Виктория Лукьянова
Хозяйка Высокого замка

Пролог

– Ну же, Черныш, вылезай! Прошу, – взмолившись, Бель опустилась на колени, скомкав подол платья, и заглянула под кровать. – Давай, малыш. Пожалуйста, – упрашивала спрятавшегося в самый дальний уголок лохматого зверька, сдувая выбившуюся прядь из прически.

Зверек, похожий на королевского хорька, но носивший в горных краях Эделина некрасивое название земляной крысы, зашипел и оскалил ряд острых зубов.

Бель нахмурилась и почесала затылок, поднимаясь с колен. Ее дорожное платье задралось и обнажило коленки, обтянутые полосатыми чулками. Не обращая внимания на свой вид, девчонка осмотрелась по сторонам и не придумала ничего лучше, чем отодвинуть кровать. Но когда Бель попыталась сдвинуть деревянную койку с пружинистым матрасом и потерпела неудачу, на ум пришел новый план. Хмыкнув, она растерла ладони о мятый подол платья.

– Я сейчас вернусь, Черныш! – крикнула девчонка, оглядываясь на дубовую дверь.

Она намеревалась найти в чулане швабру и выгнать звереныша из-под кровати, чтобы усадить того в импровизированную клетку и забрать с собой. Выскочив из спальни, Бель не забыла закрыть плотно дверь и помчалась по коридору, перепрыгивая через дорожные сумки. По пути ей встретилась удивленная Люсина, их служанка, как раз воюющая с застежкой на сумке.

– Мисс Анна, вы куда? Ваш батюшка вас искал.

– Сейчас, Люси, сейчас! Я на минутку.

Ловко обогнув пухленькую и розовощекую служанку, Бель помчалась дальше, надеясь, что батюшка не перехватит её по пути. Иначе Бель могла остаться без Черныша, а бросать его в беспокойных землях девчонка хотела меньше всего. Уж сильно прикипела она к кусачему зверьку с полуслепыми глазками-бусинками.

Улыбнувшись, Бель пропустила мимо ушей вырвавшееся из служанки возражение, довольно хлесткое для девушки и вполне привычное для шахтовых работяг, и завернула за угол. До кладовой с ведрами и швабрами оставалось не более минуты скорого бега, как из открытой двери кабинета вышел отец.

– Аннабель! Вот ты где, – произнес он, вынуждая девочку остановиться и спрятать исцарапанные ладони за спину. – Я тебя искал.

Темные брови с седыми ниточками угрожающе сместились к переносице, когда отец Аннабель, мистер Кастор Чейз скользнул цепким взглядом по мятому и пыльному подолу платья.

– Ты опять со своей крысой возишься, Аннабель? – Голос его звучал недовольно и даже грубо.

– Нет, пап, – слишком резко ответила девчонка, чувствуя, как ее идеальный план – забрать звереныша с собой и привезти его домой – рушится, словно снесенный прибрежной волной замок из песка.

Отец покачал головой. Длинные волосы, такие же темные, как и брови, рассыпались по плечам. Отец не любил собирать их в модные узлы на затылке и венчать бантами. Все украшения, так популярные в столице королевства Исоре и на прочих парящих островах вблизи ее центра, он считал, что должны принадлежать женщинам и девочкам, как Аннабель. Вот только его единственная и горячо любимая дочь отказывалась заплетать косы, носить браслетики с цветными камнями, которые отец привозил из дальних путешествий, и уж тем более противилась наряжаться в атласные шуршащие платья. Даже сейчас, когда Люси удалось собрать девочку в дорогу, нарядив в дорожное платье, чулочки и чепчик, под которым скрывались темные косы, Аннабель умудрилась перепачкаться, измять наряд и измазать щеки пылью.

– Тогда куда так мчишься, не разбирая дороги?

Помявшись, Бель задрала носик и посмотрела в отцовские глаза, не утратившие прежней зелени.

– Проверяю, не всё ли я забыла.

– И как? Проверила?

– Кажется, я все-таки оставила свою книгу на террасе.

– Точно?

– Да, папа. Точно! Я могу сходить и забрать книгу?

Мистер Чейз улыбнулся и кивнул. Копна чуть спутанных волос вновь упала на его плечи, закрывая потертые от времени следы на камзоле.

– Поторопись, Бель. Лорд Кроули будет здесь с минуты на минуту.

Сглотнув комок, девочка улыбнулась, мысленно аплодируя себе. Даже если отец и не поверил, то он дал ей отсрочку. Аннабель могла успеть выудить зверька, посадить его в клетку и отправиться к повозке, пока лорд Кроули и отец будут готовиться к выезду.

Убедившись, что он отправился в холл их арендованного домика встречать друга, Бель заглянула в кладовку и нашла там швабру.

– Теперь точно поймаю, – прошептала девчонка и помчалась обратно, радуясь, что по пути ей больше никто не попался.

В спальне, осмотревшись и убедившись, что звереныш по-прежнему сидит в темном уголке и рычит, отказываясь покидать Эделин, Бель опустилась на колени и заглянула под кровать.

– А вот и я, Черныш. Давай же, крошка, выходи! Ну же, чи-чи, – имитируя своеобразный звук, издаваемый земляными крысами, Бель толкнула древко швабры под кровать.

Зверек, почуяв угрозу, зашипел, издавая более протяжный «чи-чи», которому вторила Бель, выманивая найденыша. Она не могла его оставить здесь или выбросить на улицу. Три месяца назад, когда отец и лорд Кроули приехали в Эделин на раскопки и исследования шахт, Бель была предоставлена сама себе. Люсина, нанятая девушка из местных служанок, никак не могла сдружиться с неусидчивой дочерью мистера Чейза и чаще всего предпочитала закрывать глаза на ее шалости или отлучки, нежели бегать за девчонкой по всему городку и вытаскивать ту из узких пещерок, заброшенных домов или лисьих ям. Так в своих личных поисках Бель и нашла Черныша с перебитой лапкой. Она спасла его из ржавой ловушки, принесла в арендованный на время изысканий для отца дом и лечила звереныша. Но как бы девочка ни старалась, найденыш не хотел приручаться, но и не бросался, как в первый месяц. С тех пор Бель возвела найденыша в ранг друга и твердо решила для себя не бросать малыша на произвол судьбы. Ведь в дикой природе малыш со сломанной лапкой не выжил бы, тем более, когда недалеко от Эделина шли бои.

Бель слышала о войне на Рубеже. Отец часто поговаривал, что сражения, которые развязали воины Исоры, ни к чему хорошему не приведут.

«Будет много смертей, Аннабель. Будет много калек и обездоленных».

Бель знала, что такое смерть. Она видела ее, когда прощалась с матерью три года назад. Та слегла с горячкой и угасла за несколько дней. Никакие лекари не смогли помочь миссис Чейз. Даже врачеватель, присланный лордом Кроули, мог лишь констатировать смерть молодой женщины, еще неделю назад пышущей здоровьем. Ничего не предвещало беды, но дом Чейзов опустел со скоропостижным уходом Элизы. С тех пор мистер Чейз взял всю заботу о дочери на себя, а лорд Кроули обещал помогать им.

Если бы Бель знала, какую помощь ей в будущем окажет лорд Бенджамин Кроули, пока она гонялась за Чернышом по комнате, то, возможно, многое из того, что произошло позже, изменилось. Но Аннабель Чейз, увлеченная догонялками, все же умудрилась отловить найденыша и усадить того в клетку.

– Не шипи, Черныш. Скоро мы поедем домой.

– Чи-чи, чи-чи, – отвечал ей зверек, скаля крошечные белоснежные зубки, похожие на иголки.

– Ой, Черныш, не напугаешь! – Отмахнувшись, Аннабель поставила клетку на столик и поспешила стереть с израненных ладоней капельки крови. Их бой был коротким, но ожесточенным.

В такие минуты, когда Бель приходилось лечить ранки мазями, отмывать грязь водой и приводить себя в порядок собственными руками, девочка жалела, что родилась без капельки магии. Как же ей не хватало минимального уровня. Многие из ее знакомых в школе или с улицы, где они жили, могли управлять магией. Не так, конечно, как боевые маги короля, о которых Бель рассказывали, но залечить особо глубокую ранку она бы смогла. Прижав перепачканный платок к пальцу, девочка подхватила клетку и помчалась на выход, боясь, что отец будет ругаться, если дочка опоздает. Она не хотела, чтобы отец расстраивался, но и не желала опозориться перед лордом Кроули, которого Бель узнала совсем недавно, но уже полюбила как второго отца. Он заботился о девочке, дарил подарки и потакал ее желанию заняться раскопками в будущем.

«Кастор, из нее получится отличная исследовательница», – говорил лорд Бенджамин, помогая Бель выбраться из лисьей норы.

«Кладоискатель!» – поправляла уважаемого лорда девочка.

«И как ее еще лиса не съела», – устало вздыхал отец, но смеялся, отряхивая с коленок дочки грязь и вынимая из волос старые перья.

