то мы в его сердце, – ни к кому, собственно, не обращаясь, прогудел высокий мужчина во главе делегации. На его меховом воротнике намерз иней, изо рта вырывались густые облака пара.

– Ты постарел, – вместо приветствия с легкой усмешкой произнёс Кристофер, и когда он приблизился протянул руку.

Мэтр Эстебан Романов недобро прищурился, хмуря кустистые седые брови, затем улыбнулся, дружественно обхватил предплечье старого знакомого.

– Не у всех такие хорошие гены, как у тебя, Аш.

Сколько они не виделись? Десятилетие? Или пятнадцать лет? Друзья детства, сокурсники, адъютанты наследника престола. Они прошли через огонь преисподней, утопая в кровавых реках, когда вместе расследовали преступления против Империи и всего человечества.

– Я не старею и холод мне не страшен, – добродушно кивнул Крис, – здесь я на своём месте.

– С последним утверждением я готов поспорить. Ты нужен мне на большой земле, Кристофер Аш.

* * *

В кабинете главного надзирателя элсмирской тюрьмы пахло свежесваренным кофе, бисквитом с малиновым вареньем, и сосновыми поленьями, догоравшими в камине. Эстебан давно согрелся с дороги, положил на колени кожаную папку с документами, но не спешил их доставать.

– Талбот жив, – заявил Романов, потянувшись за чашкой.

– Невозможно.

– Тебе ли не знать, Кристофер, что в нашем мире нет ничего невозможного, – помолчал немного и добавил: – Я взял на поруки его дитя.

– Девчонку?

Память услужливо подбросила Крису образ маленькой девочки с растрёпанными, выцветшими от чар волосами. Высокая, худая, подвижная, с очень колкими глазами и… С кровоподтёком на правой скуле, множественными синяками на руках и на ногах.

– Таланты обошли её стороной, – тяжко вздохнул Романов, – но что-то в ней есть, и её судьба меня беспокоит. Как и судьбы всех жителей Столицы. Не спокойно мне, Кристофер.

– Ты за этим приехал?

К гадалке ходить не нужно – дело совсем скверное. Ведь в противном случае, старый педант Эст, предпочитавший тепло и домашний уют, ни за что не забрался бы так далеко на север, оставив свою любимую Столицу.

– Мне не обойтись без тебя, – прямо заявил мэтр.

Аш поморщился. Он сомневался, что старый оккультист Талбот ван Мор выжил. Нависшая угроза могла заключаться в чем-то совершенно ином, но масштабности грозящей беды это не исключало. Чутьё Романова никогда не подводило.

Эстебан протянул ему бумагу с печатью и подписью Императора.

– Благодарность за безупречную службу, достойный оклад и новая должность.

Кристофер весьма скептически оценивал истинную стоимость благодарности как таковой. Это просто валюта, и её ценность неумолимо снижалась от каждого принятого решения и совершенного действия.

– Меня и нынешняя работа устраивает, – заметил он просто из вредности, а не из желания набить себе цену.

– Здесь останется один из магистров, что прибыли со мной. Временно. После, когда пожелаешь, сможешь вернуться.

– Предлагаешь мне возиться с детьми? – пробежавшись взглядом по документу с печатью, Аш изумленно взглянул на друга.

– Дети – наше будущее. Одаренные, способные. Их сила – то, что мы можем противопоставить демонам, заполонившим наш мир. Только нам под силу их защитить, Крис!

– Однажды, мы уже играли в героев и защитников, – хмуро обронил надзиратель тюрьмы, – напомнить, чем всё закончилось?

– Мы спасли много жизней, – так же угрюмо отозвался собеседник.

– А какой ценой?

Старый мэтр болезненно поморщился, но промолчал. Вынул из папки сложенный выпуск «Столичной Правды» и бросил на стол перед Кристофером, как свой последний козырь.

Аш получал газеты раз в неделю, когда в Элсмир доставляли провизию. К тому времени новости уже безнадежно устаревали, но это помогало следить за жизнью в большом мире. Номер «правды», привезенный Романовым, вышел накануне. Заголовок Кристоферу не понравился: «Общественность напугана! Кто похитил девушек? Почему ИКТС¹ бездействует?»

– И ты подозреваешь Талбота?

– Все повторяется, Крис, как тогда.

– Детали прошлого дела не тайна, возможно, работает подражатель. Кабинет не рассматривал такую версию?

– Как один из членов Кабинета, я прошу твоей помощи. Найдём этого подражателя, и ты вернёшься сюда намного быстрее, закрыв в здешних застенках ещё одного упыря.

Элсмирские ледяные камеры никогда не пустовали, а работы у надзирателя хватало.

Кристофер молчал.

– Если пламя ещё не выжгло все твои чувства, помоги мне, старый друг.

Чувства – сухие, жесткие пародии на эмоции, привычки разума, пружины, сжатые и распрямляющиеся по мере того, как срабатывали рефлексы. Они должны были молоточками выбивать звонкие, раскатистые ощущения, золотисто-радужную палитру переживаний, однако всё, что Кристофер испытывал, было серым и глухим. Если в нём что-то и осталось, то оно покоилось очень глубоко, в густом, вязком иле, навсегда подернутое обширным неразлагающимся опытом прошлых ошибок. Но ведь все люди (и не совсем люди) совершают ошибки, особенно от скуки.

Кристофер бегло перечитал документ, подписанный Императором.

Помолчал. И кивнул, соглашаясь.

Глава 1

Я выбралась на тротуар из канализационного люка и, усевшись прямо на асфальт, воровато осмотрелась. Парковая аллея раскинулась вымершей пустыней, один из фонарей над головой слабо мерцал. Хорошо хоть, что никто не видел этого позорища.

Поморщилась, стянула с левой ноги безнадежно испорченный сапог. Каблук держался на честном слове, мягкая замша насквозь промокла.

– Гиблое это дело, Мар, – пробубнила себе под нос, зная, что дух-служитель услышит. – Мэтр Эст будет в бешенстве.

– Вам помочь? – раздалось сверху.

Я едва не нырнула обратно в колодец. Подпрыгнула, резко вскинула голову, подслеповато щурясь. Надо мной стоял мужчина.

Откуда он только взялся? Не было же никого!

Позади в кустах зашуршало, поводок в руках незнакомца натянулся, он дёрнул его на себя. На тротуар мигом выскочил доберман в наморднике и шипастом ошейнике. Здоровая поджарая зверюга напоминала адскую гончую, но никак не домашнего питомца. Псина подобралась, завидев меня, и замерла настороженно принюхиваясь.

Я перевела взгляд с животного на его хозяина, который продолжал заинтересованно разглядывать меня. Лицо волевое, можно сказать хищное. Показалось, что фонарь над нами стал светить ярче.

– Серёжку обронила, пришлось лезть доставать, – улыбнулась сконфуженно, и протянула раскрытую ладонь, где скромно блеснул иллюзорный камень. – От бабушки досталась, дорога как память.

Мужчина вскинул брови. Я же принялась натягивать обратно сапог, подчеркнуто игнорируя незнакомца.

– Как знаете, – равнодушно отозвался он, легко потянул за поводок и направился прочь.

Я замерла, наблюдая за удаляющейся высокой фигурой. Широкие плечи, идеальная осанка, уверенный шаг. Почти военная выправка. Чем дальше он отходил, тем тусклее становилось освещение, а тот самый фонарь над моей головой и вовсе мигнул, затрещал и потух окончательно.

– Ненавижу собак, – прозвучало из пустоты, сбивая меня с мысли. Через миг в воздухе проявился полупрозрачный силуэт тигра. Мар разлегся рядом на тротуаре, раздраженно подергивая хвостом.

– Ты всех ненавидишь, – отмахнулась я, отряхивая штаны и вскакивая на ноги.

– Просто я интроверт, – гордо задрав голову и продемонстрировав внушительные клыки, отозвался мой спутник.

– Ты ленивая полосатая задница, Мар, – неожиданно гневно ответила я. – Если бы ты проверил все следы, мне бы не пришлось лезть в канализацию.

– Не было там никаких следов, – зевнул он, тоже поднимаясь, – просто ты упрямая, как твой батюшка.

Я дернулась. Напоминание об отце хлестнуло розгами, застилая взор болью и злобой.

– Прости, – ни капли не раскаиваясь, промурлыкал призрачный зверь. – Но ты похожа на него больше, чем думаешь.

– Я о нём вообще думать не хочу, и буду крайне признательна, если ты перестанешь его всякий раз вспоминать.

Мар только хвостом махнул, а едва мы вышли из парка, растаял белой дымкой. Я мысленно показала ему язык, поправила воротник плаща, и свернула на оживленную улицу.

Почти центр Столицы. Шум и гам разномастной толпы. Раздражающие гудки автомобилей и вонь выхлопных газов. От неоновых вывесок болели мои чувствительные к яркому свету глаза.

Этот город, как и все прочие, когда-то возвели на крови и костях, на свергнутых идолах забытых богов. Большинство людей вокруг даже не подозревали, что этот город давно обезумел, если не был безумным всегда.

Вечер пятницы, на дворе конец августа. Полно туристов. Одна группа из пяти человек как раз прошла мимо меня, стараясь не отставать от гида, вещающего о новом сезоне грандиозного шоу и указывающего наверх, уверяя, что гостям Столицы стоит непременно приобрести билеты на представление. Разинув рты, отдыхающие таращились на зависший в небе раритетный транспорт. Я тоже задрала голову. Над высотками парил огромный дирижабль, а под ним, в свете прожекторов на развёрнутом экране, крутилась реклама нашумевшего шоу.

Трюки и магия. Огонь и лёд. Любовь и страсть. Лица главных «звёзд» проекта, мелькали в зацикленном ролике, зазывая гостей на представление. Главная героиня – светловолосая девица – сверкала белозубой, но какой-то неестественной вымученной улыбкой.

– Деточка, не желаешь стать такой же популярной как Софи Вайленткрофт? – меня бесцеремонно перехватили за руку. Гражданин среднего роста, прилично одетый. Он кивнул на экран. – Будешь зарабатывать миллионы, купаться в лучах славы. Все этого хотят.

Я брезгливо отмахнулась от посредника, злобно зыркнув на него, и мужичонка, даже не расстроившись, нырнул обратно в толпу, продолжив поиски более внушаемой жертвы.

Не знаю, в каком мире живете вы, а в моём все круто изменилось 31 декабря 1888 года. Именно тогда, стараниями группы оккультистов, в ходе не совсем удачного ритуала, случилась глобальная катастрофа – открылись врата в Ад (на самом деле в параллельную реальность, но об этом как-нибудь потом расскажу). Кардинально изменилась карта мира, Российская Империя раскололась на десятки островов, вечные льды сковали половину земного шара.

Следующие семь лет после События зовутся Всемирным Хаосом: передел мира, развал государств. Тогда же приняли нормы и законы, действующие по сей день. С тех пор демоны официально могут заключать с людьми контракты: некие преференции в обмен на бессмертную душу. Почти за полтора столетия сей бизнес разросся до невиданных масштабов. Дошло до того, что на демонов работают такие вот зазывалы, читай посредники, и самые наглые, цепляются к людям прямо на улице, а не ждут пока к ним обратятся по объявлению или через Посольство.

Короче говоря, безумен не только наш город, но и весь мир, где каждый хочет выбиться в дамки, не желая прозябать пешкой, согревающей озябшие руки над канализационным люком.

Чего же хочу я? Завершить практику у мэтра Эстебана Романова и получить звание магистра. С дальнейшим пока не определилась. Правда, мэтр Эст утверждает, что я безнадежна, и ходить мне в адептках до конца своих дней. В закрытой имперской академии, куда сдал меня ненавистный покойный батюшка, отличницей я тоже никогда не слыла. А Романов взял меня на поруки только из-за моей специализации – магии Духа. Старик честно пытался сделать из меня толкового теурга, но весь толк, видимо, вышел ещё в детстве (когда папенька розгами стегал), а бездарь вот осталась.

Пешком я бодро дошла до Чугунного моста, немного постояла на светофоре и, перейдя улицу, взбежала по лестнице под козырёк с непримечательной черно-белой вывеской «Салон красоты». Не без усилия потянула на себя тяжелую железную дверь и протиснулась внутрь. В нос сразу ударил запах аммиачной краски, лака для волос, кофе и тяжелый, сладковато-мускусный аромат дорогих духов. Очень навязчивый, удушливый и знакомый до дрожи в коленях.

– Ли, как хорошо, что ты вернулась! – навстречу мне вылетела Ника. Взъерошенная и бледная, подруга нервно теребила завязки фартука.

– Лидия ван Мор! – раздался грозный, хорошо поставленный голос, который, я надеялась, больше никогда не услышать.

– Где мэтр? – придушено спросила я Нику.

Она только плечами пожала и отступила, пропуская меня в небольшой зал.

Здесь было тесновато, но зеркало во всю стену, компактный функциональный столик, многоярусная полка на колесиках, высокое парикмахерское кресло и раковина в углу, органично вписывались в пространство. А чистота, которую поддерживала Ника, вкупе создавали настоящий уют. Ещё тут стоял небольшой кожаный диванчик и фикус в горшке, а вот зачарованную дверь, видеть могли не все, как и пройти через неё в святая святых.

– Добрый вечер, мадам Отто, – мне пришлось очень постараться, чтобы голос звучал ровно.

Магистр некромантии, банши, и завуч Академии Сакральных Искусств, сидела в кресле и попивала кофе из маленькой белой чашки.

– Я смотрю, Романов нашёл достойное дело для своих практиканток, – престарелая бестия обвела творческий уголок Ники презрительным взглядом. – На большее вы всё равно не годитесь.

Через зеркало я увидела, как подруга побледнела, потом побагровела, наматывая на палец несчастную завязку.

– Что вас к нам привело? – сдержанно поинтересовалась я, сцепив руки за спиной и покачиваясь с пяток на носки (идиотская привычка осталась со мной со времен начальных курсов академии, и проявлялась всякий раз, когда я попадала в затруднительное положение).

– Эстебан лично пригласил меня, – она поднесла к ярко-алым губам чашку и сделала глоток горячего напитка.

Входная железная дверь хлопнула, и мы с Никой подпрыгнули, как по команде отступив к стене. Банши даже не дрогнула, со звоном опустила блюдце на стол и довольно заулыбалась.

Мэтр стремительно вошел в помещение. В грязной обуви, с останками какой-то дряни на полах плаща и мысках ботинок. Запахи мертвечины и серы пришли следом за ним. Высокий, плечистый, седовласый мужчина с совершенно непроницаемым лицом и ледяным взглядом. Он коротко кивнул мадам завучу, словно совсем не удивился столь позднему и неожиданному визиту, и обратился ко мне.

– Ты упустила беса, – в его голосе не звучали уничижительные ноты, какие всегда слышались в отцовском баритоне, но легче мне от этого не стало.

Я виновато потупилась.

Вечерняя охота не задалась. Сперва мы потеряли время в пробке, а приехав на место, обнаружили заказчика на пороге его собственного дома в луже крови, с разодранным горлом и проломленной грудной клеткой. Его супруга (из-за которой он нас и вызвал), сидела в гостиной перед теликом и доедала сердце благоверного. Ну, не совсем она, а то, что в неё вселилось.

