Анастасия Гудкова
Забери мою тьму

Пролог

Ланиус привычным движением выдернул ритуальный кинжал из бездыханного тела. Брезгливо поморщившись, вытер пенящуюся на солнце кровь о безрукавку жертвы.

– Нежить, – процедил он сквозь зубы.

 Не прошло и четверти часа, как то, что осталось от некогда довольно сильного вампира, с довольным чавканьем поглотило болото. Ланиус удовлетворённо кивнул: заказ выполнен, не выберется. В том, что заказчик останется доволен, Ланиус не сомневался. Неудач у него не случалось. Именно поэтому и услуги его стоили дорого, и желающих ими воспользоваться было достаточно.

 Несмотря на обычного в этот раз клиента, простым наёмником Ланиус не был. Эти бритые наголо головорезы редко задумывались о последствиях: оставляли следы или ещё того хуже, недоделанную работу. Нападать они предпочитали со спины и убивали обычными ножами.

 Ланиус был другим. Внешне он походил на одного из дворцовых аристократов: статный, с длинными, чёрными как смоль, волосами, перехваченными атласной лентой, и чёрными же глазами. На нём неизменно был сюртук, парадные штаны и начищенные до блеска сапоги. В руках – изящная трость. И только внимательных взгляд мог заметить тусклый блеск ритуального кинжала за поясом и метку тёмного мага на внутренней стороне запястья.

Глава 1. Неожиданная встреча

К трактиру "Веселый тролль" маг подошел, когда стемнело. Пнул носком сапога перебравшего бородатого мужика, развалившегося прямо на дороге и издающего такие раскаты молодецкого храпа, что казалось, разбудит всех волков в округе. Мужик нехотя повернулся на бок и освободил дорогу. Ланиус хмыкнул: выпить он и сам был не прочь, но бдительности никогда не терял. Этак и кинжал в спину заполучить можно, а то и похуже.

 Внутри трактира было шумно и оживленно. Два подвыпивших путника состязались в местной забаве: нужно было так ударить кулаком по столу, чтобы вино из кувшина перелилось в стоящие рядом глиняные чаши. Рядом подбадривающе повизгивал и приз: изрядно потрепанная лохматая гулящая девка.

 Не глядя на них, Ланиус направился прямиком к хозяину трактира – угрюмому Таурусу. Это был грузный одноглазый мужчина, когда-то неплохой воин, а теперь гроза хмельных гостей "Веселого тролля". Таурус сидел за столом в темном углу в компании человека, так же уместного в этом трактире, как и аристократичный на первый взгляд Ланиус.

 Собеседник Тауруса сидел спиной к магу, поэтому полностью рассмотреть Лан его не мог. Однако в глаза бросалась излишняя худощавость и странная, явно не местная одежда. В Агории даже самые лощеные придворные мужи не расшивали рукава сюртуков кружевом и золотыми нитями. Маг присмотрелся. Это же не?…

– Ланиус, дружище, наконец-то! – Таурус заметил приближающегося мага и теперь его бас грохотал на весь трактир. – Делька!

 К столу подбежала молодая подавальщица Деляна. Она бросила быстрый взгляд на Ланиуса и ее щеки покрылись румянцем. Лан оставил ее кокетство без внимания, кивнул Таурусу и нехотя бросил подавальщице:

– Как обычно.

 Деляна подхватила поднос и убежала. Тем временем, маг устроился на лавке напротив собеседника Тауруса. Он не ошибся. Мужчины Агории и правда не носили кружево. Перед ним сидела девушка. Она явно нервничала: ее длинные пальцы сжимали уже изрядно замявшийся платок с вышитой монограммой, рассмотреть которую Ланиус не смог. Карие глаза быстро бегали, будто в панике рассматривая окружающий ее пейзаж. И то, что девушка видела, ей явно было непривычным. Темные волосы она спрятала под широкую шляпу, чем изрядно развеселила мага: если она старалась казаться мужчиной, ей это явно не удалось.

– Лан, дружище, это Алания, – представил Таурус. – И у нее есть для тебя кое-какая…

– Нет! Ты знаешь мои правила.

– Знаю, но тут совсем другое дело..

– Нет! – маг был непреклонен. – Я никогда не работаю с женщинами! Какое бы дело у них не было.

 Ланиус резко развернулся и шагнул в сторону выхода. В тот же миг, девушка подскочила и воскликнула срывающимся голосом:

– Я от Сая!

 Маг остолбенел. Он обернулся, глаза его метали гневные молнии.

– Что ты сказала?!

– Меня отправил к вам Сай, – испуганно прошептала девушка.

Лан закатил глаза, вернулся за стол и рыкнул:

– Рассказывай!

Алания опустилась на лавку и вздохнула с облегчением. Мага она откровенно боялась, но Сай сказал, что кроме него никто не справится. Поэтому нужно было собраться с мыслями…

– Меня отправил к вам Сай, – зачем-то ещё раз повторила она.

– Это я уже понял, – прошипел Ланиус. – И зачем? И кто ты вообще такая?! Почему для тебя Светлейший принц – просто Сай?

– Не-невеста, – запнувшись, выдохнула девушка.

– Значит так, не-невеста, – закипел Лан, – или ты сама сейчас всё рассказываешь, или катись ты к тёмному Грохху!

– Я да, я сейчас, конечно, у меня даже…

– А вот и ужиин, – внезапно возникшая Деляна оборвала Аланию на полуслове. Таурус стукнул кулаком по столу с такой силой, что посуда подпрыгнула, а Деляна ойкнула и сочла за благо испариться.

 Таурус подвинул кружку забористого пива к магу, оценил нагнетающуюся атмосферу за столом, прикинул гнев Лана, который обрушится на его голову за то, что привёл женщину, и решил последовать примеру Деляны.

– Вы тут в общем, а я, пожалуй… В общем, пошёл.

 Ланиус проводил его тяжёлым взглядом и повернулся к Алании. Невеста Сая, надо же. Давно они не общались. С того самого момента, как… Впрочем, неважно. Раз он прислал её сюда, значит или готов к перемирию, или всё совсем худо. И скорее второе.

– Долго молчать собираешься?

– Нет, нет, господин Ланиус! На самом деле, Саю крайне необходимо ваше вмешательство. Всё дело в том, что, как вы знаете, Агория граничит с Лиаром, а они, – девушка грустно покачала головой. – В общем, за последние пару недель они отправили несколько отрядов нежити ко дворцу.

– Во дворце полно придворных магов, они что не могут с ней справиться?!

– В том и дело. Справиться- то они справились, вот только… – Алания замялась, подбирая слова. – Нежить уж больно диковинная, света дневного не страшится, к людям близко подходит. И на вид непонятная, не то воскрешенец, только не человеческий, а тоже непонятно, кто это был, ну до этого.

– Нежить, допустим, и правда странная. Но почему Сай считает, что мне это будет интересно? – вкрадчиво поинтересовался Лан.

– Сай полагает, что кто-то из придворных магов участвует в заговоре. И что нежить не просто так появилась именно сейчас, Светлейший правитель сильно болен, а Сай не такой сильный маг.

– Да уж, момент и правда подходящий, – согласился Ланиус. – А от меня он чего хочет?

– Он обещал забыть о разногласиях взамен на вашу помощь. И сказал, что кроме вас доверять никому нельзя. Нужно вычислить заговорщиков и уничтожить источник, отправляющий нежить ко дворцу.

– Сай кого-то подозревает?

– Нет, или я об этом не знаю. Но знаете, – Алания понизила голос до шёпота, – насколько мне известно, у Сая есть брат. Быть может он хочет занять место правителя Агории?

 Лан расхохотался.

– Поверьте, он последний, кто бы этого хотел!

– Вы знакомы? – удивилась девушка.

– Слегка, – ухмыльнулся маг. – Что ж, пожалуй, я возьмусь за эту работу. Приятного вечера. – он поднялся из-за стола и собирался уйти, но Алания неожиданно схватила его за руку.

– Я иду с вами!

– Исключено! Это противоречит моим принципам. Я никогда не беру попутчиков. Особенно тех, кто будет обузой.

– Я не буду! Я хорошо держусь в седле, выносливая, и колдовать умею. Немного правда, но я целитель, могу быть полезной! – девушка вцепилась в руку мага и посмотрела ему в глаза. Не может же он отказать, Сай предупреждал, конечно, что могут возникнуть сложности, но не совсем же этот Ланиус чёрствый сухарь?

– В седле, говоришь, держишься? – ухмыльнулся Лан. – Собирайся, отправляемся через час. И кстати, я хожу пешком!

С этими словами он вышел из трактира, а Алания рухнула на лавку. Он согласился, хвала Небесам! Он согласился…

Рассиживаться в трактире Алания не стала. Уж больно хищно косились на неё местные мужики. А взгляд гулящих девок без слов говорил о намерении расцарапать лицо. Поэтому она решила попрощаться с Таурусом и подождать Ланиуса снаружи.

– Никак согласился, – хитро прищурился хозяин трактира. – Ты, вроде, девка не глупая, а всеж-таки за каким Гроххом ты за ним увязалась? Он же тебя на болотце потопит и скажет, что так и было.

– Так что мне оставалось делать? – нахмурилась Алания. – Другого шанса вернуться в Агорию, да ещё и хоть в какой-то компании, у меня не будет. Коня моего в Терновке с привязи увели, кошель там же отобрали. Чудом сюда добралась. Если господин Ланиус меня бы оставил… – она развела руками.

– Да уж, куда ни глянь, везде худо, – вздохнул Таурус и напутственно хлопнул Аланию по плечу, да не подрассчитал. Девушка еле устояла на ногах, но всё же кивнула. – Осторожней там.

Глава 2. Попутчица

 Когда маг появился у трактира, Алания уже изрядно извелась. Не привыкшая к таким местам, она нервно дёргалась от каждого шороха, не различая, где люди, а где зверьё. Лан только ухмыльнулся. Путешествие обещало быть интересным, хоть и непростым. За час он успел основательно подготовиться: обновил заклинания на ритуальном кинжале, прихватил меч и зелья. Однако на сердце было неспокойно. Если бы не Сай, в такое сомнительное дело Лан никогда бы не ввязался.

– Господин Ланиус, – кинулась к нему было Алания, но он резко выставил вперёд ладонь, останавливая её.

– Раз уж нам вместе идти, можешь обойтись без "господина". Не отставать, далеко не отходить, в лесу ничего не трогать, не орать. Ясно?

 Алания кивнула, что ж не ясно. Хорошо хоть платье, в котором она отправлялась из дворца, удалось выменять в Терновке на дорожный костюм и высокие болотные сапоги.

 Не обращая внимания на спутницу, маг развернулся в сторону леса и бодро зашагал по тропинке. Девушка устремилась за ним. Не отстать было сложно, маг ходил широкими шагами, и Алании приходилось практически бежать. Лан это вскоре заметил.

– Так мы до скончания правления Светлейшего никуда не дойдем! Шевелись!

– Уважаемый господин Ланиус! – девушка захлебнулась от возмущения. – Прошу вас обращаться ко мне соответственно моему статусу!

– Помнится в трактире ты о нём не вспоминала, прицепилась как клещ! Бери свой статус и шагай с ним давай, если собралась женишку помогать. Или оставайся и учи манерам местных мужиков!

 Признав безвыходность ситуации, Алания промолчала. Ланиус виделся ей дикарём, абсолютно не умеющим общаться с приличными дамами. Правда, его внешний вид говорил об обратном. Любопытство в итоге взяло верх над гневом, поэтому она решила спросить:

– Скажите, а вы когда-нибудь бывали во дворце Светлейшего?

– Когда-нибудь бывал.

– Вас, вероятно, поразила роскошь тронного зала? Или может диковинная архитектура?

– Послушай, – маг остановился и сосредоточенно посмотрел на девушку. – А нежить-то точно есть? Или может ты засланная какая-нибудь?

