Эльвира Осетина
Наташа, мы всё уронили!

Пролог

«Ладно, красавчик, будет так, как ты захочешь, главное, чтобы ты начал хоть чуть-чуть доверять мне и не считать меня врагом», – мысленно сказала я себе, а вслух произнесла:

– Я согласна.

Надменное выражение на лице Черного изменилось и стало подозрительным. Он прищурился и спросил:

– Уверена?

– Да, – кивнула я, хотя на самом деле совершенно ни в чем не была уверенной.

– Хорошо. – Его губы изогнулись в ухмылке, которая мне совсем не понравилась. – Тогда первый приказ – на колени!

Я даже рот приоткрыла от удивления. Вот ни фига себе заявочки.

– Совсем охренел? – взбеленилась я и даже руки в боки уперла от злости.

– Ну вот, – хмыкнул он, явно довольный произведенным на меня эффектом, – что и требовалось доказать. Ни одна ведьма никогда в жизни, ни при каких обстоятельствах не унизится перед своим фамильяром.

Он уже развернулся и собрался уйти, а я поняла, что если сейчас ему не объясню, в чем он не прав, то мы уже не скоро сможем нормально общаться.

– Подожди! – крикнула я и с размаху бухнулась перед ним на колени, явно повредив коленные чашечки, но стараясь не думать о последствиях.

Сейчас я должна его остановить.

Черный повернулся, и его глаза увеличились ровно в два раза. Именно в два. Потому что этот кот мог еще и не то творить со своим телом. Мужчина в шоке уставился на меня. И из надменного и неприступного мачо резко превратился в растерянного молодого парня.

– Ты… – открыл он рот и выдавил один звук, а затем следующий, но с большим трудом: – З-зачем?

– Неужели ты не понимаешь? – спросила я, чувствуя, что еще немного – и заору от злости на этого тугодума.

– Нет? – Он недоуменно покачал головой, при этом продолжая так и стоять в полуобороте, явно не зная, что ему делать в этом случае.

– Ты мой, а я твоя. Мы теперь вместе, понимаешь? – сказала я, стараясь не перейти на маты. И с отчаяньем спросила: – Ну как мне еще тебе это доказать?

– То, что я твой, и так ясно. Я – твой фамильяр, – нахмурился мужчина. – А ты-то с чего моя?

– Может, потому, что хочу быть твоей? – немного подалась я вперед, заглядывая ему в глаза.

Честно, мне надоело стоять на коленях. Во-первых, больно, во-вторых, не особо удобно, но я понимала, что надо закончить этот разговор, я должна достучаться до него, заставить его понять, что я не такая, как другие ведьмы. Что я, черт возьми, не собираюсь становиться такой, как они! И не хочу превращаться в рабовладелицу! И никогда ей не стану!

– Какой второй приказ? – со злостью спросила я Черного, который так и не отмерз.

Его взгляд кое-как сфокусировался на моем лице, кажется, он не мог понять, что я от него требую. Видимо, своим поступком я порвала всего его шаблоны. И сейчас мужчина находился в прострации. Блин… надеюсь, его тонкая психика не слишком сильно пострадала и он начнет хоть немного соображать?

– Черный? – подтолкнула я его мыслительный процесс. – Мы договорились на три приказа. Первый я выполнила, какой будет второй?

– Оп-па, – услышала я голос Рыжика.

Он стоял в дверях и смотрел на меня не менее ошарашено, чем Черный, который даже не пошевелился и все еще находился в полнейшем ступоре и растерянности.

– Наташ, у тебя все хорошо? – осторожно спросил мужчина, медленно подходя к нам.

– Нормально, Рыж, – тихо ответила я. – Просто хочу объяснить твоему брату, что я вам не враг.

– Ну, – хмыкнул мужчина, – этому дебилу сложно что-то объяснить, он у нас в семье всегда тугодумом был. А еще бараном упертым. А ты – хорош коленки протирать, вставай давай.

Рыжик подошел ко мне, взял за подмышки, вздернул вверх и, прижав к себе, недовольно пробормотал:

– Не хватало еще ведьме на коленях стоять перед фамильяром. Увидит кто – потом поясняй, что ты у нас блаженная.

Я улыбнулась, чувствуя, как вся злость сходит на нет. Не знаю, как так у Рыжа получается, но он постоянно умудряется заставить меня улыбаться. Даже если при этом завуалированно оскорбляет.

– Я не блаженная, – тихо сказала я, подняв голову и пытаясь заглянуть ему в глаза, хотя увидела только подбородок, потому что Рыжик крепко прижал меня к своей мускулистой груди. – Я нормальная.

– Да-да, конечно, – ответил он и повел из комнаты, продолжая недовольно бурчать: – Еще раз увижу, что на коленях перед этим идиотом стоишь, получишь по аппетитной попке.

Я посмотрела на Черного, а он так и стоял на одном месте, опустив голову, и не двигался, явно пытаясь переварить только что увиденное и услышанное.

Не знаю, удалось ли мне до него достучаться… но очень надеюсь, что да. Иначе я уже просто не представляю, что мне делать и как ему объяснить, как сильно я хочу, чтобы он был рядом с нами.

Глава 1

Я возвращалась с работы, конечно же, с сумками – сегодня должен был Сашка в гости прийти, а у меня шаром покати – и, подходя к двери, еле успела заметить какое-то очень темное пятно у себя на пороге. Света, как обычно, в подъезде не было. Его у нас отродясь там, собственно, не было, поэтому я и не поняла сразу, что это такое.

Присмотревшись, увидела, что это кот. Большой, черный и очень пушистый.

Кажется, он спал, но, нагнувшись и осторожно потрогав его пальцем по носу, я поняла, что тот жутко горячий, а кот даже не реагирует, лишь ушами чуть шевелит. Настолько ослаб?

Конечно же, моё сердце не выдержало.

Такая шикарная киса, похожая на мейн-куна, пришла ко мне за помощью, да разве ж я могла отказать? Сгрудив на пол сумки, я сразу же вызвала такси. Осторожно подняла довольно увесистого кота на руки (килограмм пятнадцать, не меньше), открыла дверь, занесла его, достала из шкафа плед, укутала несчастного, затем затащила сумки и, вновь взяв его на руки, пошла на улицу ждать такси.

Время было уже больше семи вечера, пробки почти рассосались, поэтому машина подъехала быстро. До ветеринарки мы добрались за пять минут, благо она у нас была круглосуточной, и приняли меня буквально сразу же. Сыграло роль еще то, что котейка был в очень плохом состоянии.

У меня забрали черного красавца и отправили оплачивать услуги.

М-да, цены в клинике очень больно кусались, но пришлось расстаться с требуемой суммой. Как говорится, раз начала – значит, доделывай. Мы в ответе за тех, кого приручили, ну и прочие пословицы и поговорки…

Меня позвали в кабинет врача, и тот рассказал мне, что кот серьезно ранен. Скорее всего, его подрали собаки, и раны уже загноились, причем, судя по характеру ран, было это дня два назад. Нужна срочная операция.

Мне назвали сумму, и я, вздохнув, опять пошла платить.

Операция длилась минут тридцать. Пришлось оплатить еще два дня послеоперационного ухода за котярой.

За всеми проблемами с котом я совсем забыла про Сашку, который позвонил мне в десять вечера, когда я уже вышла на улицу в ожидании такси.

– Наташа, ты где? Я стою у тебя под дверью уже минут десять, трезвоню, а ты почему не пускаешь меня? – зло спросил он в трубку.

– Ой, прости, Саш, – виновато пробормотала я в трубку. – Я тут… ты не поверишь…

– Ты не дома, что ли? – еще сильнее разъярился он, не дав мне договорить.

– Да, мне пришлось уехать…

– Я вроде бы предупреждал, что приеду, что за дела? – опять прервал меня мужчина, а в его голосе я четко расслышала самую настоящую ярость. – Или ты себе кого-то уже завела?

– Да что ты говоришь такое? – удивленно спросила я, не ожидая столь сильной агрессии от любовника.

Всегда такой спокойный был, а тут прямо дьявол вселился…

– Знаешь что, Наташ, – процедил он в трубку. – Я не мальчик на побегушках, чтобы скакать за тобой. Могла бы предупредить хотя бы, что тебя дома не будет.

– Саша, да я…

– В общем, я поехал, в следующий раз как-нибудь встретимся, – отрезал он и отключился.

Я какое-то время словно оглушенная смотрела на собственный телефон, не веря в то, что случилось, и даже уже хотела перезвонить, чтобы объясниться, но резко себя прервала.

Почему-то стало ужасно обидно, что он так себя повел. Даже не дал толком рассказать, что случилось, и вообще… за три года нашего с ним знакомства он впервые себя так вел. Обычно такой весь обходительный, спокойный, уютный, всё понимающий, а вот на тебе! Приехали.

Устало вздохнув, я заметила приближающееся такси и, помахав мужчине, пошла ему навстречу.

Дойдя до собственной двери, я вставила ключ, опустив голову вниз, и не поверила своим глазам.

Это был еще один кот? Да ладно! Серьезно?

На этот раз он был рыжий. И тоже похож на мейн-куна. Такой же здоровенный, пушистый и тоже больной…

М-да, вот это совпадение.

Открыв дверь, я подняла кота на руки и внесла его в квартиру. А дальше действовала по старой схеме.

В больнице пришлось опять платить. Потому что у этого кота тоже были серьезные рваные раны, которые уже загноились.

– Откуда они у вас? – поинтересовался врач, когда я занесла ему рыжего в кабинет.

– Вы не поверите, – устало улыбнулась я. – Под дверью нашла, сначала одного, затем вот этого.

– Хм, – хмыкнул врач и принялся осматривать рыжика.

– Скажите, а у них есть какой-нибудь чип, чтобы определить хозяина? Коты-то вроде ухоженные и явно породистые? – спросила я хирурга, когда второму красавцу уже сделали операцию.

– Я чип не нашел, – пожал он плечами. – Ни у одного, ни у другого.

– Странно, они же вроде породистые…

– Нет, – покачал головой хирург. – Это не чистокровные мейн-куны. Смески. Но я согласен, коты не уличные. Чистые, ухоженные. И я не могу понять, кто второй родитель. Первый точно мейн-кун, а второй… судя по клыкам и ушам, какой-то дикий кот. Мейн-куны такими большими не бывают. Вес этих по тридцать килограмм, а рост в холке – почти тридцать сантиметров.

Я присвистнула.

Ничего себе, это как я подняла-то, вообще, их на руки? Как у меня сил хватило? И мне они настолько большими не показались.

– Сейчас модно разводить подобных животных, – подала голос медсестра, – скрещивают домашних котов с дикими, типа рысями, сервалами или оцелотами. Они в цене сразу возрастают в разы. Чистокровный сервал, говорят, под миллион стоит. А такой смесок может тысяч на триста потянуть. И характер почти как у домашнего кота, а выглядит как дикий.

– Вот это да, – выдохнула я. – Так дорого?

– Ну да, такие кошки всегда в цене были.

– И что же мне делать? – растерянно спросила я, не зная, как поступить.

– Вполне возможно, что хозяева живут с вами в одном подъезде или доме, – подсказала мне девушка из регистратуры. – Развешайте объявления. Сомневаюсь, что таких дорогих кошек кто-то просто так выкинет на улицу. Мы вам все справки выдадим. Можете потребовать, чтобы вам деньги вернули за лечение.

– Спасибо, – выдохнула я с благодарностью девушке, – это хороший план. А то голова после рабочего дня ни черта не варит.

– Да, у меня тоже так бывает. – Она махнула рукой и занялась своими делами.

К двери я подходила настороженно. Вдруг еще одного кота найду? Денег-то уже мало осталось. Но все обошлось. Котов больше не было.

Убрала продукты в холодильник, поужинала чаем с бутербродами и решила почитать очередной детектив.

Загоняться по поводу поступка Сашки не хотелось. Как и звонить ему с извинениями. Я и так-то с ним общалась чисто ради секса, для здоровья (как говорит моя подруга Аня), но секс в последнее время стал так себе, на троечку с минусом. Может, и к лучшему, что сам отстал. Я в свои сорок с хвостиком уже не особо-то и секса хотела, не говоря уж о чем-то более глобальном – типа совместного проживания. Потому и встречалась с таким, как Сашка. С ним я бы точно не стала заводить каких-то серьезных отношений. Думаю, что и ни с кем вообще не хотела бы серьезных отношений. Хватит, замужем побывала, мне там категорически не понравилось, поэтому сейчас наслаждаюсь одиночеством и свободой.

Вполне возможно, климакс не за горами. Шучу… все не настолько плохо.

Завалилась в постель, вытащила книгу из сумки, открыла и начала читать:

«Натали была очень молодой и неинициированной ведьмой».

Ведьма? Мистический детектив, что ли?

Ну… тоже ничего.

И имя прямо как у меня. Правда, с возрастом нестыковочка, да и на ведьму я не тяну. Блондинка с рождения, худая, ни попы, ни груди толком нет. А они вроде бы все рыжие и фигуристые. Ладно, читаем дальше.

«Идя домой с работы, она даже не представляла, что её ожидает. Поднявшись по ступенькам в кромешной темноте, она заметила лежащего под дверью раненого мужчину. На нем не было живого места… Но по дорогой одежде и мускулистому телу, а также по тонким чертам лица Натали поняла, что перед ней аристократ».

Я рассмеялась. Вот это совпадение. У меня на пороге тоже почти аристократ нашелся, даже целых два. Правда, загадка, как она в кромешной темноте успела столько деталей рассмотреть?

«Натали почувствовала, как её тянет к этому мужчине. Внутри всё всколыхнулось, а низ живота пронзило возбуждением».

Чего? Какое возбуждение, какая тяга? Она того, что ли? Он же раненый! Без сознания валяется у неё на пороге.

Я закрыла книгу и посмотрела на обложку. Название гласило: «Мой страстный гость», автор – Татьяна Флавная. На обложке были рыжая фигуристая красотка в сексуальной одежде и мускулистый мужик с голым торсом, со страстью взирающий на женщину.

М-дя… Слона-то я и не приметила…

Перевернув книгу, я прочитала аннотацию:

«Натали жила в одиночестве и давно мечтала о замужестве. Но в личной жизни ей постоянно не везло. И вот на её пороге появился таинственный незнакомец. Он был ранен. Натали сразу почувствовала к нему непреодолимую тягу.