Очутившись в холле, Бель не нашла ни отца, ни Кроули. Покрутив головой и пытаясь отыскать хотя бы Люсину, она побрела обратно к кабинету, где девочка видела отца в последний раз. Остановившись, Бель замерла, боясь нарушить разговор, который слышался из-за неплотно закрытой двери. Два голоса: один отца, а второй принадлежал лорду Кроули. Они о чем-то громко спорили, и Бель показалось, что мужчины ругались. Прижавшись ухом к двери, Бель задержала воздух, прислушиваясь к разговору. Она никогда не слышала, чтобы лорд Кроули повышал голос, или ее отец, который, хрипя, что-то доказывал другу и партнеру.

– Бенджамин, о том, что мы нашли, никто не должен знать!

– Но почему? Это открытие может положить конец войне! – возмущался лорд Кроули, грохоча тяжелыми сапогами по паркету. Бель знала его шаг и легко могла отличить от отцовского, более легкого. – Разве ты не понимаешь, что Исора находится на грани падения!

– Исора уничтожит все живое вокруг, если заполучит это! – продолжал настаивать на своем отец, и Бель показалось, что он сорвал голос в своем споре.

Но не голос отца напугал девочку, а то, о чем он говорил. Они что-то нашли. Нашли в шахтах, которые исследовали всё лето. Зажав ладошкой рот, Бель внимательно слушала голоса, запоминая каждое слово. И чем больше она слушала, тем страшнее ей становилось.

– Бенджамин, я не хочу быть соучастником в этой военной агрессии. Я не хочу подарить королевству оружие!

– Я понимаю тебя, – смирившись, произнес Кроули, понизив голос.

– Там твой Маркус. Ты же понимаешь, если такое оружие попадет в их руки… Что же может случиться, будь у лордов-магов подобная мощь, способная снести острова?

В горле Бель запершило.

– Мой Маркус… – как-то глухо произнес Бенджамин, и громко скрипнувшее кресло в кабинете означало, что тот присел. – Он и так рискует собой каждый день. И зачем я позволил ему пойти на службу, Кастор? Нужно было остановить его и оставить на острове. Он должен был стать следующим лордом Высокого замка, а не отправляться на Рубеж и ввязываться в эту войну. И еще эти проклятые драконы!

«Драконы?» – Бель испугалась. Ее тело охватил трепет, превратившийся в озноб. Она никогда не видела драконов вживую, пусть те и неоднократно бывали недалеко от столицы, но много слышала о них и еще больше читала. Страх перемешался с интересом, и Бель взглянула на окно в противоположной стене. Останься они здесь, в Эделине, увидели бы драконов? Ведь до Рубежа здесь рукой подать. Буквально день пути.

– Бель! Мисс Бель!

Голос Люсины врезался в размышления девочки, и та отскочила от двери. Оглядевшись, она помчалась на голос служанки, надеясь, что ее не поймают.

– Иду я, иду, – пробурчала девочка, очутившись в холле.

Выдохнув, она посмотрела в оставленный позади коридор и прислушалась. Отец и лорд Кроули все еще были заняты разговором, случайной слушательницей которого стала девочка.

Подобрав юбку дорожного платья, Бель направилась на выход, где как раз появилась Люсина. Их повозка была готова, сумки погружены, и даже клетка с Чернышом стояла внутри, дожидаясь своей хозяйки.

– Ой, зря вы, мисс, забираете этого крысеныша. Он вам жизни спокойной не даст.

– Он мой друг, Люсина. И я позабочусь о нем.

Устроившись на бархатном сиденье самой дорогой повозки, которую мог позволить себе лишь лорд Кроули, Бель поставила клетку на колени и взглянула на друга, осторожно посматривающего по сторонам.

– Чи-чи, Черныш. Скоро будем дома.

Звереныш что-то прорычал в ответ и свернулся калачиком, видимо, устав воевать со своей юной хозяйкой. Подтянув под черное брюшко короткие лапки с длинными когтями, найденыш зевнул, оскалив пасть, и с фыркающим «чи-чи» сомкнул веки, пряча глазки-бусинки. Бель улыбнулась и накрыла клетку шейным платком, зная, как отец не любил смотреть на зверька и считал того страшным. Однако лорду Кроули Черныш нравился, и он даже обещал подарить Бель новую клетку, когда они вернутся домой.

Откинувшись назад, девочка стала ждать взрослых. Она вновь прокрутила в голове обрывки фраз, подслушанных под дверью отцовского кабинета. Но так и не разобравшись с тем, о чем они говорили и о каком оружии вообще шла речь, Бель задумалась о драконах. Хотела бы она посмотреть на чешуйчатых монстров? Рискнула бы она подойти к ним? Скорее всего нет. Но вот увидеть, как они парят в небе, разрезая огромными крыльями седые облака… За это Бель отдала бы все монеты, накопленные и бережно хранимые в ее крошечном кошельке.

Уже позже, когда отец и лорд Кроули покинули дом и очутились в пассажирской повозке, способной преодолеть сложный ландшафт горного городка, девочка не увидела на их лицах недовольства. Они мирно беседовали, и в этой беседе Бель не заметила, как время текло и менялось. С каждым часом, проведенным в пути, они приближались к Исоре.

К столице, в которой однажды для Аннабель Чейз не найдется места…

Глава 1. Незваный гость

– Он здесь! Здесь! Леди!

В хозяйскую комнату, граничащую со спальней и переоборудованную в кабинет, влетела Милета. Ее голос дрожал от волнения, при этом она до боли прикусывала губы и вытаращила глаза на свою хозяйку, будто напуганная лань в диких лесах.

Леди Аннабель спокойно отложила книгу в тяжелом переплете с золотым тиснением и посмотрела на девушку. Вид у служанки был нервный и растрепанный. Она быстро хлопала жиденькими ресницами, щеки раскраснелись от бега по винтовой лестнице, при этом передник с вышивкой съехал набок, один рукав оказался закатанным, а второй, наоборот, сполз, скрывая запястье и ладонь. Впрочем, как и всё платье слетало с худощавого тела служанки. Милета, словно ощутив взгляд своей хозяйки, поправила платье, но на остальное не обратила внимания. А зря. Чепчик то и дело мог свалиться с копны иссиня-черных волос, собранных, как полагалось прислуге, в тугой узел на затылке.

– Кто он, Лета?

Голос Аннабель отличался: спокойный, полный уверенности и даже в чем-то пугающий. Именно так молодой хозяйке Высокого замка удавалось помочь очень восприимчивой и пугливой девушке брать себя в руки и переставать трястись от каждого шороха.

– Он… – захрипела Лета, вцепившись в подол. – Он, – рвано повторила и покосилась на высокую стопку писем.

Почту Аннабель получила рано утром вместе с воронами и с помощью зачарованных свитков. Воронами отправляли обычно те, кто не мог позволить себе самопишущие чернила, способные появляться на специальной бумаге по велению их хозяев. Свитки были частью роскоши. Аннабель могла позволить себе вовсе отказаться от почты.

– Кто именно? – с трудом сдерживая порыв подбежать к служанке и схватить ее за плечи, чтобы как следует встряхнуть, она повторила и посмотрела на стопку.

Сегодня Анна получила двадцать восемь писем. И, если ей не изменяла память, двадцать три были от представителей мужского пола, в том числе и от герцога Сайруса Акерли, графа Рубина Бэйли и маркиза Леви. Остальные имена были менее значимы, но она продолжала смотреть на Лету, требуя пояснений. Потому что ни в одном письме не было выражено желание того или иного господина посетить замок. Впрочем, пожаловать на парящий остров без приглашения означало показать себя в дурном свете, и ни один уважаемый лорд не появился бы в доме леди без позволения, заверенного ответным письмом. Пожалуй, кроме одного гостя, которого в этом доме никто не ждал.

– Ох, хозяйка, не злитесь, – прошелестела девушка и потупила взор. Ее щеки стали пунцовыми – верный признак смущения и расстройства. – Мне так страшно называть его имя. Я боюсь…

– Боишься, что он услышит тебя? – Левая бровь на лице Аннабель резко поднялась. Уголки губ растянулись в понимающей улыбке. – Не волнуйся, Лета, я не буду ругаться. И если я правильно тебя понимаю, есть лишь одно имя, которое по какой-то непонятной для меня причине все боятся называть.

Девушка быстро закивала, продолжая прикусывать тонкие губы. Если она продолжит так делать, то от зубов останутся следы. Аннабель покачала головой, стараясь не злиться на служанку. Поднялась из кресла, сделала несколько твердых шагов, приближаясь к Милете. Та еще сильнее сгорбилась и уставилась себе под ноги.

– К нам без приглашения пожаловал лорд Кроули?

Лета сжалась, втянула голову в плечи, стала маленькой, словно хотела раствориться, как утренняя дымка, лишь бы не слышать его имя. Аннабель оставалось только покачать головой, игнорируя страх служанки. Она приблизилась к Милете и положила руку на крошечное плечо. Собственная ладонь показалась Аннабель крупной и тяжелой.

– Я тебя услышала. Можешь не переживать. Все будет в порядке.

– Но, леди, – вымолвила она, – он там… Он ждет вас.