– Засланная? К вам-то зачем? Или вы восстание готовите?

 Ланиус рассмеялся. Восстание он не готовил, скорее даже наоборот. Чем дольше будет на престоле Светлейший, а затем и Сай, тем лучше для мага. Вслух он об этом говорить не стал.

 Дальше шли молча. Ланиус разговаривать в пути не привык, да и не с кем обычно было. А Алания берегла силы. Когда маг наконец сжалился и объявил привал, она упала на траву, стараясь поймать сбившееся дыхание. Тем временем Лан достал мутный флакон с зельем, откупорил его и взмахнул рукой. Дымящиеся капли разлетелись по поляне, выбранной им для ночёвки, создавая защитный полог.

– С поляны не уходить, зверьё шумом не привлекать. И ешь, – Лан бросил Алании свёрток, в котором оказались хлеб и вяленое мясо.

– Спасибо. А далеко нам идти?

– Нет, к следующей ночи будем на месте. А пока рассказывай давай подробно, что за нежить.

 Алания аккуратно завернула остатки еды в свёрток, вздохнула и тихим шёпотом, заговорила:

– Они приходят из леса ближе к закату. Голова у них будто человеческая, но неживая, серая. Тело звериное, но ходят они на задних лапах. Передними же раздирают тех, кто попался им на пути. И ещё звуки издают вот такие, – Алания крикнула чайкой, а после завыла волком.

 Одним прыжком Лан подскочил к ней и зажал рот ладонью, но было уже поздно. По ту сторону полога послышался шорох, а потом показались три твари, о которых мгновение назад говорила Алания

– Ты что наделала! Ты зачем их призвала?! – зашипел Лан.       Девушка только покачала головой, в её глазах блестели слезы.

 Ланиус подтолкнул девушку к середине поляны, а сам подошёл ближе к чудищам. Они его не видели, только чувствовали и от этого вели себя беспокойно.

– Это что же за твари диковинные? – с интересом проговорил маг. – Что же с вами делать?

 В этот миг одна из тварей лапой разбила защитный полог…

Глава 3. Твари

Алания завизжала. Ланиус выхватил кинжал и приготовил склянку с зельем. Твари подступали со всех сторон.

– Быстро в центр! – крикнул маг. – Не выходить, что бы ты не увидела, ясно?!

 Алания кивнула. Она в ужасе смотрела по сторонам и проклинала тот миг, когда согласилась помочь Саю. Самого жениха она тоже проклинала. Тем временем одна из тварей издала пронзительный писк. Лан и девушка невольно закрыли уши руками, и именно в этот момент полог окончательно пал под лапами нападавших. Увидев это, Ланиус швырнул склянку с зельем Алании.

– Лей на голову, живо!

– А ты?!

– Лееей! – зарычал маг, вонзая кинжал в первого зверя.

 Алания спешно откупорила склянку и вылила часть зелья на себя. Оставшуюся – берегла для мага, вдруг он подойдёт ближе. Она догадалась, что это какая-то защита, твари были совсем рядом, но девушку будто не замечали.

Поляну уже затянуло тяжёлым кровавым маревом, повсюду виднелись всполохи исчезающих с глухим хлопком тел нежити. Ланиус показался лишь на миг, рубаха на нём была распорота, на руке алело пятно. Убедившись, что Алания в порядке, он снова ринулся в гущу беснующихся тварей. Он видел таких впервые, поэтому ничего надёжнее кинжала придумать не мог. Чтобы приготовить зелье, нужны были образцы тканей нежити, вот только как их достать, если они буквально проваливаются в небытие?

 Совсем рядом клацнула зубами распахнутая пасть, и маг, недолго думая, вонзил кинжал прямо в небо. Чудище удивлённо моргнуло, и растворилось в воздухе. Передохнуть, однако, Лану не удалось, ибо на его место тотчас подскочили три новых. Лан снова бросил взгляд на девушку и увидел, что действие защитного зелья подходит к концу. Как это могло произойти? Если только она не использовала его целиком?!

Вне себя от ярости, маг пробивал себе дорогу к Алании, раскидывая нежить. Кинжал был наполнен кровью и глухо пульсировал в руке, но маг не обращал внимания. Впервые он не был уверен, что успеет. В три прыжка он преодолел оставшееся расстояние, но стоило ему оказаться около девушки, она совершила самую невероятную глупость, которую только могла: вылила на него остатки зелья.

– Дуура! – закричал маг, но было поздно: действие зелье рассеялось окончательно. Ближайшая тварь мазнула лапой по тому месту, где секунду назад был Лан, зачерпнула пустоту. Нежить яростно зашипела, но тут заметила стоящую рядом Аланию.

 Девушка видела, что её заметили, но как? Она же под действием зелья? Или уже нет? Алания успела заметить, как Лан взмахнул своим кинжалом, кажется, попал. Услышала крик мага, резко повернулась назад, перед её глазами возникла мохнатая лапа чудища и… Мир померк, оставив гулкую темноту.

 Через мгновение после того, как упала Алания, вокруг мага возник новый защитный купол. Маг зарычал. Не хватило совсем немного, и зелье защитило бы обоих. Лан вскинул кинжал и приготовился к новому броску тварей, но на поляне начало происходить что-то странное.

 Нежить металась, пищала, кричала и выла. Она чувствовала присутствие мага и девушки, но увидеть их мешало зелье. Это было на руку Ланиусу, вот только бесчувственно лежащая спутница не позволяла сделать и шаг: ведь тогда купол вокруг неё рассеется.

 Ещё никогда маг не был так близок к провалу. Времени у них оставалось мало, а потом либо ему придётся оставить увязавшуюся за ним невесту Сая, чего Светлейший ему уж точно не простит, либо погибнуть, защищая её. Такого исхода не простил бы себе сам Лан.

 Нужно было искать выход, но какой? Если бы он знал, что это за твари, откуда они черпают силу… Кроме того, он подозревал, те, которые исчезли, вовсе не утратили жизненную силу, а напротив, переродились. Иначе чем объяснить, что их становилось всё больше?

 А если?.. Неожиданная догадка заставила Лана замереть. Если источником энергии для нежити является другой маг?       Тогда всё сходится: пока не истощится его магический резерв, они будут появляться снова и снова. А с чего бы ему истощаться, когда в лесу столько магических колодцев? А значит, он где-то поблизости.

 Ланиус закрыл глаза. Он чувствовал густую и горькую энергию нежити. Ее было так много, что заслезились глаза. Лан прижал ладони к вискам и сосредоточился. Его сила продвигалась крошечными шагами, стараясь не пропустить малейшие колебания магической энергии. Маг, сотворивший и поддерживающий этих тварей, несомненно, очень силен. А таких в Агории было не много, хватило бы пальцев одной руки. Одним из них был сам Ланиус.

 Шаг, еще шаг, Лан почувствовал кислый привкус чужого страха. Твари боялись, их метания становились все отчаяннее, они кричали яростнее с каждой секундой. Пугает, значит. Боль насылает?

 Вдруг за кустом бузины Ланиус уловил яркий всполох ярости. Маг ухмыльнулся своей находке и едва уловимым движением бросил кинжал. Он мог поклясться, что не промахнулся, но услышал глухой хлопок, а через миг лезвие кинжала пронзило пустоту. Исчез, Грохх его дери!

 Оставшиеся без магической подпитки твари взвыли напоследок, а после растворились в воздухе. Конечно, это была еще не победа, но небольшую передышку путники все же получили. Должно было хватить, чтобы добраться до Темного Оракула, расспросить его и решить, что делать дальше. Но прежде нужно было привести в чувство Аланию.

 Маг поморщился. Вот знал ведь, что от девок сплошные неприятности, оставил бы ее Таурусу, пусть бы с ней возился. А там на перекладных добралась бы и до дворца. Так нет, угораздило. Дважды пошел против себя Лан: и когда согласился выслушать, и когда потащил с собой. Чувствовал, что нельзя, а потащил.

 Не переставая себя корить, Ланиус подобрал кинжал, обтер лезвие об траву и направился к Алании. Он не мог не признать, что даже теперь, в грязной и местами разодранной одежде, с пятнами запекшейся крови на лице, она все равно была невероятно хороша. Густые волосы разметались по траве, обрамляя бледное лицо. Лан будто впервые ее сейчас видел. Хрупкая, белокожая, изнеженная, а не побоялась, нашла самого темного во всей Агории мага. И даже в спутницы навязалась. Неужто жениха так спасти хочет?

 Ланиус подхватил девушку и перекинул через плечо. В этих лесах он бывал часто, поэтому помнил, что через полверсты можно было выйти в живительному ручью. А вода в нем целебная и хвори, и проклятья смывала.

Путь до ручья маг провел в размышлениях. Кто из четырех придворных магов способен на заговор? Или же появился кто-то еще, неизвестный двору? Лан помнил их ауры и мог бы поклясться, что на поляне или не было никого из них, а был кто-то неизвестный, или же было использовано мощнейшее заклятье сокрытия. Вот только заклятия эти накладывали только Темнейшие Жрицы. И это сильно усложняло задачу Ланиуса. А кроме того, с чего бы это Сай не сам обратился за помощью, а отправил невесту?

 Чем дольше маг об этом думал, тем больше ему это не нравилось. Сай с детства был помолвлен с принцессой Ингории. Обычный договорной брак между наследниками соседних государств. Значит, Алания – принцесса Ингории, что ж, вполне вероятно. К пешим прогулкам непривычная, доверчивая. Догадаться об этом было нетрудно, ни одна принцесса не отправилась бы без доброй кобылы и пары сменных платьев. У Алании при себе был лишь крошечный шелковый мешочек, в котором недвусмысленно позвякивали зелья. Что она там говорила? Лекарское дело изучала?

 А мысли Лана тем временем вернулись к Саю. Почему он не поехал сам? Хотел избавиться от нее по дороге? Светлейший принц, конечно, гад, каких поискать, но на прямое убийство суженой вряд ли способен. А тут комар носа не подточит. А может они с Аланией в сговоре? Светлейший правитель болен и слаб, его место непременно займет Сай. Но он недостаточно сильный маг, и это ему известно. Значит, нужно не допустить потенциальных соперников, особенно превосходящих его силой. Иначе говоря, убить родного брата, пусть и отрекшегося от престола. В самом деле, чем Грохх не шутит, он же может и передумать.

 Только вот аура Алании от обмана была чиста, уж такие вещи Лан чувствовал. И диковинных тварей он видел своими глазами, а маг, успевший улизнуть, явно могущественнее Сая.       Или он разжился артефактом, а невесту использует без ее ведома? Столько вопросов и ни одного ответа. Предельно ясно только то, что к Темному Оракулу нужно поспешить.

 С невеселыми мыслями Ланиус добрался до ручья. Осторожно положил Аланию на землю, набрал горсть живительной водицы, прошептал над ней заговор и легким движением брызнул всю горсть девушке в лицо.

 Когда Алания открыла глаза, ее горло царапала кромка кинжала. Она увидела темного мага, который гневно прошипел:

– Где Сай?

Алания от испуга молчала. Вот только что маг спасал ей жизнь, а теперь готов пустить в ход кинжал. Что такого произошло, пока она была без сознания?

– Я ещё раз тебя спрашиваю, где Сай?!

– Я… Я не знаю. – Алания судорожно выдохнула. – Он велел найти вас, рассказать о тварях и попросить помощи. Сделать всё, чтобы вы согласились…

– Сделать всё, говоришь? – оскалился маг. Девушка кивнула и опустила глаза. – Ты принцесса или девка продажная?! Что значит велел?!!!

 Алания в ужасе смотрела на Лана. Он ревел, будто взбесившийся медведь, и она не могла понять, чем его так разозлила. Сказала, как есть, но он же это самое "всё" не потребовал, чего уж теперь сердиться?

