Мария Манич
Прости за мою любовь

1 Глава

– Милая, сегодня понедельник, первое сентября все же завтра. Ты куда в такую рань собираешься? – удивляется мама, наблюдая, как я пытаюсь натянуть брюки цвета хаки на бледные, даже после лета, ноги.

Мне кажется, она подозревает, будто я спросонья перепутала дни недели. Но нет, все по плану. Не моему.

– Мы договорились встретиться с Машкой. Зайти в деканат, профком, библиотеку, – проговариваю скороговоркой, просовывая голову в ворот белой шифоновой блузки без пуговиц.

Конец августа на дворе, на улице жарит, как в июле, очень жаль, что в университет нельзя прийти в коротких джинсовых шортах, сланцах и майке на пару размеров больше – такой была моя любимая летняя одежда.

– Во сколько приедешь? Буду готовить жаркое на ужин. Олег обещал освободиться пораньше.

– Романтический ужин? Вам не мешать? Я могу задержаться и сходить с Машей в кафе, – хихикаю в кулак, подкрашивая тушью глаза.

– Не говори глупостей! Пока я в отпуске, решила вспомнить, где в нашем доме находится кухня. Машу, тоже можешь пригласить.

– Вряд ли она согласиться.

Бросаю завистливый взгляд на кружку кофе в руках мамы, который она неторопливо пьет. Ей, в отличие от меня, сегодня никуда спешить не надо, у нее осталась еще неделя отпуска.

Смотрю на наручные часы – десять минут девятого, учеба начнется только завтра, а я уже с самого утра на остановке в ожидании автобуса, который за полчаса домчит меня до универа. Все благодаря предприимчивой старосте моей группы, однокласснице и лучшей подруге с пятого класса и по сей день Марии Ивановой. Нет, я и сама сегодня доехала бы до университета, но сделала это ближе к обеду. Маша настаивала отмучиться и решить дела пораньше. Может быть, она и права, но подъем в 7:30 утра, после целых двух месяцев безделья, дался с трудом, хотя на учебу придется вставать еще раньше.

В автобусе выбираю место у окна и подставляю лицо под теплые солнечные лучи. Немного медитирую под шуршание колес об асфальт, звук открывающихся и закрывающихся дверей и голоса немногочисленных пассажиров. Завтра в это же время так спокойно тут не будет, и вместо пары пенсионерок в транспорт битком набьются бледные, не выспавшиеся студенты. Через пару остановок все-таки заходит пара кадров, чьи лица я помню по универу, кое-кто даже кивает мне и улыбается. Рассеянно киваю в ответ. Эх, не самые умные мы с Машкой, видимо, эти тоже решили получить книги в библиотеке без очередей.

Взбегаю по ступенькам центрального корпуса университета, с усилием тяну на себя массивные тяжелые двери и попадаю в светлый холл, уставленный лавочками. Гардероб еще не работает, да и кому он нужен в такую жару. У листка с информацией толпятся первокурсники, их сразу видно по восторженным взглядам и громким голосам. Они крутят головами, разглядывая новую обстановку, знакомятся, смеются, пытаясь прикинуть, кто из этой небольшой группы окажется на моем факультете и, может быть, под моим шефством.

Мне еще предстоит на концерт талантов отбирать выступающих, достойные и самые активные студенты-первокурсники отправятся в лагерь «Дружба», который, я надеюсь, буду организовывать в этом году сама. Приятное волнение несётся по позвоночнику. Если справлюсь, хочу подать заявку в комитет городского лагеря, а там и областного. Мне кажется, социальная и организационная работа – это мое. Обожаю чувство предвкушения ближайших планов. Главное – не завалить эти самые планы, а я это могу. Это у меня получается чуть ли не лучше всех!

Скользя взглядом, ищу рыжую копну волос подруги.

Вон и она, сидит на лавочке в углу, закинув ногу на ногу, в узких черных джинсах и черных лодочках на каблуках. Как еще не запарилась по такой-то жаре? Перед ней стоит парень, активно жестикулируя, что-то рассказывает. Не думаю, что Машка увлечена, она то и дело поглядывает в телефон, явно меня ждет. От внимания противоположного пола она никогда не страдала, даже когда в шестнадцать решила стать готом, перекрасив волосы в черный цвет, и стала подводить глаза толстым черным карандашом. Парни всегда крутились около нее, она уверенная в себе и веселая.

Обожаю мою Машку! Готический период у Ивановой продлился вплоть до прошлого года. Надо отдать должное, все черные наряды были очень стильные и ей шли, поэтому, видимо, она до сих пор одевается исключительно в этот цвет. Изменению подверглись разве что волосы.

Ладно, кажется, пора спасать подругу.

– Привет! – Мой звонкий голос перекрывает шум в холле, подняв руку, преодолеваю разделяющее нас расстояние в несколько шагов, останавливаясь рядом с ребятами. – А вот и я!

– Даша, – улыбается Машка, затем сводит брови в притворном возмущении. – Ты опоздала. Я вот с Лешиком болтаю от скуки. В кино меня позвал, представляешь?

Говорит так, как будто парень не стоит сейчас рядом с нами. Представляю, кажется, она опять не согласилась.… Мучает бедного Кузнецова который месяц уже. Я-то знаю, что он ей нравится, но Маша решила поиграть в недотрогу, подогревает к себе интерес. Просто не хочет быть очередной легкой добычей для популярного у девчонок пятикурсника.

– Никак не могла проснуться. Привет, Леш! – здороваюсь с парнем, стоящим рядом, который при моем появлении как-то стушевался и замолчал. – Как лето? Ездил куда?

– В Крым с пацанами гоняли, с палатками. Фотки в инстаграм выкладывал, посмотрите, если интересно, – отмер Леха Кузнецов, потирая пальцами небритый подбородок, и обратился к Машке: – Иванова, что насчет кино? Ты меня уже который раз динамишь.

– Я просто очень занятая женщина, Лешик, – совершенно серьезно отвечает ему Маша, а у самой в глазах прыгают чертики и смешинки.

Пора сделать вид, что я очень увлечена своим телефоном. Кузнецов у нас парень непростой: богатенький мажорчик, один из главных красавчиков в универе, любит быть в центре внимания. Не думаю, что его обрадует «прокат» от Маши. К отказам он не привык, но она ему отказывает уже не в первый раз.

– Маш…

– Леш, у тебя же есть мой номер, вот набери мне через недели две. Или напиши через три. Сейчас я правда, очень занята. На свидания времени ходить нет. Но фотки твои посмотрю обязательно, все отлайкаю, обещаю. Ты там в плавках есть?

Не могу сдержать смеха и отворачиваюсь к окну, чтобы не видеть вытянутое лицо парня. Интересно, когда она уже ему сдастся? Перегнет палку и надоест ему за ней ходить, у нас в универе красоток полно на любой вкус, цвет и формы.

– Ладно, Иванова. Будем считать, договорились. Но не думай, что я от тебя так просто отстану.

– Даже не надеюсь. – Маша так и светится улыбкой в отбеленные тридцать два зуба. Кузнецов даже подвис на ней, потому что отходить от нас все еще не собирается.

– Нам пора, библиотека и деканат не ждут, – решаюсь вмешаться в разговор, поглядывая на часы, как бы намекая «расходимся, ребята».

– Да, идем.

Маша уже встает, Леша разворачивается, собираясь уходить, когда опять останавливается, чтобы окликнуть вновь зашедших студентов в холл:

– Какие люди! Мороз! Решил вернуться, доучиться? А говорил, армия тебя ждет.

– Не оборачивайся, – шипит рядом с моим ухом Машка, схватив меня под локоть, тянет в сторону лестниц.

Мне и не нужно оборачиваться, и так понятно, кто зашел в здание, у меня на этого человека как будто внутренний радар стоит. Я знала, что скоро увижу его. Чувствовала с самого утра. По рукам бегут мурашки, сердце отдает где-то в ушах. Перебираю ногами, спеша за подругой, стараясь держать спину как можно ровнее. Я не готова к встрече с ним, только не сегодня, только не сейчас. Не смотреть, не видеть. Скрыться в толпе в коридорах университета, главное, чтобы он меня не заметил.

Только завернув за угол, который скрыл нас от людей, оставшихся в холле, смогла выдохнуть. Оказывается, я задержала дыхание, теперь пытаюсь его восстановить судорожным вдохом. Мне казалось, я смогла через это переступить.… Оставить в прошлом. У меня теперь все хорошо. Без него мне было хорошо!

– Все нормально? – Маша внимательно всматривается в мое лицо, осторожно касаясь моей руки.

– Да. Все просто чудесно.

Вру.

Машка знает об этом, поэтому не отпускает мою руку, лишь чуть сжимает, ободряюще улыбаясь.

2 Глава

– В армию я обязательно схожу, но сначала не помешает получить диплом, – лениво растягивая слова, произносит родной голос.

– О. Это зачет. А у меня плоскостопие, – гогочет Алексей.

– Скажешь, тоже, Леша. Я вот еле уговорила Кира отложить службу на год-другой, – манерно хихикает Нелля Абрамова, голос нашей «Мисс университет» можно узнать по писклявым ноткам из тысячи других.

 Меня часто начинает подташнивать, когда я ее слышу, и сейчас не исключение. Морщусь, вспоминая холеную блондинку с хищным взглядом. По всей видимости, Морозов до сих пор везде с собой берет свою девушку. Мы с Тамарой ходим парой – это про них. Всегда вместе, с тех пор как начали встречаться два года назад.… Тогда я получила двойной удар по моей и так не слишком высокой самооценке, но ничего, пережила.

Кузнецов громко рассмеялся, но я все же расслышала тихий ответ Кирилла:

– Помолчи, Нелля.

– А что я такого сказала? – возмущенно ответила она.

Не очень далеко мы от них отошли, раз до сих пор слышно так хорошо. Маша хочет остаться послушать, вижу по ее блеснувшим любопытством глазам, но я настойчиво дергаю ее за рукав.

Мне это больше не интересно.

– Идем уже! – шикаю на подругу.

– Где пропадал этим летом? – переводит тему Леша. – Я не видел, тебя, кажется, с весны.

– То тут, то там.

– Отдыхал?

– Типа того.

Голоса приближаются, но я уже не вслушиваюсь. Мы взбегаем по лестнице на второй этаж и под звук каблуков Машки, которые разносятся в полупустом коридоре, устремляемся в сторону деканата.

– Подождешь меня тут? – спрашивает подруга, хватаясь за ручку двери.

– Ага.