К мэтру часто обращались, когда желали скрыть от общественности свои проблемы. Мало кому хотелось, чтобы их грязное бельё выворачивали у всех на виду. За полгода практики я убедилась, что никто не без греха. Даже приличные с виду господа и дамы, посещающие храм каждое воскресенье и в церковные праздники. Молодые влюбленные, состоявшиеся семейные пары, достопочтенные старики. Уличив однажды вторую половинку в измене, люди не гнушались даже убийством и проклятиями. И ладно бы они шли закладывать свою гнилую душонку и просили всемогущую сущность избавить от неверной или неверного. Так нет! Они ведь строили из себя великих колдунов! Покупали в ближайшем книжном самоучитель по практической магии в мягкой обложке, написанный законченным болваном, и совершали такое, от чего у истинных мэтров оккультных наук волосы вставали дыбом.

Вот и на моей голове этим вечером прибавилось белых прядей, когда я увидела женушку господина Князева всю в крови, с шальным взглядом, вздувшимися черными венами под бледной кожей и оскаленной пастью, полной гнилых зубов. Одержимость низшим (но от этого не менее опасным) бесом была на лицо. Выяснять как долго женщина пребывала в таком состоянии, уже не имело смысла. Перед нами с учителем стояла задача поймать и уничтожить тварь.

Бес быстро смекнул, что объявившиеся незваные гости не такая уж и покладистая добыча, и предпочел ретироваться, изрядно измотав нас с мэтром. Изворотливый гад уронил на Романова трельяж и сумел выскочить из дома на улицу. Я погналась следом, но потеряла его в переулках, а у открытого люка заметила клочок белой ночнушки, перепачканный кровью. Так я и оказалась в канализации, где заблудилась в подземном лабиринте, ни черта не нашла, и выбралась совсем не в том месте где рассчитывала. Пришлось возвращаться в штаб-квартиру пешком.

И вот глядя на Романова, я поняла, что уж он-то беса не упустил. А я проштрафилась по полной программе. Неудачница.

– Простите, мэтр, – пробормотала, глядя в пол.

– Кхм, – банши грациозно поднялась. Юбка-карандаш с завышенной талией, строгая черная блузка, безумно ей шли, стоит признать.

– Мадам Отто, – Романов развернулся, забыв о моём существовании. – Простите, что заставил ждать. Непредвиденные обстоятельства.

– Не стоит извинений, мэтр Эстебан. Я как никто другой знаю, на что эти дети способны и… неспособны.

В интонациях мадам ясно читалось: выпускников академии, в большинстве своём, она считала ни на что неспособными. Меня так точно.

В ответ учитель сдержанно кивнул и пригласил банши проследовать за ним.

Дверь между диваном и фикусом открылась бесшумно. Это был единственный вход на верхние этажи в доме номер тридцать шесть по Центральной Набережной. Страдающий манией преследования, магистр хаоса Эстебан Романов – член Императорского кабинета тайного сыска и лучший практик Столицы – предпочитал всё держать под неусыпным контролем. Он и гостей-то принимал не часто. Почти никогда. Пройти через зачарованную дверь могли лишь те, кому мэтр безоговорочно доверял.

– И для чего дядюшка позвал эту ведьму? – жалобно поинтересовалась Ника.

Я со вздохом опустилась рядом с подругой на диван. В академии мадам Отто мало кто любил. Надменная, властная банши не терпела разнузданности. С её подачи в стенах учебного заведения действовал комендантский час, а её предметы из алхимического курса, на балл выше, чем удовлетворительно с минусом, сдать почти невозможно. Если только ты не любимчик мадам Отто. Такие студенты есть и они, можете мне поверить, редкостные зазнайки.

Мы с Никой, как можно понять, в число этих избранных не входили, и вообще, всегда были среди тех, кого обычно называют отбросами общества. Бесталанные, посредственные, серые мышки. В меня иногда тыкали пальцем и спрашивали, не прихожусь ли я родственницей тому самому ван Мору, который погубил больше дюжины человек. Поэтому, иногда, я предпочитаю называть свою фамилию не полностью, опуская приставку «ван». Толку, правда, никакого.

– Может, по делам Кабинета? – Ника дернула меня за руку, а я сообразила, что ушла в свои мысли. Со мной такое частенько бывает. – В газетах писали про похищения. Из нашей Академии ведь кто-то пропал?

– Мало ли, что пишут в жёлтой прессе.

– А куда, по-твоему, дядюшка уезжал на три дня? На курорт? Что-то нехорошее происходит, Ли.

– В тебе дар прорицания проснулся? – и добавила мягче: – Если бы происходило что-то серьёзное, мэтр Эст обязательно бы рассказал.

– А то, ты его не знаешь, – Ника фыркнула.

И то верно.

Новости о странных исчезновениях показались мне обычными выдумками, да и слышала я их краем уха. В одних газетах написано одно, в других другое. Если всему верить – можно мозгами тронуться. Потому я предпочитала тихо сидеть в библиотеке, заниматься в лаборатории мэтра и помогать ему с рутинной работой, как сегодня вечером. Скоро выпускной экзамен, а я даже с низшим бесом совладать не могу.

Ника в магистры не стремилась. Слабый маг земли, она едва ли могла справиться с цветком в горшке (впрочем, фикус перед дверью неплохо разросся за последний месяц). Практику она проходила номинально, под крылом любимого дядюшки. Единственная наследница в роду Романовых, её будущее и так было вполне обеспечено. Это мне стоило думать о том, как я буду зарабатывать на хлеб, и чтобы ко всему прочему не пришлось продавать душу.

Подниматься наверх совсем не хотелось, спать тоже, но вот Ника постоянно зевала и, посидев с ней немного, поболтав о всякой ерунде, мы закрыли парикмахерскую и разошлись по комнатам.

Несколько поколений семьи мэтра Романова жили в этих стенах. Их предрасположенность к магии хаоса и скрупулезное изучение пространственных теорий и заклинаний, превратили постройку прошлого века в хоромы, не уступающие императорским палатам. Внутри, разумеется. Снаружи, вряд ли кто-то мог подумать, что за обветшалым фасадом скрывается трехъярусная библиотека, домашний кинотеатр, лаборатории, небольшой частный морг, бальная зала, две столовых, и дюжина спален. И никто даже предположить не мог, что под крышей дома известного в Столице борца с нечистой силой, живёт самое настоящее умертвие.

Старый Лич сидел в библиотеке, в глубоком кресле, обернув костлявые ноги пледом и задумчиво таращился на шахматную доску. Его полумёртвые глаза светились тусклой зеленью, пальцы с длинными ногтями царапали деревянный подлокотник.

– А-а-а, Лилита, это ты? – проскрипел он, поднимая голову и щурясь. – Составь старику компанию, окажи милость.

Я приветливо улыбнулась, неуверенно потопталась на пороге. Идти спать, не было никакого желания. Потому отказывать в просьбе скучающему в четырёх стенах и лишенному всякого отдыха умертвию, смысла не видела.

– Как прошёл твой день, Лилита?

Он всегда называл меня Лилитой. Ни Лидией, ни просто Ли, как звали все близкие. Лилита. Я не раз пыталась расспросить, почему он зовёт меня чужим именем, и всегда слышала одно слово:

– Кровь.

Кто знает, что творится в голове у старого умертвия. Со временем я стала воспринимать его обращение как должное. Ника говорила, что Лич приходится прадедушкой мэтру Эстебану и детство его выпало на времена Всемирного Хаоса. За такой срок у человека, добровольно обменявшего свою душу на бессмертие (или какую он там заключил сделку, никому доподлинно неизвестно, кроме того, что у демонов скверное чувство юмора), мозги должны напоминать переваренную овсяную кашу. И все же, старик был умён, хоть и изъяснялся не всегда доступно.

– Паршиво, – я подперла щёку ладонью и уставилась на фигурки. Играла я не очень хорошо, но Лич относился к этому снисходительно, спокойно указывал на ошибки или подсказывал, как лучше походить. Иногда я даже выигрывала.

Старик скучал, почти всегда пребывая в одиночестве в этом большом доме. Ника его побаивалась, учитель заглядывал редко, чаще только за тем, чтобы посоветоваться с мудрым родственником. А мне просто нравилось проводить с ним время. Вот такие у меня странные интересы.

– Ну, судя по всему, он у тебя ещё не закончился, – и посмотрел куда-то мне за спину.

Я потянулась за ладьёй, да так и замерла. Оглянулась. Мэтр Эст стоял в дверях.

– Есть разговор, Ли. Пройдем в мой кабинет, – и ушёл.

– Что ж, доиграю партию сам, – дедушка Лич поправил плед и потерял ко мне всякий интерес.

Я вышла в коридор, ощущая непонятную нервную дрожь.

В кабинете учителя пахло духами мадам Отто, напоминая о её недавнем визите. Меня так и распирало от любопытства, но поинтересоваться не осмелилась.

Романов махнул рукой, приглашая располагаться.

– Я принял решение, – положив локти на стол, начал он серьёзный разговор. – Ты возвращаешься в академию для повторного изучения последнего семестра.

Хорошо, что я успела сесть в кресло.

– То есть, как?

Понятно теперь, зачем банши приходила.

– Это для твоего же блага, Лидия. Я передал мадам Отто рекомендации. Ты получишь новое расписание на этот учебный год, а весной мы вновь с тобой поработаем.

Я даже не нашлась с ответом. В глубине души я прекрасно понимала, что ни капли не готова к выпускному экзамену. Он должен был состояться через две недели и, видимо, уже не состоится.

– В Столицу вернулся мой старый друг, он отличный специалист – маг огня и практик-оккультист. Кристофер приехал из Элсмира, и по просьбе самого Императора возглавит академию на неопределенный срок. Я договорился с ним о факультативных занятиях для тебя. Твоя специализация требует жесткого контроля. Думаю, мэтру огненной стихии под силу научить тебя тому, над чем не властен я.

Обидно стало. За свою никчемность. Вечно холодные руки сделались просто ледяными, и я сжала пальцы в кулаки. В глазах защипало, а в горле образовался ком с привкусом подгоревшей каши.

– Ты же лучше меня понимаешь, что пока не готова, – мягко, по-отечески, проговорил учитель.

– Понимаю, но…

– Но все равно желаешь бежать вперёд паровоза. Лидия, послушай, – Романов поднялся из-за стола и приблизился, положив ладонь мне на плечо. – Я много думал, и решил, что мне нужна не просто ученица, а преемница.

Я вздрогнула и неуверенно взглянула на мэтра.

– Поэтому ещё один год учёбы тебе просто необходим.

Подскочив с места, я порывисто обняла мужчину, явно не ожидавшего ничего подобно. Сама от себя такого не ожидала.

Хоть два года учебы! Да хоть три, если после этого для меня откроются двери ИКТС. Никто из моих сокурсников о подобном и мечтать не мог, а ведь они все намного талантливее (ну, почти все).

Слёзы снова защипали глаза, но уже не от обиды, а от эйфории.

– Спасибо, мэтр.

– Ну, полно, – он отстранился. – Завтра после обеда мой шофёр отвезёт тебя в академию. С утра будет достаточно времени на сборы. И помни, двери этого дома всегда открыты для тебя, Лидия.

Романов поцеловал меня в лоб и ушёл. Я осталась стоять посреди кабинета, пребывая в легком раздрае.

– Опять жить в общаге, – не довольно промурлыкал Мар, возникнув у меня под ногами.

– Можешь остаться здесь, – резонно предложила я, – а то дедушка Лич совсем заскучает в одиночестве.

– От него мертвечиной воняет.

– Тебе не угодишь, – отмахнулась я и направилась спать.

Раздосадованный отсутствием альтернатив, Мар лениво поплёлся следом.

Глава 2

В моей старой комнате царил настоящий хаос. Опустив сумку рядом с не застеленной кроватью, я села на матрас и с досадой поморщилась. Возвращаться под крышу академии я не планировала.

Нет, не подумайте, что мне здесь не нравилось. Академия – мой второй дом. Сказать по правде, мой единственный дом. Я оставалась в здешних стенах на все каникулы и праздники, пока три года назад, мэтр Эстебан не взял меня в ученицы. Романов помог разобраться с той частью отцовского наследства, которое не было арестовано и не досталось немногочисленному семейству ван Мор, отрекшемуся от нас с покойным батюшкой. Короче говоря, с недавних пор у меня имелась даже собственная крыша над головой, где я мечтала обустроиться после практики, но уж точно не возвращаться сюда снова.

Моё уединение, как и размышления, бесцеремонно потревожили.

– Ты Лидия? – с порога бросила рыжая девица с косичками.

Высокая, в форменном тёмно-синем платье. Она ногой захлопнула дверь и, прошествовав мимо, бросила на стол учебники и пухлую тетрадь с конспектами.

– Паршиво вышло с твоей практикой, – не дав мне даже рта раскрыть, деловито продолжила новая соседка по комнате. – Но не переживай, ты не единственная. В том месяце двух некромантов вернули на повторный курс, а до них был пироман и трио алхимиков. А ты ведь теург, да? У тебя есть фамильяр?

– Фамильяр – не совсем точное определение, – я растерялась, а из-за моей спины неожиданно повеяло холодом. Мар питал страсть к эффектным появлениям, любил внимание и, похоже, вот-вот должен был случиться его очередной звёздный час.

– Ой, – глаза девушки округлились.

– Это Мар, – махнула рукой. – Кровный хранитель.

Призрачный тигр демонстративно широко зевнул.

– Ошизеть, – выдавила из себя рыжая, продолжая таращиться на нас.

– Да, ошизеть с ним можно, – я усмехнулась, и призрачный хвост больно ударил меня по бедру.

Теург из меня очень посредственный. Общаться с духами – настоящее искусство, не говоря уже о том, чтобы суметь с ними договориться. Мар – исключение. Он со мной с детства.

– Круто-о-о-о, – девушка плюхнулась на свою кровать. – Я, кстати, Викки, будем знакомы.

Я вымученно улыбнулась, а эта трещотка продолжила:

– Ты меня, наверное, не помнишь, я перевелась сюда два года назад.

Не помню.

– Кстати, ты знаешь, что у нас новый ректор?

– Слышала.

– Ты бы видела, какой он красавчик!

Я недоверчиво покосилась на Викки. Романов говорил, что глава Академии его давний друг, и я логично предположила, что лет ему неменьше чем самому мэтру. Как его там зовут? Кристофер, кажется.

– Высокий, широкоплечий брюнет! Закачаешься!

Пазл не складывался.

– Что он преподаёт?

– У него практические занятия с огненными магами, – и разочарованно добавила: – а моя стихия воздух.

Ерунда какая-то. Нет, Эстебан не такой уж и старик, конечно. Сколько ему? Примерно за шестьдесят, может шестьдесят пять. Тяжелая работа, опять же, не молодит. А этот мэтр огненной стихии вроде бы из Элсмира? Может, просто в холодном климате хорошо сохранился?

– Эй, – рыжая нетерпеливо щелкнула пальцами. – Сегодня после ужина у нас с друзьями намечается маленькая вечеринка. Пойдёшь?

– А как же комендантский час?

– Старую банши испугалась?

– Нет, просто… – попыталась оправдаться я.

– Всё схвачено, – Викки полезла в шкаф и начала перебирать вещи. – После ужина мы спустимся в подвалы в южном крыле. Туда никто не заглядывает. Я должна была идти с Лео, но мы поругались. Составишь мне компанию? – она выглянула из-за дверцы. – Пожа-а-алуйста.