 Ланиус сделал глубокий вдох, грязно выругался, убрал кинжал и уселся на землю, рядом с девушкой. Вопросов меньше не стало, зато появился ещё один повод встретиться с принцем как можно скорее. Но сначала нужно было выяснить ещё кое-что.

– Скажи мне, ты раньше видела этих тварей? – Алания покачала головой. – Так я и думал. И рассказал тебе про них, конечно, Сай.

Глава 4. Наследник

Лан молча сидел на земле, а принцесса боялась нарушить тишину. Маг казался ей диким и непредсказуемым, того и гляди снова кинжал достанет. А ещё она понимала, что, кажется, она попала в совсем нехорошую ситуацию. Жених явно не поделился с ней и половиной своего плана, а она, наивная дурочка, бежала по лесу его спасать. А стоило ли? Действительно ли ему что-то угрожало?

 Сколько она себя помнила, Алания была влюблена в Сая. Принц соседней Ангории был необычайно красив: пшеничные волосы до плеч, пронзительно голубые глаза и неизменная широкая улыбка. По нему вздыхали все девушки на выданье, от кухарки до принцессы. Что уж там, и замужние дамы бросали ему вслед горячие взгляды. Ни для кого не было секретом, что именно он – первый в очереди на престол после своего отца. Его старший брат добровольно отрёкся от престола, история давняя, однако подробности были известны только Его Высочеству и самому Саю. Во дворце остался лишь один портрет блудного сына, его Алания видела мельком.

 Несмотря на кажущуюся открытость, Сай был одинаково холоден со всеми. Алания сбилась с ног в попытках заслужить если не комплимент, то хотя бы восторженный взгляд недосягаемого принца. Она подолгу подбирала платья, поярче румянила и без того яркие щеки. Но Сай, казалось, её старания не замечал. Каково же было удивление Алании, когда посыльный сообщил о визите принца. И совсем невероятным казалась цель этого самого визита: помолвка с младшей принцессой Ингории, то есть с ней. Не помня себя от радости, девушка едва дождалась родительского благословения и отбыла в Агорию готовиться к свадьбе.

 Счастье Алании было так велико, что она не замечала, что Сай по-прежнему к ней холоден. Он не приглашал её на прогулки, не приносил цветов и даже не пытался прикоснуться губами к её пылающим щекам. В общем не делал ничего, что приличествует делать влюблённым. Оживился он лишь однажды, когда просил спасти его.

 Алания задумалась. Молчание затягивалось и она не придумала ничего лучше, чем рассмотреть своего спутника. Чёрные волосы, тёмные глаза, мужественные черты лица. Волевой подбородок и нос с небольшой горбинкой, свежий шрам на щеке. Он совсем не был похож на жеманного Сая. Но определённо был похож на единственный портрет отрекшегося от престола принца. Как только Алания это поняла, несмотря на страх, она не смогла удержаться от вопроса:

– Ланиус, скажи, а откуда ты знаешь Сая? Ты, случайно,… – она замолчала в нерешительности и сжалась в комок. Вот сейчас он её за любопытство тут и оставит. А может и чего похуже.

 Лан поднял на неё усталые глаза и ухмыльнулся:

– Догадливая… Пойдём, не терпится встретить братца, но прежде есть у нас ещё дело.

Несмотря на желание мага о скорейшей беседе с престолонаследником, отправились они совсем в другую сторону. Лан, привычный к длительным походам по лесу, чувствовал себя вполне обычно. Чего не скажешь о Алании.

 Собиралась принцесса в спешке, кроме того, весь свой багаж растеряла по пути к магу. Поэтому теперь оказалась в крайне незавидном положении: казавшиеся ранее удачным приобретением болотные сапоги на поверку оказались тяжёлыми, кроме того, были велики на пару размеров. Уже к закату ножки принцессы украшали сочащиеся кровью грубые мозоли.

 Лан был хмур и молчалив, между его бровями прочно поселились морщины, выдающие натуру задумчивую и крайне серьезную. Такого не разжалобишь неудобными сапожками, сама навязалась – иди и терпи. Вот Алания и терпела, стараясь отвлекаться по пути, разглядывая лес.

 А посмотреть было на что: раскидистые ели соседствовали с тонкоствольными березами. Под ногами распускались диковинные желтые цветы с алыми сердцевинками. Неподалеку росли кусты бузины и шиповника. Такие леса – гордость придворных магов Агории. Ежегодно они соревновались в искусстве плодородия, творили леса из порой не сочетаемых, но любимых растений. Этот же лес явно был создан как граница между поселениями, слишком уж непролазными были некоторые места.

 Где-то вдалеке хохотала кукабарра, с ближайшей березки ей вторила кукушка. Принцесса оборачивалась на каждый звук, но, видя ледяное спокойствие спутника, нервно вздыхала и продолжала идти.

 К ночи ноги Алании болели нестерпимо, чулки, казалось, уже насквозь пропитались кровью. Каждый шаг давался с трудом, не помогало уже даже закусывать губы, чтобы отвлечься. А неутомимый маг шел не оборачиваясь и без намека на хоть сколько-нибудь скорый привал. Будто его совсем не заботит, потеряется спутница в чаще – что ж, сама виновата, а он и не при делах. Вот только спутнице теряться не хотелось, поэтому она все еще держалась.

 Алания только вздохнула, завидев впереди поваленное дерево, увитое плющом. Оно было огромным, ветвистым и занимало столько места, на сколько хватало обзора. Лан поморщился, достал кинжал и уверенными движениями стал прорубать проход. Девушка невольно им залюбовалась, в маге таилось столько личин, что дворцовым лицедеям и не снилось. Если при первой встрече она увидела холеного аристократа, потом сильного мага и опытного путника, то сейчас перед ней был мужчина, привычный к тяжелой работе. Он не перекладывал церемонно ветки, не делил их на колючие и не очень. Не надел защитных перчаток, не колебался в выборе орудия. В общем, не делал ничего из того, что делали знакомые девушке принцы, в том числе и Сай.

При мысли о женихе, Аланию кольнуло беспокойство. Пока она тут по лесу гуляет, как он там? Вдруг нежить снова осадила дворец? Вдруг он ранен или еще того хуже? С трудом прогнав тяжелые мысли, девушка вновь посмотрела на мага. Нехорошо как, суженный в опасности, а она тут на магов в опале засматривается. Лучше вон, на птичек…

Девушка так погрузилась в созерцание птичек, что недовольный рык мага заставил ее вздрогнуть:

– Поторопись!

 Вот так, одно слово, никаких церемоний. И даже обидеться не получится, сама виновата. Но поспешить все же стоило. Алания устремилась в прорубленный лаз: взобралась на ствол дерева, придержала руками ветки, норовящие выколоть глаза, и спрыгнула вслед за магом. Ноги пронзило резкой болью, девушка не устояла и совсем не царственно рухнула на траву.

 Звук упавшего тела заставил мага обернуться и брезгливо скривить рот:

– А говорила, выносливая, ловкая, что там еще?..

– Я сейчас, – Алания почувствовала, как краснеют от слез глаза. И все-таки это было несправедливо! Она выносливая, еще какая! Мало какая принцесса может похвастаться умением сидеть в седле, пусть оно и не пригодилось. И уж точно ни одна из них не отправилась бы без приличествующей положению одежды, свиты и провианта в лес с одним единственным несказанно грубым и бесчувственным провожатым. И вообще-то она лекарь, и практически спасла Лана во время сражения с нежитью, и если бы не она…

 Маг слушал молча. Его забавляла эта странная принцесса. Хрупкая, с грязными полосами на лице и спутанными волосами, она сидела на земле и гневно стучала по дереву крошечным кулачком. А он, оказывается, чурбан жестокосердный. Лан ухмыльнулся, ну что, будет ей чурбан. Он и так шел намного медленнее привычного, выбирая проходимые тропы.

– Все сказала? – усмехнулся он. – Вставай давай, спасательница, пока твоему жениху не надрали его царственный зад. После посидеть успеешь.

– Да как ты… – Алания захлебнулась от возмущения. – Да Сай, он… Он такой… Он заботливый, он благородный, он…

– Ну да, невероятно заботливый! Я и смотрю, где ты от его заботы оказалась: в глухом лесу с черным магом! Которого, между прочим, ты только что крайне разозлила! – прорычал Лан, приближаясь к по-прежнему сидящей принцессе.

 Он обватил ее за талию и резко дернул вверх. Алания взмахнула руками и, сдавленно охнув от боли, начала оседать обратно. Упасть не получилось, маг держал крепко. Их взгляды встретились: черные глаза Лана смотрели цепко и внимательно, а голубые Алании вновь заволокла пелена слез.

– Прости, – всхлипнула принцесса. – Эти сапоги, они просто огромные. И, кажется, сейчас идти я не смогу. – Маг нахмурился, а девушка поспешила его успокоить, – Но у меня есть лекарское зелье, нужно всего чуть-чуть подождать, и я снова последую за тобой. Прости…

 Лан осторожно посадил девушку на лежащий ствол. Сел перед ней и потянулся к вышеупомянутому сапогу. Алания как завороженная следила за магом, боясь пошевелиться. А когда он медленно снял ее сапог, стараясь не сделать больно, щеки принцессы покрылись румянцем. Однако сидящий перед ней мужчина был не влюбленным принцем, а самым, что ни на есть, черным магом. Поэтому вместо ожидаемого Аланией сожаления он грязно выругался и процедил:

– Они найдут нас по запаху крови…

Лан ловко стянул второй сапог. Покачал головой и потянулся, чтобы снять чулки, но Алания отшатнулась.

– Я сама, – неуверенно прошептала она. И чтобы сгладить возникшую неловкость, решила спросить, – Что теперь делать? С теми, кто идёт по следу?

– Ну для начала, приведи себя в порядок, лекарь, – ехидно заметил маг.

– А если они нас найдут?

– А вот чтобы они нас не нашли, я, пожалуй, немного поколдую, если ты не против. Так что давай, доставай свои склянки и не отвлекай, – с этими словами Лан отвернулся, достал кинжал, надрезал ладонь и зашептал, двигаясь по кругу, – Архарассан ташши… Архарассан ташши…

 Когда он закончил, отвязал поясную сумку и под удивлённым взглядом Алании достал из неё внушительных размеров меховой плащ.

– Ну, что сидишь? Пространственных карманов никогда не видела? – девушка покачала головой, а Лан укоризненно заметил, – а ещё маг, называется.

– Я – лекарь! – вспыхнула Алания.

– Ну да, ну да. И что же ты, лекарь, до сих пор в чулках сидишь?

– Больно… – вздохнула Алания.

– Конечно, больно! – возмутился маг. – Потому что надо было сразу сказать, а теперь снова проблем натворила. И чего тебе во дворце не сиделось, спасательница!

 Щеки Алании были уже пунцовыми от гнева. Да если бы у неё сейчас был выбор, она бы ни мгновения не оставалась в обществе этого мужлана! Останавливали только сбитые в кровь ноги и мысли о суженом. Подумать только, трепетный и нежный Сай брат вот этого… Приличных слов не подобрать.

 Тем временем Ланиус подошёл ближе, наклонился и, шепнув "Анезио" , подул на Аланию. Она с удивлением почувствовала, что боль начала утихать, а потом и совсем прошла.

– Что это было?

– Заклятие обезболивания. Странно, что ты этого не знаешь, – пожал плечами маг.

– И ты столько времени смотрел, как я мучилась?

– Тебе не привыкать, ты столько времени шла в таком виде, может тебе нравится.

– Издеваешься?!

 Лан ухмыльнулся, отобрал у несостоявшегося лекаря склянку с зельем, которую она безуспешно пыталась открыть, и лёгким движением откупорил пробку.