На телефон пришла пара сообщений, нужно ответить. Я подпираю плечом холодную стену, пролистываю чаты. Прошу одногруппников поторопиться, если хотят получить книги сегодня. Улыбаюсь, разглядываю, сообщения от контакта по имени «Тони», он обещает вернуться через пару дней, намекает на встречу.

Решаю его поддразнить:

«Что мне за это будет?»

Тут же в ответ присылает фотографию моего подарка, и я улыбаюсь еще шире, высылаю пару сердечек и закрываю чат.

Последние два сообщения самые важные. От «Захарки» с напоминанием о предстоящем собрании на этой неделе и от «Мамы», она просит купить на обратном пути продуктов домой.

Еще немного побродив по социальным сетям, убираю телефон в карман и вздрагиваю от неожиданности.

Прямо напротив меня, сложив руки на груди, стоит Морозов.

Сердце сбивается с ритма, пропустив удар.

Мы скрещиваемся с ним взглядами и одновременно отворачиваемся. Он о чем-то тихо переговаривается с Лешей. Неллю нигде не видно.

Давно он здесь? Почему я не заметила, как они подошли? Так сильно была увлечена телефоном? Раньше на меня его появление в радиусе пятнадцати метров действовало как маяк на заблудившийся в темноте корабль. Из всей окружающей меня толпы я легко выделяла его. Даже с моим зрением минус пять без очков и линз я могла узнать его со спины. Сейчас же пропустила момент, когда он появился в двух метрах от меня. Меня это удивляет и придает уверенности.

 Сердце уже стучит ровнее, мысли проясняются. Все идет своим чередом, я живу дальше.

Мне кажется, он опасается меня. Раньше бы я уже подлетела к нему и принялась задавать глупые вопросы в попытке обратить на себя внимание. Я не собираюсь с ним разговаривать, у нас уговор, и нарушать его не планирую. Он выполнил свою часть, поэтому я не без труда выполняю свою. Украдкой поглядываю, в этом не могу себе отказать.

Красивый. Не смазливый, красота у него особенная, заставляющая задержать взгляд дольше чем нужно, каждая девушка в университете так или иначе обращала на него внимание. Многие хотели быть на месте Нелли рядом с ним, и я не исключение… Раскосые глаза указывают на экзотические корни со стороны его матери. Темные брови, он всегда как будто немного хмурый, русая челка, спадающая на высокий лоб, самые красивые серые глаза. Холодные. Фамилия Морозов ему очень подходит. Как много я бы в свое время отдала для того, чтобы растопить лед в его глазах. Сейчас они кажутся особенно колючими. Мы опять встречаемся взглядами, на этот раз я отворачиваюсь первой.

– Чего уставилась, Засимова? Все еще нравится мой парень?

Голос Нелли отрезвляет, заставляет дернуться и посмотреть в ее сторону. Откуда она тут взялась? Ведь не было ее.

– Вот еще, – фыркаю, но поздно ставить барьерные щиты, мое лицо пылает пунцовой краской. Я всегда легко краснею. Хорошо, что в университетских коридорах второго этаже полумрак, здесь почти нет окон.

– Врать не хорошо. Ай-яй-яй.

Нелля звонко смеется и грозит мне наманикюренным пальчиком правой руки. Левой она собственнически обнимает Морозова за талию, победно глядя в мою сторону, и у меня второй раз за это утро подкатывает к горлу тошнота. Ненавижу ее. Каждый раз это превосходство в ее глазах, жестах, интонации. Хуже врага может быть только бывшая подруга, переметнувшаяся на другую сторону.

– Отстань от нее, – резко говорит Кирилл.

– Защищаешь свою маленькую фанатку, милый? Иногда я забываю какой ты у меня супергерой.

Самое паршивое в моей ситуации то, что каждый человек в университете старше первого курса знает, как я отношусь к Кириллу Морозову. От этого уже не отмыться, но постараюсь.

Кирилл смотрит мне в глаза короткое мгновение и, не отводя взгляда, наклоняется к своей девушке за поцелуем. Мое лицо непроизвольно кривится, а его губы изгибаются в усмешке, когда он прижимается ими к губам Нелли. Эта демонстрация для меня, чтобы не забывала, где мое место. Тяжесть в груди нарастает, как волны на море. Вот только недавно было спокойно, полный штиль, а спустя мгновение штормит.

Хочется уйти.

Уже почти разворачиваюсь на пятках, как откуда-то изнутри поднимается возмущение. Я не забитая серая мышка, гордость у меня есть, и унизить меня не так просто, просто влюбилась когда-то давно не в того парня. Вот и терпела все его выходки.

Вздергиваю подбородок и расправляю плечи. Что было – то было. Этот учебный год я планирую провести по-другому, а не бегать по пятам за Кириллом Морозовым. Поэтому даже не отворачиваюсь от целующейся парочки и с каким-то мучительным удовольствием за ними наблюдаю.

– Фу. Снимите номер! – говорит Маша, становясь рядом.

– Обязательно, Иванова, – отлипнув от своего парня, произносит Нелля. Кирилл уже спокойно вернулся к разговору с Лешей, как будто и не прерывал его.

– Что вы здесь делаете? – спрашивает Маша.

– То же, что и вы, за расписанием заехали.

Нелли демонстрирует исписанный белый лист.

– Ты восстановился на учебе, Кирилл? – невинно интересуется моя подруга.

– Ага, – следует неохотный ответ.

– Какой курс?

– Пятый.

– А группа?

Мне хочется пихнуть Машу локтем в ребра, чтобы прекратила поддерживать эту искусственно дружескую беседу, собеседники которой друг друга ненавидят. Что за допрос она тут устроила?

– С Кузей буду учиться. – Кирилл кивает на Лешу, тот расплывается в обольстительной улыбке, адресуя ее Маше, которая в ответ закатывает глаза.

Нелле, видимо, тоже не нравится это любопытство, поэтому она перетягивает нить разговора на себя. Какое-то время мы стоим и слушаем про ее невероятные каникулы на берегу Черного моря. В разговоре больше участвует Леша, который отдыхал где-то там же. Маша вежливо кивает и вставляет какие-то реплики. Они с Неллей что-то типа заклятых подружек, вечный режим холодной войны и натянутых улыбок. Мы же с Абрамовой, напротив, никогда не скрываем неприязнь, но у нас свои счеты.

Мне немного надоедает стоять на одном месте, поэтому подхожу к стендам на стене, на которых все еще красуются стенгазеты прошлого года. Мысленно делаю себе пометку пнуть редактора газеты, чтобы в течение первой учебной недели сделали новый выпуск. Пора заменить эту макулатуру.

Рассматриваю яркие фотографии студенческой команды по волейболу, которые заняли в том году первое место на региональных соревнованиях, когда неожиданно слышу тихий голос над ухом:

– На кого ты там любуешься, Дашка? Я же здесь.

3 Глава

– Каким же ты бываешь мерзким, Морозов, – цежу сквозь зубы, отшатываясь от парня.

Удивляюсь на мгновение, что Нелля выпустила его из поля зрения, еще и разрешила ко мне подойти. Не думаю, конечно, что он ждет от нее разрешения на общение со мной. Но она всегда выступает против. Как будто видит во мне соперницу. Хочется рассмеяться. Если бы я была ей соперницей, то давно бы обратила внимание Кирилла на себя. А так мы уже семь лет играем в эту игру, где он убегает, а я догоняю и никак не догоню.

Прикрываю на секунду глаза. Все ведь так хорошо начиналась. Я и не могла предположить, что первая влюбленность в незнакомого парня, случайно столкнувшегося со мной в школьном коридоре, перерастет в чувство, от которого никак не убежать и не скрыться уже на протяжении стольких лет. Я превратилась в одержимую, которая сама себе становится противна.

– Но я же тебе нравлюсь и таким, – мурлыкает Кирилл, оттесняя меня к лестничному пролету.

За его спиной остаются болтать Машка с Неллей и Кузнецовым. Не знаю, специально или по счастливой случайности, Леша стоит так, что загораживает от девчонок нас с Киром.

– Не льсти себе. Это в прошлом. – Пытаюсь словесно отбиваться, если начну махать руками по-настоящему, сразу привлеку к нам внимание.

– Да? С каких пор, Засимова?

– С тех самых. С весны, – голосом давлю на последнее слово.

Красивое лицо напротив искажается гримасой злости. Парень бесцеремонно хватает меня за локоть и почти силой тащит в сторону темного закоулка на лестнице. Делаю вялые попытки вырваться из захвата, не понимая, что ему от меня нужно. Я совершенно не помню, прикасался ли ко мне Кирилл когда-нибудь первый, до этого момента.

– Ай! Мне больно.

– Потерпишь, – шикает на меня Морозов.

Он разворачивает меня спиной к стене, сам устраивается напротив, беря меня в плен своих рук, расположенных по обе стороны от моей головы.

Я бы решила, что это довольно романтичная обстановка. Полумрак коридора, я прижата к стенке, парень моей мечты в пятнадцати сантиметрах от моего лица, еще чуть-чуть, он наклонится и поцелует меня… Но это не моя реальность. В настоящем от Кирилла исходят волны злости, они почти осязаемы. Воздух между нами накаляется и совсем не от страсти. Здесь вокруг нас мой страх и его недовольство.

– Дай сюда свой телефон.

– Что?

– Что слышала. Давай.

– Я никому ничего не показывала. И не рассказывала. Мы же договорились, – произношу быстрым шепотом произношу. Сама немного подаюсь вперед к нему. Неужели я его совсем не волную? «Посмотри же на меня, – кричит все внутри. – Как на девушку посмотри».

– Хотел бы я поверить тебе на слово, Засимова. Но ты так достала меня за все это время. Давай сюда свой телефон, или мне придется достать его самому. Хочешь, чтобы я пошарил в твоих кармашках?

Его глаза сужаются, и он проходится взглядом по моему худенькому телу с ног до головы, как бы прикидывая, где я могу спрятать смартфон. Мне скрывать нечего. Поэтому достаю телефон и вкладываю в протянутую руку. Получив желаемое, Кирилл сразу отходит от меня на пару шагов.

– Пароль.

– Не удаляй ничего.

– Я сам решу. Пароль.

Безвольно произношу заветные шесть цифр и откидываюсь головой на холодный бетон. Сквозь тонкую блузку чувствую холод стены. По телу бегут мурашки, и мне хочется обхватить себя руками. Я уже знаю, что сделает Морозов, остается лишь смиренно наблюдать за метанием его пальца по сенсорному экрану.

Наши переписки – это немногое, что было лично мое. Не знаю, чего он так боится. Может, того, что я покажу их Нелле и похвастаюсь, что в момент своей слабости он делился со мной, а не с ней?

Я бы так никогда не поступила.