Мэтр Эст вернул меня сюда не для того, чтобы я по вечеринкам шаталась и нарушала правила. Я прикусила щёку. С другой стороны, расписание я получу в деканате только завтра утром, а прослыть занудой в новой компании совсем не хотелось. Ника осталась дома, а все те, с кем я тут хоть как-то общалась, скоро сдадут выпускные экзамены, и отправятся в свободное плавание. Так что, определенно, стоило налаживать новые контакты.

Я неохотно кивнула, а Мар зевнул.

– Отлично! – Викки просияла и сдернула с вешалки красное короткое платьице в пайетках. – Что думаешь?

– Вызывающе.

– Прекрасно!

И умчалась в ванную.

– Давай её проклянем, – промурчал мне на ухо Мар. – Немая соседка по комнате – самая лучшая соседка.

– Нужно давать людям шанс, – по-доброму усмехнулась в ответ.

– У меня от неё голова разболелась.

– Ты – дух, Мар, у тебя не может ничего болеть.

– И всё-то ты знаешь, маленькая Ли, – он потянулся, заняв своей массивной тушей всю кровать.

– Оставайся тут, – я поднялась, намереваясь разобрать свои скудные пожитки.

Призрачный зверь дернул хвостом и безмолвно растворился неосязаемым туманом.

Я пожала плечами. Всё равно ведь увяжется следом и будет караулить, чтобы ко мне никто не цеплялся. Наверное поэтому, в преддверии своего девятнадцатого дня рождения, у меня не было серьёзных отношений. Репутация дочери душегуба тоже играла в этом деле не последнюю роль, но Мар куда чаще отпугивал тех, кто осмеливался посмотреть в мою сторону. Я обижалась на него, ругала, но сердце подсказывало, что если бы кто-то из этих кавалеров, был бы тем самым, то крутой нрав фамильяра не стал бы преградой.

За этими мыслями разложила вещи на кровати и разочарованно вздохнула.

Ночнушка, нижнее бельё, пара черных джинс, рубашки, несколько футболок, водолазка, куртка и мятая форма. Я всегда предпочитала практичные вещи. Несколько платьев (тоже чёрных) остались в шкафу у Ники. Я никак не рассчитывала, что они понадобятся мне в первый же день. Впрочем, джинсы и рубашка тоже сойдут.

Закинула шмотки в шкаф на свободную полку, быстро переоделась, пока ванна была занята, и расчесалась.

– Ты пойдешь так? – в дверном проёме показалась точеная фигурка Викки. Платье ей очень шло.

– А у вас на вечеринке строгий дресс-код? – не растерялась я.

– Нет, – она тоже принялась расчесываться. Расплела косички, и роскошная рыжая копна волнами рассыпалась по спине. Странно, стихия девушки воздух, но она была ярким трепещущим огоньком.

– Лео твой парень?

– Ага, он сказал, что хочет отдохнуть от отношений и заняться учёбой, – соседка презрительно фыркнула.

– Увидев тебя в этом платье, он должен пожалеть о своём решении, – подмигнула я ей.

Викки довольно заулыбалась.

* * *

За ужином я ловила на себе заинтересованные взгляды, но они, едва задерживаясь, скользили мимо. Меня всегда считали не больше, чем тенью. Тенью моего покойного отца. Никто не знал, чего можно ожидать от дочери фанатика, предпочитали держаться в стороне. Никто со мной не конфликтовал, не задевал. Не знаю, хорошо это или плохо, я просто привыкла.

Меню в столовой за последние полгода особо не поменялось. На ужин по четвергам, как всегда, была запечённая рыба с овощами, морковный пирог – фирменное блюдо нашей поварихи, и чай с мятой. Вкусно. Дома мы с Никой часто питались едой быстрого приготовления, или заказывали доставку из небольших ресторанчиков.

Викки повела меня к столику у окна, где сидела миловидная брюнетка.

– Знакомься, это Клара, – представила она свою подругу, ставя на стол поднос.

– Привет, – коротко поздоровалась, усаживаясь на свободное место.

– Ты, наверное, Лидия? – новая знакомая дружелюбно улыбнулась. – Не переживай из-за практики, это обычное дело.

– Я не переживаю, – вернула ей улыбку и принялась выбирать из овощей крупные колечки лука. – Мои способности далеки от совершенства.

– Как и у всех нас.

Девушки засмеялись.

– Совершенство – это про нашего нового ректора, – мечтательно вздохнула Викки.

– Забудь, подруга, – толкнула её локтем Клара. – Он – птица высокого полёта.

– И всё же, я не отказалась бы с ним пару раз полетать, – Викки кокетливо поправила бретельку платья и осмотрелась. – Как думаете, он спустится на ужин?

За преподавательскими столиками сидели только мадам Отто и пожилой профессор по теоретическому оккультизму мастер Трой. Банши ковыряла вилкой кусок торта и неусыпно следила за обстановкой в столовой, явно не слыша то, о чём втолковывал ей Трой.

– Забудь, – повторила Клара.

Оставшаяся часть ужина прошла в молчании. Морковный пирог оказался таким же изумительным, как и всегда, и я едва ли не жмурилась от удовольствия. Вкуснотища.

– Ты же с нами? – поинтересовалась Клара, когда мы отнесли подносы.

Я охотно кивнула.

– Пойдемте скорее, пока Трой отвлекает старуху, и ей не взбрело в голову разогнать всех по комнатам раньше времени, – прошипела Викки.

В коридорах и на этажах толпились адепты. Полтора часа после ужина отводились под свободное времяпрепровождение, и потому на нас никто не обратил внимания. Выход на лестницу, ведущую на цокольный этаж, никем и ничем не охранялся, и наш маленький побег увенчался успехом.

Девчонки провели меня через две смежные лаборатории, где давно никто не прибирался, и одна из которых оказалась заперта. Преградой это не стало, Клара достала ключ из кармана коротеньких шорт и заговорщицки нам улыбнулась. Где они его раздобыли, интересоваться я не стала.

В конце концов, мы очутились в довольно просторной комнате без окон. Диван, пара кресел, шкаф и настенные полки, забитые книгами. Источниками света служили несколько старых керосиновых ламп, потускневшая гирлянда в виде звёздочек на одной из свободных стен и вычурный торшер, обтянутый тканью с бахромой. Ковер на полу, низкий столик. Уютно.

И здесь уже находились трое молодых людей. Вечеринка явно была для очень ограниченного круга лиц.

– Что-то вы не в форме, мальчики, – хихикнула Клара.

– Этот Аш настоящий псих, – простонал коренастый парень, развалившись в кресле.

– Он гоняет нас по плацу, словно бесов, – поддержал его блондин, на которого Викки бросала разгневанные взгляды. Тот самый Лео?

– Мне кажется, он вообще не человек, – поддакнул третий юноша с пепельными волосами.

– Вы просто слабаки, – забираясь с ногами в свободное кресло, усмехнулась моя соседка по комнате, и строго добавила: – Мы разве собрались здесь выслушивать ваше нытьё? Лучше смотрите, кого я к вам привела, – она махнула рукой в мою сторону. – Лидия ван Мор.

В комнате разом стало тихо. На меня уставились пять пар глаз.

– Привет, – я неуверенно улыбнулась.

– Ты ведь ученица Романова? – оживился коренастый, выпрямляясь в кресле. – Я – Егор, – и протянул руку.

– Подлизывается, – блондин толкнул товарища в плечо. – Мечтает попасть к мэтру на практику.

– Эй, я просто завожу полезные знакомства.

– Чтобы попасть к мэтру на практику.

Помещение наполнилось дружным хохотом.

– Предлагаю выпить за знакомство, – светловолосый взял одну из открытых бутылок с содовой, дожидавшихся своего часа на столе, и протянул мне. – Меня Лео зовут, а этого молчуна – Марком, – представил он третьего товарища.

Я взяла предложенный напиток, но поднимать тост не стала. Содовая специфически пахла и имела легкий фосфорный оттенок.

– Ангельская пыль?

Распространенный наркотик. В малых дозах безобиден, но если им злоупотреблять, вызывает сильнейшее привыкание.

– Пара пылинок, утром даже голова болеть не будет, – беззаботно отмахнулся Лео. – Но есть пиво, будешь?

Я кивнула. Парень, обойдя меня, раскрыл дверцы шкафа, где между полок затесался небольшой холодильник, и моему взору открылась целая доска детектива с вырезками из газет, заметками, цветными стикерами, кнопками и фотографиями. Была даже карта с чётко прорисованными Лей-линиями, и флажками в определенных точках. Над всем этим корявыми буквами значилось: «Великий обряд?»

Именно так, с вопросительным знаком.

– У вас тут клуб юных сыщиков? – я удивленно вскинула брови.

Мне в глаза бросилась фотография из старой газеты.

Фото отца.

Очень знакомая статья. Она вышла сразу после того, как ИКТС закрыли дело. В ней подробно рассказывалось, как оккультист Талбот ван Мор похитил девять молодых девушек, погрузил их в кому и запер в каменных гробах в одном из заброшенных столичных храмов.

Для чего? Папенька забрал тайну с собой в могилу. Но предприимчивых газетчиков и прочих сплетников это не останавливало. Чего они только не придумывали. Один писака с пеной у рта доказывал, что Талбот преследовал цель повторить ритуал оккультистов далекого прошлого. Приводил примеры, схемы, тряс перед камерами на различных телешоу рукописями непонятного происхождения. Тогда и появилось это ничего не значащее название – Великий обряд – придуманное помешанным психом.

Мне в то время исполнилось восемь. Стены академии защитили меня от вездесущей прессы, от разгневанных родственников пострадавших девушек и прочих ненормальных. Время шло, многое улеглось, но оставались те, кто не забыл, и любое упоминание фамилии ван Мор будоражило их неокрепшие умы.

Думаете, мой папенька единственный отличившийся? Нет. Психов в Столице всегда хватало, но так уж вышло, что его запомнили лучше всех. А теперь заговорили вновь.

Ниже была приклеена более свежая газетная вырезка.

«Наследство ван Мора не забыто?»

Я пригляделась к дате на полях. Номер вышел на прошлой неделе.

– Как это понимать?

Лео поспешно прикрыл дверцы шкафа и сник под разгневанными взорами друзей.

– Лидия, мы всё объясним, – выпрямилась в кресле растерянная Викки.

– Да уж постарайтесь!

– Пропала наша подруга Хлоя, – заламывая руки, тихо произнесла Клара.

– И вы решили, что раз я ван Мор, то?.. – я растерялась, но возмущение бурлило внутри и только продолжало нарастать. – Что?! Продолжаю семейные злодеяния?

В комнате стало ощутимо прохладнее. Когда я злилась и нервничала, неосознанно задевала ту тонкую грань, отделяющую мир живых, от мира мёртвых.

– Ты – теург, и если нашу Хлою… убили, быть может, – Клара запиналась на каждом слове. – Ты смогла бы… пообщаться с её духом, узнать, что произошло?

Безнадежность и грусть в словах девушки поубавили злость, но на моём голосе это не отразилось.

– Это так не работает!

– Мы знаем, просто… – Егор насупился.

– Просто пытаемся хоть что-то сделать, и очень хотим во всём разобраться, – поддержал друга молчаливый Марк.

– Разве это не работа ИКТС?

– Все молчат, или делают вид, что ничего не произошло, – обречённо пробормотала Викки.

– И вы играете в детективов, собирая сведения из жёлтых газет?

Я оттолкнула Лео и открыла шкаф, намереваясь лучше изучить содержимое. Объявления о пропажи Хлои Вернан, с номерами телефонов горячей линии, куда просили сообщать любую информацию, касающуюся места нахождения девушки.

Были и другие пропавшие. Три месяца назад. Некая Маргарита Ростова. А до неё, ещё тремя месяцами ранее, бесследно пропала Анастасия Милославская. Но только с исчезновением Хлои в СМИ начали бить тревогу.

Наследство ван Мора…

Я бегло прочитала статью. Автор приводил материалы из прошлого дела, но доводы его казались весьма сомнительными. Первые исчезновения тоже происходили с интервалом в три месяца, (была в том какая-то закономерность или нет, чёрт его разберёт. В детали папенькиных злодеяний я никогда не вникала), жертвы – юные девушки (невинные, прошу заметить). Больше ничего не указывало на связь между этими делами.

Может это кто-то из языческих божеств решил потребовать свою кровавую жертву? Или слетел с катушек очередной некромант, перебравший энергетика с ангельской пылью, и решивший обзавестись инфернальными невестами? Быть может ОСВ² так расправлялось с теми, кто по их мнению был связан с иными? Да что угодно могло твориться, но они всё равно вспоминали Талбота ван Мора!

Как же это бесило!

– Хлоя не вернулась после каникул. Родители отправили её в академию, но она так и не приехала, – Викки подошла ближе.

Значит, она пропала не из стен нашего учебного заведения. Хоть что-то хорошее.

– Так вам нужна помощь теурга, или вы просто пытаетесь проверить, не замешан ли в этом мой покойный отец?

Ответом мне стало дружное молчание.

– Всё вместе, я полагаю, – усмехнулась недобро. – Что ж, разочарую. Заклинатель духов из меня фиговый, а прах моего батюшки, надеюсь, давно смыло в сточную канаву.

Меня не стали останавливать когда я направилась к выходу. Только Викки неуверенно окликнула:

– Лидия…

Я не обернулась. Здесь мне больше нечего было делать.

Через лаборатории я прошла свободно (двери по пути мы оставили открытыми), вышла в коридоры подвала и только тогда поняла, что чего-то мне всё это время не хватало. Тонкого, едва уловимого, но постоянного присутствия Мара не ощущалось.

Я насторожилась. Замерла, прислушиваясь. Затем прошла от стены к стене, приложила руку к холодной каменной кладке и выдохнула удивленно.

Весь цокольный этаж был защищен знаками против духов, а прежний антидемонический барьер усилен в несколько раз. Призраки здесь не водились, но стало не по себе. Почудилось, что за мной пристально наблюдают. Может кто-то из ребят пошёл следом?

Приглушенное рычание, и тяжелое дыхание.

– Мар? – голос предательски надломился. – Не шути так со мной!

Но здравый смысл подсказывал, что хоть мой дух-служитель и силён, на цокольный этаж ему не пройти.

Страх легкий, как крыло бабочки. Прикосновением к щеке он замораживает свернувшееся внутри ощущение жизни. Прокатывается вниз глотком слишком горячего кофе – обжигаешься, но горечи не ощущаешь, только холод.

Почти бегом я добежала до лестницы, споткнулась на первой же ступеньке, едва не упала, уцепившись за перила, оглянулась.

Из темноты на меня смотрели два пылающих глаза. Собачьи.

Черный, поджарый доберман, рычал, но с места не двигался.

– Хороший пёсик, – нервно хихикнула. – Откуда ты только взялся?

Медленно, пятясь, я поднялась на первый этаж и пулей кинулась по коридору, надеясь, не попасться на глаза мадам Отто. Прогнала мысль, что стоило бы предупредить ребят о собаке внизу, но моя злость на них ещё не прошла. Как-нибудь выберутся.

Глава 3

– Лидия ван Мор, пройдите в приёмную ректора!

В животе как-то вдруг стало пусто и сердце, пропустив удар, ухнуло в эту самую пустоту. А ведь только позавтракала.

