Внутри себя
Алиса Мейн

© Алиса Мейн, 2022

ISBN 978-5-0056-8224-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

«Черт, почему он не может ответить?» – негодовала Эва Белова, делая очередную попытку дозвониться до отчима, чтобы сообщить, что она задержится. Знала – Сэм отнесется к этому спокойно, но не могла не предупредить.

Эва рассчитывала, что сегодня закончит работать раньше обычного, но в очередной раз дела посыпались в последние полчаса.

Она отключила компьютер, убрала со стола ненужные документы, выключила свет и вышла из кабинета.

– Кристи! – окликнула она помощницу. Девушка, до этого озабоченно глядевшая в монитор, с готовностью подняла светловолосую голову.

– Ой, да! – Кристина Эванс подорвалась с места, достала из шкафчика подарочный пакет и с широкой улыбкой протянула его Беловой. – Вот, как вы и просили – калифорнийский каберне совиньон…

– Спасибо, ты мое спасение. – Эва улыбнулась и приняла упаковку, кивнув в сторону компьютера. – От Бэллза ничего не слышно?

Кристина покачала головой.

– Позвони мне перед уходом, если он объявится. Сама ему не отвечай. – Белова выразительно взглянула на помощницу. – Только не засиживайся допоздна.

– Хорошо, мисс.

Пока Эва спускалась на подземную парковку, она сделала еще пару попыток дозвониться до Сэмюэля, но телефон был недоступен.

Сегодня у отчима был день рождения, и Сэм позвал ее отметить это событие. В последние годы все семейные праздники они отмечали вдвоем.

На часах было уже без двадцати восемь. Странно, что Сэм не позвонил и не узнал, что случилось, как это делал всегда в случае если Эва опаздывала.

Белова села в черную «Тойоту» и прикинула, сколько времени понадобится, чтобы добраться до именинника. Большая часть жителей города в это время возвращалась с работы, поэтому дорога должна была занять не менее часа. Если же выбрать окольные пути, то можно выиграть время.

– Сэм, пожалуйста, ответь…

Эва злилась на себя за то, что не смогла послать дизайнера куда подальше с его очередным идиотским предложением «обновить» макет баннера, рекламирующего какую-то «супер освежающую зубную пасту». Белова потратила на эту бесполезную встречу почти час и в итоге забраковала все предложения сотрудника. Почему она не могла перенести это на завтра?

Теперь же Эва была вынуждена подсчитывать, насколько еще задержится, и подбирать новые извинения, – не такие, как в прошлые разы.

Белова выехала в вечерний город, в последний раз попробовала дозвониться до Сэма и раздосадованно отбросила телефон на пассажирское сиденье.

Погода сегодня тоже будто бы решила действовать против. Спустя несколько минут после того, как Эва покинула паркинг, по стеклу машины забарабанили крупные капли дождя.

«Просто отлично», – подумала Белова, завидев на ближайшем перекрестке перед светофором крупный затор. Эва вывернула руль и направилась в сторону параллельной дороги. Та была длиннее главной на несколько километров и не пользовалась большой популярностью у местных автомобилистов.

Во время уклонения от выскочившей из ниоткуда легковушки зазвонил мобильник. Эва, не отрывая сосредоточенного взгляда от дороги, наощупь схватила телефон:

– Сэм? Прости, пожалуйста. Я опаздываю, но скоро буду…

– Мисс Белова, это Кристина. Вы просили позвонить, если объявится Бэллз.

– Ах, да, Кристи… Слушаю тебя.

– Я уже почти собиралась уходить и напоследок заглянула в электронку. Вам как раз пришли два письма – одно от Говарда Бэллза из «Специфик Ориджинс». Он, мягко говоря, недоволен вашим отзывом на его последнюю рекламную кампанию и хочет встретиться с вами лично.

Перед автомобилем Эвы выскочил потрепанного вида парень. Она резко нажала на тормоз и посигналила.

– Сумасшедший! Чтоб тебя… – крикнула она ему вслед, но парень только махнул рукой и побежал дальше, спасаясь от дождя.

Эва попыталась успокоить себя глубоким вдохом.

– Мисс Белова, у вас все в порядке? – встревожено спросила Кристи.

Эва снова дала по газам.

– Все хорошо, продолжай.

– Второе письмо от неизвестного отправителя. И названия нет. Там внутри архивированный документ, я без вас не рискнула его открывать…

– Не открывай, я завтра с этим разберусь. А Филипс ничего не прислал? – Эве оставалась еще пара кварталов до места назначения.

– Ммм, нет. Я на всякий случай просмотрела спам, но там тоже пусто.

Очередной «красный». Эва взглянула на наручные часы: пятнадцать минут девятого.

– Ладно, Кристи, спасибо. Завтра все решим, отдыхай, – и нажала отбой, выезжая на знакомую улочку.

Через минуту Эва припарковалась рядом с «Ниссаном» Сэмюэля, взяла с заднего сиденья подарочный пакет с вином, поставила машину на сигнализацию и поспешно двинулась по дорожке к небольшому двухэтажному дому отчима. В окне гостиной и на кухне горел свет.

Эва подошла к двери, поправила пиджак и нажала на звонок. Кроме заливистой трели из-за двери не донеслось ни звука.

Девушка позвонила еще раз. Снова без ответа. Тогда Эва постучала и сильно удивилась, когда дверь подалась вперед от первого же прикосновения.

– Сэм? – Белова осторожно зашла внутрь. – Сэм, это Эва! Я сильно задержалась, прости!

В ответ – мертвая тишина. Эва почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок.

– Да что происходит… – пробормотала она, прикрывая за собой дверь и заглядывая в гостиную. Там негромко работал телевизор, по которому показывали сводку вечерних новостей.

– Сэм, ты дома? – снова позвала девушка, поставив на пол пакет с бутылкой и направляясь на кухню.

Когда Эва только оказалась на пороге, то не сразу поняла, что произошло. Казалось, будто в одно мгновение она попала в какой-то кошмарный сон: часть противоположной стены и настенные шкафчики были в красных брызгах.

Девушка медленно, как в замедленной съемке, обошла стоявшую в центре кухни столешницу. И тут же в ужасе отшатнулась, увидев за ней распростертое на полу тело.

– Сэм… – просипела Эва, прикрывая рот ладонью.

Глава 2

– Ты точно уверена, что хочешь этого?

Майкл Коннор стоял в проходе, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди. Он наблюдал, как его жена собирала вещи.

– Более чем, – бросила Джессика, утрамбовывая в чемодан очередное платье.

– И ты уверена, что не передумаешь через пару недель? – Майкл всем видом старался выражать максимальное спокойствие, хотя внутри закипал от злости. – Ты просто пойми, я не могу вечно менять свои планы следом за твоими.

Джессика покосилась на него с недовольством. Она пыталась вместить в чемодан вазу, доставшуюся ей в наследство от бабушки. Но ничего не выходило.

– Может, тебе помочь? – приподнял бровь Майкл.

– Я справлюсь, – сквозь зубы процедила Джессика. Чемодан закрылся, но изнутри донесся характерный хруст. Джес раздосадовано вздохнула, выпрямилась и откинула со лба выбившуюся из хвоста светлую прядь.

– И чем же он лучше? Дай-ка догадаюсь: у него дохрена денег и огромный член?

Джессика повернула к мужу красивое раскрасневшееся лицо.

– Какой ты догадливый, Коннор, – прошипела она. – У Питера в отличие от тебя он хотя бы есть.

Майкл усмехнулся.

Джессика подошла к нему, волоча за собой чемодан. Коннор перегородил ей проход.

– Дай мне выйти.

– Джес, я согласен все переиграть. Неужели ты хочешь просто так вычеркнуть из жизни шесть лет брака?

– Коннор, с момента нашей свадьбы ровным счетом ничего не поменялось! Мы все так же живем в этом полусгнившем сарае. Ты, – она ткнула пальцем ему в грудь, – все так же работаешь в своем убойном отделе третьесортным детективом, тебя почти никогда не бывает дома… А что делать мне, Майкл? Что делать мне? Я молодая женщина, у меня вся жизнь впереди! Я не готова сидеть целыми днями перед телевизором в неведении, вернется ли сегодня в нашу милую халупу мой дорогой супруг или мне позвонят и скажут, что нашли его тело на какой-то заброшенной стройке!

– Ты знала, за кого выходила замуж…

– И эти твои постоянные попойки! – Она не слышала его, распалившись и отставив чемодан. – Ты через день возвращаешься домой пьяным. Сколько я должна это терпеть?

Майкл напрягся и сжал челюсть.

– У Питера хорошая квартира в центре города, высокооплачиваемая, спокойная работа! Он не пьет, у него есть какие-то цели, планы…

– Это нечестно, – качнул головой Коннор.

– Он хотя бы видит во мне женщину, а не поломойку!

Майкл устало закатил глаза и отошел в сторону, освобождая проход.

– Это вся твоя реакция? – фыркнула Джессика.

– А что ты хочешь от меня еще услышать?

– Майкл Коннор, черт тебя дери! Я посвятила тебе лучшие годы жизни! Благодаря мне ты вылез из задницы под названием запой! И вся твоя благодарность мне – это молча отступить?

Майкл уставился на нее недоуменно:

– Ты в своем уме? Я минуту назад пытался тебя вразумить и остановить.

Джес даже задохнулась от возмущения. Вместо ответа она влепила ему пощечину и замахнулась для второй. Коннор ловко перехватил ее руку. Движением, больше похожим на танцевальное и казавшимся в данной ситуации комичным, он перевел ее через порог, заставляя покинуть спальню.

Джессика вырвала свою руку и оттолкнула его:

– Я считаю, у меня достаточно причин для того, чтобы так поступить…

– Джессика, ты готова? – в гостиной показался высокий брюнет в дорогом костюме.

– А этот гад что здесь делает? – Майкл яростно сжал кулаки.

– Да, Питер, остался только этот чемодан…

– Я спрашиваю, что этот хрен здесь делает? – Коннор смотрел на новоприбывшего безумными глазами.

– Я оставила дверь открытой, чтобы Питер зашел, потому что знала, что от тебя помощи не дождешься…

– Не дождешься, значит… Вот как мы сейчас поможем… – Майкл засучил рукава.

– Коннор! – завизжала Джессика, когда в челюсть ее нового возлюбленного прилетел первый удар.

Глава 3

Эва сидела в машине и отрешенно смотрела на красно-синие проблесковые огни полицейских автомобилей.

Она все еще не могла убедить себя в том, что все происходящее – не сон, а реальность. Только этим утром она говорила с Сэмом. Слышала его голос, смех с хрипотцой – такой родной и привычный.

Отчим просил не покупать ему никаких подарков, поскольку у него «и так все есть». Но Эва так не могла. Она попросила Кристину найти его любимое вино, а за неделю до праздника заказала Rolex с гравировкой двух имен – ее и мамы. Эва знала его слабости.

Все было напрасно. Сэм не покачает головой с улыбкой, когда она протянет ему коробку с часами. Не вздохнет, когда увидит имя мамы на обороте и не обнимет так крепко и нежно как умеет только он. Не сегодня. Никогда.

Она вспомнила, как впервые увидела Сэма. Ей было около шести. Однажды вечером мама надела свое лучшее платье – блестящее бордовое до колен с открытой спиной, и собрала каштановые волосы в высокий пучок.

И дочь она нарядила в одно из самых любимых ее платьиц – нежно-голубое с белыми рюшами. После чего объявила, что сегодня они встречаются с одним очень хорошим дядей и что Эва не должна бояться, поскольку он ее ни за что и никогда не обидит.

Даже в свои шесть лет Эва понимала, что новый мамин знакомый – добрый и щедрый. Незадолго до их знакомства у них дома начали появляться разные подарки, цветы. Только успевали завянуть старые, как тут же появлялись новые. А у мамы в шкатулке, в которую часто любила заглядывать Эва, чтобы посмотреть на «блестяшки», девочка обнаружила несколько новых украшений.

Когда они с мамой вышли из дома, у подъезда их ждала большая серебристая машина, а возле нее стоял высокий улыбающийся мужчина в темно-синем костюме. У него в руках были два букета, – один большой – с красными розами, а второй – поменьше, с герберами самых разных оттенков. Эве никогда до этого не дарили цветы – и этот момент она запомнила на всю жизнь.

Красивый мужчина сказал: «Привет, Эва! Меня зовут Сэм, я рад с тобой знакомиться». Но это прозвучало настолько невнятно, что девочка растерялась.

– Малышка, не пугайся, дядя просто плохо знает русский язык, – мягко произнесла мама, принимая с улыбкой свой букет.

– Дядя не учился в школе? – наивно поинтересовалась Эва.

Мама и дядя рассмеялись.

– Нет, он живет в другой стране, а там говорят на другом языке.

После этого они поехали в ресторан.

Эва не понимала ничего из того, что говорил Сэм, ей все переводила мама, но девочке нравилось смотреть на него, на то, как он говорит. Ей казалось, что он прилетел не из другой страны, а с другой планеты. У него были ярко-голубые глаза – она таких никогда не видела, а еще он был весь какой-то сияющий и похожий на мужчин, которых показывали по телевизору..

Таким он и был всегда – сияющим и красивым.

В окно машины постучали, и Эва дернулась, отвлекшись от мыслей.

Рядом стоял сочувственно смотревший на нее полицейский. Эва опустила стекло.

– Мисс Белова, простите, с вами хочет пообщаться детектив.

Эва несколько секунд пыталась понять, чего от нее хочет офицер, после чего медленно вышла из машины.

Такого оживления у этого дома она не видела никогда. Сэм переехал сюда пару лет назад и не афишировал никому свое новое место жительства – о нем знали только Эва и несколько его коллег по работе. Он уверял, что устал от общения за все годы работы в компании и хотел пожить спокойно.

Эва прошла мимо группы зевак – местных жителей, обеспокоенно смотревших на дом и на полицейских. Мимо пары медиков, что-то увлеченно обсуждавших. Мимо журналистов и операторов, уже успевших пронюхать о трагедии и сейчас судорожно рыскавших на месте в поисках хоть каких-то подробностей произошедшего.

Все окружающее казалось Эве чем-то нереальным – мигалки, люди, дом Сэма.

Внезапно у нее закружилась голова и подкосились ноги. Шедший позади офицер подхватил ее под локоть:

– Вам плохо?

Эва покачала головой и постаралась взять себя в руки.

– Нет, все нормально, спасибо, – пробормотала она.

На крыльце стояли еще один офицер и невысокий темноволосый мужчина в черном пальто. Они о чем-то беседовали, но с приближением Эвы прервали разговор. Брюнет обратился к ней:

– Мисс Белова, здравствуйте. Я – детектив Рой Дэвидсон и я буду заниматься расследованием убийства Сэмюэля Моргана, – он протянул ей руку.

«Совсем молоденький» – посетила Эву совершенно не подходящая моменту мысль. Она ответила на рукопожатие.

– У меня к вам несколько вопросов.

– Конечно.

Дэвидсон кивнул стоявшим рядом офицерам, и они оставили их вдвоем. После чего достал из внутреннего кармана пальто небольшой блокнот и карандаш.

– Это ведь вы обнаружили тело Сэмюэля Моргана и вызвали полицию?

Эва кивнула.

– Кем вы приходитесь погибшему?

– Я его падчерица. Мы должны были отмечать его день рождения, но я опоздала…

Детектив сделал какую-то запись, после чего исподлобья взглянул на Эву.

– Вам известно, собирался ли приехать кто-то еще?

– Вроде нет… – Белова коснулась виска, чувствуя, как подкатывает знакомая нервирующая боль.

– Но теоретически – мог?

– Вряд ли. Сэм ведет… – Эва запнулась. – Вел, если можно так сказать, отшельнический образ жизни. Он практически ни с кем не общался, кроме меня и пары старых знакомых. И все праздники мы отмечали вдвоем.

Детектив с пониманием кивнул и снова что-то зафиксировал.

– Когда вы в последний раз общались с убитым?

«С убитым». Эва проглотила это слово как горькую таблетку.

– Сегодня утром. Я звонила ему, чтобы поздравить, а он сказал, чтобы я приехала к семи часам.

– И ничего подозрительного в его голосе или по тому, как он общался, вы не заметили?

Эва на секунду задумалась. Мысли разбегались в стороны, будто спасаясь от пожара, и ей с большим трудом удавалось собрать их вместе.

– Все было как обычно. Сэм только вернулся с пробежки, а после занятий спортом он всегда в приподнятом настроении, поэтому общался довольно бодро.

Очередная пометка в блокноте.

– Во сколько примерно вы с ним созванивались?

– Около девяти утра.

– И в семь вечера увидели его уже мертвым? – уточнил детектив.

– Где-то в девятом часу – я задержалась на работе.

Дэвидсон снова что-то записал.

– Криминалисты говорят, смерть наступила где-то между шестью и семью часами. Если бы вы приехали раньше, то могли застать убийцу и также стать его жертвой. Так что, можно сказать, вам повезло.

– Да уж… – пробормотала Эва.

Детектив как-то странно на нее посмотрел и убрал блокнот:

– Мы могли бы пройти в дом?

– Думаю, да, – выдавила Белова.

Дэвидсон открыл входную дверь и пропустил ее первой.

Внутри творилось что-то невообразимое. Бывало ли здесь когда-нибудь столько людей одновременно? Сэму бы это вряд ли понравилось… Повсюду сновали офицеры, негромкие разговоры которых были похожи на жужжание пчел.

Эва постаралась пройти быстро, чтобы ее взгляд даже случайно не скользнул в сторону кухни. Но не заметить вспышку фотоаппарата работавшего там криминалиста было трудно.

Она почти бегом прошла в гостиную и села в ближайшее кресло, потому что почувствовала, как ее бросило в жар и снова повело куда-то в сторону.

– Детектив Дэвидсон, – она старалась справиться с дрожью в голосе. – Можно мне воды?

– Да, конечно, – молодой полицейский бросил на нее обеспокоенный взгляд, подозвал одного из офицеров и что-то сказал ему вполголоса.

Эва плохо разбирала слова, плохо понимала, что происходит вокруг. Все, что она могла делать – это стараться выровнять дыхание. Мельтешение полицейских не улучшало состояния.