Что же было дальше?

Читайте в мистическом любовном романе Татьяны Флавной «Мой страстный гость»!»

Я чертыхнулась.

Вот чего-чего, а любовные романы терпеть не могу. Не знаю почему, но все эти сказки всегда вызывали у меня как минимум улыбку, а как максимум – истеричный смех.

Мне уже сорок. С хвостиком. И в сказки о любви я и в детстве-то не верила, а сейчас и подавно верить не собираюсь.

Вот что значит купила томик, не глядя.

Вчера старушка возле нашего офиса стояла, продавала старые бумажные книги. Я вообще-то бумагу уже давно не читаю, все с телефона в основном, через читалки, а тут просто жаль женщину стало. Спросила у неё детектив, она мне вот эту книгу и сунула. А я, не став даже обложку смотреть, быстро убрала в сумочку, расплатилась и рванула на автобус. Они у нас по расписанию ходят, для сотрудников бесплатные. Если пропустишь, придется ехать за свой счет.

Печально вздохнув, закинула книгу обратно в сумку. Аньке отдам, она обожает подобные истории. Даже как-то с замом поссорилась, потому что тот ей замечание сделал, чтобы она в рабочее время не читала.

Пришлось засыпать без книжки.

Как назло, Сашка лез в голову. Нет, всё же я умудрилась к нему привыкнуть, раз так сильно обиделась и переживать начала, что он со мной так несправедливо поступил. Мог бы хоть выслушать и подождать. Сейчас занимались бы чем-нибудь интересным. Хотя бы на троечку…

Подумала смс-ку даже ему отправить, но не стала.

Чувство собственного достоинства терять не хотелось. Да и правда, может, и к лучшему. Пусть идет своей дорогой. Видно же, что он тоже со мной так… лишь бы кто-то был.

С этими мыслями я кое-как смогла наконец-то уснуть.

На следующий день, проснувшись пораньше, напечатала объявления о найденных котах и размножила их на принтере. На всякий случай приписала, что на котов в ветклинике потрачена приличная сумма и я жду, что мне её возместят, все справки и свидетели имеются. Это чтобы всякие спамеры не названивали.

Развесила объявления по всем подъездам и своего, и ближайших домов и поехала на работу, размышляя о том, кто это в моем районе мог потратиться на таких дорогих кис.

На ум приходил какой-нибудь тайный миллионер, скрывающийся от налогов в нашем захолустье.

Наши дома были очень старыми, барачного типа. Нам еще повезло, что санузлы имелись. А не как в некоторых – все удобства на улице. Мэрия уже лет десять грозится их все снести и построить очередной «модный» муравейник. А нас всех расселить по таким же муравейникам. Но что-то как-то до дела так и не доходит.

Глава 2

На работе первым делом я вытащила книгу и плюхнула её Аньке на рабочий стол.

– Это чего это? – спросила подруга, не отрываясь от экрана своего телефона. – Что за раритет?

– Тебе подарок, – хмыкнула я, садясь на своё рабочее место.

Аня наконец-то положила на стол свой гаджет и заинтересованно взяла книгу в руки. Повертела её, почитала аннотацию, пробежалась глазами по первой страничке, потом заглянула в середину, конец и, расплывшись в улыбке, издала вердикт:

– Годнота, беру! Спасибо, уважила, подруга.

– Да не за что, – пожала я плечами, не подавая виду, что радуюсь эмоциям Ани и чувствую прилив бодрости от этого.

– Жаль только, что бумажная, на работе не почитаешь. – Она скуксилась, переложила книгу подальше за компьютер и тихо, чтобы никто, кроме меня, не услышал, пробормотала: – Надо убрать её подальше, а то этот хвостатый опять пилить меня начнет.

Хвостатым она называла зама нашего директора, потому что волосы у него были длинными, по плечи, и он убирал их в маленьких хвостик на затылке.

Дальше день покатился своим чередом. Договоры, счета, звонки клиентам и прочая нуднотень, которой я занималась уже больше пятнадцати лет.

К вечеру ожил мой телефон.

– Здравствуйте, это из ветклиники, – поздоровалась со мной девушка знакомым голосом.

Я подавила разочарование: всё же теплилась надежда, что Сашка позвонит, а это оказался не он.

– Здравствуйте, – нахмурилась я. – Что-то случилось?

Вроде бы котов не сегодня забирать, а завтра, чего это они так рано позвонили?

– Случилось, – недовольно буркнула она. – Пришли в себя ваши коты, скоро всё нам тут разнесут. Скандал учинили, так что забирайте их.

– Скандал? – переспросила я.

– Ага, орут, будто над ними тут насильничают, клетки железные прогрызть пытаются, посетителей пугают, – ответила девушка. – И переноску большую для собак для черного возьмите, он тут больше всех скандалит, рыжий вроде поспокойнее, ему шлейки одной будет достаточно. Антибиотик у нас купите.

– Ладно, приеду через час примерно, – вздохнула я, понимая, что опять придется прилично потратиться, хорошо, что я имею привычку откладывать деньги на черный день, а то по миру бы меня эти котики пустили.

– Это кто это? – заинтересовалась сразу же подруга, мы как раз выходили из офиса.

– Это долгая история, – махнула я рукой. – Ты езжай без меня, я в маркет забегу.

Аня тут же сделала недовольную мордашку и наставила свой палец на меня, будто это пистолет.

– Завтра жду! – с прищуром добавила она и поплелась за сотрудниками к служебному автобусу.

Распрощавшись с остальными коллегами, выходящими из офиса, я пошла в супермаркет, что находился в ста шагах от моей работы.

Там как раз был неплохой зоомагазин.

Кроме переноски и двух шлеек пришлось купить два больших лотка, по совету консультанта, потому что, оказывается, коты могут не захотеть ходить в один и тот же лоток. На целый кошачий комплекс я тратиться отказалась. Все же коты у меня временно. Консервы, сухой корм, наполнитель для туалета, резиновые мячики…

Боже… я разорюсь с этими котиками.

Перед клиникой решила заехать домой, чтобы оставить покупки и не таскаться с ними. Взяла только переноску с двумя шлейками.

Переноска была очень громоздкой и дорогой. Но консультант в магазине меня успокоил, что такую штуку можно будет легко продать по объявлению.

Не представляла, как я с ней таскаться буду.

Таксист явно не горел желанием мне помогать, да и просить я его не стала.

В ветклинике я готовилась увидеть как минимум двух разъяренных диких хищников, пытающихся всех сожрать на своём пути. Но меня ждала совершенно иная картина. Я бы даже сказала – пасторальная.

Когда медсестра привела меня в кабинет, где держали животных после операции, то сама удивилась.

– Они же буквально минут пять назад орали оба, не переставая, – сказала она, с удивлением рассматривая невозмутимых котеек, вылизывающих шерсть.

Черный спокойно перешел в переноску, а рыжий безропотно позволил надеть на себя шлейку.

Хотела даже попробовать на черного надеть шлейку, но он так выразительно оскалился и зашипел, что я передумала и решила: пусть в переноске сидит.

– Этот вообще зверюга, – недобро посмотрела медсестра на черного. – Пойдемте, расскажу, как ухаживать за швами, – сказал мне она.

– По идее, надо бы им обоим воротники защитные купить, – добавила девушка в конце своего длинного рассказа. – Но они уже порвали те, за которые вы заплатили, так что смысла не вижу. Опять порвут.

После подробного инструктажа медсестра опять удивилась, как они спокойно себя ведут при мне, и, забрав все документы, справки и лекарства (за которые пришлось опять заплатить), я поехала домой.

Благо переноска была с колесиками, вручную я бы этих коней точно не смогла утащить. У меня создалось впечатление, что они прилично подросли со вчерашнего дня. Взять на руки рыжего не получилось, он был слишком тяжелым и большим. Поэтому посадила его сверху на переноску и повезла к машине.

Оба кота вели себя прилежно.

Рыжий заинтересованно смотрел по сторонам, черный вообще, кажется, спать лег. Я заглянула ему в переноску и заметила, что он лежит с закрытыми глазами и только ушами слегка шевелит.

До дома домчались без приключений.

До своего этажа (я на третьем живу) пришлось попотеть, прежде чем удалось занести переноску, хорошо, что рыжий своими ногами топал.

Затащив переноску домой, я дождалась, пока рыжий зайдет следом, и наконец-то закрыла дверь. Было заметно, что кот сильно устал: шел он неуверенно, и его сильно штормило. Видимо, сказывались вчерашние раны и операция.

– Ну что, парни, добро пожаловать, – сказала я как можно дружелюбнее и на всякий случай добавила: – Ведите себя как дома, но не забывайте, что вы в гостях.

Раны у обоих котов были в основном на животах, поэтому сверху заметно ничего не было. А вот животы, как сказала мне медсестра, побриты и кое-где зашиты.

Рыжик сразу же лег у порога и задышал как паровоз, высунув язык и открыв пасть. Было необычно наблюдать такое поведение у кота. Все же чаще так ведут себя собаки.

Стало жаль котейку. Я подумала, что надо было доплатить таксисту, пусть бы на руках его донес. Да ладно, чего уж теперь-то.

– Бедный мальчик, – сказала я и осторожно погладила его по голове.

Котяра прикрыл глаза и даже чуть подался вперед. Кажется, ему понравилось моё прикосновение.

Я-то уж боялась, что после всех процедур в поликлинике и после всего произошедшего с ним он будет бояться человека.

Я еще раз осторожно зарылась в его шерсть на загривке, расстёгивая при этом шлейку. Рыжий оказался невероятно мягким и нежным на ощупь.

– Можно я временно буду звать тебя Рыжиком, пока твои хозяева не найдутся? – спросила я у кота, который заинтересованно посмотрел на меня и, как мне показалось, прикрыл глаза, соглашаясь.

Я улыбнулась. Что ж, первый контакт налажен.

– Привет, красавчик, – посмотрела я на черного через боковую клетку переноски.

Но он даже ухом не повел, так и лежал с закрытыми глазами. Может, уснул?

– Можно я буду звать тебя Чернышом? – решила спросить я у кота: вдруг хоть как-то отреагирует?

Но кот продолжал делать вид, что спит.

Открыла боковую решетку и попыталась погладить и его. Но вроде бы до этого совершенно спящий кот мгновенно открыл глаза и так утробно зарычал на меня, что стало не по себе.

Я отдернула руку и сама на всякий случай даже подалась назад. Если такой огромный котяра меня цапнет, думаю, что мало не покажется.

– Имя Черныш тебе, кажется, не подходит, – нервно пробормотала я. – Мне кажется, Черный будет в самый раз?

В ответ сзади чихнул Рыжик. Я оглянулась и увидела, как тот жмурит свои красивые глаза, такие же рыжие, как и он сам.

– Ну вот, и твой друг согласен. Значит, будешь Черным. Договорились? – Я опять посмотрела на Черныша, который так и продолжал утробно рычать, глядя на меня, как на врага.

Я шумно выдохнула, не представляя, что делать дальше.

Наверное, только сейчас я осознала, насколько тяжёлую ношу на себя взвалила. Одно дело, когда котик маленький, и даже если он будет агрессивный, то это не страшно, а когда такой громадина – ростом со здоровую собаку, еще и злой… то это пипец как жутко.

– Ладно, – натянула я на лицо улыбку и решила поинтересоваться у кота: – Надеюсь, ты меня не съешь ночью, а, красавчик?

В ответ кот надменно фыркнул. Мол, «на фиг ты мне нужна». Клянусь, именно надменно. Но самое главное, перестал рычать и опять, закрыв глаза, сделал вид, что спит.

– Окей, парни, – хмыкнула я, вставая на ноги, – располагайтесь, а я сейчас приготовлю вам и себе поесть.

Переноску Черному я не стала закрывать: если он успокоился, то, может, постепенно и рычать перестанет? И пошла готовить им корм – смешивать консервы с антибиотиком. Таблетки им надо было пропить десять дней, а затем ехать и снимать швы, если они их сами себе не снимут. Моя задача – смотреть, как бы раны не воспалились. Но, по идее, коты должны зализать их сами себе.

Иммунитет у животных получше, чем у людей.

С кухни мне хорошо просматривался коридор, поэтому я заметила, как неуверенно поднялся Рыжик и пошел обследовать территорию, а затем из переноски выбрался и Черный. Кажется, его шатало сильнее, чем Рыжика.

Может, поэтому он такой злой? Из-за того, что чувствует себя неуверенно…

Я раскрошила по таблетке в каждую миску и поставила их на пол. И про миски с водой тоже не забыла.

– Кис-кис-кис-кис-кис, – позвала я котеек, которые обнюхивали плинтуса в коридоре.

А может, просто отдыхали.

Рыжик откликнулся первым.

– Кушать идите, кис-кис-кис, – повторила я.

Думала унести им миски в коридор, но оба кота все же пошли сами своими ногами. Три метра – не такое уж большое расстояние.

Медленно, но оба дошли до мисок и мгновенно, я даже опомниться не успела, проглотили всё мясо, благо это консервы и жевать там особо ничего не надо было. Воду всю вылакали тоже в считаные мгновения и оба одновременно посмотрели на меня.

– Еще? – решила уточнить я.

И рыжик попробовал мяукнуть, но у него получился такой себе мяв… очень грубый. Я такие никогда не слышала от обычных котов. На тигриный рык, конечно, не похоже, но и на обычное мяуканье совсем не тянет.

– Вы кошки вообще? – спросила я, а в ответ заметила насмешливый взгляд Черного.

Не знаю… но мимика у него была такая… как у человека, что ли? Или мне показалось?

Рыжик опять мяукнул, привлекая к себе внимание.

– Ладно, сейчас еще открою, – печально вздохнула я.

Консервы-то были недешевые, между прочим.

Открыла две банки, вывалила каждому в миску и опять увидела, с какой скоростью умеют есть кошки. У соседки, помню, кошка кушала очень медленно, всё тщательно пережевывая, а вот у другой соседки была собака – та как раз ела именно с такой скоростью.

– Мне кажется, что вы больше на собак похожи, особенно по повадкам, хотя выглядите как кошки, – сказала я, наливая воду в пустые миски.

И эту воду котяры вылакали за пару мгновений.

– Наверное, хороший аппетит – это здорово, – пробормотала я, чувствуя себя почему-то не очень уверенно.