– Готово.

Я получаю свой телефон обратно. Понуро опускаю голову, не хочу видеть Морозова. У него другое мнение на этот счет. Кирилл хватает пальцами мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Ты была хорошей девочкой, вот и оставайся ей дальше, только подальше от меня.

– Я помню про уговор. Ты выполнил свою часть, я выполню свою.

– Вот и отлично.

После этих слов Кирилл исчезает за поворотом, я остаюсь одна на лестничном пролете. За стеной слышны голоса ребят. У меня нет никакого желания выходить из своего укрытия и присоединяться к ним, как будто ничего и не было. Поэтому пишу Маше сообщение о том, что буду ждать ее одну в библиотеке, и сбегаю по ступенькам вниз.

Он все удалил. Я проверила.

4 Глава

В библиотеке мы, как и предполагалось, пробыли недолго, уже через полчаса, нагруженные книгами, вышли на крыльцо из университета. Машка под тяжестью ноши неустойчиво покачивалась на шпильках. Одной рукой придерживала книги, а другой пыталась вызвать себе такси.

– Не надо было так быстро Кузнецова отпускать, отвез бы нас по домам, – бубнила подруга, набирая в приложении свой и мой домашний адрес.

Мысль была хорошая. Однако поздно вызванивать Лешу, его вульгарно красной мазды на парковке уже нет. Зато до сих пор стоит синяя бэха Кирилла. Ее владелец как раз спускался по ступенькам мимо меня вместе со своей университетской королевой за руку.

Грустно вздохнув, отворачиваюсь от их спин, краем глаза успеваю заметить движение головы Кирилла в мою сторону. Но когда тут же возвращаюсь взглядом к нему, вижу, что мне это лишь показалась. Скоро мои фантазии на тему этого парня будут превращаться в галлюцинации. Надо что-то менять. Тем более он мне весьма доходчиво объяснил, что мы не сможем никогда быть вместе. Еще и наш уговор. Зачем только подписалась на это.… Хотя в тот момент сделала бы что угодно, чтобы вытащить Кирилла из той эмоциональной ямы, в которую он свалился.

– Вызвала! Белый рено через семь минут! – восклицает над ухом Маша, а потом тут же спрашивает: – Когда возвращается Антон?

– Сказал, на этой неделе.

– Сколько вы не виделись?

– Он уехал в январе, это значит, почти девять месяцев. – Я перекидываю каштановые волосы с одно плеча на другое, оголяя шею, на улице очень жарко. Надеюсь, в машине будет кондиционер.

– Хочу тоже на Бали, – вздыхает Иванова.

– Много хочешь, – ухмыляюсь я, разворачиваясь к подруге.

Она нацепила на свой хороший вздернутый носик фирменные солнечные очки, которые скрыли за темными стеклами ее зеленые глазищи.

– Вот Кузнецов достаточно богат ведь, но вместо Бали почему-то третий год, что мы его знаем, ездит с палатками в Крым.

– Нравится там ему, вот и ездит, – пожимаю плечами, – у каждого свои предпочтения.

– Тебе не кажется странным, что Нелля туда же ездит, причем одна, без Морозова? – доверительным шепотом спрашивает Маша.

Я в шоке разворачиваюсь к ней.

– Что?

Та приспускает очки и загадочно подмигивает. Ей смешно, а у меня внутри все остановилось. Кирилл любит эту девицу. Он не раз мне об этом говорил. Да и отношения их, начиная с первого дня знакомства, развивались у меня на глазах.

– Ты что такое говоришь? Ты намекаешь… – Я тоже опускаюсь до шепота. – Она изменяет Кириллу?

– Я такого не говорила, но выглядит подозрительно.

– Ты поэтому с Кузей не хочешь в кино идти? Думаешь, он с ней еще мутит?

– Не-е-е, Кузнецов, думаю, все-таки мой. – Маша мечтательно улыбается, видимо, вспоминая Леху. – Может, так и быть, схожу с ним в кино. А вот друг его, Жека, который часто на звуке сидит на концертах, он ведь всегда около Абрамовой крутится.

В голове не укладывается. Я никогда не думала об их паре с этой стороны. мне казалось, у них полная гармония, они, чего уж кривить душой, идеально подходят друг другу. Даже чем-то похожи между собой, и у них много схожих интересов. Я-то знаю. Абрамова когда-то была моей подругой. А про Кирилла знаю все уже очень давно.

Господи, надо что-то с этим делать. Мои походы к психотерапевту пока не дают никакого результат. Я уже не знаю, что сделать, чтобы избавиться от чувств к этому парню. Меня саму они не радуют, приносят только мучения и боль. Я как сталкерша преследую его с тринадцати лет. Иногда бывали просветления в сознании, но недолго.

Машка и мой психотерапевт говорят в один голос, что мне нужно переключиться. И я честно пытаюсь.

У меня даже парень есть…

С Ромой я познакомилась весной, как раз в момент просветления и до эмоциональной ямы Кира. Хороший парень, не хватающий звезд с неба, такой, как нужен, чтобы не зависнуть на нем, а просто отдохнуть душой рядом. Мне было с ним интересно, комфортно, а еще очень удобно. Видимся мы мало, он учится в военном училище, и увольнительные у него крайне редко, но мне хватает. Есть походы в кино, вечерние переписки, утренние пожелания доброго утра, букеты по праздникам. Он симпатичный, добрый парень, и меня немного напрягает, что кроме симпатии я не могу предложить ему ничего большего. Может, и неправильно его обманывать и держать рядом с собой, но мне тоже как-то надо жить дальше, если парень моей мечты не может быть рядом.

Как много раз я думала, что очередной мерзкий поступок Кирилла меня отрезвит и я одумаюсь, перестану к нему что-то чувствовать. Возненавижу. В конце концов, сколько можно любить безответно? Чувства должны иметь какую-то подпитку со стороны, мои же в последнее время подпитываться только в голове.

Кирилл никогда меня толком не отталкивал до последних событий. Да, не любил, да, встречался с другой, но у нас было что-то похожее на дружбу. Он позволял мне быть в его жизни. Какая роскошь с его стороны, да?

Хочется уже испытать что-то другое к нему. Хочется научиться стоять за себя и не выглядеть безвольной овцой.

А что я делаю вместо этого?

Придя домой и скинув учебники на кровать, первым делом открываю ноутбук и нахожу страницу Морозова в социальной сети. Конечно, мои официальные аккаунты у него все в черном списке, поэтому у меня есть пара фейков. Один даже у него в друзьях.

Какое-то время я занималась фотографией и выставляла свои работы под псевдонимом, с этой страницы к нему и постучала. И – о чудо! – он добавил! И даже пару комментариев написал. Моему счастью не было предела…

Роняю лицо в руки, качая головой из стороны в сторону. Зачем мы встретились вообще? Чтобы мучить меня?

Этой весной все было прекрасно. Новый парень, который смог меня заинтересовать, на немного отвлечь, теплая погода, пару предметов мне поставили автоматом, и приближение сессии совсем не пугало. А потом раздался тот ночной звонок. Я до сих пор не понимаю, почему он набрал именно меня, а не Неллю или еще кого-то. Я пришла по первому его зову. Мы, конечно, поругались, но потом все же наладили контакт. Договорились. Я от него отстану, если он выполнит пару моих условий. И, видимо, так хотелось от меня отделаться, что он сделал все, что я попросила. Его появление сегодня в университете тому подтверждение. Я тоже сдержала свое слово, мы больше не виделись. Я ему не писала и не звонила.

Кирилла-то, может быть, и вытащили наши переписки оттуда, куда он так стремительно падал, меня же утащили на самое дно. Мне не хотелось ни видеть, ни слышать Рому. Я не могла терпеть его прикосновения, поцелуи. Хотя он был совсем не ненавязчивый и даже держался на каком-то расстоянии со мной всегда. Мы не виделись уже где-то месяц, но созванивались и перекидывались сообщениями. Он не дурак, понимает, что я к нему не тянусь, как прежде. Сейчас передо мной остро стоит выбор: либо дать моим провальным отношениям еще один шанс, либо махнуть на них рукой.

5 Глава

– Даша, есть будешь? – Мама заглядывает в комнату, вытирая руки о кухонное полотенце.

По квартире разносятся потрясающие ароматы. Она сдержала свое слово и приготовила нам ужин. Эта такая редкость в нашем доме. Мама много работает, мы почти не видимся, и последнию пару лет готовка на мне или на поваре из ближайшего ресторана.

– Да, конечно. Переоденусь только.

– Давай побыстрее, а то остынет все!

– Олег уже пришел? – интересуюсь я, не слышала, хлопала ли входная дверь.

– Подъезжает.

Несмотря на занятость мамы и отчима, у нас хорошие отношения. Мы самая обычная российская семья. Мама бухгалтер в одной из больниц города, отчим работает там же хирургом. С родным отцом мать развелась давно, мне было девять лет. Не знаю подробностей, что у них приключилось, вроде никто никому не изменял, но сейчас общаются они довольно холодно. На наших с папой отношениях это не отразилось. У отца давно своя семья и две маленьких дочки. Вот такой папа у меня, исключительно по девочкам оказался.

До восемнадцати лет он исправно платил алименты и вывозил меня на море вместе со своей новой женой и ее детьми. С ними я тоже поладила. Сейчас получаю от отца раз в месяц солидную сумму на карманные расходы. В общем, в этом у меня нет никакой драмы. Отношения с родителями стабильные, несмотря на развод.

Я принимаю быстро душ, на улице все еще стоит удушающая жара, тело покрывает липкая испарина, и постоянно хочется освежиться.

Расчесываю пальцами мокрые волосы, оставляю их рассыпанными по плечам, с них бегут мокрые дорожки по обнаженной спине. Смотрю в зеркало, слегка сморщив нос. Не то чтобы я себе не нравилась, но внешность довольно заурядная. Густые шоколадные волосы и слишком бледная, почти прозрачная, не тронутая загаром кожа. Получается контраст светлого и темного. Глаза мне мои нравятся, карие. Из-за темных волос у меня густые широкие брови красивой формы и пушистые ресницы. Я могу не пользоваться косметикой, но с ней кажусь себе более яркой, выразительной.

Один раз Кирилл назвал меня красивой, мне тогда было шестнадцать, и мы праздновали его восемнадцатилетние у меня на лавочке во дворе. Вдвоем. Как видите, у Морозова тоже бывали насчет меня просветления. В тот год мы общались довольно близко. Я даже была один раз у него в гостях. Это подняло меня на седьмое небо от счастья, дало надежду. Парень ведь не проводит с девушкой время просто так, если она ему не нравится? Зато потом резко опустило на землю, когда он пропал почти на два года… В следующий раз мы встретились уже в университете.