Как все время говорил доктор Фрайзер? Успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Пока Белова сражалась со своим жаждущим рухнуть в обморок телом, ей успели принести пластиковую бутылку воды. Она взяла ее трясущимися руками. Вода была прекрасно-прохладной.

– Все в порядке? – поинтересовался детектив, приглаживая свои волосы и с подозрением косясь на Эву.

– Да, спасибо, – она поставила бутылку на стол и выпрямилась, сложив руки на коленях и таким образом рассчитывая унять дрожь в ногах.

– Я хотел попросить вас осмотреться и сказать, не поменялось ли здесь что-то от привычной обстановки, – Дэвидсон обвел рукой гостиную и чуть не задел проходившего мимо них офицера. – Вы здесь вообще часто бывали?

– Несколько раз в неделю. У меня много работы, поэтому мы чаще созванивались.

– Но вы примерно представляете, что и где должно находиться? Может, чего-то не хватает или, наоборот, появились какие-то новые предметы?

Эва судорожно вздохнула, наконец почувствовав, как дрожь начинает отступать.

– Сэм был консервативен в своих вкусах и привычках, поэтому малейшие изменения для него всегда были большим событием, – она бегло осмотрелась. – На первый взгляд, все на месте.

– На кухню я вас, разумеется, не могу пустить, но, может, вы бы могли подняться на второй этаж…

– Это все, что от меня требуется? – перебила детектива Эва. Он задумчиво умолк, покрутив карандаш в пальцах. Которые совсем не дрожали, в отличие от ее собственных.

– Да. Если вы не хотите…

Эва поднялась, тем самым вновь не давая молодому человеку договорить.

– Давайте я все осмотрю и поеду домой. Если вы не возражаете, разумеется, – я просто ужасно себя чувствую.

– Понимаю, мисс Белова, – он кивнул, не сводя с нее глаз. – Вас проводить?

– Нет, спасибо, – отрезала Эва, направляясь к лестнице и моля высшие силы, чтобы ноги не подвели ее. Чувствуя спиной взгляд Дэвидсона, она сжала пальцами перила в надежде, что детектив не пойдет следом.

Лишь оказавшись наверху, Белова позволила себе глубоко вздохнуть и немного расслабиться. На втором этаже также была пара полицейских, но они не обращали на нее внимания, увлеченные заполнением какого-то документа.

Сначала она прошла в ванную, оценила царившую там безукоризненную чистоту. На зеркале и стенке душевой – ни потека. Мыло только жидкое и только в дозаторе – строго на левой стороне раковины. Подставка под зубную пасту и щетку – всегда справа. Гели, шампуни и остальные косметические принадлежности хранились в шкафчике.

Следующей была спальня – ни намека на то, что здесь кто-то спал или вообще когда-либо жил. Постель заправлена идеально ровно. Ни одной вещи не на своем месте.

Сэм любил порядок – и дома и на работе. И Эва переняла от него эту привычку. Порой она причиняла неудобства: попросить лишнюю влажную салфетку после рукопожатия с человеком, у которого была потная ладонь; не иметь возможности сосредоточиться, если на рабочем столе есть пыль или стоит грязная кружка. Все всегда на своих местах, и если вдруг какой-то предмет с «насиженного» места исчезает, его впоследствии практически невозможно будет найти.

Но несмотря на все это, Эва относила эту привычку к разряду положительных. А теперь, после смерти Сэма, которую она пока не могла принять, эта привычка станет для нее и возможностью по-своему чтить его память.

Эва направилась в святая святых – кабинет Сэма. Там он проводил большую часть времени. Даже после ухода из компании он продолжал консультировать коллег удаленно, а иногда помогал и Эве, занявшей его место в директорском кресле.

Сэм любил работу и мог и не уходить вовсе, но, по его словам, все, что он хотел сделать, уже сделал, и отдал право управления молодой падчерице.

«Ай Ди Продакшн Моргана» – одна из ведущих рекламных компаний страны, имеющая большое влияние в своей сфере и репутацию надежного партнера, работающего с коллегами и клиентами практически со всего мира. И эта компания была делом всей жизни Сэмюэля Моргана.

Эва пробежалась взглядом по бесконечным книжным полкам – безупречной, ревностно собираемой годами коллекции классики, которую Сэм мечтал перечитать «когда наконец будет время»; по стене за рабочим столом с бережно и геометрически точно развешанными грамотами, благодарностями и дипломами; по самому столу, на котором никогда не было ничего лишнего кроме ноутбука, ручки с записной книжкой и фотографии Эвы.

Это была любимая фотография Сэма. Он сам сделал снимок в один из ее дней рождения. Тогда был жаркий майский день, они втроем вместе с мамой отправились гулять в парк недалеко от дома. У Эвы на голове была широкополая шляпа, которую унесло ветром, и она побежала за ней. Морган окликнул девушку и запечатлел на снимке в тот момент, когда она обернулась: одновременно растерянная и счастливая, с разметавшимися во все стороны волосами.

От размышлений Эву отвлек зашедший в кабинет детектив Дэвидсон. Она снова напряглась.

– Ну как, все нормально? – голос у него был обеспокоенный, и нахлынувшая слабость напомнила Эве, что некоторое время назад она пыталась побороть накатывающий приступ. Сейчас ей стало лучше, но она ужасно хотела спать.

Она еще раз пробежалась глазами по кабинету.

– Мне кажется, все на месте. Но я могла не заметить каких-то незначительных изменений. Да и по ящикам у Сэма не стану лазить.

Дэвидсон понимающе кивнул.

– Я могу быть свободна?

Детектив нахмурился:

– Вообще-то я хотел еще с вами пообщаться, но вижу, вы не очень расположены…

– Вы правы.

– Могу я завтра подъехать к вам домой или на работу?

– Лучше домой. Вероятнее всего, на работе я завтра не появлюсь. – Эве сложно оставить компанию даже на день, но она не сможет сидеть в кресле Сэма и думать о чем-то другом, кроме него. Ей нужно немного времени. Хотя бы день.

– Хорошо. Попросить кого-то из офицеров подвезти вас или вызвать такси?

– Нет, спасибо. Думаю, сама справлюсь. До свидания, детектив Дэвидсон.

Полицейский отошел в сторону, чтобы выпустить Эву из кабинета.

Она практически выбежала из дома и быстро направилась к машине, игнорируя вопросы и выкрикивания стоявших за желтой полицейской лентой журналистов.

Сев в машину, Эва выдохнула. Она даже не запомнила, как добралась до своей квартиры.

Глава 4

На следующее утро Коннор с трудом открыл глаза. Неприятные ощущения после вчерашней потасовки давали о себе знать, но он был доволен. Даже рассеченная губа в отражении и синяк под левым глазом не могли испортить ему настроение. Уход жены теперь не так сильно его печалил, а вот ее любовнику придется раскошелиться на новый зуб.

После потасовки и выпроваживания Джессики с ее новым ухажером Коннор позволил себе немного расслабиться и не придумал ничего лучше, чем пойти в бар неподалеку от дома и надраться.

Майкл многое вспомнил в этот вечер.

Например, как впервые встретил Джесс на лекции по трудовому праву в колледже. Она была в окружении подруг – среди них такая яркая, красивая, живая… И все время накручивала на палец светлый локон. Она сохранила эту привычку и по сей день – всегда, когда Джесс бывала в хорошем настроении, то неосознанно теребила волосы. И это действовало на Коннора гипнотически – он не мог оторвать от нее глаз. В такие моменты она казалась ему какой-то беззащитной.

Когда Джесс в первый раз одарила Майкла случайной улыбкой, ему показалось, что с того момента между ними возникла нерушимая связь.

Парень из самой обычной семьи с кучей комплексов и загонов в голове – высокий, немного нескладный и неряшливый, всегда с растрепанными волосами, к тому же для своего юного возраста иногда чрезмерно увлекающийся выпивкой, – ему было непросто завоевать внимание первой красотки колледжа, дочери известного на весь город стоматолога Аарона Льюиса.

Благодаря снесшему ему крышу чувству Майкл почти перестал выпивать – и теперь все карманные деньги уходили на подарки для возлюбленной. Сколько выклянченной у отца мелочи, сколько проведенных в ожидании под ее окнами часов, перебитых носов и поломанных конечностей в бесконечных драках с претендентами за ее внимание.

Решающим моментом стало спасение маленького горластого шпица Джессики – Мистера Старбакса. Этот комок ненависти выбежал из хозяйского дома, чтобы пощипать щиколотки пришедшему в очередной раз с цветами Майклу. Когда же парень решил спастись бегством от этой беспокойной мохнатой мелюзги, Мистер Старбакс последовал за ним и угодил в открытый сливной люк.

Сколько тогда было визга! Причем Майкл плохо помнил, кто визжал громче – неудавшийся цербер или Джесс. Разумеется, ухажеру пришлось доставать пса, хотя он был не против, чтобы тот остался в канализации.

После спасательной операции было много благодарностей, приглашение (наконец-то!) в дом на чай и знакомство с родителями.

Отец Джессики с первой же встречи оценил желание Майкла пойти работать в полицию после окончания учебы, отметив, что это уважаемая профессия, которая при сильном стремлении позволит построить отличную карьеру.

Давние и настойчивые ухаживания, спасение любимой собачки и одобрение отца возымели нужный эффект, и Джессика с Майклом стали встречаться.

Спустя год после колледжа Коннор отправился учиться в полицейскую академию, а через полгода после ее окончания они с Джесс поженились. Новоиспеченные молодожены переехали жить в оставленный Майклу в наследство от деда небольшой домик в небогатом, но тихом квартале Чикаго.

Любила ли его Джессика? Сейчас Майклу было сложно судить. То, что она всегда с удовольствием принимала его любовь – это правда. Он все время одаривал ее комплиментами, подарками, всегда старался сделать все, чтобы она была счастлива.

Почему она не ушла к другому раньше – Коннор тоже не мог сказать. Возможно, в первые годы ее вполне устраивало положение, в котором она оказалась.

Да, он был детективом, да, он много времени проводил на работе, но это издержки профессии, которые позволили накопить денег ей на машину, на новый дом ближе к центру, о котором все время зудела Джесс. Не так давно он начал обзванивать риэлторов с тем, чтобы договориться об осмотре нового жилья – «чтобы дом был двухэтажный, с большим гаражом, а на заднем дворе можно было устраивать пикники».

Но пару месяцев назад Майкл вернулся с работы раньше обычного и застал жену в постели с каким-то Ален Делоном в его лучшие годы.

С того момента время будто остановилось. Жизнь Коннора стала похожа на фильм ужасов: скандалы, истерики, его попытки что-то исправить, участившиеся приезды родителей Джессики, отсутствие то ее, то Майкла дома по несколько дней, вновь появившийся в жизни Коннора алкоголь, проблемы на работе…

Майкл любил Джессику и готов был начать все с начала. Но она не была готова. Со своим новым избранником она увидела другую жизнь – такую, которой не мог дать ей муж просто потому, что у него не было миллионов долларов в кошельке.

И вчера Майкл сделал очередную попытку ее отговорить. Безуспешную и, судя по всему, последнюю.

Засидевшись в баре допоздна, он проспал часа три, и сейчас, сидя в участке, изо всех сил пытался не стошнить на сидевшего напротив него напарника Джерри Адамса.

– Парни, к нам наконец-то поступило одно интересненькое дельце! И угадайте, кому оно досталось? – сияющий детектив Рой Дэвидсон, работавший в участке полгода, буквально влетел в отдел, торжественно размахивая папкой.

– Красавчик, Рой! Молодчина, Дэвидсон! – раздалось со всех сторон.

– Что за дело?

Дэвидсон вразвалочку прошел мимо стола Майкла, покосившись на него свысока.

– Да так, грохнули тут одного известного бизнесмена, – громко и небрежно протянул он. – А ты что, Коннор, не читаешь новости? – он опустил ему на стол последний выпуск утренней газеты и накрыл ей кружку с эспрессо.

На Майкла с первой полосы смотрел задумчиво прищурившийся мужчина. Его лицо показалось Коннору смутно знакомым.

– «Ай Ди Продакшн Моргана»? – протянул он, стаскивая газету с кружки и кое-что припоминая. – Это не те ли оскандалившиеся ребята, которых поймали на пересылке денег некой венесуэльской организации, занимавшейся оптовой поставкой пакетиков для канабиса?

– Да-да, помню такое. Пару лет назад. Шумиха была тогда знатная, – отозвался из-за своего компьютера Джерри.

– Именно, – деловито заметил Рой. – И как раз директора этой самой компании вчера вечером и убили. Вернее, бывшего директора. Сейчас эту должность занимает его симпатичная падчерица. Вот так-то, Коннор. Как тебе такое дело?

Коннор поднял на него взгляд, в который постарался вложить как можно больше презрительности:

– Дэвидсон, ты радуешься, что тебе в кои-то веки дали работу или что у тебя появилась возможность наладить личную жизнь?

– Я радуюсь тому, Коннор, что у меня есть задание. А чем занимаешься ты? Снова раскладываешь пасьянс? – Он картинно заглянул в экран компьютера Майкла. – Ну что, идешь на рекорд?

Майкл успел только открыть рот, чтобы съязвить.

– Коннор, зайди ко мне! – из-за двери выглянуло недовольное лицо лейтенанта Уильяма Сеймура.

– Ооо, кому-то сейчас прилетит, – протянул Дэвидсон и двинулся к своему столу.

Майкл поднялся, и офис убойного отдела поплыл перед глазами. Детектив тряхнул головой и направился к кабинету начальника.

– Сэр?

Сеймур сидел за столом и постукивал пальцами по высокой стопке бумаг.

– Присядь, – лейтенант сложил руки и скрестил пальцы. Если Сеймур так делает – жди беды.

Коннор сел напротив начальника и попытался сконцентрировать взгляд на запонке на его левом рукаве, но она упорно ускользала и раздваивалась.

– Майкл, ты сегодня снова опоздал. – Это, к сожалению, был не вопрос.

Коннор перестал играть в гляделки с запонкой и перевел взгляд на стол – он широкий, ему тяжелее будет «сбежать». Он промолчал.

– И ты пьян, – продолжил Сеймур.

– Сэр! – вскинулся Коннор. – Я просто… давление…

Лейтенант покачал головой.

– Майкл, это продолжается уже несколько недель. Ты то опаздываешь, то приходишь пьяным, то вообще не появляешься. Я не могу больше закрывать на это глаза.

Коннор сжал челюсть, потупил взгляд и почувствовал себя школьником, которого отчитали за нарисованное на парте матерное слово. Это его ужасно злило, но Сеймур был прав. И это злило его еще больше.

– Мне жаль, что у тебя проблемы дома, но ты прекрасно знаешь, что наша работа не позволяет никаких послаблений.

– Знаю, сэр, – пробормотал Коннор и тоскливо поскреб пятно от утренней полуфабрикатной лазаньи на джинсах.

Сеймур тяжело вздохнул и подался вперед.

– Майкл, я долгие годы проработал с твоим отцом, отлично знал его и знаю тебя с самого детства. Я вижу все твои способности и весь потенциал – ты хороший детектив. Но я вынужден принять меры.

– Сэр, это в последний раз…

– Ты говоришь это постоянно, Коннор, но ничего не меняется, – Сеймур вздохнул. – Мне непросто об этом говорить, но я даю тебе самый последний шанс. Другого такого не будет. Я приставлю тебя в напарники к Дэвидсону. Сейчас к нам как раз поступило серьезное дело. Он будет вести его, а ты ему поможешь…

– Что? – встрепенулся Коннор. Все похмелье как рукой сняло. – Но как? Так еще и к этому… Прошу вас, сэр, только не Дэвидсон. Умоляю! Он же просто надменный индюк!

– Коннор, держи себя в руках, – предостерегающе произнес лейтенант.

– Сэр, но вы же знаете, в каких мы с ним отношениях!

– Дэвидсон – хороший специалист, Майкл. А главное – дисциплинированный и сдержанный, – Сеймур выразительно посмотрел на него. – Тебе самому есть чему у него поучиться.

– Да чему учиться? Я старше его в звании!

– Видимо, есть чему…

– Приставьте меня к Джерри!

– Джерри без пяти минут на пенсии…

– Но, сэр…

– Коннор, это решение окончательное! – не выдержал Сеймур. – Мне, правда, очень жаль. По-хорошему, я вовсе должен был бы тебя уволить, но ценю тебя как хорошего парня и не оставляю надежды на то, что ты придешь в себя.

Майкл отвел взгляд:

– Это все, сэр?

– Насчет нового дела… Ты уже слышал?

– Да, «Ай Ди Продакшн Моргана», – пробормотал Майкл.

– Оно самое. Убит известный бизнесмен. И, сам понимаешь, журналисты алчут до малейших подробностей. Поэтому чтобы избежать неверных домыслов, было решено сегодня провести пресс-конференцию. – Лейтенант покосился на наручные часы. – До нее чуть меньше часа. Я бы предложил тебе на ней присутствовать, чтобы узнать некоторые детали. А потом вы с Роем съездите к родственнице погибшего и на место преступления. Дэвидсон вчера там уже был, но, может, ты своим наметанным глазом заметишь что-то, что упустил он.

– Да уж, – сведя брови, не удержался Коннор.

– Очень тебя прошу, держи себя в руках. Теперь все.

Коннор резко встал и направился к двери.

– Майкл!

Он остановился, но не обернулся.

– Помни, я это делаю потому что уверен, что ты справишься с этой работой лучше, чем твой отец. Ты – лучше, чем твой отец. Но если ты еще раз оступишься…

Сеймур замолчал и Коннор воспринял это как разрешение покинуть кабинет. Приблизившись к столу Дэвидсона и не глядя на него, он протянул руку. Тот поднял на него глаза:

– Что такое, Коннор, уже репетируешь, как будешь стоять на паперти?

Майкл с силой сжал челюсти, а следом и кулак. Ему понадобилось нечеловеческое усилие, чтобы не пустить его в ход.

– Мне нужно дело, – процедил он.

– А, Сеймур уже сообщил, что приставил тебя ко мне? – с издевкой сказал Рой, но папку все же протянул. Майкл молча вырвал ее и направился к своему месту.