Оба кота после второго приема пищи начали вылизываться. И, на мой взгляд, почувствовали себя намного бодрее.

– Ну что, пойдем, покажу вам ваши туалеты? – сказала я вслух и пошла в коридор открывать дверь.

Удивительно, но коты направились следом за мной, словно поняли, о чем речь. И на этот раз их не шатало.

Черный на лоток даже внимания не обратил и сразу же, подойдя к унитазу, лапой начал открывать крышку. И у него получилось.

Рыжик свой лоток осторожно понюхал и тоже подошел к унитазу, на который уже залезал его друг.

Я хмыкнула и продолжила наблюдать за происходящим. Слышала, что котов можно приучить к унитазу, но, чтобы они лапой крышку умели открывать, не знала.

Черный, примостившись на унитаз, посмотрел на меня и опять утробно зарычал, но не грозно, а скорее просто ворчливо.

– Ладно, – подняла я руки вверх, – вам нужно уединение, я поняла. – И насмешливо добавила: – Только смыть за собой не забудьте.

Выйдя из ванной, я пошла на кухню разогревать ужин себе и с удивлением услышала через пару минут звук слива унитаза.

Рванула в ванную и увидела, как черный слезает с унитаза, а на него запрыгивает Рыжик.

Он рычать не стал, а просто посмотрел на меня недовольно.

– Оу, – только и смогла сказать я и, выйдя из ванной, пошла дальше готовить себе, удивляясь бывшим хозяевам котов.

Как они это сделали? Мало того, что коты крышку открывать умеют, так еще и воду за собой смывать?

Ну круто… чо.

А еще через две минуты я опять услышала спущенную воду и вновь подорвалась посмотреть: вдруг это мои галлюцинации?

Ну не верилось мне до конца, что коты могут такое делать.

Оба!

А когда вбежала в ванную, то заметила, как рыжик лапой закрывает крышку унитаза.

У меня челюсть просто отвалилась и упала на пол.

Они еще и крышку за собой умеют закрывать?

Да не всякий мужик умеет это делать!

А Черный в этот момент опять на меня недовольно заворчал, я посмотрела вниз и заметила, что закрываю ему проход. Видимо, все это время он ждал своего друга, сидя рядом, а теперь собрался выйти из ванной.

Я отступила, пропуская деловых котов, которые сразу же бодренько отправились исследовать мою единственную комнату.

Вошли на порог и, остановившись, начали, как мне показалось, с удивлением на меня смотреть.

– Что? – приподняла я бровь и усмехнулась. – Не нравится? – И зачем-то решила оправдаться: – У меня всего одна комната, ничего не поделаешь, и мне одной вполне хватает, придется в ней временно втроем ютиться, пока ваши хозяева вас не заберут.

На что Черный опять надменно фыркнул и все же вошел в комнату первым, а следом за ним и Рыжик.

Я осторожно погладила Рыжика по голове, когда он проходил мимо, на что он отреагировал вполне спокойно и даже прогнулся в спине, задрав свой шикарный пушистый хвост, как это делают самые обычные кошки.

Когда Черный подошел к дивану, на котором я сплю, то я решила, что надо отстаивать свою территорию и показать, что туда лезть нельзя.

Быстро подойдя к нему, встала на пути у кота. Клянусь, Черный посмотрел на меня с удивлением.

– Так, – сказала я как можно громче и стараясь чувствовать уверенность в собственных словах. – Это моё место, сюда вам нельзя.

Рыжик сразу же понял и начал ходить вокруг и осматриваться, всё вынюхивать, а вот Черный так и продолжил стоять и недовольно на меня смотреть.

Я уперла руки в бока, собираясь отстаивать свою территорию до конца.

– Нет! Сюда нельзя, – повторила я для наглого кота, добавив в голос строгости, потому что, если запрыгнет, не представляю, как его отсюда выгонять потом, вдруг опять рычать начнет, я его рыка побаиваюсь. – Есть кресло и пуфик, – я указала пальцем на стоящие у окна кресло и широкий пуф, на котором спокойно мог разместиться даже такой здоровенный кот, и Черный проследил за моим жестом, – на них можно. На диван – нет.

Мягкий гарнитур я купила в прошлом году. Копила на него пять лет и была счастлива. Темно-серая, почти черная немаркая обивка из хорошей ткани плюс новый дизайн, подходящий для стиля типа «лофт». Что еще для счастья надо?

Опять надменно фыркнув, Черный отошел от дивана и направился исследовать кресло с пуфом.

Я выдохнула, очень тихо, стараясь не показывать, как была напряжена, однако от котов это скрыть не получилось, потому что оба тут же оглянулись на меня. Рыжик с удивлением, а Черный насмешливо, типа: «Ню-ню, хозяюшка, мы запомнили твоё «нельзя».

Вот ведь какие выразительные взгляды у котов. Я даже не ожидала, что животные умеют так делать…

Обследовав все углы и даже кресло с пуфом, на которые что Черный, что Рыжик запрыгнули по очереди, они уселись напротив раритетного серванта, рассматривая мою коллекцию. Она досталась мне еще от владелицы этого шкафа – это были фарфоровые статуэтки разных котиков. Правда, коллекция эта значительно пополнилась, потому что подруга Анька, увидев её, рассказала всем на работе, и теперь на каждый день рождения коллектив покупает мне по одному новому котику, а то иногда и по два. Плюс еще и сама Аня мне дарит не только на день рождения, но и на остальные праздники по коту.

– Нравится? – спросила я, не понимая, чем их так привлекли мои фарфоровые друзья.

Я думала, опять услышу что-нибудь типа насмешливого фырка от Черного, но на этот раз оба кота меня проигнорировали и продолжили рассматривать сервант.

Кстати, они его даже не обнюхивали как следует, я это только сейчас поняла, а просто сели и уставились на него.

Может, их заинтересовали сами фигурки?

Шумно выдохнув, я поняла, что коты вроде не буянят и ведут себя вполне прилично: сидят, на котиков смотрят – значит, можно оставить их в комнате одних, я ведь так и не поела.

Пока ужинала, всё время прислушивалась к тому, что творится в комнате, но звуков коты никаких не издавали. Пожав плечами, доела и пошла мыть посуду. Миски котов тоже перемыла, насыпала им сухого корма и воды налила.

Если проголодаются – похрустят.

А вообще, конечно, надо им мяса купить, и подешевле. Подозреваю, что на консервы я не напасусь. Очень надеюсь, что хозяева котеек мне вернут все деньги, а то я в отпуске планировала грандиозный ремонт затеять и уже приличную часть из отложенных денег потратила.

Вернувшись в комнату, посмотрела на котов, те почему-то так и сидели возле серванта, рассматривая мои фигурки. Или сам сервант?

На меня заинтересованно посмотрел только Рыжик.

Черный, как обычно, даже ухом не повел.

Ну точно – аристократ.

Я хмыкнула, вспомнив начало в книге, которую подарила Аньке, и подмигнула коту.

– Я пошла мыться, не хулиганьте, – сказала я на всякий случай, а то мало ли, вдруг они меня и правда понимают?

Рыжик в ответ мявкнул своим грубым и необычным голосом и, как мне показалось, даже кивнул в ответ, а затем отвернулся и продолжил пялиться на сервант.

И что он им так в душу запал? Или, может, запах нравится? Надо бы почитать про повадки котов, а то я же толком ничего не знаю. В детстве у нас был котенок, я принесла со двора, но он недолго прожил, его отчим-гад с окна выкинул, бедное животное еле выжило. Благо соседка котенка подобрала и себе забрала на лечение, да так и оставила жить. Я в школе была, не знала, куда котенок делся, а потом соседка мне все рассказала. Я и так-то отчима терпеть не могла, после этого случая вообще возненавидела.

Закрывать дверь в ванной я не стала, да и не привыкла так делать, лишь шторку задвинула. Я одна живу, мне стесняться некого, к тому же вентиляция плохо работает, потом все стены в испарине, и поэтому дверь я стараюсь держать приоткрытой. Давно мечтаю и этот вопрос решить. Надеюсь, что денег хватит.

Разделась, повесив вещи на вешалку, и полезла настраивать воду. Сегодня приму душ, лежать в ванне не хотелось, надо все же проследить за гостями, а то мало ли, вдруг «хозяйничать» начнут. Не стоит их одних надолго оставлять.

Развернулась, хотела задернуть шторку и чуть не шарахнулась от страха. Рыжик. Он сидел рядом с ванной и заинтересованно меня разглядывал.

– И как ты так подкрался незаметно? – пробормотала я, чувствуя, как громко от испуга бьется мое сердце.

В ответ кот мявкнул и, встав на задние лапы, передними уперся в бортик. Похоже, собрался ко мне запрыгнуть.

Я заметила на его животе швы.

– Э-э-э, нет, дорогой, – сказала я Рыжику, выставив руку перед собой. – У тебя там раны, тепе купаться рано.

Кот душераздирающе вздохнул, убрал лапы и сел рядом с ванной.

Я посмотрела ему в глаза и с удивлением поняла, что кот изучает моё тело. Именно тело. Почему-то стало немного стеснительно под его взглядом. Глупо, конечно, это же животное, но всё же…

Я задвинула шторку и услышала недовольное ворчание.

Охренеть. Он еще и разозлился, что я не дала ему себя как следует рассмотреть. Клянусь, эти коты меня скоро с ума сведут.

Я включила душ, стараясь не думать о всяких глупостях.

– Мыться и отдыхать! – сказала я вслух сама себе, а то уже всякая ерунда в голову лезет.

Глава 3

Пока промывала голову от шампуня, услышала звонок в дверь, пришлось быстро заматываться в полотенце и, выскочив из ванны, идти открывать, капая водой на пол. Благо мыло успела смыть.

На пороге стоял Сашка с цветами и пакетом в руках.

– Привет, – сказал мужчина, смотря на меня с ожиданием, – я вернулся.

Он сообщил это так, будто он как минимум с войны вернулся и я должна была немедленно с визгом броситься ему на шею. Но так как я не издала не звука и не двинулась в его сторону, сразу же понял свою ошибку и продолжил:

– Извини, у меня прошлый раз были небольшие неприятности по работе, вот я немного психанул. Но сейчас всё решилось, я успокоился, подумал и понял, что ты, наверное, соскучилась. Вот, пришел.

Он выставил букет цветов вперед, словно защищаясь от меня.

Я посмотрела на цветы и поняла, что выбрал Сашка явно самые дешевые. Не так давно кадровичке цветы покупала ко дню рождения, всем отделом собирали и меня отправили как исполнительницу, поэтому цены я еще помнила.

Я скупо улыбнулась и поняла, что злиться могу на Сашку еще долго, он такой, какой есть, и его не исправить, поэтому, забрав цветы у него из рук, ответила:

– Проходи.

Он вошел и потянулся ко мне за поцелуем, но остановился, услышав такой злобный рык, что даже у меня все поджилки затряслись от ужаса.

– Это еще кто? – удивился Сашка, смотря за мою спину.

Повернувшись, увидела  Рыжика.

Его уши были прижаты к голове, шерсть на холке стояла дыбом. И он явно был не рад гостю, потому что смотрел на него и, кажется, готовился к прыжку, учитывая его позу.

Я повернулась, заслонив мужчину собой, с удивлением смотря на разъяренного кота, который до этого показался мне самым адекватным и ласковым парнем.

Черный же, наоборот, спокойно сидел позади Рыжика и наблюдал за ситуацией с ленивым любопытством.

– Это кто? – повторил вопрос мой любовник.

– А это то, из-за чего мне пришлось отлучиться два дня назад, когда ты трубку бросил и не захотел меня слушать.

– Это что, какие-то рыси, что ли? – спросил меня Сашка почему-то шепотом и быстро-быстро забормотал: – Ты с ума сошла, ты зачем их домой притащила? Это же дикие животные. Они же убить могут!

– Нет, – покачала я головой, – врач сказал, что обычные мейн-куны, просто гибриды, с кем-то скрещенные.

– Со львами? – нервно хмыкнул любовник. – И какого они у тебя делают вообще? Выгоняй их немедленно!

– Подожди, – отмахнулась я от мужчины и его причитаний, – я попробую их закрыть в комнате, не нравится мне, что Рыжик такой агрессивный.

– Рыжик – это его имя? – хмыкнул Сашка, и я почувствовала, как он сделал шаг назад, к двери, а Рыжик в этот момент еще громче зарычал.

– Ага, – кивнула, – я назвала, он вроде не против был.

На что любовник промолчал и продолжил пятиться к двери. Видимо, понял, что лучше не рыпаться.

– Рыжик, – сказала я ласковым голосом и сделала один шаг вперед, – ты чего это? Что случилось? Почему злишься?

Но кот не обращал на меня внимания и так и продолжал утробно рычать на Сашку. Черт, вот это рык… я и не думала, что он так умеет.

Я сделала еще шаг и еще, а затем уже почти впритык подошла к коту, и этот засранец как-то так очень быстро юркнул мимо меня и кинулся на любовника.

Сашка взвизгнул фальцетом и, открыв дверь, выбежал в подъезд, успев закрыть её перед носом Рыжика, тот даже слегка врезался в неё и недовольно мявкнул.

А затем я глазам своим не поверила, но он уперся в неё двумя лапами и, достав до ручки, начал её открывать.

– Эй! Ты офигел совсем! – крикнула я коту, который наконец-то обратил внимание на меня. – Да-да! Я тебе! – добавила я не очень уверенно, всё же рык у него был гораздо страшнее, чем у Черного.

На всякий случай оглянувшись, решила проверить последнего, а то вдруг напасть решит, но тот так и сидел на своем месте, с любопытством рассматривая меня и Рыжика, и признаков агрессии не подавал.

Я опять перевела взгляд на рыжего бандита и увидела, как кот продолжает пытаться лапой открыть дверь, при этом утробно рыча и даже шипя. Но из-за строения оной у него явно плохо получалось это делать.

– Наташа! – крикнул за дверью Сашка каким-то противным голосом, которого я раньше у него никогда не слышала. – Я вызываю МЧС!

– Зачем? – спросила я.

– Как это зачем? – продолжил явно истерить любовник, судя по неизменившемуся фальцету. – Это же опасные дикие животные!