– Раз лорд Мар… – Аннабель замолчала, заметив, как Лета вздрогнула и чуть не упала перед ней на колени. – Если он пожаловал так скоро и желает увидеть меня, то будь добра передать, что я спущусь и поприветствую гостя, как полагается хозяйке Высокого замка.

Лета удивленно открыла глаза, которые до этого момента жмурила, и уставилась на Аннабель. В ее огромных глазах читался ужас и восхищение. Хрупкие плечи подрагивали, а руки ритмично сминали передник.

– Он здесь… Он здесь за вами, – прошептала служанка, и в ее глазах проступили крупинки слез.

Аннабель заставила себя улыбнуться и проигнорировать дрогнувший голос девушки, потому что и сама отчетливо понимала, зачем именно мог пожаловать так называемый лорд Кроули. Он никогда не приходил в дом по приглашению. Его никогда не ждали в гостях. Он был тем, кого ненавидело все королевство, при этом ненависть подавлял настоящий страх, истинный и всепоглощающий. Такой, какой вызывали маги королевского дома. И только Аннабель не коснулась расползающаяся как паутина дурная слава лорда Кроули, потому что для этого были свои причины, о которых обычно не говорили со служанками.

– Не беспокойся, Лета, – Аннабель продолжила говорить спокойным голосом, изображая отсутствие страха, потому что впервые почувствовала, как он прокрался под кожу, замораживая кровь. Одно дело знать о Лорде-Вершителе, другое дело принимать его лично на пороге собственного дома. – Отыщи Ганса. Пусть он проводит лорда в Голубую комнату. И передаст ему, что я скоро спущусь и буду рада принять дорогого гостя.

Лета выпучила глаза, но, комкая передник, кивнула и помчалась со всех ног, сбивая по пути верную помощницу и соратницу по несчастью.

– Значит, уже доложили? – На пороге появилась Мира и посмотрела на извиняющуюся Лету чуть свысока. – Беги уже, воробушек.

Девчонка поклонилась и умчалась, только пятки сверкали из-под серого подола. Аннабель усмехнулась, возвращаясь к тому, от чего ее отвлекла служанка.

– А вы, леди, не торопитесь принимать дорогого гостя? – Мира хохотнула и приблизилась к столу, заваленному письмами. – Это рассортировать?

– Да, будь добра.

Мира кивнула и принялась за бумаги, продолжая задавать вопросы своей хозяйке:

– Так вы будете встречать Лорда-Вершителя или подождете, когда он сойдет с ума в Голубой чайной комнате?

Аннабель отвлеклась от книги и удивленно распахнула глаза.

– Ты подозреваешь, что я сделала это специально?! – она возмутилась, с трудом сдерживая улыбку. – Отдала приказ проводить дорогого гостя в ту прекрасную комнату ради того, чтобы посмеяться над ним? Свести с ума? Мира, зачем мне так поступать с ним?! Он желанный гость в этом доме!

Помощница заливисто рассмеялась, отмахиваясь от слов хозяйки.

– Нет! Что вы, леди! Да как я могла подумать такое? Никто в добром здравии и с чистым сердцем не предложил бы провести и нескольких минут в той ужасной комнате! – Сощурив глаза, она скрестила руки на груди. – Признавайтесь, леди, вы решили его извести. Незваный, нежеланный гость сбежит, а вам даже спускаться не придется.

Аннабель улыбнулась, посмеиваясь над добродушным настроением помощницы. Мира склонилась над столом и сгребла стопку свертков. Направилась с ними к высокому шкафу, в котором хранилась корреспонденция.

– Я бы вам предложила сжигать их. – Она кивнула на свитки. – Эти предложения о браке могут здорово вам испортить настроение.

– Пусть продолжают. Меня даже забавляет то, с каким остервенением знатные лорды желают познакомиться со мной. И не просто познакомиться, – приглушив голос, заговорщически добавила, – а разделить со мной узы брака! Со мной, Мира! Представь только их лощеные лица, когда они кое-что узнают о благоверной любимой супруге.

Девушка фыркнула, понимая, о чем именно Аннабель говорила и не разделяла ее оптимизма. Тема оказалась для помощницы слишком неприятной, а вот хозяйка пыталась рассмотреть хотя бы немного доброго и светлого в том, что произошло.

– Не вы им нужны, а Высокий замок, – пробурчала под нос служанка. – Как и Лорду-Вершителю. Иначе не пожаловал лично. Без приглашения.

Улыбка на лице Аннабель померкла. Она прикрыла глаза и тихо выдохнула.

– Ты права, Мира. – Голос звучал иначе. – И я очень надеюсь, что лорд Кроули пожаловал лишь за тем, чтобы заявить свои права на замок, а не по мою душу. Во второй раз на виселицу я не вернусь!

Мира зашипела и бросила свитки, которые до этого момента перекладывала в шкаф. Подскочила на ноги, развернулась, шаркнув туфельками по вычищенному каменному полу, и подлетела к хозяйке. Схватила за руки, притянула к себе и зашептала.

– Аннабель, я не позволю ему сделать это! Вы слышите, не позволю! Лорду-Вершителю придется сначала отправить на виселицу меня! Но вас я спасу! Защищу, как когда-то вы сделали!

Помощница трясла за плечи свою хозяйку, лихорадочно шептала, пряча в бездонных серых глазах боль и отчаяние. Они прошли через страшный суд и обе выжили. И лишь лорд Кроули, пожаловавший в дом, в котором его по-настоящему не ждали, мог изменить их жизнь.

– Мира, не волнуйся, – Анна, положив ладони на ее трясущиеся кисти, ответила спокойно. – Я спущусь, приму лорда, как подобает хозяйке этого дома, и не позволю ему совершить правосудие, если он пожаловал ради него.

Девушка закивала, поднимаясь на ноги. Отряхнула подол и вернулась к свиткам.

– Пусть подождет вас в Голубой комнате. Глядишь, к тому моменту он передумает здесь появляться. Если, конечно, сохранит остатки рассудка!

Аннабель рассмеялась, возвращая на колени тяжелую книгу с геральдическими записями. Вот уже долгие месяцы она искала способ обезопасить свою жизнь. И какие бы она ни перечитала книги или услышала вердикты, единственным способом было просить помощи у опасного противника. Но пока у Аннабель оставалась надежда, она не собиралась молить Маркуса Кроули защитить от неведомого, но вполне реального врага.

* * *

Как бы Аннабель ни желала отсрочить момент, ей все же пришлось покинуть комнату и спуститься.

Мира помогла выбрать самое простое и закрытое платье, удачно маскирующее тело в темно-серых шелках и парче. Траурный наряд. Платье вдовы. Аннабель все еще имела право носить цвет скорби, пока не выйдет замуж во второй раз или не закончится срок, отведенный для вдовствующей леди. Унылый оттенок, похожий на пасмурное небо и голые скалы, дополненный природной бледностью лица девушки, и строгий пучок на затылке, обернутый черной сеточкой, делал ее еще более скучной и непривлекательной. Аннабель надеялась на то, что лорд не рассмотрит в ней женщину, которую можно удачно пристроить в новый дом, а самому заполучить то, что теперь принадлежало Анне.

Высокий замок она унаследовала от мужа. Но остался один нерешенный момент, который пугал ее, как и остальных жителей замка, – лорд Маркус Кроули все еще мог претендовать на замок, будучи племянником скоропостижно скончавшегося мужа Аннабель. Пусть Маркус трижды и отказывался от наследования замка, отвечая на официальные запросы Магистериума, девушка с опаской принимала гостя в доме, сжимая кулачки и пряча руки в складках платья. Но даже не возможное замужество с каким-нибудь лордом пугало ее или вероятность лишиться обретенного дома… Аннабель пугало то прошлое, о котором знали немногие. И если Маркус пожелает придать гласности тайну, Анна и вовсе могла вернуться на виселицу.

Висельная жена.

Так однажды отозвался о ней будущий супруг, вырывая из лап Погибели. Скрывая ее от Гласа Правосудия. Даруя силу, которой она была лишена при рождении. Все это могло рухнуть в одночасье, если Лорд-Вершитель пожелает.

Анна остановилась в широком и залитом дневным светом коридоре и посмотрела на ту самую дверь, отделяющую ее от Голубой чайной комнаты. Выдохнув, Аннабель сделала шаг вперед, толкнула тяжелую дубовую дверь и замерла на пороге, привыкая к буйству красок и царящей безумной обстановке. Эта комната была создана по желанию бабушки покойного супруга. Со вкусом у почившей леди была беда, как и с умением привлекать опытных магов, а не растяп, которые создали непонятное полотно, полностью покрывающее все стены светлой комнаты. Цветы, переливающиеся всеми оттенками синего, порхающие зачарованные бабочки, искрящиеся лучи, проходящие через витражное стекло. От изобилия красок болели глаза, но Аннабель вдохнула, прищурилась и вошла, прикрывая дверь.