Да, я долбанная сталкерша, выбрала тот же вуз, где учился он. Хорошо, хотя бы додумалась и выбрала специальность ту, которая ближе мне, а не пошла за ним на кафедру автоматики математического моделирования. Зато расписание его группы знала наизусть до того момента, пока Кирилл не ушел в прошлом году в академический отпуск. Тогда-то я и смогла свободно дышать и даже обратила внимание на Рому.

Может, сменить университет? Вряд ли он заметит мое исчезновение.

Со злостью отворачиваюсь от зеркала. У меня огромные планы на этот год. И Кирилл их не испортит. Мы договорились, что я от него отстану, и надо себя чем-то по уши занять, для того чтобы не сорваться и не написать ему, например, первой. Если напишет первый он, то договор автоматически аннулируется. Об этом я не могу даже мечтать.

Натягиваю домашнюю одежду на тело, на губы улыбку и выхожу из ванны.

Олег уже пришел. Они вместе с мамой воркуют на кухне, о чем-то тихо переговариваются, когда я вхожу, резко замолкают. Моя улыбка вянет.

Что-то случилось?

– Вы чего? – спрашиваю настороженно.

– Почему сразу что-то случилось, – удивляется мама, – садись за стол.

– Вы так напряглись, когда я зашла.

– Не выдумывай.

Пожимаю плечами и плюхаюсь на ближайший стул. Рот сразу наполняется слюной, оказывается, я очень голодная. Окидываю взглядом стол и вздергиваю бровь: для обычного семейного ужина в будний день слишком празднично. Мясо по-французски с толстым слоем сыра, как я люблю. Картофельное пюре, овощной салатик и нарезка из сыра и колбаски, бутерброды с икрой.

– Ма-ам?

– Ой, ничего от тебя не утаишь! – возмущенно всплескивает руками мама, а отчим загадочно улыбается. – Олегу предложили работу в Германии!

– Вау, – выдыхаю восхищенно, – поздравляю!

Кидаюсь обнимать отчима, осыпая поздравлениями. Он очень крутой лицевой хирург в нашем городе, много ездит на различные обучения и конференции за границу. В последней раз в Чехии познакомился с представителями одной из клиник Германии, сдружился с их главным врачом. О том, что он посылал свое резюме, я знала, не так давно он летал туда на первый этап собеседования, показывал свои работы и присутствовал на операциях ведущих хирургов, но не думала, что ответ придет так скоро.

– Еще, конечно, много этапов предстоит, – говорит Олег за ужином, – но главное, меня уже приняли, выслали приглашение. Теперь надо подумать над вашими с мамой визами.

– Что? – непонимающе хлопаю глазами.

– Я уйду с работы, чтобы поехать вместе с Олегом, мы же семья. И ты поедешь с нами, – улыбается мама.

Я все еще сижу с округлившимися от услышанного глазами. В руках застыла вилка с нанизанным на нее мясом, а кусок, которой я жевала, никак не проглатывался. Не думала, что моя шальная мысль про университет может исполниться столь скоро.

– В смысле? А учеба? Семестр ведь только начинается!

– Дочь, у нас есть еще время обо всем подумать. Если сейчас не получится уехать, то к новому году точно нужно будет решить этот вопрос. Ты только представь, какое там можно будет получить образование. Какие перед тобой откроются возможности! – Мама мечтательно устремляет взгляд поверх моего плеча, а меня передергивает.

– Это, конечно, все замечательно, но есть одно «но». Я не знаю немецкий. И вряд ли выучу его за полгода. Ты слышала, как они говорят? Язык сломаешь. Извини, Олег!

Отчим хмыкнул и отмахнулся от меня.

– Зато знаешь английский, – продолжает наседать на меня мама.

– Последние два года я им почти не занималась, все уже забыла!

Английский я правда знала, в школе, где я проучилась одиннадцать лет, его преподавали с первого класса. Мне попалась сильная учительница, и к концу одиннадцатого без всяких репетиторов и дополнительных занятий весь наш класс неплохо говорил на английском. С тех пор прошло два года, в универе иностранный язык был только на первом курсе, одна пара в неделю. Да и некогда мне было им заниматься.

– Давай запишем тебя на курсы, подтянешь язык, – встрял в разговор Олег.

Я скорчила недовольную физиономию и уставилась в тарелку.

– Я подумаю.

– Даш, предложение о работе я уже принял, переезда не избежать.

У Олега были немецкие корни, поэтому он так стремился получить работу именно в Германии. Хотел вернуться на историческую родину и перетянуть туда маму. Она всегда мечтала о том, чтобы переехать куда-нибудь, стремилась к лучшей жизни, и, по ее мнению, в Германии жизнь намного лучше. Язык она тоже, кстати, не знает, не понимаю, на что она там рассчитывает. Сидеть дома? О том, чтобы переезжала я, никогда не было и речи, хотя, может быть, родители и подразумевали это с самого начала. Но я как-то в легком шоке, кроме учебы у меня тут отец, сестры, Машка, Кирилл… Последний, конечно, будет только рад моему отъезду.

Новость, которая сначала казалась потрясающей, по окончании ужина просто вышибла у меня почву из под ног.

Родители весело переговаривались, строили планы, прикидывали, когда лучше и как осуществлять переезд. Что делать с вещами, как поступить с квартирой. Я методично пережевывала еду, не чувствуя вкуса думая о том, как в один миг моя жизнь изменилась. Еще утром у меня были свои планы, в которые вмешался сначала Кирилл, вернувшийся на учебу, а теперь отчим, которого взяли на работу, исполнив тем самым его мечту. Нет, я, конечно, рада за него и маму.

Что делать мне? Слепо последовать за ними или бороться за свою уже устоявшуюся жизнь? Есть ли то, за что мне бороться?

6 Глава

Первого сентября по традиции идет дождь. Еще вчера все умирали от изнуряющей жары, а сегодня вместе с Машей кутаемся в легкие кожаные куртки. У нее черная, у меня коричневая.

Линейку в университете проводят только для первокурсников. Они возбужденной толпой скопились на лужайке под центральными дверями. Кто-то под зонтом, кто-то просто стоит под деревьями. Возбужденный гул разносится по двору. Новые студенты волнительно переговариваются, знакомятся, смеются. В отличие от них нас сегодня уже ожидают первые пары.

позже я собираюсь найти свою группу перваков и познакомиться с ними, объяснить, что и как в универе, провести всеми коротким дорогами и рассказать про самых требовательных преподавателей. Еще поделиться диском с лекциями и пригласить принимать активное участие в студенческой жизни университета. Не все, конечно, согласятся, кто-то пришел сюда просто грызть гранит науки, а кто-то будет развлекаться вне стен университета.

Мне нравится именно дух студенчества, витающий в студгородке и университете. У нас свои строительные отряды, свои звездные отряды. Команды КВН, лагеря, танцевальные коллективы, вокалисты, которые поют просто потрясающе, спортсмены, которые занимают первые места на соревнованиях, своя газета и радио, много всего. Жизнь в университет кипит не только на лекциях и семинарах, но и после них. Мне нравится в этом вариться.

– Смотри, завтра организовывают студенческую вечеринку для первокурсников. – Машка выхватывает у какого-то рыженького паренька флаер и теперь призывно им размахивает. – Пойдем, погремим костями?

– Что-то не хочется. Может, когда Антон приедет.

– Когда приедет Антон, сходим еще раз. Ну пожалуйста! Это же первокурсники! Нас никто не знает среди них, можно повеселиться.

Мы продираемся через толпу студентов, ближе к входу в здание. Толкаемся локтями, прокладываем себе путь.

– Так говоришь, будто собираешься делать что-то непристойное. Видимо, после этой вечеринки о нас узнают все. Ты этого хочешь? Мне и так славы хватает.

– Никаких непристойностей, просто танцы. Давай позовем Кузнецова, пусть возьмет с собой друга?

– У меня есть Рома, – серьезно произношу.

Изменять своему парню, которого хоть и не люблю, пока мы вместе, не планирую.

– И где он?

– В смысле? Они еще с начала августа учиться начали. Я тебе говорила.

– Когда ты нас познакомишь? Иногда мне кажется, что твой Роман мифический и ты его выдумала, чтобы все от тебя с Морозовым отстали.

– Маш, – предостерегающе начала я.

Понимаю, она шутит, и я бы посмеялась вместе с ней, только впереди виднеется белокурая макушка Мисс Университет. Наверное, ее уши настроены на наши голоса, иначе как объяснить то, что она тут же останавливается и оборачивается.

Щурит свои огромные синие глазищи и с ехидной усмешкой замечает:

– У тебя что, парень появился, Засимова?

– Не твое дело, – огрызаюсь я.

Давно дала себе установку не отвечать на ее нападки и так же давно не могу это сдержать.

– Ого! А что он думает по поводу твоего помешательства на моем парне?

– Он ничего по этому поводу не думает, потому что никакого помешательства больше нет.

Нелька в голос смеется, привлекая к нам все больше внимания любопытной толпы. Речь ректора не столь интересна, как перебранка двух соперниц. Мне не хочется продолжать с ней разговор, но и трусливо сбежать я не могу.

– Не верю, уж прости, – ехидничает Нелля.

– Не прощаю.

– Что ты сказала?

– Что слышала, – отрезаю я.

– Раз ты такая смелая стала, приводи своего мальчика на вечеринку первокурсников. Хочу посмотреть на того, кто, наконец, тебя вылечил от моего парня. Вот покажешь нам его, глядишь, отстанут все от тебя, – говорит моя бывшая подруга, – проверим твои слова.

Я покрываюсь пятнами от ее слов. Рому я не стесняюсь, мне он нравится, все при нем и шутки у него классные, я смеюсь над ними. Иногда. Но приводить его напоказ, как скакового коня, на радость всему университету никогда не планировала. Мне это кажется мерзким.

– А если не приведу? – Вздергиваю подбородок и выдерживаю прищуренный взгляд стервы напротив.

Недаром у нее, кроме меня, подруг никогда и не было. Мерзкий характер, скрываемый под ангельской внешностью. И как ее терпит Кирилл? Что он в ней нашел?

– Узнаешь, – бросает Нелля.

– Думаешь, я тебя боюсь? Попробуй меня напугать.

Что она может мне еще сделать? Думаете, кто растрепал всему университету о моей безответной любви? Все она, моя бывшая подружка.

9

– Эй, хватит. Пофиг на нее.