– И поэтому ты меня закрыл с ними один на один, – хмыкнула я, расслабившись, когда заметила, что Рыжик перестал дергать ручку, успокоившись, подошел ко мне и начал тереться об мою ногу, как самый обычный кот, выпрашивая ласку.

Сашка притих на несколько мгновений, и я даже подумала, что он ушел, но примерно через минуту подал голос:

– Ты что, меня обвиняешь? Они же на меня нападали, а не на тебя!

– Да не нападают они уже ни на кого. – Я оглянулась и увидела, как Черный ушел вглубь комнаты, ему явно стало неинтересно, а вот Рыжик так и продолжал тереться об мои ноги и потихоньку жевал цветы, что до сих пор были у меня в руке. Не удержавшись, я запустила пальцы в его шерсть на спине. Ух… какой он мягкий и совсем не злой.

– Знаешь что, Наташа, я пойду и не вернусь, пока не выкинешь этих своих питомцев куда-нибудь! – громко, на весь подъезд сообщил Сашка, и я услышала быстрые удаляющиеся шаги.

А Рыжик, пока я отвлеклась, вырвал из моей руки букет цветов и начал его драть когтями и зубами, превратив в считаные мгновения в веник, а затем и вовсе присел на него и нассал.

Я в шоке уставилась на кота, который еще и задними лапами чиркнул по останкам от букета, а затем вернулся как ни в чем не бывало в комнату, демонстративно залез на МОЙ диван и лег, смотря на меня с вызовом.

– Рыжик, ты что натворил? – спросила я кота севшим голосом.

Я-то думала, у меня с Черным проблемы будут, а оказалось, что это Рыжик тот еще засранец. А если быть точнее, то не засранец, а зассанец.

– Мне тебя что, как котенка, в лужицу мордой макать? Чтобы объяснить, как ты не прав? – посмотрела я коту в глаза. – Я же видела, как ты на унитаз ходить умеешь. А это зачем сделал?

Я указала коту на дело лап его, а в ответ услышала почти человеческий смех. Посмотрев в сторону звука, с удивлением поняла, что это Черный. Правда, он не смеется, а чихает, при этом лапой пытается закрывать свой нос. Пыли успел глотнуть где-то? Но ощущение такое, будто реально хихикает.

А Рыжик в этот момент, перевернувшись на спину, вытянулся во весь рост и начал тереться всем телом об мой диван, показывая своё побритое израненное пузо.

А я вдруг вспомнила, что как-то смотрела по ТВ передачу про кошачьих, и ведущий говорил, что у них инстинкты метить всё вокруг или с помощью собственной мочи, или вот так, как сейчас Рыжик делает, – своим телом, да и не только у кошачьих. Поэтому диких животных и не рекомендуют держать в благоустроенных квартирах.

Видимо, мне и были сейчас продемонстрированы эти самые инстинкты.

Котяра просто пометил свою территорию. Меня принял за самку, а Сашку за самца, который посягнул на его территорию. Вот и результат.

Странно, что они с Черным не дерутся. Видимо, давно знакомы, поэтому и территорию не пытаются делить.

Я печально вздохнула и пошла убираться.

Ругаться с котом было бесполезно. Он всё равно ничего не поймет. Это его инстинкты. Против природы, как говорится, не попрешь. Может, был бы обычным домашним, так еще и можно было бы носом в лужицу потыкать, а с этим что делать?

М-да, благодаря Рыжику опять с Сашкой поссорилась.

Я вспомнила его не самый хороший поступок – выбежать за дверь и бросить меня с, по его мнению, опасными хищниками – и поняла, что, наверное, и к лучшему. На фиг такого мужика. Если он от страха готов меня бросить в опасности, что это за мужчина такой? Да и вообще – что за человек?

Покачав головой, я вытерла волосы, завязала их в гульку, надела халат и, взяв веник с совком, пошла убираться.

Рыжик в это время, пока я наводила порядок, спрыгнул с дивана и наблюдал за мной, как мне показалось, с виноватым взглядом.

Или, может, это я себе на придумывала и зря наделила человеческими качествами полудиких животных? Может, ему просто интересно, что я делаю?

Убравшись и помыв с мылом пол (благо кот на линолеум напрудил, а не на ковер), я наконец-то пошла отдыхать.

Рыжик ходил за мной буквально по пятам и, когда я постелила себе на диване, не став его раскладывать, попытался запрыгнуть и на него, но тут уж я встала в позу и столкнула наглого кота на пол.

– Нет, нельзя! – на всякий случай подкрепила я голосом.

Сопротивляться он не стал, лишь недовольно заворчал и улегся возле дивана на ковер, смотря на меня обвиняюще.

– Можешь спать на пуфике, – кивнула я на широкий пуф, – если на полу неудобно.

Кот в ответ фыркнул и отвернулся.

Я посмотрела на Черного и заметила, что всё это время он за нами наблюдал, но стоило мне повернуть голову, как сразу же закрыл глаза и сделал вид, что спит.

Я хмыкнула. Ага, значит, притворюша.

Включила телевизор, нашла какой-то старый ужастик про оборотня-убийцу и расслабилась.

Видимо, Рыжику действительно было неудобно лежать на полу, потому что минут через двадцать он пошел укладываться на пуфик, при этом так душераздирающе вздыхая, что я чуть было не предложила ему лечь со мной на диван, но сама же себя оборвала. Сейчас разрешу, потом вообще не смогу выгнать, надо быть твердой в своих убеждениях.

Спустя пару эпизодов я поняла, что засыпаю, фильм-то уже не раз видела, и, выключив телевизор, уснула.

Не знаю, что меня дернуло или кто, но почему-то проснулась я резко и увидела странное свечение от кресла, на котором спал Черный.

Я села и потерла глаза пальцами, не сразу поняв, что случилось. А когда зрение привыкло к странному свечению в темноте, то еле сдержалась, чтобы не завизжать от ужаса. Единственное, что удержало от побега из собственной квартиры, так это моё неуемное любопытство. Хотелось досмотреть до конца, что же будет дальше. Понимаю, что глупо и опасно, но уж такой у меня характер. Всегда интересовалась чем-нибудь необычным, и там, где обычные люди испугались бы, убегая, я испугаюсь, но бежать не буду. Потому что хочу узнать, чем закончится. Мама в детстве ругала и говорила, что у меня нет инстинкта самосохранения. Я же, когда подросла и изучила эту тему подробнее, отвечала ей, что у людей в принципе нет никаких инстинктов и доказательств тому полным-полно.

Вот и сейчас я завороженно наблюдала за тем, что происходит на моём кресле с Черным.

Шерсть кота медленно втягивалась в кожу, а кости изменялись, выпрямляясь и даже увеличиваясь в размерах. Кот же при этом лежал с закрытыми глазами и, кажется, просто спал. Морда его была безмятежной. То есть боли он точно не чувствовал.

Не только тело, но и морда у Черного начала постепенно меняться, приобретая знакомые черты. И буквально в считаные мгновения на моих глазах Черный превратился в человека.

Точнее, в мужчину.

В голове тут же стрельнула догадка: это сон. Я насмотрелась оборотней перед сном, мозг запомнил, вот и результат.

Эта мысль меня мгновенно успокоила, и, широко зевнув, я легла обратно в свою любимую постельку, перевернулась на другой бок, укрылась одеялом с головой, чтобы свечение от кота-оборотня не мешало мне, и спокойно уснула.

Сон, конечно, интересный и необычный, но работу утром никто не отменял.

Будильник на телефоне разбудил меня, как и всегда, в семь утра. Я специально свой телефон убирала подальше, чтобы он орал на всю квартиру и заставлял меня как минимум встать и пройти пару шагов, чтобы его выключить. Потому что есть у меня такая особенность – могу выключить телефон и уснуть дальше. К сожалению, я сова, и утренний подъем для меня – целая катастрофа. Только из-за этого ненавижу ходить на свою работу и мечтаю найти что-нибудь с графиком в ночное время. Ага, только с моим образованием менеджера-экономиста я очень сильно сомневаюсь, что когда-нибудь смогу это сделать.

С закрытыми глазами я сползла на пол и на четвереньках на ощупь поползла к источнику шума. Правда, по пути почему-то врезалась во что-то мягкое. Не сразу поняла, что это не ковер, и поползла дальше, а в ответ получила лапой по морде и недовольный мявк.

Открыла глаза и увидела Рыжика, стоящего у меня на пути. Точнее, лежащего. Кот спал на полу, а я в него врезалась и чуть по нему не проползла.

– Прости, Рыжик, – громко зевая, пробормотала я. – Но я должна выключить это. – Я подняла руку, указав на свой телефон.

Тот лежал на телевизоре и продолжал орать тяжелым роком на всю квартиру. Только это могло разбудить меня. Я много рингтонов перепробовала, даже Моргенштерна и Даню Милохина. Но эти ребята не настолько затронули мою тонкую душу, чтобы аж подняться и пойти вырубить телефон. А вот тяжелый рок в самый раз.

Рыжик, прижав уши, проследил за моей рукой, а затем встал на лапы, подошел к телевизору, поднялся, уперевшись лапами в экран, и, достав зубами мой телефон, вернул его мне. При этом так недовольно жмурясь и прижимая свои уши к голове, что, похоже, тяжелый рок и ему тоже смог запасть в душу.

Выключив телефон, я села на пол и опять смачно зевнула, чуть не вывернув челюсть, но вовремя себя остановила. А то был у меня как-то случай… хм… не буду вспоминать.

Рыжик тоже зевнул, а затем, встав, медленно поплелся в коридор. Я тоже поднялась и так же неспешно пошла за котом, а затем, вспомнив ночной сон, посмотрела на кресло, в котором спал Черный, свернувшись калачиком.

Кот накрыл голову своим пушистым хвостом. Видимо, его тяжелый рок не пронял.

Хмыкнув и подивившись своему странном сну, я пошла умываться и услышала звук сливного бочка.

Дошла до коридора и заметила Рыжика, который выходил из ванной.

– Чудо, а не кот, – сказала я и погладила его по голове.

Рыжик тут же начал ластиться и тереться об мои ноги. Я зарылась в его мягкую шерсть и, наклонившись, поцеловала кота в макушку. Ох, какой он ласковый и нежный. Кот извернулся и лизнул меня шершавым языком прямо в губы.

– Ах ты наглая морда! Решил украсть поцелуй? – весело спросила я у кота и погрозила ему пальцем. – Не шали.

На что кот чихнул и продолжил тереться об мои ноги, даже уже на задние лапы начал вставать и почти заваливать меня. Вес-то у него совсем не маленький.

Мне надо было собираться, поэтому долго гладить котейку и нежиться с ним было некогда, пришлось сбегать от него в ванную.

Почистив зубы и приведя себя в порядок, я вышла из спальни и заметила угрюмого Черного возле двери. А стоило мне отойти от неё, как он тут же шмыгнул внутрь.

Я опять хмыкнула и пошла готовить себе и котам завтрак.

Рыжик уже сидел на кухне и с печалью во взгляде смотрел в свою чашку с сухим кормом. Ему явно не нравилась эта еда.

Вздохнув, пошла открывать консервы, все равно надо туда еще антибиотик раскрошить, и услышала шум слива воды.

Я покачала головой. Привыкнуть к тому, что коты могут нажимать на слив, было очень сложно.

Поставив котам миски с едой, я занялась своим завтраком.

Рыжик съел свою порцию за считаные мгновения, подошел ко мне, сел рядом и положил свою морду мне на колени, а вот Черный на этот раз застрял возле своей миски и пережевывал все очень медленно.

– Ты хочешь, чтобы я тебя гладила? – спросила я кота, а тот в ответ мявкнул.

Я положила ему руку на голову и начала гладить, зарываясь пальцами в мягкую шерсть, а кот затарахтел, как трактор.

Милота…

Черный, доев, не стал уходить из кухни и остался сидеть и смотреть на нас с Рыжиком – как мне показалось, с каким-то осуждением, что ли?

Или это я опять наделила животных человеческими эмоциями зря?

Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Быстро помыв посуду, я пошла собираться на работу.

Уже в коридоре, когда я взялась за ручку двери, посмотрела на обоих котов. Рыжик был ближе и кое-как дал мне одеться, потому что лез постоянно ластиться. Терся об меня всем телом и при возможности, когда я надевала обувь, умудрялся лизнуть прямо в губы.

Засранец украл у меня не один поцелуй за это утро, а штук пять, не меньше.

– Ладно, парни, ведите себя хорошо, – сказала я обоим котам.

Черный сделал вид, что вообще меня не слышит, даже ухом не повел и не посмотрел на меня, но при этом все это время тоже сидел в коридоре, не уходя в комнату, и следил за тем, как я одеваюсь и крашусь. А Рыжик прыгнул на меня двумя лапами, пытаясь почти обнять, и опять чуть не повалил на пол. Еле удержалась на ногах.

– Рыжик, всё, я поехала.

Кое-как вырвалась в подъезд и закрыла за собой дверь. По-моему, этот засранец мне куртку порвал, но, осмотрев её, не заметила разрывов.

Соседка Галя тоже вышла. Мы с ней в одно время на работу выходим. Она меня младше на десять лет и сплетница еще та, поэтому я стараюсь ей давать как можно меньше информации.

– Ты что там за питомцев себе завела? – спросила она, пока мы спускались по лестнице.

– А ты как узнала? – посмотрела я на неё с удивлением.

– Так твой вчера на весь подъезд верещал, как тут не узнать, – хмыкнула она в ответ, и я заметила, как её глаза заблестели от любопытства в ожидании сенсации.

– Да коты обычные, – пожала я плечами, не став особо распространяться. – Ничего особенного.

– А твой тогда чего такой скандал закатил?

– У него аллергия, – решила выкрутиться я.

– Понятно, – поскучнела соседка.

Ну да, аллергия – это ничего интересного. Никакой сенсации.

Я было подумала дать задание Гале – поискать хозяев котов, но ведь она же в гости напросится и вообще потом с меня не слезет. Так что нет. Лучше своими силами через объявления поищу.

– Ты чем старше, тем молодее, – вдруг сказала мне она, когда мы вышли из подъезда на солнце.

– Да ладно, – удивилась я такому странному комплименту, вообще-то от Гали я ничего подобного никогда не замечала.

– Да я серьезно, операцию, что ли, пластическую сделала? – переспросила она меня.