– Коннор, ты имей ввиду, что отчитываться перед начальством я буду за нас обоих, так что на твоем месте я был бы повежливей! – крикнул ему вслед Рой.

Майкл с силой плюхнулся на свое место, шлепнул на стол папку с делом и начал лениво просматривать документы. Пролистав сразу несколько страниц, Коннор наткнулся на снимки с места происшествия.

На дизайнерской кухне с деревянной мебелью из массива под старину в луже крови распластался мужчина в голубой рубашке и черных джинсах. На правой руке бликовал золотой Breguet.

Мужчину застрелили. И сделали это хладнокровно, когда он находился спиной к убийце – выстрел пришелся в затылок, возможно, пострадавший даже не догадывался о покушении. А может и догадывался. Денег у экс-директора одной из ведущих компаний страны хватало; очевидно, что из-за них хватало и врагов.

Убитый пролежал на месте больше часа, пока его не обнаружили. Кстати, об обнаружении. Где-то промелькнула пара строк о дочери…

Майкл вернулся назад и увидел страницу с данными Эвы Беловой. Падчерица погибшего. Именно она и обнаружила его в луже крови.

Со снимка на Коннора смотрела двадцатисемилетняя особа с длинными каштановыми волосами. На первый взгляд она казалась довольно привлекательной, но серьезный и даже несколько прохладный взгляд карих глаз отталкивал.

Майкл пробежался по ее данным. Бизнес-леди, директор крупной компании. Наверняка жесткая, хитрая, бескопромиссная. Одинокая.

Коннор почувствовал, как у него резко заломило виски, и схватился за голову.

– Ну что, дружище, плохи дела? – проскрежетал над ним голос сержанта Адамса. Он протянул Майклу «Колу» из автомата.

– Слава тебе, Джерри, это сейчас как нельзя кстати, – искренне поблагодарил его Коннор, взял ледяную банку и приложил ее к раскалывающемуся лбу.

– Ничего, это временно. Старина Сеймур свое дело знает, – сказал Джерри, осторожно, со скрипом садясь за стол напротив Майкла.

Коннор решил промолчать.

– Этот бурдюк опять грозился тебя вышвырнуть?

Майкл открыл «Колу»:

– Я хожу по тонкому льду, – пробормотал он и зараз выпил полбанки шипучки.

Джерри выглянул из-за монитора и кивнул на лежащие на столе перед Коннором бумаги.

– Я смотрю, все еще не так уж плохо. Дали задание, значит, пока избавляться от тебя не собираются.

Майкл отмахнулся и сразу поморщился: резкие движения причиняли боль. Взгляд невольно упал на экран телефона – еще только начало дня, а ему уже хотелось вернуться домой и проспать часов десять.

– Это так, подачка. Если я еще раз где-то накосячу, меня вышвырнут как половую тряпку. Плюс ко всему теперь я работаю под началом этого полудурка. – Коннор покосился в сторону Дэвидсона, в данный момент присевшего на край стола к молоденькому офицеру Эмме Моррисон, застенчиво хихикавшей над какой-то его последней фразой.

Коннор фыркнул и разом допил остатки газировки. Джерри покачал головой:

– Майкл, послушай меня. Сеймур никогда ничего не делает просто так, и ты это знаешь. Он хорошо к тебе относится. А ты уж, прости, в последнее время бодр и свеж как прошлогодний тофу. И показатели у тебя не очень. Любой другой на его месте уже давно бы тебя выгнал.

– Да я понимаю, Джер… Просто все навалилось, – Майкл бросил банку в урну.

– Возьми себя в руки, сынок, – ободряюще улыбнулся ему старый детектив. – В конце концов, мне бы хотелось уйти на пенсию, зная, что у меня будет достойная замена. А ты хороший коп и у тебя большое будущее. Прости, но бабы не должны становиться преградой на пути настоящего детектива. Ты еще молодой парень, у тебя все впереди. Когда станешь лейтенантом, перед тобой такие дамочки будут штабелями ложиться, – он многозначительно подмигнул Коннору. Тот в ответ грустно усмехнулся:

– Спасибо, Джер.

Голове стало полегче. Майкл снова взглянул на снимок Эвы Беловой. Дамы дамочками, а пока надо разобраться с одной очень серьезной мисс.

***

– Уважаемые дамы и господа, – Сеймур откашлялся. – Мы собрались с вами сегодня здесь, чтобы обсудить дело, которое вызвало большой резонанс не только в городе, но и в стране – убийство экс-директора компании «Ай Ди Продакш Моргана» – Сэмюэля Моргана. – Лейтенант поправил галстук, лежавший на его внушительном животе. – После многочисленных запросов от руководителей ваших редакций мы пришли к выводу, что проще будет провести общую пресс-конференцию, чем общаться со всеми по отдельности. Поэтому у нас с вами есть час для того, чтобы решить все вопросы. Для начала детектив Рой Дэвидсон, которому поручено вести это дело, ознакомит вас в общих чертах со всем необходимым. Прошу, детектив.

«Основательно подготовился», – ехидно подумал Майкл, глядя на кипу бумаг, которую Дэвидсон держал в руках. А готовиться было к чему.

В большом конференц-зале участка был аншлаг. Приехали представители и телевидения, и печатных и интернет-СМИ, и даже радио. Были не только местные журналисты, но и корреспонденты из соседних штатов.

Майкл вспомнил, как проходило его первое выступление на пресс-конференции. Это случилось в первый год его службы в полиции и дело было тоже серьезным – маньяк затащил в городской парк девочку-подростка и изнасиловал. Тогда еще, будучи новичком, Коннор занимался делами несовершеннолетних.

Журналисты забили весь малый конференц-зал. Большого, в котором они находились сейчас, тогда и в помине не было. Коннор буквально разрывался на части от сотен вопросов о деталях произошедшего и ходе расследования. Ведь даже убийство так не интересует публику, как изнасилование подростка. Тут уж подавай все в мельчайших подробностях да под соусом погорячее.

Коннор до сих пор помнил лицо того больного ублюдка, который напал на шестнадцатилетнюю девчонку, паясничавшего и юлившего в течение всего судебного процесса. Но с каким же удовольствием Майкл наблюдал за тем, как этого психа уводили из зала суда, чтобы увезти в тюрьму Пекин, где тому предстояло провести ближайшие пятнадцать лет.

И сейчас он приготовился наблюдать за тем, как проявит себя на выступлении Рой. Когда этот двадцатичетырехлетний полицейский только появился в участке, он всем своим видом давал понять, что планы у него грандиозные – будущий капитан, никак не меньше. Полноправное звание следователя Дэвидсон получил только пару месяцев назад, до этого находясь на побегушках у детектива Моррисона, который готовился к переводу в другой штат.

Майкл не любил таких как Рой – выскочек, натягивавших маску доброжелательности и подобострастия только для того, чтобы никто не подумал о них ничего плохого. Многие купились на удочку Дэвидсона и «записались» к нему в друзья.

С Коннором такой номер не прошел. И когда Рой, сделав несколько попыток подмазаться к нему, в ответ получал конкретные указания, в каком направлении и как далеко ему двигаться, то решил занести Майкла в список своих заклятых врагов и не упускал случая как-нибудь его уколоть или подначить. Поначалу Коннор старался не придавать этому значения, но порой колкости новичка выходили за рамки дозволенного, и это выводило его из себя.

Майкл прекрасно понимал, зачем Сеймур решил заставить их работать вместе. Первой причиной было желание поставить Коннора на место, – и это, как он сам считал, было вполне заслуженно. Во-вторых, у Роя, ходившего в любимчиках у высшего руководства, появилась возможность продемонстрировать свои «недюжинные таланты», раскрыв одно из самых серьезных преступлений за последнее время. Ну и, в-третьих, лейтенант нарисовал себе прекрасный тандем из импульсивного и опытного Коннора и тактичного и въедливого Дэвидсона. Надеялся, что после ухода Джерри, нынешнего напарника Майкла, на пенсию, эти двое смогут работать вместе.

Сам Коннор в успешном исходе этой затеи искренне сомневался. Но если речь шла о сохранении его должности, то он готов был хотя бы попробовать поработать с Дэвидсоном. Но то, что он не захочет рано или поздно ему врезать, он не мог пообещать даже себе.

– Добрый день, – произнес Рой, раскладывая бумаги на кафедре. – Приступим сразу к делу. Вчера, пятого сентября, в районе половины седьмого в доме на улице Чатем-стрит в Блу Айленде произошло убийство пятидесятишестилетнего Сэмюэля Моргана. Более известного как основателя и директора «Ай Ди Продакшн Моргана», которым он и являлся до недавнего времени, а точнее… – Рой сверился с документами, – до июня этого года. Предваряя ваши вопросы, – Морган был застрелен. Какие-то предположения насчет убийцы на данный момент с нашей стороны делать довольно смело, но мы активно работаем над этим вопросом. – Рой прочистил горло. – Накануне были опрошены соседи убитого, которые сообщили, что никого подозрительного ими замечено не было. Более того, звука выстрела они также не слышали, что позволяет нам предположить, что убийца работал с глушителем.

Поняв, что аудитория внимательно его слушает и пока никто не собирается перебивать, Дэвидсон расправил плечи и продолжил:

– Моргана обнаружила его падчерица – двадцатисемилетняя Эва Белова, которая впоследствии и вызвала полицейских. Согласно ее первоначальным показаниям, похищено из дома убитого ничего не было, но женщина находилась в состоянии аффекта, поэтому, безусловно, будет допрошена снова, – Рой бросил выразительный взгляд на слушателей. – Стоит отметить, что на данный момент именно Белова является директором компании «Ай Ди Продакшн Моргана», которая, насколько мы смогли выяснить, была передана ей по наследству еще при жизни Моргана. Более близких родственников у погибшего нет. Жена – биологическая мать Эвы Беловой – Ольга Белова погибла два года назад в автомобильной аварии. Родных детей у Моргана нет. На данный момент его тело отправлено на вскрытие, прорабатывается вся информация о погибшем и его окружении, пытаемся выяснить, у кого мог быть мотив для совершения преступления. На этом у меня все. Спасибо за внимание. Готов отвечать на все ваши вопросы.

Майкл усмехнулся, увидев больше десятка поднятых рук. Дэвидсон отдал предпочтение молоденькой журналистке, сидевшей в первом ряду.

«Кто бы сомневался», – подумал Коннор.

– Здравствуйте, меня зовут Анна Харрис. Я из «Городского вестника». Вы сказали, что делать какие-то предположения насчет убийцы пока преждевременно, но наверняка вы уже рассматриваете какие-то варианты?

– Больше всего мы склоняемся к тому, что убийство мог подстроить кто-то из бывших коллег Моргана, – уверенно ответил Рой.

– Алекс Тобски, «Свободная пресса». Как преступник попал в дом к мистеру Моргану? Он что, не запер дверь?

Взгляды присутствующих жадно впились в Роя. Коннор заметил, как дернулся его кадык:

– Мисс Белова сообщила, что входная дверь была действительно не заперта, так что злоумышленник теоретически мог проникнуть внутрь. Но мы не можем быть до конца уверены в этой версии, поэтому выясняем все детали.

– Элизабет Уоррен, телекомпания «Фокс ченел». Вы уверены в том, что у Сэмюэля Моргана не было никакой интрижки и это не могла быть ревнивая любовница?

– Насколько нам известно, после смерти Ольги Беловой у убитого больше не было ни с кем близких связей. Но это мы еще будем уточнять.

– Рузвельт Хендрикс, «Криминальная сводка». Когда Моргана обнаружили, он был уже мертв?

– Судмедэксперт установит более точное время наступления смерти.

– Уточните еще, пожалуйста, где именно было найдено тело?

– Тело было найдено на кухне.

– Федерико Россини, «Деньги Америки», – подал голос седовласый корреспондент. – Наше издание всегда активно сотрудничало с мистером Морганом и его компанией, и нас очень интересует, можем ли мы пообщаться с Эвой Беловой в частном порядке?

– Не думаю, что это возможно в ближайшее время, мистер Россини, – мотнул головой Дэвидсон. – Мисс Белова на данный момент проходит как главная свидетельница и не может делиться какой бы то ни было информацией, которая может быть важна для следствия. Да и мы ведь здесь собрались сейчас, чтобы вы задали все интересующие вас вопросы, так что…

– Почему Белова не проходит в качестве подозреваемой? Ведь она единственная наследница. Полиция не рассматривает это как мотив? – выпалил кто-то из центра зала.

Майкл нахмурил брови и метнул пристальный взгляд на Роя. Этот вопрос был первым, который должен был возникнуть и у журналистов и у самого Дэвидсона. Но у того, похоже, было свое мнение на этот счет.

«Ошибка, Дэвидсон», – подумал Коннор, не отрывая от него взгляда.

– Простите? – обратился Рой к задавшему вопрос.

– Стивен Патрикс, «Красная полоса», – с вызовом откликнулся мужчина лет сорока с намертво залаченной челкой.

Рой неуверенно покосился на Сеймура, тот в ответ еле заметно кивнул.

– Пока у нас нет никаких доказательств, что преступление могла совершить Эва Белова, – произнес Дэвидсон.

– Но вы предполагаете, что это могла быть она? – настаивал журналист.

– Мистер Патрикс, – встрял лейтенант. – Убийство произошло вчера, и расследование только началось. С таким же успехом мы могли бы внести в число подозреваемых и вас.

В зале раздались отдельные смешки. Корреспондент «Красной полосы» мерзко усмехнулся.

«Придется заняться этим самому», – Майкл вздохнул, исподлобья глядя на взмокшего напарника.

Глава 5

Проснувшись, Эва долго лежала в постели и смотрела в потолок. Через силу поднявшись, она подошла к зеркалу в стенном шкафу. Отражение показало ей замученную женщину в черном вечернем платье и с размазанной под глазами тушью, убрать которую по возвращении домой у нее просто не было сил.

В ванной комнате она с остервенением терлась мочалкой в надежде смыть с себя все воспоминания о вчерашнем дне.

Освежившись и надев белый домашний костюм, Белова направилась заваривать кофе. Она залила в кофе-машину воду, вставила капсулу и нажала на кнопку запуска. Спустя пару секунд раздался телефонный звонок.

Эва покосилась на экран, на котором отображался неизвестный номер.

– Слушаю, – ответила она, доставая с полки чашку.

– Мисс Белова, добрый день! Это детектив Рой Дэвидсон, мы вчера с вами общались. Надеюсь, я вас не отвлекаю? – молодой человек говорил бодро, и это совершенно не вязалось у Эвы в голове с ее собственным разбитым состоянием.

– Здравствуйте, детектив Дэвидсон. Не отвлекаете, – прохладно ответила она, опершись о столешницу и глядя в панорамное окно в противоположной части гостиной. На улице было туманно и пасмурно.

– Я хотел напомнить, что мы договорились сегодня встретиться. Во сколько вам удобно?

Эва бросила взгляд на настенные часы, показывавшие двадцать минут первого.

– Можно ближе к вечеру?

– Хорошо. Мы как раз перед этим еще раз наведаемся в дом вашего отчима. Я приеду с напарником.

– Конечно, – она сама поразилась тому, сколько в ее голосе было безразличия. «Приезжайте хоть всем отделом», – подумала она.

– Отлично! Значит, мы подъедем к вам в районе четырех. Адрес у нас есть. До встречи!

Не убирая телефон, Эва набрала номер помощницы. Та ответила почти мгновенно, будто только и ждала звонка.

– Мисс Белова! С вами все в порядке? Я слышала, что вчера произошло! Мистер Морган, он… Это такая трагедия! Мне так жаль… – залепетала девушка.

– Да, спасибо, Кристи. Вчера был не самый лучший день в моей жизни, – устало протянула Эва, наливая кофе. – Я заеду сегодня вечером в офис, там остались кое-какие важные бумаги. Перенеси, пожалуйста, все встречи и звонки, проси всех писать на мэйл и самое срочное пересылай мне – я позже просмотрю. Не хочу сейчас ни с кем разговаривать.

– Это даже не обсуждается! – воскликнула Кристина. – Как вы себя чувствуете?

Эва глотнула свежесваренный кофе и поймала себя на мысли, что если бы вместо него было что-то покрепче, то ей было бы значительно лучше.

– Ничего. Нормально. Сегодня ко мне приедут из полиции.

– О боже, это все так страшно!

– Приятного мало, – Эва сделала еще глоток. – Я так понимаю, там уже много репортеров, желающих со мной пообщаться?

– Электронка завалена, и с самого утра куча звонков, – вздохнула Кристи. – Охранникам пришлось выпроваживать нескольких журналистов из здания.

Эва грустно улыбнулась:

– Ну что ж, держите оборону. Никому ничего не говори, отвечай «без комментариев». Им и без меня сейчас есть про что писать. Поднимут всю информацию о Сэме и промоют ему все косточки о том, какой он был бессердечный и как нечестно строил бизнес. Ах да, еще припомнят Венесуэлу, – от злости у нее свело челюсть.

– Я все поняла, не переживайте. Все под контролем, можете на меня рассчитывать.

– Я знаю, Кристи. Если случится какой-то форс-мажор, обязательно звони.

– Хорошо. Позже перешлю вам все письма. Отдыхайте!

Получится ли у нее сегодня отдохнуть – еще большой вопрос.

Кристина Эванс была единственным человеком, которому Эва могла доверить саму компанию и даже чуточку больше. Девушка была трудолюбивой, ответственной и преданной делу – три качества, которые Эва ценила в людях больше всего.

Они пришли работать в «Ай Ди Продакшн Моргана» почти в одно время. Когда Сэм уступил Эве кабинет директора, у него была другая помощница, Агата Джонсон, работавшая с ним практически с самого основания фирмы.

Когда же отчим собрался уходить на пенсию, Агата заявила, что работать без него отказывается. Благодаря настоятельным просьбам Сэма она научила пришедшую ей на смену Кристину всему необходимому. Времени много не понадобилось – та все схватывала на лету, что тоже восхищало Эву. Ей самой для того, чтобы разобраться в чем-то, приходилось тратить много времени и сил.

Кристина много раз выручала ее в сложных ситуациях, и Эва была уверена, что девушка справится и в этот раз.

Сделав еще глоток обжигающего напитка, Белова осмотрела свое жилище.