Лорда в буйстве цветов она отыскала сразу. Его черный дорожный плащ, закрывающий всю спину и касающийся мраморного с голубыми прожилками пола, выделялся огромной чернильной кляксой. Темные волосы, под стать цвету плаща, были небрежно зачесаны назад. Аннабель не видела лица Кроули, но могла поклясться – он злился. Вся его поза говорила о раздражении, да и тот факт, что зачарованные бабочки, порхающие по стенам, теперь жались в противоположном конце комнаты, подтверждал догадку. Маркус был не в духе, и тому виной оказалось ее решение испытать стойкость Лорда-Вершителя. Возможно, Аннабель уже подписала себе смертный приговор.

– Добрый день, лорд Кроули, – ее голос на удивление не дрогнул, а вот тело предательски тряслось. Она сцепила руки за спиной, переплетая пальцы в замок.

Маркус промолчал. Неторопливо развернулся и взглянул на Аннабель, припечатывая взглядом к полу. Ноги превратились в деревянные палки, ладони стали мокрыми, а на лбу проступила испарина. Девушка очень наделась, что под сеточкой, украшенной черными камнями, лорд не заметит белых пятен страха.

– Вы знали, что художник, работавший у Валлес, почившей леди Кроули, сошел с ума?

Аннабель сглотнула, припоминая кое-что из рассказов мужа. Кажется, так и произошло. Поэтому об этой комнате и ходили дурные слухи, и здесь никого не принимали, а служанки старались лишний раз не посещать зачарованную комнату.

– Он сошел с ума намного позже, – подтвердила, шагнув вперед. – Примерно через десять лет после выполнения заказа для леди Валлес.

Маркус кивнул, делая шаг навстречу. За его спиной плащ шуршал по полу. Тяжелые сапоги, являющиеся частью формы Лорда-Вершителя, однако, были бесшумны. Аннабель бы не услышала его приближения, если бы оставалась стоять к нему спиной. Их глаза пересеклись, и она невольно уставилась на Маркуса. Он продолжал рассматривать ее лицо, скользя немигающим взглядом по траурной сеточке.

– Леди Кроули. – Он слегка поклонился. Достаточно для приветствия, но скупо для выражения почтения.

– Лорд Кроули. – Аннабель присела в кривом реверансе. Достаточно для того, кто не пренебрегает правилами этикета и непочтительно для Лорда-Вершителя.

Однако Маркус не заметил ее попытки указать ему на манеры или предпочел проигнорировать. Он развернулся, направился к высокому креслу, обтянутому голубой тканью и расшитому цветами, и присел, откидывая плащ немного в сторону. Наблюдая за ним, Аннабель предположила, что там, где воспитывали Маркуса, не принято снимать дорожные плащи в доме. Да и присаживаться, пока стоит дама…

Она покачала головой и направилась к другому креслу, стараясь не смотреть по сторонам. От яркости красок ее начинало тошнить и заныло в висках. Но не боль и горечь на языке взволновали Аннабель. Ее палец на левой руке, на котором она носила кольцо, подаренное супругом в день их венчания, обжигало.

Маркус использовал магию, направив ее на Аннабель. Он что-то искал, но осторожно. Так, чтобы другой человек, владеющей небольшой, по меркам Лордов Короля, то есть самых могущественных магов страны, магией, мог не почувствовать чужого влияния. Но кольцо защищало девушку и хранило ее тайны.

Аннабель взглянула на гостя. Кроули был недоволен, однако ничем это не высказывал. И лишь жжение усиливалось каждый раз, когда он одаривал лицо Анны нечитаемым взглядом. Она смотрела в ответ. Все-таки Маркуса Аннабель видела вблизи впервые, и ей было интересно узнать, как выглядел племянник безвременно ушедшего из мира мужа. В замке не хранилось ни одного нового портрета молодого Кроули, а по скупым рассказам супруга она могла лишь узнать о Маркусе то, что он предпочитал носить черное и обладал скверным характером. И пусть его имя и слава шли впереди самого Лорда-Вершителя, Аннабель ни разу за свою жизнь не встречала королевских магов. Тем более не видела ближайшего родственника своего мужа. Маркус не приезжал ни в день венчания, ни разу после. Лишь скупое письмо с официальными поздравлениями радовало супруга, а она вовсе сомневалась в том, что Маркус был счастлив за дядю. Для этого существовало множество причин. Одна из них заключалась в том, что Маркус знал, откуда его дядя спас Аннабель. От какой беды защитил своим добрым именем. И что дал взамен. А теперь впервые за полгода он все же решил навестить замок, принадлежавший ему по праву.

Глава 2. Приказ короля

– Думаю, вести светские беседы бесполезно? – Аннабель взглянула на сложенные руки Маркуса и удивилась тому, что они были скрыты черными перчатками.

Впрочем, весь его облик был темным и пугающим, но то, как он держал руки, настораживало. Отец рассказывал, что маги его уровня чаще всего скрывают руки под толщей ткани, на внутренней стороне которой вышиты зачарованными символами оберегающие, а чаще запечатывающие знаки на Древнем языке. Неужели Маркус действительно был настолько силен, чтобы прятать ладони под прочной тканью перчаток? Возможно, и плащ имел какую-то силу? Аннабель могла и дальше поражаться догадкам, внезапно возникшим в ее голове, если бы не узнала сразу – на Лорде-Вершителе была военная королевская форма. А значит, он был при исполнении своих прямых обязательств перед Его Величеством.

Сглотнув подступивший к горлу комок, она заставила себя поднять глаза и упереться в тонкие полоски его губ. Ничего не выражающее лицо, чем-то похожее на то, что Аннабель видела на старых портретах покойного мужа. Фамильные черты у Маркуса были разбавлены, а некоторые и вовсе стерты. Либо отцовская линия (о которой никто не знал) была настолько сильна, сумев поглотить родовые ямочки на щеках и бледные веснушки, которыми слыли все лица в портретной галерее, либо магия, которой был пропитан один из сильнейших лордов, изменили внешность Маркуса. Но как бы Анна ни удивлялась и не открывала непримечательные детали, пытаясь их запомнить, никак не ожидала, что Маркус согласится с ней, переплетая пальцы в замок. И это неуловимое движение рук отозвалось в Аннабель волной страха и легкого жжения: новая попытка пробить защитную печать.

– Полностью с вами согласен. – Легкий кивок головы в знак подтверждения слов.

Черные волосы упали на лицо, закрывая глаза. Аннабель стало неуютно. Словно она потеряла связь, благодаря которой была уверена в чистых помыслах гостя. Теперь же она чувствовала нарастающую панику, и воздух  все чаще врывался в грудную клетку рваными порциями.

– Тогда расскажите, зачем вы пожаловали? И мы сможем поскорее покинуть эту комнату.

Едва уловимая ухмылка коснулась тонких губ. Новый кивок и Лорд-Вершитель поднялся из кресла, в которое опустился минутой ранее, шагнул вперед и протянул свиток, который внезапно вспыхнул алыми искрами в его руках. Аннабель ахнула, но сдержалась, чтобы не подскочить. Магия, использованная так близко, вызвала в ней чувство неприкрытого страха.

– Что это? – произнесла она дрожащим голосом, но все же протянула руку и приняла свиток.

– Приказ короля, – огласил Кроули, возвращаясь на прежнее место. Опустился, откидывая плащ. Вновь переплел пальцы перед собой и выжидающе направил темный взгляд на Анну.

Она покосилась на свиток, чувствуя, как ладони будто загорелись от магии. Изумрудная восковая печать и герб означали – перед ней действительно свиток, подписанный королевской рукой.

– Почему вы привезли, – осторожно поинтересовалась, не рискуя разбивать печать, – а не отправили с  посыльным?

– Потому что то, что там написано, касается не только вас.

Аннабель сжала белоснежную бумагу и посмотрела на печать. Если сломает ее, то будет обязана изучить послание короля. Но страх сковал руки.

«А если это приказ на мое заключение? Старое дело о смерти отца подняли из архивов Магистериума, и я вновь под подозрением…»

– Что там?

– Откройте, – резко ответил Кроули и уже спокойнее добавил:  – немедленно.

Аннабель энергично закачала головой.

– Вы обязаны. Или мне придется заставить. Вам же будет лучше, если «мы» не прибегнем к моей помощи.

– Если это приказ о моем заключении, то совершите правосудие здесь и сейчас. – Аннабель подскочила на ноги. – Лучше сожгите меня в этой ужасной комнате, но не возвращайте в Герант! Второй раз накинуть петлю на свою шею я не позволю!

Маркус покачал головой. Аннабель не выдержала и швырнула в него свитком. Пусть выполняет ее просьбу. Потому что она понимала – Маркус пожаловал не просто так. Он пришел вершить ее судьбу.

Свиток полетел в сторону лорда, но неожиданно завис в воздухе, подсвеченный рассеянным светом. Аннабель засмотрелась на то, как алые до этого всполохи светлели, превращались в белые полоски, окутавшие королевский приказ. Вокруг свитка был создан полупрозрачный кокон, через оболочку которого Аннабель видела, как мерцала бумага и блестела зеленым отливом печать королевского дома.

– Я же просил вас открыть.