– На какие шиши? – развеселилась я и, махнув ей рукой, побежала на остановку.

Мы с ней в разные стороны ходим, и это хорошо.

Глава 4

Войдя в офис, я заметила странные взгляды сослуживцев. Все здоровались и рассматривали меня так, будто у меня вторая голова выросла. Пока дошла до своего рабочего места, вся извелась. Уже даже страшно было в зеркало смотреться. Что там у меня с лицом, где я умудрилась так испачкаться?

В нашем кабинете я, опустив голову, поздоровалась с девчонками и юркнула к себе за стол, а там уже прилипла к зеркалу. Оно висело на стене рядом с вешалкой, и я могла закрыться от всех, пока снимаю куртку.

Но в зеркале ничего необычного вроде не заметила.

Хотя… может быть…

Я присмотрелась и поняла, что лицо у меня как-то посвежело, что ли. И морщин вроде меньше стало. Темные круги, которые последнее время стали преследовать меня по утрам, куда-то подевались. Или это у меня галлюцинации?

Не знаю, но вчера вроде так же было? Утром времени толком не было себя в зеркало рассматривать. Рыжик постоянно меня отвлекал.

– Любуешься? – услышала я голос Аньки.

– Ага, – ответила я, пытаясь понять, чего на меня все так пялились.

– Колись, где такой тональник хороший достала. – Анька подошла ближе и посмотрела на меня в зеркало.

– Какой тональник, Ань, ты что, я им не люблю пользоваться, у меня аллергия на них, тебе ли не знать? – с удивлением посмотрела я на подругу, повернув голову.

– Ой, да ладно, мне-то можешь не заливать, – махнула она рукой, – я вообще подумала, что ты операцию по подтяжке сделала, но так быстро подобные швы не заживают, я-то знаю, видела, что люди по месяцу дома сидят, прежде чем в люди выйти.

Я повернулась и приложила ладонь к Анькиному лбу.

– Ты что, не с той ноги встала? – усмехнулась я.

Та в ответ увернулась от моей руки и, нахмурившись, пальцем провела по моей щеке, затем внимательно посмотрела на свой палец и опять перевела удивленный взгляд на меня.

– Ничего не понимаю, – пробормотала она и начала снимать свою куртку. – Я была уверена, что у тебя какой-то тональный крем хороший, который так классно тебя омолодил. Но как ты тогда?

– Не знаю, о чем ты, – пожала я плечами и, усевшись за свой стол, включила компьютер.

Аня заняла своё рабочее место. Наши столы были расположены друг напротив друга в самом дальнем углу кабинета. Дальше стоял большой стол, который мы использовали для обедов, а в другом углу еще четыре стола для других сотрудников. Получалось, что мы вроде бы в своем небольшом закутке сидим подальше от входа. Меня еще и вешалка закрывала с кучей одежды. Очень удобно. Потому что нас мало кто слышал и мы с Анькой могли много чего вполголоса обсуждать.

День прошел почти как обычно. Только если бы мне не вымотал нервы один из клиентов, который упорно строил из себя идиота и утверждал, что не получал письмо с претензией, потом он заявлял, что не понимает, почему ему начислили такую сумму.

Он названивал мне весь день и трепал нервы.

Я вообще-то не обязана заниматься подобными проблемами, это юридический отдел должен делать, но у нас там молоденькая девочка сидит, только из университета, и она очень плохо разбирается во всех тонкостях. Поэтому директор попросил меня проконтролировать такие вопросы, пока девочка не научится. И мне приходится брать на себя подобную работу.

В итоге к вечеру я настолько вымоталась, что готова была всех поубивать, а особенно того самого клиента.

До конца рабочего дня оставался час, я достала папку с документами и хотела внести их в базу, как Анька вдруг зашипела на меня:

– Ныряй под стол, быстро!

И, вскочив со своего места, подошла и загородила меня.

Я не сразу сообразила, что случилось, но, когда услышала до боли знакомый голос, сделала, как сказала подруга.

– Здравствуйте, девочки! – поздоровался мой бывший своим бархатным голосом, от которого писаются все женщины от восемнадцати до семидесяти в нашем филиале, и главном офисе в том числе. – Как у вас дела?

Я услышала, как щебечут и хихикают девчонки, и на душе стало противно. Когда-то и я была такой же очарованной дурой.

Надо же, думала, что забыла уже всё, а стоило ему оказаться в пределах видимости, точнее слышимости, как сразу на душе кошки заскреблись. Оказывается, такого козла и ту боль, которую он мне принес, забыть невозможно.

Но из-под стола вылезать я не собиралась, знаю же, что обязательно подойдет. А разговаривать я с ним не хочу. Нет у меня на это не физических, не моральных сил, сколько бы лет ни прошло с последней нашей встречи. И подруга это прекрасно знает, потому и спасает.

Анька же встала, закрывая меня своим телом и делая вид, что крутится перед зеркалом.

– Анютка, здравствуй, – конечно же, бывший подошел поздороваться с подругой, а я из-под стола в щелку увидела его ноги.

Какое счастье, что не лицо. Он всегда был красавчиком, наверняка таким же и остался, хоть и столько лет уже прошло. Боже, сколько я его не видела? Больше пяти лет?

– Привет, Руслан, – ответила ему холодно Аня, так что даже у меня мороз по коже прошел.

– Как дела? – Отступать он, само собой, не привык.

– Как обычно, – таким же холодным тоном ответила подруга, – а ты чего тут?

– Да вот, из главного офиса кое-какие документы привез.

– Тебя с заместителя гендиректора до курьера, что ли, понизили? – насмешливо спросила Аня.

– Нет, – усмехнулся Руслан и добавил тише: – Я уже отвык от твоих шуток. Мимо ехал, решил по старой памяти забежать, да и документы заодно закинуть.

– Олеся как поживает? – задала Аня следующий вопрос, не собираясь переходить на дружелюбный тон, а я, как полная дура, вся превратилась в слух, даже дыхание затаила.

– Дома сидит, с ребенком, – нехотя ответил бывший, и в этот момент я почувствовала, что еще немного – и точно расплачусь. – А Наташа где?

– А тебе до неё какое дело? – в голосе подруги явно появились злые нотки.

– Да просто…

– У тебя жена родила, чего ты таскаешься сюда, Руслан, не стыдно? – понизив голос, спросила она моего бывшего.

– Да я же просто по-дружески, – начал оправдываться он.

– Валил бы ты отсюда, Руслан, а то я Олеське твоей позвоню да расскажу, что ты с дружескими визитам зачастил, пока она с ребенком одна…

Руслан с шумом выдохнул и, приблизившись к Ане, зло процедил:

– Слушай, что ты лезешь? Это не твоё дело, мы сами разберемся.

В ответ Анька подалась вперед (я видела её ноги из-под стола) и ответила:

– Если бы могла, я бы тебе всю рожу расцарапала, кобелина ты проклятый. Но Наташка запретила мне мараться об тебя, мразь. Поэтому вали подобру-поздорову, пока я охрану не вызвала.

Какое-то время Руслан стоял и недовольно пыхтел, а затем очень тихо, так что я еле-еле услышала, прошептал:

– Будешь лезть куда не просят – с работы вылетишь.

И, развернувшись, пошел на выход.

– Ублюдок, – прошипела Анька, когда я услышала, как он попрощался с остальными девчонками. – И как тебя угораздило с этой мразью еще и целых семь лет прожить?

– Сама до сих пор удивляюсь, – вздохнула я, вылезая из-под стола, и с грустью добавила: – Молодая была, глупая.

Домой возвращалась расстроенная и очень уставшая. Пришлось еще в магазин забежать за консервами и обычным мясом для котов. В перерыв посмотрела советы по уходу за гибридами, и там говорилось, что их можно кормить сырым мясом.

А когда подошла к дому, увидела Руслана.

Он стоял возле своей явно не самой дешевой машины и какого-то черта улыбался.

И да, я была не права, он постарел, причем очень сильно, и даже поправился, килограмм десять, не меньше, сверху.

Так как он стоял у меня на дороге, пришлось остановиться.

– Привет, – улыбнулся он так, будто и не бросал меня несколько лет назад.

– Зачем приехал? – угрюмо спросила я, не собираясь любезничать.

– А ты почти не изменилась, наоборот, даже стала лучше выглядеть, похорошела как, – вместо этого ответил он и вытащил из-за спины букет.

Я в шоке уставилась на цветы и вспомнила, что эти по ценовой категории стояли на втором месте – с конца.

– Зачем это? – с удивлением спросила, посмотрев на букет и не собираясь его принимать.

– Хочу поговорить. Позовешь в гости?

Я вспомнила про двух мужчин у себя дома и подумала, что стоило бы его позвать, вдруг они ему личико подрихтуют, но, вздохнув, отмела эту мысль. Неприятности-то у меня будут, а котов всё равно скоро хозяевам отдам.

– Нет, – покачала я головой, – ты мне уже всё сказал на разводе, нам больше говорить не о чем.

Я попыталась обойти Руслана, но он схватил меня за руку, а я в шоке уставилась на него.

– Я хочу начать всё сначала, – вдруг выпалил, смотря мне в глаза.

Я какое-то время, подвиснув, смотрела на него, а затем, покачав головой, с сарказмом спросила:

– А что же твоя жена, ребенок, о котором ты так мечтал?

– Да при чем тут они, – усмехнулся Руслан, – мы могли бы просто встречаться, я тебя не забыл, понимаешь?

– Ты совсем охренел, Руслан? – в шоке уставилась я на этого козла.

Он жестче сдавил мою руку, так что даже больно стало, и, приблизившись к моему лицу, тихо и быстро заговорил:

– Наташ, ты не кипятись, а просто подумай, я ведь могу тебя в главный офис устроить на хорошую должность. – Я уже хотела отправить его с таким предложением на три советских, как он тут же добавил: – Или, наоборот, без работы оставить. Поверь, рычаги у меня есть.

Как реагировать на подобный подкат, я не представляла. Просто закрыла рот и уставилась на мужчину, которого когда-то безумно боготворила, совершенно не понимая, где были мои глаза и мозг в придачу.

– Ты подумай, Наташ, – добавил Руслан, отпуская меня. – Я завтра заеду и надеюсь, что ты примешь правильное решение.

Он развернулся и пошел к своей машине, а я рванула в подъезд, не желая смотреть ему вслед и всё еще пытаясь переварить то, что случилось.

Открыла дверь и, войдя в квартиру, чуть не упала. Рыжик встретил меня своими фирменными обнимашками, встал на задние лапы и обхватил меня передними, пытаясь облизать мне лицо, но достать не мог, всё же я была выше его ростом. Правда, с его весом эти обнимашки больше напоминали нападение. Но когти он точно не выпускал, подозреваю, что сразу бы это ощутила.

Черный тоже вышел меня встречать, хоть и делал вид, что ему пофиг и он тут просто так сидит, однако же глаз не сводил.

Потрепав Рыжика по голове, я скинула куртку, разулась, прошла на кухню и сразу же положила котам еды с антибиотиком. Себе на разогрев ужин поставила в микроволновку и направилась в комнату переодеваться.

Но стоило мне оказаться на пороге, как я в шоке уставилась на то, что натворили эти два засранца, из коридора-то не заметила.

– Эй! Вы зачем это сделали? – спросила я, понимая, что туплю.

Ну какой с них спрос? Это же полудикие коты…

Они решили поиграть с моей подушкой. Разодрали её в клочья, а перья разбросали по всем поверхностям.

Хорошо, что у меня была запасная. Но елки… мне от них теперь её прятать, что ли?

Еще и убираться надо.

Благо территорию опять не пометили, в статье писалось еще и об этом. Правда, не все гибриды так делали, а те, что всё же унаследовали больший процент генов от диких родителей. Но запахов вроде не было.

Я печально вздохнула и, повернувшись, увидела Черного и Рыжика. Они оба сидели на пороге комнаты и смотрели на меня честными глазами.

– Ну да, – вздохнула я печально, – так я и поверила, что это не вы сделали.

Пока переодевалась, коты как завороженные смотрели на моё тело. Я уже подумала о том, чтобы в ванную от них сбежать, но поняла, что это попахивает маразмом. Кого я стесняюсь? Котов?

Надев свой домашний костюм: мягкие удобные штаны и такую же удобную футболку, всю в котиках, – я отправилась ужинать. Убирать буду позже.

Пока ужинала, коты пришли на кухню.

Черный разлегся в коридоре в пределах моей видимости и начал вылизываться, а Рыжик положил свою голову мне на колени и затарахтел, как трактор.

Я какое-то время дулась, но затем не выдержала, опустила руку ему на холку и начала гладить. Все же шерсть у него очень мягкая, устоять невозможно.

Поцеловала бы, да пока побаиваюсь: вдруг еще цапнет, кто его знает?

В той же статье писалось, что со взрослыми незнакомыми котами надо быть осторожными, они могут ластиться и дать себя погладить, но лицом лучше к ним не лезть, могут в игре лапой так зацепить, что без глаз в два счета оставят.

Поев и помыв посуду, а заодно и миски котам, пошла убираться, вооружившись веником и совком.

Рыжик сразу заскочил на пуфик, а Черный на кресло, которое, видимо, объявил своей территорией.

Нагнувшись, я начала подметать и нечаянно оказалась рядом с Черным, совсем близко возле его морды, и этот наглый котяра зачем-то наклонился и лизнул меня прямо в губы. И в этот момент произошло нечто странное, я не сразу сообразила, что случилось. Сначала был утробный рык, пробравший меня до печенок, а затем Черного что-то снесло с кресла.

Что-то очень большое и рыжего окраса.

Мой мозг только спустя несколько секунд понял, что это был Рыжик. Он бросился в драку с Черным, и сейчас эти два психа кубарем катались по всей моей комнате, да с такой скоростью, что я еле-еле замечала их движения. Это было похоже на злобный рычащий черно-рыжий комок шерсти. Он передвигался даже по стенам. Или это мне так показалось?

Я в растерянности стояла возле кресла с веником в руках, не зная, что делать и как их останавливать.

В итоге раздался такой грохот, и мой раритетный сервант оказался на полу, а соответственно, всё, что в нем было, тоже.

Коты тут же остановились и с удивлением посмотрели на дело лап своих.