Эту квартиру-студию они с Сэмом купили чуть больше полугода назад. До этого жили в одном большом доме. После смерти мамы они долго не могли решиться на покупку другого жилья, поскольку то место было им особенно дорого. Но в один момент Сэм решил уйти с работы, переехать подальше от центра и городского шума и купить небольшой домик в тихом райончике Блу Айленда.

Эва любила городскую суету, и ко всему прочему ей удобнее было жить ближе к офису, поэтому они купили и эту комфортабельную квартиру на пятнадцатом этаже рядом со Старым Городом.

Сама она считала студию просто идеальной. В ее распоряжении было около двухсот пятидесяти стильно обустроенных квадратных метров со светлыми стенами и огромными панорамными окнами.

Эва провела ладонью по гладкой поверхности черной мраморной столешницы – она помнила, как долго они с Сэмом спорили, какой цвет больше всего подойдет для кухонной зоны. Сэм победил. Но Эва кухней практически и не пользовалась. Она не любила готовку: на завтрак предпочитала чашку кофе или чая, обедала в уютном кафе, расположенном на первом этаже «Ай Ди Продакшн», и ужинала там же, если задерживалась допоздна, – что происходило почти ежедневно. На выходных чаще всего заказывала еду из любимого ресторана европейской кухни.

Эва помыла опустошенную чашку и решила прибраться. Чтобы немного отвлечься, она включила стереосистему и выбрала последний альбом Ланы Дель Рэй. Квартира наполнилась звуками мелодичного инди-попа.

Белова заменила постельное белье в спальне, загрузила стиральную машину и запустила робот-пылесос.

Взявшись протирать пыль с висевших на стене фотографий, она наткнулась на совместные снимки с мамой и Сэмом. На фотографиях ей лет пятнадцать. Они катались на трамвае по крутым склонам в Сан-Франциско. Несмотря на то, что трамвай ехал неспешно, перед каждым спуском у Эвы захватывало дух, и она хватала маму за руку, отчего та смеялась. Тогда Сэм попросил сидевшего напротив них темнокожего парня с цветными дредами их сфотографировать. Снимок получился не с первого раза, потому что Эва все время готовилась к очередному склону и поглядывала в окна. Как же давно это было.

Снимки из Сан-Франциско были ее любимыми. Вот они с мамой уплетают одну здоровую сахарную вату на двоих в парке «Голден Гейт». Другой снимок был сделан в маленьком китайском ресторанчике на Джуда-стрит. Тогда они еще не подозревали, что им принесут супер-острую лапшу, и есть ее мог только Сэм. А после целый вечер мама отпаивала его таблетками от изжоги.

Эва улыбнулась, протирая снимок, на котором она дразнит Сэма, стоя за его спиной и изображая, с каким серьезным лицом он разговаривает по телефону.

С фотографиями было покончено, и она перешла к книжным полкам в гостиной. Сколько же там было сувениров, привезенных Сэмом из разных деловых поездок по всему миру: стеклянные шары из Праги, Мадрида, Милана, Афин и бог знает, откуда еще; целый альбом сувенирных открыток, которые он отправлял ей экспресс-почтой, если застревал где-то надолго.

Эва всегда с умилением представляла, как Сэм в плотном графике выкраивал время, чтобы прогуляться по сувенирной лавке и выбрать для нее подарок. Она знала, что это дело он не мог поручить никому. Он даже мог опоздать на деловую встречу, но сувенир из маленькой лавчонки в захолустном уголке Берлина привезти ей должен был.

Девушка только сейчас осознала, как много у нее дома мелочей, напоминающих о Сэме. Она понимала, что оставить эту квартиру и переехать в место, где будет меньше всего воспоминаний о нем, было бы кощунством – он с душой выбирал ей жилье, а она обустраивала это гнездышко под себя.

До приезда детективов оставалось еще много времени, которое она решила уделить занятию на тренажере.

Глава 6

– Дэвидсон, мы с тобой провели наедине чуть больше часа, а ты меня уже утомил своей болтовней.

Это была первая фраза, которую произнес Майкл, как только они вышли из машины, подъехав к дому Сэмюэля Моргана. Всю дорогу до места преступления Рой рассказывал ему о своих предыдущих расследованиях и о том, как его уравновешенность и педантичный подход к делу помогали быстро и качественно выполнять работу.

Последние несколько километров дороги Майкл уже практически был готов выйти из машины на ходу. Рой пропустил его пожелание мимо ушей.

– Скажи, Коннор, не похоже ведь, чтобы здесь жил миллионер? – спросил он, натягивая на руки резиновые перчатки и окидывая взглядом дом, огороженный полицейской лентой.

Они стояли перед светлым каркасным зданием. Дом был двухэтажным, с большими окнами и гаражом, и ничем не отличался от еще пары десятков, находившихся на этой улице. Лужайка, протянувшаяся вдоль тротуарной плитки, ведущей от дороги ко входу, небольшая, но ухоженная.

– Может, он от кого-то таким образом скрывался? Чтобы не привлекать к себе внимания, и все такое, – предположил Коннор. – Смотрю, Родригез тоже на месте, – он кивнул в сторону старенького служебного «мустанга», уже стоявшего возле дома. – Ты вчера все осмотрел? – спросил Майкл, тоже надевая перчатки и приближаясь к почтовому ящику.

– Тут такое столпотворение было, сам понимаешь, – пожал плечами Рой. – Я мог что-то и упустить.

– Например, это, – Майкл изучал конверт, который достал из ящика.

– Подожди, мне кажется, мы проверяли его. Может, подкинули позже? – Рой приблизился к нему и заглянул через плечо. – Любовное письмо?

Коннору эта мысль тоже пришла в голову, потому что на углу конверта красовались два розовых сердечка. Он вскрыл его и вынул открытку. На ней были изображены нью-йоркские высотки, а с обратной стороны – надпись, отпечатанная на компьютере:

– «С наилучшими пожеланиями Сэмюэлю от тетушки Дж. Дж.»? – нахмурился Майкл.

– Не припомню в материалах никакой тетушки, – Рой забрал открытку у Коннора и тоже внимательно ее осмотрел. – Надо будет спросить у Беловой. – Он достал из внутреннего кармана пальто пластиковый пакет для улик и убрал в него конверт и открытку.

– Я осмотрюсь, с твоего позволения, – Коннор проскользнул под полицейской лентой и направился вокруг дома.

Участок выглядел уныло – ни кустика, ни деревца, газон истоптан ногами прибывших вчера на место полицейских. На заднем дворике приютился скромный набор для барбекю, пластиковый стол с парой таких же стульев и мини-холодильник.

В сам дом Коннор зашел с заднего двора и сразу оказался в гостиной. Изнутри жилье Моргана выглядело солиднее, чем снаружи: дорогая мебель, дорогие украшения – картины, вазы – все в светлых тонах. Большой камин, плазма на стене и много книг на полках.

Судя по звукам, Рой беседовал с кем-то на кухне. Коннор узнал голос его собеседника – это была сорокапятилетняя испанка Марта Родригез. Майкл направился к ней.

– Привет, Майкл! – улыбнулась офицер. Всегда в хорошем настроении, Марта разительно отличалась от остальных коллег: вечно недовольных и ворчливых. – Я приехала опросить соседей, которых вчера не застали.

– Ну и как успехи? – Родригез ему нравилась. Она не раз прикрывала его и выручала по работе.

– Никто ничего не слышал. – Она пожала плечами и помахала перед детективами пачкой бумаг. – Единственное, я не застала некую миссис Паркер, которая живет прямехонько через дорогу. Соседи сказали, она уехала в санаторий, поэтому старушка пропустила все самое интересное. – Родригез выразительно приподняла брови. – Но я бы уделила ей особенное внимание, говорят, она тут главный источник сплетен и новостей, так что теоретически может знать больше, чем остальные.

– Сможешь раздобыть контакты этой миссис Паркер или ее родственников? – спросил Майкл. – Нам надо или связаться с ней или сделать так, чтобы она вернулась домой как можно скорее.

– Без проблем. Пока могу только подтвердить первоначально теорию, что стреляли из пистолета с глушителем. – Продолжила Марта. – Все утверждают, что узнали о том, что что-то произошло только когда услышали сирены подъезжающих полицейских машин. Возможно, все занимались своими делами и просто не обратили внимания…

– Что-то мне с трудом верится, что в таком тихом райончике вечером никто не услышал выстрел, даже из пистолета с глушителем…

– Паренек из ближайшего дома сказал, что когда вышел на крыльцо покурить, слышал какой-то хлопок, но не придал ему значения. Решил, какая-то машина…

– Допустим. – Майкл подошел к месту, где было найдено тело. Там еще оставались подсохшие следы крови. – Я так понимаю, стреляли со стороны входа… А что по отпечаткам?

– Нигде ничего. – Марта пожала плечами. – Думаю, он был в перчатках.

– Он? – подметил Коннор.

– Мальчики, тут только следы от ботинок. – Родригез подошла к тому месту, откуда предположительно производили выстрел, и присела, разглядывая пол. – И, на первый взгляд, они мужские. Но точнее можно будет сказать позже.

Майкл задумался:

– Стрелял в спину, когда жертва максимально беззащитна…

– И входная дверь при этом была открыта, – заметила Родригез. – У Моргана был день рождения. Может, помимо Беловой, он ждал кого-то еще?

– И этот кто-то заявился с особенным подарком, – протянул Коннор. – Его мобильник?

– А мобильник не нашли. Попытались пробить детализацию, но там ни одного подозрительного вызова за последние не то, что дней – месяцев.

– Что соседи говорят о Моргане? – спросил Рой, раздвигая жалюзи и выглядывая из окна.

– Проблем с ним не было. Тихий, доброжелательный, всегда первым здоровался, улыбался. Тут даже никто и не знал, что он воротил крупными деньжищами. В основном местные – старики или молодые семьи с детьми, не особенно интересуются бизнесом, – с готовностью ответила Марта.

– Вроде он был женат? Задолго до Ольги Беловой? – вспомнил Коннор.

Родригез кивнула, пошелестев бумагами.

– Недолго. Точная причина развода пока неизвестна. То ли жена полоумная оказалась, то ли еще что. Суть в том, что через некоторое время после развода он порвал с ней все контакты.

– Надо будет поискать получше.

– И тетушку Дж. Дж., – вставил Рой и протянул Марте открытку. – Нашли в почтовом ящике. Нигде в доме не было ничего подобного?

Марта покачала головой:

– Я тут перерыла практически все, но ни одного упоминания ни о какой тетушке не было.

– Схожу наверх, – сказал Майкл.

На втором этаже дома находились кабинет, спальня и ванная комната. Ванную Коннор осмотрел быстро, не обнаружив там ничего примечательного, а вот в спальне и кабинете ненадолго задержался.

С самого начала в комнате Моргана ему бросились в глаза полки с семейными фотографиями. На них в основном были общие снимки погибшего с Ольгой и Эвой Беловыми.

Ольга – белокожая, с выразительными темными глазами, выглядела гораздо моложе своего возраста. Рядом с Морганом она смотрелась совсем девочкой. У нее были прямые черты лица и длинные темные волосы. Эва Белова – точная копия матери, только чуть более круглолицая.

Майкл заметил, что фотографий младшей Беловой было гораздо больше, чем самого Моргана или даже его жены.

Внимательно осмотрев шкаф, Коннор обратил внимание, что со вкусом в одежде у бизнесмена было все в порядке: Armani, Versace, Louis Vuitton… Сам детектив не мог позволить себе наряды таких марок, но частенько пересекался с людьми, носившими эти бренды, поэтому немного в них разбирался.

Он также заглянул под кровать и обыскал шкафчики, но не обнаружил ничего кроме безупречной чистоты.

На рабочем столе в кабинете у Моргана также стояла фотография Эвы. Яркий летний снимок с младшей Беловой, на котором она улыбалась и пыталась поправить разметавшиеся от ветра волосы. Майкл задался вопросом, действительно ли Морган был настолько привязан к падчерице или все это было только напоказ?

Быстро осмотрев ящики стола, и пробежав глазами по книжным полкам, Коннор в раздумьях спустился на первый этаж. Марта уже уехала, а Дэвидсон говорил по телефону:

– Да, хорошо, но у меня много работы. Я не могу параллельно заниматься и этим. Когда освобожусь, заеду и куплю. Я же сказал – занят! Вечером позвоню, – Рой заметил Майкла, покраснел и быстро разъединился.

– Что, мамочка ругается? – усмехнулся Коннор. – Нет, если что, только скажи, я поговорю с ней и попрошу, чтобы отпускала тебя допоздна. Уж мне-то доверять можно.

– Очень смешно, – презрительно протянул Рой, но Майкл заметил, что ему все еще было неловко. – Мы должны быть у Беловой через полчаса.

Глава 7

– Мисс Белова, – первым зашел детектив, с которым Эва познакомилась накануне. Он вежливо улыбнулся и протянул ей руку.

Следом за ним в квартиру прошел хмурый светловолосый мужчина, удостоивший ее сдержанным кивком. Они с Дэвидсоном сильно контрастировали – Рой был низеньким и щуплым, а его напарник – высоким и широкоплечим. Эва сразу обратила внимание на его несвежий вид и не пожалела о том, что он не стал жать ей руку. На нем были потертые джинсы и дутая куртка, а лицо украшали ссадины и синяк.

– Это сержант Майкл Коннор – мой напарник. Будет помогать вести ваше дело, – представил Дэвидсон.

Упомянутый напарник недовольно покосился на Роя, но промолчал, после чего начал с интересом разглядывать квартиру.

– Проходите, присаживайтесь, – Эва показала на белый диван в середине комнаты. – Кофе, чай?

– Не откажусь от чашечки кофе, – с полуулыбкой ответил Дэвидсон.

– Кофе, – бросил Коннор.

Пока Эва разливала по чашкам горячий напиток, Дэвидсон сел, а Коннор предпочел пройтись по гостиной, по пути осматривая каждый уголок помещения.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Дэвидсон.

– Тяжело, но справляюсь, – ответила Эва, протягивая ему его чашку.

Она поставила порцию Коннора на журнальный столик и покосилась на него. Следователь остановился напротив фотографий из Сан-Франциско и внимательно рассматривал их со скрещенными на груди руками.

– Детектив Коннор?

Тот слегка повел головой и, не отрываясь от снимков, спросил:

– Это ведь Сан-Франциско?

– Да. А в чем дело?

Он пожал плечами.

– Всегда хотел там побывать. Там жила моя двоюродная тетка, а у меня все как-то не было возможности ее навестить.

Эва приподняла брови, а Дэвидсон закашлялся, подавившись кофе. Она подала ему салфетки. Коннор как ни в чем не бывало отошел от фотографий и продолжил исследование комнаты.

Белова села в кресло напротив Роя и сложила руки на коленях.

– Что ж, давайте к делу, – отметив ее готовность, он отставил чашку. – Вчера вы сказали, что общались с Сэмюэлем Морганом в девять утра в день его смерти. А когда вы в последний раз с ним виделись?

– В прошлые выходные, – ответила Эва, продолжая краем глаза наблюдать за Коннором, который, склонив голову, читал корешки книг на полках. – Несмотря на то, что я много работаю, я стараюсь… – она запнулась, – старалась с ним видеться как можно чаще. У Сэма в последнее время были проблемы со здоровьем.

– Какие именно? – уточнил Рой, доставая блокнот.

– После всех этих перестановок на работе – его увольнения и моего трудоустройства на его должность, – он сильно переживал, и поэтому иногда его беспокоило сердце.

– Вы говорили, он занимался бегом?

– Да, и полагаю, что именно благодаря этому совсем не расклеился.

Дэвидсон с задумчивым видом сделал запись в блокноте.

– А что говорили врачи о его спортивных предпочтениях? – подал голос Коннор, достав с полки одну из книг и лениво листая ее. – Разве в подобных случаях не ограничиваются нагрузки или не назначается что-то более щадящее?

– Я уверена, если бы врачи запретили Сэму бегать, он бы их послушал. Он внимательно относился к здоровью.

Коннор в ответ хмыкнул и поставил книгу на место.

– У вас были хорошие отношения? – спросил Дэвидсон.

– Да, мы были близки. Он был единственным моим родственником, с которым я общалась, и единственным другом.

– Насколько мы смогли выяснить, у вас остался отец в России…

– Оперативно работаете, ничего не скажешь, – усмехнулась Эва. – Да, остался. Но я не знаю, где он и что с ним – и меня это совершенно не волнует.

– А с ним вы давно общались? – поинтересовался Рой, делая новую пометку.

– Когда он бросил нас с мамой, мне было четыре года. Тогда в последний раз и общались.

Дэвидсон поджал губы.

– А ваша мать – Ольга? Она погибла несколько лет назад в аварии?

– В тот день она села в такси, но, как потом выяснилось, водитель был нетрезв. Он не справился с управлением, машина выехала в кювет и перевернулась. Оба погибли, – на одном дыхании выпалила Эва, пытаясь удержаться от появления перед глазами страшных кадров, которые после того несчастного случая несколько дней крутили по всем новостям.

Ольга умерла примерно через год после того, как Эва возглавила отдел маркетинга в «Ай Ди Продакшн». Это сильно ударило и по Сэму и по Эве. Потерю им помогло пережить только то, что они были друг у друга.

Особенно сильно это сказалось на отчиме – он стал реже появляться на работе и все чаще говорил о том, что устал и что падчерице пора готовиться занять его место в кресле директора.

Раны так или иначе затягиваются, хоть и оставляют шрамы. Надо было жить дальше.

Коннор прекратил осмотр комнаты, сел на диван рядом с Дэвидсоном и взял свою чашку кофе. Эва посмотрела на него, и помимо побоев на лице отметила щетину и несвежие волосы. Она постаралась не думать о том, что после ухода детективов ей придется снова делать уборку.

Рой продолжил:

– Вам, наверное, тяжело будет об этом слышать, но вы должны знать. По предварительным результатам осмотра места преступления, мистер Морган был убит выстрелом в затылок. Возможно, в тот момент, когда что-то доставал из кухонного шкафчика. Мы предполагаем, что либо он знал преступника и не думал о том, что тот способен на подобное, либо убийца проник в дом незаметно.