Маркус медленно поднялся из кресла, снимая с правой руки перчатку. Аннабель увидела, как участок кожи, спрятанный под рукавом, затянулся черными символами, исчезающими под одеждой. Словно что-то до этого момента живущее на ладони лорда, медленно растекалось и пряталось под королевской формой. Ладонь, оставшаяся без защиты ткани, оказалась самой обычной – светлая кожа, к которой редко прикасались лучи солнца, длинные крепкие пальцы боевого мага с тонкими, едва заметными шрамами и короткие ногтевые пластины. Аккуратная рука аристократа, если не знать, что искать…

– Не нужно! – Аннабель подскочила к свитку и выхватила его до того, как Маркус успел коснуться лично. Разбила изумрудную печать и развернула свиток, бегло вчитываясь в строчки. – Это шутка?!

Ее возмущение было похоже на ураганный ветер. Вот только высказаться крепким словцом она не могла, пока жадно глотала воздух и смотрела на расплывающиеся перед глазами строчки.

– Разве наш король похож на шута?

В голосе Маркуса сквозила откровенная враждебность и бесконечная злость. Он лишь притворялся сдержанным, ожидая от Аннабель ошибки. И она чуть не совершила ее, когда вознамерилась высказать всё, что думала о короле, его власти и всех лордах. Чувство страха сковало ее рот, и Аннабель проглотила слова, выдыхая.

– Нет. Но это явно ошибка, – прозвучало бормотание, не похожее на то, как должна говорить благородная леди.

– Почему? – Он играл с ней, прожигая взглядом. Ждал любую оплошность, за которую мог уцепиться, как коршун, и тогда Аннабель не сносить головы.

– Потому что такого просто не может быть! – ее голос сорвался на хрип.

– Это приказ короля, который вы должны исполнить.

Кроули был неумолим и явно забавлялся растерянностью и страхом, отразившимся на лице Анны маской мертвеца.

– А если я откажусь?

– Темницы Геранта ждут вас, леди Аннабель.

Девушка оступилась, хватаясь за спинку кресла, в котором сидела совсем недавно. Тяжело опустилась, не доверяя собственному телу. Возможно, Маркус навел на нее морок, потому что то, что она видела в королевском свитке, пугало. Но жжения не было.

«Значит, Маркус не применял ко мне магии», – подумала Аннабель, потирая руку.

 И значит, приказ в свитке был настоящим.

– Я не верю, – прошептала она, перечитывая каждое слово дважды.

– Это решение короля, которое не оспаривается. Вы, как подданная Исоры, обязаны принять и исполнить волю Его Величества.

Аннабель опустила голову, сжимая свиток в трясущихся ладонях. Но бумага оказалась настолько прочной, что ей не удалось ее скомкать или разорвать. Плечи поникли, и на них опустился груз тяжелее того, что она готова была вынести. Если лорд Маркус Кроули пожелал бы забрать Высокий замок себе, то выдал бы ее замуж за какого-нибудь безродного и небогатого мужчину или вовсе сослал в Белые башни – место для вдов, для которых не нашлось нового мужа. Аннабель готова была носить белые одеяния, не общаться с посторонними и провести дни в одиночестве. Она даже готова была уйти в ссылку за Острые хребты – земли, где не было парящих островов. Но король отдал приказ, а Лорд-Вершитель пришел исполнить его.

– Я согласна, – прошептала, смаргивая слезы. – Но это всё какая-то ужасная ошибка…

– Первого достаточно. – Кроули натянул на ладонь черную перчатку и приблизился к ней, подавая руку.

Анна убрала на чайный столик ненавистный свиток и вложила свою ладонь в его руку. Она показалась ледяной и пугающе сильной. Жесткая ткань царапала кожу.

– Леди Аннабель, с сегодняшнего дня вы перестаете носить траурные одежды. Вы будете во всем подчиняться мне и не совершите ни одного поступка, из-за которого может пострадать моя репутация. Вы не очерните имя короля и имя дома Кроули.

Девушка согласно кивала на каждое произнесенное слово, рассматривая носы сапог – черные металлические пластины блестели в ярких лучах, заполнивших Голубую чайную комнату.

– Теперь вы моя невеста.

Аннабель вздрогнула. Последнее слово Маркус произнес так, словно ему было противно: хлестко и жестко. Сжатая крепко ладонь заставила ее отшатнуться, но Маркус не позволил отойти. Наклонился и коснулся второй рукой подбородка, вынуждая взглянуть в его глаза.

– Леди Аннабель, поздравляю вас. Вы только что спасли свою шею от петли. Вновь. Но никто не гарантирует, что вы сможете спастись от моей карающей руки. Один опрометчивый шаг, одна ложь и я лично отправлю вас на эшафот, висельная невеста.

Она ахнула и выбила руку Маркуса. Отскочила от него, скалясь, но сдерживая вырывающуюся брань. Слова, которым ее научили в темнице Геранта, так и вертелись на языке.

– Не смейте называть меня так!

– Мне казалось, вам нравилось, когда мой дядя вас так называл.

– Это было лишь раз, и он имел право. Потому что вынул меня из петли палача. А вы собираетесь туда отправить!

– Потому что имею право, моя дорогая невеста. Будьте добры, не шипите, как гремучая змея. Я возвращаюсь в столицу, чтобы сообщить Его Величеству о вашем согласии. Прибуду в замок через семь дней. К тому времени здесь всё должно быть готово к свадьбе.

– К свадьбе? Семь дней? – она ошарашенно пробормотала, уставившись в пустое лицо Маркуса. – Нет!

– Вы забываетесь, Аннабель. Через семь дней я вернусь. Все должно быть готово. И позаботься, чтобы северный склон был готов. Мой дракон будет здесь.

Анна задрожала от страха.

«Дракон? Нет! Этого просто не может быть!»

– Через семь дней, – напомнил Маркус, покидая Голубую чайную комнату.

Девушка стояла посреди ярких красок и слепящих солнечных лучей, не слыша собственного дыхания. И лишь когда дверь за спиной хлопнула, она вздрогнула и упала на колени, пытаясь вцепиться пальцами в голубые прожилки мрамора. Так ее и нашла Мира, влетевшая в комнату спустя несколько минут, однако счет им Аннабель потеряла.

– О, Святые девы! Леди, с вами все в порядке? – Служанка очутилась рядом, хватая хозяйку за плечи и тряся, пытаясь привести в чувства.

– Нет, Мира, нет, – прошептала она, накрывая ладони Миры.

Служанка выругалась так, словно всю жизнь провела в порту Двух морей, хотя, возможно, так и было, и обняла Аннабель за плечи. Ее руки опустились на затылок, стягивая назад сеточку. Пальцы девушки прошлись по тугому пучку, лаская волосы. Она шептала слова утешения, оплакивая их судьбу, разделенную на двоих. Анна тряслась в ее руках, вспоминая – однажды все было точно так же. Только в ее руках плакала невысокая, но бойкая девчонка по имени Мирела, приговоренная к пожизненному сроку за воровство. Аннабель смогла ее освободить, дав шанс на то, что все изменится. Увы, они оказались близки к пропасти, и крепкая ладонь Маркуса Кроули могла столкнуть их вниз.

– Неужели вас отправят обратно? – шептала она, не сдерживая гнева и слез.

– Нет. Конечно же, нет. – Аннабель выдохнула, перехватывая ее ладони. – Там… Посмотри…

Мира подскочила на ноги, удивленно оглядываясь по сторонам. Быстро отыскала проклятый свиток и всмотрелась в буквы, написанные черными чернилами с изумрудными черточками и завитками.

– Леди, мое образование ничтожно. И пусть я умею читать, но сейчас я не понимаю ни слова, – проговорила Мира, возвращаясь к госпоже и помогая встать.

Аннабель ухватилась за протянутую ладонь и поднялась. Подол платья измялся, сеточка съехала, открывая ее изможденное белое лицо, но она не обращала внимания на неряшливый и неподобающий для леди вид. Все внутри клокотало от желания погнаться за Маркусом и швырнуть в него камень. Возможно, он долетит раньше, чем маг заставит предмет зависнуть в воздухе. А возможно, прилетит обратно, не зря же Кроули, Лорда-Вершителя считали одним из сильнейших магов страны. Исора по праву могла гордиться своим воином, защищавшим ее безопасность. Вот только кто мог защитить Аннабель от гнева Кроули?

– Мира, это приказ короля. И теперь я невеста Маркуса.

Служанка зашипела, ругаясь громче и жестче. Заметалась по комнате, заламывая руки.

– Вы отказались? Вы же отказались от этого?! – Она швырнула свиток на столик с резными ножками.

Аннабель покачала головой, опускаясь в кресло. Посмотрела на то место, где сидел Маркус, и вздрогнула. Ей казалось, что он все еще был здесь – сидел напротив, прожигал взглядом темно-серых глаз.

– Я не имею права отказаться. Это приказ.

– Но как же так?! Любая леди может отказаться от навязанного брака!

– Ты забываешь, Мира. Я леди, благодаря Бенджамину, упокой Святые девы его душу. Но Кроули предупредил: если я откажусь, то вернусь в темницу, а оттуда на эшафот. Я не могу так рисковать, Мира! Но и стать его женой тоже не могу.