Часть от разбившейся статуэтки докатилась до моей ноги и, ударившись, остановилась. Я нагнулась, взяла её в руку и увидела, что это голова той кисы, которую подарил мне когда-то Руслан. Да, он тоже иногда это делал и дарил мне кошек, редко, правда. И как раз эта была подарком на седьмую годовщину нашей свадьбы. А через месяц он сказал мне, что подал на развод.

Я перевела взгляд на двух котяр и увидела, как те прижали уши и оба посмотрели на меня виноватыми глазами.

Я уставилась на статуэтку и почувствовала, как горлу подкатывается комок из смеха. Я улыбнулась и начала смеяться над собой.

Я ведь все это время скучала по Руслану. По-настоящему скучала. Я и представить не могла, что он такой гнида, и всю вину за то, что мы расстались, переводила на себя. Ведь это у меня не было детей, и из-за того, что Олеся забеременела, он к ней и ушел. Так он мне сказал, когда уходил. Я родить ему детей не могла. А пару часов назад он предложил мне стать его любовницей.

Млин… ну это просто… у меня даже слов нет…

Я не заметила, как начала хохотать уже в голос. И одновременно по моим щекам потекли слезы.

Пять лет я считала себя никчемной женщиной, не сумевшей подарить мужчине ребенка, и Александра даже завела, втайне надеясь, что хотя бы от него у меня получится забеременеть. Я ходила к гинекологу, и она сказала, что бывает такое, когда люди несовместимы между собой. Хотя с резусом у меня было всё хорошо и женские дни приходили вовремя. Мы оба с Русланом проверялись и оба были абсолютно здоровы, но детей не было. А когда у него на стороне ребенок появился, да и после, когда я врала Сашке, что предохраняюсь, а на самом деле надеялась забеременеть, но этого не случилось, я вообще поставила на себе крест как на женщине.

И теперь он приходит и смеет предлагать такое…

Я осела на пол и заржала уже очень громко.

Все эти пять лет внутри меня была эта болезненная душевная рана, я думала, она закрылась, а оказывается, нет, она так и продолжала расти внутри меня. И сейчас после всего произошедшего – ссора с Сашкой, Руслан с его безумным предложением, два обормота на мою голову – я, наверное, просто не выдержала, и вот результат. Истерика. Голова вроде работала, а остановиться у меня не получалось. Я сидела и смеялась возле этого старья, которое давно надо было выкинуть, да всё руки не доходили, и этих дурацких кошек, которых и не пыталась собирать, они как-то сами собой собрались, и продолжала смеяться и растирать слезы, льющиеся из глаз.

А затем почувствовала чьи-то ласковые объятия и тихий успокаивающий голос.

– Тихо, тихо, маленькая, – шептал мне рыжеволосый, совершенно голый красавец, держа меня на руках. И когда он успел поднять меня и затащить к себе на колени, усевшись в кресло? – Прости нас, пожалуйста, – продолжил он говорить со мной, – мы сейчас всё уберем, прости… но эти статуэтки всё равно тебе мешали, они всю твою лишнюю энергию на себя собирали, а теперь ты её нам отдашь, да?

Я посмотрела на мужчину, говорившего мне какую-то чушь, и поняла, что это сон. Ну откуда этому парню с обложки журнала взяться в моей квартире? И почему утешает меня? Точно… или сон, или я окончательно рехнулась.

– Отдашь ведь? – переспросил он меня.

Я зажмурилась, чувствуя его сильные объятия и еще кое-что, мешающее мне удобно на нем сидеть. Кое-что, упирающееся мне пониже спины.

Слезы мгновенно высохли, а низ живота опалило возбуждением.

Ну точно… это сон.

Это не может быть правдой.

Я расслабилась и, закрыв глаза, отключилась окончательно, с улыбкой на губах.

Глава 5

Очнулась я оттого, что ощутила, как кто-то меня раздевает. Открыла глаза и в шоке уставилась на того же рыжего красавчика.

Э-э-э… Сон с продолжением?

Я подвисла, не зная, как реагировать.

В прошлом сне он сидел на кресле и держал меня на руках, сейчас уложил на диван.

Парень, на вид ему было лет двадцать пять, не больше, лицом чем-то похожий на супермена, последнего из комиксов Марвел, только с рыжими волосами и при этом с черными бровями и густыми ресницами, более мускулистый, нагло стягивал с меня мои штаны, а затем взялся за футболку. Ту самую, с котиками.

– Она очнулась, – услышала я еще один голос и, повернув голову, увидела еще одного красавчика, только черноволосого и по комплекции более худощавого.

– А тебя я видела в прошлом сне, ты из кота превратился в мужика, – сказала я вслух и зачем-то добавила: – из Черного кота.

Ему тоже было где-то лет двадцать пять, и он почему-то тоже был абсолютно голым. А еще в руках у него были веник с совком, и он подметал пол.

Последний факт меня заинтересовал даже больше того, что рыжий все же стянул с меня футболку, оставив голой по пояс, и взялся за трусы.

– А что ты делаешь? – спросила я черноволосого.

– Убираюсь, – вздохнул парень и недовольно буркнул: – На что это еще похоже?

– Зачем? – хлопнула я ресницами и приподняла попу, когда рыжий стягивал с меня трусы.

– Затем, что ходить по разбитому стеклу не очень удобно, – ответил черноволосый, продолжая подметать.

Краем сознания я отметила, что серванта моего нет, он куда-то делся, а вместо него зияет дыра. Потому что, когда клеились обои, его не отодвигали. Никогда.

Я подумала, что черный красавчик, сошедший прямо с обложки журнала «Men’s Health», абсолютно голый и подметающий пол, смотрится на фоне дыры в стене совершенно не гармонично.

– Это точно сон, – пробормотала я. – И он мне определённо нравится. – И улыбнулась парню с обложки: – Так что подметай дальше.

– Красавица, – позвал меня рыжий и начал нежно поглаживать по бедрам ладонями. – На меня лучше посмотри.

Я перевела взгляд на рыжего и уставилась в его желтые глаза с узкими, как у кота, зрачками.

– Только не говори, что ты тоже из кота превратился, – хмыкнула я, чувствуя, как низ живота начинает потихоньку тянуть от возбуждения.

– Не буду, – улыбнулся рыжий и, раздвинув мне ноги, лег между ними, лицом очень близко к моему паху. – Я лучше еще раз спрошу. – Он пальцами начал раздвигаться половые губы, отчего я попыталась на автомате закрыть руками своё сокровище, которое, наверное, паутиной уже скоро покроется, но он перехватил мои ладони, отвел их в стороны и, нагнувшись, умудрился лизнуть клитор.

Я всхлипнула и поняла, что этот сон мне определенно нравится и, пожалуй, я в нем задержусь.

Рыжий еще раз лизнул меня между ног, и еще, и еще, при этом пришпилив мои руки к дивану и зафиксировав ноги своим телом.

– Ты что твори-и-и-иш-ш-шь, – прошипела я, когда он просто впился губами в мой клитор и начал его посасывать, вытворяя языком такое, что я потерялась в ощущениях и, кажется, отключилась на несколько мгновений.

И когда я думала, что еще немного – и просто взлечу от оргазма, рыжий резко остановился.

Я открыла глаза и, подняв голову, с недовольством посмотрела на мужчину.

Его зрачки расширились и почти закрывали всю радужку, он облизнулся, порочно проведя языком по своим пухлым губам, пробуя мой собственный сок с них, и я подумала, что еще немного – и просто от одного его вида кончу. Это законно, вообще, – быть настолько сексуальным? Надо срочно вызвать полицию. Пусть его арестуют…

Я уже хотела потребовать продолжения, как он открыл свои губы и хриплым голосом, от которого у меня внутри все завибрировало, спросил:

– Ты готова отдавать мне излишки своей энергии?

Вопрос показался мне очень странным и почти сбил с настроя.

– Что за чушь? – хмыкнула я и скромно, как мне показалось, спросила: – Может, ты лучше продолжишь?

– Нет, – покачал он головой. – Сначала ответь: ты готова отдавать мне излишки своей энергии всю мою жизнь?

В голове прозвучал тревожный звоночек. Но возбуждение было настолько сильным, что я решила от него отмахнуться. На фига? Это же просто сон. Экзотический рыжеволосый красавчик с глянцевой обложки журнала в моей постели не может взять и появиться в моей однушке, устроиться между моих ног и делать мне куннилингус. Поэтому я мысленно приказала заткнуться «звоночку» и, растянув губы в улыбке, ответила:

– Малыш, давай ты скажешь мне то, что я должна сказать, и продолжишь то, что только что делал, хорошо?

Парень в ответ усмехнулся и кивнул:

– Ты должна ответить мне: «Да, я готова отдавать тебе всю мою жизнь все излишки своей энергии».

– Какие странные у меня выверты сознания, – пробормотала я, но оргазм получить от этих чувственных губ хотелось больше, хотя бы во сне, поэтому, кивнув, ответила: – Да, я готова отдавать тебе всю мою жизнь все излишки своей энергии.

Взгляд у кота увеличился вдвое, как будто он не ожидал от меня этих слов или ожидал, но не тех…

Но я не успела сообразить, что это значило, потому что мои предплечья вспыхнули такой сильной болью, что я заорала и задергалась, и если бы рыжий не фиксировал меня, то точно вскочила бы на ноги и кинулась в ванную, чтобы охладить ожоги холодной водой.

Когда боль стихла, то я поняла, что мои руки свободны, и, подняв их, ожидала, что там до мяса всё сгорело, но с удивлением поняла, что на предплечьях появилась золотистая татуировка в виде изящного браслета с завитушками и неопознанными символами. Я перевела взгляд на рыжего и увидела, что он тоже рассматривает свои руки и на его предплечьях так же, как и у меня, появились браслеты, только черные и массивные.

– Какой-то странный у меня сон, с элементами садизма, – сказала я вслух, чем привлекла внимание рыжего.

Он посмотрел на меня потрясенно своими кошачьими глазами.

– Ты сказала, что будешь всю свою жизнь отдавать мне все излишки своей энергии, зачем ты это сделала?

– Ты же сам сказал мне так сказать, – ответила я, чувствуя себя немного неуютно.

После болевого шока всё возбуждение пропало, захотелось прикрыться, и вообще, что-то я уже передумала, не нравится мне такой сон.

– Я думал, ты скажешь про мою жизнь, а не про свою, – ответил он.

– Надо было уточнять, – вздохнула я и попыталась сбросить рыжего со своих ног, но попробуй-ка такую тушу скинь, весит он наверняка килограмм восемьдесят, не меньше, судя по его комплекции и росту.

– Ты не мог бы освободить меня, – сказала я рыжему и опять попыталась дернуться, намекнув на то, что пора бы ему уже слезать.

В ответ он перевел на меня расфокусированный взгляд и нахмурился.

– Нет, – покачал он головой и, растянув губы в хитрой улыбке, добавил: – Я кое-что тебе должен.

Раньше я думала, что не особо люблю подобный вид секса. Поначалу вроде нравилось, когда мы с Русланом только-только сошлись, а потом… видимо, завоевав мою любовь, он понял, что стараться больше нет смысла, и куннилингус в его исполнении стал очень сильно хромать, причем на обе ноги. В итоге я все чаще и чаще отказывалась от этой ласки, потому что толку от неё было мало, одно душевное расстройство.

В конце концов я полностью отказалась от куннилингуса. Помню, как Руслан мне еще заявил, что с возрастом я стала терять своё либидо и скоро стану фригидной. И я мысленно согласилась с ним и подумала, что, видимо, так и есть.

Кстати, еще и по этой причине я винила сама себя, когда мы разошлись.

Секса хотелось все меньше и меньше, каких-то ласк – тем более. И как апофеоз всех наших отношений – я еще и ребенка не могла ему родить.

И когда Руслан заявил мне, что нашел другую женщину, которая любит секс во всех его проявлениях и еще и забеременела от него, я даже ничего возразить не смогла.

Да, мне было безумно больно, но я винила в первую очередь саму себя, как бы Анька ни пыталась мне вправить мозги все эти годы, я всё равно продолжала в это верить.

Это Анька заставила меня попробовать новые отношения, потому я с Сашкой и познакомилась в сети. И с ним опять же убедилась в том, что секс мне стал неинтересен. И продолжала встречаться в надежде завести ребенка.

Видимо, и правда постарела. Сорок лет уже, как никак. А с Русланом мы разводились, когда мне тридцать пять было, и уже тогда мне ничего не хотелось.

Хотя девчонки на работе говорили другое. Вон у нас завкадрами есть, ей пятьдесят, так она, наоборот, говорит, что секс обожает.

Мы когда случайно с ней разговорились на корпоративе под рюмочку чая, она похвасталась, что у них с мужем после отъезда детей из дома («замуж дочку сбагрили, наконец-то», как она выразилась) второй медовый месяц начался и они сейчас наверстывают упущенное. Хотя обоим уже больше пятидесяти.

После этого разговора я решила, что, видимо, дело действительно во мне.

Я просто с возрастом стала фригидной. Такое случается. Я читала на всяких форумах.

И я уже даже махнула рукой, поняв, что это вроде бы даже нормально. Физиология у женщин разная. У меня вот такая.

И до сегодняшнего сна я думала, что это правда.

Но повторюсь, до сегодняшнего СНА!

И вот сейчас рыжий, улыбнувшись мне своей порочной улыбкой, опять нагнулся и, припав к моему клитору, начал вытворять что-то настолько невероятное своим языком, что я даже про боль в предплечьях позабыла.

Положив руки ему на голову, я зарылась пальцами в мягкие волосы, сжав их в кулак от переизбытка чувств, краем сознания заметила, что у кота Рыжика такая же мягкая шерсть на ощупь, и ушла в полнейшую нирвану.

В низу живота одновременно взорвались тысячи пузырьков, и я, закусив губу, выгнулась и застонала сквозь зубы.

– Не понял, – услышала я недовольный голос парня сквозь шум от собственного сердца в ушах, – почему так тихо?

– Сноровку потерял, друг, – хмыкнул второй голос.

– Может, сам попробуешь показать мастер-класс?

– Почему бы и да?

Открыв глаза, увидела, как рыжий спрыгнул с дивана и в считаные мгновения мне между ног приземлился черный красавчик.