К горлу Эвы подступила тошнота. Она глубоко вздохнула и произнесла:

– Сэм всегда внимательно следил за тем, чтобы двери были заперты. Может, в этот раз он просто ждал меня… Но это все равно на него не похоже…

– Зато очень удачно сложилось для убийцы, – заметил Коннор, помешивая кофе. – Или же Морган сам пустил его в дом, – сержант кинул тяжелый взгляд на Эву, и он ей совсем не понравился. У нее возникло ощущение, будто кто-то провел холодными пальцами по ее спине, отчего захотелось поежиться.

– Я даже не могу представить, кто мог это сделать, – пробормотала она. – Сэм старался ни с кем не конфликтовать, как во время работы в компании, так и после ухода на пенсию. И с соседями у него были хорошие отношения, вы их можете поспрашивать…

– О, не сомневайтесь, – перебил ее Коннор. – Скажите, а эту квартиру приобрели вы или ваш отчим?

Эва удивилась быстрой смене темы разговора, но не подала вида:

– Квартиру купил Сэм. Мы продали старый дом, и он взял отдельное жилье себе и мне.

– Давно? – приподнял бровь детектив.

– В начале этого года.

– А как давно он передал вам право управления компанией «Ай Ди Продакшн Моргана»?

– Полностью – в июне. До этого я некоторое время работала ведущим менеджером отдела маркетинга.

– На каких условиях это произошло? – продолжал Коннор.

– В смысле? – Эва вопросительно не него посмотрела.

– Вы ему что-то пообещали, если он предоставит вам кресло директора? Или он от вас что-то потребовал взамен?

Теперь на него смотрел вопросительно и его напарник.

– Нет, – протянула Эва. – Он начал говорить об этом еще когда я только поступала в университет. Я и образование получала соответствующее, чтобы потом продолжить его дело. И стажировку проходила в компании.

– То есть он, так сказать, предопределил вашу судьбу? – офицер сделал акцент на этом слове.

– К чему вы клоните? – Белова нахмурилась.

Майкл хлебнул кофе и деловито отставил чашку, заглянув Эве прямо в глаза:

– Я к тому, что вы не были Моргану родной дочерью, но он, тем не менее, вместо того, чтобы доверить компанию кому-то из проверенных коллег, профессионалов, решил доверить ее вам. Вы еще учились, а он уже был уверен, что вы как никто другой подходите на роль человека, которому можно наследовать свое детище. Даже не жене – вполне уже зрелой женщине, более опытной в этом вопросе, а вам – молодой девчонке. В двадцать семь лет – директор одной из крупнейших рекламных компаний страны. Вот это карьерный рост, – он вызывающе ухмыльнулся.

– Детектив, вам не кажется, что Сэм как специалист своего дела, мог увидеть во мне задатки хорошего управленца еще в юношестве? И все свои силы потратить на то, чтобы сделать из меня не менее хорошего специалиста чем он сам? – саркастически заметила Эва. Ей совершенно не понравился тон, которым Коннор задавал ей вопросы.

Тот только пожал плечами.

Дэвидсон непонимающе переводил взгляд с Эвы на Майкла. Коннор продолжил:

– Что вы делали тем вечером, когда произошло убийство Моргана?

– Я уже говорила, что работала. Если вы мне не верите, можете спросить любого сотрудника компании или даже проверить по камерам – я была на рабочем месте.

– А как давно, вы говорите, у вашего отчима обострились проблемы с сердцем?

– Весной. В конце апреля он перенес микроинсульт и в последнее время мучился с пониженным давлением.

Коннор был удовлетворен ответом.

– Ясно. У меня пока все, – он кивнул Дэвидсону и снова взялся за свой кофе.

Напарник ответил ему подозрительным взглядом и повернулся к Эве:

– Мисс Белова, сегодня мы были на месте преступления, и вот что обнаружили в почтовом ящике.

Детектив протянул ей пакет с вещдоком. Это была открытка.

– На обороте написано «С наилучшими пожеланиями Сэмюэлю от тетушки Дж. Дж.», – прокомментировал Дэвидсон. – Вы знаете, кто это?

Эва растерянно изучала открытку:

– Если честно, в первый раз слышу. Сэм ничего мне ни о какой тетушке не говорил. Из Нью-Йорка? Не припомню, чтобы у него были близкие знакомые в Нью-Йорке. Если только кто-то по работе? Я бы могла предположить со стопроцентной уверенностью, что кто-то ошибся, но она адресована ему. Странно…

– Любовница? – Коннор снова подал голос.

– Если бы у Сэма появилась женщина, я бы об этом знала, – огрызнулась Эва.

Майкл в ответ закатил глаза.

– То есть вы даже примерно не знаете, кто это может быть? – вставил Дэвидсон.

– Нет, – Эва протянула открытку обратно. В ее голову будто залили клея – мысли слиплись, тянулись одна за другой со скоростью улитки – и она не могла сконцентрироваться ни на одной.

– Тогда действительно странно. Попытайтесь все же вспомнить, может, мистер Морган упоминал вам о ком-то подобном? – спросил Дэвидсон.

– Я, конечно, попытаюсь, – протянула Эва. – Но не могу ничего обещать. Я знаю всех, с кем Сэм мог поддерживать контакты. Тем более настолько тесные, чтобы слать друг другу открытки, – она многозначительно округлила глаза.

– Ну или он посвящал вас не во все свои контакты. Тем более настолько тесные, – заметил Коннор, отставляя опустевшую чашку.

Эве все больше хотелось чем-нибудь треснуть напарника Роя, но она отметила, что после его слов в груди у нее что-то неприятно кольнуло.

– У мистера Моргана были какие-то конфликты со старыми знакомыми или партнерами? – тем временем спросил Дэвидсон.

– Сэм был деликатен со своими коллегами. Разумеется, бывали разные ситуации, но он всегда дипломатично решал все вопросы. Не думаю, что у него могли быть с кем-то настолько серьезные стычки, чтобы его кто-то захотел убить, – ответила Эва. Но вдруг ее осенило. – Разве что…

– Что? – у Дэвидсона выжидающе приподнялись брови.

Эва задумалась:

– У него был один подчиненный, довольно проблемный персонаж. Они не очень хорошо разошлись, отчиму пришлось его уволить. Он говорил, что этот мужчина не в себе и даже как-то угрожал Сэму. Но это было так давно…

Детективы заметно оживились.

– Вы сейчас можете вспомнить его имя? – спросил Рой.

– Если честно – нет. Но я попробую поискать в архивах на работе.

– Будьте добры, – кивнул Дэвидсон, делая очередную пометку в блокноте. – Это может быть очень важно.

– И еще… – вспомнила Эва.

– Да?

– Есть один человек… Говард Бэллз, директор компании «Специфик ориджин» – они изготавливают всякие сувенирные безделушки. И он меня серьезно беспокоит. Он работал еще с Сэмом, и всегда вел себя довольно вызывающе. Не уверена, что он способен пойти на серьезное преступление, но все же…

– Мы его проверим. – Рой снова сделал запись. – Могу я задать еще вопрос? И на этом, пожалуй, пока оставим вас в покое. – Эва кивнула. – Почему мистер Морган не дал вашей матери и вам свою фамилию? Ведь даже после замужества Ольга осталась Беловой?

– Сэм говорил, что это нужно ради нашей безопасности.

– И из соображений безопасности он не стал вас официально удочерять?

– Да, именно так.

Сэм не только не стал удочерять Эву, но и при всей его любви к маме, он долго отговаривал ее от узаконивания их отношений. Это обижало Ольгу. Он заверял, что если Ольга и Эва официально станут его семьей, это сможет сильно повлиять на всех троих. На них будет обращено повышенное внимание его окружения и прессы. Все и так затаив дыхание ждали когда наконец объявится избранница у одного из завидных холостяков первой десятки списка Форбс.

Ольга была сторонницей традиционных ценностей и потому настояла на браке, но Сэм уговорил ее и Эву не брать его фамилию.

Как бы они не старались скрывать отношения, окружающие все равно об этом узнали, но к тому моменту коллеги уже были хорошо знакомы с Ольгой и восприняли эту информацию спокойно.

Внезапно Коннор резко подался вперед:

– Мисс Белова, скажите, вас вообще расстраивает тот факт, что вы обнаружили вчера вашего отчима застреленным?

– Коннор! – шикнул на него Дэвидсон.

Эва бесстрастно взглянула на Майкла:

– А как, по-вашему, расстроена я или нет?

– Ну, как минимум, обычно люди в таком случае скорбят по близким, не могут ни о чем думать, все такое… – Коннор пожал плечами. – А вы так спокойно обо всем рассказываете, будто у нас просто кофейные посиделки.

– С чего вы взяли, что я не скорблю? – холодно спросила Эва. – Каждый скорбит по-своему. Может, я не хочу выставлять свои эмоции напоказ перед незнакомыми мне людьми? В конце-концов, слезы не восполнят моей утраты. И вообще, я считаю, что рефлексия – это контрпродуктивно.

– Ну-ну, – Коннор хмыкнул и откинулся обратно на спинку дивана. На несколько секунд повисла напряженная тишина, которая могла смутить любого, но, казалось, не самого сержанта.

– Я ответила на все ваши вопросы? – довольно резко спросила Эва, отмечая собственное раздражение. Майкл, прищурившись, обвел ее пристальным взглядом, будто пытался просканировать каждую часть ее тела, а затем покосился на напарника.

– Да, пожалуй, пока на этом все… Если что, мы с вами еще свяжемся, – Рой поднялся, пнув Коннора по ноге носком ботинка. Майкл поднялся следом. – Спасибо, что согласились пообщаться. Если вдруг появится какая-то информация, звоните в любое время. Мой номер у вас есть…

– Обязательно, – отрезала Белова.

Как только за полицейскими закрылась дверь, девушка шумно выдохнула. Разговор лишил ее последних сил, поэтому ни о какой уборке и речи быть не могло. Эва с отвращением взглянула на диван, на котором сидел детектив Майкл Коннор, и позвонила в клининг.

Глава 8

Как только детективы вышли из дома Беловой, Рой накинулся на Майкла:

– Какого черта это было, Коннор?!

Майкл недоуменно на него взглянул.

– Ты задавал совершенно идиотские и бестактные вопросы, даже не посоветовавшись со мной!

– Если ты своей тугой головой этого не заметил – я всего лишь выполнял свою работу, – процедил сквозь зубы Майкл. – Знаешь, есть такой метод ведения совместного допроса – хороший и плохой коп называется? Ах да, прости, я и забыл, что это твой первый взрослый допрос.

– А ты, я смотрю, решил за нас двоих, каких методов ведения допроса мы будем придерживаться? И это был не допрос, а беседа! – кипел Рой. – Запомни, Коннор, раз и навсегда – в этом деле главный я, и все решения здесь принимаю я! А ты слушаешь меня и согласовываешь со мной все свои действия.

– Лучше скажи мне, мистер Главный Детектив, почему ты не приставил к Беловой офицера?

Дэвидсон, поубавив пыл, заметно растерялся:

– В… в смысле офицера?

– Ты ведь понимаешь, что она может быть как подозреваемой, так и пострадавшей? А офицер нужен для того, чтобы и в том и в другом случае присматривать за ней.

Рой побледнел.

– Ясно, – Майкл фыркнул и направился к служебной машине.

– Я займусь этим вопросом! – крикнул Дэвидсон ему вслед.

– Как скажешь, – пожал плечами Коннор. – Куда мы теперь? – спросил он, как только они оказались в салоне.

Рой покосился на наручные часы:

– Успеем заскочить в морг.

Они проехали примерно полпути до места, так и не проронив ни слова. Внезапно Дэвидсон решил прервать молчание:

– Ты все еще думаешь, что Белова может быть как-то причастна к убийству?

Майкл медленно повернулся к Рою, мысленно проклиная его за то, что нарушил благословенную тишину.

– Мы не можем исключать такой возможности, – после непродолжительной паузы ответил он.

Еще пара километров прошла молча.

– А мне все-таки кажется, она ни при чем, – выдал Дэвидсон.

– Купился на ее большие глазки и пухлые губки? – усмехнулся Коннор.

Рой издал странный звук – нечто среднее между фырканьем и хрюканьем.

– Нет. Просто она не похожа на того, кому нужно убивать отчима, отдавшего и так ей практически все, что у него было.

– А тебе не кажется подозрительным ее поведение? – спросил Майкл, глядя в окно. – Ну, я имею в виду, что это как-то странно – вчера твоего любимого папочку убили, а сегодня ты как ни в чем не бывало сидишь и без единой эмоции на лице отвечаешь на вопросы полиции?

– Без единой эмоции – это сильно сказано. Мне в какой-то момент показалось, что она хочет порвать тебя за твои вопросы.

– Ты понял, о чем я.

Рой пожал плечами, выворачивая руль на резком повороте:

– Может, она из тех, кто предпочитает запою самокопание. Или ты о других методах не слышал?

Майкл повернулся к нему в полоборота и, тщательно выговаривая каждое слово, произнес:

– Если ты еще раз поднимешь эту тему, я проломлю твою голову о руль, и мне насрать, если мы вылетим с трассы. Веришь? Откровенно насрать.

– Ладно-ладно, остынь, – примирительно сказал Рой.

Коннор уставился на дорогу перед собой.

– Я не знаю пока, как относиться к ней и к ее словам, – спустя время задумчиво произнес он. – С одной стороны – да, Морган отдал ей свое детище, построенное им с нуля, и у нее вроде бы не должно быть к нему вопросов. Но, с другой стороны, он отдал дело, которое строил лет тридцать, девчонке, которая была, грубо говоря, дополнением к его любимой женщине. Чем она его так подкупила? Или у Беловых что-то было на него, и они на условиях передачи компании Эве пообещали ему сохранить какую-то информацию…

– А ты не думаешь, что он на самом деле просто искренне любил эту девчонку? Да и своих детей у него не было.

– У меня слишком много вопросов, и большая часть из них адресована именно Эве Беловой, – протянул Майкл. Они уже поворачивали на нужную улицу.

Дэвидсон неопределенно повел плечами:

– Мне лично кажется, все дело в простой привязанности. Мы же уже не сможем залезть к Моргану в голову и спросить его о том, почему он сделал то, что сделал.

– К сожалению…

***

Пока сотрудница клининговой службы занималась мытьем полов, Эва проверяла рабочую почту. Кристина переслала ей с десяток писем.

Эва намеренно пыталась себя чем-то занять, потому что боялась потеряться в мыслях о вчерашнем дне и сегодняшнем разговоре с детективами. Когда она прикрывала глаза дольше, чем на пару секунд, в ее голове возникал образ распростертого на полу в луже крови тела Сэма.

Она понимала, что ее попытки винить во всем себя – нормальная реакция на произошедшее. Эва корила себя за опоздание на встречу. Думала, что если бы приехала вовремя, то все могло бы быть иначе. И хотя Рой Дэвидсон сказал, что она тоже могла бы стать жертвой преступника, она все равно не могла избавиться от сдавливавшего горло чувства вины.

Сэм был хорошим человеком. И Эва так считала не только потому, что он для нее особенно дорог. На ее памяти, он никогда никого не оскорблял и не унижал. Всегда был деликатен и только помогал. Коллеги относились к нему не просто как к партнеру, а как к настоящему другу.

Компания «Ай Ди Продакшн Моргана» и в самом деле была его детищем – созданным с нуля, взращенным, поставленным на ноги и доверенным второму любимому «детищу» – Эве.

После разговора с детективами о женитьбе отчима и мамы, Эва почему-то вспомнила, как Сэм рассказывал ей, что в молодости у него была жена – безумно красивая и совершенная оторва. Ее звали Франческа. По его словам, от любви к ней ему просто снесло крышу – да, так он тоже выражался.

Спустя время выяснилось, что Франческа была оторвой не просто так – она баловалась запрещенными веществами. Поначалу девушка тщательно это скрывала от своего жениха, но после замужества это оказалось не так-то просто. Сэма ужаснуло это открытие, поскольку он был категорически против наркотиков. Он отправил молодую жену в реабилитационный центр и нанимал ей разных дорогостоящих специалистов. Первое время это даже помогало.

Пока Сэм был занят становлением компании на ноги и созданием своего бизнеса, Франческа связалась в том же реабилитационном центре с дурной компанией и стала употреблять еще больше наркотических веществ.

Сэм был готов рвать и метать. Он боролся с женой и ее зависимостью несколько лет, но в один момент понял, что это уже не та девушка, которую он когда-то без памяти полюбил.

Еще больше усугубило ситуацию то, что у Франчески появились на стороне случайные связи. Это стало для Сэма последней каплей, после которой он подал на развод, оставив бывшей жене жилье, наняв сиделку и перечисляя каждый месяц пособия для продолжения лечения.

Через какое-то время он узнал, что пособия уходят совершенно не на то, на что он рассчитывал и после этого порвал с бывшей женой все контакты. Сама Франческа была уже не в том состоянии, чтобы печалиться из-за развода и стараться как-то выйти на связь с Сэмом. Как выяснилось много позже, она продала оставленную ей квартиру и перебралась в социальное жилье, продолжая растрачивать деньги и свой организм на наркотики.

Прошли годы. Сэм построил бизнес, о котором мечтал. В его жизни появлялись и другие женщины. И вот однажды он прилетел из Америки в Россию на рабочую встречу, где познакомился с Ольгой Беловой, работавшей в компании-партнере переводчиком.

Ольга была улыбчивой и обаятельной – в нее невозможно было не влюбиться. Сэма совершенно не смутило, что она была разведена и к тому же у нее есть маленькая дочь. Сначала они с Ольгой пытались строить отношения на расстоянии и лишь изредка, благодаря работе, летали друг к другу.

Сама Эва влюбилась в Сэма с первого знакомства – такого красивого, похожего на голливудского актера. Каждый раз при встрече девочка с радостным визгом «дядюшка Сэмми» кидалась ему на шею. От него всегда пахло чем-то древесным и цитрусовым, похожим на мандарины, которые Эва безумно любила. Но даже все это меркло в сравнении с тем, что мама стала чаще улыбаться.