Викки всё утро пыталась со мной поговорить и упрашивала подождать её, чтобы вместе пойти в столовую. Но пока она торчала в ванной, я молча выскользнула за дверь.

Я обижалась на соседку и её друзей, а на меня дулся мой собственный фамильяр. Не сумевший пройти за мной в подвал, он был просто на взводе. Рычал и огрызался, упрекая в том, что я не смогла почувствовать защиту. Всю ночь Мар провел в изножье моей кровати, а утром по обыкновению лизнул в щёку, пока я спала, а затем исчез.

И появился только тогда, когда я стала спускаться в дирекцию. Шерсть на загривке поднялась дыбом, глаза шальные.

– Ты чего?

– Мне не пройти, – призрачный зверь клацнул зубами.

– То есть как? Ты уверен? – я с опаской посмотрела на дверь приёмной.

– Защита всей академии перестроена, как ты уже заметила. Мне даже в твоей комнате находится непросто.

– Ну, тогда иди, – я пожала плечами. – После обеда спущусь в сад на заднем дворе. Можно будет погулять и сделать домашку на свежем воздухе.

– Будь осторожна, – как-то странно сверкнули его большие жёлтые глазищи. Он повёл носом, принюхиваясь к чему-то, и пропал.

Поправив на плече сумку с учебниками, которые ещё надо было успеть сдать в библиотеку, неуверенно постучалась и вошла.

За столом сидела секретарша и что-то скрупулезно записывала в журнал. Оторвалась от своего занятия она не сразу. Близоруко щурясь, посмотрела на меня.

– Вы не торопились, как я погляжу, – уголки её тонких некрасивых губ презрительно искривились. – Проходите, милочка, мэтр Аш не любит, когда его заставляют ждать.

В своё оправдание замечу, что в приёмную я поспешила, едва моё имя прозвучало по громкой связи. Крыльев я пока не отрастила, а перемещаться в пространстве (а некоторые ученые оккультисты, уверяют, что даже и во времени), способны лишь демоны.

На сей раз стучать я не стала. Вошла в кабинет с чувством легкого страха и любопытства. Новый ректор стоял у окна, сложив руки на груди. Он обернулся, только когда дверь за моей спиной закрылась.

Достаточно высок, чтобы смотреть на окружающих сверху вниз. На вид лет тридцать с хвостиком. Отчего-то его лицо показалось мне смутно знакомым.

– Присаживайтесь.

И голос этот я уже слышала. Определенно.

На ватных ногах я прошла к мягкому креслу, стоявшему напротив массивного стола. Мэтр Аш тоже занял своё место. На его лице появилась хитрая усмешка, но сразу пропала.

– У вас не проколоты уши.

Непонимающе моргнула. Открыла рот, и закрыла.

– Вы? – я аж задохнулась. – То были вы! В аллее! Вы за мной следили?!

Ну, ошалеть!

– По вечерам я выгуливаю Демона в парке.

Демона? Собаку?

Ну, кличка у пса вполне подходящая, да.

Так это его я вчера видела! Тот доберман!

Я едва не заикнулась, что его зверь до чёртиков меня напугал, но вовремя прикусила язык. Тогда бы пришлось объяснять, что я делала в подвалах в неположенное время. Поэтому, я просто таращилась на мэтра. И со стороны, наверное, выглядела как идиотка.

Впрочем, когда вылезла из канализационного люка, выглядела я не лучше. Зашибись, первая встреча вышла.

Пока я тупила и мысленно кляла себя за врожденный идиотизм, мне без лишних слов протянули какую-то бумагу.

– Ваше расписание составлено лично мэтром Романовым и утверждено мной. Наши с вами занятия будут проходить трижды в неделю на полигоне за академией. Время указано в конце списка. Я не терплю опозданий, нытья, и требую полной отдачи на своих уроках.

Похоже, Романов сдал меня какому-то тирану. Нет, мэтр Эст тоже не всегда был добрым дедушкой, но чего ожидать от этого субъекта, просто не представляла.

– У вас есть ко мне какие-то вопросы, адептка ван Мор?

Я уткнулась в список с перечнем предметов.

Практический оккультизм. Ритуалистика. Демонология (расширенный курс). Алхимия. Патологическая анатомия существ. Расширенный курс языковедения. Каллиграфия (с моим кривым почерком, чертить руны и знаки – то ещё развлечение). Юриспруденция по канонам ААО³.

Мысленно застонала.

– Лидия?

Вздрогнула, когда он назвал моё имя. Затравленно взглянула на сидящего напротив мужчину. Я готова была поклясться, что в его карих глазах, плясали языки пламени.

Закрылась листком бумаги и прочитала в конце списка.

Факультатив. 19.00. Понедельник, среда, пятница.

Дополнительные занятия. С ним. Викки бы с ума сошла от такого счастья.

Быстро свернула листок, убрала в карман сумки. При этом старалась не смотреть на мэтра ректора.

Какой-то слишком идеальный… слишком. Всё в нём было – слишком. И веяло от него таким жаром, будто он вышел прямиком из Геенны огненной. Люди такой силой не обладают. Я самым настоящим образом плавилась. Волосы на висках и затылке взмокли. Чувствовала, как по спине стекают капельки пота. Невыносимая аура. Невыносимый жар.

– Я могу идти? – голос прозвучал совсем придушено.

– Идите, – ответили мне спокойно.

Как я оказалась в коридоре, помню плохо. Прижалась к стене, не понимая, куда мне отправляться дальше. Дрожащими руками достала скомканный листок. Буквы расплывались. Только с третьего раза я сообразила, что уже давно опоздала на лекцию по практическому оккультизму.

Слабо надеясь на то, что удастся сесть на заднюю парту, без энтузиазма направилась в аудиторию. Мне бы не помешало просто посидеть в стороне и привести мысли в порядок.

* * *

День выдался на редкость душным. Над городом собирались тучи, пахло приближающимся дождём.

– Ночью будет гроза, – доложил Мар, по обыкновению появившийся из неоткуда.

Я сидела на скамейке, подогнув под себя ноги, и листала учебник по анатомии существ. Толстую книгу в кожаной обложке библиотекарь отдавала, скрипя сердцем. Она трижды заглянула в расписание, дабы убедиться, действительно ли мне полагается сей увесистый талмуд.

Хочу заметить, чтиво оказалось на редкость занимательным. Я зависла на разделе с наядами, которых на сегодняшний день насчитывалось более тридцати видов, а досконально изученных – всего пять.

– Коварные твари, – высказал мнение Мар, сунув любопытный нос в книгу. – Такая даже из Князя Ада все соки выпьет. – Он махнул хвостом по чёрно-белой фотографии ундины со вскрытой грудной клеткой.

Я присмотрелась к восковому лицу существа. Идеальные черты, едва заметные клыки, выпирающие из-под верхней губы. Автор писал, что тело ему доставили из главного штаба ААО, а те в свою очередь, выкупили его у какого-то рыбака из Прибалтики.

– Красивая, – стало жаль её. Вряд ли она умерла своей смертью.

До События, существа жили под покровом легенд, о них писали сказки, их принимали за божественных созданий. Но после катастрофы, всё изменилось. Сказка и реальность переплелись в один большой, сложный и очень жестокий мир.

Вздохнула, пролистала несколько страниц вперёд и закрыла книгу.

Мар разлегся на скамейке, вытянув лапы, и прищурившись смотрел на окна академии.

– Что тебя беспокоит?

– Чужая сила давит на меня.

Я тоже её чувствовала. Особенно остро сегодня утром, в кабинете мэтра ректора.

– Этот Аш действительно могущественен.

– Давай уйдём, Лидия?

– Что?

Может я просто ослышалась?

– Зачем тебе работа в этом ИКТС?

Не ослышалась.

В последние дни дух вёл себя подозрительно. Неужели его так развезло от новой защиты и чужой силы? Странно, он никогда не был столь восприимчивым. Даже в доме Романова магии куда больше.

– Ты о чём вообще говоришь? – удивленно уставилась на фамильяра.

– Я говорю о свободе, – отозвался дух. – Ты всю жизнь хочешь пробыть офисным клерком?

– Я хочу помогать людям, как мэтр Эст.

– Люди, – фыркнул он с презрением, – они не заслуживают помощи.

– Не понимаю, какая муха тебя укусила?

Я искренне недоумевала в чём дело, и что побудило его завести этот престранный разговор.

Мар долго и пристально смотрел на меня, после чего заключил:

– Ты пока не готова, – и растворился.

– К чему? Мар?! Мар, вернись!

Но он совсем пропал, оставив меня в одиночестве и полном раздрае. Бывает, что одолевает чувство полной потерянности и ты сидишь, едва проснувшись после непродолжительного, но крепкого дневного сна, и не знаешь, что делать дальше. Вот примерно так я себя и ощущала в тот миг.

Я бездумно полистала учебник. Джины, перевертыши, драконы, фениксы. Захлопнула книгу, решив вернуться в комнату. Обед я давно пропустила и скоро наступало время ужина, а ещё нужно было оставить учебники и не опоздать на факультатив. В семь.

Мне отчаянно не хотелось снова встречаться с мэтром ректором. Снова испытывать это чувство. Словно ты осколок льда у открытого пламени свечи. Невыносимый жар, паника и желание оказаться как можно дальше от него, лишь бы не чувствовать этой губительной силы. И в то же время, мне стало дико любопытно. Кто он такой?

С этой мыслью я переступила порог комнаты. Викки сидела на кровати, обложившись учебниками и тетрадками.

– Привет, – я опустила сумку на стул.

– Привет, – она улыбнулась, но сразу поникла. – Ты прости меня, я не хотела, чтобы всё так получилось вчера, просто…

– Забей, – махнула рукой.

И меня вдруг осенило. Я ведь могу им помочь (правда, пока не знаю как). Разве не для этого я собираюсь работать в ИКТС? Чтобы разбираться вот в таких, безнадежных, делах. Помогать другим, когда остальные бездействуют. Я полгода наблюдала за тем, как работает лучший практик Столицы. Уж что-то смогу, не совсем беспомощная. И ещё мэтр ректор должен научить новым фокусам (а тут стоило бы нервно хихикнуть и ужаснуться). Справлюсь!

– Я в деле. Мы разберёмся, что стало с Хлоей. Чтобы виновные понесли заслуженное наказание.

Викки удивлённо моргнула, просияла и кинулась меня обнимать, разбросав по полу все книги и листки с записями конспектов.

– Я знала, что ты не откажешь. Просто, всё так глупо вышло, – начала она опять оправдываться и заламывать руки.

– Сказала же, забыли.

– Да-да! Мы сегодня опять собираемся на нашем месте, ты же пойдёшь?

– Увы, вечером у меня факультатив.

Уточнять с кем и где, я не хотела, предвидя бурю эмоций от по уши влюбленной в Аша девицы. Все всё равно узнают, но уж лучше потом.

– Жаль, – Викки разочарованно вздохнула, – но если закончишь раньше, ты знаешь, где нас искать, – и заговорщицки подмигнула.

Снова шататься по подвалам в одиночку, я бы не стала ни за какие коврижки. И мне почему-то мало верилось в то, что мэтр ректор отпускает адептов со своих занятий пораньше.

Глава 4

Где-то вдалеке грохотал гром и от этого звука я внутренне содрогалась. Или всё дело было в предстоящем занятии? Меня одолевал настоящий мандраж. И очень странное чувство… Нехорошее. Злобным бесом, оно гримасничало, скалилось и всячески цеплялось, желая обратить на себя внимание, чтобы потом, когда я отвлекусь, с хрустом откусить мне руку.

На полигон для практических занятий я пришла на целых пятнадцать минут раньше, памятуя о том, что мэтр ректор не любит ждать. Значит, подожду я. Старших надо уважать, так ведь?

Всё это время я бездумно бродила по начерченным на газоне линиям, и разглядывала стоящие вдалеке манекены для отработки боевых заклятий. Некоторые чучела выглядели сгоревшими и изрядно потрёпанными. Наверное, огненные маги не так давно практиковались, и заменить инвентарь не успели.

За этими мыслями я не заметила, как пришел мой новый учитель. Только повернувшись, чтобы пройти в обратную сторону, увидела мэтра Аша. Замечу, что он тоже не опоздал. Стоял у края площадки и выжидательно на меня смотрел.

Отчего-то смутившись, я поспешила подойти.

– Добрый вечер, мэтр, – поздоровалась тихо.

– Добрый, адептка ван Мор, – всё такой же внимательный изучающий взгляд. – Эстебан Романов поведал мне, что у вас проблемы с контролем силы. Вы теург, но неспособны удерживать ауру на Грани между миром живых и миром мёртвых.

– Наверное, именно поэтому ещё не сошла с ума, – проворчала вполголоса, но меня услышали.

– Да, не все теурги живут долго, это верно. Но сумасшествие среди рожденных магов этой стихии, заключается, скорее, в отсутствии правильного обучения. И раннем пробуждении силы. Психика ребёнка и мертвецы – вещи несовместимые. Вы же уже не ребёнок, но и дар ваш пока не до конца проснулся. Такое бывает.

– А вы рожденный маг? – прозвучало это беззастенчиво, и по-детски открыто.

Глупый вопрос, и не к месту, но он сам собой с языка сорвался. Ясное дело рожденный. Самоучки такой энергетикой обладать не могут. Другой, прицепившийся вагончиком вопрос: «Кто вы?», я благоразумно проглотила.

– Мы здесь для того, чтобы говорить о вас, а не обо мне, адептка ван Мор.

Ну, разумеется.

– Прежде, чем мы начнём, – он откашлялся. – Ваш фамильяр. Я бы хотел его увидеть.

Я ведь говорила, что Мар любит, когда к нему проявляют интерес? Но в тот миг он оказался глух к просьбе показаться. И это был первый и непонятный для меня звоночек, сопряженный с тем самым чувством страха.

– Мы с ним немного поспорили днём, он, наверное, всё ещё обижается, – глупо улыбнулась, не совсем понимая в чём дело, и почему Мар артачится.

– Призовите фамильяра, Лидия.

Аш требовал серьёзности и сосредоточенности, словно глупая детскость грозила слишком быстро его утомить, как утомляло всё вокруг. Усталость. Вот ещё одно слово, которым можно было описать мэтра ректора. Она отражалась в его тёмных глазах, когда там не пылал огонь.

– Мар! – позвала настойчиво, цепляясь за нашу с ним связь.

Фамильяры для теургов – проводники на ту сторону, где нет времени, а всё вокруг лишь тлен. Они компаньоны, способные не только пройти с тобой по грани безумия, но и самые близкие друзья, готовые поддержать, когда рядом больше никого не осталось.

Мар, миленький.

Когда я уже совсем отчаялась и растерялась, призрачный зверь появился в десяти шагах от нас. В позе готового к прыжку хищника, загнавшего в угол добычу. Зрачки в янтарных светящихся глазах вытянулись в тонкую полоску. Дух угрожающе рычал, глядя на мэтра ректора.

– Мар? – я невольно попятилась.

Аш, стоявший передо мной, внезапно напрягся, и я ощутила волну поднимающегося жара, как если бы за его спиной расправились невидимые огненные крылья.

– Откуда это существо?

– Он дух, фамильяр, – странно было объяснять простую истину мэтру оккультизма.

– Ошибаешься, девочка!