Служанка опустилась рядом, положив голову на колени. Заглянула в глаза, словно пыталась найти там ответы. Но все, что Мира могла увидеть там, так это боль и смятение.

– Мы что-нибудь придумаем. Мы обязательно придумаем! Этот Лорд-Вершитель еще пожалеет о том, что решил вернуться, – причитала девушка, кивая.

– Здесь его дом, – хрипло протестовала Анна, понимая, что ее права лишь на словах. По-настоящему замком мог владеть только Маркус. Аннабель не принесла Бенджамину наследника, потому что… Потому что так пожелал муж.

– Дом, от которого он отказывался трижды! – возмутилась Мира, подскакивая на ноги. Ее руки легли на узкие бока.

Обычно в такой позе Мира отчитывала младших служанок, когда те что-то делали неправильно. Порой Аннабель  удивлялась тому, как легко получалось у Миры командовать. Ведь она никогда не служила в доме, будь то небольшая семья в столице, владеющая несколькими комнатами, или парящий замок благородной и богатой семьи. Она выросла на улицах, перебивалась подработками, а когда стало совсем худо, оказалась в тюрьме за воровство. А сейчас Мира командовала служанками так, словно была рождена для такой работы.

– Не думаю, что что-то поменялось. Тут дело в другом.

– В другом? – прошептала Аннабель, пытаясь понять ход мыслей помощницы.

Мира закивала, приближаясь к Анне. Тихо зашептала, оглядываясь по сторонам.

– Вам не кажется странным, что он вот так внезапно пожаловал, да еще с условием, которое привязало бы вас к замку и к нему. Он мог просто забрать замок, а вам предложить любой из вариантов, будь то брак с другим лордом или Белые башни. Но он возвращается сейчас, приносит приказ короля и требует исполнения.

Аннабель кивнула, сжимая ладони в кулаки.

– Ты думаешь, это связано как-то со смертью Бенджамина? – почти неслышно проговорила она. – Но прошло столько времени! Он давно мог вернуться, если бы собирался расследовать это дело. Но все признали, что Бенджи умер от возраста. Его сердце не выдержало, да и болел он часто и тяжело.

Мира кивнула, но голос понизила. Накрыла кулаки хозяйки теплыми ладонями и продолжила рассуждать.

– Это мы с вами думаем, что лорду Бенджамину кто-то помог уйти, остальные же уверены в том, что заявили лекари.

– Поэтому мы должны молчать. Если Маркус узнает о наших сомнениях, первыми, кого он начнет подозревать, будем мы с тобой, Мира. Так что ни слова больше!

Девушка энергично закивала. Аннабель разжала кулаки и похлопала ее по ладони.

– Нам нужен совет мейстера. – Анна поднялась из кресла. – Возможно, удастся как-то избежать этого брака. Но семь дней… Успеем ли мы?

– Успеем! – заявила служанка, возвращаясь к столику и забирая свиток. – Я сейчас же отправлюсь к мейстеру, а вы не печальтесь. Мы что-нибудь придумаем. Обещаю вам, леди. Лорд Маркус Кроули пожалеет о том, что пожаловал в замок с дурными вестями. Ох, как он пожалеет!

Мира сложила руки на бока и топнула ногой. Она кипела энтузиазмом и готова была вцепиться в глотку врага. Анна хотела последовать примеру своей помощницы и не отчаиваться раньше времени, взять себя в руки, не вешать нос и бороться за свою свободу до конца. Но как противостоять тому, кто запросто мог судить без следствия и привести решение в исполнение в ту же секунду?

– Маркус – опасный противник.

– Не более, чем надзиратели в Геранте. С ними мы боролись и сейчас справимся. По крайней мере, у нас не закованы руки в кандалы.

– Пока не закованы. После того, как он вернется, жизнь в замке изменится.

– Вы здесь хозяйка, леди Аннабель. Вы хозяйка Высокого замка, и никто этого не изменит.

– Возможно. – Анна пожала плечами, поправляя сеточку, от которой ей скоро придется освободиться. Траурные наряды невесте не к лицу. – Хотя бы не нужно менять фамилию.

– Да, леди Кроули! – Мира лукаво подмигнула, присаживаясь в изящном реверансе и показывая язык.

Глава 3. Лорды-маги Исоры

– Не думал, что найду тебя здесь, – за спиной раздался бодрый голос Лорда-Дознавателя, возвращая Маркуса Кроули в реальность.

На мгновение наследник Высокого замка и один из сильнейших магов современной Исоры потерял эту связь, провалившись во вспоминания.

Пять лет… Ровно пять лет он не посещал родной дом, отдалившись от родственников настолько, насколько это было возможно. Маркус четко осознавал простой, но нерушимый факт – он маг Его Величества и тот, кого не принято принимать в хороших домах. Его сторонились и ненавидели, боялись и презирали. Но никто не рисковал собственной шеей, высказывая непочтение. А она смогла…

«Чертовка, которую мой дядя вытащил из петли палача, решила указать мне на место, да как! Отправила дожидаться ее в проклятую комнату», – рассуждал Маркус, пытаясь отогнать прочь мысли о злосчастной комнате, которую давным-давно нужно было уничтожить. Но он, стиснув зубы, принял решение новой хозяйки Высокого замка и отправился в Чайную комнату, не догадываясь о том, что ожидание затянется на час. Час! Леди Аннабель явно испытывала его на прочность. Что же, он подал ей пример того, как необходимо встречать гостей. Теперь Аннабель будет вынуждена подчиняться его приказам.

– А где я должен быть? – не оборачиваясь, произнес он и поправил манжеты светло-серой рубашки, на которой алыми пятнами блестели застывшие капли крови. – Сегодня была тренировка для новичков.

Аллан усмехнулся, огибая боевого товарища. Посмотрел на рубашку, заострив внимание бесцветных глаз на каплях крови.

– Вижу, кому-то не повезло. – Кивнул на следы тренировки, которые Маркус не торопился убирать. – Ты уничтожишь всех новичков до того, как они займут свои места в армии Его Величества. Боюсь, королю не понравится, когда ему принесут очередные доклады о количестве изувеченных тобой новобранцев.

– Я выполняю свою работу, а не слоняюсь без дела по дворцу и не заглядываю дамам под юбки.

Аллан возмущенно выдохнул, а после заливисто расхохотался, прижимая ладонь к животу. Его руки по обычаю были скрыты под толщей ткани, но Кроули прекрасно помнил то, какими были его ладони – обожженные черные пятна, доставшиеся Лорду-Дознавателю за его способности.

– Не могу себе отказать. Дамы меня любят. – Сладкая улыбочка, выводившая Кроули из состояния спокойствия, вновь растянулась на молодом лице мага.

– Дамы тебя боятся. А самые отчаянные, хотя… самые безумные готовы броситься тебе на шею, но преследуя одну цель – чтобы ты однажды не явился в их дом.

– Как и ты, – подмигнул Аллан, прислонившись к белоснежной стене комнаты, в которой наставники переодевались и готовились к тренировкам. Для новобранцев в военном гарнизоне были выделены отдельные общие комнаты.

– Зачем пожаловал? Не помню, чтобы ты питал особую страсть к боевой подготовке.

Маркус бегло окинул стройную фигуру мага, подмечая, что за симпатичной оболочкой юнца, по которому вздыхала добрая половина придворных дам, (тех самых отчаянных или безумных), скрывался опасный противник. Он видел Аллана в деле, стоял с ним плечом к плечу на Рубеже. Они сражались и побеждали, и те черные шрамы, пронзившие руки Аллана, появились на его глазах. Но спустя годы они старались не вспоминать о тех событиях, которые все еще эхом отражались от крепких стен Исоры, а на самых дальних границах порой вспыхивали бунтами или мелкими армиями недовольных. И тогда магам Исоры вновь приходилось возвращаться на войну, а магия, сделавшая их могущественными, забирала плату, уродуя душу и тело.

Аллан покачал головой, поправляя черный плащ униформы, подбитый алым атласом. Еще одна отличительная деталь, которой хвастался юнец. Он ненавидел черный цвет, презирал его, но воля короля была сильней недовольства самовлюбленного мага.

– Я тут услышал одну любопытную новость, – проговорил Аллан, вынуждая Кроули посмотреть на бледное лицо мужчины. Его тонкие губы искривились в хитрой улыбке.

– Говори, – тон, не терпящий возражений, никогда не производил впечатления на Аллана, но ему нравилось доводить старшего соратника. Над ними потешался весь гарнизон, но никто не высказывал этого вслух. Однако все понимали – они могли шутить друг над другом или поддевать глупостями (в основном это делал Аллан) лишь потому, что пережили опасные сражения. И пролитая друг за друга кровь сплотила их, сделав сильнее.

– Мне напели птички о тайном приказе Его Величества. – Лорд-Дознаватель подмигнул, скрестив руки на груди.