Спустя три года после знакомства с Ольгой Сэм понял, что больше не может находиться от Беловых так далеко. Он предложил им переехать в Штаты. Это не заняло много времени. Буквально за пару месяцев жизнь Ольги и Эвы перевернулась: мама оставила работу и подруг, продала квартиру, а, переехав к Сэму, возглавила отдел международных отношений в «Ай Ди Продакшн Моргана». Эву устроили в американскую школу для русских, а Ольга и Сэм вскоре расписались – без шумных вечеринок и гостей.

Когда пришло время Эве выбирать направление для обучения в университете, Сэм провел с ней серьезную беседу, сообщив, что все, что он хотел сделать в компании, уже сделал и когда Эва будет готова, он отдаст свою должность ей.

Беловой-младшей с детства нравилось бывать в «Ай Ди Продакшн». Нравилось, какие все красивые, улыбчивые и вежливые. Особенно приветливые сотрудники баловали ее сладостями и рассказывали забавные истории.

Ей нравилось само здание компании с его высокими потолками, дорогой стильной мебелью, длинными коридорами и огромными панорамными окнами, из которых открывался вид на большой шумный город.

Когда же девочка подросла и выучила таблицу умножения, она стала проявлять любопытство к разноцветным графикам на стенах в кабинете отчима и задавать вопросы, не свойственные восьмилетним детям.

Будучи подростком, Эва уже разбиралась в большей части документации, которую находила на столе у Сэма и его хмурой помощницы – единственного человека, к которому она относилась настороженно.

Особую гордость она испытала когда в шутку высказала идею для одной рекламной кампании сковородок, а Сэм удивленно приподнял брови и заявил, что ему нравится ход ее мыслей.

Когда же отчим заявил о своем намерении оставить «Ай Ди Продакшн» ей, Эва не могла отказаться. Она была уверена, что именно это должно стать делом всей ее жизни. Она отучилась на управленца и параллельно получила образование рекламщика.

После учебы девушка успешно прошла практику в «Ай Ди Продакшн», завоевала расположение многих сотрудников компании и, главное, одобрение самого Сэма, после чего устроилась работать помощником одного из ведущих специалистов. Набравшись опыта и знаний, она стала управлять отделом маркетинга.

За несколько лет работы в «Ай Ди Продакшн» Эва уже понимала основные принципы, действующие в компании. Но теперь Сэм основательно взялся за ее подготовку. Он научил ее всем тонкостям управленчества, ведению переговоров и вложил в нее столько знаний и заботы, что она не могла не справиться. Хотя поначалу и переживала, боясь подвести «дядюшку Сэмми».

Наконец, пройдя через все трудности обучения, Эва Белова стала директором компании «Ай Ди Продакшн Моргана». И она безумно любила свою работу.

Коллеги за эти годы привыкли к тому, что Эва работала с ними в одной компании, но не все были готовы и рады, что она станет ими руководить. Особенно «старожилы», никак не рассчитывавшие, что такая молодая девчонка станет их начальницей. Некоторые начали откровенно «взбрыкивать» и успокоились лишь после того, как Сэм провел с ними разъяснительную беседу, поставив простое условие – или вы работаете под новым руководством или работаете в другом месте. После этого все немного успокоились и продолжили добросовестно выполнять свои обязанности. Хотя некоторые время от времени бросали косые взгляды на нового директора.

В их числе оказалась Агата Джонсон – помощница Сэма, которая посчитала своим долгом уволиться вслед за ним. Поначалу Эва переживала из-за этого, но позже решила, что все к лучшему, потому что Агата всегда относилась к ней и к Ольге с пренебрежением.

Поэтому когда на место хмурой и вечно недовольной Агаты пришла всегда благожелательно настроенная Кристина Эванс, Белова ни о чем не пожалела.

Но только теперь за ее спиной не было вселяющего уверенность голоса Сэма, всегда дающего направление и помогающего принять правильное решение. Эва осталась одна – одна в компании, одна в жизни.

Зазвонивший мобильный отвлек ее от мыслей. Имя, высветившееся на экране, заставило Эву удивленно приподнять брови:

– Привет, Алекс.

– Сто лет тебя не слышала, – раздался из трубки голос старой подруги.

С Алекс Дэвис Эва училась на одном курсе в университете. Их дружба была не из тех, когда девочки собираются, чтобы обсуждать парней. Они помогали друг другу с заданиями, вместе сидели в библиотеке, когда писали курсовые, и лишь изредка встречались в кафе, чтобы обсудить ту же учебу, насущные дела и иногда помечтать о будущем.

– Взаимно, – Эва не знала, как разговаривать с Алекс, потому что последняя их беседа состоялась несколько лет назад и была не самой приятной.

– Слышала о произошедшем – почти по всем каналам уже растрезвонили про Сэма. Мне очень жаль. Как ты?

– Спасибо, держусь. – Эва шумно выдохнула.

– Ты всегда была сильной.

Белова не удержалась от горькой усмешки. «Или хотела такой казаться».

Несколько секунд они помолчали.

– Хотела предложить тебе встретиться, поболтать, – произнесла Алекс.

– Ты не в Швейцарии? – Эва знала, что родители Алекс жили в Европе, и после окончания учебы подруга собиралась перебираться к ним.

– Планы поменялись в последний момент. Сейчас я подрабатываю пиарщиком в одном местном модном журнале. Работа непыльная – и платят нормально, – из трубки донесся смешок.

– Что ж, можно и встретиться. – Несмотря ни на что, Эва оценила порыв Алекс. – Я позвоню тебе, когда буду свободна. Не против?

– Конечно, нет. В «Эдеме»?

Эва невольно улыбнулась:

– А он еще существует?

– Да куда он денется! – по голосу Алекс Эва поняла, что та тоже улыбается. – Жду звонка!

Алекс была единственной близкой подругой Эвы. Обычно знакомые девушки Белову недолюбливали. Она всегда привлекала внимание противоположного пола – красивая, умная, из обеспеченной семьи, а особенный шарм в американской среде ей придавало то, что она – русская. Ко всему прочему в подругах она особенно и не нуждалась – ей было не до сборов сплетен, походов по магазинам и вечеринок – того, чем в основном и занимались ее ровесницы.

Эва с детства привыкла много работать, быть серьезной и самодостаточной. И главным ее развлечением была учеба – девушка считала, что поступала в университет не за тем, чтобы хихикать, поглядывая из-за угла на очередного слащавого старшекурсника.

Белова до сих пор не понимала, что могло свести их с Дэвис помимо совмещенных занятий по документообороту. Алекс жила со своим сводным братом Джорджем у двоюродной тетки где-то в пригороде, была общительной и любящей внимание. Эва же наоборот предпочитала уединение и тишину.

Разлад в их дружеских отношениях произошел почти перед самым выпуском, когда у Эвы начались отношения с братом Алекс.

Джордж учился с ними в одной параллели, только на учителя истории. Это был высокий, вечно смотревший с хитрым прищуром светловолосый парень с отличным чувством юмора.

Они познакомились случайно, когда Джордж подвозил Алекс в тот самый «Эдем», где у них с Эвой была назначена встреча, и помахал девушке из машины. Затем пару раз забирал сестру из университета и заодно подвозил и ее подругу.

Позже случайные встречи перестали быть случайными. Эва поняла это, когда Джордж начал подсаживаться к ним с Алекс в университетском кафетерии во время обеда, а перед тем как после занятий отвезти домой сестру, настаивал на том, чтобы забрать и Эву.

Со временем Белова поняла, что относится к Джорджу не как к другим знакомым парням. Он не был таким уж красавчиком, но притягивал очаровательной улыбкой и бесподобной харизмой. Он начал ей нравиться. И это было взаимно.

Во время очередного совместного обеда он дождался, когда Алекс уйдет на занятия, которые начинались раньше, чем у них, и предложил Эве сходить в кино. Девушка намекнула ему, что из уважения к подруге без ее ведома делать этого не станет. На что Джордж отмахнулся и заявил, что его сестра уже давно знает о том, что он неровно дышит к Эве.

Она согласилась, но позже в этот день все-таки сказала Алекс. Подруга пожала плечами и заявила, что все взрослые люди и вольны сами решать, как и с кем проводить время. Приняв это за одобрение, Эва начала ходить с Джорджем в кино, на прогулки, иногда просто кататься на машине по городу. Ей нравилась его компания – с ним всегда было весело и спокойно. С Джорджем она забывала обо всем на свете, даже об учебе – хотя для нее это было нонсенсом.

Со временем прогулки переросли в откровенные разговоры, объятия и поцелуи. Джордж не стеснялся демонстрировать на публике, что у него отношения с такой неприступной девушкой, как Эва Белова. Ей же было некомфортно ходить с ним в обнимку в стенах вуза, тем более при Алекс.

Подруга видела, как развиваются отношения Эвы с ее братом и внешне не подавала никакого вида, но Белова чувствовала, что общение между ней и Алекс стало натянутым.

Приближался выпускной, и Джордж пригласил Эву на бал. Это было перед выходными. Он подвез девушку до дома, уехал, и в эти два дня Эва не слышала ничего ни от него, ни от Алекс, что было странно, потому что обычно они постоянно переписывались в соцсетях.

В субботу вечером Эва отправила сообщение Алекс, спросив, все ли в порядке, но не получила ответа. После отписала Джорджу, на что он ответил сообщением: «Все ок. Потом поговорим». Девушка подумала, что у них могли возникнуть какие-то семейные трудности, и решила подождать до следующей недели.

В понедельник в университете она увидела опухшее от рыданий лицо Алекс. Эва озабоченно поинтересовалась у подруги, что произошло, и почему она не ответила на сообщение.

В ответ Алекс злобно прошипела:

– Сама подумай. – И ушла прочь.

Чуть позже ошарашенная Эва в кафетерии наткнулась на непривычно хмурого Джорджа и попыталась выяснить, что случилось. Он отвел ее в сторону и вполголоса рассказал, что когда Алекс узнала, что они с Эвой идут вместе на выпускной – закатила истерику.

– Я пытался ее успокоить. Она знала, что мы уже несколько месяцев встречаемся и сама была не против. Но тут заявила, будто не думала, что это зайдет так далеко и отказалась дальше вообще что-либо объяснять, – развел он руками.

Теперь уже настала очередь Эвы хмуриться. Она дождалась, когда закончатся занятия и встретила Алекс около выхода из университета.

– Нам надо поговорить, – сказала она ей.

– Я не хочу с тобой разговаривать, – огрызнулась Алекс.

– А придется, – Эва взяла ее за локоть и повела во внутренний дворик вуза. – Рассказывай, – сказала она, когда они сели на одну из скамеек.

Алекс отводила взгляд, громко сопела и отмалчивалась. Эва отвечала выжидательным взглядом. Все это продлилось около минуты. Потом Алекс гордо вскинула голову и заявила:

– Я не хочу, чтобы ты встречалась с Джорджем.

Эве показалось, будто ей дали пощечину:

– Почему же ты раньше об этом не сказала?

– Думала, вы поиграетесь и все. Джордж, он такой… Он никогда дольше месяца ни с кем не встречался. А вы уже почти полгода, да еще и на выпускной вместе идете.

– В твоем понимании совместный поход на выпускной равняется началу совместной жизни? Это же просто вечеринка, на которую мы всего лишь идем с ним вместе.

– А я ни с кем не иду! – внезапно выпалила Алекс.

Эва уставилась на нее в изумлении. Это точно была та Алекс Дэвис, которую она знала? Прокрутив в голове все моменты, когда они проводили время втроем, Эва только сейчас поняла, что взгляды, которые Алекс бросала на них с Джорджем, были отнюдь не веселыми.

Белова выдала первое, что пришло ей в голову, – хотя это и было похоже на бред:

– Алекс, ты… Ты ревнуешь Джорджа?

Подруга отвернулась, пряча слезы.

– Давно? – выдавила Эва, отказываясь верить, что ее мимолетная догадка оказалась правдой.

Алекс ответила не сразу:

– Не знаю. Мы с детства были все время вместе. Да, у него были девушки, но я их не видела, а тут вы все время вдвоем, у меня на глазах, и я… я просто не могу, – Алекс зашлась в рыданиях.

Эва пыталась понять чувства подруги. Она знала, что мать Алекс и отец Джорджа сошлись когда те были еще совсем малышами и росли вместе как родные брат с сестрой. Но кто же мог подумать, что, повзрослев, Алекс столкнется с такой… Эва даже не знала, проблема ли это.

Она ничего не сказала Джорджу. Они просто решили, что им будет лучше не идти вместе на выпускной, да и вообще после этой истории общение у Эвы не ладилось ни с братом Дэвис, ни с сестрой. Так они и разошлись.

И вот сейчас Алекс звонит первой. Так горе иногда становится движущей силой для создания чего-то нового.

Обдумав все это еще раз, Эва снова заглянула в почту. Кристина предусмотрительно отобрала самые срочные и важные письма, – такие, за которые не могла брать ответственность на себя. Помощница проделала огромный объем работы – наверняка на самом деле их было за сотню.

От журналистов Кристи переслала только одно письмо – это было бизнес-издание «Деньги Америки», главный редактор которого был давним хорошим знакомым Сэма и наверняка заслуживал того, чтобы в числе первых получить комментарий по произошедшему.

Письмо действительно было от главного редактора: оно содержало глубокие соболезнования, предложение помощи и всяческого содействия. Не обошлось и без намека на «взаимовыгодное общение». Эва поблагодарила за участие и мягко намекнула, что пока не готова общаться с прессой.

На почте также было несколько сообщений от руководителей отделов, партнеров – все они были однотипными и с обязательной припиской о соболезнованиях и предложениях помощи. А это кто тут у нас? Ну, конечно. Говард Бэллз. Даже если ты останешься один во Вселенной, можешь не переживать – есть человек, который будет слать тебе письма и звонить каждый день – это милашка Бэллз.

«Добрый вечер, мисс Белова!

Я получил ваш отзыв на предложения по кампании «Дженерал Мозаик», и считаю, что вы несправедливо относитесь к моим идеям.

Мои сотрудники на протяжении нескольких месяцев готовились к этому большому проекту, и я полагаю, они заслуживают того, чтобы их труд оценили по достоинству.

Если вы думаете, что можете позволять себе подобные высказывания в адрес моих подчиненных, то я со своей стороны могу сказать, что вы просто…»

С этим все понятно. Эва закрыла письмо, не дочитав. Более бестактного и наглого персонажа еще надо постараться поискать. Хотя…

Майкл Коннор. Вот уж кто переплюнул, пожалуй, даже самого Бэллза. Зашел к Эве в квартиру как к себе домой, задавая совершенно неуместные вопросы и смотря так, будто это она виновна в убийстве Сэма. Может, он и в самом деле так думает? А что думает Дэвидсон?

– Мэм, мне выгрузить посудомоечную машину? – Эва не заметила, как сотрудница клининговой службы подошла к ней. Девушка тряхнула головой:

– Нет-нет, спасибо. Вы закончили?

– Да тут было не так много уборки… Но я на всякий случай все обработала антисептиком.

Эва отпустила уборщицу и снова села за компьютер. Оставалось еще несколько сообщений. Она вспомнила, как вчера Кристи говорила ей о каком-то безымянном письме от неизвестного отправителя.

Получено оно было без двадцати восемь – когда Эва уже выезжала к Сэму. Внутри находился заархивированный файл. К подобным письмам Эва всегда относилась скептически, потому что никогда не знала, что может оказаться внутри. Она прогнала его на антивирусе и только после того, как на компьютере появилось зеленое окно «Безопасно», разархивировала документ.

Внутри файла содержалось несколько фотографий и текстовый документ. Белова открыла первый снимок и со вскриком подскочила со стула.

На кадре было изображено то, от чего в своем воображении Эва не могла отделаться со вчерашнего вечера – безжизненное тело Сэма.

Девушка осторожно села обратно на стул, дрожащими руками дотронулась до стрелки на клавиатуре и пролистала следующие снимки. На них также был убитый отчим, снятый с разных ракурсов.

Эва закрыла фотографии и сжала виски. Она просидела так несколько секунд и затем решилась открыть текстовый документ. От прочитанного девушка похолодела.

Как только она пришла в себя, тут же потянулась к телефону и набрала номер Роя Дэвидсона.

Глава 9

Майкл ненавидел морги. Да, пожалуй, ни один нормальный человек не любил морги, хотя лично он знал нескольких полицейских из участка, которые просто обожали там бывать. Опознание или вскрытие? Дайте два!

Самому Коннору было физически не по себе, когда он оказывался даже просто в административной части здания. Он сразу чувствовал болезненный озноб как при высокой температуре. У него начинала болеть голова и клонило в сон. Будто сам организм настаивал на том, что ему нужно как можно быстрее оттуда сваливать.

И в этот раз Майкл постарался провести в здании как можно меньше времени, встретившись с судмедэкспертом, быстро взглянув на тело и выслушав краткий отчет.

Судмедэксперт Джонас Моррисон, с которым они сотрудничали, подтвердил уже существовавшую и вполне очевидную версию о том, что выстрел был произведен в затылочную часть головы, девятимиллиметровая пуля прошла насквозь, в результате чего пострадавший погиб мгновенно. С момента гибели до приезда на место полицейских прошло примерно два часа.

Никаких иных повреждений или следов самообороны на теле обнаружено не было.

Поблагодарив Моррисона и захватив копию заключения, Дэвидсон собрался ехать в участок, чтобы привести в порядок документы и зафиксировать новую информацию.

Коннор же, после очередного посещения морга почувствовав невыносимую головную боль, заявил, что отправится домой. Там его ждали тишина, душ и таблетка обезболивающего, о которой он мечтал с того момента, как побывал в кабинете у Сеймура. Казалось, с утра прошла целая вечность.

Уже у дома Майкл понял, что проблемы на сегодня не закончились: на подъездной дорожке стояла знакомая машина.

Мысленно проклянув себя за то, что отправился не в бар, а сюда, он припарковался и медленно двинулся к входной двери, стараясь не замечать поспешно выскочившего из серебристого «Фольксвагена» Аарона Льюиса.

– Майкл!

На такое сложно не обратить внимание. Коннор обернулся.

– Мистер Льюис! Чем обязан такой честью?

Отец Джессики выглядел растерянным. Он пригладил свои светлые волосы, и Майкл отметил еще одну из причин, из-за которой его раздражает Дэвидсон – у него точно такая же идиотская привычка.