Машка ловит мой локоть, пытаясь остановить. Я резким движением сбрасываю ее руки. Понимаю, что мы собрали полно зевак, завороженных нашей перебранкой, но ничего не могу с собой поделать. Нелька меня завела. Делаю шаг в ее сторону и еще один. Наступаю, как хищник на свою жертву. Показываю, что она мне не страшна. Не кинется же она мне волосы выдирать при толпе людей и ректоре, вещающем со сцены? Слишком дорожит своей идеальной репутацией. Мне терять нечего. Я, может, вообще здесь скоро учиться не буду.

Вижу, как ее глаза расширяются и начинают в панике бегать по сторонам.

Пятится от меня, а я делаю еще шаг к ней, подходя почти вплотную.

– Что ты мне сделаешь, если я не приведу своего парня на вечеринку? А?

Она дышит, как паровоз, заламывая руки. Ноготки аккуратные, наманикюренные, покрыты красным лаком. Всегда идеальная. Мисс Университет. Моя бывшая подруга. Девушка моего любимого. Я знаю о ней все! У всех есть скелеты в шкафах, и у нее их целая коллекция.

Я просто добрая и хорошая, а еще пью успокоительные и хожу к психотерапевту. Не люблю играть грязными методами. Но если меня обижать, будь готова к тому, что расцарапаю тебе лицо. У меня тоже на ногтях маникюр, бежевый. Люблю нейтральные оттенки и закругленную форму.

– Что, нечего сказать, королева? Язык проглотила?

– Отстань от нее, Даш, видишь, побледнела, лицо боится потерять. Выдыхай, Абрамова. Никто тебя бить не будет, – усмехается Машка.

Студенты, наблюдающие за нашим диалогом, тоже смеются. Любишь быть в центре внимания, Нелля? Вот тебе зрители.

– Привет. Что я пропустил?

Вот и главный подошел. Некоронованный король университета при своей королеве. Перевожу злой взгляд на Морозова. Жду от него какого-нибудь едкого комментария. Он молчит. Разглядывает свою девушку и меня, стоящих друг напротив друга, и, видимо, складывает два плюс два.

– Я же сказал тебе не лезть.

Вздрагиваю от его грубого голоса и втягиваю шею. Хочу по-детски обидеться и сказать, что я и не думала лезть к его второй половине, она первая начала! Но обращался он не ко мне. Буравит тяжелым взглядом свою девушку. Хмурится, и я вижу, как пухлые губы сжимаются в тонкую линию. Он защищает меня?

– Кирилл… – выдыхает Нелля, хлопая накрашенными ресницами.

– Что непонятного было в моей просьбе? Чем меньше ты ее трогаешь, тем меньше она трогает меня.

Вот теперь все нормально. Мне просто показалось, что он принял мою сторону. Когда такое было? Я уже и не помню, если и было, то очень давно. Когда мы еще дружили или искусно создавали видимость дружбы.

Машка подталкивает меня в спину. Отличный шанс уйти со сцены этого спектакля, пока голубки заняты друг другом. Я понимаю ее намек и, так как стою ближе к дверям университета, первая делаю шаг.

Кирилл неожиданно вырастает на моем пути, отойдя от Нелли на пару шагов. Я не успеваю затормозить и врезаюсь в него. Меня вмиг окутывает его запах. Хвоя и цитрус. Хочется зажмуриться, вдохнуть поглубже и прижаться к широкой груди, скрытой под тонким джемпером оливкового цвета. Конечно же, я этого не делаю.

Отскакиваю от него, как шарик от стены, быстро и сразу в другую сторону. Округляю глаза.

– Даша, – тихо, на выдохе, чтобы могла расслышать только я.

Меня от его голоса прошибают пот и озноб одновременно. Что ему нужно? Он сам шагнул ко мне, это не я спровоцировала, но боюсь, что даже такую простую сцену он обсмеет и выставит меня своей глупой фанаткой. Я такой и являюсь, что уж отрицать. Одержимой, безответной влюбленной. Просто хочется сохранить хоть толику гордости. И вконец не разочароваться в предмете мой любви.

Он ведь не злой, не задиристый, просто скрывает себя настоящего за этой маской. Я ведь знаю, какой он на самом деле хороший. Каким он может быть нежным и влюбленным. А еще очень веселый. Люблю его шутки. Всего его люблю. Всегда. И, видимо, навсегда.

Морозов ловит мой испуганный взгляд, и густые брови сходятся на переносице. Не знаю, что уж он увидел такого в моих глазах, но он отступает, уступая дорогу.

– Представление закончилось, расходимся! – взмахивает рукой, разгоняя зевак.

Нелля за его спиной цепляется за его свободную руку, тянет в противоположную сторону от университета.

Мы с Машей, наконец, добираемся до дверей альма-матер. Не могу удержаться и как обычно оборачиваюсь, чтобы бросить последний взгляд на Морозова. Не знаю зачем, видимо, чтобы лишний раз помучиться и напомнить себе, что этот парень не мой. Я всегда оборачиваюсь, а он никогда не смотрит мне вслед.

Кирилл, закинув руку Абрамовой на плечи, растворяется в толпе других студентов, но перед тем, как совсем скрыться из моего поля зрения, я отчетливо вижу, как он оборачивается. Находит меня взглядом, встречает мой. Мы смотрим друг на друга какое-то время, пока Машка опять не толкает меня в спину, прося поторапливаться, за нами собралась уже приличная живая пробка из студентов. Я отворачиваюсь первой.

7 Глава

– Мне нужно в деканат зайти, – говорю Машке утром в четверг, после первых двух пар.

Прошло несколько дней с начала семестра. Потихоньку начинаем вливаться в ритм учебы. Пока преподаватели не особо нагружают, знакомятся, начитывают новый материал. У нас на третьем курсе много новых предметов. Сменилась пара преподавателей. На один предмет так и не поставили еще никого, поэтому у нас сегодня всего две лекции вместо трех.

– Зачем? Хочешь, я узнаю, что тебе нужно? Мне все равно туда журнал отнести надо.

– Нет, в этот раз мне надо самой.

– Ладно, – легко соглашается Маша.

Она еще не знает про мой возможный переезд в Германию, надо сказать, а у меня язык не поворачивается. Пока еще не знаю толком, что делать. Мама с Олегом чуть ли не скачут от радости, я прячусь за натянутыми улыбками, это ведь правда хороший шанс для нашей семьи куда-то вырваться, и не поддерживать их я не могу. Изучила список колледжей в Германии и не представляю, как туда пройду со своим скромным знанием языка. Нужно записываться на курсы, подтягивать английский и понемногу браться за немецкий.

Мы закидываем сумки на плечи и спешим выскользнуть из прохладной аудитории.

– Помнишь, сегодня собрание в профкоме, пойдешь? – спрашивает Маша.

– Да, конечно. Может, ненадолго опоздаю.

– Я тоже пойду.

– Да?

– Хочу попасть в твой лагерь для перваков.

Удивленно вскидываю брови, поворачиваясь к подруге. Она никогда не стремилась участвовать в таких мероприятиях. Что изменилось?

– Зачем?

– Хочется мне, в «Мисс Университета» планирую участвовать, пора подвинуть нашу королеву, или это хочешь сделать ты?

– Нет, я пас. Меня волнует только организация.

– Поэтому везде надо засветиться, чтобы запомнили лучше и голосовали в конкурсе за меня, – улыбается Маша, стуча каблучками по мраморному полу университета.

Она, как всегда, одета во все черное. Рыжие волосы заколоты в высокий хвост. В руках стопка методичек, которую лектор на первой паре попросил взять в библиотеке для следующей пары, журнал группы, куда Маша вносит всех прогульщиков и записывает тему занятий и курсовых, которые кто-то себе возьмет. Она выглядит очень строго, а еще похожа на молодую аспирантку: на носу очки в черной оправе, на губах красная помада. Мне иногда кажется, перебарщивает с яркостью своего образа, но всегда выглядит гармонично и не пошло.

На ее фоне я как обычно бледная незаметная моль. Каштановые волосы волнами лежат на плечах, на лице минимум косметики, из одежды на мне брючки цвета хаки, бежевый кардиган, под которым спряталась обычная белая футболка, на ногах кроссовки. На улице все еще прохладно, но прогноз обещает бабье лето через неделю.

Мы спускаемся по лестнице с четвертого этажа на второй, где расположены деканат и профком. Маша рассказывает о своих наполеоновских планах по завоеванию внимания студентов и преподавателей в борьбе за звание «Мисс Университет». Я ее слушаю и, где надо, киваю. Сама размышляю, успею ли до завтрашней первой пары сходить поплавать в студенческий бассейн.

Неожиданно Иванова замолкает. Слышу девчачий визг. В воздух взлетают методички, журнал. Рыжие волосы мелькнули где-то рядом и пропали. Оглядываюсь в поисках подруги. Вижу ее внизу лестницы. Сидит. Рядом сидит такой же рыжий, как она, парень и мотает головой.

– Эй! Смотреть надо, куда идешь! – кричат на него Машка и пихает ногой.

Ничего не понимая, спускаюсь на пару ступенек, собирая разбросанные методички.

– Сама разуй глаза, обуй ноги! Я тебя задел всего ничего! Равновесие научись держать на своих ходулях, – не остается в долгу парень.

Иванова опять пытается его ударить, но тот ловко ловит ее голые лодыжки и стаскивает с нее обувь.

– Что творишь! Ненормальный! Да я тебе сейчас…

Еще немного – и подруга кинется на него с кулаками.

– Двенадцать сантиметров, куколка! Носи лучше кеды, – рычит парень, потирая побитый бок. На его руках виднеются ссадины. Неплохо так приложился о мраморный пол.

– Сам их носи.

– Я и ношу!

Вытягивает вперед ногу, демонстрируя зеленые кеды. Я смеюсь в голос от того, как Машка морщит нос и пытается добраться до своих туфлей. Парень тоже хихикает, его, видимо, забавляет вся эта ситуация, несмотря на травмы на локтях. Студентов на лестнице нет, только мы втроем. Уже прозвенел звонок, и все разошлись на пары. Как эти двое рыжих нашли друг друга на столь широкой лестнице, не имею понятия.

– Убери от меня свои лапы.

– Я так тебе понравился? Хочешь пощупать? – хихикает парень, укорачиваясь от Машки.

– Иди сюда, гад.

– Маш, может, пойдем? – Представление, конечно, интересное, но дела меня ждут.

– Иди, я догоню. Разберусь только с этим молокососом.

– Кого ты назвала молокососом, куколка? Ты что, такая старая? Называть тебя мамочкой?

Дослушивать не стала. Последнее, что видела, – разгневанную, босую Машку, пытающуюся дотянуться до шеи рыжего парня. Раньше я его не видела. Либо перевелся к нам, либо первокурсник. Пожимаю плечами. Иванова любит приключения и постоять за себя может, справится без меня.