Вокруг нас вспыхнула защитная огненная пентаграмма, а вокруг Мара – развоплощающая.

– Что вы делаете?!

Я бросилась вперёд, но этот свихнувшийся тиран легко перехватил меня, толкнул себе за спину, и при этом так больно стиснул предплечье, что я испугалась, как бы от его хватки не остался синяк, или хуже того – ожог.

Мар начал метаться в ловушке, рычать неистово и дико, от чего у меня в груди сжалось сердце.

– Прекратите немедленно!

От страха, обиды и непонимания защипало глаза. Мне ничего не ответили, только сильнее сжали руку. Пламя вокруг Мара взвилось выше.

– Назовись! – голос мэтра-психопата ревел, также как и разбушевавшаяся с его подачи стихия.

– А я думал, что такие как ты, сгинули во времена Всемирного Потопа, – злобно, но вполне спокойно отозвался дух.

Я перестала вырываться.

– Назовись!

Заело его, что ли?

– Может, ты и видишь больше, чем остальные, но так ли ты силен, Птенчик?

– Назовись, демонское отродье!

Ч-ч-чего?

Символы в круге пришли в движение, напоминая хитрые шестерни, и заставляя призрачного тигра метаться, а после рычать… от боли.

– Как твоё имя?!

– Мар-р-р-р-р…

– Имя?!

– Марбас! – рык и лязг ножей-зубов.

Я отпрянула, почувствовав пустоту вокруг. Меня уже никто не удерживал.

Немыслимо.

Пламя слизало многолетний обман, обнажая страшную истину.

Но как?! Разве это возможно?!

В пылающей огненной пентаграмме, корчился от невыносимой агонии обнаженный мужчина.

Ладно сложенный. Под бронзовой кожей перекатывались бугры мышц. Чёрные волосы падали на лицо и плечи. Голову венчали небольшие загнутые рога. Он с ненавистью смотрел на мэтра ректора.

– Она моя! Моя! По праву Чёрного венчания, по праву крови, по слову наших общих предков! Ты не должен был вмешиваться!

Мар? Мой пушистый, добрый, ласковый Мар… Из его глотки вырывался дикий, дьявольский рёв, а рот искривился в вымученной улыбке, когда золотые глаза (те же самые глаза, в которые я смотрела, когда искала поддержки и утешения) нашли меня.

– Я вернусь к тебе, Лилия, обещаю.

Пламя – очищающее и испепеляющее – взревело вокруг нас, и волной хлынуло на скорчившуюся в круге фигуру. Миг, и от газона стал подниматься только удушливый сизый дым. Запахло серой. От чего сразу разболелась голова, а во рту появился неприятный привкус. Я не помнила, как оказалась на земле. Сидела, обхватив колени руками, и тряслась как в лихорадке.

– Лидия! Лидия!

Он поднял меня на ноги. Встряхнул, так что у меня чуть голова не отлетела.

– Мар…

– Не смей произносить его имя! Никогда! Даже мысленно! Ты меня поняла?!

Если знаешь имя демона – он имеет над тобой власть. Или ты над ним? Совсем запуталась.

– Нет, нет, – я начала вырываться, пытаться посмотреть туда, где ещё минуту назад находился он… Кто он? Как это вообще возможно?

Меня снова встряхнули, в тщетной попытке привести в чувства, а затем… поцеловали. Настойчиво, требовательно, грубо даже. Это был поцелуй со вкусом пряно-горького имбиря, можжевельника и мяты.

Я словно загорелась: ни то от стыда, ни то от странного чувства, хлынувшего в мою ледяную кровь жидким огнём. Оно защищало, дарило тепло и покой. Удивительное ощущение, в котором хотелось не просто раствориться, хотелось стать с этим пламенем единым целым. Ведь откуда-то, я совершенно точно знала – оно не обожжёт. Туман в голове прояснился, виски больше не сдавливал неподъёмный чугунный венец.

Он отстранился первым. Втянул воздух сквозь сжатые зубы, посмотрел пристально. Я прижала пальцы к пылающим губам и щекам, желая провалиться куда-нибудь поглубже, чем просто в Ад.

– Какого чёрта вы делаете?

– Привожу вас в чувство, – мэтр с деловым видом отдернул рукав рубашки, поправил манжет. – Или стоило отвесить вам оплеуху?

Он что, ещё и смеется надо мной?

– Ну и методы у вас… Вы… вы…

Разрушили мою жизнь.

Почему? Зачем?

Меня опять начало колотить, мысли путались. Перед глазами возник Мар, корчащийся в кругу пламени. Я сжала голову руками, надеясь прогнать эти образы, но они становились только навязчивее.

– Я вернусь к тебе, Лидия…

Я помотала головой, надеясь вытрясти из неё непрошеные видения, а заодно и все воспоминания, о только что случившемся. Зажмурилась сильнее, вдохнула и выдохнула. Ещё раз. И ещё. Наконец, вязкость во рту исчезла, проливаясь вместе с вытолкнутыми из саднящего горла словами:

– Кто вы такой?

Подняла голову, и встретилась с взглядом, в котором вновь вспыхнуло пламя.

* * *

Его отец был скромным профессором, практикующим огненную стихию. Мэтью Аш всю жизнь проработал в ААО. Не один десяток лет посвятил воспитанию и обучению молодых магов, до конца своих дней работал над монографией, изучая природу таких существ, как фениксы.

Свою супругу, прекрасную Милинтику, он впервые встретил на одном из открытых заседаний общества, посвящённых правам существ. Удивительная русоволосая красавица, наследница жестоких ацтекских жрецов, чьё имя отражало её истинную природу – ей претил этот новый, перевернувшийся с ног на голову мир. Но она старалась подстроиться под него, жить как все, и не пасть жертвой ополоумевших охотников на существ, жаждущих заполучить её в качестве диковинного трофея.

Кристоферу не довелось узнать свою мать. Она умерла, подарив ему жизнь. Да, фениксы способны перерождаться и жить вечно, но не всё в их природе так однозначно. Милинтика видела мир ещё до События и за своё долгое существование принесла немало жертв.

Мэтью Аш подробно написал об особенностях этих существ в своей монографии (которую, к слову, кроме Кристофера, никто больше так и не прочел). Дети фениксов рождаются мёртвыми, и только бесценный дар матери, может совершить чудо. Милинтика отдала свою последнюю жизнь сыну.

Без смерти невозможно осознать ценность жизни.

Отчасти человек, отчасти существо – Кристофер Аш был одним из самых сильных рождённых магов за последнее столетие. Он мог чувствовать и видеть любого демона, какую бы личину тот не принял, дабы скрыть свою уродливую суть.

Романов заподозрил странную природу фамильяра своей ученицы, но не мог ничего сделать. Насколько Аш сумел понять, демон находился в некоем подобии стагнации. Часть его сознания и силы спала долгие годы, но не так давно стала проявляться. Опытный Эстебан почувствовал едва уловимый демонский дух и забил тревогу.

В девушке же напротив не было ничего выдающегося. Кристофер не видел в ней угрозы. Впрочем, когда-то он не разглядел угрозы и в её отце, которого долгое время называл учителем.

Они смотрели друг на друга в упор. Лидия силилась узнать кто он такой, а ему же необходимо было выяснить, что представляет собой она сама.

Слабая аура. Бледная кожа, субтильное телосложение. Даже простое, доступное всем бытовое колдовство отнимало у неё уйму сил. В этом можно было убедиться, взглянув только на её волосы. Бесцветные, совершенно седые на концах. Подобное часто встречалось у нерожденных магов и магичек, и последние, надо отметить, часто стригли волосы или красили их. Адептке ван Мор такая прическа шла.

Она была совсем ребёнком, когда Талбот собирался совершить нечто из ряда вон. Готовил ли он для своей дочери какую-то роль в том кошмаре? Им выяснить так и не удалось.

Игра в гляделки несколько затянулась. Крис перехватил девушку за руку и, не обращая внимания на слабые попытки вырваться, повёл за собой.

В столь поздний час, приёмная встретила их тишиной. Демон с самым несчастным видом лежал у входа в его кабинет. Навстречу он не поднялся, демонстративно показывая, как сильно обижен на хозяина.

– Прости, Друг, погуляем позже.

Кристофер потрепал пса по холке, проходя мимо, и полез в шкаф, где секретарь Алла Михайловна хранила чайник и чашки.

– Чай? Кофе?

Ни звука в ответ.

– Адептка ван Мор?

Девушка осталась стоять в дверях, обхватив себя за плечи, и смотрела на него как на врага народа.

– Чай. Чем крепче, тем лучше. Впрочем, не откажусь пожевать и кофе без воды.

Она чем-то напоминала ему Талбота. Сходство с отцом было незначительным, но он легко улавливал его. Вопреки ожиданиям, это нисколько не раздражало.

– Что вы помните о своем отце, Лидия?

Пока Крис разливал заварку по чашкам и ждал, когда закипит электрический чайник на подоконнике, Лидия молчала. На минуту Кристоферу показалось, что она и вовсе не станет с ним говорить.

– Он… был сложным человеком, – она прошла немного вперёд, с опаской поглядывая на собаку.

– Вы хотели сказать жестоким?

Аш протянул ей чашку и указал на диван, а сам облокотился на стол секретаря.

– То, что хотела, я уже сказала. Вы не отвечаете на мои вопросы, но желаете получить ответы на свои. Что сегодня произошло?

Справедливо подмечено.

– Вы спрашивали кто я? Я тот, кого попросили вам помочь. И именно этим я и занимаюсь.

– Так вы знали, что Мар… он?..

– Романов заподозрил вашего фамильяра несколько месяцев назад. Но долго сомневался, а после понял, что сам не справится.

Девушка забралась на диван с ногами, сжалась в комок, обхватила кружку руками и все это время старательно отводила взгляд.

– Мне жаль, вы были привязаны к нему. Но действовать пришлось быстро и радикально.

– Да уж, радикальнее некуда, – сделав глоток чая, поморщилась, но ничего не сказала, и отпила ещё.

Она была холодной, как маленькая льдинка. Обыкновенное состояние для тех, кому открыты двери в мир мёртвых. Кристоферу же стало не по себе, когда он к ней прикоснулся. Почудилось, что девушка просто растает в его руках, но она будто стала забирать его огонь, жадно пить пламя, растворяясь в чужой силе. Крис растерялся, пожалуй, впервые за свою жизнь, ощутив полную беспомощность и желание поддаться, поделиться тем, чего и так в избытке.

Целовать Лидию он не собирался, вышло спонтанно, как-то глупо. Сказывалась мизантропия и его неспособность выстраивать нормальные взаимоотношения, но если бы он не сделал этого, у неё могла случиться истерика.

А теперь, Аш сам пребывал в смятении. Он не желал признаваться, что поцелуй ему понравился. С виду колючая и холодная девчонка – от неё пахло летом и персиками, и чуть-чуть жасмином. И эта головокружительная сила! Будь Кристофер простым магом, и если бы Лидия понимала что делает, а их поцелуй продлился немного дольше… Она вполне могла бы перелить в себя его огонь.

Возможность забирать чужую силу, впитывать её подобно губке. Даже в теории от такого начинали шевелиться волосы. Ты либо рожден со стихией внутри, либо пытаешься познать её, учишься управлять и приручать. Но когда внутри тебя Бездна…

Кристофер наблюдал, как Лидия пьёт чай, шмыгает покрасневшим носом. Её терзали вопросы, но и у него у самого их собралось немало за один вечер.

Демоническое отродье не сказало ничего существенного, что могло бы пролить свет. Призвать его в круг, заставить отвечать – вполне себе решение, но подготовка займёт время, а ответы Кристоферу нужны уже сейчас.

– Что будет дальше? – она, наконец, осмелилась взглянуть на него.

– Вам нужно отдохнуть, Лидия. С утра у вас занятия.

– Легко вам говорить, – фыркнула раздраженно. – Не вы же лишились друга, с которым пробыли всю жизнь, – она сморгнула слёзы. – Разве демоны способны на такое?

– Нам и половины не известно из того, на что они на самом деле способны.

– О чём он говорил? Что такое Чёрное венчание?

– Не знаю.

Она вскинула голову, собираясь что-то сказать, но Кристофер опередил её.

– Допивайте чай. На сегодня всё, адептка ван Мор.

Глава 5

– Твоя воспитанница – пустой сосуд. Что удивительно для рождённой магички.

Романов напоминал грозовую тучу. Мэтр сидел за своим рабочим столом и безуспешно пытался залить крепким кофе усталость и раздражение, которые проступили на его лице в виде синяков под глазами, и красных пятен на щеках.

– Как она?

– Подавлена, – пожал плечами Аш. – Задает правильные вопросы.

– Я побеседую с Личем, может он что-то знает.

– Ты всё ещё держишь этот разлагающийся кусок мяса в своём доме?

При одном только взгляде на старое умертвие, Крису хотелось спалить его дотла вместе со всем, что находилось вокруг.

– Это моё дело, и мой дом! – вспылил Романов, но сразу сбавил обороты. – Прости, я сам не свой.

– Что-то случилось?

– Случилось, – Эстебан выдвинул ящик стола, не глядя достал фотографии, небрежно сложенные в бумажную папку, и кинул их на стол перед собеседником.

Кристофер с интересом подался вперёд, но едва вытащил на свет пару глянцевых снимков, втянул воздух сквозь сжатые зубы. Даже присущий ему цинизм, выработанный за годы суровой службы, не спас от подскочившего к горлу сердца. Следом, нутро затопило пламя праведного гнева, порождая желание найти того, кто это сотворил, и сжечь ко всем демонам.

Хрупкое, бледное тело, облаченное в длинную шёлковую сорочку белого цвета, сломанной куклой лежало на бетонном полу. Полосная рана внизу живота, вскрытая грудная клетка, и рассечённое до гортанного хряща горло, из которого уродливым гербарием торчал цветок алой лилии. И не единой капли крови вокруг.

Напряженно изучая обезображенное женское тело на снимках, Кристофер Аш хранил молчание.

– Её звали Анастасия Милославская, она пропала шесть месяцев назад. Тело обнаружили сегодня утром.

– В прошлом, Талбот не убивал так жестоко. Почему ты считаешь, что это его рук дело?

– Тогда мы нарушили его планы, ты же помнишь? И те девушки… Он готовил их для чего-то.

– Для того чтобы просто выпотрошить? – Кристофер подтолкнул один из снимков ближе к Романову. – Скорее уж, экстремисты из ОСВ придумали новое развлечение. Она была магичкой?

– Рожденной.

– Стоит рассмотреть эту теорию. А Талбот мёртв! Я лично убил его, ты же помнишь? – повторил он его вопрос с лёгким раздражением.

– Можешь считать, что я помешался, сошёл с ума, но я точно знаю, что он стоит за всем. И это только начало! – Романов со злостью ткнул пальцем в фотографию.

Кристофер задержал взгляд на лилии. Раскрытый цветок торчал из разрезанного горла, а длинный стебель уходил вовнутрь и виднелся сквозь рёбра.

– Я заберу его, с твоего позволения, – он взял снимок, свернул и убрал во внутренний карман пиджака.

– Что ты задумал?

– Пока ты и ИКТС будете гоняться за призраками, я поспрашиваю кое-кого, – Аш поднялся с места.

– Это не должно попасть в прессу, – мэтр Эст поспешил встать из-за стола.