– Майкл, нам нужно поговорить.

Детектив пожал плечами:

– И давно вы здесь торчите?

– Нет, всего пару часов… – Мистер Льюис снова пригладил «шевелюру», и Майклу резко захотелось ударить его по руке:

– Ясно. Идемте в дом.

Зайдя внутрь, Майкл хмуро покосился на гору грязного белья возле дивана и на пакет из-под фаст-фуда на столе.

– Извините, не ждал гостей, – бросил он. – Чего-нибудь выпьете? – больше по привычке, чем из вежливости спросил Коннор.

– Нет, благодарю. – Тесть с озабоченным видом осмотрелся и вновь обратил все свое внимание на Майкла.

Коннор направился к холодильнику. Он почти физически чувствовал на спине тяжелый взгляд Аарона.

– О чем вы хотели поговорить? – Майкл заглянул в холодильник, чтобы хоть чем-то занять себя. Внутри чудом не повесилась мышь.

– Я думаю, ты знаешь, о чем.

– О том, что ваша дочь нашла себе кавалера поперспективнее? – поинтересовался детектив, пристально разглядывая пустые полки.

Он услышал, как Аарон Льюис подошел ближе. Отец Джессики не отличался крепким телосложением и вряд ли мог кого-нибудь ударить. Тяжелее стоматологического зонда он, пожалуй, ничего и не держал. Но тем не менее Коннор напрягся.

– Майкл, она очень страдает…

Коннор с силой хлопнул дверцей, так, что холодильник заходил ходуном, и резко обернулся:

– Страдает?

Мистер Льюис с тоской глядел на него, всем видом напоминая кающегося грешника:

– Бедная девочка совсем запуталась. Она сама не понимает, чего хочет. Конечно, ей тяжело. Тебя никогда нет дома, а у нее по работе почти нет заказов – она не знает, куда себя деть…

– Да, ее можно только пожалеть. Завести любовника от скуки, – она действительно дошла до ручки.

Мистер Льюис сделал еще шаг в его сторону:

– Майкл, прошу тебя, не делай глупостей. Ты нужен ей.

– Зачем? Вы только посмотрите, где мы живем – это же сарай, – Коннор обвел рукой свое скромное жилище. – Ваша дочь – птица слишком высокого полета для такого образа жизни. Муж много работает. Ох уж эти детективы, – торчат в участке, мотаются по городу, насмотрятся на своих трупов и насильников, а потом еще недовольные домой приходят. А дома их ждут, тоскуя у окна, бедные, страдающие супруги, которым только и нужно, что мужское внимание и забота.

– Она же не знала…

– Что? – не выдержал Коннор. – Что выходит замуж за полицейского? Что у меня нет и гроша за душой? Что я из неблагополучной семьи? Что из этого она не знала? Чего не знали вы, мистер Льюис? Вы же так хотели этой свадьбы. Зачем? Чтобы ваша дочь страдала? – произнося последнее слово, Майкл изобразил руками кавычки.

Аарон посерьезнел и выпрямился:

– Майкл, будь добр, выслушай меня. Вы оба еще слишком молоды. Я в вашем возрасте тоже совершал много глупостей, но мы с женой все это преодолели. – Он развел руками. – И теперь – как видишь – счастливы в браке. Я желаю своей дочери… вам с моей дочерью того же самого.

– Вы тоже изменяли своей жене, мистер Льюис?

На несколько секунд воцарилась тишина.

– Никто не безгрешен, – протянул он.

– О, избавьте меня от этого! – Майкл всплеснул руками – Вам с такими речами нужно было идти не в стоматологи, а в проповедники! То есть это у вас семейное? Прекрасно!

– Мы поговорили с Джессикой и она осознала свою ошибку. – Майкл чувствовал как у него сводит конечности от его успокаивающего тона. – Она готова загладить свою вину и просить у тебя прощения. Нужно, чтобы ты простил ее.

– Я? Простил ее? – Коннор прищурился и, скрестив руки, прислонился к столешнице. – А она вам рассказывала, мистер Льюис, что я просил ее остаться и готов был начать все с начала? Я готов был продать себя со всеми потрохами для того, чтобы она была счастлива. Да, я неидеальный. Да, не всегда приветливый, как она того хочет. Но у меня тяжелая работа. И я многое делал ради Джессики. Она занималась любимым делом. А я всегда приветствовал любые ее начинания. Купил ей машину, собирал деньги на новый дом, – дом, о котором она так мечтала. Я хотел ребенка, мистер Льюис, – после небольшой паузы произнес он. – А она – нет. Я говорил ей: хорошо, Джес, я подожду, когда ты будешь готова. Это твое тело и твое решение. На что она сказала, что сначала хочет переехать в большой дом, а там уже думать о детях. А теперь я уверен, что она просто тянула время.

Мистер Льюис внимательно его выслушал и снова пригладил волосы.

– Да черт побери, перестаньте это делать! – сорвался Майкл.

Аарон быстро опустил руку:

– Я услышал тебя. Считаю, что вам нужно встретиться с Джессикой и все обсудить.

Коннор беспомощно фыркнул:

– Мы все обсудили в нашу последнюю встречу. Вы, кстати, в курсе, что она приезжала забирать вещи вместе с новым хахалем?

Мистер Льюис сглотнул:

– Она сказала, ты сам велел ей съехать…

Майкл нездорово рассмеялся:

– Вот оно как, значит. Хорошо. Раз так, мне не о чем с ней говорить, – я же сам ее выгнал.

– И, тем не менее, Майкл, я считаю…

– Мистер Льюис, это все, что вы хотели мне сказать? – устало произнес Коннор. – Честное слово, у меня был тяжелый день, и я совсем не настроен на задушевные разговоры. Если вы хотите, чтобы я поговорил с Джессикой – и если она этого хочет, – пусть сама предлагает встретиться. Да и то я не уверен, что после того, как она позволила своему хмырю появиться у меня на пороге, я захочу еще с ней что-то обсуждать.

Мистер Льюис понимающе кивнул:

– Хорошо. Спасибо за содержательную беседу.

Аарон двинулся к выходу.

– И еще, мистер Льюис. Мне кажется, ваша дочь – большая девочка для того, чтобы за нее ее семейные проблемы решал отец, – вслед ему громко произнес Майкл.

Отец Джессики молча ушел, не обернувшись.

Коннор облокотился о столешницу и уронил голову на руки.

Как это все глупо выглядело. Джессика уходит от него к любовнику, говорит отцу, что Майкл ее выгнал. А старший Льюис? Неужели он такой идиот, что поверил в эту историю? Или рассчитывал, что идиот Майкл, – и стоит его попросить простить его «заблудшую овцу» – и все проблемы решены?

Коннор только сейчас, разговаривая с Аароном, понял, что во все проблемы, которые когда-либо у них с женой возникали, всегда встревал отец Джес. Первая ссора из-за работы, – мистер Льюис примчался решать этот вопрос. Покупка машины для Джессики – Аарон присутствовал при осмотре и давал рекомендации. Устройство Джессики на работу – снова семейный совет и составление таблицы плюсов и минусов новой должности.

Майкл считал, что это было всего лишь проявлением отцовской заботы, которой в его собственной жизни никогда не было. Но только сейчас осознал, что все это чертовски странно. Он чувствовал себя слишком разбитым для того, чтобы анализировать это и решил принять душ, выпить наконец треклятую таблетку от головы, приготовить из того, что найдет в холодильнике, ужин и за просмотром какого-нибудь Discovery заснуть.

Раздался телефонный звонок. Майкл достал мобильник из внутреннего кармана куртки, которую так и не успел снять, и простонал, увидев имя звонившего:

– Коннор слушает.

– Напарник, у меня тут кое-что новенькое, – протянул на том конце провода Дэвидсон. – Мне только что позвонила Белова и сообщила, что ей на имэйл от анонима пришло письмо с угрозами и фотографиями Моргана.

– Вот как? – несмотря на одолевавшую его усталость, Коннор почувствовал любопытство.

– Думаю, в связи с последними событиями тебе стоит получше приглядывать за ней.

– То есть офицера ты к ней так и не направил?

– Направил. Но считаю, будет нелишним, если ты тоже примешь в этом участие. Убьешь двух зайцев сразу – выяснишь, причастна ли она к убийству Моргана и заодно побудешь ее, скажем так, телохранителем.

Майкл громко расхохотался и тут же резко оборвал смех:

– Нет.

– Коннор, я не понимаю, ты хочешь восстановить свою репутацию или нет?

– С чего ты взял, что мне вообще нужно что-то восстанавливать? – Коннор вновь начал раздражаться.

– По-моему, это очевидно.

– Какое твое дело, Дэвидсон?

– Будешь периодически заезжать к ней в офис…

– Езжай сам!

– Хорошо. Тогда ты будешь заниматься отчетами и прочей макулатурой.

– Согласен!

– В общем, я попросил тебя по-хорошему. Ты, конечно, как хочешь. Я как раз сейчас буду звонить Сеймуру и отчитываться о результатах…

Майкл зарычал:

– Ладно! Я поеду к Беловой и буду за ней присматривать. Будут еще какие-то указания?

– Хватит паясничать. Сегодня вечером Белова поедет к себе в офис. Ты тоже поезжай. Оценишь обстановку и заодно узнаешь насчет письма. Я уже предупредил ее, что ты заедешь. И да, Коннор, прошу, держи себя в руках.

Майкл нажал отбой.

– «Держи себя в руках, Коннор», – передразнил он. – Заладили все как один…

Глава 10

Детектив Дэвидсон настаивал на том, чтобы приставить к Эве наблюдение из участка, что ей совершенно не понравилось. Потратив на препирательства с полицейским добрых десять минут, она согласилась, что офицер приедет к ней в офис, а у себя дома она установит камеры видеонаблюдения, доступ к которым будет в том числе и у полиции.

Сразу после разговора с детективом Эва набрала Кристине и попросила прислать людей из службы безопасности «Ай Ди Продакшн», чтобы они сделали все необходимое.

Прислушавшись к совету детектива, девушка также отзвонила своему охраннику Айзеку Риду из компании, чтобы в его сопровождении доехать до работы.

Приехав в офис, Эва с облегчением обнаружила, что у входа ее не встречает толпа голодных до сенсации корреспондентов. Зато дорога до этажа, на котором находился ее рабочий кабинет, сопровождалась сочувствующими взглядами и комментариями коллег и подчиненных.

– Мисс Белова! – Кристина подорвалась с места и побежала ей навстречу, стоило только Эве выйти из лифта.

– Спасибо, что отвадила всех журналистов. Я немного поработаю, пока у меня дома устанавливают оборудование.

Помощница озабоченно на нее смотрела:

– Может, вам что-то нужно? Я могу чем-то помочь? Я… Я не знаю, мистер Морган… – глаза девушки наполнились слезами. – Простите…

Эва положила руку ей на плечо и устало улыбнулась.

– Сделай мне, пожалуйста, кофе.

У ее кабинета уже дежурил оперативно прибывший «человек из участка». Вместо приветствия он сдержанно кивнул. Белова смерила его бесстрастным взглядом и тяжело вздохнула.

Оказавшись в кабинете и сев за стол, Эва провела ладонью по его поверхности. Гладкое стекло отозвалось прохладным спокойствием. Эве было близко это состояние. Она предпочитала никогда не демонстрировать своих слабостей, даже самой себе.

Глубоко вздохнув, она повернулась к панорамным окнам, за которыми открывался вид на Чикаго, в этот предвечерний час начавший окрашиваться в розовые оттенки. Жизнь этого города продолжается. Большая часть его жителей знает о смерти Сэмюэля Моргана, просидевшего в этом кабинете и за этим самым столом не один год, вот так же глядя сверху вниз на куда-то вечно спешащих людей.

Кристи негромко постучала перед тем как войти. Она подошла к Эве и поставила перед ней поднос.

– Кофе, и… успокоительное, на всякий случай, – произнесла девушка.

Эва улыбнулась ей с благодарностью и кивнула на стул напротив.

– Подозреваю, у тебя скопилось вопросов не меньше, чем у журналистов.

– Если честно, как только вы приехали, я забыла все, что хотела спросить. Я так рада, что с вами все в порядке! Наверное, мне не стоит спрашивать, зачем вы решили установить дома камеры?

Эва вспомнила о письме с угрозами и поджала губы:

– Могу рассказать в общих чертах о произошедшем. Но не стану говорить того, что как-то может тебе навредить.

Кристи понимающе кивнула:

– Я видела в интернете снимки с места. Не понимаю, кому мистер Морган мог перейти дорогу – он был один из добрейших людей, которых я знала! Ох, это ужасно! – Девушка коснулась губ кончиками пальцев, печально глядя на Белову. – Что говорит полиция?

– Детективы занимаются этим делом. Рой Дэвидсон и Майкл Коннор. И оба они, если честно, пока не очень внушают мне доверия. Первый – слишком молод, а второй… даже не знаю как его определить. – Эва свела брови. – Слишком бестактен, что ли?

Кристина на секунду задумалась:

– Коннор? Какая-то знакомая фамилия… А не он ли расследовал похищение мальчика около двух лет назад? Помню, тогда все заголовки газет пестрели снимками малыша и этого детектива.

– Да? – удивилась Эва. – Я об этом даже не слышала.

– Да-да! – оживилась помощница. – Помню, мальчика похитили прямо с детской площадки, заперли, кажется, в каком-то подвале и просили выкуп. Его искали несколько недель. Там целую спецоперацию провели!

– Надо будет поискать… А про Дэвидсона ты ничего не слышала?

Кристи покачала головой.

– Надеюсь, в этот раз у них уйдет на расследование меньше времени, чем несколько недель.

– Уже есть какие-то зацепки? – Кристина смотрела с такой надеждой, будто думала, что Эва через секунду назовет ей имя преступника.

– Сейчас они опрашивают соседей… Кстати! – встрепенулась Белова. – Кристи, найди информацию об одном бывшем сотруднике компании. Не помню его фамилию… То ли Мэтьюс, то ли Питерс… Он возглавлял отдел маркетинга при Сэме лет пять-шесть назад. Потом со скандалом уволился.

У Кристины округлились глаза:

– Вы думаете – это он?

– Нужно рассматривать все варианты, – пожала плечами Эва.

Помощница сделала заметку у себя в телефоне.

– Как в целом обстановка в компании сегодня?

– Все спрашивают, чем могут помочь. А утром пришла прорва писем от бывших и нынешних партнеров с соболезнованиями. Я не стала их вам пересылать. Подумала, это ни к чему, – Кристи бросила на Белову неуверенный взгляд.

Эва кивнула, поддерживая ее решение:

– Работа не должна останавливаться. Все проекты в силе, всеми переговорами пусть занимается Смит. Мне перенаправлять только самых важных и проблемных. – Она задумчиво посмотрела в окно и немного помолчала. – Кристи, мне нужно, чтобы ты помогла мне с организацией похорон. Сэм ходил в католическую церковь недалеко от дома и общался с преподобным Мартином. Найди, пожалуйста, все контакты. Надо будет похоронить его рядом с мамой.

Кристи тихо вздохнула:

– Я могу еще чем-то помочь?

– Нет, спасибо, можешь идти.

Эва выпила таблетку успокоительного, но так и не притронулась к кофе.

***

Пока Майкл поднимался в лифте, он успел проклясть все на свете: Дэвидсона за то, что отправил его к Беловой, саму Белову, эту компанию, в которой все были чинно-надменными и смотрели на него свысока. Он даже не удержался и нагрубил охраннику, не желавшему его пропускать даже после того, как он показал ему полицейский жетон. Тот облапал его с головы до ног и позвонил в участок, чтобы удостовериться, что Майкл там работает.

Но больше всего Коннор ругал себя за то, что поставил себя в положение, при котором не может сделать лишнего шага без контроля Сеймура и, мать его, Дэвидсона. Что же, сам виноват.

У двери кабинета Беловой, как и было обещано Дэвидсоном, дежурил парень из участка. Майкл не помнил его имени, поскольку редко с ним пересекался. Коннор кивнул ему и подошел к расплывшейся при виде его в улыбке хрупкой миловидной девушке, которая сидела рядом за огромным столом:

– Добрый день!

– Здравствуйте! – Майкл может и хотел бы улыбнуться ей в ответ, но боялся, что его недовольный оскал спугнет бедняжку. – Я детектив Коннор, мне нужно к Эве Беловой.

– Одну минуту. – Девушка нажала на кнопку на переговорном устройстве и сообщила начальнице о посетителе из полиции. После услышанного ответа она кивнула и указала Майклу на дверь.

Кабинет Эвы Беловой был большим и светлым. Майклу на мгновение показалось, что он попал в лабораторию. Сама бизнес-леди восседала в противоположном конце за стеклянным столом.

– Детектив Коннор! Какой сюрприз! – Ее голос был таким же блеклым и холодным, как и ее окружение. – Присаживайтесь.

Майкл осмотрелся по сторонам:

– Если бы не эти ужасные панорамные окна, у вас было бы довольно уютно.

Эва обвела взглядом свой кабинет:

– Уверена, в полицейском участке обстановка гораздо приятнее. Хотите кофе?

– Нет, благодарю. – Майкл похлопал себя по животу. – После того, что я выпил у вас дома, у меня была жуткая изжога.

Эва приподняла брови.

– Скажу честно, сам не в восторге, что сейчас здесь нахожусь я, а не, к примеру, Дэвидсон, – Майкл поднял руки в примиряющем жесте и сделал несколько шагов по направлению к Беловой. – Но нам обоим придется мириться с этой ситуацией. Так что давайте стиснем зубы и будем сотрудничать.

– Детектив Коннор, я совершенно не против с вами сотрудничать, пока вы не задаете бестактные вопросы…

– Это моя работа.

– Полицейским тоже свойственно ошибаться – и вы это знаете.

– В чем же я ошибаюсь? – Коннор сделал еще пару шагов в ее сторону, при этом стараясь идти вдоль стены, противоположной от окон.

– В том, что подозреваете меня в убийстве Сэма.

– А как вы это можете доказать? – парировал Майкл.

– Зачем мне это, по-вашему, нужно? – Глаза девушки метали молнии.