Маркус не спеша поправил мундир, который набросил поверх грязной рубашки, и взглянул на затаившегося довольного кота. Глаза Аллана превратились в бездонные ледяные омуты, подсвеченные бледным сиянием – верный признак того, что Аллан пытался «прочитать» Кроули. Его особый дар, благодаря которому он получил высокое звание при дворе и удостоился чести быть ненавистным для Исоры магом, имя которого навеки будет нести опасность.

– Какой приказ?

– Маркус, не притворяйся идиотом! – вскинул руки Аллан. – Я знаю про приказ. И, пожалуй, могу поздравить тебя с предстоящим бракосочетанием, – заливаясь смехом, произнес он, получая в ответ молчание. – Неужели все настолько серьезно, что ты решил связать себя с вдовой? Да еще с какой?! Она же вдова твоего дяди! Тебе не кажется это мерзким?

Лицо Лорда-Дознавателя исказилось в гримасе, полной отвращения, которую Кроули мог стереть кулаком, но сдержался, не позволяя себе сорваться на ветреном юнце. Он этого и добивается!

– Аллан, я попросил бы тебя не отзываться так о моем дяде, – спокойным голосом проговорил Маркус и чуть позже добавил: – и его жене.

– Вдове! Она, небось, стара как мир! Сколько ей лет? У нее все зубы на месте? А седину она подкрашивает чернильными красками? – поток вопросов вырывался из Аллана, вынуждая Маркуса сжать кулаки. Одно рваное движение – еле уловимое, похожее на взмах руки, отгоняющей надоедливую муху, и юнец заткнулся. Его губы плотно сжались, а щеки стали пунцовыми. Аллан схватился за горло, издал утробный рык, и Кроули позволил ему дышать. – Да ты смерти моей желаешь! – откашлявшись, зашипел, словно песчаная змея.

– Желал бы, оставил бы на полях Рольтана, – припомнил ему бойню, из которой выносил юного, но вполне удачливого мага на спине. Удачливого – потому что он повстречал Маркуса. И если бы он не рискнул головой, врываясь в смертельный хаос, то сейчас бы Аллан не смеялся над приказом короля и не порочил имя уважаемой семьи.

– Я не просил выносить меня из боя.

– Простой благодарности будет достаточно, – Кроули кивнул, заправляя кинжалы в ножны. Подхватил плащ и накинул на плечи.

Аллан скривился, но промолчал. Он до сих пор корил себя за невнимательность, которая чуть не стоила ему жизни. Но и благодарить он не умел. Вместо благодарностей он не единожды прикрывал спину соратников в боях. И этого для Кроули было достаточно. Но и не поддеть наглого Лорда-Дознавателя он не мог.

– Но все же, Маркус, признайся, зачем тебе этот брак? Неужели ты намерен вернуться в Высокий замок? Осесть в той каменной громаде? – не унимался Найт. – Только не говори, что решил оставить службу и стать примерным семьянином и уважаемым лордом. Потому что оба варианта не для тебя.

Кроули промолчал, закрепляя последние петли на плаще и намереваясь покинуть тренировочный блок. Впереди его ждала более сложная работа, нежели дрессировать молодых магов. Аллан увязался за ним, догнав на выходе.

– Ну же, скажи своему доброму другу. Перестань меня томить молчанием. Меня любопытство скоро разъест до костей!

– Как ты узнал про приказ?

– Говорил же, птички напели, – протянул Аллан, усмехаясь. – Ты же знаешь, для меня несложно узнать кое-что, о чем шепчутся мейстеры. Ты потребовал, чтобы в приказ включили упоминание одного закона, о котором никто не вспоминал. Скажи, зачем тебе так серьезно подходить к браку?

Маркус мысленно усмехнулся, сохраняя на лице маску безразличия. В нем закипала ненависть к слову, которое все чаще повторял Лорд-Дознаватель.

– Я не требовал.

– Нет-нет, мой боевой друг, ты потребовал! Потому что ни один ныне здравствующий мейстер не стал бы копаться в архивах в поисках правильной трактовки. А ведь тот закон, если мне не изменяет память, не применялся более сотни лет.

– Сто восемьдесят три года, – Маркус поправил любознательного лорда, не обращая внимания на его смешки, брошенные вслед.

– Вот об этом я и говорю! – возмущенно пробурчал Аллан, вышагивая рядом. Они оба направлялись к главному зданию военной базы, как над их головами медленно пролетела огромная туша дракона.

Маркус поднял голову на миг, чтобы убедиться в том, что Габриель не попытается поджарить их за то, что ему одному пришлось выполнять новый королевский приказ, отправившись исследовать границы. Черное брюхо Титана блестело в лучах яркого летнего солнца, и Маркус опустил голову, зажмурившись от слепящего света. Рык раздался совсем близко.

– Габи вернулся, – протянул Аллан. – Как думаешь, он все еще злится?

Кроули вновь поднял голову и присмотрелся к темным пятнам на полированных боках дракона и покачал головой.

– Думаю, да. За Хребтами нынче беспокойно.

– Король отправит нас? – поинтересовался маг, поправляя идеально сидящий мундир. – Я был бы не прочь размять кости.

– На то воля короля – отправлять нас или нет. В армии Исоры достаточно боевых магов, чтобы сдерживать всех недовольных по обе линии.

– А для нас и здесь найдется грязная работенка. – Аллан опередил Кроули и, хитро ухмыляясь, подмигнул.– А если работенки не найдется, то можно и на свадьбе одного из Лордов погулять, не правда ли?

Маркус выдохнул, поднимая руки к голове. Потер виски, в которых набатом стучала кровь. Найт изводил его. Казалось, Аллану никогда не надоест доводить Маркуса бесконечными вопросами или шутками, но наконец-то его внимание отвлек появившийся у ворот Габриель. Аллан усмехнулся и, расправив плечи, пошел навстречу Лорду-Карателю, позволяя Кроули выдохнуть и не прислушиваться к его пустой болтовне. Помахав Габриелю рукой, Аллан засыпал мага вопросами, на которые Лорд-Каратель не отвечал. Его молчаливое созерцание мира злило Аллана пуще нежелания Кроули отвечать на вопросы.

– Вы сговорились, – он усмехнулся, вот только радости в его глазах друзья не видели. Бездонные пустоши, ледяные, как пики Упавших гор.

Молодой лорд Найт (имя, которое Аллан употреблял редко, но не отказывался от памяти предков) пустился в расспросы Габриеля, но каждый раз получал односложные ответы или вовсе тишину.

– Ах да! – Вновь театрально всплеснул руками, словно воздавая небу хвалу. – Ты же еще не знаешь о серьезных изменениях в наших рядах, – резко заявил Аллан, покосившись на Кроули. Он во второй раз дотронулся до висков, желая унять боль или стянуть с ладоней перчатки. Возможно, следующая тренировка случится намного раньше. Аллан растянул довольную улыбку и перевел взгляд на задумчивого, но явно заинтересованного лорда Армитеджа. – Дорогой друг, наш Лорд-Вершитель предпочитает скрывать от нас кое-какие тайны. Но мы можем не обижаться на него за прелестную тайну и должны поздравить со скорой свадьбой.

Габриель резко замер на месте и уставился на Кроули. Маркусу пришлось остановиться и пожать плечами, а после ответить на не озвученный вслух вопрос:

– Да, скоро я женюсь. Приказ короля.

– Но по твоей просьбе!

– Ты успокоишься? – Маркус сжал кулаки, чего не мог не заметить Найт и Армитедж. Оба напряглись и взглянули на него. Первый – кровожадно улыбаясь, второй – готовясь к отражению атаки. – Это приказ короля. И не важно по какой причине он был создан и оглашен. Через три дня я покину военный гарнизон и вернусь в Высокий замок. Я не покидаю свой пост, но получаю от короля дозволение взять небольшой перерыв в несении службы на период свадьбы. Позже я вернусь к службе, даже если буду большую часть времени проводить не здесь.

Маркус не понимал, почему ему приходилось отчитываться перед ними, но то, как изменились их лица, помогли осознать – им не все равно. Оба, Найт и Армитедж, беспокоились о Кроули. И известие о браке только усугубляли и так шаткое положение Лордов-магов. Они были властью, гласом и карой короля, их ненавидели и требовали отстранения от должностей. И пока король занимал трон, удерживая его скорее страхом, нежели уважением, они были его руками и голосом. Но если бунты и восстания за Хребтами не прекратятся, или то, что таилось в столице, не разрастется, как мертвая хворь, они потеряют власть. Потеряют свое положение.

– Нам не хотелось, чтобы ты ушел со службы. Только не сейчас, – отстранённо произнес Габриель, и, пожалуй, это была самая длинная реплика, которую он произнес за последний месяц.

– Да, не хотелось бы. – Кивнул Аллан, вцепившись в ворот мундира. Отстегнул верхнюю пуговку с прозрачным камнем в золотой оправе и переместил взгляд на Кроули. – И я бы понял твоё желание заполучить Высокий замок, пусть ты и по праву им можешь владеть. Но жениться на вдове? Она же была женой твоего дяди. Тебе не кажется, это несколько не этично?

Габриель перевел взгляд на Аллана, пытаясь понять, о чем тот говорил. На его безупречном, непроницаемом для эмоций лице залегли темные глубокие морщины. Он разделял мнение друга, поэтому следующий уничтожающий взгляд получил уже Кроули.