– Не попадет, не переживай, – и махнул рукой. – Я знаю где выход.

* * *

Дождь обрушился на Столицу ночью и не прекращался до самого обеда, превратив улицы города в полноводные реки. На удачу Кристофера, когда он направлялся к Романову, вода немного спала, а уже к вечеру передвигаться по дорогам можно было почти без пробок.

К ночному клубу с говорящим названием «Адское Пламя» Аш подъехал к самому открытию. Некоторое время он просто сидел в своей машине, слушал радио и наблюдал за людьми, жаждущими попасть в заведение. К слову, два бугая на входе пропускали всех без разбору.

Выждав ещё немного, Крис выбрался из автомобиля и занял очередь в хвосте из пяти человек, решив не привлекать к себе внимания. Впрочем, внимание трёх юных девиц впереди, было ему обеспечено. Они хихикали, шептались о чём-то и постоянно оборачивались в его сторону. Благо, длилось это не долго, и когда они все оказались внутри, Кристофер просто затерялся в толпе.

Мигание огней, сигаретный дым, громкая музыка. Коктейли с ангельской пылью тут лились рекой. Люди… Молодые девушки и юноши, они слетались в подобные места, как мотыльки на пламя, и естественно, сгорали в нём. Не все из них, но большинство. Сейчас они молоды, беззаботны и глупы, и почти никто не задумывается о последствиях, к которым приведут их низменные желания. Здесь они ищут тех, кто исполнит любой их каприз, а цена не так уж и важна. Так всегда кажется поначалу, но когда наступает час расплаты… Аш ещё не встречал тех, кто бы об этом не пожалел.

Кристофера замечали лишь те, кто людьми не был. Они чувствовали его истинную суть, и в след шипящими змеями ползли угрозы и оскорбления, ментальные проклятия, и каждый норовил отшатнуться, словно опасаясь обжечься. Не зря опасались. Аш с трудом сдерживался, чтобы не схватить первого попавшегося уродца, и не выжечь содержимое его черепной коробки, а после зачистить весь этот притон.

Скрипя зубами, он дошел до лестницы за танцполом и поднялся наверх. Нащупал в кармане монету, подаренную когда-то владельцем этого чудного заведения в знак доброй воли и как напоминание того, что он находится перед родом феникса в неоплатном долгу. Подбросив жетон, Кристофер поймал его в воздухе перед самым лицом громилы-секьюрити, продемонстрировав оттиск на металле. Демон, сохранив хладнокровие, отступил от двери, и только глаза его угрожающе блеснули алым светом.

Кристофер не удосужился постучать и когда вошёл, оказался приятно удивлен, что в тёмном кабинете почти не слышно тяжелых басов музыки. И, по всей видимости, его тут ждали.

– Увидел в окно твой красный Chevrolet – приметная тачка, – демон, сидевший в кожаном кресле с высокой спинкой, паскудно ухмылялся. – Не могу не отметить, что у тебя есть вкус.

– Я сюда не за твоей похвалой пришел, Велиал.

– Разумеется, – всё та же ухмылка. – Великий и ужасный Кристофер Аш приходит лишь тогда, когда ему что-то надо.

Подтянутый высокий брюнет в деловом костюме. Если Велиал не скалился, а вполне дружелюбно улыбался, демонстрируя белоснежные зубы, никому и в голову не приходило, что сей господин один из сильнейших демонов – глава Инфернального совета и Торговой гильдии по поиску и изготовлению магических артефактов. Бриллиантовая серёжка-гвоздик в правом ухе, добавляла в его образ нечто обыденное и приземлённое, располагая людей, жаждущих заключить выгодную сделку.

– Слышал, ты нынче школьный учитель? – продолжал зубоскалить демон.

Кристофер молча занял место напротив хозяина клуба, совершенно не смущаясь того, что сесть ему не предложили, и небрежно бросил перед Велиалом монету-пропуск с оттиснутым символом Глаза Гора.

– Оставь себе, – небрежно отмахнулся демон. – Я не против иногда лицезреть твою хмурую физиономию. Это меньшее, что я могу сделать в память о Милинтики.

По части оказания услуг демонам в этом мире равных не было. Помимо прочего, они любили потешаться над теми, кто слабее, и над теми, кто хоть как-то связан с ними.

Его мать и Велиал в прошлом имели какие-то дела. Кристофер узнал об этом из её записей, к сожалению, недостаточно подробных. Милинтика многое оставила сыну с зароком на будущее, зная, что его рождение она не переживет.

Судьба не единожды сводила пути демона и феникса, и всякий раз, Велиал припоминал, что если он что-то и должен, то уж точно не Кристоферу. И если Аш желает просить об одолжении, то контракт одинаков для всех. В последнюю их встречу, за несколько дней до разоблачения Талбота, Крис, сидя на этом самом месте, просил Велиала рассказать, что ему известно о странном ритуале. Цена феникса не устроила, и он ушёл, громко хлопнув дверью. Тогда всё сложилось, но планы ван Мора остались загадкой за семью печатями. Ашу было уже на них плевать, но за прошедшие годы Романов так и не успокоился, а теперь эти новые убийства… Кристофер решил, что настало время поступиться кое-какими принципами и разрубить этот гордиев узел раз и навсегда.

– Мне нужны ответы, и я согласен расплатиться сполна. После наши пути больше не пересекутся.

Демон выпрямился в кресле, и даже не старался скрыть удивление, проступившее на холеном лице. Но прежде, чем он успел бы съязвить, Кристофер вытащил из кармана снимок.

– Кому из вас, тварей, приносят подобные жертвы?

Удивление Велиала сменилось озабоченностью, но почти сразу он улыбнулся, на глазах превращаясь в делового предпринимателя.

– Ты же понимаешь, что за ответы, части твоей души будет недостаточно?

Кристофер скрипнул зубами.

– Чего ты хочешь?

Демон задумчиво постучал пальцами по столу.

– Ты вовремя появился, Крис. В Столице сейчас неспокойно, таким как мы нужно держаться вместе.

– Я не такой, как вы.

Велиал сделал вид, что не услышал.

– Сегодня я отвечу на твои вопросы, а ты должен будешь мне услугу.

Услугу. Демону. Лучше уж отдать свою последнюю жизнь, и никогда более не возродиться. Именно на такой исход он и рассчитывал, когда шёл сюда. Одна из жизней феникса заключённая в артефакт – сложно, но если постараться, то реликвия уйдёт с молотка за баснословные деньги.

В общем, Велиал в очередной раз нашёл способ поиздеваться и повернуть ситуацию в свою пользу, как и подобает порядочному демону.

– Ты можешь подумать, я не тороплю.

Он поднялся со своего места, подошёл к мини-бару у окна и извлёк оттуда бутылку джина, а с полки – две небольшие рюмки. Поставил их перед гостем, наполнил прозрачной жидкостью.

Кристофер к напитку не притронулся.

Сжал и разжал кулаки, посмотрел на фотографию. Такого не должно происходить. Это неправильно. Как неправильно было обращаться за помощью к демону. Поначалу, на волне лютой инициативности, граничащей с авантюризмом, Кристоферу всё казалось практически элементарным. Пришёл, увидел, победил. Но тут предстояло переступить и через свои принципы.

Ещё один брошенный на снимок взгляд, где неподвижной фигурой навсегда застыло хрупкое тело с алым цветком в гортани, и Аш решительно выдохнул:

– По рукам. Что от меня потребуется?

– Считай это отсроченной сделкой, – Велиал отсалютовал ему бокалом. – В нашем распоряжении целая вечность. Когда-нибудь мне понадобится помощь.

Демон взял со стола фотографию, словно испугался, что феникс передумает, а упускать подобный куш ему совсем не хотелось. Залпом допил остатки джина (даже не поморщился), после чего произнес:

– Эту девушку не приносили в жертву. Всё сделано так, чтобы завести следствие в тупик. Я почти уверен, что если ты заглянешь в отчёт ведущего патологоанатома ИКТС, там будет сказано, что её силу выпили до капли. Полагаю, появятся ещё прецеденты. Кто-то заполняет резервуары. Для чего? Это другой вопрос. Среди моих подчинённых, никто таким заниматься не станет. Но я уже говорил тебе, что в Столице нынче не всё хорошо.

– У тебя есть предположения на этот счёт?

Честно говоря, Кристофер рассчитывал получить другой ответ, но послушать рассуждения демона, показалось не такой уж и плохой идеей.

– Что ты слышал о делах, связанных с защитой прав людей от демонического влияния? О покушениях на нелюдей, о преследовании тех, кто хоть чем-то отличается от простых обывателей? О терактах за последние пять лет, где большинство жертв – существа? Знаешь, кто за этим стоит? Психопаты, убивающие ради удовольствия. Они придумывают себе оправдания, лозунги с призывами избавиться от демонов и им подобных. И убивают. Женщин, детей, стариков… Во имя великой миссии? Нет. Только лишь потому, что им нравится. Ведь только так они могут делать то, что им по вкусу, прикрываясь идеей, которую поддержат другие. Так уж они устроены. Они не могут открыто заявить о своих наклонностях, превратиться из героев в преступников. Они ждут одобрения толпы. Жаждут восхищения. Того, чего у них никогда не было и что они готовы заслужить ценой чужой жизни.

– ОСВ – кость в твоём горле, не так ли?

Велиал злобно скривился, с грохотом опустил на стол бокал, расплескав содержимое.

– Среди них есть и маги, – демон постучал пальцем по снимку. – Чтобы уничтожить нас, они пойдут и не на такое. Нас считают воплощением всех грехов и виновниками всех бед, но убивает всегда только тот, кто хочет это делать.

Заключивший сделку демон не мог лгать. Велиал открыто делился своими мыслями, и Кристоферу они были отчасти близки.

– Романов считает, что это дело рук Талбота.

– Скорее, того, кто верил в его идеи.

– И в чём, по-твоему, они заключались? – феникс подался вперед.

– Этот человек был странен и скрытен, тебе ли не знать. В Совете над ним смеялись. Он выменивал у демонов некоторые сведения на артефакты собственного изготовления.

– Какого рода сведения?

– Он искал открытые двери в Ад, интересовался храмами в наших землях. Лично от меня он получил дневник одного средневекового некроманта, который не раз совершал паломничество в наши владения. Как по мне, Талбот был безумцем, ищущим силу, способную вознести его над другими.

– Боюсь, в нашем современном мире проще стать серийным убийцей, чем кем-то великим.

– Так он им и стал, – согласно усмехнулся собеседник. – И кто-то собирается повторить его успех.

Кристофер откинулся на спинку кресла. Разговор не пролил много света на происходящее, но у него имелись и другие вопросы.

– Что такое Чёрное венчание?

Велиал удивленно вскинул брови и потянулся за початой бутылкой джина.

– Это родство душ. Тебе должно быть известно, что некоторые демоны, заключая друг с другом союз, верны партнеру до самого конца. Чёрное венчание – клятва крови, обещание, нарушив которое, можно поплатиться жизнью.

Аш изучал ритуалистику, но о таком в книгах не говорилось.

– Почему я никогда не слышал о подобном?

– Мы стараемся не распространяться о некоторых сакральных вещах, но сегодня я отвечаю на твои вопросы. Что-то ещё?

– Такое венчание можно заключить без ведома одной из сторон?

Демон задумчиво посмотрел в свой бокал.

– Если это, предположим, династический брак, и решение принимают старшие родственники… – Велиал пожал плечами. – Возможно. Но исход может быть непредсказуемым. Этот ритуал сегодня почти забыт. Магия слишком древняя и сложная, даже опасная. Я удовлетворил твоё любопытство?

Кристофер сделал легкое движение пальцами и в лежащем перед Велиалом ежедневнике вспыхнули огненные буквы, сложившиеся в имя.

Марбас.

– Кто он?

Во взгляде сидящего напротив демона, мелькнул красный отсвет, как если бы сейчас он почувствовал угрозу. Но феникс был расслаблен и сосредоточен, и только его талант – тонко чувствовать натуру нелюдей и демонов, позволил уловить мимолетную искру… страха? Напряжения? Или недоверия?

Но хозяин клуба превосходно владел собой, и секундное замешательство сменилось ленивой улыбкой.

– Над тобой, видимо, посмеялись, Феникс. Того кто носил это имя – давно нет в живых.

Глава 6

– Он тебя поцеловал? – Ника залезла на диван с ногами и уставилась на меня немигающим взглядом.

– Ты вообще слышала, что я рассказала тебе до этого?

Подруга выдохнула и прикусила губу.

– Всё это просто какое-то безумие.

В безумии я пребывала весь прошлый день, а сегодня, после единственной первой пары, направилась в дом на Набережной. Я бы осталась тут на все выходные, но вечером меня ждал очередной дополнительный урок с мэтром всё-могу-всё-знаю-но-ничего-не-скажу.

Я надеялась застать дома Романова, но Ника сообщила, что мэтр ушел рано утром и не предупредил когда вернётся. Что ж, может мне удастся нарыть что-то в библиотеке (ведь здесь нет запрещенных секций, как в академии) и поспрашивать Лича, если умертвие будет в добром расположении духа.

Я напоминала себе загнанную сумасшедшую, не способную усидеть на одном месте. Мне нужно было чем-то заниматься, разговаривать с окружающими, куда-то идти. Главное, не оставаться наедине с собой, один на один с вопросами без ответов, и мыслями о нём.

Пронзающий насквозь взор того мужчины… демона в круге. Я видела его, стоило только на миг прикрыть глаза. И слышала его слова.

Мар…

Я боялась произнести полное имя своего лже-фамильяра даже мысленно.

Мар – это ведь не совсем его имя. Ну, то есть… не полное имя, а значит, если я так буду называть его про себя, то ничего непоправимого не случится.

Ведь не случится?

Мар…

Зажмурилась. Судорожно вздохнула и выдохнула, решительно поднялась с места.

– Пойдешь со мной в библиотеку? – взглянула на подругу сверху вниз.

Ника виновато потупилась.

– С минуты на минуту должна подойти мадам Альтаирская. Я обещала ей, что она будет блистать на юбилее своего супруга сегодня вечером.

– Тогда попрошу Лича составить мне компанию, – я ободряюще улыбнулась, прекрасно понимая, что заявилась без предупреждения и подруга не должна чувствовать себя обязанной и отменять все планы на день.

В доме, как и всегда, царили полумрак, тишина и прохлада. Здесь мне было очень комфортно, и спокойно. Впервые за последние два дня.

Может остаться тут и никуда не ходить? Закрыться в комнате, забраться под одеяло и притвориться больной? А лучше мёртвой! Аш ведь не придёт проверять? А Романов и так мне поверит, ну или хотя бы не станет давить.

Тут Мар назвал бы меня трусихой, и я бы даже не стала с ним спорить.

Стоило подумать о фамильяре, как в груди защемило. За прошедшие дни я ощущала внутри только зияющую пустоту. Она прогрызла червоточину в самом сердце, вытесняя весь остальной мир, смыв с него краски затяжным дождём.

Единственное, что заставляло испытывать хоть какие-то эмоции, мысли о мэтре ректоре. Я его опасалась. А ещё мне было чертовски стыдно, за то, что я раз за разом думала о том нашем поцелуе. Я не знаю, что чувствовала. Могу только сказать, что мне совсем не хотелось тогда, чтобы эта внезапная близость прекращалась. Таким, наверное, первый поцелуй и должен быть?.. Сравнить было не с чем.