– Это мне тоже у вас стоит спросить, – усмехнулся детектив.

– Мы были с ним в отличных отношениях, и оставить компанию мне было его решением…

– Откуда мне знать, что вы не шантажировали его?

– Что? – Эва казалась растерянной и возмущенной одновременно. – Это смешно.

– Я так не думаю.

Белова вздохнула:

– Детектив Коннор, такой подход меня утомляет.

– Какой? – Майкл находился от Эвы нескольких шагах. И ее это заметно напрягало.

– Вы просто пытаетесь вывести меня из себя.

– Я просто пытаюсь делать свою работу, – повторил он, подражая ее тону.

– А я – свою, – она указала рукой на экран компьютера. – Если вы не заметили, то вы приехали ко мне в офис и прямо сейчас отвлекаете от выполнения моих обязанностей.

Теперь уже приподнял брови Майкл:

– Мисс Белова, насколько мне известно, вашего отчима вчера застрелили у себя дома, а затем, по вашим словам, вам прислали письмо с угрозами. Я приехал сюда, чтобы узнать, что это было за письмо и как это поможет расследованию. И я застаю вас на рабочем месте как ни в чем не бывало, обвиняющей меня в том, что я вас отвлекаю. Вам не хочется, чтобы я нашел убийцу Сэмюэля Моргана? Я могу прямо сейчас вернуться в участок и доложить об этом детективу Дэвидсону, который по непонятным для меня причинам питает к вам симпатию и уверен в вашей невиновности.

Если бы Белова могла испепелять взглядом, Майкл был уверен, что сейчас от него осталась бы только горстка пепла.

– Ладно, – примирительно произнес он. – Согласен, переборщил. С вашего позволения, я хотел бы посмотреть, что за письмо вам прислали.

Эва молча набрала что-то на клавиатуре, сделала пару кликов мышью и отодвинулась от монитора, предоставляя Майклу возможность посмотреть, что там. Коннор обошел стол и наклонился, чтобы заглянуть в компьютер.

В письме от неизвестного отправителя содержалось с десяток снимков убитого Моргана с разных ракурсов – сверху, сбоку, даже специально выстроенный кадр, во всей красе демонстрирующий рану на голове. У убийцы было изощренное чувство прекрасного. В тексте письма было написано: «В следующий раз устрою такую же фотосессию с твоим участием». Майкл нахмурился:

– Больше вам не приходило никаких подобных писем?

– Нет. – Белова, скрестив на груди руки, отвернулась к окнам, намеренно не смотря на экран.

Майкл еще раз пролистал фотографии и полез в задний карман джинсов:

– Мне нужно перекинуть это все на флешку.

– Пожалуйста.

Пока Майкл проводил манипуляции по перекидыванию снимков, Эва безучастно смотрела в окно. Наконец Коннор выпрямился:

– Мне нужны все данные о ваших сотрудниках, партнерах и клиентах.

– Это все вы можете получить у моей помощницы Кристины, – бросила Белова, продолжая сидеть отвернувшись.

Майкл, пользуясь случаем, внимательно осмотрел девушку. Ее поза говорила об уверенности и нежелании подпускать к себе кого бы то ни было. Прямая спина, высоко поднятая голова, скрещенные руки и ноги… Кажется, она даже немного откатилась от Коннора на своем кресле пока детектив был занят изучением письма.

Могла ли Эва Белова совершить убийство? Вполне. Могла ли она стать жертвой? Возможно. Майкла всегда раздражала возникавшая в начале почти каждого расследования неуверенность в выборе подозреваемого. Что скрывалось за этой маской властности и пренебрежительности?

– У вас дома установлены камеры?

– Сегодня распорядилась, чтобы служба безопасности занялась этим. – Казалось, ей было плевать, что рядом с ней кто-то находится и пытается вывести ее на диалог. Виды за окном были гораздо интереснее.

– Да, и о службе безопасности информация мне тоже пригодится, – вслух размышлял Майкл, не отрывая от нее взгляда. – В последнее время у Моргана не появлялись никакие подозрительные новые знакомые?

– Не припомню.

Майкл в сотый раз подумал про себя, что не рад ввязаться во всю эту кутерьму с бизнесменами и их проблемами. С убийствами наркоманов и бродяг работать было легче.

– Когда мне отдадут тело Сэма для погребения? – внезапно спросила Белова.

– Думаю, это будет возможно уже завтра. Сами понимаете, это не рядовое убийство, нужно изучить все досконально. Кстати, Морган ничего не употреблял?

– Что?! – Наконец-то он смог привлечь ее внимание. Белова повернула к нему свое, как бы Майклу не хотелось этого признавать, привлекательное, но побелевшее от негодования лицо.

– Ну, всякие наркотические вещества…

– Нет!

На сегодня с нее и с него было достаточно. Еще пара неосторожных фраз и она вообще откажется с ним общаться:

– Ладно, это пока все, что мне надо было знать. Но предупреждаю, мне придется периодически навещать вас.

Белова шумно выдохнула:

– Прекрасно.

– Тоже был рад с вами повидаться.

Глава 11

Эва возвращалась домой с единственным желанием – чтобы этот день поскорее закончился.

Сопровождавший ее до дома охранник – всем внешним видом показывавший принадлежность к своей работе, – широкий в плечах, необычно высокий и несколько комично выглядящий за рулем компактного седана, озабоченно посматривал на Эву в зеркало заднего вида.

– Айзек, если вам есть что сказать, я внимательно слушаю, – устало протянула она.

– Да как бы вы не потеряли сознание прямо в дороге. Не хотелось бы, чтобы кто-то подумал, что тому виной мои водительские навыки, – его темные глаза в зеркале озорно блеснули.

Эва рассмеялась:

– Не беспокойтесь, я нормально себя чувствую, просто сильно устала. Это был бесконечно длинный день, – она посмотрела в окно на проносившиеся мимо стеклянные высотки.

– Знаете, я недавно столкнулся с чем-то подобным, – когда жена рожала. Думал, это никогда не кончится. Никогда не видел ее одновременно такой злой и беззащитной. И даже не знал, что она умеет так ругаться!

Эва закусила губу. У нее совершенно вылетело из головы, что у Айзека Рида совсем недавно родилась дочь:

– Айзек, я могла запамятовать, но, кажется, вы не говорили, как вы ее назвали.

– Мари – в честь бабушки жены. – Говоря о дочери, он заметно оживился. – Мы ж до последнего не знали, кто будет – парень или девчонка. Я думал, парень, – хотел назвать его Чарльзом, – всегда нравилось это имя. Такое оно, знаете… Что-то в нем есть аристократическое, – хохотнул Айзек. – А тут на тебе – девчуля. И такая, знаете, крупная, крепкая, я сначала и не поверил, что девочка!

Эва улыбнулась:

– Мари – очень красивое имя.

– Спасибо! – Было необычно и одновременно трогательно видеть Рида смутившимся. – А вы сами… пока не думали о детишках? Ну… как там назовете потом, если мальчик или девочка?

Белова покачала головой:

– Пока не думала. Да и некогда, если честно. Тем более в связи с последними событиями…

– Простите, – поспешил вставить Айзек.

– Ничего. Мне кажется, прежде чем думать о детях, сначала надо найти человека, с которым ты захочешь и будешь готов их завести. А остальное все само собой пойдет.

– Тоже верно! – приободрился охранник. – Ну, у вас все успеется, думаю! Вы вон – молодая, красивая, успешная! Невеста что надо!

– Спасибо, Айзек, – снова улыбнулась Белова.

Второй раз за сегодняшний день она вспомнила про Джорджа Дэвиса. Это был единственный парень за всю ее жизнь, с которым у нее были серьезные отношения. Все остальное время она занималась саморазвитием. Да, если честно, не особенно-то и думала об отношениях. Иногда даже ее посещала мысль, что она останется старой девой замужем за работой.

– Вот мы и на месте! – объявил Айзек. – Подняться с вами?

– Нет-нет, спасибо, все нормально. – Белова подхватила лежавшую рядом сумочку. – Там еще должны быть установщики камер. Не тратьте на меня время, Айзек, езжайте домой к жене и прекрасной маленькой Мари, – Эва благодарно тронула его за плечо.

Ее сопровождающий снова смутился.

– Будьте осторожны, – на прощание сказал он.

Прямо у входа в дом Эву встретил начальник службы охраны «Ай Ди Продакшн» Итан Кларк.

– Мистер Кларк? Что за необходимость заставила вас самолично приехать ко мне домой? – удивилась Эва.

– Добрый вечер, мисс Белова, – Кларк поспешно выбросил в урну окурок сигареты и поправил кожаную куртку. Он был моложе Айзека. На первый взгляд трудно было сказать, что этот стройный зеленоглазый красавчик руководит службой охраны. На его месте должен был быть кто-то более взрослый и массивный. – Приехал убедиться, все ли в порядке с камерами и системой безопасности. Техники провозились несколько часов, но сделали все как надо. Можете спать спокойно, – улыбнулся он. Модель с обложки GQ.

– Именно этого мне сейчас и не хватает. – Эва устало вздохнула. – Спасибо вам.

Молодой человек кивнул и направился к стоявшему у подъезда огромному серебристому BMW. Белова проводила его взглядом и зашла в подъезд.

– Если возникнут какие-то вопросы, звоните мне или мистеру Кларку, – сказал один из работников, устанавливавших оборудование.

Выяснилось, что новые камеры появились у входа в ее квартиру, в прихожей и гостиной. Также специалисты организовали доступ с ноутбука к камерам на парковке и в главном холле дома. К управлению ими и просмотру записей основной доступ был у самой Эвы и Кларка, а резервный – у техника, смотревшего на нее и ожидавшего разрешения отправиться домой.

Эва поблагодарила и отпустила мастеров. Она боялась, что в квартире будет страшный беспорядок, но с облегчением обнаружила, что установщики убрали за собой и ей не надо тратить время на наведение порядка.

***

Приехав на следующее утро в офис, Эва сразу поняла, что этот день будет таким же тяжелым, как предыдущий, потому что возле кабинета ее дожидался Майкл Коннор.

Кристина приветливо ей улыбнулась, а детектив отсалютовал чашкой кофе, которую держал в руках. На коленях у него лежала внушительная папка.

– Детектив Коннор, – холодно произнесла Эва, принимая от помощницы документы и почту.

– И вам доброе утро. – Голос полицейского был до раздражения невозмутим.

– А я думала, у вас от нашего кофе изжога, – саркастично заметила Белова, заходя к себе и придерживая дверь, чтобы Коннор тоже мог зайти.

– Нежелание заснуть оказалось сильнее боязни изжоги, – вальяжно заходя следом за ней и вставая рядом с окном, ответил коп. Он осторожно выглянул наружу, и Эва не без удовольствия отметила, что кое-кто боится высоты.

– Вы теперь все время будете проводить со мной? – Косясь на неуверенно замершего полицейского, она прошла к своему столу и села на стул.

– О, к счастью, нет, – Майкл резко отвернулся от окна и вернул своему лицу былую бесстрастность. – Решил заглянуть перед работой – мне нужны были досье ваших сотрудников, и мисс Эванс любезно их мне предоставила. Ну и заодно вас проведать. Не думайте, что я горел желанием это делать. Так как у вас дела? Как спалось? – В его голосе слышалась ирония.

– Благодарю, прекрасно. Если в моем положении что-то может быть прекрасно, – Эва включила компьютер. – Что-то еще? – Она сложила на столе руки и, приподняв бровь, посмотрела на детектива.

Коннор открыл было рот, чтобы что-то сказать, как дверь распахнулась и в кабинет влетел полный запыхавшийся мужчина с залысинами, со съехавшими куда-то вбок пиджаком и галстуком и портфелем в руках.

Эва думала, что это утро не станет еще хуже, но Говард Бэллз развеял ее надежды.

Следом за бизнесменом, выпучив глаза, ворвалась Кристина:

– Мисс, я не хотела его пускать, но…

– Как это не пускать? Меня? – возмутился Бэллз, доставая из кармана платок и промокая им блестящий от пота лоб. – Я вас уже несколько дней поймать не могу! – Он ткнул жирным пальцем в сторону Эвы, старавшейся сохранять дыхание ровным. Только скандалов в присутствии копа ей не хватало.

– Во-первых, мистер Бэллз, добрый день, – спокойно произнесла она. – Во-вторых, у вас что-то срочное? Видите ли, у меня здесь свои дела.

– Срочное! – воскликнул мужчина и только сейчас заметил, что в помещении есть кто-то еще, удивленно уставившись на Майкла.

– Детектив Коннор, – представился тот, сверху вниз глядя на незваного гостя.

– Полиция! Слава Богу! – заверещал Бэллз и начал суматошно что-то доставать из портфеля. Оттуда вылетели какие-то листы и Кристина ринулась их поднимать. – Не трогайте ничего! – рявкнул он на нее, и девушка испуганно отшатнулась.

Эва нахмурилась:

– Мистер Бэллз, или вы сейчас же прекращаете истерику или я попрошу охрану вас вывести.

Тот нервно засмеялся, наконец достав нужный документ и размахивая им перед лицом Коннора. Полицейский недоуменно следил за летающим перед ним листом, судя по всему, боясь, что тот в любой момент заденет его по носу.

– Вот, полюбуйтесь, что эта дамочка себе позволяет! – ликующе произнес Бэллз. – И еще смеет мне угрожать охраной!

Коннор, поняв, что никто документ отдавать ему не собирается, сам выхватил его из рук бизнесмена и начал читать.

Бэллз тем временем начал обмахивать носовым платком свою раскрасневшуюся физиономию, избегая встретиться глазами с Эвой.

На изучение документа у Майкла ушло секунд тридцать, после чего он приподнял его и озадаченно уставился на Говарда:

– Это что?

– Как что! Это неопровержимое доказательство, что Эва Белова и вся эта конторка – чистейшей воды обман! Это вымогательство денег из людей в обмен на отсутствие каких-либо услуг!

Коннор перевел взгляд на лист, а потом обратно на Бэллза:

– По-моему, это всего лишь договор аренды помещения в пятиэтажном офисном здании в Норридже, – протянул он.

Бэллз открыл рот, тут же закрыл, вырвал документ у Майкла и тоже пробежался по нему. Его лицо покраснело еще больше. Он начал убирать рассыпавшиеся листы в портфель, что-то недовольно бормоча про ошибку и недоразумение.

– Сегодня вам повезло! – он снова ткнул пальцем в сторону Эвы, а потом Кристины, отошедшей от него еще на шаг. – Мне подсунули не те бумаги, в следующий раз я принесу то, что надо! И попрошу вас так же присутствовать при разоблачении этой мошенницы! – теперь его похожий на сосиску палец указывал на Коннора.

Белова медленно поднялась, упираясь ладонями в стол и исподлобья глядя на скандалиста:

– Вы припасли еще какие-то оскорбления в мой адрес или что-то другое?

– Я… Я не закончил. Загляну к вам на неделе. – Говард кинул быстрый взгляд на Эву, развернулся и исчез за дверью.

В кабинете повисла неловкая тишина.

– Мисс, простите еще раз, я никак не смогла его задержать… – залепетала Кристина.

– Все нормально. Попроси охрану поставить меня в известность, когда в следующий раз этот сумасшедший покажется на пороге компании. – Эва со вздохом опустилась обратно.

Помощница кивнула и тоже вышла.

– Бэллз, – протянул Коннор, задумчиво смотря на закрытую за Эванс дверь. – Это тот самый Бэллз, про которого вы говорили?

– Он самый. – Эва уперлась локтями в стол и положила подбородок на сцепленные в замок пальцы.

– Я, конечно, уже убедился, что у него явно что-то не так с головой, но не могу не спросить, – детектив повернул голову к Беловой, – о какого рода мошенничестве идет речь?

– Я вас умоляю, – Эва фыркнула. – Бэллз представляет компанию, с которой мы уже давно хотим прекратить сотрудничество, потому что просто не можем рекламировать товар, который не устраивает нас самих. А качество товара «Специфик ориджин» со временем становится все хуже.

– Почему же вы просто не разорвете с ними контракт?

– Вся проблема в том, что эта компания находится у нас в списке самых дорогих, причем в двустороннем порядке. То есть они неплохо нам платят за работу, но и нам придется заплатить приличную неустойку в случае расторжения договора. Поэтому сейчас я ищу любые причины, чтобы не работать над их рекламой, бракуя их идеи и рекомендации. Ну и в случае если Бэллз позволит себе лишнего, – Эва махнула рукой в сторону двери, – у меня будет прекрасный повод расторгнуть контракт без выплаты неустойки.

– Боже, как же это все скучно, – зевнул Коннор.

– Наверняка рыться в полицейских архивах намного увлекательнее. Да и платят получше, чем здесь.

Детектив поджал губы и прищурился, видимо, поняв, что этот словесный раунд он проиграл. Несколько мгновений Майкл простоял молча, безучастно разглядывая картины на стене с черно-белыми пейзажами.

– Ладно, мне пора. Что-то я и так здесь слишком провозился. Если что понадобится, звоните Дэвидсону, – бросил Коннор вместо прощания.

– Всенепременно.

Эва глубоко вздохнула и расслабила плечи только когда за копом закрылась дверь.

***

Выйдя на улицу, Майкл почувствовал облегчение. Он еще острее ощутил, насколько ему некомфортно в компании Беловой. У него не было четких доказательств ее причастности к убийству, но что-то в ней его настораживало, и больше всего его раздражало, что он не мог понять, что именно.

Раздался телефонный звонок.

«Для полного завершения картины…» – с досадой подумал он, увидев, кто звонит.

– Слушаю.

– Майкл, здравствуй, – раздался в трубке сиплый голос. – Не сильно тебя отвлекаю? Ты мог бы привезти мне лекарства? У меня, кажется, снова приступ…

Меньше чем через час Майкл стоял у дома, где хотел находиться еще меньше чем в компании Беловой. Это место в свое время заставило пережить его много боли, обид и слез. Он никогда не чувствовал себя здесь в безопасности и часто убегал, за что впоследствии бывал наказан.

Серое двухэтажное полуразвалившееся строение, облезлые кустарники и деревья – этот вид не вызывал у него никаких эмоций, кроме чувства брезгливости и тоски.