Мне бы кто помог в разговоре с деканом.

Мне везет: Валентин Петрович, а именно так зовут нашего декана, на месте и не занят. Он внимательно выслушивает мой сбивчивый рассказ о том, что я планирую покинуть в течение полугода университет, и как мне лучше это сделать, если пока не уверена в дальнейших жизненных планах. Он советует мне не торопиться и воспользоваться академическим отпуском на год. Возможно, за это время я успею подтянуть язык и освоиться на новом месте. Сдам экзамены в местные немецкие колледжи и со спокойной душой заберу документы из университета. А если все-таки в Германии не сложится, то спустя год смогу вернуться и продолжить обучение. Я внимательно его выслушиваю, благодарю за подсказки и обещаю подумать.

Голова гудит. Впереди маячат просто гигантские перемены. Но мне нужно думать и о том, что творится вокруг сейчас. Поэтому я спешу в профком на собрание, посвященное лагерю первокурсников. Немного опаздываю, декан у нас болтливый, кроме нужной информации поделился историей своего знакомого, который так же переехал по молодости в Германию и неплохо там устроился.

Влетаю в профком, громко хлопнув дверью. Народу внутри уже полно, почти все места заняты. Оглядываюсь, Захарки, председателя профкома не видно. Она всегда опаздывает. С облегчением падаю на единственное свободное место на диван, рядом с Машкой. Надо узнать, чем закончилось приключение на лестнице. Выжил ли тот парнишка.

Напрягаюсь, потому что рядом раздается тяжелый вздох. Даже не оборачиваясь, периферическим зрением вижу, что по другую руку от меня сидит Кирилл собственной персоной.

Как я могла его не заметить в столь маленьком помещении профкома?

Воздух в легких застрял и не хочет выходить, мы опять слишком близко.

8 Глава

Кирилл

У Морозова был паршивый день. Хотя чему удивляться, у него давно не было хороших дней.

Все бесит, все бесят.

Вот и сегодня не смог отвезти Оленьку в школу. Проспал.

– Кир, вставай!

– Кирюша-а-а, – пищала сестра, зная, как он это ненавидит.

Толку ноль.

– Я вскипятила чайник.

– Кофе-е-е готов.

– Кирилл, это не смешно, я опоздаю в школу!

– Первым уроком у меня окружающий мир.

– Ну ладно…

Сестра упорно будила, наконец психанула и вылила на него стакан воды. Он долго ругался, она долго ревела, слова, которые он произносил в порыве злости, напугали бедную девочку. Она надулась и нажаловалась отцу. Тот, конечно, его отчитал, как шестилетку, машину пригрозил отнять. Машину, за которую он сам выплачивает аховый кредит. Нужно было брать тачку попроще, мама плохого не посоветует, зря ее никогда не слушался…

– Я тебя единственный раз попросил отвезти сестру, у меня раннее совещание, что же ты безответственный такой?

– Ты чем занимаешься по ночам, что глаза свои бесстыжие разлепить не можешь?!

– В армию тебе надо, никакой дисциплины.

– Я выслал водителя. Все, некогда мне слушать твои жалкие оправдания, дай Оле трубку.

Как же хотелось вернуться в собственную квартиру, но бросить семью он сейчас не мог. Злился на отца, злился на Олю. Умом понимал, что она в свои семь лет ни в чем не виновата, пыталась до него достучаться, как могла, но злость была сильнее. Кирилл вообще очень много злился последние полгода, нет, год. Злость в нем поселилась от безысходности и пожирала внутри все внутренности, которые скручивались от страха… Сам на себя перестал быть похож.

Станешь тут…

Отца тоже не узнать. Бледная худая тень.

Горько усмехнулся.

Мотнул головой и поморщился от боли в висках. Нужно перестать работать по ночам и купить обезболивающее в аптеке напротив университета. Мало того что не высыпается, так от постоянно сидения за компьютером стали болеть глаза.

Зацепился взглядом за школу сестры, мимо которой только что проехал. Первый урок давно начался. Надеялся, настроение у нее стало получше и она больше не ревет.

Какой же он козлина…

Наорал на ребенка.

Что-то нужно делать с Олькой, как-то найти контакт друг с другом. Слишком большая разница в возрасте, пятнадцать лет. Ему никогда не нужна была сестра. Теперь даже рад, что она есть, такая… похожая на их маму.

У девочки стресс. У него, блин, тоже стресс. Только ему не семь лет, в подушку не поплачешь, укрывшись одеялом и зовя в темноте ночи маму. Каково ему это слышать? Какого ему жить так?

Ударил по рулю и выругался, когда единственное место на студенческой парковке заняли прямо перед его носом.

Что, блин, за день?

– Что за?.. – прищурился и часто-часто заморгал.

Из припарковавшейся машины вышла его девушка.

Брови удивленно поползли вверх. Тачка была ему незнакома. Подруг у Нелли нет, сама так утверждает. Была одна, да сама виновата, раз ее лишилась. Постоянно давит на то, что Кирилл у нее один и больше она никому не нужна, даже родителям.

«С кем же ты катаешься, – бросил взгляд на часы, – в восемь сорок утра, Нелька?»

Нахмурился, провожая взглядом удалявшуюся белокурую фигуру. Высокая, статная, красивая. Первая «Мисс Университет». Скривился. Больше всего на свете он не выносил ложь и измену. По сути одно и то же, но в разных проявлениях. Что она там ему вчера наплела?

– Кирюша, я вечером буду допоздна занята. Папа меня на работу устроил, первый день буду чуть ли не ночевать в офисе, – пропела елейным голоском Нелля, сидя у него на коленках.

Потерлась о его щеку, как кошка, и сама потянулась к его губам. А он не против был поцеловаться и так же не против немного отдохнуть от ее напора. Слишком много ее вокруг. Везде хочет пролезть. Во все дела сунуть свой длинный носик. Главное, ей вход в его душу подавай. Там сейчас такое пепелище, что он не готов туда пустить даже ту, которую любил.

Что за шатания по чужим тачкам? Злость опять побежала кипятком по венам. Сильнее стиснул руль, так что побелели костяшки. Сейчас бы грушу полупить или пару кругов в бассейне проплыть для разрядки. Надо идти на пары, может потом. И с Неллей поговорить, обязательно. Если она наставляет ему рога…

Дождался, пока из машины вышел смутно знакомый парень. Кажется, они теперь учатся на одном курсе. Он его видел в компании Кузи. Может, и друг его дурит, знает что-то и молчит?

Чувствовал себя последним идиотом. Ударив зло по рулю, вырулил с университетской парковки и дал по газам, оставляя черные следы от колес на асфальте.

Пошли они все. Высшее образование – это не то, к чему он всегда стремился.

12

Проехал двести метров, остановился, ударив по тормозам.

Что он делает?

Положил голову на руль, не обращая внимания, что все еще находится на территории университета и может мешать кому-то проехать. Пофиг, посигналят, и он отъедет.

День не задался с утра.

Вдох-выдох.

Не стоит пороть горячку.

Вдох-выдох.

Нужно вернуться на учебу, именно для этого он восстановился.

Как поднял голову, взгляд зацепился на до боли знакомой фигуре. Точнее, ее-то он сначала и не заметил. В глаза бросился рыжий хвост Ивановой, рядом с которой как обычно перебирала ножками Засимова.

Злость понемногу начала стихать, весенние воспоминания вытеснили из головы утреннюю Неллю, когда он вспомнил Дашин тихий ласковый голос. Маленькие теплые ладошки, которые так несмело накрывали его руки. Она сама вся такая маленькая. Меньше его на голову, худее раза в полтора, очень бледная и рядом с ним всегда грустная. Надоедливая до тошноты, а еще преданная, как собачка. Давненько он с ней нормально не разговаривал, как-то не до выяснений отношений было с мелкой прилипалой.

Сколько он ее знает? Шесть, нет, семь лет.

Да, точно семь.

Он учился в восьмом классе, когда первый раз встретился взглядом с мелкой девчонкой. Знал бы, во что это выльется, никогда бы на нее не посмотрел. Опять вздохнул. Эта ее нездоровая любовь и мания его убивают. Жить не дают нормально. Всю жизнь, встречаясь с девчонками, он думал, каково на это будет смотреть Дашке. С Нелькой как-то некрасиво вышло, согласен, но тут он просто голову потерял, не до чувств других было. Все так стремительно закрутилось, это он потом узнал, что они подружиться успели.

Вроде и не с ним вместе, но рядом. Всегда рядом. Даже когда он ее не звал, но, как выяснилось, очень в ней нуждался. Это и пугало. Он больше не хотел такой зависимости.

Засимова прошла совсем близко, звонко рассмеявшись, видимо, над шуткой подруги, выдергивая Кирилла из своих мыслей. Он нахмурился, провожая ее взглядом до дверей университета, как и Неллю недавно. Куда он там собирался? Пойдет лучше на пары. Посидит пару лекций и выловит на поговорить Абрамову.

Нелля сама его нашла на первой же перемене. Поджидала рядом с аудиторией, кокетливо теребя светлые волосы.

– Привет, любимый!

Прыгнула на него, не соблюдая никаких правил приличия, потянулась к его губам. Кирилл брезгливо стряхнул ее с себя. Если она целовалась с другим или не только целовалась, не собирался собирать с ее языка слюни другого.

– Попридержи свои гормоны, Нел.

– Что-то не так?

– Народу кругом полно.

– Раньше тебя это не смущало, – игриво улыбнулась она и повела плечиком.

Явно намекала на пару их довольно пикантных свиданий. Сейчас почему-то эти мысли вызывали у него отвращение. Он как будто проснулся и увидел, как обстоят дела на самом деле. С кем он вообще делил свою судьбу? Что стало с его жизнью? В какую яму сам себя спихнул и не при помощи ли этой девицы он там оказался?

– Поговорить надо.

– Давай. Где?

– У тебя есть еще занятия?

– Я могу пропустить, начало года, ничего серьезного.

– Тогда идем в машину.

Нелля висла на нем всю дорогу. Щебетала о первом рабочем дне на ухо, делилась впечатлениями. Может, и не было у нее ничего с тем парнем? Может, он ее просто подвез? Но разобраться в ситуации стоило. Дураком себя чувствовать совсем не хотелось.

– Знаешь, чья тачка?

Указал на машину, из которой она вышла утром. Нелля как будто споткнулась, перевела на него растерянный взгляд. Красивое лицо побледнело.

– Конечно, Жени Елисеева, он с Кузей в одной компании.