Нет. Я тряхнула головой. Оставаться одной мне было просто противопоказано.

В библиотеке, на удивление, никого не оказалось.

– Лич?

На разложенной шахматной доске громоздилась стопка книг. Я просмотрела корешки: ритуалистика, жертвоприношения, рукописный трактат о Лей-линиях. Интересный набор литературы для чтения на досуге. Но если дело касалось старого умертвия, удивляться не стоило.

Я потопталась на месте и, недолго думая, направилась на второй ярус библиотеки. Мне было известно, что мэтр Эст отвел всё левое крыло наверху под книги о демонологии. Только вот, с чего начинать поиски, я понятия не имела. Сомневаюсь, что существует справочник, в котором перечислены поименно все известные демоны.

Я обнаружила пропажу, ориентируясь на зелёное свечение между книжными стеллажами.

– Лич?

Он стоял у дальних полок, напоминая воплощённое приведение. Высокий, обтянутый серой кожей скелет, с растрепанными седыми космами, и облаченный в балахон с капюшоном. Жуткое зрелище. Не для меня, конечно, но вот Ника холодела от ужаса, когда оказывалась рядом с ним.

– А, Лилита, ты вернулась? Что нового в академии? – Лич повернулся ко мне, сжимая в когтистых костлявых пальцах томик в чёрной кожаной обложке.

Я, сама того не желая, скривилась.

– Всё так плохо?

– Новый наставник, слишком… требовательный, – подобрать эпитет вышло не сразу.

– Может это пойдет тебе на пользу, – серьёзно кивнуло умертвие. – Впрочем, огненные недолюбливают таких как мы.

– Мы?

– Мы с тобой стоим на границе мира живых и мёртвых, Лилита, а существа, порожденные огненной стихией… – в тусклых глазах Лича вспыхнул ядовито-зелёный огонек, свидетельствующий о его крайней задумчивости. – Противостояние льда и пламени, понимаешь?

– Не совсем, – я поджала губы. – Мэтр Аш ведь не существо, он огненный маг, хоть и сильный.

– Заходил вчера этот твой мэтр, – старик направился к лестнице, ведущей вниз. – Он почти не изменился с тех пор, как был тут в последний раз. Полукровки фениксы, иной раз превосходят талантами своих чистокровных родственников.

– Феникс? – я едва не скатилась по ступенькам кубарем.

Ошизеть! Ну вот, словечки Викки, потихоньку перебирались и в мой лексикон.

– Можешь поверить, я вижу души насквозь – это и дар, и наказание.

Меня кольнуло внезапной догадкой, и я поспешила упрекнуть умертвие. Нужно было его разговорить, раз подвернулась такая возможность.

– Так ты, получается, знал, что Мар ни тот за кого себя выдает и всё это время молчал? Ты в курсе, что я лишилась фамильяра?

– Эст мне сказал, – проскрипела старая нежить. – А твой Мар, был именно тем, за кого себя выдавал – возрожденная душа, накрепко связанная с твоей, Лилита. Искалеченная сущность, возвращенная из небытия силой кровной клятвы.

– Чьей клятвы?

С ответом умертвие не спешило. Он уселся в своё кресло, положил книгу в черной обложке на уже имеющуюся стопку, после чего принялся укутывать ноги пледом.

– Лич?

Он медленно поднял косматую голову. Зелень в глазах старика потухла.

– А, Лилита, ты вернулась? Что нового в академии?

Я возвела очи горе к потолку. Иногда у него случались приступы так называемой внезапной деменции. Умертвия, конечно же, никакой деменцией не страдают. Дедушка Лич превосходно умел заканчивать надоевшие или не удобные для него разговоры.

Я задумчиво пожевала губу и развернулась в сторону каталога.

Фениксы, значит. И клятвы.

Подходящих книг оказалось не то чтобы много. Уже имеющийся у меня учебник по анатомии существ (правда, в более ранней редакции), атлас, парочка бестиариев, сведений в которых было всего на страницу (ничего интересного, всё то же самое, что мы изучали ещё на начальных этапах обучения в академии). И томик в кожаной обложке красного цвета с золотым обрезом страниц. «Заговоры, обряды, клятвы. Испокон веков до наших дней». Я с интересом изучила оглавление, разочарованно скривилась и убрала книгу на место.

Заглянула в каталог ещё раз, но убедившись, что больше ничего интересного мне не отыскать, пошла обратно. Лич сидел, уткнувшись носом в один из старых фолиантов, и даже не посмотрел в мою сторону, когда я прошла мимо и попрощалась.

Вредная нечисть! Мэтр Эст предупреждал, что договориться с Личем сложно. Если умертвие не желало делиться знаниями, за обладание которыми когда-то продало душу, то заставить его говорить – занятие совершенно бессмысленное. Иногда только у Романова получалось с ним сладить. Быть может, тут играли роль родственные узы.

Ника уже была занята и хлопотала над прической, явившейся ко времени клиентки, и я, стараясь никого не отвлекать, вызвала такси и отправилась назад в академию.

* * *

От пламени исходил нестерпимый жар.

Аш зверствовал.

– Грань, адептка ван Мор! Я хочу, чтобы вы подошли ко мне, перейдя пламя по Грани!

Хочет он! Катились бы вы прямиком в Ад со своими запросами, мэтр Кристофер!

Полигон для практических занятий напоминал поле боя. Я пришла сюда сразу после того, как свою тренировку закончили Егор, Марк и Лео. С ребятами мы разминулись, чему я крайне обрадовалась. Пока никто из моих новых друзей не знал, с кем и где у меня проходят факультативные занятия, и я надеялась, что так будет оставаться и впредь.

Трава на поле дымилась, и я даже не успела приблизиться и поздороваться, как мэрт ректор небрежно взмахнул рукой. Путь мне отрезала здоровенная огненная змеюка, заставляя попятиться, зашипела, раскрыв пылающую пасть, и упала на землю, растянувшись почти во всю ширину полигона. Я подумала, что преграду можно обойти, но едва сделала пару шагов в сторону, как тело созданной из стихии рептилии изогнулось и заключило меня в кольцо.

Прекрасно!

Мастер Аш, сцепив руки за спиной, лениво прогуливался по газону. Неподалеку я заметила Демона. Пёс лежал на траве, положив морду на лапы и наблюдал за происходящим без энтузиазма.

– Мы не уйдем отсюда, пока вы не сделаете то, о чём я вас прошу, адептка ван Мор.

Я уничижительно взглянула на него, но Кристофер даже не заметил.

Души живут за тонкой завесой – вуалью, под которой всегда холодно и тихо. Я могу там находиться и перемещаться, но с большим трудом, и потому, стараюсь не лезть лишний раз. И раньше рядом всегда находился Мар, а теперь…

Я пожалела, что не осталась в доме на Набережной.

– Для теургов не существует закрытых дверей, если только они не зачарованы умышленно от каких как вы. Огненная преграда для вас – пара пустяков. Не научитесь пользоваться своими силами повсеместно – можете забыть о звании магистра, Лидия.

Мне отчаянно захотелось кинуть в него чем-нибудь тяжелым, но я стояла в огненной ловушке, сжав кулаки, и боялась пошевелиться.

Время шло. Мэтр продолжал ходить туда-сюда, а я упрямо следила за ним и не шевелилась.

– Мне долго ждать, адептка ван Мор? – голос его звенел.

Я подавила желание показать ему неприличный жест, и закрыла глаза. Всполохи огня, слишком яркие, мешали сосредоточиться.

– Мрак, Лидия, во мраке ты всегда найдешь спасение, – сказал мне однажды отец.

Темнота наступала медленно, нехотя, огрызаясь на ревущее пламя, но постепенно и неумолимо заглатывала его. Густыми чернильными пятнами, она расползалась по реальности, открывая целый космос для меня одной, ледяной до бесчувствия. Заполненный звуками, разнородными голосами. Одни остались из прошлого, вторые были принесены магией, овеянные жутью и смехом, третьи принадлежали мертвецам: ушедшим и не желавшим уходить.

Холодно. Как же холодно, Господи.

Я открыла глаза и выдохнула облачко пара. Вокруг ничего не изменилось, разве что стемнело и наступили заморозки. Траву под ногами сковал иней. Зрение здесь меня подводило – дальше двадцати шагов не видно ни зги. Поэтому для тех, кто общается с душами, просто необходимы фамильяры – они и проведут, и предупредят об опасности, если какая-то особо неугомонная душа решит привлечь к себе внимание.

Пока всё было тихо.

Я не видела мэтра ректора, но чувствовала его. Сила феникса (мне было несколько непривычно называть его так про себя) магнитом тянула к себе. Нестерпимо захотелось ощутить эту мощь в своих жилах. Я пошла вперёд, позабыв о сопротивлении и холоде. Преграду, выставленную Ашем, я миновала с этой стороны, и двинулась к манящему меня источнику силы. Вокруг закрутился тёплый вихрь, что для этого пространства было чем-то невероятным.

Я расправила плечи и запрокинула голову, погружаясь в этот водоворот ошеломляющей чужой энергии.

– Лидия! – рявкнули так, что я мигом очнулась.

Отступила, чувствуя пьянящее головокружение. Мир вокруг медленно приобретал привычные краски.

– Ты понимаешь, что пыталась сделать? – меня хорошенько встряхнули.

Мотнула головой, облизала пересохшие губы.

Его побледневшее лицо, сделалось ещё более хищным, в глазах отражался нездоровый блеск.

– Ты переливала в себя мою силу! Что ты чувствуешь?

Дрожь во всем теле и желание повторить это… Что это? Я вздрогнула, моргнула, окончательно приходя в себя. Отшатнулась от мэтра, но он не позволил отойти и перехватил меня за запястья.

Демон рядом угрожающе скалился на нас. Собака выглядела напуганной.

– Как ты это сделала, Лидия?

– Что? Я… я не знаю, – попыталась вырваться. Бесполезно. – Просто там было так холодно, а ваша сила – тёплой…

Мне нужно было ощутить это тепло. Что-то внутри меня, отчаянно жаждало вкусить мощь и заполнить пустоту. Да, внутри меня поселилась пустота. Я так четко осознала это, что испугалась сама себя. Никогда мне не доводилось испытывать ничего подобного. Наверное, так себя ведут наркоманы, подсевшие на ангельскую пыль. Им всегда её мало.

– Вы сами отправили меня туда, – голос сорвался, хоть я и старалась держать себя в руках.

Предприняла ещё одну попытку освободиться из железного захвата мужчины, но ничего не вышло. Кристофер Аш пристально разглядывал меня, нахмурив брови и сжав челюсть.

Не знаю, сколько мы так простояли. Два истукана друг напротив друга, посреди дымящегося поля. Воняло горелой травой, а от запаха озона, какой иной раз можно ощутить во время грозы, защипало в носу. Глаза тоже зачесались: то ли от дыма, то ли ещё от чего…

Наконец, меня соизволили отпустить.

– Ступайте отдыхать, адептка ван Мор, – он повернулся, собираясь уходить. – Увидимся в понедельник.

Аш свистнул псу и тот, сорвавшись с места, опрометью рванул в сторону корпусов.

Я наблюдала за ними, не в силах двинуться, чувствуя, как по щекам катятся слёзы.

Глава 7

Спала я беспокойно и часто просыпалась, испытывая странную нервную дрожь. Слишком долго я пробыла за гранью, и это не прошло бесследно. Чужой силы я тоже хватанула с излишком. Если Аш решил меня извести, то выбрал самый жестокий способ это сделать.

После полуночи стало сниться нечто престранное. Бесконечные залы и коридоры с высокими потолками. Я брела куда-то, совершенно не разбирая куда и зачем. Сон обрывался, но я всякий раз возвращалась туда, стоило закрыть глаза.

Стены, сложенные из чёрного камня, будто поглощали свет. Я слышала гулкое эхо своих шагов. Оно было моим единственным спутником в этом пугающем месте. Я всё шла и шла, пока под каблуками сапог не начало хлюпать. В полутьме я не сразу поняла, что почти по щиколотку утопаю в… крови. Она ручейками стекала по стенам, прямо на мраморные плиты, собираясь у моих ног, и превращаясь в чёрную субстанцию с серебряными разводами. Хорошо, наверное, что этот странный сон не передавал запахов.

Я замерла, и из бесконечной пустоты коридора послышался горький женский плач, который перебил пронзительный младенческий крик. Неожиданно стены вокруг расступились, и я очутилась посреди поля брани, под тяжелым багровым небом. Пришлось пригнуться и накрыть голову руками, когда надо мной пролетел огромный огненный шар. Он рухнул в самую гущу сражения, расплескивая пламя на всех: своих и чужих. Я находилась на возвышении, и упала на колени, прямо на сухую растрескавшуюся землю. Мне почудилось, что с неба посыпались снежинки, но подставив ладони, убедилась, что это пепел. В ушах у меня будто находились восковые затычки. Всё что я слышала – звенящую тишину. Потому и дернулась от неожиданности, когда мимо меня пробежала женщина в кожаных доспехах с символом дома Белой Луны. Рогатую голову демоницы не покрывал шлем, и я рассмотрела лицо воительницы с кровавым боевым раскрасом и раскосыми алыми глазами с вертикальным зрачком. Она вскинула над головой тяжёлый двуручный меч, прокричала что-то, и из-за холма показалась часть войск арьергарда. И когда я решила, что они попросту затопчут меня, земля разверзлась и я, не удержавшись, угодила в расселину. Падала я не долго (или вообще не падала, не знаю), но открыв глаза, поняла, что сижу в самом центре недорисованной пентаграммы. Всё та же местность, небо, только слева виднелась разрушенная крепостная стена, а за ней сплошной клубящийся чёрно-серый дым, в котором мелькали чьи-то фигуры.

Время и пространство вокруг было плотным, тягучим, словно напилось молочных вод за кисельными берегами, растянулось гибко, лениво, отказываясь продолжать свой извечный бег. А тишину распирало от той какофонии, что творилась вокруг, но ни крика, ни лязга оружия не прорвалось сквозь полог безмолвия.

Возле меня оказались двое. Мужчина и женщина. Тоже в доспехах с узнаваемым символом, только вот облачение женщины было кипенно-белым.

Эти двое держали оборону. Мужчина, ловко размахивая секирой и кинжалом, отбивался от невидимых мне врагов, а незнакомка в белом, опираясь на витой чёрный посох с рубином на навершие, чертила рисунок. Символы, как не приглядывалась, различить не сумела. Я и близко не встречала ничего подобного ни в учебниках по демонологии, ни в книгах по ритуалистике.

Она нервно кусала бескровные губы, щёки казались впавшими, кожу покрывала испарина. Она была очень красивой. Для демонессы, разумеется. Витые рога, украшенные переплетением тонких золотых цепочек, а каштановые волосы с седыми прядями, были собраны в сложную прическу. Отчего-то во мне поселилась уверенность, что передо мной не просто демоница, а царственная особа.

Лица мужчины разглядеть так и не удалось, но я заметила, что он ранен. Несколько стрел, пробив броню, глубоко вошли в плечо, и он уже не так резво отбивал атаки.

Я отползла в сторону, когда женщина воткнула посох в центр пентаграммы и вписанные в неё символы вспыхнули алым светом. Она протянула руку к своему защитнику и выкрикнула:

– Марбас, скорее!