– Можно? – не дожидаясь ответа, он обработал раны, подхватил Аланию и осторожно перенёс её на предусмотрительно расстеленный плащ. Из необъятной сумки маг достал несколько кусков вяленого мяса, две внушительных лепёшки и бурдюк, который протянул Алании.

– Пей.

 Девушка сделала глоток и закашлялась.

– Ч-что это такое?!

– Гномий эль.

– Ч-что?!!!

– Гномий эль. Лучшее средство восстановить тело и душу. Пей давай.

 Второй глоток пошёл легче, третий показался приятным, а четвёртый маг сделать не дал.

– Не знал, что принцессы предпочитают крепкие напитки. Ты отключиться тут решила?

– Я не… – Алания смутилась. – Я раньше не пробовала эль.

– Оно и видно, – усмехнулся Лан.

– А что за заклинание ты произнёс? Ну когда купол ставил. Я никогда такого не слышала, но оно похоже на призывное…

– Похоже, – не стал спорить маг. – Оно и есть призывное, я вплел в купол дух одного задолжавшего мне демона. И нет, к Грохху он твою душу не унесёт. Уж во всяком случае не сегодня.

– Уже хорошо, – выдохнула принцесса.

 Когда нехитрый ужин был съеден, а эль ещё не закончился, Лан решил, что сейчас именно то самое время, когда можно узнать побольше о навязанной спутнице. И об источнике нежити заодно.

– Тебя вероятно поразила роскошь тронного зала Светлейшего? – с улыбкой напомнил он Алании её недавний вопрос. Взгляд его при этом оставался цепким. – Как давно ты во дворце?

– Три седмицы. На самом деле, тронный зал прекрасен. Сейчас его начали готовить к свадьбе, у трона обновили обивку, а стены покрыли золотыми орнаментами. Так красиво, – восторженно воскликнула принцесса.

Глава 5. Зачарованный камень

Лан вспомнил, что Ингория была королевством стратегически важным, но бедным. Поэтому в сравнении с убранством родного дворца Алании, даже непарадная часть Агории должна была казаться девушке блистательной. Это был тот случай, когда быть принцессой – не привилегия, а обязательства. Правитель Ингории просто продал старшую из своих дочерей, чтобы залатать дыры в королевской казне. В его случае, чем раньше принцесса выйдет замуж, тем лучше. А вот к чему спешка Саю, было непонятно.

 Лан задал ещё несколько светских вопросов о том, нравится ли девушке столица Агории, выбрала ли она уже подвенечное платье. И, будто невзначай, поинтересовался:

– Сай, должно быть, невероятно влюблён?

– Влюблён… – принцесса погрустнела. – На самом деле, у нас было не так много времени вместе. Государственные дела…

– Да, быть наследным принцем непросто, – согласился Лан. – И всё же. Такая спешка со свадьбой. Неужто принц не устоял и уже исполнил супружеский долг?

 Алания покраснела.

– Нет, что ты, – и добавила немного обиженно, – он даже не пытался украсть поцелуй…

 Все-таки напоить Аланию было неплохой идеей. Вряд ли она бы делилась подробностями своей безответной любви с первым встречным на трезвую голову. А интерес Лана был отнюдь не праздным. Насколько он знал Светлейшего наследника, тот бы не упустил ни одной промелькнувшей юбки. И хоть Алания буквально давила своей целомудренностью, вряд ли она бы продержалась под натиском опытного соблазнителя, коим, несомненно, был Сай, дольше недели. А значит? Да ничего это не значит, ни одной дельной мысли в голове у мага не было, кроме того, что всё это как-то странно. А вот гномий эль был. Поэтому недолго думая, Лан начал удобно устраиваться на плаще, несмотря на возражения принцессы.

– Эй, а где тогда буду спать я?

– Ты что видишь тут ещё один плащ? – наигранно удивился маг. – Я не планирую сегодня замёрзнуть, так что будь добра, подвинься.

– Я никогда не спала с мужчиной! – возмутилась Алания.

– Представь себе, я с женщинами тоже не спал, – ухмыльнулся маг и, не теряя времени, провалился в сон.

 Принцесса вздохнула, мёрзнуть она тоже не собиралась, а плащ, кажется, был достаточно велик. С этими мыслями она подвинулась к краю, свернулась калачиком и забылась тревожным сном. Проснулась она от того, что грубая шероховатая мужская рука закрывала ей рот.

Недолго думая, Алания сделала самое простое, что можно было сделать в этой ситуации, а именно со всей силы укусила мешавшую ей чужую длань. Послышалось гневное шипение, девушка повернулась на источник звука и с облегчением обнаружила там мага.

– Ты кричала во сне, – сообщил он.

– И ты не придумал ничего лучше, чем заткнуть мне рот?! – возмутилась девушка.

– Вообще я много чего придумал, но тебе бы понравилось ещё меньше. Твои крики могли привлечь нежить, – про сопровождающего тварей мага Лан предпочёл умолчать. – Давно тебе снятся кошмары?

 Сочувствия в голосе Лана принцесса не услышала, только исследовательский интерес. Кто их знает этих тёмных, может и через сны что-то важное происходит. Она пожала плечами:

– Недавно. С тех пор, как я покинула дворец. Знаешь, я не удивляюсь, я как-то не привыкла к такому…

– Что именно тебе снится?

– Не знаю, – Алания задумалась. – Не могу вспомнить. Помню только страх и боль. Странно, во сне всё было так явно, я даже не понимала, что это сон. А сейчас ничего не помню.

– Снимай украшения и выворачивай карманы, – приказал маг.

– Ты меня грабить собрался?! – не поняла принцесса.

– Тьфу, – скривился Лан. – Одна чушь на уме. Я собрался искать артефакт, насылающий кошмары, но если тебе они нравятся, пожалуйста, приятного просмотра.

– Несносный маг, – бормотала Алания, снимая серьги, кулон и многочисленные браслеты. – Никакого такта, почему нельзя нормально объяснить…

– Я всё слышу, – напомнил Лан. – И я тебе не магистр, чтобы в походных условиях лекции начитывать. Смею напомнить, я тёмный маг, а не твой светленький жених. А у тёмных магов на реверансы знаешь ли время не всегда есть. Особенно когда нужно спасать свою шкуру.

– А ты разве спасаешь свою?!

– Нет, твою. Но поверь, чужую жизнь чёрные маги вообще не спасают.

– Так мне бракованный маг попался?! – ухмыльнулась принцесса.

– Бракованный тебе попался во дворце, – съязвил Лан. – Иначе ты бы тут со мной не тащилась.

– Почему ты всё время так говоришь о Сае? – вздохнула Алания. – Я уже поняла, что у вас были разногласия в прошлом, но Светлейший же готов их забыть и простить, и ты тоже…

– Я тоже?! – разъярился маг. – Ещё скажи, что ему есть за что меня прощать. Что он там тебе наплел, этот любитель таскать горящие угли чужими руками?! Поверь мне, пока ты бродишь тут со мной, он вполне счастливо развлекается с придворными куртизанками!

– Сай не такой, – в глазах девушки блестели слезы. Она не верила, Лан специально всё это говорит, непонятно зачем, но специально.

 Она сняла последний браслет и швырнула украшения на плащ ближе к магу. Маг молча кивнул и неспешно принялся их перебирать. Он тщательно рассматривал камни на свет, тряс браслетами и что-то тихо бормотал. Алания всё это время сидела на поваленном дереве и всхлипывала.

 Когда Лан закончил с украшениями, в его руках остался лишь один браслет. На первый взгляд он ничем не отличался от своих собратьев, необычным был лишь один из зелёных камней. Камень был прозрачным с мутной движущейся внутри него дымкой. Она то скручивалась спиралью, то текла медленной рекой. Маг нахмурился. Он подошел к Алании. Выглядела девушка не лучшим образом: опухшие от слез глаза, дрожащая нижняя губа, будто вот-вот и она сорвётся. Лан вздохнул и опустился на землю напротив принцессы.

– Алания, – мягко позвал он и коснулся её руки, девушка от удивления вздрогнула. Не вязался этот новый тон со старым знакомым. – Прости, я был излишне резок. Пожалуйста, постарайся вспомнить, откуда у тебя этот браслет?

Алания внимательно посмотрела на украшение. Оно появилось недавно, это точно. Этот браслет…

– Вспомнила! – воскликнула принцесса. – Его подарили, когда был бал по случаю помолвки…

 Алания осеклась и замолчала. Она хорошо помнила каждый миг этого счастливого дня: восторженные слова модисток, слезы радости родителей, лаконичный комплимент "Вы прекрасны! " от жениха с мимолетным поцелуем руки. В памяти остался и сам бал: роскошное убранство тронного зала в нежно-сиреневых цветах и бесконечную, казалось, очередь из желающих выразить своё почтение будущим молодожёнам. Вот касается её щеки рукой в остро пахнущей душистой водой перчатке тётушка Нания, вот склоняется в реверансе кузина Риала. А потом подходит он. Алания даже зажмурилась, силясь вспомнить его черты. Но в её воспоминаниях их будто стёрли, она видела лишь дымчатый силуэт мужчины во фраке и руку в черной перчатке, протягивающую ей шкатулку с браслетом. Что он ей тогда сказал?… Она не придала этому значения, но теперь это казалось очень важным. Только вот и слов она вспомнить не смогла.

– Да что же это, – всплеснула руками принцесса. – Я же помню всё, всё, кроме него! Вот ведь демон!

– Не исключено… – задумчиво протянул Лан.

– Что не исключено? – охнула Алания.

– Что демон не исключено. Или сильный маг и морок забвения. Или не очень сильный маг и какой-нибудь весьма сильный артефакт. Алания, ты будто сундук с тайнами моей матушки, который я любил открывать в детстве. Сколько не открывал – всякий раз что-то новое…

– Её Светлейшество Арисса такая затейница? – улыбнулась Алания, а маг вмиг погрустнел.

– Арисса, конечно, затейница ещё та. Но я говорю о своей матери. Её звали Анория.

– Ох, прости, я думала, раз ты и Сай…

– Давай оставим этот разговор. Постарайся лучше вспомнить, после кого подошёл тот, кто подарил тебе это, – он покачал браслет на пальце.

– О, это я помню! После герцогини Расси.

– Судя по тому, что в свете до сих пор соблюдают правило, чем выше статус – тем раньше можно поприветствовать Светлейших особ, и ты не удивилась его появлению, его титул не ниже герцога. Мужчина? – принцесса кивнула, а маг потер ладони друг об друга. – Что ж, это сужает круг дарителей.

 Пока Алания собирала и надевала свои украшения, Лан устранял следы их пребывания: затирал следы, наводил заклятия восстановления на примятую траву и поломанные ветки. Затем снял защитный полог и отозвал охранявшего их демона обратно в преисподнюю, отчего принцесса вздохнула с явным облегчением.

– Готова?

– Да, а куда мы идём? Ты говорил, что к утру мы будем на месте, но лес не редеет, и совсем не похоже, что мы приближаемся к столице Агории.

– Потому что мы идём не в Агорию, – кивнул Лан. – Знаешь, вокруг тебя творится столько интересного, что я бы хотел познакомить тебя с одним моим добрым знакомым.

 Спрашивать, что это за знакомый, Алания не рискнула. Она лишь уточнила, когда они смогут добраться до дворца, чтобы помочь Саю.

– Всё зависит от того, как пройдёт ваше знакомство, – загадочно ответил маг. – Не думаю, что мы надолго задержимся, но возможно, что до визита к дражайшему брату нам придётся навестить ещё парочку интересных людей.

 Больше он ничего не сказал, как девушка его ни пытала.

 Зато надевая сапоги, она с удивлением обнаружила, что они ей по размеру. Повернулась поблагодарить Лана, он только кивнул. Тёмный есть тёмный, в любом случае даже на такое участие принцесса не рассчитывала.