– Я так и думал, – кивнул сам себе. – А ты что в его компании делала?

– Я?

Как же натурально удивляется. Не видел бы все своими глазами, поверил бы. И сколько раз она ему врала?

– Даже не пытайся отпираться, я видел тебя утром.

– Он меня просто подвез! Ничего не было. Я встретила его, когда шла на остановку. Что мне, отказываться нужно было? Дождь накрапывал! А у меня укладка, – сбивчиво тараторила Нелька.

– Ты из меня идиота, что ли, делаешь? – прищурился Кирилл.

Оттеснил девушку к своей машине, загнал в ловушку, заставляя смотреть в его глаза.

– Я правду говорю. Зачем мне кто-то, когда у меня есть ты.

– Ну да, и правда, – саркастически усмехнулся он, потирая подбородок рукой.

Абрамова его совершенно не убедила. На душе заскреблись сомнения, не все у них так гладко, как она пытается выставить. Почему так отчаянно цепляется за него? А он почему позволяет все это делать с собой?

– Не веришь? Что мне сделать, чтобы ты поверил? Давай позвоним Жене, сейчас я его наберу.

Отлично. У нее еще и номер его есть. А как же ее вечное нытье про отсутствие друзей и знакомых?

– Ладно, успокойся. Не надо никому звонить.

Надо прекращать все это. Что он тут за сцены ревности развел? Понаблюдает лучше, сам с этим Женьком побазарит.

– Мне так нравится, когда ты меня ревнуешь.

Нелька как будто прочитала его мысли. Начала ластиться, обнимать за шею и притягивать к себе поближе. Только вот у Кирилла было совсем не то настроение для подобных игр.

– Я не ревную. Если тебе надоело быть со мной или появился вариант получше, лучше сразу скажи, чем рога наставлять. Я тебя особо не держу рядом с собой. Дурака из меня не делай на потеху всему универу.

Отодвинул от себя ее шаловливые ручки и сжал посильнее для убедительности, перед тем как отпустить. Синяков остаться не должно, но запястья знатно покраснели. Абрамова обиженно засопела, потирая руки.

– Ладно, я пошел. Завтра заберу тебя перед парами. Так и передай своему Елисееву.

– Куда пошел? – удивилась Нелля. У нее, по всей видимости, уже созрел план по их примирению, и, чтобы он осуществился, они должны быть вместе. – Женя не мой, это ты мой! А я твоя!

– Обратно в универ, – сухо ответил Кирилл.

Последний комментарий про принадлежность друг другу решил пропустить мимо ушей.

– Зачем? У тебя пары уже кончились!

– А то я не в курсе. В профком зайду, с Захаркой поздороваюсь, может, помощь какая нужна. Ты не пойдешь?

Абрамова чуть сморщила носик и горделиво вздернула голову.

– У меня в этом году нет времени на всякие студенческие забавы. Я говорила, папа устроил меня на работу…

– Точно. Тогда бывай.

– Стой, Кирилл. – Нелля замялась, подошла к нему, коротко обняла за талию и прижалась щекой к его груди, – Люблю тебя.

Он ничего не ответил.

Кирилл развалился на диване и занял явно больше места, чем следовало. На другом конце приютилась Иванова, тихо бубнила себя под нос и сыпала на кого-то проклятиями. Подруга у Засимовой тоже явно с кукушкой своей не дружит, особенно если вспомнить, как она раньше выглядела, семейка Адамс бы позавидовала…

Только подумал о хрупкой прилипчивой брюнетке, как появилась и она. Запыхавшись, влетела в кабинет, на ходу поправляя растрепавшиеся, видимо, от бега волосы и села прямо рядом с ним.

Он было хотел возмутиться, но осекся. В нос вторгся аромат вишни и отключил мозги напрочь. Шумно вздохнул, втягивая в себя побольше свежего запаха, как Даша рядом напряглась. Поняла, с кем рядом сидит.

Кирилл ухмыльнулся, развалился сильнее, касаясь коленками ног девушки… Ему захотелось смутить девчонку, помучить. Увидеть ее реакцию на него. Потешить свое самолюбие.

Сколько они не виделись? Год? Месяцев семь? Полгода? Давно.

Похудела, волосы такие длинные у нее стали, так и хотелось запустить в них руку и дернуть. Пусть посмотрит на него. Улыбается всем и каждому, кроме него. На него даже не смотрит лишний раз, а если смотрит, то с деланым равнодушием. Что случилось? Она никогда на него так не смотрела. Он всегда был важен для нее. Зато она для него нет.

Засимова сдержала обещание. Больше не появлялась у его дома, не звонила, не писала, заблокировала его в социальных сетях и не лезла в его жизнь. Почему же ему так отчаянно хотелось, чтобы она хоть раз на него взглянула, как раньше? Как будто он один в целой вселенной, как будто он и есть ее вселенная.

Кирилл был даже рад, что в кабинете не было больше свободных мест и Дашке пришлось сесть рядом с ним. Вплотную. Ее бедра соприкасались с его. Если чуть сдвинется, то его голая рука коснется ее кожи. И почему-то нестерпимо хотелось подвинуться к ней ближе. Прижаться кожа к коже и ощутить ее тепло. Раньше она искала любую возможность коснуться его. Сейчас сидит, как статуя. Даже головы не повернет в его сторону. Парализовало ее, что ли?

– Эй.

9 Глава

Я постоянно притворяюсь.

С Ромой, что я счастлива. С Морозовым – что безразлична. У психотерапевта – что все хорошо и я поборола свои чувства. Дома – что рада переезду в Германию.

Вот и сейчас я старательно не поворачиваю голову по левую сторону от себя, как будто вместо Кирилла, сидящего ко мне вплотную, там просто кирпичная стена.

Сидеть прямо и делать вид, что Морозова по другую руку от меня не существует, сложно. Как меня так угораздило. Оглядываю кабинет в поиске свободного места, но его нет. Да и странно это было бы – резко встать и пересесть. Итак, вон четверокурсницы противно зашептались, глядя на нас. Спорю, делают ставки, когда я полезу с дурацкими вопросами к Кириллу, дабы он обратил на меня внимание. Не полезу. Выкусите.

Морозова рядом не существует.

Его нет. Пустота.

Повторяю про себя как мантру.

– Эй!

Вздрагиваю от громкого шепота.

– У тебя телефон пищит, – говорит Машка.

И правда, издает звуки входящих сообщений, я так задумалась, что ничего не слышу и не вижу вокруг. Порылась в сумке и достала смартфон. Провела пальцем по дисплею, и на экране выскакивает переписка, полная красных сердечек.

Губы непроизвольно растягиваются в улыбке, мне определенно нравится то, что вижу. Не обращаю внимания на возню по левую сторону от себя и поворачиваюсь к Маше.

– Антон пишет, что заберет нас через час.

– Он вернулся? Ты не говорила! – возмущается подруга.

– Да, на днях. Я забыла, думала, он тебе тоже писал. Поедешь с нами в кино или в кафе? Не знаю еще точно, что он придумал.

– Нет, конечно, что я буду вам как третье колесо? – громче, чем нужно, говорит Маша.

Мои брови удивленно ползут вверх. Чего это она? Какое третье колесо? Мы со школы втроем.

– В смысле?

– Вам лучше провести время вдвоем, – противно хихикает.

Мне хочется стукнуть ее в плечо. Она специально это делает? Бесит меня.

Не успеваю ответить, как, с той стороны, где «никто не сидит», меня ощутимо дергают за волосы. Да так, чтобы этого никто не увидел. Один раз, другой… третий…

– Морозов!

– Что? – усмехается, обнажая ряд белоснежных зубов, делая вид, будто он ни при чем.

Все явно так и подумали. Но мы вдвоем знаем правду, поэтому я не перестаю на него смотреть. Изучаю его лицо в открытую, а не подглядываниями, пока никто не видит. Он спровоцировал меня, поэтому можно. Вижу, как он устал, под глазами залегли тени. Кожа слегка бледная. Он нервно постукивает пальцами по бедру, которое, отмечаю про себя, прижато к моему. Кирилл не делает попыток отодвинуться, а еще дернул меня за волосы, как пятиклассник, пытающийся привлечь внимание понравившейся девочки.

Мой взгляд ненадолго сползает на его губы, но потом я уверенно возвращаюсь к его глазам. Морозов не раз меня унижал, просил оставить его в покое, а сейчас сам ко мне лезет. Именно поэтому во мне просыпается какая-то неведомая до этого агрессия, устремленная на парня моей мечты.

– Чего тебе?

– Какая ты бываешь мерзкая, Засимова, – передразнивает меня.

Хочется закатить глаза. Достал ерничать. Может же нормально общаться. Трудно, что ли? Мы договорились с ним и разошлись полюбовно. Вот чего он все равно ко мне цепляется?

– У тебя научилась.

– О да, я во многом хорош.

Кирилл тоже меня разглядывает. Слегка отклонил голову, чтобы было лучше видно. Мы сидим так близко, что, подайся он чуть вперед, вторгся бы в мою зону комфорта, и если раньше я была ему всегда рада в ней, то сейчас хочу держаться как можно дальше.

У меня все хорошо.

Я со всем справляюсь.

За нами следит весь собравшийся в кабинете народ. Мне хочется рассмеяться на его выпад, это ведь правда смешно. Хорош он. Вместо этого я только суровее свожу брови на переносице, затем перекидываю волосы на соседнее плечо и отворачиваюсь от объекта своей любви. Поддерживать этот бредовый разговор, теша его самолюбие, я не намерена. Очень надеюсь, он тоже.

Машка прячет улыбку за своим телефоном, усиленно делая вид, что изучает инстаграм. Мне хочется поменяться с ней местами или провалиться сквозь землю и в то же время не хочется ни того ни другого. Потому что Кирилл немного меняет положение тела и отодвигается от меня. Я успеваю вздохнуть свободнее, но он приваливается ко мне плечом и бросает резко в сторону:

– Хватит пялиться.

Знаю, это не мне, но все равно вздрагиваю от его злого голоса. Сижу, не дышу, не двигаюсь. Я сняла кардиган, так как запарилась, пока спешила в профком, и оголенная кожа от запястья до локтя просто горит от прикосновения к Кириллу. Как он это делает? Всего-навсего мы слишком близко сидим на тесном диване, а у меня в животе сосет и все переворачивается. Сжимаю потными ладошками смартфон, когда он напоминает о себе вибрацией. Нетерпеливый мой Тони-Антони просит выбрать фильм, на который мы пойдем, и место, где мы будем есть. Он считает, что за его полгода пребывания на Бали в городе открылись миллионы новых мест и ему нужно все посетить.