Я вяло попыталась посопротивляться для виду. Мол, я не такая, я вообще почти девственница, сорокалетняя, ага. И с двумя мужчинами заниматься сексом не буду. И вообще – это не моё. Я фригидная вроде как. На что парень цинично хмыкнул и, прижав мои руки к дивану, сказал:

– Если сейчас откажешься, больше никогда не получишь.

Я задумалась над этим ультиматумом.

Сон приобретал очень странный окрас. Меня уже шантажируют. И кто? Красавчик с обложки? Но, с другой стороны, с такой внешностью полубога этот красавчик может себе позволить. И, вздохнув, я подумала: когда я еще такой же классный сон увижу? Пусть доставляет удовольствие. Вдруг и правда обидится и больше не приснится?

– Ладно, – выдохнула я, – валяй, показывай мастер-класс, а я потом по десятибалльной шкале буду вас оценивать.

Черноволосый посмотрел на меня с вызовом, опустился, поднял мои ноги, согнул их в коленях, прижав к моей груди, и строгим голосом, от которого у меня уже в низу живота мгновенно разгорелся пожар, сказал мне:

– Обхвати колени руками и не вздумай отпускать, пока я не позволю.

– Да, господин, – выдохнула я наигранно и томно улыбнулась.

В ответ черный опять хмыкнул и, положив ладони на бедра, прижал мои ноги еще сильнее. Опустившись между ними, начал сначала медленно обводить мои складочки языком, постепенно увеличивая темп и кружа вокруг клитора.

Не знаю, что уж тут сыграло роль, наверное, все вместе, но зашипела я уже через минуту, чувствуя, как вспыхнул внизу живота нехилый такой взрывчик.

– Ну что? Какую оценку я заслужил? – спросил красавчик, убрав мои руки и позволив вытянуть ноги.

– Девять, – чисто из вредности прошептала я, но при этом чувствуя себя совершенно пьяной.

– А я? – этот вопрос мне задал рыжий, подойдя ко мне и зачем-то подняв меня на руки.

– А ты, – кое-как пробормотала я, уже почти засыпая, все же два оргазма за раз – это было для меня о-го-го каким достижением, – ты получаешь тоже девять.

– Это еще почему? – обиженно спросил он, продолжая держать меня на руках.

– Потому что, – я подняла палец и погрозила наглому парню, – потому что подушку порвал. И кстати, зачем вы это сделали?

Я повернула голову и заметила, как черноволосый раздвигает мой диван и стелет на него белье.

– Потому что воняла этим твоим, который с цветочками приходил, – набычился рыжий.

– Так это был ты? – Я перевела взгляд на рыжего.

– Ага, – покаянно вздохнул он, начал укладывать меня на диван и лег рядом.

– Ладно, – еле проворочала я языком, – об этом я подумаю завтра…

– Так-так, не спать, – начал требушить меня черноволосый.

– Отстань, – отмахнулась я от него и, перевернувшись, прильнула к мускулистой груди рыжего, а он тут же подгреб меня к себе ближе, уложив мою голову на свою руку.

– Нет, сначала ответь, – продолжил теребить меня черноволосый за руку, не давать спать.

– Чего ты хочешь? – кое-как открыла я глаза.

– Скажи, ты готова отдавать мне излишки своей энергии всю мою жизнь?

– Опять эта чушь? – застонала я, не понимая, зачем мой мозг играет в такие странные игры.

Хотя, с другой стороны, это же просто сон, а во снах всё странно.

– Если не скажешь, больше не приду к тебе, – опять начал шантажировать меня черноволосый.

– Ты шантажист, – печально сделала вывод я и подумала, что парень все же поработал на девяточку и, пожалуй, я не прочь воспользоваться еще пару раз его услугами. – Хорошо, – кивнула я, примостив голову на удобной руке у рыжего, – я согласна отдавать тебе излишки своей энергии всю мою жизнь.

И тут же завизжала так, что сама оглохла на пару мгновений.

Это была не просто боль. Ощущение было такое, словно мне руки отрубили. И поэтому я просто потеряла сознание, мысленно матеря себя за тупость.

Глава 6

Проснулась я почему-то сама, без моего «любимого» рока. Да еще и диван был разложен. Спрашивается, на фига я его разложила?

Попыталась вспомнить, что было вчера, но мозг подсовывал только странный сон про двух красавчиков, сошедших с обложки глянцевого журнала «Менс хелс», которые делали мне куннилингус, а я ставила им оценки и из вредности занижала баллы. А еще про драку между котами и разбитый сервант.

– Черт! Работа!

Я вскочила и, оглянувшись вокруг, почему-то не заметила мусора на полу, да и самого серванта тоже.

Мозг на пару мгновений впал в ступор.

Я посмотрела на часы, что висели у меня на стене, и поняла, что время шесть утра.

Я мысленно выдохнула и решила собираться на работу, вышла в коридор и услышала звонок телефона. Он почему-то был у меня в сумке.

Неужели вчера забыла вытащить? Странно… обычно я его всегда перекладываю на тумбочку в комнате. В сумке я бы не услышала будильника.

Это была Анька.

Я хмыкнула и, взяв трубку, сразу же спросила:

– И с каких это пор, подруга, я нужна тебе в шесть утра?

– Ты чо там, мать, с дуба рухнула? – начала с наезда она, и в голосе ни капли иронии. – Совсем кукухой поехала?

– Воу-воу, полегче, ты чего это? – попыталась притормозить я Аньку.

– Время шесть вечера, ты где есть? – разоралась она на меня. – Я тебе с десяти утра звоню, даже домой к тебе в обед ездила, а ты дверь не открыла, я уж хотела в полицию идти заявление писать! Тут еще такое! Такое случилось…

– Это не смешно, – рассмеялась я, но время на телефоне решила проверить и зависла.

Уже и правда было шесть вечера.

– Так, ты где? – зарычала подруга. – И это… – она немного сбавила обороты. – Ты про Руслана в курсах?

– Что? – промямлила я, пытаясь понять, как умудрилась проспать до шести вечера.

– Убили его вчера, – выдохнула Анька в трубку. – К нам следователь приходил, спрашивал всех, кто с ним разговаривал вчера. Меня допрашивал.

– Как это убили? – икнула я, чувствуя, как вскипает мой мозг. – Когда?

– Да говорят, что вроде сегодня с утра, когда он на работу ехал.

– Э-э-э, авария, что ли?

– Неа, мне сказали, что на него какой-то зверь напал и разодрал в клочья. Вроде большой кошки.

– В машине? – просипела я. – Пока ехал?

– Да нет, вроде он остановился где-то на трассе, а там на него кот напал.

– Что за безумие? – пробормотала я.

– Я тоже следователю так сказала. Но он говорит, что смерть на первый взгляд выглядит так, а что там правда случилось, уже судмедэксперт расскажет. Они подозревают, что, возможно, кто-то пытается так скрыть следы убийства. И это, – Аня шумно засопела в трубку, – мне пришлось сказать, что ты его бывшая жена, что вы пять лет назад развелись. А еще что ты его вчера не видела, вышла как раз из кабинета, а он и заглянул, поэтому я не знаю, общалась и виделась ли ты с ним вчера. Ты смотри, чтобы наши с тобой показания не разнились.

– А меня тоже допрашивать будут? – спросила я, присев на тумбочку в коридоре, и пораженно уставилась в зеркало на стене во весь рост.

– Будут, – не подозревая о моих трудностях с собственным отражением, продолжила Аня, – следователь твой адрес взял, я сказала, что ты приболела. Я, собственно, всем так сказала, так что ты, подруга, давай звони Зайцеву сейчас, пока он с работы не успел уйти, и объясняйся.

– Хорошо, – прошептала я, – сейчас перезвоню. Спасибо тебе, Ань.

– Да не за что, прости, что заорала, я просто перепугалась, – покаялась подруга. – Еще и гада этого убили. Ладно, всё, чмоки-чмоки, я к тебе заеду через часик, расскажешь, что случилось.

– Ага, – пробормотала я и, отключившись, начала щупать своё лицо руками, глядя на себя в зеркало.

То, что я там видела, настолько поразило меня, что я просто не знала, как реагировать.

Одно из двух: либо я сошла с ума… либо я за одну ночь умудрилась помолодеть на двадцать лет.

Сейчас я выглядела так же, как двадцать лет назад, даже лучше. Вездесущих прыщей, от которых я до двадцати пяти не могла избавиться, не стало. А еще волосы… они тоже никогда не были настолько шикарными. Такое ощущение, будто я только что побывала у стилиста и он сотворил с моими волосами чудо. Отрастил до пояса, завил крупными локонами и покрасил в золотистый блонд.

Я встала и, приблизившись, к зеркалу поняла, что мои ресницы почернели и стали очень пышными и завитыми, как будто я их нарастила, брови тоже сильно потемнели, цвет глаз стал насыщенным голубым. И губы… таких пухлых и ярких губ у меня никогда не было. Как будто я вчера на всё лицо татуаж сделала. Я опустила глаза ниже и поняла, что моя грудь… нет, не выросла, но, по крайней мере, опять стояла, а не висела. Да и само тело. Я покрутилась вокруг своей оси и поняла, что до сих пор сплю.

Фитнесом я никогда не увлекалась, а сейчас на моем теле была чуть ли не каждая мышца проработана. И выглядело это всё очень сексуально.

Отвлек меня от созерцания себя любимой мобильник. Это был начальник.

Я тут же взяла трубку и начала утробно кашлять.

– Крылова, ты чего там? – строго спросил Иван Алексеевич. – Серьезно заболела, что ли?

– Угу, – опять прокашляла я. – Температура под сорок, еле глаза открыла.

– О как, ладно, понял, надо было сразу позвонить, – недовольно пробрюзжал Алексеич.

– Я как до телефона добралась, так сразу же, – опять прокашляла я.

– Ладно, – шумно выдохнул он. – Выздоравливай там.

– Спасибо, извините.

Какое-то время я продолжала пялиться в зеркало и рассматривать себя, пока не заметила еще кое-что. Это были татуировки на моих предплечьях – браслеты золотого и черного цвета.

Всё это выглядело красиво, но… когда я успела сделать татушки?

Я пошла на кухню, споткнулась о кошачьи чашки и пробормотала себе под нос:

– Надо еще котов покормить…

И только в этот момент сообразила, что их нигде нет.

Я быстро рванула в комнату и поняла, что коты действительно куда-то пропали, причем оба. Я на всякий случай обшарила всю квартиру, попутно одевшись в свою любимую пижаму и заколов непокорные пряди, которые так и лезли в глаза. Но двух пушистиков не нашла. И серванта с мусором, кстати, тоже.

Я решила пока не истерить и пойти принять душ – может, мозг немного прочистится, и думать получится лучше.

Под душем провела довольно много времени, но скорее просто тупила, чем пыталась размышлять о насущных проблемах.

Выйдя из ванной, поняла, что проблема номер один так и не решилась, а именно: в зеркало на меня всё еще смотрела моя помолодевшая и посетившая стилиста копия.

Выключив фен, услышала звонок в дверь и стук такой громкий, будто её кто-то выломать пытается.

В глазок увидела разъяренную подругу. Открыла, и брюнетистый ураган чуть не снес меня с ног.

Анька кинулась мне на шею и начала одновременно ругать и выговаривать, какая я безответственная, и при этом еще и громко рыдать.

А затем, когда она отцепилась от меня, слезы у подруги высохли в одно мгновение, и она громко присвистнула, вновь становясь нормальной:

– Это кто же тебя так, мать, а?

– Что именно? – на всякий случай решила уточнить я.

– Ты дурой-то не прикидывайся, в зеркало себя не видела, что ли? – зло сверкнула своими глазищами Анька.

– Я видела, – осторожно сказала я. – Только я не уверена, что то, что я увидела, соответствует действительности. Поэтому и хочу услышать твою версию. Вдруг я и правда с катушек слетела?

– Хотела бы я так же с катушек слететь, – пробормотала подруга, рассматривая меня, как девятое чудо света. – Ты помолодела лет на двадцать, еще и, похоже, в салон красоты наведалась? Колись, кому душу продала? Дай адресок, тоже сбегаю к этому кудеснику. – Но она тут же недовольно скривилась. – Хотя подозреваю, что мою душу дьявол не возьмет, еще и приплатит, небось, за то, чтобы отвалила. Они же только невинные забирают.

– Аня, – вздохнула я, еле сдерживая улыбку, умеет подруга развеселить даже в самой непростой ситуации, – давай на кухне посидим, я постараюсь тебе всё рассказать.

– Пошли, – кивнула она, снимая обувь и вешая куртку на вешалку, – я тут конфетки с коньяком взяла, отметим продажу твоей души.

– Пойдем, – хмыкнула я.

– А это еще что? Когда живность успела себе завести? – проходя мимо кошачьих мисок, сразу же притормозила подруга.

– Вот об этом я и хочу тебе рассказать, – тяжко вздохнула я, – садись, сейчас на стол накидаю чего-нибудь, потом всё расскажу.

– Давай я тебе помогу, а то любопытство сожрет меня с потрохами, пока ты с едой разберешься. Командуй.

В четыре руки мы накрыли на стол, уселись, достали по конфетке из коробки и «чокнулись» ими.

– Вздрогнем, – произнесла первый тост Аня, и я, повторив её слова, съела конфетку и запила её чаем.

Эту традицию мы с Анькой завели лет десять назад, как раз когда только-только дружить начали. Так до сих пор её и придерживаемся.

Медленно по пунктам я начала рассказывать, что со мной произошло за эти несколько дней, с тех пор, как я нашла котов, и до сегодняшнего Аниного звонка мне по телефону.

– М-да… – пробормотала подруга, качая головой. – Вот так котики-обормотики. Может, чего покрепче есть? А то, боюсь, конфетки мне не помогут всю эту белиберду в голове разложить по полочкам.

– Угу, – вздохнула я. – Сейчас достану.

И нырнула под окно, у меня там мини-бар, а зимой дополнительный холодильник.

– Слушай! – чуть ли не подскочила она, когда я разливала вино по бокалам. – Так это, может, они Русю того. – И она, изобразив «кошачьи лапы» на своих руках, согнув пальцы, начала махать ими в воздухе, еще и скалиться.

– Что за глупости? – удивилась я. – Да они его даже не видели ни разу.

– Точно? – уточнила Аня, прищурившись.

– Да сто процентов тебе говорю, – хлопнула я ладонью по столу от переизбытка эмоций. – Да и не верю я, что они смогли бы это сделать.