 Путники снова отправились в глубь леса, хотя казалось, глубже уже некуда. Деревья росли всё ближе друг к другу, а кустарники будто покрыли всю землю. Прорубить путь заклинанием Лан отказался, ссылаясь на магический шлейф. Поэтому шли медленно, маг ловко и уверенно, а принцесса – спотыкаясь и то и дело падая. Было не больше полудня, когда бодрый Лан и невероятно утомившаяся Алания вышли к небольшому лесному озеру.

 Девушка, невзирая на усталость, подбежала к кромке воды и зачерпнула её ладонями. Ужасно хотелось смыть с себя всю грязь последних двух дней, но озеро было незнакомым, а значит и спешить не стоило. Принцесса отошла на пару шагов, вылив воду перед собой. Если водная гладь останется спокойной – значит всё в порядке, а уж если там русалки или кто похуже, они вылезут защищать свои владения. Подождав положенные сто ударов сердца и убедившись, что в озере никто не представляет опасности, Алания обернулась к магу.

– Да понял я, понял, – вздохнул он. – Сейчас только полог наложу.

– И отвернись! – топнула ножкой принцесса, на что Лан только ухмыльнулся.

 Когда маг отошёл за кусты, Алания спешно сбросила надоевший дорожный костюм и осторожно вошла в озеро. Вода была немного прохладной, но приятной, бодрящей и наполняющей силами.

 Пока принцесса приводила себя в порядок, Лан, который ей ничего конкретного на просьбу отвернуться не обещал, задумчиво наблюдал за девушкой. Она показалась ему красивой и при первой встрече, и, что греха таить, он согласился взять её с собой не только из-за Сая, даже скорее совсем не по этой причине. И то, что он видел перед собой, ему только напоминало об этом. Маг выругался и ушёл рубить совершенно не мешающие ему кусты.

Глава 6. Таврия

Алания, услышав удары мечом по дереву, насторожилась, и решила, что нужно скорее возвращаться к берегу. Вдруг на них снова напали, или ещё хуже, вдруг маг ушёл без неё? Спешно натянув дорожный костюм и впрыгнув в сапоги, она направилась в ту сторону, откуда были слышны напугавшие её звуки. К счастью, там оказался лишь маг, по непонятной причине в отвратительном расположении духа. Увидев Аланию, он пристегнул меч к поясу и молча двинулся дальше.

 Принцесса поспешила за ним. Непонятно, отчего маг так разозлился, но шёл он теперь вдвое быстрее обычного. Девушка почти бежала, поэтому её счастью не было предела, когда она обнаружила, что лес кончился, а прямо перед ними показалась крепкая изба.

 Лан трижды коротко стукнул по двери, и она тотчас отворилась. На пороге стояла девушка. Её ярко-рыжие волосы были заплетены в причудливые косы, в которые она приколола самые настоящие шишки, листья и ягоды бузины. На ней было свободное платье зеленого цвета, а её ноги были босы.

– Ну здравствуй, маг! – улыбнулась хозяйка избы.

– И тебе не хворать, ведьма, – ответил Лан и обнял её.

Ведьма с интересом посмотрела на стоящую в стороне Аланию.

– Интерееесных гостей ты мне привёл, маг, – протянула она. Легко спрыгнула с крыльца и вплотную подошла к принцессе. Та от испуга старалась не дышать. Ведьма внимательно заглянула девушке в глаза и покачала головой. – Вон оно чего… Невеста Светлейшего, значит… Тьфу!

 Алания в ужасе отпрыгнула, а ведьма усмехнулась:

– Не бойся, это я сгоряча. Попортил мне женишок твой кровушки… Я – Таврия. Зрящая.

– Алания, принцесса Ингории, – девушка церемонно присела в реверансе и только по смеющимся глазам мага поняла, насколько это было неуместно. Она пожала плечами и улыбнулась. – Привычка. Я и правда невеста Сая, а как вы узнали?

– Ну вы тут пообщайтесь, а я пойду у тебя что-нибудь съестное поищу, пожалуй, – сообщил маг и направился в избу. Таврия только ухмыльнулась и пригласила девушку последовать за ним.

– А то сожрет всю похлёбку, с него станется, – со смешком пояснила она.

– Что правда, то правда, – хохотнул Лан. – Особенно когда хозяйка такая гостеприимная, что аж в дом не зовёт!

– Вот сейчас как огрею метелкой в порыве гостеприимства!

– Ну полно, полно, – Лан поднял руки в примиряющем жесте. – Откровенно говоря, нам помощь твоя нужна.

– Помощь, говоришь? – прищурилась Таврия. – Чем смогу… Но сперва и правда, поешьте. Принцессу вон совсем голодом уморил, одни глаза остались! А ты давай не смотри на него, садись уже к столу, – кивнула она Алании.

 Алания не просто стояла, она с интересом осматривалась. Снаружи избушка была довольно покосившейся, старой и заросшей мхом и бурьяном. Поэтому и внутри принцесса ожидала увидеть мрачную досчатую мебель, драные тряпки вместо покрывал и чёрного кота. Однако в избе у Таврии оказалось светло, чисто и уютно. Упомянутый ведьмой стол радовал глаза расшитой яркими цветами льняной скатертью, на резной кровати было стеганое покрывало и горка разного размера подушечек. А на окнах висели кокетливые занавески. И всё это так не укладывалось у Алании в голове, что она не удержалась от вопроса:

– А вы точно ведьма? – и тут же смутилась, услышав дружный хохот.

– Самая настоящая, – подтвердила Таврия. – Темнейшая ведьма Агории, между прочим! А между злыми делами рукодельничаю. Сказок перечитала, небось?

– Наверное, – покраснела принцесса. – А почему же вы живете в лесу?

– Людей не люблю, – погрустнела Таврия. – Тут ведь какая штука. Они тёмных ведьм вроде и избегают. Кто пошустрее жечь пытаются. А чуть надо плод изгнать или порчу там навести, так забывают все свои молитвы и бегут, родимые. Тут, в лесу, спокойнее.

– А как вы все-таки узнали, что я невеста Сая? – напомнила свой вопрос Алания.

– Так я же тебе говорю, я – Зрящая. Дар у меня такой, вижу следы магии, на тебе вот – брачный след, но незавершённый. Свадьбы, стало быть, ещё не было. А уж магию Светлейшего я завсегда узнаю… Это ж он меня… А, неважно. Ешьте похлёбку, стынет же!

 Похлёбка у ведьмы оказалась наваристой, густой и вкусной. Алания, не привыкшая к таким блюдам, ела с удовольствием и неспешно. Лан же вмиг опустошил свою тарелку и сыто улыбнулся.

– Так значит, поможешь? – спросил он ведьму.

– Спрашивай, – посерьезнела Таврия.

– Нежить. Звериное тело, голова человека, умертвия. Кричат будто чайки, от удара кинжала осыпаются прахом. Источник?

– Уж не та ли, что на вас напала? – ведьма внимательно посмотрела на Лана, тот кивнул. – В ближайшей деревне слышала, самой видеть не довелось. Не простая нежить это, призванная. Да ты и сам уж понял, иначе ко мне бы не пришёл.

– Понял. Ты видишь, чей след?

– Заклятие сокрытия?

– Да.

– Давай кинжал, – приказала ведьма.

 Лан положил ритуальный кинжал на стол, а рядом с ним – браслет. Ведьма прищурилась, а Лан покосился на принцессу, которая церемонно пила чай и не прислушивалась к тихой беседе.

 Тем временем Таврия сняла с шеи прозрачный кристалл на вощеном шнуре, прошептала заклинание и поднесла кристалл к кинжалу. На миг кинжал полыхнул красным, а глаза ведьмы стали чёрными. Через мгновение на столе уже лежал обычный кинжал, а ведьма перенесла кристалл к браслету. То, что произошло дальше, явилось для Таврии полной неожиданностью: кристалл заискрил, зашипел и раскололся надвое, а воздух вокруг браслета пронзили яркие багряные всполохи. Ведьма моргнула, глаза её приобрели обычный цвет. Лан схватил её за плечи:

– Ты успела?! Ты видела?!

– Да, – кивнула ведьма. Она прошептала имя и ещё несколько слов на ухо Лану, отчего тот изменился в лице. – Они близко! Хватай свою принцессу и беги.

– А ты? – подскочила Алания. Ведьма ей понравилась и девушка искренне за неё переживала.

– А я пока ещё темная ведьма, – ухмыльнулась Таврия. – Торопитесь!

– Береги себя, ведьма, – мягко попрощался Лан.

– Ещё увидимся, маг, – улыбнулась Таврия, выпроводила гостей и кинула им вслед защитный морок. – Ты главное, успей, – еле слышно добавила она.

Лан знал, что Таврия ни слова не говорила просто так. То, что она почувствовала погоню – неприятно, но ожидаемо. Имя, которое она назвала – предсказуемо, но маг должен был удостовериться, что не ошибался. А вот то, что ведьма сказала напоследок… Всего одно случайное слово, но как оно всё меняет. Не верить Таврии оснований не было: кроме того, что она Зрящая, она знала Лана наверное лучше кого бы то ни было.

 Они познакомились ещё в детстве. Мать Таврии была одной из лучших придворных модисток, а рыжеволосая веснушчатая девочка – веселой проказницей, ставшей лучшей подругой для юных принцев. Они вместе прятались в оранжерее от нерасторопных нянек, воровали с кухни потрясающе ароматные лепёшки с ягодным вареньем и уплетали их в конюшне, слушая гневные крики кухарки.

 Когда они стали старше, Лан с удивлением обнаружил, что Таврия не только прекрасный друг, но и весьма симпатичная девушка. Лан, тогда ещё неопытный в амурных делах, по ночам подбрасывал к её комнате подарки, а поутру слушал восторженные рассказы о тайном воздыхателе, покорившем сердце красавицы. А потом… От воспоминаний в горле мага появился ком. А потом он увидел её с Саем. Который беззастенчиво присвоил себе все попытки Лана привлечь внимание Таврии. Светлейший правитель никогда не разрешил бы свадьбы сына с дочерью прислуги, но коварный принц запудрил девушке голову обещаниями, обесчестил и потерял к ней всякий интерес.

 Таврия тогда была вне себя от горя. Три дня она сгорала от лихорадки, а когда ей стало легче и она вышла на прогулку в сад, ей навстречу попался Сай. Девушка, до этого никакой силой не владеющая, от обиды и злости выкрикнула первое пришедшее на ум проклятие. И, что удивительно, оно отозвалось в защитном амулете принца. Сай не растерялся и тут же объявил Таврию чёрной ведьмой.

 Когда Лан узнал об этом, было уже поздно: срочным указом Светлейшего правителя девушка была выслана из города. Именно тогда Ланиус отрекся от престола, вышвырнул все светлые магические амулеты и ушёл из дворца.

 Долгие годы он учился тёмной магии и теперь мог считаться одним из сильнейших в Агории и за её пределами. О Сае он не слышал ровным счётом ничего, пока не появилась Алания.

 Именно её руку он сейчас крепко держал, торопясь покинуть открытое поле, пока действует защита морока. В голове то и дело звучали слова ведьмы: "свою принцессу". Свою…

– Лан, – голос Алании прозвучал неожиданно. – Что теперь делать?

– Идти, – он крепче сжал её руку. – Идти так быстро, как только сможем, пока не раздобудем каких-нибудь лошадей.

– Ты же ходишь пешком, – она слабо улыбнулась и убрала со лба упавшую прядь волос.

– Ну, ты же обещала показать мне свои способности. Помнится, при встрече ты настаивала, что отлично ездишь верхом!

 Алания помолчала немного, словно размышляя, спрашивать или нет, а потом решилась:

– Таврия справится?

– Она сильная ведьма, – кивнул маг.

– Я буду за неё молиться, – прошептала Алания.

– Надеюсь, ты помнишь, что она тёмная ведьма, – засмеялся Лан. Молиться за тёмную ведьму, на такое способен только безумец!