Ответить ему не успеваю, в профком, наконец, заходит Елена Захарова, председатель. Полненькая, на коротких толстых ножках, девушка лет тридцати. Всегда полная энергии и излучающая позитив. Гадаю, как можно улыбаться все время! Челюсть разве не должно сводить?

Здороваясь со всеми, Лена поворачивается в нашу сторону и улыбается еще шире.

– Кирилл! Рада видеть, дорогой! Как ты?

– Все хорошо, – следует сдержанный ответ, но я вижу, как он сжимает кулаки.

Хочется положить свою руку на него и слегка погладить. Показать, что, хоть и не общаемся, я все равно рядом. Все равно поддержу, если ему это нужно. Если будет нужно…

– А Нелля будет сегодня?

При имени бывшей подруги меня непроизвольно передергивает. Она частый гость на студенческих мероприятиях, и в прошлый лагерь я не попала в организаторы именно из-за нее. Надеюсь, в этом году будет по-другому.

– Нет, Нелля решила этот год посвятить диплому и работе, не будет у нее времени на активную студенческую жизнь.

Прекрасно!

– Как жаль. Но ничего, дадим дорогу свежей крови. Дашенька, ты же хотела в организаторы лагеря для первокурсников? – переключается Захарка на меня.

– Очень, – выпаливаю быстрее, чем нужно.

Это именно то, чего я хочу, для этого я здесь.

На меня накатывает волна удовлетворения и вдохновения, когда мы начинаем обсуждать весь процесс создания выездного лагеря. Что уже сделано, а что еще нужно сделать. Кого еще позвать в помощники, где найти спонсоров. Да так увлекаюсь, что забываю, кто сидит рядом. И очень зря.

10 Глава

– Не могу поверить!

– Я считаю, ничего страшного не произошло, – флегматично отзывается Машка.

– Он хочет отравить мне жизнь!

– Ничего подобного. – Подруга явно не на моей стороне, и это начинает меня злить. – Ему тоже, видимо, хочется развеяться и съездить в этот лагерь. Как думаешь, может, он Кузнецова позовет?

– Я не понимаю, раньше он туда даже с Неллей не ездил, зачем именно сейчас, когда туда еду я.

– Ты сама ответила на свой вопрос.

Округляю в ужасе глаза.

– Ты думаешь, он хочет специально туда поехать, чтобы поиздеваться надо мной или как-то еще подставить?

– Дашка, ты прелесть. – Маша смеется, запрокинув голову, отчего рыжий хвост хлещет ее спину. – Нет, я думаю, он едет туда по другому поводу.

– Это по какому?

– Ты правда не догадываешься? Ты знаешь его лучше всех нас, так вот ты мне скажи, зачем Кириллу Морозову лагерь первокурсников?

– Не имею представления! Кроме того, что я уже тебе озвучила.

– Ну тогда и я не буду говорить, вдруг не права. Хотя это так прозрачно, странно, что ты этого не видишь.

Я хмурюсь, перебирая в голове всевозможные варианты. Молча мы выходим из дверей университета. Утренние тучи разошлись, и в глаза бьет уже совсем не теплое сентябрьское солнце. К концу недели обещают бабье лето, но верится с трудом. Поплотнее закутавшись в показавшийся вдруг слишком тонким кардиган, я оглядываю студенческую парковку. Глаза, конечно, сразу выхватывают в третьем ряду одиноко стоящую синюю бмв. Ее хозяин остался в профкоме.

Гневно отворачиваюсь.

Придумал тоже, поехать в лагерь первокурсников. Зачем ему это нужно? Меня вот лицезреть его там почти в закрытом пространстве четыре дня совсем не прельщает. Боюсь, не сдержу маску равнодушия, и она поползет страшными трещинами по лицу.

На парковку заезжает серебристая тойота. Мельком глянув на номер, я взвизгиваю, подпрыгиваю на месте и, не обращая ни на кого внимания, со всех ног бегу в объятия ее владельца.

– Тони!

– Привет, детка.

Запрыгиваю на вышедшего парня, он подхватывет меня и немного кружит нас на месте.

– Я так скуча-ала-а-а.

– Мы созванивались каждую неделю.

– Это не то.

– Согласен. Рыжая, ты не рада дяде Тони? – спрашивает Антон у медленно подходящей к нам Маши.

– Я выражаю свою радость менее бурно. Привет, Антон.

– Привет-привет. Классно выглядишь, покрутись.

Маша исполняет. В шутливой форме крутится вокруг своей оси и делает реверанс.

– А ты покрутишься, Антон? – ухмыляется подруга – Хочу разглядеть со всех сторон только что прилетевшего серфера. Никогда не видела серфингистов.

– Многое потеряла, но вот он я, смотри.

– Хорош, – резюмирует Маша, слегка улыбаясь.

Мы все вместе смеемся. Я продолжаю висеть на Тони, он придерживает меня рукой, не давай ступить на землю. Молочу ногами в воздухе и хохочу во весь голос, потому что он начинает немного меня щекотать.

– Детка, ты стала как пушинка. Хотя бы ешь что-нибудь? Или твой повеса из тебя все соки вытянул.

– Красный. Запретная тема, – хмурюсь, сползая по подтянутому телу друга.

Те полгода, что мы не виделись, он, кажется, еще подрос, хотя в его возрасте вроде уже не растут, раздался в плечах. Стал еще мощнее, мускулистее. На руках перекатывались мышцы, и, судя по его фотографиям в инстаграме, на его прессе можно играть в крестики нолики.

Все мои знакомые пускали слюни, норовя закапать пол, при взгляде на Антона. Все, кроме меня. Просто мы с ним так сроднились за время нашей детской, а потом и взрослой дружбы, что относились друг к другу уже по-родственному. Отдыхали каждое лето, начиная с моего пятилетнего возраста, в одной деревне. И он меня порядком достал. Я не видела в нем загорелого светловолосого красавчика, перед глазами стоит двенадцатилетний мальчишка, которого между глаз укусила пчела. То еще зрелище, скажу я вам.

Тони старше на четыре года, и всегда ко мне относился как к младшей сестренке, которой у него никогда не было, хотя имелся в наличии младший брат Макс. Отношения у них, правда, были натянутые, он как будто всю братскую любовь отдал мне.

– Смотри-ка, твой герой-любовник не спускает с нас глаз, – ухмыляется Антон и нагло поднимает руку в знак приветствия.

Я прослеживаю взглядом туда, куда он так смотрит, и внутри все сжимается. На университетском крыльце стоит Морозов, в ответ сдержанно нам кивает.

– Не обижает тебя? – строго спрашивает Антон.

– Нет, мы почти не общаемся.

– Может, мне его побить?

– Антон! – возмущенно восклицаю я.

– Побей, – рассеянно отвечает Маша, опять уткнувшаяся в телефон.

– Что ты там так разглядываешь?

– Помнишь парня, который сегодня столкнул меня с лестницы?

– Вы полетели оба.

– Он в группе поет. – Маша пропускает мое замечание мимо ушей и продолжает: – Не особо известной, но я была на их концерте этим летом. Вот смотри. Странное совпадение, да?

– Что странного? – прищуриваясь, смотрю на Машку.

– Влюбила-а-ась, – ехидно тянет Антон и тут же получает ощутимый удар по плечу сумкой от Маши. – Ай!

– Не пори ерунды. Я просто думала, он старше. А оказывается, первокурсник.

– Может, он пошел в школу в восемь лет, – отвечаю я, одновременно с этим отлипая от Антона.

Кирилла на крыльце уже нет, его машина все еще на парковке, со своего места мне не видно, есть кто в ней или нет. Когда мы проезжаем мимо, встречаюсь взглядом с ее владельцем, он внутри. Морозов просто смотрит на нас, Антон, как назло, еле едет, жестикулирует и постоянно смеется, рассказывая про свои приключения на Бали.

11 Глава

Кирилл

Все было супер.

Сначала просто легкие невесомые поцелуи в губы.

Чмок-чмок. Они перебивались вырывавшимися смешками и глупыми шутками. Было очень хорошо. Мозг отключался, хотелось вжать в себя девчонку и не отпускать ближайшую пару часов ни-ку-да. Давно такого не было. Почти отключился, почти поймал свое прежнее ускользающее спокойное состояние за хвост.

Поцелуи углубились.

Наконец-то одни. Никто не помешает. За стеной нет Ольки, делающей свои первые уроки. В кухне нет отца, расхаживающего и громко говорящего по сотовому, раздавая задания подчиненным. Нет фотографий улыбающейся мамы, смотрящей тепло и добро на него с комода…

Мамы вообще больше нет.

Мысли спутались. Удовольствие от ситуации рассеялось, как дым на ветру.

Кирилл нахмурился. По инерции продолжал отвечать на поцелуи Нельки, сидящей на его коленках. Она ластилась, как кошка, не замечая, что ее парень напрягся и больше не выглядит расслабленным и довольным. Будь она чуть-чуть внимательнее, остановилась бы сама.

– Нель, слезь с меня. Опоздаем.

Он выкрутил голову, прерывая поцелуй. Девушка, как будто не слыша, потянулась за добавкой.

– Стоп, я сказал, – раздраженно сбросил с себя ее руки.

– Почему? – Нелля обиженно закусила припухшую нижнюю губу и засопела.

– Опоздаем. Кузя ждет. – В подробности перемены своего настроения вдаваться не хотелось

– Подождет еще, – отмахнулась Нелля, поудобнее устраиваясь на коленях у парня. – С каких пор ты волнуешься о пунктуальности? Мы же в клуб идем, там всем все равно, во сколько кто придет.

Она, конечно, права. Просто настроение продолжать импровизированное свидание наедине испарилось.

– Не хочу допоздна тусоваться. Заглянем на пару часов и поедем домой.

– Хорошо.

Девушка сползла с его ног, одернула коротенькое платье, встала. Направилась к зеркалу в прихожей приводить себя в порядок. Кирилл устало вздохнул и растер лицо руками.

Уф.

Кажется, пронесло без истерики. Подозрительно, что она так быстро согласилась все прервать, но думать и анализировать ситуацию не хотелось. Не скандалит – и хорошо.

– Подарок приготовила?

– Да, в сумке лежит.

– Хорошо.

– Кир, это что?

Нелля показалась в дверях, протягивая ему буклеты лагеря первокурсников. Подготовка пока шла вяло, время еще было. Нужно было поправить немного рекламные макеты, изменить нескольких спонсоров, съездить на базу, посмотреть, все ли там в порядке. Поговаривали, недавно у них был потоп, мало ли, условия для проживания испортились. Тогда приедятся искать другие варианты.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.