Её голос – единственное, что раздалось в звенящей тишине моего сна, и он же разбил его вдребезги.

Я подскочила на постели, эхом повторив за белой воительницей:

– Марбас!

Имя вырвалась из пересохшего горла с царапающей болью, будто я проглотила горсть канцелярских кнопок, а теперь пыталась вздохнуть и откашляться.

– Ты в порядке?

Викки сидела на стуле, поджав ноги, а перед ней на столе была разложена косметика, и стояло зеркало на подставке.

За окном давно рассвело.

– К-к-кошмар приснился, – прохрипела я, и потянулась к стакану воды на подоконнике. Мне всё чудился привкус пепла на языке, стали, крови, и…

– То-то ты металась, как одержимая, – соседка возобновила ритуал утреннего нанесения макияжа. – Что хоть снилось?

– Война.

Девушка замерла с приоткрытым ртом и занесенной над лицом щеточкой для ресниц. А я смотрела мимо неё, ожидая… Чего? Я произнесла имя демона, но он не возник посреди нашей комнаты в клубах серы и дыма, требуя отдать ему душу. Выдохнула, с толикой облегчения.

– Не бери в голову, – я откинула одеяло и сползла с постели. Чувство было такое, что я и не отдохнула вовсе.

Без особого энтузиазма поплелась в душ, после чего оделась, расчесала торчащие во все стороны волосы.

Викки, уже готовая к выходу хоть на подиум, смотрела на меня со смесью жалости и умиления.

– Так, подруга, тебе требуется двойная доза кофеина и хорошая компания, – она перехватила меня под руку и повела к двери. – Пойдём! Эти выходные будут просто улётными, вот увидишь.

* * *

– Адское Пламя? – я недоверчиво прочитала вывеску над входом.

– Отпадное место, – довольно сообщил мне Лео.

Викки заговорщицки подмигнула, и выбралась из такси следом за парнем. Их энтузиазм казался мне сомнительным, но раз под вечер я позволила втянуть себя в эту авантюру, пришлось подавить желание захлопнуть дверь машины и отправиться обратно в академию. Вместо этого, я вышла из автомобиля.

– Разведаем обстановку боем и заодно хорошо проведём время, – моя соседка была полна решимости.

Не знаю, что они там собирались разведывать. Сыщики из моих новых друзей так себе, а я сама внимательностью не отличаюсь. В клуб мы направлялись с одной единственной целью: Лео намеревался встретиться с каким-то знакомым журналистом. У того якобы имелись важные сведения о пропавших девушках. До отбоя оставалось чуть больше трёх часов, и поэтому решили отправить только нас, дабы не привлекать лишнего внимания.

Весь день мы провели в праздном шатании. После завтрака все собрались в старом подвальном кабинете. Я честно пыталась сделать домашку по юриспруденции и каллиграфии, но символы и геометрические фигуры в прописях выходили совсем паршиво, и на третьей испорченной странице, я оставила это гиблое занятие. Ребята всё утро читали новости, и обсуждали странное затишье в прессе и на информационных каналах, разумно полагая, что подобное не к добру. За это время я успела заглянуть в библиотеку и взяла несколько книг (из тех, что были в свободном доступе) по иерархии демонических домов. Истории в них больше надуманные, чем правдивые, но за неимением лучшего, пришлось довольствоваться малым. Демонология стояла в моём расписании, и у библиотекарши не возникло вопросов по поводу выбора литературы на внеклассное чтение. У остальных, впрочем, тоже.

Мыслями я постоянно возвращалась в тот странный сон. Странным в нём было всё. Я почти уверена, что побывала в Аду. Да-да, не удивляйтесь. Ад несколько отличается от того, как его раньше представляли оккультисты, философы и священнослужители. Там отсутствуют круги, где скитаются души, обреченные на вечные страдания. Несчастные грешники, конечно, попадают в пекло, но скорее по собственной глупости – если заключили сделку. Там-то они после и служат демонам. Ад – мир со своей географией, историей, политикой. Мир жестокий, не прощающий ошибок.

Туда доводилось спускаться и живым. А вот возвращались ли они оттуда?.. Но, судя по книге, что я раздобыла, один из авторов утверждал, что бывал внизу. Он писал о небольшом городе в преддверии врат (каких именно, не уточнял), где оказался с группой паломников, держащих путь в храм неподалеку. Название города на человеческий язык он перевел как Волчья Пасть. О местном населении ничего не сообщалось. Храм же, о котором шла речь, был воздвигнут во имя Лилит – матери всех демонов. Она же, когда-то правила домом Белой Луны. Это мы проходили ещё на самых первых курсах, поэтому во сне я сразу узнала символ дома. Дальше по тексту автор пускался в описания мало понятной ритуалистики, рассказывал об обрядах паломников и прочем, что меня совершенно не интересовало. Ведь я своими глазами видела сражение, но что-то мне подсказывало, что ни в одной книге на земле ответа не найти.

На Земле.

Эта мысль не успела укорениться в моей не совсем умной голове, потому что дальше я оказалась втянута в безумную авантюру с последующей вылазкой в клуб.

В одно из самых популярных заведений Столицы, к моему вящему удивлению, пропускали практически всех желающих. На входе разворачивали только в стельку пьяных, малолеток, и тех, кто откровенно нарывался (при нас двое пристали к охраннику, обзывая его демоническим выродком).

Не прошло и десяти минут, как мы оказались внутри. Мигающий свет, грохочущая музыка, снующие туда-сюда люди (и не совсем люди). В воздухе смешались запахи дорогих и дешёвых духов, пота, сигарет и перегара, а ещё серы. Мне отчаянно захотелось выбежать на улицу, но Викки упорно тянула меня к барной стойке. С краю стояли два свободных стула, и мы поспешили их занять.

Молодой бармен с руническими татуировками на руках и шее, ловко разливал какую-то голубоватую дрянь из бутылки по низким стопкам. Компания молодых людей рядом гомонила, радостно улюлюкала, когда один из них – чернявый юноша лет двадцати на вид – опрокидывал в себя одну рюмку за другой.

Я невольно поморщилась. Гадость.

– Что будешь? – перекрикивая грохот музыки, поинтересовалась моя соседка.

Я мотнула головой и она, даже не удивившись отказу, помахала второму бармену. Через пару минут он поставил перед ней высокий запотевший бокал с тёмным пивом.

Куда делся Лео, я так и не поняла, мы разошлись у входа. Викки не переживала, а мне было крайне любопытно послушать, что скажет их странный осведомитель.

– Жан и Лео вместе выросли, – доверительно сообщила Викки. – Только один всё ещё познаёт азы магического ремесла, а второй учится на последнем курсе журфака и уже год стажируется в «Столичной правде».

Повезло парню. «Правда» достойное издание, в отличие от остальных. Хотя, на выдумки все одинаково горазды. История с моим отцом хорошее тому подтверждение.

Но какой смысл размышлять об этом впустую. Меня больше занимала обстановка вокруг. В подобных местах я раньше не бывала и потому осматривалась не без интереса.

Люди и демоны. Первые отчаянно ищут внимания вторых, а тем только того и надо. Задурить голову, соблазнить и заполучить себе в вечное пользование послушную безвольную игрушку. Сколько уже таких сломанных кукол обращалось в ИКТС с мольбами об избавлении. Но если душа отдана добровольно – все взятки гладки, как говорится. Я даже не бралась предполагать, какими связями и суммами денег ворочает хозяин этой лавочки, находясь у всех на виду.

Незнакомца я заметила краем глаза. Сначала решила, что показалось, но странный холод, разлившийся по венам и собравшийся на кончиках пальцев, заставил обратить на странного человека всё внимание.

Высокий темноволосый мужчина. Он двигался сквозь толпу и перед ним расступались. Делали это скорее неосознанно, старались отойти, опустить голову и не смотреть в его сторону.

Лестница в центре зала вела наверх. Небольшой балкон, наверняка предназначавшийся для особых гостей, пустовал. Незнакомец (или все-таки знакомец?), миновав внушительного охранника у нижних ступеней, поднялся и скрылся за тяжелой портьерой, отделяющей служебные помещения от остального пространства.

Я нервно покрутилась на барном стуле, пожевала губу и спрыгнула со своего места. Общительная Викки присоединилась к выпивающей рядом компании и даже не заметила, что я решила отлучиться. Предо мной никто не расступался, приходилось отталкивать особо назойливых локтями. Мне наступили на ногу, кто-то выругался, не стесняясь в выражениях, но я уверенно пробиралась вперед.

– Куда? – прогудел великан у лестницы.

Демон.

– Ищу уборную, – невинный взмах ресниц. – Хочу припудрить носик.

– Туда, – он указал в противоположную сторону зала.

Я пробормотала извинение, выдавила виноватую, совершенно дурацкую, улыбочку, и отошла.

У колонны возле лестницы страстно целовалась какая-то парочка. Я встала так чтобы им не мешать, но видеть охранника, и прижалась спиной к холодной мраморной плитке. Музыка грохотала, я даже не слышала стук собственного сердца. А оно точно билось у самого горла, и дыхание перехватывало.

Как там мэтр Аш говорил? Для теургов не существует закрытых дверей? Исходя из этой логики, охранник не должен был меня заметить. Всего-то и надо было подняться по лестнице и проскочить за его спину под тяжелую портьеру. Не спрашивайте, чем я тогда думала, но именно так я и поступила.

Не раздумывая. Решительно. Видя цель, и не видя преград.

Холодное прикосновение призрачного мира на сей раз было мимолетным. Шаг. Ещё один. Ощущая незначительное сопротивление, и вязкость застывшего воздуха, поднялась почти бегом. И вернувшись, выдохнула облачко пара, оказавшись в темноте коридора перед едва приоткрытой дверью. На миг даже не поверила собственным глазам. Оглянулась, но бархатная ткань за спиной не шелохнулась.

Сделала несколько неуверенных шагов. Здесь музыка каким-то волшебным образом приглушалась, но от тяжёлых басов под ногами содрогался пол.

Беседу вели двое.

– Ты слаб, брат, – прозвучавший густой голос обволакивал. – Не думал, что когда-нибудь снова увижу тебя.

– Клятва нашей матери вернула меня, Вел.

Я перестала дышать. Говорил Мар. Его интонации – мурчаще-раскатистые, ленивые, – от которых у меня по спине пробежала толпа мурашек. Я сделала шаг, потянулась вперед, балансируя на грани тьмы и света, прислушиваясь и оглядываясь, опасаясь, что кто-то поднимется сюда.

– Значит, в ком-то течет её кровь? Ты знаешь кто это?

Тишина в ответ.

– Опасаешься? Что ж, понимаю, – бросили насмешливо. – Такое сокровище надлежит беречь.

– Она принадлежит мне, Велиал! – прорычал мой лже-фамильяр.

– Я и не претендую, – собеседник Мара пренебрежительно фыркнул.

За спиной раздались шаги.

– Эй, поосторожнее! – вопль Викки.

Я замешкалась, упустила тот миг, когда меня грубо толкнули вперед и едва не растянулась на ковре перед двумя удивленными демонами.

– Прошу простить, Князь, – пробасил подтолкнувший меня взашей бугай.

Вытянутая физиономия хозяина клуба (а я ни на миг не сомневалась, что Князь это он и есть) быстро приняла суровое выражение с насупленными бровями и морщинками на лбу.

– Что происходит? – грозно прорычал он.

– Эти затеяли драку с одним из журналюг у бара, – тот самый демон, с которым я столкнулась у лестницы, указал на Викки и Лео, которого как раз затащили в кабинет следом за мной. – А эта, – кивок в мою сторону, – ошивалась тут.

Меня наградили таким лютым взглядом, что я невольно поёжилась и отступила.

Князь махнул рукой, мол, пусть подойдут ближе, и второй охранник подтолкнул вперёд Лео.

– Хватит толкаться, я и сам ходить умею, – наш друг увернулся от очередного тычка, но демон ухватил его за куртку, и та почти осталась в его руках. На рукаве рубашки Лео все присутствующие как раз успели разглядеть нашивку с гербом академии – черный кот Баюн и дубовая ветвь на изумрудном фоне с алой окантовкой.

– Адепты АСИ? – шеф, он же князь, он же Вел – как назвал его Мар – иронично изогнул бровь. Привлекательный мужчина в деловом костюме и серьгой в правом ухе. Вот так сразу сложно заподозрить в нём демона. – Интересно, что скажет ваш новый ректор, если узнает, где шатаются его подопечные?

– Слушайте, это просто недоразумение, – начал оправдываться Лео, но получил оплеуху.

А я заметила, что Мар смотрит только на меня.

Мой Мар… Или уже не мой? Демоны раздери!

Он сидел в кресле вполоборота. Напряженный. Мужчина буквально пригвоздил меня взглядом к месту. Я даже дышать перестала. Обуяло странное чувство, ни на что не похожее. Страх и злость смешались в жгучий коктейль, какой ни в одном баре не подадут. Всю жизнь меня обманывало самое близкое существо, родная душа. И как после такого начать вновь кому-то доверять? Его глаза, такие знакомые и чужие одновременно, полнились решимости и бесконечной тревоги. Я потупилась, не в силах больше выносить этот тяжёлый взор.

– Они вот это не поделили, – охранник передал своему начальнику флэшку в виде красненького пузатого чертёнка с вилами.

Велиал только усмехнулся и, недолго думая, подключил накопитель к своему ноутбуку.

– Вы не имеете права! Это конфидециальная информация! – наш друг схлопотал очередную затрещину.

– Ты в моём клубе, сопляк. Я могу даже оторвать тебе голову и остаться в своём праве. Стоило хорошенько подумать, прежде чем приходить сюда и что-то замышлять.

– Мы встречались с нашим другом, – пискнула Викки.

– Лжёшь, – спокойно произнёс Мар, переключая своё внимание на мою соседку.

Девушка стушевалась и отступила, прячась за мим плечом.

– Как интересно, – хозяин клуба несколько раз щелкнул мышкой, бегло прочитал информацию на экране, после чего захлопнул крышку ноутбука. На холёном лице проступила улыбка. – Детки, кажется, вы залезли поиграть не в ту песочницу, – и грозно посмотрел на подчинённых. – Где журналист?

– Да он без сознания, шеф, слишком ретивый был и пьяный. Мы его в подсобке закрыли.

– Хорошо, я после с ним пообщаюсь, – и Князь обратился к нам: – Бегите домой, малышня, и чтобы больше ноги вашей здесь не было. Увижу снова, шкуру спущу, выпотрошу и скормлю требуху своим прислужникам.

Спустит. И выпотрошит, можно не сомневаться.

Вот так общаться с демонами мне раньше не доводилось, но всё что довелось слышать – правда. Существа мало чем отличающиеся от нас внешне, превосходили человеческую расу во всём: сильны физически и ментально, а их магия так до конца и не изучена.

Лео открыл рот, собираясь что-то ляпнуть, но получил тумака уже от Викки, и мы под дружный хохот демонов выбежали из кабинета и скатились по лестнице.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

ИКТС – Императорский кабинет тайного сыска

Вернуться

2

ОСВ – Орден Северного Ветра – террористическая организация, цель которой борьба со всем сверхъестественным.

Вернуться

3

ААО – Английское Астрономическое Общество – международная исследовательская организация. ААО способствуют принятию законов, касающихся магии и оккультной практики.

Вернуться