– А что же делать?

– Пожелай ей сил, – пожал плечами маг. – Не знаю, на моей памяти такое впервые, чтобы кто-то переживал за тёмных ведьм. Обычно наоборот.

– А ты, совсем не волнуешься? Мне показалось, она тебе дорога…

– Тёмные маги не привязываются ни к кому. Привязанность делает мага слабее, она как якорь, держит его и мешает выпустить силу, если она может навредить близкому. Именно поэтому все тёмные – одиночки.

– Значит, ты никогда не любил?

– Я не всегда был тёмным, – грустно улыбнулся маг. – Но всегда им буду. Ступивший на сторону тьмы не может обратиться к свету. А теперь помолчи.

 Ланиус прислушался. Не показалось, чуткий слух охотника за нежитью уловил странные звуки. Шипение, шорох шагов, будто твари крались по полю, боясь спугнуть добычу.

Глава 7. Нападение

 Прятаться было негде. Впереди простиралось бескрайнее поле, позади – загадочная нежить. Маг сбросил с пояса сумку, отстегнул меч и буквально впихнул его в руку испуганной принцессы.

– Я же не…

– Неважно, держи крепко, если они прорвутся, просто старайся не подпустить их близко.

– А ты?

– Кинжал.

 Не доверяя девушке, он собственноручно вылил ей на голову зелье, создающее защитный купол. Сам же предпочёл морок невидимости – Ланиус хотел подойти ближе и постараться уловить магический след.

 Они стояли в открытом поле. Слышали дыхание нежити, слышали их шипение, но не видели ни одной твари. Лан сделал несколько выпадов кинжалом, лезвие лишь пронзило пустоту. Вдруг на горизонте появилась фигура в тёмном плаще. Человек был слишком далеко, чтобы удалось почувствовать его ауру. Несколько мгновений он будто присматривался, а затем раздался крик "Аррхаббар" и стало тихо.

От тишины звенело в ушах. Алания с удивлением заметила, что исчезли все звуки. Вот над ними пролетела горлица, клюв её приоткрылся, но крик так и не раздался. И ветер тоже пропал. Полевые цветы, до этого клонившие свои бутоны к земле, теперь стояли словно воины на плацу, тянулись ввысь с неестественно прямыми стеблями. Время будто застыло, и только двое путников едва дышали, стоя под защитным куполом.

 Алания то и дело бросала взгляд туда, где ей привиделась фигура в плаще. Сейчас там было пусто, маг исчез. Видел ли его Лан? Должен был увидеть, он же не простой чернокнижник, он один из сильнейших тёмных магов, мимо него и муха не пролетит. И все-таки девушка чувствовала беспокойство своего спутника. Взгляд его был серьёзен, а рука крепко сжимала ритуальный кинжал. Второй рукой Лан придерживал поясную сумку, чтобы успеть достать зелье.

 Минуло не меньше трёхсот ударов сердца, прежде чем Лан осторожно коснулся руки девушки. Она вздрогнула и неожиданно для себя схватила мага за рукав. Помнится, тётушка Нания говорила, что лучше ужасный конец, чем ужас без конца. Теперь Алания понимала, о чем она. Вокруг так долго ничего не происходило, что девушка уже сходила с ума от ужаса и ожидания. Даже присутствие мага рядом не умаляло её страх: он ясно дал понять, что для него нет ни любви, ни привязанности. Если нужно будет выбирать, спастись самому или спасти её, Аланию, не нужно было гадать, что маг предпочтёт собственную шкуру.

 Лан тоже думал. Как истинному мужчине в момент опасности сантименты ему были чужды. Он прикидывал расстояние до исчезнувшего мага и потенциал и природу его силы. И всматривался в недвижимые стебли цветов, чтобы ничего не пропустить. Стоящая рядом принцесса так сильно вцепилась в его плащ, что это слегка отвлекало. Лан покосился на руку принцессы, дрожащую, с побелевшими от усилия тонкими пальчиками. Перевёл взгляд на девушку: глаза блестят от слез, но она пока держится. Лишь искусала губы в кровь. Внезапно возникшее желание заставило мага на мгновение закрыть глаза: ему вдруг до одури захотелось схватить невесту брата, прижать к себе и защищать до последнего вздоха.

 Когда Лан открыл глаза, он успел заметить мимолётное движение воздуха неподалёку. Оно было похоже на дрожащее марево над костром, будто цветы слегка подрагивали, были мутноватыми и то и дело покрывались рябью. Он снова коснулся принцессы и одними губами прошептал: "Смотри! ". Она увидела. Замерла, вопросительно взглянула на мага, Лан только покачал головой. Не сейчас, пусть подойдёт поближе, кто бы это ни был. Под куполом их не видно, а значит есть шанс подпустить того, кто приближался под мороком, ближе. На расстояние, достаточное для удара кинжалом.

 Лан осторожно двинулся в сторону ряби, мимолётно шепнув принцессе, чтобы молчала и не выходила из купола. Шаг. Ещё шаг. Резкий удар сбил мага с ног. Лан упал и тут же почувствовал смрадное дыхание и тяжесть лап на груди. Значит все-таки нежить. Только вот тот, чье имя назвала Таврия, не смог бы одновременно и поддерживать жизнь в тварях, и наводить морок. Значит, есть и второй маг. А ещё это значит, что на них определённо охотятся, только вот на кого? На него или на принцессу?

 Мысли неслись сумасшедшим вихрем, пока Лан точными ударами кинжала отправлял нежить в Преисподнюю. Иногда он даже успевал бросить взгляд на принцессу, судорожно сжимающую в руках меч. Купол был цел, а значит, Лан мог не беспокоиться о том, что кто-то из тварей сможет до неё добраться.

" Думаю, Сай предпочтёт получить свою невесту живой и невредимой". Лан невесело усмехнулся своим мыслям и яростно вонзил кинжал в очередную тушу.

 Алания в это время силилась разглядеть хоть что-то, но она не обладала чутким зрением мага- охотника. Всё, что она видела – Лана, то и дело вонзающего кинжал в пустоту. Правда теперь она слышала хлопки и видела отголоски пепла, которым осыпались побеждённые твари. Принцесса только металась внутри купола испуганной птицей, понимая, что ничем не сможет помочь. Руки ослабли от тяжёлого меча, но опустить его принцесса не решалась. Когда Лан остановился, она было решила, что всё закончилось. Он медленно повернулся к ней спиной, озираясь в поисках уцелевших тварей, и именно в этот миг рядом с принцессой возникла фигура мага в плаще. Лицо его было закрыто капюшоном. Алания только открыла рот, чтобы окликнуть Лана, как её дыхание перехватило. "Магическая удавка", – успела подумать девушка, воздуха не хватало, поле вокруг начинало терять очертания. В Лана ударил луч заклинания и он упал, раскинув руки в стороны. Ритуальный кинжал выпал на траву, склянки с зельями высыпались из сумки и играли разноцветными гранями на солнце.

 Вдруг Алания почувствовала, что удавка ослабла, и она сделала вдох. Кружилась голова, девушка упала на колени, из последних сил подползла к магу.

 На груди Лана зияла рана с опаленными краями. Девушка осторожно коснулась его волос, дотронулась до руки, боясь причинить боль. Из глаз её текли слезы, она собирала зелья в поисках подходящего, и лихорадочно шептала:

– Пожалуйста, не уходи! Пожалуйста! Ты мне нужен…

Алания наклонилась к магу, стараясь почувствовать его дыхание. Уловила слабый вдох, значит жив. Есть время, знать бы ещё, каким заклятием его ударило. Но это потом, сначала нужно привести мага в чувство.

 Алания бросилась к рассыпанным на траве склянкам мага, резким движением опрокинула к ним содержимое своей сумки. Склянок стало больше, но нужной – с водой из Живого ручья, не было. Алания спешно перебирала зелья и тихо шептала:

– Да как же это, была же… Гроххов Сай, если бы не он и эта нежить… Да чтоб он в Преисподнюю провалился! – сказала и испуганно закрыла рот рукой. Только этого ещё не хватало, интересно, её проклятие долетит до драгоценного женишка?

 Всего три дня в пути с Ланом, а столько всего передумала юная принцесса. Первую крупицу сомнений в правильности предстоящей свадьбы ей подбросил маг, обронив, что любящий жених не отправил бы свою нареченную в столь опасное путешествие без сопровождения. Он скорее отправился бы сам, так почему Сай остался во дворце? И болезнь Светлейшего правителя тут не в счёт, придворные маги уже много лет защищали Агорию от нашествий нежити и воинственных соседей. Сай был не настолько силён в колдовстве, чтобы его отсутствие сказалось на безопасности границ.

 Значит дело было в чём-то другом. Но почему именно она, Алания? Девушка не тешила себя пустыми надеждами о неземной любви, откровенно говоря, она и лёгкого интереса со стороны принца не наблюдала. Правда принцессе казалось, что её любви хватит на двоих. Она окружит Сая заботой и вниманием, будет вдохновлять и восхищать его, и может быть он поймёт, полюбит. Так думала Алания, пока не встретила Лана. А потом всё просто будто рухнуло. Каждый ехидный вопрос мага зарождал в девушке чувство горечи и непонимания. То, что поначалу казалось простым и понятным, теперь обретало совсем другой смысл.

 Кто преподнёс злополучный браслет? Почему Сай не предупредил о магической ауре, ведь он, несомненно, не мог её не почувствовать? Почему он отправил к магу именно её и почему нужен был только Лан? Судя по тому, что принцесса увидела сегодня, охота шла именно на них. Это был не случайный прорыв нежити, за ними гнались, их пытались убить. В чем причина? Что такого произошло или должно произойти между братьями, что Лан стал мишенью? Или это не Лан, а она?

 Столько вопросов и ни одного ответа. Алания почти отчаялась, как вдруг заметила откатившийся под крупный лист дорон-травы пузырёк с прозрачной жидкостью. Тот самый, с водой Живого ручья!

– Ох, – вздохнула принцесса с облегчением, схватила склянку и вернулась к неподвижному магу. – Давай, сейчас, держись, пожалуйста, – бормотала она, осторожно расстегивая его рубаху.

 Она провела рукой по груди мага, шепча слова исцеляющего заклятия. Отметила про себя, каким сильным было его тело, как крепки были мышцы. Перед ней лежал поверженный воин, даже сейчас, оглушенный и раненный, он был… Алания вздохнула. Он совершенен. Освобождая мага от рубашки она вспоминала по-девичьи изящного жениха. Прогнав из головы ненужные мысли, девушка приступила к обработке раны. Зубами выдернула пробку из склянки и, не переставая шептать заклинание, капнула Живой водой на обугленный край следа от заклятие. Маг дёрнулся, Алания с трудом удержала его.

– Пожалуйста, лежи, – шептала она. – Сейчас, ещё немного, так нужно, пожалуйста, потерпи…

 Края раны пенились и зарастали, из глаз девушки текли слезы. Всё будет хорошо, всё обязательно будет хорошо! Она плакала, капала Живую воду на грудь мага и шептала, шептала лекарское заклинание и вновь проклинала жениха, заклинала боль и звала мага, по-прежнему недвижимого. Когда ресницы его дрогнули, девушка застонала от счастья. Не в силах справиться с охватившим её волнением, она наклонилась к магу ближе и положила голову ему на плечо.