– Так сама же сказала, что проснулась, а их нигде нет.

– И что? Это еще ничего не доказывает, – упрямо посмотрела я на Аньку.

– Ладно-ладно, я поняла, что ты их теперь защищать будешь до последнего, – ехидно улыбнулась она. – Впрочем, я бы тоже защищала. Но вообще, мотив у них есть, ты сама сказала, что Рыжик на Сашку твоего напал, когда тот вошел, да и сил явно хватило бы.

– Они Руслана не видели! – отчеканила я.

– А как насчет запаха?

– И что? – уже не на шутку разозлилась я на подругу. – Да я на работе столько этих запахов могла нахвататься, плюс в автобусе, когда домой ехала. Вот если бы Сашку (тьфу-тьфу-тьфу) убили, я бы еще подумала. А Руслана – точно нет.

– Эх, – махнула она рукой и недовольно скривилась. – А такая хорошая версия была…. Мне, конечно, Руса твоего ни капли не жаль, гнида он еще та, я тебе про него много чего не рассказывала, просто знала, что не поверишь, но всё же хотелось бы узнать, кто это его так почикал.

Пока слушала Аню, поймала себя на мысли, что мне тоже Руслана не жаль. Но и радости я из-за его смерти не испытывала. После вчерашней встряски я осознала, что вообще ничего не чувствую к этому мужчине. Я вчера выплакалась, и, похоже, со слезами умудрилась выплеснуть все свои накопленные эмоции до последней капли.

И ощущение сложилось такое, как будто я все эти годы несла на себе непосильный груз из вины и болезненной влюбленности, а вчера его наконец-то смогла скинуть, и он на меня больше не давит. И такое облегчение я испытала, что захотелось бегать, прыгать, смеяться и танцевать, как в детстве.

– Ты чего лыбишься, как дура? С конфетки, что ли, захмелеть умудрилась? Мы вино-то еще и не нюхали, – тут же спустила меня с небес на землю Аня своей неповторимой харизмой и понюхала свой бокал. – Или ты от паров? Забористое, что ли?

– Да нет. – Я махнула рукой. – Представляешь, я вдруг поняла, что вообще ничего больше к Руслану не чувствую. Совсем-совсем. Ни жалости, ни злости, ни радости. Вообще пусто! И так хорошо на душе стало…

Анька какое-то время смотрела на меня, а затем выдала:

– Надо пожать лапу тому кошаку, который твоего Русю почикал. Респект ему и уважуха лично от меня.

И в этот момент в дверь опять позвонили.

Я вскочила и уже хотела бежать открывать, как Анька удержала меня за рукав кофты.

Я обернулась на неё с удивлением.

– Ты что? – зашипела она на меня. – В зеркало давно не смотрелась? Иди замаскируйся как-нибудь, вдруг это следователь пришел?

– Ой, – я прижала ладонь ко рту, – и правда. Сейчас… надо подумать…

Мозги никак не хотели собираться в кучу, а подруга уже сама рванула в комнату, вытащила мой теплый халат, накинула его на меня вместе с капюшоном и обмотала лицо шарфиком, так что одни глаза было видно.

– У тебя насморк и кашель, а еще знобит, – хмуро отчеканила она. – Тенями себе под глазами быстро нарисуй мешки. Ложись в постель и не вставай, я открою.

– Ага, – растерянно кивнула я, хватая косметичку с трюмо и пальцем рисуя себе тени под глазами.

– И правда красавчики, – услышала я свист подруги из коридора. – А я думала, ты, как и всегда, преувеличила.

Соскочив с дивана, я ринулась в коридор и увидела обоих мужчин.

Ого, да они прибарахлились где-то.

Рыжик – в синих джинсах, клетчатой красной рубашке и в черной кожаной косухе, а Черный – в черных брюках, кипенно-белой рубашке и в черном строгом пальто.

Выглядят они оба как две противоположности.

Один – простецкий парень в повседневной одежде, но безумно обворожительный, второй – строгий, богатый, пресыщенный жизнью мачо.

Короче, на этот раз они, видимо, прямо с показа осенней одежды от каких-то очень дорогих брендов сбежали.

– Собирайся, – скомандовал Черный, мазнув по мне взглядом. – Поедем регистрировать тебя.

– Чего? – уперла руки в боки Анька и гневно посмотрела на Черного. – Ты кто такой, вообще? Чего тут командуешь?

Рыжик же в этот момент подошел ко мне и резко прижался к моим губам со сногсшибательным поцелуем, от которого у меня голова закружилась и ноги подкосились.

– Ласточка. – Он притиснул меня к своей мускулистой груди и тихо сказал: – Надо срочно тебя регистрировать, у нас осталась всего пара часов до закрытия.

– Куда? Зачем? – растерянно спросила я, соображая с большим трудом после такого поцелуя.

– Ты инициированная ведьма. Мы тебя инициировали, и по закону ты обязана зарегистрироваться в ковене и подать документы на наследство, – ответил Черный.

– Какое еще наследство? – услышала я голос Аньки где-то очень далеко и кое-как заставила себя отлепиться от Рыжика.

Он меня особо не держал, просто приобнимал слегка, но, как только я отодвинулась, сразу же отпустил.

– Что у тебя с лицом? – недовольно нахмурился Черный.

– Это тени, – смущенно произнесла я. – Мы думали, что следователь придет, а я вот…

Я показала на своё лицо и опустила голову вниз, сама не понимая, чего это я так стесняюсь. Вроде во сне не стеснялась, еще и оценки обоим ставила.

– Значит, так! – рявкнула во всё горло Анька, и я даже подпрыгнула от неожиданности на одном месте. – Эта понятно, что поплыла, – она ткнула в меня пальцем, – но я хочу сказать следующее: никуда она не поедет, пока вы не объясните, что тут происходит!

Оба мужчины: что Черный, что Рыжик – посмотрели на Аню так, словно только что заметили, а та в ответ набычилась, подошла ближе, схватила меня за руку и задвинула себе за спину.

В моем маленьком коридоре это было сделать довольно сложно, поэтому мне пришлось удариться об стену, но я не издала ни звука, понимая, что Аня права.

Хоть эти обормотики и сделали мне куннилингус на десяточку, все же верить им полностью как-то боязно… Да и вообще, откровенно говоря, чертовщина какая-то тут творится.

Черный утробно зарычал и двинулся на Аньку, а Рыжик тут же придержал его рукой, заставив замолчать.

– Всё просто, – спокойно начал он. – Наташа – ведьма. Только что инициированная нами.

– А вы – это кто? – хмуро уставилась на Рыжика Аня.

– После сегодняшней ночи мы официально являемся фамильярами Наташи.

– И? – продолжила допрос подруга.

– И Наташе нужно успеть вступить в права наследования.

– Наследования чего? – приподняла свои брови Аня.

– Всего, что осталось от её рода.

– Вы что-то путаете, – покачала я головой, вмешиваясь в разговор. – У меня нет никакого рода, моя мама из детдома. Отца я никогда не знала, возможно он тоже детдомовский. Больше никаких родственников у меня нет.

– Есть, – ответил Черный. – Точнее, больше нет, ты единственная из рода Николаевых. И их наследство достанется тебе.

– О как, нехило… – расслабилась подруга и прекратила ломать мне руку, а то вцепилась так, что я еле сдержалась от того, чтобы не зашипеть.

– И если ты не успеешь зарегистрироваться, то наследства лишишься.

– Стоп, – резко притормозила меня подруга, так как я уже собиралась вернуться в зал и сделала шаг из-за её спины, – а что, если там долгов куча? А Наташка на себя их сейчас навешает?

– Да нет там никаких долгов, – закатил глаза в потолок Черный. – Поехали уже быстрее, а? Вообще не пойму, чего ты с ними церемонишься. На плечо и к нотариусу, а эту побоку, – последнюю фразу он адресовал Рыжику.

– Чего? – опять набычилась подруга, не давая мне пройти. – Я щас покажу вам «побоку», причем обоим!

– Эту побоку не получится, – хмыкнул Рыжик, – это навка.

– Какая я тебе навка? – Аня повернула ко мне голову, при этом не сводя взгляда с обоих мужчин. – Это оскорбление какое-то, что ли?

– Не знаю, – растерянно ответила я.

– Навка – это твоя раса, – пояснил Черный, раздувая ноздри и чуть прикрыв глаза. – И правда, процентов пятнадцать в крови есть. Ладно, пусть с нами катается.

– Хм, – качнула головой Анька, победно улыбаясь, – а вы думали, так просто от меня отделаетесь, что ли? Я Наташку в обиду не дам.

Глава 7

Я пошла быстро одеваться, рыжий прицепился следом за мной. Черный остался в коридоре. Я вспомнила, как Рыжик под ногами постоянно терся, когда я по дому ходила, теперь он просто за мной по пятам ходит.

Обернулась и смущенно посмотрела на мужчину. Одно дело, когда кот за тобой ходит, и совсем другое – взрослый шикарный мужчина.

Это как-то… напрягает.

Совсем немного, но всё же.

– Прости, – тихо сказала я, – я ведь не знаю твоего имени.

Взгляд у Рыжика стал удивленным.

– Как это не знаешь? Ты же сама мне дала имя – Рыжик.

– Э-э-э, – подвисла я, доставая брючный костюм из шкафа, но, мысленно махнув рукой, поняла, что бог с ним, Рыжик – значит, Рыжик. Не хочет говорить – не надо, потом выясним. Повернувшись к мужчине и обняв костюм, еще тише сказала:

– Ты не мог бы оставить меня одну, пока я переодеваюсь?

Взгляд у Рыжика стал очень хитрым.

– Чего это я там не видел, интересно?

И он поиграл бровями, да еще и языком губу облизнул так, что у меня низ живота мгновенно запекло и я ощутила себя той самой озабоченной дурочкой, про которых мы с Анькой иногда шутили.

Мне стало ужасно неловко, но, разозлившись на саму себя, я всё же решила настоять на своем:

– Пожалуйста, – проблеяла я и опустила голову вниз, а сама в этот момент мысленно отпинывала себя за то, как себя веду.

Ну честное слово, как девственница…

Захотелось спрятаться в шкаф от порочной ухмылки Рыжика.

– Наташа, время! – раздался грозный голос Черного из коридора. – Если не поторопишься, я тебя вытащу в том, в чем ты сейчас одета.

– Он может, – душераздирающие вздохнул Рыжик и, повернувшись, пошел в коридор, продолжая так же душераздирающе вздыхать.

Я проводила его взглядом и подумала, что хочу его прямо сейчас и здесь.

А еще я подумала, что точно спятила.

Быстро переодевшись, я выскочила в коридор и начала надевать ботинки.

– Мать, лицо умой, – сказала мне Аня, она стояла, уже одетая в верхнюю одежду, и буравила подозрительным взглядом обоих парней.

– Зачем? – пожала я плечами. – Чтобы меня соседи начали спрашивать, как я умудрилась за ночь так помолодеть?

– Соседи тебя не заметят, – ответил Черный, – я отведу взгляд. На нас вообще никто не обратит внимания. А лицо всё же умой, с твоего лица слепок будут делать, останешься такой в архиве навсегда.

Он хмыкнул, а я рванула умываться, поняв одно: мне что-то типа паспорта сделают, а там моё фото вот с такими черными кругами под глазами будет.

Быстро умывшись, я подумала: какое счастье – не надо теперь краситься. И чего я раньше татуаж не сделала… не парилась бы каждый день.

Вышла из ванной и заметила восторженные взгляды обоих парней, только Черный, встретившись со мной глазами, почему-то сразу же сделал вид, что ему пофиг, отвернулся, открыл дверь и вышел первым.

– Джентльмены дам вперед пропускают, – недовольно прокомментировала Аня.

– Я не джентльмен, а фамильяр, – огрызнулся Черный и бегом рванул по лестнице вперед.

Рыжик пропустил нас с Анькой и захлопнул дверь.

Когда я вышла из подъезда, то думала, что нас такси ждет, а оказалось, что там стояла очень крутая черная машина. Когда я подошла ближе, то в шоке заметила, что Черный был за рулем.

– Ого, – присвистнула Анька, – а котики-то у тебя при дорогой тачке.

– Это ваша машина? – на всякий случай решила я уточнить, оглянувшись на Рыжика.

– Твоя, – ответил он коротко, подходя к задней двери и галантно распахивая её передо мной и Анькой. – Дамы, прошу.

– Ты хоть и галантный, а всё равно рыжий, а рыжим я никогда не доверяла, – фыркнула подруга, залезая в машину.

Я решила промолчать, потому что смотреть Рыжику в глаза не могла, боялась выдать своё смущение.

Как только Рыжик сел в машину, Черный так быстро помчался, что я подумала, нас с Анькой просто размажет по заднему сиденью. И это не метафора, скорость была какой-то запредельной. Подруга схватилась за меня и тихо материлась себе под нос, а я молилась богу, потому что выжить при такой скорости просто нереально.

Что странно, затормозил Черный плавно.

Я думала, что Аня будет орать и материться, но она притихла, видимо пыталась привести нервы и мысли в порядок.

Рыжик опять галантно открыл нам дверь, Анька, правда, вышла с другой стороны, позже я поняла, почему она молчала.

Её просто укачало, и она, рванув к урне в углу возле здания, отправляла туда весь наш ужин.

Я сразу же вытащила из сумочки салфетки и маленькую бутылку воды – всегда на всякий пожарный носила с собой на работу, благо не выложила в этот раз.

– Мы, вообще-то, очень торопимся, – процедил Черный, стоя на крыльце здания.

– Ей плохо, – посмотрела я на него, – я её не брошу.

– Иди притормози черта, – ответил Рыжик, и Черный, кивнув, вошел в здание.

– Ничего, – улыбнулся парень, – регистратор подождет.

– Да идите вы. – Аня махнула рукой, забирая у меня пачку салфеток и бутылку с водой. – Я тут постою.

– Точно? – с тревогой посмотрела я на подругу.

– Ага, – кивнула она, присосавшись к воде.

– Ладно.

Рыжик опять галантно открыл передо мной дверь и даже поклонился, когда я проходила мимо.

Я с удивлением посмотрела на этот жест, не совсем понимая, к чему он это сделал. И вроде ни капли веселья во взгляде, а очень даже серьезный и собранный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.