– Вдова? – Габриель явно был поражен, потому что уголки его губ приоткрылись, и Маркус услышал еле уловимый выдох, смешавшийся со смехом молодого мага.

– Да, да, Габриель, она вдова, – подтвердил свои слова Аллан, вынуждая еще раз задуматься о том, что неплохо было бы предложить королю отправить энергичного боевого мага на передовую. Пусть воюет с бунтовщиками за Острыми Хребтами.

– Леди Аннабель Кроули – супруга моего дяди, который скончался полгода назад. Я лично передал ей королевский приказ, и она согласилась исполнить волю нашего правителя, – он отчеканил каждое слово, сжимая кулаки. – И да, Аллан, я отвечу на твой вопрос так – леди Аннабель молода. Очень молода для того, чтобы использовать чернильные краски. А теперь простите меня. Я должен торопиться и закончить несколько важных дел, прежде чем покину гарнизон.

Кроули развернулся, намереваясь оставить друзей у входа в главный корпус, как до него донеслось тихое шептание Аллана.

– Габи, теперь я просто обязан посмотреть на молодую леди Аннабель. И пусть земля разверзнется, и меня поглотит Пятиглавый змей, но я увижу леди до того момента, как наш боевой друг свернет ей шею.

Хмыкнув, Маркус не обернулся, но пропустил мысли, позволяя голове наполниться воспоминаниями о встрече с Аннабель. Ее сдержанная любезная улыбка и лицо, спрятанное от посторонних взглядов…

Аннабель была прекрасна, и в ее спокойной красоте таилась опасность. И кому, как не Лорду-Вершителю знать о том, что шея девушки была под угрозой. И нет, не его пальцы могли сомкнуться на тонкой шее вдовы. Все было намного сложнее…

Увы, но леди Аннабель могла стать главной подозреваемой в личном расследовании Маркуса Кроули…

Глава 4. Семь дней

Анна металась по замку, не понимая, должна ли она готовиться к свадьбе, как нареченная, пусть и по приказу короля, или же готовить дорожные сумки и мчаться за Острые Хребты во всю прыть горной козы. Возможно, за Хребтами ей удалось бы спрятаться и искать помощи у тех, кто так рьяно сопротивляется королевской власти. А приказ помог бы укрепить позиции и спастись от брака, который в ее планы не входил. Но, к собственному удивлению, Анна отдавала указания служанкам, занимавшимся подготовкой комнаты для лорда.

– Лина, будь добра, позаботься, чтобы все белье в комнатах было свежим. А лучше позови портних, нужно заказать новое. – Аннабель устало прикоснулась ко лбу, поправляя упавшую на лицо каштановую прядь.

Девушка по имени Лина кивнула и задала еще несколько уточняющих вопросов, прежде чем продолжить заниматься подготовкой хозяйской спальни.

Хозяйская спальня… Эта часть замка, предназначавшаяся для отдыха господина, состояла из нескольких комнат, включающих небольшой холл, уборную, уютный кабинет и, конечно же, саму спальню. Казалось бы, комнаты должны были остаться запечатанными после смерти Бенджамина, но с приездом нового лорда жизнь в замке изменится. Все же кое-что волновало Аннабель так же сильно, как и возвращение Маркуса: это его близость к ней. Опасная близость, от которой Анне не спастись, потому что один из сильнейших магов королевства будет жить буквально за стенкой, их спальни соединены дверьми, и, к сожалению, замок только со стороны мужской половины.

«Возможно, нужно отдать распоряжение Гансу. Пусть пригласит плотников, и те заменят дверь. Да поставят такую дверь, какую ни одно драконье пламя не спалит! Или лучше пригласить каменщиков?» – рассуждала Анна, рассматривая крепкое дубовое полотно.

Погруженная в размышления о сметах на ремонт и ужасающем споре с Маркусом, который обязательно будет, она наблюдала за бесхитростными движениями трех служанок, как неожиданно вздрогнула от прикосновения.

За ее спиной появилась Мира. Служанка дотронулась до широкого рукава домашнего платья цвета спелой пшеницы с белыми кружевами и жемчужными пуговицами. Аннабель, как и было приказано будущим мужем, сменила наряд с траурного на тот, какой предпочитала носить раньше – строгие, неброские наряды, утонченные и изысканные, достойные леди Высокого замка.

– Да, – тихо ответила, оборачиваясь.

Мира кивнула, указывая на собравшихся вокруг лишних свидетелей. То, что она намеревалась сообщить, касалось лишь их двоих. Аннабель окинула взглядом порхающих по спальне, словно трудолюбивые пчелки, девушек и покинула огромную комнату, которая находилась в центральной части замка. Мира сопроводила свою госпожу до широкого пустого коридора и, чуть наклонившись, шепнула на ухо:

– Мейстер ждет вас. Он кое-что нашел, – произнесла она, загадочно улыбаясь и подмигивая.

Ее воодушевление оказалось заразительным, и Аннабель, словно отражая улыбку Миры, расцвела, чувствуя, как надежда наполняет тело, которое за те три дня, минувшие с момента встречи с Маркусом, пребывало в постоянном напряжении. Усталость и страх не давали ей покоя ни днем, ни ночью.

– Где он?

– В своем подземелье, – прошептала служанка.

– Пойдем. – Аннабель  кивнула, направляясь по витой лестнице вниз.

Мира шла следом, как и полагалось, отставая от нее на пару шагов. За весь путь она не проронила ни слова, но Анна чувствовала ее радость и озабоченность происходящим. Однако сама сохраняла непроницаемое для эмоций лицо. Теперь, когда ей пришлось отказаться от траурной одежды, в том числе от вуали, она не могла показывать истинные чувства, будучи уверенной – убийца Бенджамина все еще в замке, и он наблюдает за ней.

Они спустились по широкой лестнице в главный холл, где с утра пораньше кипела жизнь: натирался до зеркального блеска мраморный пол, полировалась лестница, а высокие окна стали прозрачными, отчего казалось, что в них не было зачарованного стекла, и полуденные лучи словно пронзали замок насквозь.

– Давненько тут не было так светло, – шепнула Мира, поравнявшись с Аннабель, когда та была вынуждена задержаться, чтобы выслушать несколько вопросов Сарто, одного из слуг, отвечающего за порядок в этой части замка.

– Да, давно, – ответила Анна, поражаясь тому, как за полгода замок пришел в уныние без Бенджамина.

Аннабель поддерживала траур, как и все вокруг, поэтому высокие окна до этого момента были прикрыты темными портьерами, а гостей не принимали долгие месяцы. Теперь же Анне предстояло не только стать женой человека, от которого другая благоразумная женщина держалась бы как можно дальше, но и принимать гостей. Их список был составлен накануне и ожидал согласования с Кроули – последнее слово было за будущим хозяином Высокого замка и ее мужем.

Муж… Что-то темное и непонятное рождалось в сознании Анны каждый раз, когда она пыталась представить Маркуса в этом «звании». И она никак не могла понять, что же произойдет с ними после того, как обеты будут произнесены, а их имена тесно переплетутся и окажутся вписаны в большую семейную книгу рода Кроули.

– Леди Аннабель!

Голос Ганса, эхом отразившийся от стен, заставил Анну вздрогнуть и остановиться. Мира встала рядом, всматриваясь в спешащего к ним старика. До хозяйки долетел ее нетерпеливый выдох – служанка торопилась поскорее убраться прочь.

Гансвил являлся тем, кому безоговорочно верил Бенджамин Кроули. Кому теперь верила и Аннабель. Отличный помощник и управляющий, он еще задолго до ее появления на свет отвечал за замок и всю прилегающую территорию парящего острова, а теперь наравне с Аннабель руководил подготовкой к возвращению лорда Маркуса.

– Да. – Она кивнула, позволяя управляющему продолжить говорить.

Ганс остановился напротив, опустил в поклоне седую голову и, отдышавшись, незаметно поправил манжеты рубашки, скрытой под плотной тканью камзола, заговорил, поднимая взгляд серых водянистых глаз, обрамленных такими же бесцветными ресницами, на нее.

– Леди Аннабель, я заметил, вы распорядились о том, чтобы главная хозяйская спальня была подготовлена для лорда Маркуса. Но могу ли я заметить один факт? – поинтересовался он, а Анна выделила, как легко тот произносил имя ненавистного ей человека.

Она знала, что даже будучи племянником покойного лорда, Маркус никогда не был любимчиком среди большинства жителей Высокого замка и прилегающих территорий. И это отнюдь крылось не в его происхождении или тяжелом характере, в котором Аннабель успела убедиться лично. Шлейф ненависти тянулся за Маркусом со времен битвы у Рубежа, особенно после побоища на Рольтане. То темное время Анна запомнила хорошо, потому что сама, будучи девчонкой, оказалась недалеко от опасной территории, где могущественные маги-воины уничтожали на своих драконах врагов. Драконов она так и не увидела, как и тех самых магов, но их пугающая слава, смердящая зловонием смерти, шла впереди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.