 Лан с трудом приоткрыл глаза. Она была рядом. Дрожала и всхлипывала, но не переставала шептать. И маг чувствовал, как боль уходит, зрение становится острее, возвращается слух. Он осторожно коснулся волос Алании и произнёс пересохшими губами:

– Спасибо…

Шевелиться не хотелось. Алания боялась спугнуть иллюзию спокойствия, а Лану любое движение давалось тяжело и причиняло боль. Видимо действие заклятия не ограничилось одной раной. Но с этим он разберется позже, как и с тем, кто на них напал. А сейчас было только цветочное поле, горьковатое звучание полыни и цветочно-фруктовый аромат ромашек. И облака. Такие величественные, неторопливые. Они плыли по небу неспешно, как лошадки на ярмарочной карусели, куда маленький Лан как-то ходил с матерью. Одно было похоже на бегущего пса, второе – на рогалик из пекарни в одной из деревень, где довелось бывать магу. Ланиус раньше не замечал, как вокруг светло, красиво. И никогда не чувствовал такого всепоглощающего счастья.

– Спасибо, – повторил Лан, улыбаясь. – Все-таки лекарь из тебя неплохой, не зря ты за мной увязалась.

 Алания вмиг подскочила и уставилась на него. Каков нахал! Она тут жизнь ему спасает, а он ехидничает! Да она чуть жениха не прокляла, вот оставит его тут, прямо в поле, и пусть как хочет и куда хочет идет. А с нее хватит! Она уже было собралась все это сообщить магу, но увидела на его лице выражение такого безмятежного счастья, что промолчала. Видимо и в голову ему ударило, чему тут улыбаться?

 Принцесса внимательно посмотрела на Лана. Вдруг она что-то упустила и ему еще зелье требуется? От полоумия, например… Девушка перехватила мешающие ей волосы лентой и прищурилась. Маг был все тем же: пронзительный вгляд черных глаз, длинные ресницы, ехидная улыбка. На скуле свежий кровавый след от когтей нежити. Девушка потянулась, чтобы коснуться его, но Лан ее руку перехватил.

– Не злись. Я и правда тебе благодарен. И еще… Я волновался за тебя, – он нахмурился. Признание далось ему нелегко. Он слишком ценил свою свободу, чтобы привязываться к девушке, обрученной с другим. Кем бы этот другой ни был.

– Знаешь, я чуть не умерла от страха! А когда ты упал, я… – Алания всхлипнула. Маг сжал ее руку.

– Я слышал. Слышал, как ты кричала.

– И не сказал! Ты мне ничего не сказал! Я думала, что ты!.. А ты!..

– Я не совсем слышал, скорее чувствовал краем сознания. А потом, когда очнулся, было интересно послушать, как ты проклинаешь моего драгоценного братца, – Лан не выдержал и засмеялся.

– Смешно ему, – насупилась принцесса.

– Я такой, какой есть, Алания – вдруг резко бросил маг. – Мне чужды дворцовые реверансы, я привык, что меня принимаю таким. Или не принимают, мне, в прочем, все равно. Повторю, я благодарен тебе за спасение и могу принести клятву, что доставлю тебя во дворец Агории живую и невредимую, чего бы мне это не стоило.

– А потом?

– А потом я уйду, а ты станешь женой Сая. И Светлейшей Королевой впоследствии.

– Тебе определенно нужно зелье от полоумия, – процедила принцесса.

 Маг ничего не ответил. Он осторожно, опираясь на локти, сел на траву. Медленно собрал склянки с зельями обратно в сумку, пристегнул на пояс меч.

– Держи, – он протянул принцессе уже знакомую флягу с элем. – После эля ты явно становишься живее, а мне бы не хотелось всю дорогу созерцать твое грустное лицо. Пей.

 Алания взяла флягу и сделала глоток. Девушка почувствовала согревающее тепло, словно эль просочился ей прямо в душу и обнимал, успокаивал. Краем глаза она заметила, что Лан поднялся на ноги.

– Уходим?

– Да. Там за полем есть небольшая деревушка, Терновка, – услышав название деревни, Алания вздрогнула и сделала еще глоток. – В Терновке есть трактир, где мы сможем поесть и переночевать. А утром отправимся дальше.

– Ты сможешь идти? – лекарь в девушке победил обиженную принцессу.

– Смогу, но не так быстро, как хотелось бы. Поэтому давай поспешим.

 Алания покорно поднялась, отряхнула с одежды налипшие травинки и протянула флягу Лану. Путники повернулись в сторону Терновки и с удивлением увидели бегущих им навстречу людей. Лан выхватил кинжал, а Алания зашептала молитвы…

Глава 8. Терновка

Люди приближались. Их было около дюжины. Алания даже смогла рассмотреть в руках нескольких вилы. От страха девушка закрыла глаза, молитвы стали громче, она уже почти кричала, и не заметила, что Лан расслабился и опустил кинжал.

– Алания, – он коснулся плеча принцессы, но та была так увлечена призывами высших сил, что не обратила на него внимания. Пришлось повторить громче. – Алания!!! Успокойся!

– К-как?! У них вилы!

– Ну конечно, у них вилы, – улыбнулся маг. – Это обычные фермеры из Терновки, бегут защищать свои поля. Вон, видишь, лошадь с телегой.

 Лошади Алания не видела, но магу предпочла поверить. Вряд ли его острый взгляд охотника что-то пропустил. Да и не выглядел Лан взволнованным, скорее наоборот.

 Когда фермеры подошли ближе, Алания предпочла спрятаться за широкой спиной мага. На всякий случай.

– Господин Ланиус! – закричал один из пришедших, лохматый мужик с лопатообразной бородой медного цвета. Он перевёл взгляд на разорванную рубаху. – Вы ранены?

– И тебе доброго дня, Инвар, – кивнул Лан.

– Вы знакомы? – уточнила Алания. Фермеры засмеялись.

– А как же! Кто же не знает господина Ланиуса, который в одиночку избавил нашу деревню от воскрешенцев, что наводили ужас долгие годы? – он поклонился Лану, видно было, что благодарность переполняет его до сих пор.

– Ну полно, – улыбнулся Лан. – Инвар, окажи нам услугу. Как ты заметил, я слегка ранен, а у вас есть лошадь. Я бы хотел оказаться в трактире у Миная в кратчайшие сроки.

– Так это конечно! Полезайте в телегу! Уж извиняйте, у нас тут, – Инвар развёл руками. – Не думали же, что господ везти надобно будет.

– Господа потерпят, – улыбнулся маг. – Правда, принцесса? Позвольте вам представить, кстати, Алания, принцесса Игнории, невеста Светлейшего, – на этих словах Лан поморщился,– принца Сая.

 Фермеры охнули и спешно преклонили спины, как этого требовал этикет при встрече с особой королевских кровей.      Алания присела в реверансе и рассмеялась. Хороша принцесса, коса спуталась, на лице грязь и кровь Лана, дорожный костюм совсем не по статусу, да и тот такой пыльный, что хоть выбивай. Фермеры и то чище будут.

– Рад, что тебе весело, – маг подтолкнул принцессу к телеге. – Давай, залезай.

– Это всё эль, – смутилась девушка, приняла протянутую руку фермера и церемонно уселась в центр телеги. Маг, морщась от боли, влез следом.

– Трогай, – крикнул Инвар, и телега, поскрипывая старыми колёсами, повезла путников в трактир.

 Дорога оказалась недолгой, Алания едва успела задремать. Проснулась от того, что кто-то бесцеремонно тряс её за плечо. Ещё не открывая глаз, она была уверена, что увидит перед собой одного ужасно воспитанного тёмного мага, и не ошиблась.

– Спать лучше в кровати, принцесса, – ехидно заметил он. – А ещё лучше в кровати не спать, – добавил Лан, краем глаза заметив, что к ним приближается дочь хозяина трактира: пышногрудая, крепко сбитая деваха с раскосыми медовыми глазами и толстой косой, цвета зрелой пшеницы.

– Господи-ин Ла-аниус, – слегка растягивая слова, девушка присела в неловком реверансе. Тут она заметила Аланию и недовольно прищурилась. – Добро пожаловать к трактир "Хмельной карась" Вам и вашей спутнице, – последнее слово она не то сказала, не то выплюнула.

 "Вот ведь Грохх, – подумала Алания. – Она меня узнала. "

Из трактира выбежали еще трое: угрюмый дородный мужчина с кустистыми черными бровями и хмурым обычно взглядом, рот растянут в подобострастной улыбке, должно быть хозяин трактира – Минай, и два малолетних служки. Пока служки помогали Лану и принцессе покинуть телегу, Минай оттеснил деваху с косой, чему Алания была несказанно рада. Правда его следующие слова заставили девушку поморщиться:

– Господин Ланиус, какая честь! Ваши комнаты будут готовы через несколько мгновений, или вам достаточно одной? – Лан отрицательно качнул головой, а принцесса заметила, как при этом расцвела и приосанилась дочь трактирщика. – Могу я пока предложить вам отобедать?

– Отобедать можно, – согласился маг. – И выпить не помешает.

– А вот сейчас Маланья, организует, – засуетился Минай. – Давай, дочка, поспеши, и чтобы мне краснеть не пришлось!

– Бегу, папенька, – улыбнулась Маланья. – Господин Ланиус, вам понравится, – она хихикнула и убежала, шурша юбками.

 Алания сжала кулаки, выдохнула и удивилась собственной реакции. Не пристало принцессе злиться на каждую девку, да и вообще, у нее вот Сай есть. А Лан? Ну а что, сам же говорил, не привязываться. Значит и к Маланье этой он тоже не привязывался. Чего не скажешь о самой Маланье. С такой станется, прилипнет, будто березовый лист на то самое место. Алания потрясла головой, прогоняя ненужные мысли. Да с чего она вообще переживает за этого темного? Пусть он себе хоть дюжину гулящих девок приведет, ей-то что?

– Алания, – позвал этот самый темный. Девушка встрепенулась, будто воробей от порыва ветра. От этого ответ ее вышел резким.

– Чего?

– Ты может в трактир зайдешь? А то стоишь на пороге, честным людям путь загораживаешь, – под "честными людьми " маг явно подразумевал себя.

– Да пожалуйста, – подвинулась принцесса.

 Они устроились за столиком рядом с чадящим очагом. Было тепло и уютно. Правда, Алания предпочла бы сначала привести себя в порядок, но раз уж умывальник пока был недоступен, поесть тоже было бы неплохо. Не успели они сесть, как Маланья притащила огромные блюда с запеченной бараниной и тушеные овощи. Маг присвистнул и потребовал себе пару кружек эля. Принцесса же ограничилась травяным отваром. Мясо было потрясающе вкусным, отвар – выше всяких похвал. Маланья больше не подходила, трактирщик, судя по раздающимся крикам, гонял кого-то из нерадивых служек. Уставшая принцесса расслабилась, почувствовала, как потяжелели ее веки. Она несколько раз моргнула и провалилась в сон. Последнее, что она почувствовала – как ее подхватили сильные руки и куда-то понесли. Сил спорить не было, не похищают же ее спящую, в самом-то деле.

 Лан с интересом наблюдал за сидящей напротив принцессой. Она изо всех сил боролась со сном, но усталость взяла верх. Девушка закрыла глаза и медленно начала клониться вбок, норовя упасть со стула. Маг осторожно ее поймал, поднял на руки и отправился на поиски комнат. Алания была очень легкой, но даже несмотря на это, рану все равно саднило от напряжения. Конечно, можно было позвать служку или разбудить Аланию, но Лану отчего-то этого делать не хотелось.

 Он медленно поднялся по лестнице, ведущей к жилым комнатам. Будучи в Терновке не впервые, маг был осведомлен, что жилых комнат было пять. Три из них предназначались для случайных заезжих и особым убранством не отличались. А вот две последние по коридору держались для особых гостей, таких, каким собственно и был Лан. Поэтому он без тени сомнения ногой толкнул дверь и внес Аланию в первую из них. Оставив девушку на кровати, он хотел уже уйти, но зачем-то вновь подошел, провел рукой по разметавшимся волосам, коснулся ее руки. Наклонился к ее лицу, ловя каждый вдох, почти коснулся ее губ своими, но резко отпрянул и выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь.

 Когда же маг вошел в комнату, предназначенную для него, он с удивлением обнаружил там сюрприз. Абсолютно обнаженную Маланью, игриво прикрывающую свои прелести тонкой простыней. Лан моргнул, простынь упала, а девушка томно протянула:

– Наконец-то ты вернулся, Ла-аниус…

– Ты что здесь делаешь?! – гневно спросил маг, однако Маланью это не смутило. Её вообще мало что могло сбить с толку, особенно в амурных делах. Лан это знал не понаслышке, случая выразить своё почтение девушка ещё ни разу не упустила. Лана это раньше не беспокоило, однако теперь её присутствие у него в комнате вдруг стало казаться неуместным.

– Я же обещала, что тебе понравится, – кокетливо улыбнулась Маланья.

– Уходи, пожалуйста. Не сегодня, – маг было повернулся, чтобы открыть ей дверь, и именно в этот миг его плеча коснулась лёгкая девичья рука.

– Ты гонишь меня из-за неё? – вздохнула Маланья. – Не надо, я просто помогу тебе. Ты же ранен? Сейчас промоем рану, намажем мазью, – Лан кожей ощущал её горячее дыхание, а умелые пальчики тем временем расстегивали рубаху и гладили плечи. – Не гони.

 Разомлевший от ласк маг отпустил дверную ручку и повернулся к девушке. Мысли летали бешеными мотыльками. За стеной спала Алания, прекрасная, хрупкая и… Невеста Сая. И всё, что он ей обещал – это доставить обратно во дворец. А то, что она на него смотрит с интересом и задерживает дыхание всякий раз, когда он её касается, так это всё пустое. Она вернётся к жениху, станет Светлейшей правительницей и забудет тёмного мага. Не стоит портить принцессе жизнь зряшными надеждами.

 А здесь вот она, Маланья. Пышнотелая и румяная, свободная от дворцовых предрассудков, от того, что так не нравилось раньше Лану. Простая и понятная. И ждущая, всегда ждущая именно его. А он мужчина, в конце концов!

 Лан, уже сидевший к этому моменту на кровати и абсолютно не заметивший, как на ней оказался, поднял на Маланью затуманенный взгляд. Хороша… Девушка почувствовала, что Лан решился, с улыбкой опустилась перед ним и начала снимать сапоги.

 Расправившись с одеждой, она потянула Лана к купальне. Рану и правда следовало промыть. Маг согласно опустился в воду, обволакивавающую его приятным теплом. Нежные женские руки порхали по телу, смывая усталость. Маг закрыл глаза и простонал:

– Иди сюда…

 Маланья улыбнулась. Не устоял. Она осторожно опустилась в воду и уселась к магу на колени. Едва коснулась уголка его губ, как вдруг Лан притянул её к себе и впился глубоким поцелуем. Сегодня в нём было всё: боль от того, что оставил дворец, от того, что потерял любовь, отголоски боевых ран и горечь от присутствия за стеной недосягаемой принцессы. Лан будто вколачивался в податливое тело Маланьи, стараясь вырвать боль из своего сердца. А она рвано кричала и гулко стонала от наслаждения, веря, что страсть мага предназначена сегодня только для неё. Дурой Маланья не была, но сейчас он был с ней, а всё остальное будет только утром. Впереди у них целая ночь.

 Алания проснулась рано, едва услышала первых петухов. Удивлённо осмотрелась: она лежала на кровати в дорожном костюме, рядом на стуле висело платье, с приколотой к нему запиской: " Надеюсь, тебе понравилось. А если нет – оно хотя бы чистое. Лан. "

 Улыбаясь своим мыслям, принцесса с удовольствием помылась, заплела волосы в тугую косу и примерила подарок. Платье сидело прекрасно: нежно-голубого цвета, расшитое серебряными нитями, оно оттеняло светлую кожу принцессы и подчёркивало яркость карих глаз. Прилегающее в области груди, оно расширялось к подолу, не скрывая точеной фигуры принцессы, однако и не сковывая движений. Интересно, откуда такие познания в женской одежде? И когда только успел?

 Преисполненная благодарности, Алания вышла из комнаты и отправилась к Лану. Так много хотелось сказать, да и узнать о его самочувствии тоже было не лишним. Когда девушка уже подошла к двери, ведущей в комнату мага, та неожиданно открылась, и из комнаты выскользнула обернутая в простыню взлохмаченная Маланья.

Алания вздрогнула от удивления, а Маланья довольно прищурилась:

– Даже не надейся! Он – мой!

– О, так вас можно поздравить с помолвкой? – принцесса старалась ничем не выдать своих расстроенных чувств. На самом деле ей ужасно хотелось расцарапать этой продажной девке лицо и выдрать космы. А потом убежать и горько плакать в подушку. Вот только и бежать было особо некуда, и удовольствия чувствовать себя победительницей она Маланье доставлять не собиралась. – Ланиус мужчина зажиточный, вероятно он не поскупился на кольцо?

– Всё будет, – стушевалась дочь трактирщика. И приосанилась, вспомнив обстоятельства первой встречи с Аланией. – А ты, я погляжу, забыла, как в Терновке любят пришлых? Так я напомню!

 "Тёплый" прием по-терновски принцесса помнила так хорошо, что даже поежилась.

 Поздним вечером изрядно заплутавшая принцесса оказалась в незнакомом селе. Она была вся вымокшая от дождя, изможденная от долгой дороги. Её верная кобыла еле шагала. Принцесса спешилась и взяла лошадь под уздцы. Так они и шли, пока не увидели вывеску трактира. Сунув поводья и медяшку подбежавшему служке, Алания поспешила внутрь. Помня о том, что Сай строго-настрого запретил выдавать себя, она неспешно подошла к подавальщице, протирающей старой прокисшей тряпкой стол, и попросила:

– Уважаемая, не могли бы вы организовать мне стол и ужин, только будьте любезны, избавьте от этого аромата, – тонким пальчиком принцесса показала на ту самую тряпку.

 Подавальщица, а точнее Маланья, которая в этот день провинилась перед батюшкой и была сослана обслуживать посетителей, дабы и пользу принести, и глаза отцу не мозолить, нахмурилась. Осмотрела Аланию внимательным взглядом с головы до ног, а после фальшиво улыбнулась:

– Добро пожаловать, госпожа…

– Алания.

– Добро пожаловать, госпожа Алания! Сей момент всё сделаю! Присаживайтесь, пожалуйста.

 Наивная девушка устроилась за столом. Пока ждала ужин, достала кошель и пересчитала монеты. В них она ограничена не была, поэтому она без тени беспокойства отсчитала несколько серебряных монет за ужин и за ночлег. Этого должно было хватить. Она не заметила, что за ней внимательно наблюдает сидящий за соседним столом мужчина. Не заметила она и того, что к нему подошла Маланья и что-то крайне эмоционально зашептала, косясь на Аланию. Мужчина кивнул, кинул серебряную монету на стол, и вышел из трактира.

 После сытного ужина девушка решила проверить свою кобылу. Она вышла из трактира и почувствовала, что её схватили: одной рукой зажимали рот, а второй крепко держали за талию.       Грозный мужской голос рыкнул в ухо:

– Дёрнешься, зарежу. Отдавай кошель!

 Испуганная девушка начала отвязывать ленты, удерживающие кошель на поясе. Краем глаза она заметила, что из темноты появились ещё двое.

– А она ничего, тощевата правда, – ухмыльнулся один из подошедших, толстяк с сальными волосами и тонкими усиками.

– Зато гляди какая верткая, – второй, высокий и бородатый, подошёл ближе и вцепился в руку принцессы. – Давай быстрее, с нами пойдёшь!

– Ку-куда с вами? – испуганно воскликнула Алания. Как только она отдала кошель, первый мужчина словно испарился.

– А то не догадалась, – сально ухмыльнулся усач.

 Принцесса охнула. Не успела она открыть рот, чтобы возразить, на всех троих сверху вылилось ведро грязной воды. Из окошка высунулась веснушчатая голова девушки с двумя тонкими рыжими косичками.

– Ой простите великодушно! А я тут полы мою, дай, думаю, воду солью… А тут вы! Не серчайте, господа уважаемые, – пока девушка причитала, чья-то тёплая рука потянула Аланию в сторону конюшни. Провожатой оказалась вторая веснушчатая девушка, как две капли воды похожая на первую.

– Молчи и слушай, – торопливо зашептала она. – С мужиками этими Маланья договорилась, видать, обидела ты её сильно. А всё ж негоже приличную госпожу на утеху мужикам продавать. Сейчас выйдешь через ту калитку и беги до дома торговца, ты его увидишь. У него во дворе телега стоит с бочками, между бочек схоронись и сиди до утра. А утром он поедет торговать, с ним и напросишься. Коня твоего, уж извини, выручить не смогу. И вот, держи, – она протянула принцессе золотую монету. – Из кошеля твоего выпала, торговцу отдашь.

– Спасибо! – от души поблагодарила Алания. – Вас не накажут?

– Не, наша матушка третий год уже с Минаем, ну хозяином трактира, амуры крутит. Отобьемся. Ну, ступай!

 Алания порывисто обняла рыжую девчонку и побежала к дому торговца. Нашла она его быстро и без приключений, по совету девчушки спряталась в телеге и дождалась рассвета. Утром же, едва запели петухи, постучалась в дом, где выменяла на золотой дорожный костюм и обещание довезти её до места встречи с Ланом.

 И вот теперь разозленная Маланья грозилась повторением ситуации.

– Только попробуй, – гневно зашипела Алания. – Вряд ли твой драгоценный Ланиус тебе это спустит с рук!

– Чего драгоценный Ланиус не спустит с рук, – раздался у двери удивлённый голос разбуженного мага. – Что здесь вообще происходит?!

Девушки молчали. Лану пришлось повторить чуть громче:

– Что происходит? – и добавил мягче, увидев гневные искры в глазах принцессы, – Алания?

– Это ты у невесты своей спрашивай, – отрезала она, развернулась так резво, что задела Маланью краем косы, и бросилась прочь по коридору.

– Я с тобой потом разберусь, – прошипел маг и бросился за принцессой.

 От такой несправедливости Маланья вся как-то сгорбилась, погрустнела и даже шмыгнула носом. " Что же это за девка такая, что он так за ней бегает "– угрюмо подумала дочь трактирщика. Поплотнее завернулась в простыню и, шаркая ногами по досчатому полу, отправилась к себе.

 Тем временем Алания выскочила из трактира и уверенным шагом направилась по тропе, ведущей прочь из деревни. Лютая ненависть к ищущему лёгких развлечений Лану и продажной Маланье застилала глаза. Ещё вчера в поле ей казалось, что маг к ней неравнодушен, а уже сегодня его постель греет другая. Да ещё какая! Променять её, принцессу Ингории, на обычную подавальщицу! Да будь она хоть трижды дочь трактирщика, тоже мне титул!

 Лан видел удаляющийся силуэт принцессы. Он шёл за ней, понимая, что, пока он спал, что-то произошло. Теперь принцессе нужно остыть, он даст ей такую возможность. Пусть погуляет, проветрит мысли. И Лан свои тоже в порядок приведёт. Не ожидал он от церемонной принцессы такой бурной реакции на Маланью. И дело было не в том, что, как Лан уже понял, они познакомились раньше. А именно в том, что она выходила из его, Лана, комнаты.

 В голове мага звенели обрывки фраз, которые говорила Алания. И чаще всего её шёпот "Ты мне нужен… ". Он слышал её, когда казалось был уже за гранью. Он цеплялся за её голос и держался за жизнь тогда только благодаря ей. Идиот. Лан поморщился. Нужно было с ней поговорить, только вот беда, разговоры с женщинами ему никогда особо не удавались. При дворце всё было покрыто пеленой церемоний, а Таврия – это было что-то совсем другое, детское. А после дворца он с женщинами особо не разговаривал, они как-то и сами понимали, что он от них ждёт совсем другого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.